– Я? Зачем мне в этом убеждаться?
– Разве ты не хочешь стать частью семьи? – спросила женщина.
– Разве, кто-то вроде меня может стать частью такой семьи как Ваша? – удивилась девочка. – Я так не думаю!
– Тогда, почему попросила забрать тебя из приюта?
– Потому что мне не хотелось там быть! А Вы единственная, кто смог за нас заступиться?
– Заступиться? Я? – опешила женщина. – Большей ереси я не слышала!
– Ваши слова, сказанные в приюте, звучали очень грубо. – Призналась Анабель. – Но я видела, с какой жалостью Вы смотрели на девочек и на меня, когда зашли в нашу комнату.
– Тебе показалось! – отмахнулась Госпожа Редмунд.
– Не показалось! – покачала головой девочка. – Даже тогда, когда Вы ругали моё платье или мои манеры, Ваше лицо выражало глубокое чувство сожаления и вины.
– И с чего же мне тебя жалеть?
– Я не знаю! – пожала плечами Анабель. – Но, Вам точно меня жаль. Иначе, Вас бы не тронули мои слова!
– Думаешь, меня тронули твои слова? – изогнув брови в удивлённые дуги, спросила женщина. – Спешу тебя разочаровать, но во мне нет, ни капли сентиментальности. – Заверила она. – Раз уж ты завела эту тему, то я скажу, что стало истинной причиной моего поступка. Но, тебе придётся ответить на мой вопрос: в последнее время, с тобой не случалось что-нибудь странное?
– Странное?– робко протянула Анабель.
– Что-то необъяснимое! Что-то волшебное!
Девчушка замерла, вспоминая мальчишку с кошачьими глазами, который появился из синего пламени и спросила:
– Это плохо?
– Это нормально!– успокоила её женщина. – Все Лисы через это проходят.
– Какие ещё Лисы?
– Не путай с теми, что живут в лесу! – посоветовала женщина. – Лисы – это магические существа. Снаружи мы выглядим как люди, но внутри – мы существа, принадлежащие Иному миру. По нашим жилам течёт магия и когда её не используют долгое время, она может «вырываться» наружу.
– Даже против моей воли?
– Даже против твоей воли! Магия – живая и независимая материя. Мы можем её контролировать, но подчинить её невозможно.
– Вы научите меня пользоваться магией?
– Я научу тебя сдерживать её! – холодно ответила женщина. – В этом мире она тебе не нужна! И лучше никому не знать о том, что ты владеешь ею.
– Но почему?
– Потому что Лисы не могут пользоваться магией в мире людей. Это невозможно!
– И не забывай, что Лисы имеют характерный запах, который легко узнать. Поэтому, каждый раз, когда выходишь из дома, пользуйся настойкой из Сандалового дерева, которую я тебе дам.
– Характерный запах?– не поверила девочка.
– А ты принюхайся хорошенько! – предложила Госпожа. – Чувствуешь?
– Чувствую, сладкий запах хрустящей листвы!
– Именно так и пахнут Лисы! – женщина втянула носом воздух и добавила: – Ты тоже так пахнешь, правда, твой запах более пряный.
– Вы пообещали, назвать причину, которая заставила Вас забрать меня из приюта! – напомнила Анабель.
– А разве, я её не назвала?! – лукаво ответила женщина.
Детство Анабель прошло в довольно комфортных условиях: у неё была своя огромная комната со всевозможными игрушками и расшитыми золотом платьями. Училась она на дому. Профессора и великие научные деятели, важно расхаживали по хозяйской библиотеке, в центре которой организовали учебное пространство со всем необходимым. Девочка, как и ожидалось, училась хорошо и даже находила время на езду верхом. Единственное, что омрачало жизнь Анабель, это противоречивое чувство, словно, белая ворона, вырвавшаяся на свободу, была поймана и заперта в клетку побольше.
За две недели до совершеннолетия Анабель, в старинном замке Редмундов поднялась суета, граничащая с паникой. Оно и понятно, ведь предстояло довольно ответственное, по Лисьим меркам, событие – обряд инициации. Именно этот день, по древней традиции, называют «Нативитас», что означает «рождение магии». Который выступает в качестве своеобразного указателя, что Лисица готова к использованию магии.
– Голову више! Голову више, Анабэль! – командовала мадам Бонье, сжимая в зубах мундштук. Она старалась впихнуть Анабель в ужасно тесное платье, которое сшила по случаю Рождественского бала, организованного в честь совершеннолетия девушки. – Выпрям плэчи! Какая плёхая осанка! – легонько постукивая ладонью по спине Анабель, ворчала женщина.
– Вы чересчур суровы ко мне, мадам Бонье! – шутливо заявила Анабель.
– Сурова? – изогнув брови в удивлённые дуги, спросила мадам. – Ваща Госпожа, снимэт мнэ голову, если Ви нэ будитэ блистат на этом дурацком балю!– Проговорила она, выпуская изо рта кольца из табачного дыма.
– Что ж, здесь я с Вами согласна. Бал действительно дурацкий! – отмахиваясь от дыма, ответила девушка. – Но, он так важен для Госпожи! – Огорчённо вздохнула Анабель. – Значит и для меня он тоже должен быть важен!
– Навэрно, это нэ просто, жит под опэкой Госпожи Рэдмунд?
– Вовсе нет! – нахмурилась Анабель. – Она прекрасный человек! Забрала меня из приюта, воспитала в заботе. Я ни в чём не нуждалась.
– В заботэ, но нэ в любви! – фыркнула француженка. – Такие, как Ви – всэгда довольствуются малим!
– А что в этом плохого?
– Ничэго! Но, если ест возможност взят большэ, то почэму бы и нэт? – пожала плечами мадам Бонье, а затем резко дёрнула за платье, от чего Анабель чуть было не повалилась на пол.
– Merde! – выругалась она на французском. – Дурацки баль!
– Доброе утро! – Воодушевлённо произнесла Госпожа Редмунд, входя в комнату. – Как успехи? – поинтересовалась она.
– Tout est mauvais! – ответила мадам, выдохнув дым через нос.
– Неужели всё так плохо? – забеспокоилась Госпожа.
– Не то что бы плохо! – попыталась успокоить её Анабель. – Просто платье слегка маловато.
– Маловато? – воскликнула дама, хватаясь за сердце. – Но ведь бал уже завтра!
– Вам не о чем беспокоиться, мадам Бонье всё исправит!– подхватывая Госпожу под руку, протараторила Анабель. – Ведь так, мадам Бонье?
