Валерий Капранов "Дятлов Посох. Книга вторая"

– Зачем ты привел нас сюда? – с подозрением спросил Вениамин у Жана.

Тот стоял на свободном от мусора пятачке двора и смотрел на прямоугольный проем в стене, который когда-то служил входом в подъезд одного из домов – того, что стоял посредине.

– За тем, что где-то здесь должен быть спрятан Посох, – ответил Жан и указал на окна второго этажа.

– Почему именно здесь? – поинтересовалась я. – С чего барону так рисковать. Тут же лазают все, кому ни попадя. Такую ценную вещь сподручнее держать при себе, а не прятать в таком ненадежном месте.

– Сейчас зима, здание не отапливается. Бродяги в эту пору обустраиваются в местах потеплее. А почему барон не взял Посох с собой, я могу объяснить. Посмотри на своего кота. Не замечаешь ничего необычного?

Я посмотрела на Вениамина – кот как кот. Все то же самое: уши, хвост, зеленые глаза, рыжие полосы, белая грудь, белые сапожки… Даже размеры и те остались прежними. Разве, что только шерстка стала более насыщенного цвета…

– Миаууу… Как такое возможно? Этого не может быть… – заголосил Вениамин и принялся себя ощупывать.

Только сейчас я заметила, что он воплотился и стал реальным. Позади него на снегу проявились пятнышки следов от его лап.

– Что произошло? Почему он стал видимым? Мы что каким-то образом оказались в параллельном мире?

– Нет, это все из-за Посоха, – ответил Жан. – Там в музее, когда барон его активировал, что-то произошло и все то, что относится к другим мирам и попадает в радиус излучаемого им поля, обретает иные свойства и становится осязаемым и видимым. Тоже самое произошло и нашими волками. Теперь вам ясно почему Людвигу пришлось оставить Посох здесь?

– Ну да, логично. Представляю какая бы поднялась паника, если бы в городе люди увидели разгуливающих по улице волков.

– Тогда, чего мы стоим? – воскликнул Вениамин. – Нужно срочно действовать. Идемте внутрь и как можно скорей отыщем Посох.

– Он дело говорит, – кивнул на Вениамина Жан. – Нам нужно поспешить. Вчера я слышал, как Людвиг с кем-то договаривался по телефону, чтобы сегодня к обеду ему предоставили машину с водителем. Думаю, что он планировал направится прямиком сюда. Так, что времени на поиски у нас совсем в обрез. Хотите, чтобы Посох ему не достался, давайте будем действовать поактивнее. Другой такой возможности может и не представиться. И тогда все мои риски сведутся к нулю. А возвращаться к барону обратно мне не хочется.

Мы прислушались к его словам, и все вместе отправились в дом, с целью опередить барона.

Переступив через кучу строительного мусора и торчащих из нее обломков дверной коробки, мы зашли в подъезд.

Внутри дом оказался еще в более плачевном состоянии чем снаружи. Штукатурка на стенах первого этажа полностью отслоилась. Кладка красного кирпича, с неровными швами цементного раствора напоминала фрагмент оголенных мышц и сухожилий из наглядного пособия анатомического атласа. Будто некий неведомый паразит задался целью пожрать этот дом изнутри. Благо, что заброшенные здания не могут кричать, иначе мы бы оглохли от их мучительных воплей и стонов из-за невыносимых страданий и нестерпимой боли.

Дальше все выглядело еще плачевней – с мясом выдранные плинтуса. В тех местах, где раньше пролегал электрический кабель, теперь зияли шрамы глубоких борозд. Трубы отопления срезаны и кем-то ушлым, и предприимчивым были давно украдены. Остались нетронутыми лишь массивные чугунные батареи. Их не взяли видно лишь потому, что они были неподъемными, а цена на них была несоизмеримо низкой. Да и кому будет с ними охота связываться, если вокруг полно более легкой и выгодной добычи.

– Что вы там застряли? Внизу вы точно ничего не найдете, – крикнул Жан, перегнувшись сверху через перила. – Поднимайтесь сюда ко мне наверх.

Стараясь ни во что не вляпаться и не порезать обувь о битое стекло, я, не касаясь стен и перил взбежала вслед за Вениамином по бетонным ступеням на второй этаж.

– Вчера вечером, когда мы сюда приехали… – Жан поддел ногой и приподнял край рваного прелого матраса, под которым, к сожалению, оказалось пусто, – … барон велел нам оставаться в машине. Но судя по отблескам света фонаря, он спрятал его где-то здесь. Посох должен быть спрятан в одной из этих квартир.

Мы зашли в следующую комнату. В ней царил полумрак. Оконной рамы не было. Свет сюда проникал через дыры истлевшей и разодранной в клочья занавески. Выцветшие обои покрывали разводы бурых пятен. Там, где они отслоились и свисали широкими лоскутами, серые стены были испещрены черными пятнами грибковой плесени. Из оставшейся мебели в комнате стоял лишь одинокий обшарпанный стул с выломанным сиденьем, да истерзанное фортепьяно с пузырями вздувшегося и растрескавшегося лака. Я подошла поближе, чтобы его рассмотреть. Кто бы сомневался – все клавиши в нем отсутствовали. Возможно, они были изготовлены из натуральной слоновой кости. Я это предположила, когда под толстым налетом пыли, мне удалось разглядеть облупившуюся позолоту логотипа «Knauss Coblenz».

– Аня, прошу тебя, не отвлекайся на разную ерунду, – на всякий случай Жан приподнял верхнюю крышку фортепьяно и подсветил во внутрь фонариком. Кроме ржавых колков и порванных струн он там ничего не увидел. – Сейчас не время для квестов. Нужно сосредоточиться на главном. Нас интересует только Посох.

– Как он хоть выглядит? – спросила я. – Нам нужно понимать, что следует искать.

– Ну-у-у… такая длинная палка, завернутая в кусок брезента. Примерно вот такого размера, – он указал высоту примерно с его рост.

– Ого, такой большой.

– А ты, как думала? Это тебе не волшебная палочка феи крестницы.

– Ну да, и не иголка в стоге сена, – Вениамин заглянул в рулон лежавшего на полу пыльного линолеума. – Значит наши шансы на успех увеличиваются.

Ничего не найдя, мы перешли в следующую квартиру. В прихожей, в санузле и на разгромленной кухне было пусто. Пока Жан осматривал смежную комнату, я решила исследовать гостиную. Засмотревшись на гипсовую лепнину на потолке, я переступила через порог, и тут у меня перехватило дыхание…

Я едва успела вцепиться в дверной косяк – острая боль пронзила руку. Кажется, я вогнала занозу. Или это был гвоздь… Но сейчас не это меня обеспокоило.

По всей площади комнаты в полу зияла огромная дыра. Видно, старые доски, уложенной крест на крест дранки давно уже сгнили и пришли в негодность, а скрепляющий их раствор отсырел, потрескался и выкрошился. Все что находилось внизу подо мной – в помещении первого этажа – было погребено под обрушившимися обломками. Неровная куча из груды мусора была усеяна плашками расщепленного паркета, словно кто-то здесь строил замок из костяшек домино, но у него что-то пошло не так, и тот рассыпался.

От того, чтобы не сорваться в эту пропасть, меня спасло лишь чудо. Я сделала шаг назад и с облегчением перевела дыхание. Посмотрела на руку. Из маленького прокола на ладони проступила капелька багровой крови. Слизнув ее, я почувствовала солоноватый привкус с примесью окислившегося железа. Кинула взгляд на дверной косяк. К счастью, вместо ржавого гвоздя, причиной моего ранения оказалась обломанная щепка – я это поняла по заостренному кончику, обагренному моей кровью. Надеюсь, что все обойдется и делать укол от столбняка мне не придется.

Я достала из заднего кармана джинсов носовой платок, обернула им ладонь и с помощью правой руки и зубов завязала его на узел.

Из соседней комнаты вышли Жан с Вениамином.

– Идем в следующую квартиру, – сказала им я, пряча руку с платком в карман. – Здесь ничего нет. Я уже проверила.

Мы снова оказались на лестничной клетке, на которой оставались неисследованными еще две квартиры. Когда мы попали в следующую, то точно так же, как и в предыдущих, распределились по разным комнатам, но вскоре выяснили, что и тут ловить было нечего.

В отличие от предыдущих двух из этой квартиры вынесли начисто буквально все. Остались лишь голые стены с содранными обоями и потрескавшейся старой краской. В конце коридора размещалась пустующая кладовка – возможно, когда-то ее использовали как мастерскую. Но сейчас, часть стены ее была выломана и провалена вовнутрь. Те из обломков трухлявых досок, которые не были вырваны и прислонены к стене, расползлись вглубь комнаты расщепленным веером.

– Здесь тоже ничего нет, – сказал выбравшийся из разлома в стене Вениамин. После чего чихнул и с ворчанием принялся чиститься от облепившей его пыльной паутины.

– Как это часто случается, видно все самое сладкое остается на потом, – подбодрил его Жан, приглашая меня и кота проследовать в последнюю на этом этаже квартиру.

Но там тоже, сколько бы мы ни искали, наши поиски нас ни к чему не привели. Как и в предыдущих квартирах, в этой нас ожидало все то же самое – разбросанные и ни на что не годные вещи, сломанные игрушки, осколки битой посуды, использованные шприцы, пустые бутылки и всякий прочий хлам. И ничего хоть отдаленно напоминающего Посох.

– Ты уверен, что барон спрятал Посох именно здесь? – спросила я. – Может стоит еще поискать этажом выше?

– Да нет, я точно в тот вечер видел, что свет фонаря был именно где-то тут, – Жан еще раз бегло прошелся по всем квартирам и внимательно осмотрел каждый угол. – Ума не приложу, куда он мог его пристроить? Может Жак еще что-то вспомнит. Вдруг я что-нибудь упустил. Сейчас я ему позвоню, и мы это выясним.

Тут он принялся шарить по карманам в поисках телефона. И чем дольше он его искал, тем меньше в нем оставалось оптимизма.

– Черт, только этого мне еще не хватало. Неужто я его забыл… Я же точно помню, как после того, как тебе позвонил, положил его в карман пуховика. Пуховик висел на вешалке… Мы обо всем договорились с Жаком. Он пообещал меня подстраховать пока барон и Гертруда отсутствуют. Затем я оделся и ушел… Черт, я понял. Вот оно в чем дело… Выходит, я впопыхах надел его пуховик, а мой по-прежнему остался там висеть на вешалке. Вот я разиня…

– Ну, и что теперь, мистер разиня, нам прикажете делать? – недовольным тоном спросил Вениамин.

– Может я позвоню с твоего? – Жан посмотрел на меня умоляющим взглядом. – Не хотелось бы чтобы все наши поиски пошли насмарку. Мы же знаем, что Посох где-то тут поблизости. Иначе как еще объяснить эти перемены с Вениамином…

– Ладно, – ответила я. – Если это так необходимо, то вот тебе мой телефон. Давай, звони…

Он принялся набирать номер, поднес трубку к уху.

– Але, брат, не волнуйся и не клади трубку. Это я Жан. У меня все нормально. Выслушай меня. У нас мало времени. Судя по всему, я забыл свой телефон дома. Он остался в пуховике. А я по ошибке напялил твой. В общем так, мы на месте и нам потребуется твоя помощь.

Тут снаружи раздался звук въезжающего во двор автомобиля. Мы выглянули в проем окна. Между кучами мусора припарковалась карета скорой помощи.

– Жак, постой. У нас кажется проблемы. Я потом перезвоню тебе. Позже…

Когда открылась дверь скорой помощи и из нее показалась лысина барона, Жан рванул меня за рукав, увлекая прочь от проема окна, взглянул на меня в упор и прошептал сдавленным голосом:

– Мы должны спрятаться. Немедленно. Он не должен нас здесь увидеть. Скорей бежим…

Не теряя больше ни секунды, я выбежала на лестничную площадку и уже сделала несколько шагов вниз по ступеням, в надежде успеть проскочить мимо барона и бежать со всех ног на оживленную улицу, как наставлял меня Вениамин… – но тут почувствовала, как Жан меня схватил за ворот и силком поволок обратно.

Вениамин зашипел на него и вцепился ему когтями в руку. Жан попытался отстраниться от него другой рукой, но кот своей хватки так и не ослабил. Он тут же впился зубами в его вторую руку. Юноша скорчился от боли, но при этом не произнес ни звука. Резко дернув рукой, он высвободился от кошачьих зубов …, и тут, сам того не желая выпустил из нее мой телефон…

Я инстинктивно зажмурилась в ожидании, как тот грохнется и разобьется о ступени.

Но ничего подобного не произошло.

Не услышав его падения, я перегнулась через перила, заглянула вниз и заметила облачко оседающей цементной пыли. Телефон угодил прямиком в кучу строительного мусора. Надо бы запомнить это место. Когда все закончится, буду знать где его искать.

– Вы куда побежали, глупые? Там же волки… – едва слышно шепотом возмутился Жан, зажимая ладонью саднящие царапины. – Ты-то может еще и убежишь, – этот упрек был адресован Вениамину, – Но вот ее они точно догонят в два счета.

Что касалось волков, то тут он оказался прав. От их появления нас отделяли считанные мгновения.

Осмотревшись вокруг, и убедившись, что поблизости никого нет, барон откатил в сторону боковую дверь фургона и оттуда на мокрый снег выскочили Рольф и Ральф.

Волки тут же уткнулись носами в землю и принялись петлять между кучками мусора вокруг скорой помощи. Они тщательно и сосредоточенно к чему-то принюхивались.

– Бежим наверх, – предложил шепотом Жан. – Спрячемся там. Глядишь, может и пронесет. Дождемся пока он не заберет Посох, и они не уедут, а уж потом спустимся вниз и будем решать, как нам дальше быть.

Стараясь двигаться как можно тише, мы поднялись на третий этаж и стали осматриваться в поисках укромного места, чтобы спрятаться.

Проход в левое крыло лестничной клетки преграждала баррикада из обломков оконных рам. Они были скопом навалены на раскуроченную детскую коляску, за которой возвышалась куча разного барахла. Я подумала: «Если сунемся туда, то эта груда рухнет на нас, погребет под собой, и мы окажемся в ней, как в западне. А станем в спешке из нее выбираться, то только руки и ноги себе переломаем».

В квартире справа пахло прелыми тряпками и гарью. В ней – или рядом с ней – видно когда-то был пожар. Или может быть кто-то из бродяг разводил там костер, чтобы согреться от холода. Так это или нет, но прятаться в ней я не захотела. Поэтому в качестве временного убежища мы с Вениамином выбрали квартиру ту, что оставалась между ними. А Жан тем временем поднялся еще на один пролет, приник к стене, осторожно выглянул в проем окна, тут же нырнул обратно, повернулся к нам и приложив палец к губам, дал нам понять, что они идут.

Внизу послышались шаги барона. Он осторожно, неспешно поднимался по ступеням. Его шаги сопровождались цоканьем волчих когтей и их учащенным прерывистым дыханием.

Я испугалась за Жана и подумала, а вдруг они его сейчас заметят. Мой взгляд метнулся к окну. Но того уже и след простыл. Возможно, он находился уже этажом выше.

По звукам внизу я поняла, что барон направляется в ту квартиру, что находилась в этот момент аккурат под нами.

Он целеустремленно проследовал в самый конец коридора, свернул в небольшую комнату, окно которой выходило во двор и остановился.

Тут мы услышали шорохи и скрежет передвигаемых предметов – может быть тумба или письменный стол с отсутствующей столешницей – я там его видела. Затем послышался глухой удар. Он что-то с силой придвинул к стене. Потом перестук каблуков и снова шорохи…

Я поняла – видно он на что-то взобрался. Следом за этим раздался натужный хруст… Что-то с грохотом упало на пол. С потолка и стен посыпались куски штукатурки. Гулкий стук… Он спрыгнул с возвышения. Хлопки… – по всей видимости барон принялся отряхиваться. Снова шаги… – направляется к выходу. И Людвиг с волками стали спускаться по ступеням.

Фууух… Ну все, кажется, пронесло. Я присела на корточки, и легким касанием принялась поглаживать Вениамина. Кот был тоже взволнован и напряжен не меньше моего. Зато теперь можно было и расслабиться.

Откуда-то снизу заиграла знакомая мелодия. У меня внутри все опустилось. Вениамин разинул рот…, его глаза округлились, как пятирублевые монеты.

– Это же твой телефон! – прошипел он остолбенев.

– Ага, это мама, – я была готова расплакаться от досады. – Мама, ну почему ты позвонила так не вовремя….

– Так, так, так… – барон заметил под слоем пыли высветившийся экран, нагнулся за телефоном, посмотрел кто звонит и тут же понял, что они здесь с волками не одни. – Тут звонит мама! – крикнул он в пустоту. – Может быть, спустишься и ответишь? Не стоит ее расстраивать. Ну же… давай смелее, выходи.

На призыв барона никто не откликнулся. Мелодия проиграла еще пару раз и смолкла. Экран погас.

Барон покрутил телефон в руке, решая, как с ним поступить. Пожалуй, будет лучше если он побудет пока у него, подумал он и положил телефон в карман.

– Обыщите весь дом, – приказал он Ральфу и Рольфу. – Кто бы там ни был, тащите его сюда. Если будет брыкаться, волоките силком и не церемоньтесь. Нужно узнать, что ему здесь понадобилось.

Волки тут же бросились исполнять приказ. Проскользнув на второй этаж, они разбежались по разным комнатам и принялись рыскать в захламленном лабиринте в поисках добычи.

То, что они нас найдут было лишь только вопросом времени. И этот миг приближался к нам с каждой секундой.

– Беги наверх, – прошептал Вениамин и несмотря на мои сопротивления, принялся подталкивать меня к выходу. – Постарайся выбраться на чердак или на крышу. Оттуда переберешься в соседний дом, спустишься вниз, а там через окна первого этажа вылезай на улицу и беги что есть мочи. Только не во двор, а на главную улицу, – в другую сторону.

– А как же ты?

– Не переживай. Меня им не поймать. Я постараюсь их отвлечь и, если получится попробую сбить со следа. Все, давай, не тяни… беги. И помни, только не во двор.

Я пригнулась, и чтобы не наступить на разбросанные повсюду обломки, на цыпочках крадучись выбралась на лестницу.

Прижимаясь к стене, я старалась держаться так, чтобы барон меня не заметил в просвет между перилами – и шаг за шагом, стала подниматься наверх, пока не достигла четвертого этажа.

На все про все у меня ушло несколько секунд. Но мне тогда они показались вечностью.

Переведя дыхание, я продолжила восхождение, но тут почувствовала, что внизу за мной по ступеням кто-то крадется. Неужели, они меня учуяли. От волнения у меня пересохло в горле, по спине пробежал неприятный холодок. Я замерла на месте и стала вслушиваться в то, что происходит внизу.

Они были там. В холодном воздухе чувствовалось их разгоряченное дыхание. В предвкушении скорой добычи волки затаились и медленно-медленно… – ступенька за ступенькой – продвигались к третьему этажу.

– Простите за любопытство, вы кого-то ищете? – раздался внизу голос Вениамина.

– Ты?.. – удивился один из волков, по-моему, это был Рольф.

– Я, кто же еще, – ответил кот. – А вы что ожидали увидеть кого-то другого?

– Что ты здесь делаешь?

– У меня, между прочим, здесь назначено свидание с одной элегантной сиамской кошечкой. Она живет тут неподалеку. А вот, что здесь делаете вы? Не изволите ли объясниться…

– Да кого ты слушаешь? – перебил его другой волк. – Он же врет как дышит. Свидание у него тут. Ага, так мы тебе и поверили. Здесь поблизости где-то прячется его девчонка. Я чую ее запах. Эй…, девочка, слышишь меня, выходи, пока мы добрые. Куда бы ты не спряталась, мы тебя все равно найдем.

– Я тоже ее учуял, – втянув ноздрями воздух воскликнул Рольф. – Сдается мне, что она наверху. Притаилась как мышь. Но нас не проведешь. Давай так, ты хватай кота, а я рвану наверх за девчонкой. То-то Людвиг обрадуется, когда увидит кого мы ему привели.

«Ну вот и все, – подумала я. – Блин, ну неужели ничего нельзя сделать»?

– Аня, беги! Я их задержу…, – разлетелся эхом по лестничному пролету крик Вениамина.

Внизу завязалась отчаянная борьба. Кто-то взвизгнул, раздался грохот, топот, рык… – между этажами взметнулось облако серой пыли. Волки клацали челюстями и огрызались, норовили кота загнать в угол и атаковали его с разных сторон. Тот шипел, остервенело отфыркивался, изворачивался как меховая пружина и кружил по стенам неуловимым вихрем. Каждый выпад волков возвращался им градом ударов когтистых лап под аккомпанемент воинственного кошачьего мяуканья.

Я воспользовалась заварухой и без оглядки бросилась наверх. Прямо по мусору, который мешался на пути – соблюдать тишину больше не имело смыла. Страх подстегивал. Ноги бежали сами по себе. Дыхание сбилось. Я продолжала бежать и не могла остановиться. Возня, скулеж и рычание внизу вселяли в меня надежду на то, что с Вениамином все-таки будет все хорошо. Он обещал, значит должен справиться.