В тот момент, когда в демократическом обществе лидер обнаруживает, что невозможно удовлетворить всех и всегда, общество созрело для тирании. Поскольку в демократии правит большинство, то лидеры опираются на опросы общественного мнения и руководствуются настроениями и предрассудками, а не идеями справедливости. Избранные правители с целью получения политических выгод говорят о том, чтобы взять имущество у богатых и отдать бедным. Таким образом, демократия поощряет сражения за перераспределение, усиливающиеся, когда будущий тиран встает на «защиту» бедных от своих врагов и конкурентов.
После того как тиран покончит со своими врагами путем ликвидации или заключения договора, он в первую очередь будет продолжать разжигать любую войну, чтобы люди продолжали нуждаться в лидере; «…для того, чтобы из-за налогов люди обеднели и перебивались со дня на день, меньше злоумышляя против него. …А если он заподозрит кого-нибудь в вольных мыслях и в отрицании его правления, то таких людей он уничтожит под предлогом, будто они предались неприятелю. Ради всего этого тирану необходимо постоянно будоражить всех посредством войны»38.
Платон утверждал, что государство приходит в упадок вследствие избыточности своей базовой ценности. Он считал, что похоть, жадность и бессмысленное стяжательство могут подорвать любую установленную форму правления. Сегодня мы можем отметить, что Платон, говоря о тирании как о худшей форме правления, с ней рядом расположил демократию, как бы предупреждая нас, насколько легко одна форма может перейти в другую при отсутствии общественных механизмов сдерживания и обеспечения справедливости.
Платон определял справедливость как высшую добродетель в государстве, построенном на принципах блага. По его мнению, справедливое общество – то, в котором каждый человек в полной мере реализует данные ему от природы способности. Характеризуя платоновское понимание справедливости и вытекающее из него представление о главных функциях государства, Георг Гегель (1770—1831) в своих «Лекциях по истории философии» писал: «Справедливость отдает вообще должное каждому особенному определению и возвращает его вместе с тем в целое»39.
Необходимо отметить, что экономическая мысль в Древней Греции развивалась в рамках общефилософской традиции, а не как отдельное направление. Все известные труды представителей античной эпохи, в которых рассматривались экономические вопросы, есть философские рассуждения на тему государства и общества. Экономические вопросы не изучались ради них самих, на что и обратил внимание Йозеф Шумпетер, полагавший, что целью Платона являлся не анализ, а «художественное создание такового»40. По его мнению, платоновская картина «„идеального государства“ является анализом не в большей мере, чем изображение Венеры художником является научной анатомией»41. Тем не менее Шумпетер отмечает, что в более поздней работе Платона «Законы» анализ играет большую роль, но опять-таки не является самоцелью, что лишает его глубины и завершенности.
Наиболее серьезное влияние на развитие экономической науки оказал ученик Платона и воспитатель Александра Македонского Аристотель. Он впервые осознанно выбрал анализ в качестве главного инструмента научного исследования. И все же его интересы были сосредоточены в области политической социологии, а проблемы экономики были лишь отдельным сегментом в поисках идеальной модели государственного управления. Недаром один из самых известных его трудов называется «Политика» (325—322 до н. э.)42.
Аристотель
(384—322 до н. э.)
Аристотель анализировал товарный обмен, и этот анализ, скорее всего, был попыткой определить критерии справедливости, на которой выстраивалась вся афинская правовая система. В любом случае, в его анализе соображения справедливости доминировали над экономическими доводами.
Необходимо отметить, что Аристотель анализировал не рыночный обмен, а изолированную систему обмена. Это различие имеет очень важное значение для понимания методологии и выводов Аристотелевой модели. Экономисты определяют изолированный обмен как двухсторонний обмен товарами в сочетании с собственными предпочтениями участников обмена без учета иных альтернативных рыночных возможностей. Рыночный обмен имеет место тогда, когда отдельные торговцы принимают свои решения исходя из своей осведомленности в условиях всеобъемлющей торговли с большим количеством участников организованного и информированного рынка. В рыночном обмене публично известная цена является конечным результатом справедливого согласования интересов множества покупателей и продавцов. В изолированном обмене, напротив, цена не является рыночной, выработанной множественной реакцией рынка на предложение. При отсутствии взаимодействия между большим числом участников рынка справедливость каждой трансакции может быть установлена только незаинтересованной третьей стороной, например судьей или арбитром. Кроме того, решение должно быть вынесено в каждом конкретном случае на индивидуальной основе. Изолированный обмен был обычным условием в рассуждениях Аристотеля, и он остается довольно распространенным явлением сегодня в доиндустриальных экономиках, где примитивные или своеобразные способы производства приводят к высокодифференцированной продукции.
Несмотря на то что Аристотель был лучшим учеником Платона, он отверг идею своего учителя об идеальном государстве. Вместо этого он предложил идею смешанной экономики, дающую больше экономических стимулов. В отличие от Платона, который признавал частную собственность только тех, кто не управлял государством, Аристотель признавал право на частную собственность для всех классов, основываясь на утверждении, что она влечет рост экономической эффективности, социализирует мир и способствует развитию морали.
Во времена Аристотеля Афинское государство функционировало главным образом в распределительной экономике. Богатство и привилегии раздавались правительственными решениями с учетом обычаев и традиций. Были распространены раздача различных почестей, бесплатных общественных обедов, театральных представлений, зерна; выплаты гражданам за исполнение обязанностей присяжных на общественных собраниях и другие вознаграждения. Эти «пожалования» стали прерогативой каждого греческого гражданина, и Аристотель рассматривал их как защиту от неограниченной демократии. Поэтому в этих условиях его основной заботой была система справедливого распределения.
Анализ Аристотелем двустороннего обмена был сделан с акцентом на справедливой системе распределения. Он рассматривал обмен как двусторонний процесс, когда обе стороны готовы к обмену друг с другом своими товарами. Таким образом, обмен строится на понятии взаимности. Его анализ строится скорее на законодательной, а не на коммерческой основе.
Аристотелева модель обмена предполагала наличие непременных условий для торговли, и эти предпосылки стали неотъемлемой составляющей раннего экономического анализа (Рис. 2).
Возможно, некоторая недооформленность и незаконченность экономических идей Аристотеля объясняется отсутствием в Древнем мире рыночной экономики. Совсем непросто четко определить время и стадии, через которые прошла примитивная торговля, меняя формат на рыночный. Однако анализируя явление коммерческой торговли, Аристотель утверждал, что в нем нет ничего нового, за исключением масштабов43, при этом увеличение масштабов торговли повлекло за собой рост денежного оборота. Деньги начинали играть роль единого стандарта, став выражением товарной стоимости и основой обмена.
Рис. 2. Положения Аристотелевой модели обмена
Наиболее важное для современной экономической теории Аристотель совершил, рассуждая о стоимости с точки зрения дополнительных сравнений. В его анализе появились первые элементы трудовой теории стоимости, а также он сформулировал мысль о том, что в основе пропорций обмена товаров лежит их полезность и что деньги выступают в качестве инструмента сравнения товаров, становясь для всех общей потребностью. Аристотель, кроме того, первым озадачился проблемой определения пропорции обмена – проблемой, которая по сей день вызывает дискуссии.
Во времена Аристотеля внешняя и внутренняя торговля существовали раздельно. Местные продовольственные рынки, число которых было очень невелико, и места для торговли с внешними контрагентами абсолютно четко различались. Возникновение рынков в принципе в самом начале было связано с необходимостью снабжения армии или с реализацией награбленного в военных походах имущества. Кроме того, сама идеология этого рынка на начальном этапе не предполагала его коммерциализации. Тем не менее со временем возникла потребность связывания этих двух сфер экономики – внешней и внутренней торговли, – поскольку привозные товары, сбываемые военными и торговцами, попадали на внутренний рынок и требовали оценки их стоимости. Но Аристотелю тогда был неизвестен механизм установления физической связи между ними – формирование цены путем взаимодействия спроса и предложения44.
Теория денег Аристотеля рационально объяснила происхождение денег и их функцию. Он подчеркивал свое восприятие денег в качестве стандарта стоимости и средства обмена, а также признавал их как средство сбережения.
Естественно, Аристотель писал до создания бумажных денег и банковского дела, но он все-таки описал свойства денег в IV в. до н. э., когда единой валютой являлось золото. Несмотря на то что со временем золото было заменено бумажными деньгами, свойства денег, описанные Аристотелем, не утрачены и остаются значимыми по сей день. Он также описал пять свойств золота, обусловившие его использование в качестве денег45:
1) долговечность. Из золота производятся хорошие деньги, которые не испаряются, не размокают, не ржавеют, не крошатся, не ломаются и не гниют. Золото химически инертно, что делает его прочным средством обмена;
2) делимость. Независимо от формы, в которой находится золото – слитки, пыль, монеты, – оно всегда сохраняет свою стоимость и делится без амортизации. Алмаз, напротив, при разделении теряет свою стоимость;
3) удобство. Золото позволяет владельцу переносить свое состояние с собой, в то время как недвижимость остается там, где она есть, а иные металлы могут быть слишком тяжелы, чтобы носить их с собой;
4) однородность. Существует только один стандарт для 24-каратного золота, и нет опасности обладать чем-то иным, отличающимся по качеству. Золото всегда и везде одинаково, потому что это натуральный элемент, в отличие от драгоценных камней, произведений искусства, земли, зерна и других товаров;
5) собственная ценность. Золото используется при производстве массы других товаров помимо денег. Из всех металлов оно наиболее податливо, эластично и менее реагирует на внешнее воздействие.
Коммерческая торговля рассматривалась Аристотелем как неестественная форма торговли. В понимании Аристотеля, опирающегося на постулат самообеспеченности, естественной была торговля неприбыльная. Именно такой подход определил рассмотрение Аристотелем в качестве главных политических вопросов «делание денег» в процессе торговли и установление справедливой цены. В древнегреческой ментальности процесс неограниченного зарабатывания денег представляет собой угрозу социальной и экономической стабильности. Аристотель приравнял коммерческий интерес, т. е. желание получить прибыль, к ростовщичеству и осудил его, поскольку в его понимании было неестественно, что деньги как средство обмена должны воспроизводить сами себя в процессе перехода из рук в руки.
Следуя нашей задаче формирования объемного представления об исторических процессах и о причинах того или иного явления, необходимо кратко остановиться на объяснении того интеллектуального всплеска в сфере политической и экономической науки, который произошел в V—IV вв. до н. э. в Древней Греции.
Середина V в. до н. э. была временем расцвета Афин. Греко-персидские войны первой половины этого столетия закончились в 449 г. до н. э. победой греков. Древняя Греция стала самым мощным политическим объединением в бассейне Эгейского моря, а Афины, возглавлявшие военно-морской союз, превратились в ее главный полис. В этот период расцвета и богатства, когда деньги текли в казну и число рабов росло как никогда, сельская община как основа экономики окончательно разложилась, уступив место рабовладельческому хозяйству. Именно тогда сформировалось общественное мнение о том, что физический труд – удел рабов и он не является достойным занятием для свободного гражданина. И это представление о недостойности физического труда оказалось очень живучим и – принимая во внимание то, о чем мы говорили выше: древнегреческая культура стала колыбелью западной цивилизации, – перекочевало в Средневековье и дожило до наших дней. Война, образование и управление на тысячелетия закрепились в качестве элитарных видов деятельности.
Но успех Афин был недолог. Их пышный расцвет с новой силой спровоцировал старый конфликт со Спартой за лидерство. В 431 г. до н. э. вспыхнула Пелопонесская война, которая продлилась до 404 г. до н. э. и за 27 лет истощила ресурсы всей Греции. Фактически это был конфликт двух систем в одной культуре, поскольку Афины представляли собой демократию, а Спарта, в свою очередь, управлялась олигархией. Спарта победила, опустошив Афины и подорвав свою собственную экономику. Вся Древняя Греция оказалась в глубоком социально-экономическом кризисе. Именно эта сложившаяся ситуация заставила древнегреческих мыслителей озадачиться проблемами государственного устройства и экономической организации.
Совершенно очевидно, что эпоха Аристотеля была временем смены экономических структур и объективно подтолкнула его пытливый ум к анализу денежного обращения. Дело в том, что на протяжении длительного периода экономической основой власти в Афинах было крупное землевладение. Это, кстати, способствовало появлению и развитию первых признаков частной собственности. Однако в процессе погружения Древней Греции в кризис изменялась вся система ценностей классического полиса: начала чаще разрешаться свободная купля-продажа земли, росла концентрация капитала, умирали остатки общинной собственности. Престижной стала наиболее ликвидная форма богатства – деньги, что потребовало изучения при анализе форм государственного управления и процесса товарного обмена.
Возник новый феномен древнегреческого общества: появились граждане без земли и новые землевладельцы без гражданства. Этими новыми собственниками в основном были метеки – буквально «переселенцы», свободные иностранцы и вольноотпущенные рабы. Часть из них вполне могла в новых условиях позволить себе стать землевладельцами. История происхождения их капитала весьма любопытна.
В течение столетий владеть недвижимым имуществом в Древней Греции могли только граждане. Поскольку в те времена гражданства не раздавалось в принципе, им можно было обладать только по праву рождения, то все иностранцы и вольноотпущенные рабы автоматически являлись негражданами и не могли обладать недвижимым имуществом. Метекам позволялось иметь лишь рабов и движимое имущество, что не слишком способствовало их обогащению. А для нищих и бывших рабов вообще не было источников пропитания кроме найма. Но в процессе развития торговли, увеличения объема и скорости торгового оборота выросла потребность в кредитно-финансовых операциях. И, поскольку занятие этим бизнесом не нарушало имущественного законодательства, то выдачей ссуд под проценты, денежным обменом, хранением денег и проведением расчетов занимались метеки, в т. ч. из бывших рабов, которых именовали менялами-трапезитами46. Здесь лежат истоки укоренившегося на века презрения к профессии ростовщика. Прошло много веков, прежде чем работа банкира перестала считаться «трудом презренных».
Начиналось разрушение античного мира, стирались старые границы и правила. Формирующаяся частная собственность повлекла за собой усиление социального расслоения древнегреческого общества. Кризис эффективности в условиях несоответствия устаревших традиций и права новым реалиям привел к ослаблению и утрате политического значения Древней Греции.
Возвращаясь к Аристотелю, еще раз отметим, что для него естественным использованием денег было их расходование, он рассматривал аккумулирование или накопление денег в собственных интересах как противоестественное и, следовательно, осуждал его. И поскольку не может быть кредитования без предыдущего накопления, то ссуда тоже вызывала подозрения. Исходя из этого понимания, Аристотель осуждал процент как «противоестественный». К сожалению, он так никогда и не задался вопросом, почему проценты вообще выплачиваются. Другими словами, Аристотель не разработал теории процента, хотя у него была примитивная теория денег, с которой он связывал проценты.
При взгляде через тысячелетия становится ясно, что вкладом греков в западную мысль стал рациональный подход к общественным наукам. Их идеи сформировали непрерывную исследовательскую среду, которая простиралась от микроэкономических ценностей базовой единицы производства (потребления) – домохозяйства – до макроэкономических ценностей счастья и самодостаточности коллективных объединений граждан. Чего древние греки не поняли, так это концепции рынка как саморегулирующегося механизма. Таким образом, их рамки анализа были антропоцентрическими и административными. Но экономические воззрения Аристотеля, как и множество других его научных идей, продолжали много веков оказывать влияние на человечество, в т. ч. на организацию экономической жизни средневекового города через одного из самых авторитетных религиозных философов Фому Аквинского (1225—1274), связавшего христианское вероучение с философией Аристотеля и влиявшего на умы всей средневековой Европы. Работа аристотелевской мысли позволила возникнуть множеству школ и направлений в различных отраслях науки.
3. Экономическая практика Древнего Рима
До нашего времени дошло содержание относительно большого количества текстов древнеримских мыслителей. Однако в основном все эти работы из области юриспруденции, философии, военного дела и истории. С точки зрения экономической науки, по выражению Шумпетера, вклад Древнего Рима еще меньший, чем Древней Греции47. Нам доступны экономические данные только для двух столетий римской истории, со 150 г. до н. э. по 50 г. н. э. В этот период истории появилось мало реальной аналитической работы, поскольку основное внимание уделялось военным и политическим вопросам. К тому времени, когда Рим достиг вершины своего могущества, важные коммерческие интересы развились и распространились по всей империи. А к концу Римской республики появилось достаточно экономических проблем – проблемы торговли, финансов, войны, колонизации и рабства, и это лишь некоторые из них, – чтобы нанять легион экономистов и правительственных советников. Но при всей своей мощи и последующих неприятностях Рим разделял олигархическую этику Древней Греции. Основными способами накопления богатства были завоевание, пиратство, захват рабов и торговля ими, ростовщичество, сбор налогов и прочие схожие эксплуататорские виды деятельности. В простом классовом обществе при наличии рабского труда было не слишком много предпосылок заниматься отвлеченной экономической теорией.
Иными словами, социальная структура Древнего Рима не была благоприятна ни для чисто предпринимательской деятельности, ни для научных размышлений о поведении рынков. Снизу вверх римское общество состояло из рабов, крестьян, ремесленников и торговцев, возглавлялось гражданской и военной аристократией. Хотя аристократия питала значительный интерес к греческой философии и искусству, она делала это скорее в качестве развлечения, а не в качестве профессионального занятия, с предсказуемым результатом отсутствия серьезного аналитического прогресса в экономической науке.
Тем не менее есть несколько авторов, рассматривавших проблемы практической экономики, которых стоит упомянуть: Катон, Варрон и Колумелла.
Марк Порций Катон Старший (234—149 до н. э.) помимо того, что был военачальником, государственным деятелем республиканского Рима, был писателем. В т. ч. он написал труд «О сельском хозяйстве» (160 до н.э.), в котором, несмотря на то что вторая половина книги – это набор не связанных между собой рецептов и рекомендаций разного рода, постарался систематизировать регламент проведения земледельческих работ, анализировал критерии выбора земли для организации хозяйства и записал рекомендации по определению структуры этого хозяйства, что можно рассматривать как шкалу доходности отраслей сельского хозяйства. Также он уделил много внимания системе организации труда рабов, расценивая их в качестве основного источника получения дохода. Кстати, в настоящее время это самое раннее из известных прозаических произведений на латыни.
Варрон
(116—27 до н. э.)
Трактат римского ученого-энциклопедиста, агронома и археолога Марка Теренция Варрона «О сельском хозяйстве» (37 до н. э.) изложен в трех книгах: «полевое хозяйство», скотоводство, приусадебное хозяйство – и посвящен проблемам развития латифундийского хозяйства, тревожным перспективам его развития и поискам путей укрепления экономики рабовладельческого строя.
Луций Юний Модерат Колумелла, решивший после военной службы заняться сельским хозяйством, позже написал трактат, который не отличается оригинальностью названия, – «О сельском хозяйстве» (ок. 62), – что только делает акцент на важности этой базовой темы для жизни и экономики Древнего Рима в течение веков.
Колумелла
(4—70)
Колумелла заслужил внимание исследователей тем, что впервые в истории античной мысли пытался изучить проблему интенсивного пути развития хозяйства через реорганизацию рабского труда, обращая внимание на его низкую эффективность и передачу мелких участков земли в пользование полузависимым крестьянам.
Проанализировав содержание и направленность работ этих трех авторов в хронологическом порядке, мы можем определить тенденцию изменений в социально-политической сфере Древнего Рима: от задач по организации хозяйства и труда рабов через анализ проблем и поиск путей укрепления экономики к предложениям по реорганизации системы рабского труда и переходу к мелкому производству.
Конечно, крупнейшим достижением римского общества стал Закон. С социальной точки зрения это был венец одной из величайших в мировой истории империй. Система римского права была разделена на две больших отрасли:
– публичное право (лат. jus publicum) – нормы права, которые охраняют интересы общества в целом, определяют правовое положение государства и его органов;
– частное право (лат. jus privatum) – право, определяющее отношения в сфере частной собственности, которое, в свою очередь, включало:
• гражданское право (лат. jus civile) – право, субъектами которого являлись граждане Рима (квириты);
• право народов (лат. jus gentium) – право, составленное для решения споров между жителями зависимых земель и иностранцами, находящимися на подконтрольной Риму территории;
• преторское право (лат. jus honorarium) – право, возникшее во второй половине II в. до н. э., представляющее собой совокупность поздних форм судебной и административной защиты, процессуальных норм, принципов и правил, введенных преторами и эдилами и объявленных в их эдиктах. Появлению этого направления римского права способствовали развитие экономики, рост рабовладения, концентрация капитала и земельной собственности. Все эти возникающие социально-экономические факторы делали старые нормы гражданского права неактуальными, требующими исправлений и дополнений.
В момент крушения Римской империи в 476 г. наступила эпоха Великого переселения народов, западная цивилизация вошла в «Темные века», что сопровождалось утратой огромного количества культурных и научных знаний. На бывших римских землях как грибы появлялись различные новые варварские царства и княжества, которые объединяло невежество. И если отношения подданных с органами управления в этих новых государствах в основном были регламентированы существовавшими традициями, племенными правилами, религией и пр., то отношения в сфере появившихся новых форм частной собственности и новых для варваров отраслей хозяйства до этого не регулировались никак. Возникла необходимость обратиться к законодательному опыту Римского государства. Кроме того, эта необходимость совпала с потребностью каждого новоиспеченного монарха обосновать свои претензии на престол, порой объявляя себя преемником великого Рима, выводя для этого свою генеалогию от римской аристократии. Таким образом, римское публичное право осталось практически невостребованным и забытым, а частное право отдельными фрагментами прочно вошло в жизнь практически всех правовых систем Западной Европы, и не только. В науке этот процесс заимствования имеет устойчивое определение: рецепция римского права.
Римское частное право сохранило основные экономические принципы, впоследствии ставшие отправной точкой для экономического анализа. Римские понятия собственности и договора стали основой западной правовой системы. Концепция естественного права, которая восходит, возможно, еще к Аристотелю, нашла свое отражение в системе римского права, где оно использовалось в качестве подтверждения прав человека, как критерий, определяющий различие людей в зависимости от возраста, разделение вещей на юридические категории в связи с различием их естественных свойств и пр. Некоторые исследователи утверждают, что современные теории корпораций своими корнями, возможно, также уходят в римское право48.
В завершение рассмотрения экономической практики Древнего Рима необходимо отметить, что социально-экономические изменения стали одним из основных факторов, содействовавших краху Римской империи. Увеличение территорий, рост благосостояния аристократии, сопровождающийся усилением концентрации капитала, в условиях неэффективной экономической системы, низкой рентабельности рабского труда влекли за собой увеличение объема затрат на систему безопасности, контроля и обеспечения производства продукции. В результате это вынудило власть провести реорганизацию хозяйственной системы Древнего Рима. Стало дешевле нанять на работу бывшего раба, чем купить раба и содержать охрану и надзирателей. Однако процесс освобождения рабов и их переход в статус наемных работников привел к появлению новой социальной группы, не предусмотренной римским правом и менталитетом римлян. Свободные люди, не имеющие прав ни на что, не являясь гражданами Рима, не обладая собственностью и источниками содержания себя, постепенно набирали критическую массу, расшатывая государство изнутри.
4. Философско-экономические воззрения Древнего Китая
Китай – одна из самых древних мировых цивилизаций, но его история, а также история научной и, в частности, экономической мысли долго оставались недоступнми для довольно значительной части западного мира. Эта проблема обусловлена долговременной географической, культурной и языковой изоляцией Китая, а также глубокими ментальными различиями китайской и западной цивилизаций, которые в последние десятилетия все-таки преодолеваются.
Как утверждают исследователи, первые признаки экономической мысли в Китае появились в эпоху династии Восточная Чжоу (771—249 до н. э.)49. В соответствии с датировкой правления династии Восточная Чжоу мы можем сделать вывод, что экономическая мысль в Китае развивалась параллельно с мыслью в античной Греции. Это период, когда дом Чжоу постепенно утрачивал свою власть и территория Китая была поделена между отдельными царствами и удельными княжествами, постоянно враждующими и конкурирующими за власть и земли. Именно в этот период увеличилась производительность земли; выросла монетизация экономики, т. е. она наполнялась ликвидными активами; развивалась финансовая система; увеличилось движение капитала; в экономике росла специализация; появились купцы, города; оформились торговые места; стало более резким расслоение на богатых и бедных. В эту же эпоху наступает «золотой век китайской философии» (V—III вв. до н. э.), когда три основных философских школы: школа закона «фа-цзя» («законники»), конфуцианство и моизм – занимались в т. ч. и рассмотрением экономических вопросов.
ШКОЛА ЗАКОНА
Выдающимся мыслителем и основоположником легизма был знаменитый философ и политик Гуань Чжун. Он отвергал принципы децентрализации и морального убеждения общества, сосредоточившись на вопросах централизации государственной власти и правовых механизмов контроля; вел борьбу с наследственной аристократией, укрепляя власть государя.
Гуань Чжун был первым советником правителя царства Ци, где по его инициативе был введен дифференцированный налог в зависимости от качества земли и количества пахотных полей, отменен передел полей в общине.
В результате этой реформы основным объектом налогообложения стала отдельная семья землевладельцев, а не община в целом. Под государственный контроль были поставлены добыча соли и железа, рыночные цены и чеканка монеты. В столице была введена система воинской повинности, а также создана трехступенчатая система замещения государственных должностей50.
Гуань Чжун
(720—645 до н. э.)
В честь Гуань Чжуна был назван один из первых в мире экономических трудов – древнекитайский трактат «Гуань-Цзы»51, объединивший в 86 главах труды разных авторов VII—III вв. до н. э., сторонников административно-правовых методов управления. В «Гуань-Цзы» отражены ранние формы синтеза идей различных древнекитайских философских школ с преобладанием даосских концепций, а также изложено учение об идеальном правителе, о методах управления государством и народом. Обозначены взаимосвязь развития частной собственности и формирования государственности, идея главенства закона. Одновременно с практическими рекомендациями в «Гуань-Цзы» встречается определение рынка, в котором уже можно усмотреть теоретический подход к проблеме экономического равновесия: «Рынок – это то, по чему знают порядок или беспорядок в состоянии хозяйства»52. Также в трактате изложен принцип стабилизации хозяйства путем выпуска денег, накопления товаров и государственного регулирования цен53. Вероятно, это был один из первых в истории опытов нормирования эмиссии денежных средств и борьбы с инфляцией.
Более поздний представитель «законников» Хань Фэй-цзы, который был учеником основоположника неортодоксального ханьского конфуцианства Сюнь-цзы (300—237 до н. э.), вслед за своим учителем считал, что люди мотивированы в первую очередь своими собственными интересами. В результате своего анализа он синтезировал взгляды трех легистских течений:
• принцип управления с помощью законов, предписаний («фа») Шан Яна (390—338 до н. э.);
• принцип власти, силы и авторитета («ши»), сформулированный Шэнь Дао (395—315 до н. э.);
• принцип метода, искусства власти, управления («ту») Шэнь Бухая (385—337 до н. э.).
Хань Фей-цзы
(280—233 до н. э.)
Эти принципы Xань Фей-цзы соединил в теорию деспотической власти с принципом «фа» в качестве центрального54. Он утверждал, что общественный порядок и экономический прогресс могут быть обеспечены только жесткой централизованной системой контроля поощрений и наказаний.
КОНФУЦИЙ И ЕГО ПОСЛЕДОВАТЕЛИ
Аналогично своим современникам из Древней Греции Конфуций был занят изучением моральных проблем в обществе. Он сформулировал этическую систему, в которой постарался регламентировать все природные и социальные явления, движение небесных тел, смену времен года, межличностные отношения, объяснить причины укрепления и падения государств и правительств.
Конфуций
(551—479 до н. э.)
В конфуцианстве возвышение правителей основано не на наследственности, а на их силе и способностях. Легитимность государства базируется на перечне этических норм и правил, которые составляются известными мудрецами, и оно управляется людьми, получившими власть благодаря моральным качествам, а не путем принуждения или благодаря «божественным духам». В иерархическом обществе Конфуция, где человек имеет свое уникальное место в социуме, социальная гармония наступает только тогда, когда каждый человек осознает свое предназначение и выполняет его. Идеальное конфуцианское общество не предусматривает личностной выгоды, оно приводится в движение желанием людей служить на общее благо. Эти простые и ясные идеи определяли область развития китайской экономической мысли в течение многих столетий.
Конфуций разработал принципы налоговой справедливости, которые ограничивали полномочия императора. Если император нарушал правила налогообложения, изложенные Конфуцием, предполагалось, что он нарушал божественные правила и должен был уйти. Он также сформулировал несколько основных экономических заповедей55:
1) налоги, взимаемые с людей, которые производят продукт на своей земле, не должны превышать 10%;
2) государственные расходы, включая расходы на содержание государственного аппарата, должны определяться размером государственных доходов, а не наоборот;
3) уровень жизни каждого человека должен соответствовать его социальному статусу, но это не должно быть расточительством или крайней бережливостью;
4) главной обязанностью правителя является благосостояние его народа;
5) правительство в управлении страной должно придерживаться общей позиции невмешательства, но оказывать помощь развитию производства и контролировать справедливое распределение доходов.
Неоднозначность высказанных Конфуцием постулатов повлекла за собой после его смерти конфликты и споры среди его учеников и последователей о сущности человеческой природы и о роли государства в экономике. Один из учеников Конфуция, Мэн-цзы (372—287 до н. э.), считал, что люди по своей природе добры и что правительство должно содействовать общественному благосостоянию, придерживаясь политики невмешательства. Другой, уже упомянутый нами выше Сюнь-цзы, утверждал, что в людях доминирует отрицательная мотивация – «человек по своей природе зол» – и правительство должно быть более авторитарным.
МОИЗМ
Моисты – представители еще одной древнекитайской философской школы, которая получила свое название от своего основателя Мо-цзы.
Мо-цзы
(ок. 479 – 391 н. э.)
Он получал образование под руководством учеников Конфуция, но позже отверг его учение. Как и Конфуций, Мо-цзы стремился сформулировать законы экономического развития и благополучия в рамках существующих монархических режимов, но расходился с ним в средствах достижения этих целей. Он был против классовых различий и роскоши. Выступая за социальную мобильность, мир, порядок и национальное благосостояние, Мо-цзы верил в универсальную братскую любовь людей, которая должна была нейтрализовать природные наклонности человека к эгоизму и несправедливости. Он предложил весьма прогрессивную для своего времени концепцию разделения труда. В его школе, где поощрялось религиозное рвение, действовали строгая, практически военная, дисциплина и авторитарные принципы.
Китайские философы, как и их древнегреческие коллеги, проводили свои экономические исследования в рамках изучения проблем этики и морали того времени. Их экономический анализ проводился под влиянием действовавших на тот момент систем общественных отношений, в которых не предполагалось и не задумывалось наличия рынка в качестве саморегулирующего механизма, позволяющего свободную рыночную игру с целью получения прибыли. Вполне естественным образом экономика рассматривалась как отрасль философии морали; эта тенденция еще долго продолжалась на Востоке так же, как и на Западе.
Исходя из оценок, данных известными историками экономической мысли теоретическим трудам ученых Древнего мира, можно сделать обобщающие выводы:
– основной движущей силой научных поисков на том этапе истории человечества являлись практические нужды, а не стремление к интеллектуальным открытиям;
– упрощенная социальная структура общества, с наличием бесправных категорий населения (рабы, крепостные и пр.), не предполагает наличия необходимости социально-экономических исследований, поскольку обладает экономикой довольно простой формы. Этот вывод также подтверждается определенной нами при рассмотрении вопросов формирования истории экономических учений в качестве науки основной причины возникновения первых экономических теорий в начале XVII в. – эволюции форм государственного устройства и социально-экономических систем.
Глава III. Экономические взгляды в эпоху феодализма
1. Средневековая наука арабского мира
Широко известны вклад средневекового арабского мира в развитие научного наследия античных времен, а также его заслуга в сохранении этого знания, которое в итоге досталось народам Запада, соединив таким образом мир античный с современной цивилизацией. Работы древнегреческих ученых, таких как Архимед (287—212 до н. э.) и Евклид (325—265 до н. э.), стали известны Европе благодаря арабам. Запад узнал труд Птолемея (ок. 100 – ок. 170) «Альмагест» (ок. 140) в арабском переводе, и этот труд на протяжении 13 веков оставался самой полной и точной базой для астрономических исследований. Однако современные экономисты редко вспоминают о вкладе арабских ученых того времени в экономический анализ, а для этого есть все основания.
В течение пяти веков – с 700 до 1200 г. – Арабский халифат был мощнейшим государством, удерживая пальму первенства в мире по уровню управления и организации правительства, изысканности общества и уровню жизни, бесспорно лидируя в науке, литературе, образовании, архитектуре, медицине и философии.
Уже к началу VIII в. арабы смогли подчинить Иран, Ирак, Сирию, Палестину, Египет, часть территории Северной Африки, Закавказья, Испании. Они аккумулировали всю многообразную культуру персов, сирийцев, иудеев и других покоренных народов, перерабатывая ее и поднимая на новый уровень. Это происходило в то время – как мы уже упоминали выше, – когда Запад погрузился в «Темные века», прервав историческую связь со своими собственными цивилизационными корнями.
В VIII—IX вв. арабские ученые уже использовали индийскую десятичную систему, которую во всем мире теперь называют арабской. Известный в математике и экономике термин «алгоритм» произошел от латинской формы имени выдающегося ученого Мухаммеда бен Мусы аль-Хорезми – автора трактата «Об индийском счете»56. А знаменитый поэт Омар Хайям, который был также астрономом и математиком, в 1074 г. издал работу по алгебре «Трактат о доказательствах задач алгебры»57.
Но что наиболее важно для рассматриваемой нами темы, так это сохранение арабами и новое открытие для западного мира трудов Аристотеля, о значении работ которого мы говорили, обсуждая эллинистические взгляды в экономике.
Развивая экономическое знание, арабские ученые Средневековья рассматривали экономику не как самоцель, а как средство достижения цели. Будучи религиозными, они дискутировали о возможности примирения разума и веры. Целью веры должно было стать спасение, а следовательно, экономическая деятельность рассматривалась как часть земной борьбы за возможность попасть на небеса. Выдвинув на передний план вопросы религии, исламские философы демонстрировали не слишком сильное беспокойство о точности и обоснованности экономических формулировок. Вместо этого они акцентировали свое внимание на том, как экономические идеи увязывались с их этическими и политическими принципами. В исламе нет традиции позитивного права, вытекающего из человеческой целесообразности. Правовая система является производной религии и функционирует на религиозной основе ислама. Шариат – выражение божественной воли, исходя из которого богословы и правоведы разрабатывали этические, общественные и экономические принципы. Это делает очень проблематичным сравнение исламской и западной экономических систем.
В качестве примера фундаментальных различий в экономических системах можно привести работу банка. В исламском банкинге действуют иные правила. В отличие от западных банков, там запрещены ссудный процент, фьючерсные сделки, спекуляция, азартные игры. Запрещены инвестиции в производство алкоголя и табака, в переработку свинины и мяса животных, умерших своей смертью, и пр.
Задолго до того, как Адам Смит сформулировал свои идеи, многие исламские ученые изучали различные аспекты экономической деятельности общества. В их числе можно назвать Абу Юсуфа, аль-Фараби, Абу Хамида аль-Газали, Насира ад-Дин Туси с его трактатом о финансах, Таки ад-Дин ибн Таймия и его труд «Хисба в исламе»58, Абдель Рахмана ибн Халдуна.
Объективные ограничения не позволяют нам системно рассмотреть и изучить все аспекты средневековой арабской интеллектуальной традиции, но мы сосредоточимся на очень важном интеллектуальном звене исламской научной мысли XI—XIV вв., ярким представителем которого является Абу Хамид аль-Газали – правовед, философ и богослов, один из основоположников суфизма. Он разработал то, что сегодня можно было бы назвать функцией социального обеспечения на основе рассмотрения полезности и бесполезности. Аль-Газали исходил из того, что хотя спасение и является целью человеческой деятельности, однако стремление к экономической активности является необходимой частью достижения этого, иначе бы люди погибли. Поэтому экономическая деятельность рассматривалась лишь как один из аспектов выполнения религиозных императивов.
Абу Хамид аль-Газали
(1058—1111)
Анализируя функции денег, аль-Газали писал:
«Золото и серебро – это дары Бога. Благодаря им совершаются все мирские дела. Но (золото и серебро) – всего лишь металлы и не имеют ценности сами по себе. Люди желают иметь их, поскольку с их помощью можно приобрести все товары в мире»59.
Выполняя функцию меры стоимости, деньги, по мнению ученого, выступают в роли судей, определяющих цену любой вещи. Создается впечатление, что аль-Газали знал разницу между потребительной и меновой стоимостью товара, т. е. находился у истоков теории стоимости товара. Как и Аристотель, аль-Газали считал ростовщичество вредным, потому что начисление процентов на займ и кредитование изменяет ключевую функцию денег – способствовать товарному обмену.
Аль-Газали признавал три источника богатства:
• индивидуальный заработок;
• доход, полученный от обмена;
• приобретения, полученные в результате завещания или находки.
Чуть позже европейские схоластики возьмут многое из взглядов аль-Газали и сделают их частью своей философии, поскольку ему в своих рассуждениях удалось науку, философию и мотивацию подчинить религии и теологии.
Благодаря своим исследованиям аль-Газали внес вклад в развитие четырех ключевых направлений экономической мысли (Рис. 3).
По аль-Газали, рынок – механизм добровольного обмена – развивается как часть естественного порядка вещей. Ценность товаров увеличивается путем их продажи, делая их доступными в любом месте и в любое время. Кроме того, считая накопление богатства не самым благородным видом экономической деятельности, он признавал, что это необходимо для обеспечения функционирования и развития экономики.
Несмотря на то что аль-Газали не мог понимать современную технику анализа спроса и предложения, его рассуждения о ценах и прибыли легко вписываются в современные рамки. Он обладал интуитивным пониманием концепции ценовой эластичности и примитивным представлением о равновесии цен. Как и все средневековые авторы, аль-Газали основывает свои рассуждения о рынке на этико-моральных нормах поведения, осуждающих скрытность, обман, манипуляции и спекуляцию.
Рис. 3. Основные направления экономических исследований
Абу Хамида аль-Газали
Аль-Газали, опираясь на исламские принципы долга и ответственности, классифицировал производственную деятельность с точки зрения ее социальной значимости на первичную (сельское хозяйство), вторичную (собственно производство промышленных товаров) и третичную (услуги). Акцентируя внимание на необходимости поддержки государством сельского хозяйства, он прекрасно понимал важность поддержки всех трех уровней производства и осознавал взаимосвязи в производственной цепочке. В качестве примера он приводил то, как фермер производит зерно, мельник делает муку, а пекарь выпекает хлеб, и уже чувствовал, что эти взаимосвязи требуют специализации и разделения труда, а также сотрудничества и координации. Идеи и работы аль-Газали перекликаются с трудами Адама Смита, которые появятся только более чем 500 лет спустя60.
И сегодня очевидно, что отдельные аспекты воззрений арабского философа нашли свое место в западной традиции – например, утверждение, что государство должно обеспечивать мир, справедливость, безопасность и стабильность в целях содействия экономическому развитию. Однако хотя его рассуждения на тему государственных финансов и достаточно проницательны, в некотором отношении они ограничены религиозными, этическими и культурными заповедями ислама. При этом он демонстрирует понимание системы распределения доходов и принципов налогообложения, одобряет государственные заимствования, но при условии обеспечения возврата из будущих доходов. Аль-Газали считал общественно полезным законное использование государственных средств на оборону, образование, здравоохранение, содержание правоохранительной системы, а также на строительство дорог и мостов.
Аль-Газали имел множество учеников, которые, в свою очередь, распространяли знание дальше, сохраняя непрерывную линию экономических исследований на протяжении XI—XIV вв., но всегда в качестве лишь одного из вспомогательных направлений исламской морали, что, как мы рассмотрим ниже, сыграло регрессивную роль. Эта интеллектуальная традиция завершилась трудами мусульманского философа, историка и социального мыслителя ибн Халдуна.
Абдель Рахман ибн Халдун родился в 1332 г. в Тунисе, в аристократической семье. Он получил хорошее образование, был дипломатом, историком, юристом, социологом и экономистом. Под руководством своего отца и учителей ибн Халдун до 18 лет изучал основы религии, грамматику, философию, логику и иностранные языки. Затем на протяжении 32 лет он на практике осваивал науку государственного управления и дипломатии в Марокко, Испании, Алжире, Тунисе и Египте. Он служил у султана Марокко и эмира Гранады, 2 года работал в правительстве Абу Мухаммада бен Тафрахтна в Тунисе, 8 лет был секретарем султаната в городе Фес.
Следующие 20 лет своей жизни ибн Халдун провел в Каире, читая лекции в учебных заведениях Египта, таких как Университет аль-Азхар, юридическая школа Камхии, школа Жахирия и школа Шаргхат Мусийя. Кроме того, 8 августа 1384 г. султан Египта назначил ибн Халдуна верховным судьей Маликитского мазхаба в суде Египта61. А в 1400 г. он даже принимал участие во встрече с великим Тамерланом (1336—1405), который тогда вторгся в Сирию.
Абдель Рахман ибн Халдун
(1332—1406)
Ибн Халдун был очень интеллектуальной фигурой и обладал знаниями в различных областях. В отличие от его предшественников и современников, темы его экономических работ выходили за рамки традиции делать бессвязные замечания и отдельные ссылки на важные вопросы политической экономии. Его рационалистический подход к экономике, его способность к абстракции и новаторство в построении экономических моделей не имели себе равных. Все это он использовал в своем анализе для построения целостной динамической системы.
Его произведение «Книга назидательных примеров по истории арабов, персов и берберов и их современников, имевших большую власть» (1375—1378), известное как «Большая история», состоит из введения и трех частей в семи томах: Мукаддима (1 том), аль-Ибар (4 тома) и аль-Тариф би ибн Халдун (2 тома). Вступительная книга под названием Мукаддима сделала его имя известным.
В своем трактате ибн Халдун старался разъяснить различные экономические проблемы; спрос и предложение, их влияние на цены; индивидуальные и социальные аспекты с точки зрения богатства; деньги и их характеристики; стоимость труда; экономические факторы, влияющие на численность населения; этапы экономического развития; различие экономических систем в сельских и городских районах; функции правительства; ставки налогов; экономическую функцию государства; промышленную локализацию; мотивы промышленного развития; экспорт и пр. Он анализировал причины подъема и упадка стран и народов, выступал за уменьшение государственных издержек на наемную армию, был против избыточного налогообложения, препятствующего торговле и производству.
Он считал, что бюрократия не в состоянии эффективно управлять коммерческой деятельностью из-за слабой мотивации и обученности; утверждал, что следует ожидать кризиса и относительного экономического торможения там, где в торговле и производстве преобладает участие государства. Учет этого объективного обстоятельства ученый считал необходимым условием построения цивилизованного и экономически развитого общества62.
Ибн Халдун сформулировал большое число фундаментальных экономических понятий. Он задолго до Адама Смита открыл стоимость и необходимость разделения труда, опередил Рикардо в открытии трудовой теории стоимости и еще до Кейнса рассмотрел роль государства в стабилизации экономики63.
Жизнь и работа ибн Халдуна проходила на фоне драматической гибели Византийской империи и очень динамичного рождения Османской империи, что давало ему массу практического материала для исследований и анализа. Возможно, он мог бы прослыть «отцом политической экономии» вместо Адама Смита, но борьба между наукой и религией, рационализмом и ортодоксией, основы которой заложили предшественники ибн Халдуна, в т. ч. аль-Газали, закончилась победой консервативного ислама. Арабская наука так и не смогла вырваться за пределы религиозных норм и правил, которые со временем становились только жестче. В итоге клерикалы запретили свободомыслие и логику. В медресе вместо математики и экономики стали преподавать только богословские предметы. Кроме того, еще одной причиной заката передовой арабской науки послужила ее зависимость от поддержки халифов. Рост величия последних и их попытки возвысить себя до божественного уровня требовали увеличения расходов на их пышное содержание и роскошную жизнь, что сокращало научный бюджет и адекватность восприятия информации. И как следствие, в условиях ослабления халифата, а тем более после его крушения государству было совсем не до научных изысканий. В результате научные и философские традиции древней арабской школы постепенно угасли, а в это время в Западной Европе очередная «интеллектуальная колыбель» уже принимала свою эстафету.
2. Религия как основа европейской экономической мысли в Средние века
Конец периода Раннего Средневековья, на протяжении которого произошли не только Великое переселение народов и арабское завоевание Испании, но и распространение по всей Европе христианства, ознаменовался началом Реконкисты. Это многовековой процесс возвращения европейскими христианами земель Пиренейского полуострова, длившийся с 718 по 1492 г. и ставший началом возрождения западной науки и культуры.
Как мы уже упоминали, в 1085 г. король Кастилии и Леона Альфонсо VI Храбрый захватил город Толедо, завершив существование средневекового мусульманского государства Тайфа Толедо. Вместе с городом христианам досталась библиотека. Обнаруженные там научные трактаты в результате перевели с древнегреческого, давно забытого в Европе, через арабский и иврит на латынь, тем самым заложив основы для будущего Проторенессанса. Таким образом были добыты философские жемчужины для работы христианских ученых, которые стали известны нам как схоластики, на протяжении последующих четырех веков. Эта группа священников и философов, как и их мусульманские оппоненты, проводила свои исследования и писала работы в контексте доминирующего религиозного вероисповедания, которым в их случае было христианство.
Основной формой экономической организации в Средние века был феодализм. Основой феодальной системы производства и распределения было право собственности феодала на землю и неполное право собственности на крестьян. Одновременно с собственностью феодала существовала единоличная собственность крестьян и ремесленников на орудия производства и их частное хозяйство. В то время монарх являлся единоличным хранителем всех прав собственности, эдаким средневековым гарантом конституции. Он передавал крупные землевладения в пользование своим фаворитам и представителям аристократии, которые, в свою очередь, могли передавать эту землю в субаренду. В тех условиях право собственности на уровне производства, по сути, представляло собой только право пользования (узуфрукт – вещное право), и это право, как правило, становилось наследственным. Однако узуфрукт сохранялся при выполнении определенных военных, личных или хозяйственных обязанностей.
Феодальная собственность в Средневековье была основой политической власти. В процессе централизации власти монархия, стремясь к своему усилению, нуждалась в политической, социальной и экономической интеграции, чего в ту эпоху феодальной раздробленности не хватало в полной мере. Вследствие этого каждый феодал был наделен многочисленными государственными функциями, которые он осуществлял на территории своего феода.
Экономическое производство с использованием относительно примитивных методов ведения сельского хозяйства не характеризовалось масштабностью. Продукция производилась руками крепостных, которые были прикреплены к земле, а не к ее владельцу. В феодальном хозяйстве не существовало никакой системы оплаты труда. Целью такого хозяйства было собственное обеспечение. Торговый оборот между регионами или странами был сильно ограничен. По экономическим и общественным формам взаимодействия феодальное хозяйство во многом было похоже на древнегреческий полис: в основе обеих систем лежал принцип общественного статуса, а не договорных отношений.
При этом необходимо принять во внимание два основных фактора, которые отличают средневековый период от античной Греции:
1) доктринальное единство общества, которое обеспечивалось жесткой позицией римской католической церкви, препятствующей развитию рыночных механизмов, проявляющихся в основном в городах;
2) средневековое общество неохотно способствовало зарождению ранних форм капитализма, таких как экономические рынки (как относительно произведенной продукции, так и для производительных сил и средств производства), которые так или иначе постепенно вплетались в ткань общественной жизни.
Именно в этих условиях появляется и развивается школа схоластики, которая представляла собой религиозную философию, применяющую философские понятия и методы размышления к христианско-церковному вероучению.
Средневековое общество на раннем этапе фактически было разделено на три социальных группы: крестьяне, которые работали и непосредственно производили продукцию; военные, обеспечивающие безопасность и часто представляющие опасность; священнослужители, формулирующие морально-религиозные правила жизни и часто их нарушающие. Духовенство, подчеркивающее важность знания, в первую очередь религиозного, стало хранителем этого знания и постепенно фактически монополизировало систему образования. Соответственно, вся экономическая система Средневековья была практически продуктом исключительно духовенства и его религиозных догм.
Большое влияние на формирование экономических взглядов того времени оказала группа ученых авторов, которых мы сегодня называем схоластами. Именно они связали воедино результаты нескольких различных этапов в развитии экономической мысли, ставшие базовыми элементами средневековой экономики: идеи, почерпнутые из Аристотеля и Библии, из римского и церковного права, а также из работ китайских и арабских философов.
Сегодня вклад схоластов в развитие экономической мысли оценивается не слишком высоко. Чаще всего о них говорят как об ученых своей эпохи, обеспечивших теоретическое обоснование функционирования современной им экономической системы, соответствовавшей религиозно-политической системе ценностей той эпохи. Их система знаний обычно оценивается как набор заблуждений относительно содержания категорий рыночной стоимости, процента и собственности. Порой понятие «схоластика» употребляют в переносном смысле, говоря о формальном, «нежизненном» знании, не приносящем реальных плодов, чему способствуют авторитарность мысли, субъективизм и давление официальной идеологической доктрины. И хотя основное количество схоластических идей исключено из списка фундаментальных экономических знаний, тем не менее кое-какие из них имеют значение для появления и длительной эволюции современной теории стоимости. И этот момент заслуживает пристального изучения.
Схоластический метод исследования состоял в следующем: автор задавался вопросом, а затем писал длинное и подробное изложение своего мнения относительно этого вопроса, которое должно было быть опровергнуто или переосмыслено. При этом в центре внимания находился авторитет источника. В конце концов делался вывод, который порой противоречил тщательному исследованию. Весь процесс был дедуктивным по своей сути, но выстраивался не столько на логике и человеческом опыте, сколько на вере и авторитете. И в свете такого подхода этот метод сегодня выглядит совершенно ненаучным, однако он был общепризнанным для средневековой эпохи. Было множество мастеров этого метода, но из них можно выделить всего пятерых, вышедших за традиционные рамки теории стоимости Аристотеля: Альберт фон Больштедт, который известен в истории как Альберт Великий, его ученик Фома Аквинский, Генрих Фримар, Жан Буридан и Жерард Одонис.
Духовенство, являясь стражем морального кодекса средневекового общества, в первую очередь неизменно интересовалось проблемами справедливости. И как мы помним, все известные исследования и более ранних авторов развивались именно вокруг проблемы справедливости, которая сама по себе очень сложна. О сложности этой темы Аристотель рассуждает в 5-й книге «Никомаховой этики», где он рассматривает дистрибутивную (распределительную) и коммутативную (уравнивающую) справедливость. Коммутативная справедливость применяется в сфере обмена со времен критического анализа справедливости Аристотеля. Аристотель утверждал, что справедливым может считаться только тот обмен, при котором учитываются пропорции соотношения обмениваемых благ.
«Поэтому всё, – писал Аристотель, – что участвует в обмене, должно быть каким-то образом сопоставимо. Для этого появилась монета и служит в известном смысле посредницей, ибо ею все измеряется, а значит, как переизбыток, так и недостаток, и тем самым сколько башмаков равно дому или еде»64.
Возможно, что справедливость существует только в рассуждениях философов и богословов, но идеи, изложенные Аристотелем, послужили отправной точкой для дальнейших исследований схоластов.
АЛЬБЕРТ ВЕЛИКИЙ
Альберт фон Больштедт – член Доминиканского ордена, епископ Регенсбурга, философ, теолог, первый латинский исследователь Аристотеля – обеспечил свое место в истории экономики двумя вещами:
1) наставничеством Фомы Аквинского, который впоследствии оказал огромное влияние на развитие всей западной мысли;
2) комментариями к «Никомаховой этике» Аристотеля, где он критиковал древнегреческие идеи с позиций средневекового общества, обеспечив тем самым точку отсчета для будущей теории стоимости. Альберт внедрил в западную мысль устойчивое понимание, что значение цены должно соответствовать стоимости товара. Тем самым он привел в движение целую цепь мыслей и рассуждений, которым суждено было реализоваться в работах экономистов XIX в., в частности в трудах Карла Маркса.
Альберт фон Больштедт
(ок. 1200 – 1280)
Более ранние комментаторы обменной модели Аристотеля не слишком продвинулись за пределы измерения стоимости. Напомним, что Аристотель связывал деньги с развитием обмена, чем положил начало рассмотрению функции денег в качестве меры стоимости и средства обращения. Альберт Великий утверждал, что существуют естественный и экономический порядки, в которых вещи имеют разную стоимость: в экономике стоимость товара напрямую связана с трудовыми затратами. Он утверждал, что труд и затраты есть составные элементы цены (себестоимости) и что такая цена является правильной мерой измерения стоимости товара. Однако простое признание роли себестоимости в определении стоимости – не самое важное в исследованиях Альберта. Он связал себестоимость со спросом, отметив, что если рыночная цена товара не покрывает затрат на его производство, то производство в конечном итоге прекратится. Это был очень важный аналитический скачок по двум причинам: во-первых, он предположил, что цена может быть равновесной, т.е. при которой объем спроса на рынке равен объему предложения, и, во-вторых, это определило экономические переменные (затраты, объем товара, спрос и т. д.) в качестве регулятора стоимости. Конечно, Альберт был достаточно далек от комплексного объяснения и системного определения такой категории, как рыночная цена, но его экономический анализ для XIII в. был очень важным шагом вперед. Далее мы сможем увидеть, как через века эти утверждения Альберта Великого помогли более поздним экономистам продвинуться вперед в изучении экономических законов.
Напомним, что каноническое право в ту эпоху являлось важнейшим источником экономических взглядов схоластов, которые считали истинными факторами производства землю и труд, не приветствуя торговлю и ростовщичество, а стремление к богатству относилось к порокам, т. к. мешало поиску Царства Божия и являлось доказательством отсутствия истинной веры. Хотя огромному множеству отцов Церкви стремление к богатству не мешало собственным поискам этого Царствия и не колебало их истинной веры.
ФОМА АКВИНСКИЙ
Выдающийся философ XIII в., монах, ученик Альберта Великого и профессор Сорбонны Фома Аквинский в своем основном труде «Сумма теологии» (начат в 1265)65, осознавая современное развитие товарно-денежных отношений, рост ремесленнического производства, торговых и ростовщических операций, пытался по-новому объяснить причины социального неравенства в условиях дифференцированного сословного деления общества. Шумпетер утверждал, что «Сумма теологии» св. Фомы «занимает такое же место в истории мысли, какое западный шпиль собора в Шартре занимает в истории архитектуры»66. По сути, св. Фома защищал частную собственность, полагал, что владение ею стимулирует трудовую деятельность, налагает на хозяина определенные обязанности, признавал необходимость денег как меры стоимости и средства обращения и впервые дал понятие прибыли как вознаграждения за риск, что позднее способствовало появлению идеи о том, что взимание процента оправдано риском кредитора.
Блестящий ученик Альберта, Фома Аквинский никогда не конфликтовал во взглядах со своим учителем, но старался улучшить его теорию трудовой стоимости, связав ее с человеческими потребностями. Для этого св. Фома обращался к трудам св. Августина (354—430), отмечая, что люди не всегда будут сохранять привычный порядок вещей. Августин играл с различными сторонами субъективизма, указав направление к субъективной теории стоимости, в которой потребности определяются в индивидуальном порядке. Например, он отмечал, что для мужчины драгоценный камень может оказаться дороже, чем служанка67. Но на самом деле он не делал различия между потребностями и удовольствием. Хотя если бы Фома Аквинский продолжил развиваться в направлении, указанном св. Августином, возможно, это ускорило бы раннее развитие теории спроса. Вместо этого Фома решил интегрировать в экономику моральные критерии, которые имеют свойство сбрасывать со счетов удовольствие. Соответственно, теория спроса св. Августина так никогда и не вышла за рамки простого понятия человеческой полезности товаров в зависимости от их места в естественном порядке мироздания.
