– Черт с вами! Иду!
– Благодарю, мил…
Но Питер уже нажал кнопку отбоя.
Сассекс, поместье Солсберри, 8 ноября, 13:25
Практически в это же время Кристина с Аланой, обнявшись, сидели на диване и молчали. Лица обеих хранили следы недавних слез. Но чемоданов не было – общим решением они были унесены обратно в спальни и спрятаны в шкафы.
Миссис и мисс Линли решили не бежать от проблем, а гордо смотреть им в лицо. Если они выступят общим фронтом, у них появится шанс на победу, а значит, их главный секрет должен перестать быть секретом. Предав его огласке, они могут выиграть.
– Мама, но ведь по условиям завещания мы должны молчать.
– А мы и молчим.
– А кто же всем расскажет?
– Так об этом знаем не только мы с тобой, но и дядя Ланс, адвокат, нотариус и еще пара-тройка людей точно. Откуда мы можем знать, кто именно слил информацию?
Кристина звонко поцеловала мать в щеку:
– Мама, ты у меня такая молодец!
– Крисси, нужно быть аккуратными и абы кому не рассказывать: одному-двум – не больше.
Кристина кивнула и покрепче обняла мать.
Сассекс, поместье Солсберри, 8 ноября, 13:40
Питер подошел к комнате Беннета, и дверь распахнулась. Камердинер молча посторонился. Раздраженный, он начал с порога:
– Если вы сейчас скажете мне, что заказали еще один букет, потому что четыре больше, чем три…
– Ее выдают замуж. За этого мальчика.
Питер подавился воздухом:
– Кого?
– Мисс Линли. Отдают за внука милорда Солсберри. Насильно. Она не хочет. Сегодня долго плакала. И она, и мать.
Питер почувствовал ярость. Ни с чем не сравнимую ярость.
Беннет продолжал:
– Сначала собрались бежать. Принялись собирать вещи, попросили Рози помочь. Это служанка местная, их временная горничная. Рози говорит: «Торопились, будто за ними черт гонится».
От ярости свело зубы, и Питер смог произнести только одно слово:
– Дальше.
– Позже они Рози отослали, поговорили и решили остаться.
Впервые за весь разговор Питер посмотрел на Беннета:
– Решили принять предложение?
– Не знаю, милорд. Но к обеду они не вышли – запросили еду в комнаты. Лили, старшая горничная, относила лично, говорит, лица у дочери с матерью были решительные.
– Откуда известно про предложение?
– Сначала Рози на кухню прибежала, сказала, что у «девочек Линли» «потоп». Так их здесь называют, милорд. Их очень любят.
Питер кивнул.
– Ну все стали гадать, что да как, а тут появилась Фанни, личная горничная леди Маргарет, матери сэра Луи, и рассказала, что молодой лорд женится на мисс Линли. Все и сложили два плюс два.
Питер выдохнул, огляделся и заметил стоящую у высокого стула скамеечку – Беннет, как всегда, подготовился. Он взобрался на стул:
– А теперь со всеми подробностями.
Сассекс, поместье Солсберри, 8 ноября, 20:00
Несмотря на то что дядя Ланс открылся ей сегодня с новой стороны (а ведь Кристина предупреждала ее не раз!), Алана все же верила, что слово он нарушать не станет и в отпущенный им на принятие решения двадцатичетырехчасовой промежуток ничего «такого» не произойдет. Тем не менее в этот вечер она собиралась на ужин, как на войну.
Уже стоя на пороге, она все продолжала искать причины остаться:
– Детка, а давай я просто останусь с тобой безо всяких причин?
– Мамочка, родная, ты опаздываешь! Беги, со мной все будет хорошо, обещаю!
– Главное – ничего не бойся!
– Да, и «дверь никому не открывай». Я помню все наказы мамы-козы и что произошло с козлятами, их нарушившими.
Алана рассмеялась и вышла из комнаты.
Не прошло и минуты, как к Кристине заглянула Рози с подносом, полным вкусностей:
– Добрый вечер, мисс.
– Добрый вечер, Рози.
Рози, симпатичная девушка неопределенного возраста, расставляла тарелки и болтала:
– Как вы, мисс? Вы сегодня были такая грустная. Шеф прислал вам три десерта, один из которых ваш любимый фисташковый мусс. А хотите, я принесу вам еще пару порций?
Увидев, кроме прочего, действительно три вида десерта, Кристина рассмеялась:
– Спасибо, Рози, не нужно. Мне и этого более чем. И передайте, пожалуйста, мою благодарность шефу за проявленное внимание.
Кристина замялась.
– У меня просто нет своих денег. Но позже, когда вернется мама, я возьму у нее и передам благодарность шефу и…
Обиженная горничная позволила себе перебить Кристину:
– Что вы, мисс?! Мы же от всей души! Мы не для денег!
– О, простите, пожалуйста, Рози! Я не хотела вас обидеть!
Услышав искренние извинения, девушка тут же забыла об обиде и, пожелав мисс Линли приятного аппетита, упорхнула, оставив дверь широко распахнутой.
Кристина заметила это практически сразу.
– Рози?
Тишина.
– Рози!
Нет никого. Что же делать? И дверь так по-дурацки открывается наружу, что каждый идущий по коридору увидит гостеприимно распахнутую гостиную Кристины. Как же неудобно!
С другой стороны, кто сейчас может пройти? Все гости ужинают, следовательно, только кто-то из прислуги, что будет кстати – в конце концов, какая разница, кто закроет дверь – Пол или Джон?..
И все же как неприятно! Кристина не могла начать ужинать. Ей и так неудобно есть за низким столиком, согнувшись в три погибели, а тут еще ешь и думай, кто может застать тебя в раскоряку…
Кристина пошарила под диваном и нащупала костыль, лежащий там без дела вот уже неделю. Встав на здоровую ногу, она решила допрыгать до двери и закрыть ее. В конце концов, до нее метров пять-шесть, не больше.
Она была на середине пути, когда услышала мужской голос:
– Мисс Линли? У вас открыта дверь и…
Кристина подняла глаза и увидела… Питера… в смокинге. Он заглядывал в открытую дверь, но не заходил.
От неожиданности она начала падать. Он среагировал мгновенно: подхватил ее со стороны здоровой ноги и приобнял за талию:
– Обопритесь на меня.
Кристина застыла. Он взял ее руку и положил к себе на плечо:
– Пойдемте.
Кристина посмотрела на него и краем глаза увидела их отражение в зеркале.
Она ненамного выше – сантиметров на двадцать, а то и меньше.
Он по-своему истолковал ее бездействие:
– Не бойтесь. Я не дам вам упасть.
Ведомая Питером, она доковыляла до дивана.
Какое облегчение!
Кристина спрятала костыль под диван и поправила юбку. Лишь после этого она рискнула поднять взгляд на Питера. Она выдохнула и:
– Добрый вечер, милорд.
Питера заметно позабавило это чопорное приветствие сразу после того, как она чуть не растянулась у его ног. Он слегка поклонился:
– Добрый вечер, мисс Линли.
– Позвольте поблагодарить вас за помощь – без вас я бы не справилась.
В очередной раз.
Питер поклонился вторично:
– Не стоит. Помогать леди – долг джентльмена.
Кажется, он над ней смеется.
Глупости! Соберись! Ты хотела извиниться – вперед! Вот он, твой шанс.
– Милорд, я хотела поблагодарить вас и извиниться перед вами. Я виновата и…
Питер нахмурился:
– Когда же вы успели провиниться передо мной?
– В тот день в лесу. Я наговорила вам гадостей и…
Питер остановил ее монолог рукой:
– Прошу вас, не стоит. В этом нет вашей вины. Вам было больно, вы были напуганы… Да и в том, что вы сказали, есть доля правды. Но только доля.
Улыбка. Она впервые видела его улыбку. Он никогда не улыбался. А сейчас он что, пошутил?
Кристина смотрела на него во все глаза.
Прекрати пялиться на его рот!
– Вы очень любезны, милорд.
– Я?
Вот сейчас он действительно развеселился:
– Я не бываю любезным практически никогда и ни с кем. Что же касается того дня, то это мне впору извиняться, ведь, не вспугни я вас тогда, вы, быть может, и не упали бы…
– Или упала бы и разбилась.
Питер услышал ее шепот и вздрогнул. Его взгляд привлек накрытый стол:
– Вы ужинали, я помешал вам.
– Нет, что вы! Я не могла есть с открытой дверью. Рози, местная горничная, забыла закрыть дверь – и вот…
Она, улыбнувшись, развела руками.
Он присмотрелся к блюдам, расставленным на столе:
– У вас три десерта. Вы так любите сладкое?
Кристина рассмеялась:
– Я люблю куриные ножки из KFC, но все почему-то считают, что девочки обязаны любить сладкое, и утешают их десертом.
Он быстро уловил главное:
– А вас нужно утешать?
Улыбка слетела с лица девушки – будто лампочку погасили:
– Нет, милорд.
– Вы уверены?
– Абсолютно, милорд.
Питер посмотрел на открытую дверь:
– Что ж, тогда я пойду.
– Благодарю вас еще раз, милорд. За все. И, если несложно, закройте, пожалуйста, за собой дверь.
– Нет.
Кристине показалось, что она ослышалась:
– Что, простите?
– Я сказал «нет», мисс Линли. Я не закрою дверь, и вы не сможете поужинать, пока не вернется ваша мать.
Кристина смотрела в эти красивые карие глаза и понимала, что он абсолютно серьезен:
– Я могу закрыть дверь сама.
– И снова «нет». На повторную вылазку вы не рискнете, ведь у вас широкая юбка, и если вы упадете, да еще и с открытой дверью… Кто знает, что увидят проходящие мимо?
Такого она не ожидала точно:
– Чего вы хотите?
– Правды.
Улыбающийся любезный джентльмен исчез – перед ней стоял жесткий, привыкший всегда получать ответы на свои вопросы человек.
– О чем?
– Почему вам прислали три десерта? Почему прислуга решила, что вы нуждаетесь в утешении?
Он так смотрел на нее, что ей очень захотелось довериться ему, свалив на него всю тяжесть этой ноши, но…
– Милорд, я не знаю и…
– Кристина, кто вас обидел?
Стоя, он был почти вровень с сидящей на диване девушкой. Слегка наклонившись, он заглянул ей в глаза.
Он действительно хочет знать.
ЕМУ ПРАВДА НЕ ВСЕ РАВНО.
Расскажи ему! Мама сказала, одному-двум можно. Он тот один, кто должен знать!
– Дядя Ланс… Милорд Солсберри решил выдать меня замуж за своего внука Луи. Вы его знаете.
Питер кивнул, и Кристина продолжила:
– А я не хочу.
– Почему?
Она удивленно моргнула:
– По всему.
Питер улыбнулся.
– Хорошо. Не хотите – не выходите, в чем проблема?
Кристина нахмурилась:
– Проблема в том, что дядя Ланс – мой опекун.
Питер заложил руки в карманы брюк и перекатывался с носка на пятку:
– Не вижу проблемы. Он не может вас заставить – не те времена. Вот если бы вы хотели выйти замуж за кого-то другого – тут он бы мог воспользоваться своим правом опекуна…
Питер замолчал, испытывающе глядя на Кристину.
– Ни за кого я замуж не хочу. Вообще.
– Ну так скажите ему об этом, и дело с концом!
– Он не принимает отказ.
Питер нахмурился:
– Как это?
Кристина пожала плечами.
– Но почему? В чем дело?
– Дело в том, милорд…
– Питер.
Кристине показалось, что она ослышалась.
– Что, простите?
– Называйте меня по имени, ладно?
Кристина забыла, как дышать. Пауза затягивалась. Питер вновь растолковал все по-своему:
– Если хотите, я могу продолжать называть вас мисс Линли.
Очнись, идиотка! Отомри! СКАЖИ УЖЕ ЧТО-НИБУДЬ!
– Нет.
– «Нет» что?
«Нет» ничего. Соберись уже!
– Не надо меня так называть.
– С вами все хорошо?
Да, со мной все отлично! Ты уйдешь, и у меня случится истерика!
– Да, благодарю вас, мил… Питер…
Он одобрительно улыбнулся:
– Простите, я перебил вас. Итак, вы говорили, что не можете отказать сопля… этому Луи, потому что…
– Я говорила, что не могу отказать дяде Лансу, потому что он мой опекун и распоряжается моим приданым.
– Которое он, как в допотопных романах, давно растратил? Да и черт с ним! Вас и без него любой замуж возьмет.
Любой? А ты? Ты, Питер Девенпорт, меня замуж возьмешь???
Кристина опустила голову в попытке скрыть румянец.
– Благодарю вас, милорд, но я не…
Дыхание все же сорвалось, и она не смогла договорить.
Питер, принявший это за кокетство, поморщился:
– Оставьте, Кристина, вы и без меня знаете, что красивы. Так что там с приданым?
!!!!!!!!!!!!!!!!!
ОН ПРАВДА ЭТО СКАЗАЛ?????
Выдыхай! Раз, два, три…
Восстановив дыхание, она подняла на него глаза:
– Судя по его стремлению выдать меня за Луи, с моим приданым все в порядке.
Он достал телефон, включил дисплей (проверяет время?) и внимательно посмотрел на девушку:
– Мисс Линли… Кристина, я знаю, что джентльмены таких вопросов не задают и бла-бла-бла, но… какова сумма вашего приданого?
– Миллион.
– Миллион чего?
У него было такое забавное выражение лица, что Кристина захихикала:
– Фунтов стерлингов.
– Вы прикалываетесь?
Она рассмеялась в голос:
– Нет, милорд. Это абсолютная правда.
Улыбающаяся Кристина удивленно наблюдала за изменениями, произошедшими с Питером. Вот он только что шутил, болтал, говорил ей комплименты, а тут… закрылся, вновь став чужим и холодным. Ей на минуту показалось, что известие о том, что она богатая невеста, его расстроило.
– Ясно. Я подумаю, что с этим можно сделать.
