Страница 2 из 2
Постою тут пару минут, должен хотя бы сбавить обороты. Может это бомж какой, живёт тут человек, а я напридумывала. Мне нет дела до него, ему до меня, думаю, тоже. Я всё равно заходить глубже не собираюсь. Просто прислонюсь спиной к серым кирпичам, отожму майку.
Стоило только выдохнуть, сверкнула молния. Я чуть не подпрыгнула.
Музыка, началась очень резко, не спеша, тягуче, с нежными переливами, такую мелодию нужно слушать вечно.
Мои пальцы расслабились, что-то выпало из моих рук. Мне так невыносимо захотелось увидеть человека, которому также, как и мне нравится эта бессловесная песня, наполненная накатами волн, притяжением космоса и легкой специей невозвратимого.
Теплота забытого языка начала проникать сквозь кожу, колоть и топить продрогшее тело. Этот смысл, достигший меня, заставлял двигаться, брести, еле шевеля ногами, но приближаясь к заветной цели. Звуки – завораживающие потоки забвения, перемешались со стуком дождя, создался новый эффект.
Впереди становилось всё темнее и темнее, но я не обратила на это внимания. Поймала себя на мысли, что моя голова уже находится на уровне пола, что он почему-то идёт вниз, но уже поздно что-либо предпринимать. Мне просто жизненно важно ощутить ещё, вкус слышимой эйфории.
О, ступеньки. А раньше их не было. И слышно не было. Считай, их поглотила несравненная песня. Это так правильно.
Стол?? Перед моими глазами предстала картина, которая заставила проснуться от блаженного сна и сжаться все органы. Я дошла до комнаты в конце которой, на возвышении, лежала кудрявая голая девушка с порезанными запястьями и пальцами, шеей и голенью, которая по ходу даже и не замечала сию странность на своем теле. Над ней склонился парень с пепельными волосами, стоявший ко мне спиной и что-то шепча, гладил её по голове.
И нет бы мне нормально уйти, пока не заметили, так блин надо все через ж*пу!!!! Шла сюда, ничего под ногами не лежало и шагов не было слышно, стояла тишина, и нашла же где-то веточку.
Дальше все пошло по замедленной съемке. Под ногами хрустнуло, музыка остановилась, обладатель белых волос в черной куртке, похожей на мантию, медленно оборачивался, страх забрался в позвоночник, я, напряженная как струна. Неприятное чувство ужаса заполнило кровь. Дождь за окном стих. Парень, уже полостью повернувшись, стоял с начищенными до блеска скальпелем, у него были голубые глаза с какими-то оттеняющими крапинками серебра, безумно спокойные, и белоснежной улыбкой. Которую нельзя так назвать, самый настоящий оскал. Боже, я чувствую, как страх переходит в смертельную стадию.
Я попятилась назад, пока не споткнулась о ступеньки, с шлепком грохнулась, не отводя взгляда от приближающегося безумца. Холодно красивый, с грацией и опасностью хищника, я поползла назад на ощупь.
– Не пугай ее, Граф.
Крик застрял глубоко в горле. За мной стоял еще один парень, на него я оборачиваться даже не хотела, да и на это у меня вряд ли осталось сил.
Не отводи очей, смотри прямо перед собой, если упустишь из виду его инструмент, всё может закончиться очень быстро.
– Но она же видела, я не могу теперь её отпустить – поканючил тоном девочки, обдумывающей тот ободок ей купить или этот. Ха. Да он издевается.
На плечо мне упала рука, взвизгнула, попыталась её с себя сбросить, не получилось, легче, наверное, Рим снести. Эх, где мой долгожданный обморок?!
– Главное, он ее защищает, – Блондин приблизился к моему лицу. – А она его боится.
Да, правда, чего это я? Сижу дома, в безопасности, тепле и без обид. Общаюсь с лучшими друзьями, и тут «ага»! И боюсь. А так, нет, повода нет.
– Ну так, в каких обстоятельствах, – Знакомый голос. Или мне нечто знакомое мерещится, чтобы нервы немного поутихли.
– Подозрительно, что у неё сердце колотится только от одного страха, – прошептал мне фактически в лицо больной на всю голову недохирург. А должно от разных?!
– Недохирург? – усмехнулся тот, кого я ещё не видела. По-моему, я брежу. Мне уже кажется, что я думаю, а на самом деле говорю. На меня недобро глянули. Как будто до этого ласково смотрели. Да, как на следующую подопытную.
– Ты не понимаешь, она боится тесного контакта с мужчинами, я прав, золотко?
Да хоть серебряник, если это условие, для того, чтобы меня отпустить.
Так, стоп, что он сказал? Откуда он… Мне стало ещё жутче.
– Интересно, ты это глядя на нее понял? Еще что-то? – Я так понимаю, моё веское слово на этот счёт никому не нужно?
– Её испуганные карие глазки, Djazniffererien Kolor, может выберешь кого-нибудь поинтереснее? А я немного поиграю. Мне стало любопытно.
Господи, почему неземной голос, мой любимый баритон, только у маньяков, психов или того хуже, сектантов… К кому относятся эти, я еще не решила.
– Исключено.
И о чём они говорят? Кажется, из-за липкого ужаса я потеряла суть разговора. Игра. Забрать себе? Святые небеса, что за чокнутый день, начавшийся ещё вчера и никак не желающий заканчиваться. Что… если это последний день? Скальпель в опасной близости от моего горла, видимо, мой взгляд упавший на него, не был не замечен. Орудие пыток убрали, а смех густым жарким ветром разлился по помещению, будто я боюсь перышка и мой страх совершенно беспочвенный. Я посмотрела за спину стоящего, где лежала предыдущая жертва, видимо, также решившая прогуляться в лесу, и ничто не предвещало беды, пока она не заблудилась и не нарвалась на проклятый дом.
Я же умру?
– Я не могу оставить всё как есть, – как есть и не надо, отпустите меня пожалуйста. – Она всё видела. Да, красная шапочка?
Надо мной склонились ещё больше. Нервно отрицательно покачала головой, вжавшись в чьи-то ноги.
– Видишь, она нечего не видела.
Я прям как в чертовом детективном сериале.
– ДА, конечно. – Мужчина в коже отошел, чтобы мне было яснее видно свечи и капающую на бетон кровь. – Теперь видела.
Айщ. Да, что за садисты? Мне так страшно, что я не чувствую тела, а ещё голова туманна, всё плывёт.
– Ты хочешь поссориться, Граф? – Это столь родной голос. Я попыталась обернуться, но мою голову задержали двумя руками, – Glem mig baby* (*перевод на датский), – У меня в голове что-то перемкнуло, а потом рука неизвестного вернулась на мое плечо. Что это за язык был?
– Нет, но обязанности палача заключаются в полной конфиденциальности. Девушка, чего тебя сюда понесло? Короче, решай. Либо забираешь ее и это твоя проблема, или я провожу ритуал, – тяжело вздохнул. – Красивая, фигуристая, мы найдём чем себя занять.
– Она ребенок.
Меня мутит. Никогда не нравилось, что мой возраст считают по цифре в паспорте, а как же прошлые жизни? Ничего им не докажешь, да и зачем? Мой взгляд стал расфокусированным. Раз всё равно последние мгновения тают, посмотрела на человека напротив. Разве ему больше 20? Выглядит на все 15, только взгляд «лет миллион отродясь», а может, это из-за плохого самочувствия?
– Она обиделась.
Нечестно понимать мои чувства до того, как их осознаю я!
Мои глаза округлились, когда венистая, натренированная рука обхватила мой подбородок, а пальцы прошлись по губам. Сзади глухо зарычали, на плече рука сжалась.
Что происходит? И почему неизвестному не нравится, что меня кто-то касается? Или он не из-за этого?
Я уже настроилась на смерть, не мешайте мне отходить в иной мир. Но изнасилование?! За что ты так со мной, везение?
Положив между нами руку, попробовала оттолкнуть. Ключевое слово «попробовала» – это не-ре-аль-но! Из чего его кости? Из титана?
Окей. Я отвернулась, чтобы посмотреть на второго мучителя, да застыла, втянув воздух. Там никого нет. Я всё ещё отчётливо чувствую его руку.
Я заорала, давно пора было, что тут расселась? Попыталась вскочить, как будто гвоздями к полу прибили. Я больше не могу испытывать эту эмоцию, воздух закончился, я набрала и повторила вопль страха.
Горячая рука накрыла мой рот, причем видимая, и так размеренно-спокойно вдруг, я удивилась.
Только что истерика, а тут никакого страха, волнения, интереса за свою дальнейшую судьбу. Словно выключили.
После, будто что-то мое, мне нежданно вручили, сделав главный в жизни сюрприз, даже больше, не знаю, как описать, и я так хорошо себя почувствовала, расслабилась всей сущностью, облокотилась назад, не зная, что там.
Голова разместилась на чём-то твёрдом, веки слиплись. Меня укололи снотворным? Поздновато. Столько нервов можно было бы спасти. Краски за пушистыми ресницами смешались.
Кто-то сказал: «– свидимся, – и адресованное не мне, а может и первое не было, – береги её, сейчас ей понадобится твоя поддержка. Иногда смерть лучше жизни.» Я не зацепилась за эту мысль, меня преследовала другая, что это не конец, и теперь меня что-то ещё ждёт в будущем. У меня есть будущее.
Всё растворилось. Белый свет. Безграничная власть Морфея.
Проснулась легко, в глаза светит солнце, такое хорошее утро. Наверное, первый раз за девять лет я наконец выспалась. И энергии много, непривычно, ещё немного полежу. Странно, что никто не будет. С них станется, вечно кому-нибудь от меня что-то надо.
Превосходное утро.
А почему солнце с левой стороны светит? И почему оно вообще светит, у меня северная сторона… Открыла глаза и резко села, отчего голова закружилась, и врезались тысячи воспоминаний вчерашнего дня, а желчь подступила к горлу.
Я попала в логово «палача», он убил какую-то девушку, невидимый чувак, снотворное, смерть лучше жизни…
Где я?!
Пульс заколотился внутри груди, стараясь прорвать грудную клетку, ноги окоченели.
В большой светлой комнате, где свет идёт от открытого балкона и отдёрнутых штор, я постаралась слезть с кровати, но разом ушли силы, упала обратно на постель.
Это сон… закрыла глаза руками и повертев головой снова открыла. Во сне мне это всегда помогало. НЕТ, ДЕТКА – ЭТО РЕАЛЬНОСТЬ.
Стооп, заглянула под одеяло… одетая. Как от души отлегло. Что это? На правой руке, на запястье красовалась татуировка в виде золотого ровного браслета, провела по ней пальцами. Нет, я конечно не против таких вещей, даже всеми лапками ЗА, но почему без спроса?
– Не дуйся, в следующий раз спрошу.
Следующий?
– А откуда ты знаешь, что я именно об этом думала? Ты что, мои мысли читаешь? И вообще никакого следующего раза! … – ответила прежде, чем сообразила.
Взвизгнула, отползая назад, упала с кровати.
Энергия, видимо, уже вернулась, спасибо не за это, БОЛЬНО! На кровати сидел полуголый… мой взгляд прошелся по его телу и так и замер на лице. Он воплощение красоты. Я забыла, почему пугалась, воздух вышибло из лёгких. Невероятный…
Блондин, с волосами до лопаток примерно, затянутыми в конский хвост, серебристо-фисташковые глаза. Я тону. Знаю, что такого цвета не бывает, но они именно такие. Серебро, вокруг светло зеленой оболочки, почти крокодильей, если не была бы такой переливающейся и тонкой, как спираль. Загипнотизирует, причудливо показывая, как я умирала в его объятиях, рождалась заново. Хоть и просто смотрю, но такое чувство будто теплые руки крепко прижимают меня к себе. Я отчетливо вижу, что ко мне никто не прикасается и моя мечта лежит на кровати в паре метров от меня. По-моему, я именно по нему скучала. Скучала? Вернулась биполярочка.
– Не ушиблась? – Раздалось сверху сбоку.
– А? – Тут еще кто-то есть? Обернулась, а это было не просто. Бескрайние ювелирный изделия не хотели отпускать меня.
Высокий, лет двадцати пяти, похожий на того, что притягивает к себе, только глаза оранжевые. Знаю, таких глаз тоже не бывает, но я же вижу, а значит есть?! Или это линзы? Действительно, они похожи, телами и лицом и вообще, пока моя голова вертелась из стороны в сторону и искала отличия между красавчиками. Да с такими, чувство неполноценности, естественно.
Вот с этим мы точно знакомы. Нет, я его нигде не видела, но аура… Мы точно нигде не сидели на берегу, пили морс и обсуждали проблемы насущные? А второй… Ох. Это непередаваемое желание, ниткой повисшее между нами…
А главное, мне почему-то совершенно не интересно где я, зачем, и что будет дальше. Что они со мной сделали? Я сошла с ума! Где-то это уже было.
– Стой… – Мою голову зажали между ладонями, чтобы не вертелась, по мне прошёлся импульс, а тот, что стоял, присел на корточки.
– Приятно познакомиться, я Soygallton Don Fante nie Kolor to Fanirav.
– Что? – Не поняла я определённый набор букв, сказанный так быстро, что превратилось в цепочку.
Позади засмеялись. Мне бы в пору обидеться, но я замерла, вслушиваясь в знакомые переливы тонкого бархатного смеха над самым ухом, звучит как выдержанное вино в бокале.
Тот, что стоит рядом, слегка улыбнулся.
– Это моё имя, но можешь звать меня… – Задумался.
– А как вы друг к другу обращаетесь?
– Полным именем.
Легче не стало.
– Колор? – Просто единственное, что я смогла разобрать, и то, не уверенна, что верно. Да, было бы странно, если бы он такой: – Приятно познакомиться, меня зовут что-то тут, цвет, что-то там… Почему-то подумалось о цвете его глаз.
– Ну можно и так.
– Они не похожи, – проговорил безымянный, всё ещё удерживая моё лицо в направлении Колора.
– Ты прав, они совершенно разные. – подхватил блондин с оранжевыми радужками.
– Я сразу заметил, когда она испугалась.
Эм… а ничего, что они обсуждают меня при мне и ещё лев знает кого!
– Посмотри, как у твоей птички глаза блестят.
В тот же миг меня развернули в обратном направлении, от чего я чуть не зафыркала. Но забыла, что меня не устраивало. Такие губы… яркие и пухлые. Они на вкус… О, Боги, о чём я подумала? Сразу же отвела взгляд, даже не удостоив его скрещением взоров. Тут такой вырез на сливочной рубашке с закатанными рукавами, виднеется крепкая грудь. Кажется, я покраснела. Глупая, глупая, верните мне мой страх. Он более подходит к этой ситуации. Чёрт.
– Меня зовут: Djazniffererien Kolor to Fanirav. – вкрадчиво глубоко произнёс, что я чуть не откинулась. Не молчи, нужно что-то ответить.
– Джампер как? – переспросила, честно стараясь запомнить хоть что-то, кроме «цвет» ещё, не могу же я их одинаково называть? С моим голосом что-то не то.
Это имя проще, короче, но всё равно ничего не понятно. А у них, вроде, концовка одинаковая, зацепилась за возможность отвлечься от похоти во всех её проявлениях и сконцентрироваться. Братья? А что, по ним не видно?
– Кхм, – Теперь угорал сзади стоящий.
– Они определенно подруги, да Кейли? – всё ещё смеясь, выделил тоном вопрос, стоящий брат. Откуда он знает мое имя? Какие подруги? Не в себе то ли я, то ли они, то ли мы все, втроём.
Так ущербно и тупенько я себя давно не ощущала. Пожалуйста, скажите, что этот непонятный язык на вашем имени закончится.
– Джазэнейффэриен, – произнёс ещё раз. Ох… Я тяжело выдохнула. Дыхание стало глубже.
– Джейс? – тихо позвала. Сама не уверена, как произнесла «з» или «с» на конце, это прям как в английском, то ли «вэ», то ли «зе».
Угу, кивнул.
– Я скоро приду, не шалите дети мои.
Щеки заалели второй раз. Нет, останься!
Джейс кинул в блондина подушкой, но его уже и след простыл. А? А так можно? Я вернулась в привычное положение не выворачивая шею. Зря я на него посмотрела. Что за искушение в виде этого парня? С чего вообще мои гормоны так взбесились? Первый раз его вижу!
– Долго на полу собралась сидеть?
Точно же, встала, отряхнулась. Только заметила, что моя обувь стоит у подножья кровати.
– Садись, – благодушно разрешили мне сладким баритоном.
– Нет, спасибо. Я лучше постою, – Хоть какой-то разум остался. Сидеть с полуголым божеством на кровати… Ммм. Блииин.
– Не волнуйся, не съем я тебя. Не для того спасал, – Я и не за себя боюсь. Точнее за себя, но не в том плане. Срочно нужно найти тривиальную тему.
– От кого ты меня спасал? Почему я здесь? Что будет дальше? Когда я смогу пойти… домой? – на последнем слове запнулась. Можно никогда?
– Тебе тут не нравится? – Зацепился за тот же самый вопрос.
– Эээ… Не то, чтобы. Просто как-то.
– Тебе станет легче, если я тебе кое-что покажу?
Вот сейчас совсем не по себе стало.
– Не надо.
Он вообще понимает, как выглядит его предложение в спальне? А может он на то и рассчитывает?
Как однажды, клубы света собрались в одно единое и распались. Силуэт на краю кровати стал нечётким, тёмным, словно тень. А глаза дорогие, любимые, стали зелеными-зелёными. Сердце забилось так гулко, так неистово, вот-вот остановится. По щеке скатилась слеза отождествляющая всё: и сомнения, и глубокие страхи, горькую потерю, размером с земной шар, надежду, веру в светлое будущее, тоску длинными ночами и скучными днями, любовь, которую не хотели признавать и оставили, мои вечные «в пассивном поиске», много-много боли. Слёз больше не будет. Не в этой вселенной.
Я кинулась на шею к тёмной фигуре, слегка опасаясь, что он развеется, но чистая тьма опоясала меня руками, крепко-накрепко прижав к себе.
Если это сон, пусть я буду в коме до конца своих дней. Люблю.
– Теперь всё в порядке?
– Не знаю.
Постепенно моя болезнь стала обретать человеческие очертания.
– Просто давай так немного посидим? – Я сильнее прижалась животом к его торсу, в мерном покачивании.
– И тебе не страшно?
– Если я буду бояться ещё и тебя, то как мне жить? Просто не делай ничего провокационного.
– Провокационного? Например… такого? – Тёплые ладони легли на мои ягодицы, вызывая бурю в душе и импульс внизу живота.
– Именно. Я серьёзно. Меня это пугает. И не только такое. – Но о последнем я смолчала.
– Я не буду ничего делать. Не в этом году, – Руки, которые так правильно находились на моем теле, исчезли совсем. И не держись я за его плечи, уверенна, соскользнула бы.
Не в этом ГОДУ?! Я конечно страшусь, но не думаю, что с таким искушением долго протяну. Слишком уж трепетно внутри меня всё откликается.
– Ты слишком категоричен.
Я все ещё не могла взглянуть в его лицо и рассматривала гладкие белые волосы около изгиба шеи, обтянутой рубашкой мышц спины. Рельефно. Закусила губу. Внизу стало влажно.
– Это так. А ещё я импульсивен, вспыльчив, непримирим, разрешаю себе наглость и искренне уверен в правильности своих действий.
– Ты знаешь, что мне становится не по себе?
– Я люблю тебя.
Я вздрогнула. Не знаю, как на это реагировать. Сначала угрожает, порождает сомнения, а после признаётся в любви? Мы должны быть вместе.
– Мне что-то ещё нужно знать? – Неуверенно начала отстраняться, чтобы взглянуть в лицо напротив.
– Я ревнив. Сильно ревнив. И это я стараюсь исправить.
– Я не считаю, что ревность – это недоверие, просто ты собственник. – Серьёзные ореховые глаза вгляделись в меня. Он покачал головой.
– Ты не понимаешь, о чем говоришь. Это действительно страшно. Надеюсь, ты не будешь свидетелем этого.
– Всё в порядке. Теперь ты рядом. Ты сможешь меня уберечь. – Так просто я стала говорить, то, что думаю.
– Я смогу защитить тебя от всех, кроме самого себя.
Мне неизвестно, что это значит, но тревожный звоночек был.
– Пойдём, я покажу тебе дом.
Честно, мне совсем не хочется выходить.
– Может чуть позже? Хочу ещё немного побыть вдвоём.
– А ты надеешься там кого-то встретить? – Я залипла на выгнутой брови и не озвученный смех в голосе.
– Я имею ввиду, хочу поговорить. И не только.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
