Пантера

– Каким образом? – чуть отодвигаюсь от него, чтобы посмотреть на его лицо.

– Кажется, твоя спальня за этой стенкой, – он указывает в сторону телевизора рукой, – и я целых две недели слушал твои стоны, сначала думал у тебя парень есть, потом понял, что ты сама с собой играешь.

– Боже… Какой стыд… – закрываю лицо руками.

– Никакого стыда, ты меня будила стонами и провожала в сон, это было очень горячо и одновременно с этим неудобно, – смеется он.

– Прости, я не знала, что меня так слышно…

– Очень хорошо слышно, сегодня ты тоже меня разбудила, я так завелся, что решил написать, раз уж мы знакомы теперь.

– А почему ты только вчера позвонил в мою дверь, если ты уже две недели тут?

– Да я бы вообще не постучался бы никогда, но вчера как будто храброй воды выпил и рискнул, – расхохотался он.

– Понятно… – улыбаюсь я.

– Почему у тебя нет парня?

– Потому что с кем бы я ни встречалась, я натыкалась на их переписки с другими девушками, мне надоело это все, и я завязала с поисками.

– Понимаю, это отстойно…

– Не то слово…

– У тебя есть планы на сегодня?

– Нет, а что?

– Как насчет свидания?

– Свидания? Серьезно?

– Почему нет? Ты мне нравишься, ты охренительно танцуешь, еще ты эмоционально кричишь «Черт», когда играешь в приставку, и я целых две недели думал о тебе, считаю это предложение взвешенным и обдуманным, – весело говорит он.

– Уговорил, – смеюсь я и перевожу взгляд на него.

Паша тоже смотрит на меня, чуть придвигается и целует, сжимая мою талию, он начинает целовать очень страстно.

– Ты слишком рано надела халат…

Паша тянет за конец пояса, развязывает халат и рукой залезает под него, обхватывая мою грудь, большим пальцем нащупывает мой сосок и водит по нему. Почти сразу мой сосок твердеет от его ласк, и Паша сжимает его между большим пальцем и второй фалангой указательного пальца.

– Может оставим это на потом? После свидания?

– Почему? – выдыхает он в мои губы.

– Чтобы секс был ярче и ожидание добавило огня?

– А вот сейчас обидно было, – он отодвигается от меня, – сейчас тебе мало огня? Или секс недостаточно яркий?

– Я не о тебе говорила, я про огонь со своей стороны, мне нужно время на раскачку… У меня давно никого нет…

– Даже не знаю, что ответить… Но, пусть следующий секс будет на твоих условиях.

– Не ожидала…

– Да, я весь такой неожиданный, – смеется он и целует меня в грудь через халат.

– Во-сколько свидание?

– Будь готова к девяти вечера.

– У тебя уже есть план?

– Кажется, да… – он говорит слишком задумчиво, взгляд его застыл.

– Звучит странно, – улыбаюсь от неловкости.

– О, прости, задумался, но да, план есть.

– Хорошо… Ты не обидишься, если я сейчас уйду?

– У тебя дела или…

– Дела, нужно немного поработать, пока вечер плавно не перетек в утро.

Он встает с кровати, надевает шорты, я завязываю халат и тоже встаю. Его взгляд до сих пор задумчивый, как будто он одновременно здесь и не здесь, мне становится не по себе.

– С тобой все в порядке? – спрашиваю я на всякий случай и выхожу из спальни обернувшись.

– Абсолютно, просто не выспался…

Это явная ложь, но я не собираюсь лезть к нему в душу сейчас.

– Тогда, до вечера, – говорю я, повернувшись спиной к входной двери.

– Скорее бы он наступил уже, – улыбается Паша и целует в щеку.

4

Взглянув на экран телефона, я судорожно понимаю, что до свидания остался всего час, а я даже не решила в чем пойду. Подхожу к гардеробу и провожу ладонью по вещам на вешалках. На глаза попадается белый топ без выреза и рукавов.

Отлично, она соблазнительно откроет живот.

Перебираю вещи дальше, замечаю джинсы с высокой талией, снимаю их с брючницы, расправляю.

Они супер, но вдруг будет секс? Юбка практичнее…

Возвращаю джинсы на брючницу, достаю юбку, прикладываю ее к себе, смотрю на свое отражение.

Если верх открыт, то низ должен быть закрытым… Да, золотое правило.

Снова вытаскиваю джинсы и в этот раз сразу их надеваю, следом надеваю короткий топ, открываю шкатулку для часов, надеваю часы из белой стали со вставкой посередине цвета меди.

Чего-то не хватает…

Надеваю тонкий браслет из золота, снимаю с вешалки розовый свитер и накидываю на плечи, перекинув рукава на грудь. Оценив себя в зеркале, я остаюсь довольна своим видом и иду уложить волосы. Волосы у меня ниже плеч, поэтому я решаю просто выпрямить их феном и расческой, предварительно сбрызнув термозащитой.

Когда приготовления окончены, я вспоминаю, что единственным непродуманным осталась обувь, в которой я пойду. Так как он не озвучил свои планы, я вытаскиваю кроссовки Puma RS-2K Sahara, они идеально смотрятся с этими джинсами.

Кто знает, куда мы пойдем…

Звук сообщения.

– Ты готова? – Паша.

– Да, – печатаю трясущимися руками от волнения.

Звонок в дверь, я открываю, не глядя в глазок, на пороге стоит Паша, он очень стильно одет: на нем синие джинсы с дырками на коленях, которые чуть выше щиколотки, как и у меня. Обут он в белые кроссовки Adidas, на нем белая свободная майка, а сверху надет молочный бомбер, который в бицепсе ему мал.

– Ого… Ты классно выглядишь, – улыбается он, глядя на меня.

– Ты тоже… – смутившись говорю я.

– Честно, мне так неловко сейчас… Давно не звал девушку на свидание, боюсь облажаться, – смеется он, опуская взгляд вниз.

– Давай тогда просто будем самими собой? – улыбаюсь, сжимая в ладони рукав свитера, который лежит на моих плечах.

– Это отличный план, – он поднимает глаза.

У него красивая лучезарная улыбка, рядом с ним у меня сильное волнение.

В его кармане прозвучал какой-то сигнал, Паша вытаскивает телефон и смотрит на экран.

– Uber… Водитель нас ожидает, – говорит он и протягивает руку.

Я сразу же хватаюсь за нее, как за спасательный круг, беру сумочку и закрываю квартиру.

Через двадцать минут мы доезжаем до парка аттракционов, Паша выходит из машины, снова галантно открывает мне дверь и протягивает руку.

– К этому можно и привыкнуть, а это опасно, – лукаво улыбаюсь я.

– Почему опасно? – он возвращает улыбку мне.

– Потому что планка будет слишком высокой, – смеюсь я.

– Не торопись, я еще успею разочаровать тебя, – говорит он и улыбается.

– Для чего мы здесь?

– Сейчас увидишь, – Паша берет меня за руку и тянет в глубь парка.

Мы доходим до огромного синего шатра, оттуда доносится громкая музыка, Паша отодвигает плотную ткань и пропускает меня вперед, я захожу. Передо мной открывается необычный вид, слева барная стойка с разным алкоголем, стоящим на стеклянным полочках. Прямо передо мной стоят четыре бильярдных стола, у каждого стола по столику на двоих.

– Бар-бильярд? – удивляюсь я, потому что никогда раньше не была тут.

– Умеешь играть? – спрашивает он, положа руку мне на поясницу.

– Нет, – отвечаю, растерявшись.

– Слава Богу! На это и был расчет! – смеется Паша и подводит меня к дальнему столу от выхода, но ближайшему к бару.

Я совершенно не умею играть в бильярд, знаю только, что белым шаром надо разбить треугольник шаров, и не забивать черный, на этом мои познания исчерпаны. Пока я смотрю на два кия, стоящих рядом со столом, Паша делает заказ напитков, а потом протягивает мне руку.

– Вставай, буду учить тебя интерактивно.

– Это как?

– Рассказывать и сразу показывать, договорились? – оборачивается он, улыбаясь, катая шары в треугольной штуке по середине бильярдного стола.

– Договорились… – я смотрю на его зад, как только он отворачивается.

Официант приносит два стакана с коктейлями, на края насажены апельсиновые дольки, я сразу подхожу к столу и беру в руки стакан, от него пахнет бурбоном.

– Это «Олд фешен»? – удивляюсь я.

– А ты знаток… Это он, – замешкавшись отвечает Паша.

– У меня два любимых коктейля, которые не везде делают, он один из них, – показываю на стакан и отпиваю.

– А второй какой?

– «Манхэттен», – отвечаю ему и делю еще один глоток.

– Так ты любитель бурбона, значит, – ко мне подходит Паша и берет свой стакан в руку.

– Да, обожаю его вкус, миндаль в карамели, и долгое послевкусие, – смотрю снизу вверх на Пашу и улыбаюсь.

– Значит ты любишь «вкусно и долго»… Я тебя услышал, – коварно улыбается он и отпивает из бокала, не сводя с меня глаз.

– Да… – чуть улыбнувшись подтверждаю его догадку.

Паша ставит стакан на стол, берет меня за подбородок и целует, на его губах еще остался напиток, я чувствую его насыщенный вкус, от его губ еле уловимо пахнет цедрой апельсина. Поцелуй выходит долгий и во мне разгорается огонь желания, в полумраке этого бара, я чувствую себя комфортно, поэтому прикусываю его губу и, чуть оттянув, отпускаю.

– Тебя возбудил бурбон или я? – улыбается он.

– Ты, бурбон лишь для смелости, – смеюсь я.