– Не хочу портить вашу красивую мебель, – а про себя подумала: «Вот интересно, если я тебя через бедро кину, ты зазвенишь?»
– Настолько разрушительная магия? – удивленно воззрился декан.
– Бывает, – честно призналась я.
Не знаю удалось ли мне впечатлить декана, но во всяком случае испытать мою магию он больше не предлагал. Вместо этого, покопавшись в недрах выдвижных ящиков, извлек оттуда блокнот из темной дубленой кожи и изящное металлическое перо и протянул все мне.
– Итак, мисс Волкофа, вы поступаете на работу в академию АСПИД на должность куратора факультета магических искусств, – поведал мужчина. – В ваши непосредственные обязанности будет входить организация учебы и свободного времени адептов, ведение одного из факультативов (можете выбрать самостоятельно из перечня предложенных), ведение полевого дневника с заметками обо всем, что касается адептов…
На этих словах я удивленно выгнула брови и, не удержавшись, спросила:
– А дневник-то зачем? Вам нянька что ли нужна?
– Что мне нужно я решу без вас! – рявкнул он и с издевкой добавил. – Вам не придется писать, тем более что делать это доходчиво вы все равно не умеете. Я выдал вам зачарованное перо. Просто надиктуйте ему необходимые замечания и перо запишет все само.
Ругаться в пух и прах в первый же рабочий день мне не хотелось, поэтому я пропустила шпильку мимо ушей и как можно более покладистым тоном уточнила:
– Как скажете. Что-нибудь еще?
– Я жду от вас отчет о проделанной работе ежедневно в своем кабинете, – уже спокойнее сказал декан.
– Во сколько?
– Я здесь с раннего утра и до позднего вечера, – поведал он. – Так что как только закончите, приходите. За нашим факультетом закреплено несколько тренировочных площадок. Я выделяю вам в пользование ту, что на опушке леса возле старого общежития.
– Хорошо, – кивнула я и рявкнула по-строевому. – Разрешите приступать?
От моего внезапного ора декан даже слегка подскочил, но быстро взял себя в руки и метнул взгляд на книжную полку, где красовались изящные золотые часы.
– Занятия вот-вот начнутся, – заметил декан. – У вас есть свободное время до двенадцати. Вы можете лично познакомиться с процессом обучения боевым дисциплинам на других полигонах. А после обеда первый курс нашего факультета поступит в полное ваше распоряжение.
Я кивнула, радуясь возможности перевести дух и как следует осмотреться.
– Мне можно идти?
– Идите, – милостиво отпустил декан и напомнил. – Позже жду вас с докладом!
Глава 3. Трудовые будни магических пионеров
Первое, что я сделала, оказавшись за дверью, это показала декану язык. Подумаешь, какая цаца! Может кто-то сочтет мое поведение детским, но зато меня отпустило.
Успокоившись, я вышла из академии и побрела к фонтану на главной площади. Помимо увесистого ябедника с пером самоучкой, декан вручил мне еще и список дополнительных занятий. Я заглянула в перечень и скривилась.
Факультатив практических занятий по трансфигурации. Фильмы про знаменитого мальчика-волшебника я, конечно, смотрела, но крыс в бокалы превращать у меня при всем желании не получится. Мой максимум – это всю стипендию за неделю спустить, а потом оставшиеся три одним хлебом с майонезом питаться. Так вот «вжух»! И денег нет. И топчешь потом макарошки на завтрак, обед и ужин до конца месяца. Серьезно, у нас этой «магией» вся общага владеет.
Факультатив практических занятий по уходу за магическими животными. Ну, из магических животных я пока только Казимира знаю. Может быть его на занятиях изучать? Вот, товарищи студенты, посмотрите внимательно, что бывает при межвидовом скрещивании. Когда запретная любовь между лемуром, обезьяной и крыланом переходит всякие границы, рождается вот такая вот «Козя». Козя-мальчик отличается от Кози-девочки тем… Чем там они отличаются я даже не представляю, потому как при ближайшем рассмотрении первичных половых признаков у команданте мною обнаружено не было. Идем дальше.
Тактика и стратегия ведения магического боя. Вот у нас в академии МВД был такой капитан Гуськов. Отличник боевой и политической подготовки. Именно эту боевую подготовку он нам как раз отлично преподавал. Вот уж кто стратег от бога! Любимым делом бравого капитана было доводить зеленых первокурсников до глубокого обморока. Бывало, построит всех в зале и ка-а-к рявкнет: «Ну что, желторотики! С вазелином вас или без?» Из шеренги всегда слышалось робкое «с вазелином». На что Гуськов расплывался в довольной улыбке и уставившись на дверь, торжественно провозглашал: «Слыхал, Вазелин? С тобой хотят, заходи». В этот момент в спортзал всегда вплывал помощник капитана – Вазелин Ншанович Вахарадзе. Здоровенный детина двух метров росту, косая сажень в плечах, с добродушной улыбкой тигровой акулы на лице. Точнее сначала в зал входил гордый орлиный профиль Вазелина Ншановича, а уж потом и сам хозяин. Половина первокурсников обычно к этому моменту уже теряла сознание. Вторая половина из последних сил пыталась держаться на ногах, осознавая, что в таких условиях тыл без прикрытия оставлять нельзя. Правда потом, походу занятий уже выяснялось, что преподаватели Гуськов и Вахарадзе вовсе и не кровожадные хищники, а милые пушистые кролики, которые так тебя залюбят своими упражнениями, что после них уже никакой жизни не хочется. Ни личной, ни общественной. Нет, мне до этих матерых стратегов далеко. А тут еще и бой не простой, а магический. Вычеркиваем.
И тут мой взгляд упал на последнюю строчку. Крохотные буковки сиротливо пристроились в самом низу списка, как бы говоря «мы здесь просто постоим, вы на нас внимания не обращайте». Но я обратила и тут же расцвела буйным цветом, понимая, что эти сиротинушки все это время ждали именно меня. Настал наш звездный час! Наконец, нашла дело, с которым могу справиться блестяще, и магия мне не понадобится. Я снова перечитала название и даже хлопнула в ладоши от избытка радости. Последняя строчка перечня факультативных занятий гласила:
Основы выживания в условиях отсутствия магии. Я тут же припомнила все чему в свое время научили меня саму: на занятиях по самообороне, курсах оказания первой помощи, на уроках ОБЖ и даже в кружке юных натуралистов. Весь этот кладезь народных знаний я красиво оформлю и положу в пустые головы здешних студентов. Взращу магических пионеров и научу из черепа здешнего коммандоса скворечник делать. Это я, разумеется, в переносном смысле говорю. И вовсе не декана имею в виду! Ну, вы же поняли, да?
Решив, что раз уж я разобралась с тем, что собираюсь преподавать, то неплохо бы посмотреть, как именно здесь принято это делать. Заодно и вотчину, что мне с барского плеча декан выделил, оценить. Я прошлась вдоль основного корпуса, осторожно заглядывая в открытые окна и пытаясь уловить атмосферу учебного процесса, в целом делая вывод, что магическая академия в плане лекций не особенно-то и отличается от обыкновенной. Главное различие поджидало меня позже, на одном из тренировочных полей, мимо которых я проходила.
Группа молодых людей, одетых в черные облегающие, похожие на спортивные костюмы, развлекалась тем, что выпускала разноцветные светящиеся магические шары. И все бы ничего, вот только бросали они их в маленькую худенькую девочку, которая пыталась закрыться руками и только молча плакала. Куда смотрит их преподаватель? Его-то я на площадке как раз и не заметила. Я, конечно, может быть и не знакома со здешними обычаями, но что-то мне подсказывает, что издеваться над беспомощными в любом мире дело совершенно недостойное.
Хмыкнув и засучив рукава, я развернулась и двинулась в сторону хулиганов, решительно настроенная надрать несколько магических задов.
– Вы что творите?! Как вам не стыдно обижать девочку? – пролезая под ограждением громко негодовала я. – Немедленно прекратите свои издевательства!
Застигнутые врасплох моим окриком, они остановились и повернули ко мне головы. Все семеро здоровые лбы, головы на полторы выше меня росточком и явно ненамного младше.
– Ты еще кто такая? – шикнул на меня один из них. – Девчонкам не место на поле!
– Я – новый куратор факультета магических искусств! – гаркнула в ответ. – Где ваш преподаватель? Он в курсе, что вы здесь беспомощную девушку обижаете?
– Простите, мэм, но мы… – в более уважительном тоне подхватил другой ученик, однако договорить не успел.
Его прервал внезапный душераздирающий крик, от которого у меня чуть барабанные перепонки из ушей не повылетали. Я обернулась в ту сторону, где каких-то две минуты назад плакала худенькая девочка и чуть не крякнула от того, что увидела.
Во-первых, девочка резко перестала быть маленькой, удлинившись в конечностях раза эдак в три и став похожей на страшного человекообразного богомола. С черными провалами вместо глаз и длинными острыми зубами в четыре ряда, торчащими из раскрытой пасти. А во-вторых, несчастная жертва больше не вела себя так же скромно как вначале. Явно почувствовав себя хозяйкой положения, она вдруг пошла в наступление, протягивая к нам свои жуткие руки-клешни и грозно щелкая при этом зубами.
Руку даю на отсечение, что девчуля еще не завтракала. Я по утрам голодная и заспанная выгляжу и веду себя примерно так же, пока в меня каким-нибудь пирожком не кинуть.
– Быстрее! Он очухался! – скомандовал один из ребят и они, перестроившись в боевой порядок, снова принялись метать в чудовище светящиеся энергетические шарики.
Мне ужасно хотелось испугаться, но позволить себе этого я сейчас никак не могла. Я же куратор! Помощник декана! Крутая тётенька, которая должна крушить врагов одной левой и защищать бедных студентов второй правой. Быть примером во всем и всегда. Правда, в этот момент единственное, чего мне хотелось это взять ноги в зубы и удрать куда подальше, но куратору такое поведение не к лицу. Поэтому я мужественно решила, что уписаюсь от страха позже, в каких-нибудь отдаленных кустах и желательно без свидетелей.
Стоя как бы в стороне от линии атаки, я оценила их шансы на победу. На этот раз энергетическая атака не сильно помогала. Девочка-богомол как будто обросла хитиновой броней, которую их оружию никак не удавалось пробить.
Да не тем вы, мальчики, в нее кидаетесь! Пирожком надо! А если у нее ежемесячный экзистенциальный кризис, как говорит моя лучшая подруга Рита, то без тортика и бутылки шампанского лучше на горизонте не маячить. Шипучки у меня, к сожалению, с собой не было, а вот пирожок с засахаренной вишней был. Остался после наших с Козей вчерашних посиделок.
– Прикройте меня, а когда скажу, бейте ее прямо в горло, – скомандовала я ребятам.
Те кивнули и принялись хаотично пускать снаряды по конечностям монстра, не давая той возможности сконцентрироваться на мне. Подкравшись поближе, я хорошенько прицелилась и метнула пирожок прямо в раскрытую от рева зубастую пасть. Чудовище ты иномирное там или кто, а всякое живое существо подвластно рефлексам. Учуяв в пасти вкусное, девочка рефлекторно принялась это пережевывать и от боя отвлеклась.
– Давайте! – крикнула я и в горло монстра тут же полетел залп разноцветных снарядов. Некрасиво хрюкнув, он тут же повалился на землю, не подавая больше признаков жизни.
Ведомые играющим в крови после боя адреналином, мальчишки довольно заулюлюкали и принялись меня качать на руках. И тут где-то в стороне раздались отчетливые короткие хлопки-аплодисменты. К нам медленной ленивой походкой шел мужчина. Его фиолетовый китель был простым, добротно скроенным и украшенным лишь скромной вязью золотых нитей по кайме, а длинный черный плащ застегивался на одну-единственную золотую пряжку. Непослушные пряди черных вьющихся волос беспорядочно спускались на расстегнутый воротник. Когда-то этот мужчина был очень красив, а небесная голубизна его глаз наверняка свела с ума не одну девушку. Но это время явно осталось в прошлом, потому что теперь его лицо было изуродовано огромным глубоким вертикальным шрамом. Это увечье определенно причинило своему обладателю немало боли, а также лишило зрения. Правый глаз мужчины был полностью затянут тонкой белесой пленкой склеры, что говорило о полной его слепоте.
– Не понимаю откуда у вас повод для радости, – раздался глубокий бархатный баритон, когда преподаватель приблизился.
– Но как же, ритор Бейл? – растерялись студенты. – Мы же победили метаморфа…
– Победили? – переспросил учитель. – Вы позволили постороннему лицу отвлечь вас, вмешаться в ваш бой, выполняли несанкционированные приказы! А если бы это был еще один метаморф? Не говоря уже о том, что фактически победу в бою одержало это самое постороннее лицо! Мы здесь боевых магов готовим, а не баранов на убой! Все до единого на пересдачу!
Ученики покаянно пригнули головы и гуськом поспешили покинуть площадку.
– Уверен, они благодарны вам за помощь, но в следующий раз позвольте адептам сделать все самим, – проговорил мужчина и с улыбкой протянул мне руку. – Ярго Бейл, декан факультета некромантии и темных сил.
– Варвара Волкова, можно просто Варя. Новый куратор факультета магических искусств, – пожала я протянутую руку и вздрогнула от неожиданности. Это была та самая рука, которая спасла меня от кровожадной малины Казимира.
– Спасибо за то, что спасли вчера, – поблагодарила я мужчину. – Это было очень вовремя.
– Что меня выдало? – усмехнулся он.
Я указала на запястье правой руки, где темные венки сходились причудливым крестом.
– А-а-а, «метка смерти», – понятливо протянул собеседник и глядя в мои недоуменные глаза, пояснил. – Отличительный знак любого некроманта.
– Так вы что же, мертвых можете оживлять? – почему-то именно эта одна способность вызывала во мне больший трепет, чем декан Каро вместе со всем своим разношерстным магическим факультетом.
– Конечно, – добрая искренняя улыбка преобразила его изуродованное лицо. – И живых делать мертвыми тоже.
– Ну-у-у, это так каждый может, – отмахнулась я.
– Неужели? Вам известно какое-то секретное оружие, способное одолеть любого противника? – изумился мужчина.
– А как же! – деловито хмыкнула в ответ. – Волшебный кирпич! Против его удара еще пока ни одна голова не устояла, ни простая, ни магическая!
Несколько секунд Ярго пристально смотрел на меня своим единственным целым глазом не мигая, а затем вдруг взорвался громким веселым смехом.
– Какая вы интересная девушка, Варя, – сделал мне комплимент мужчина. – И откуда только здесь взялись…
– Так я по направлению куратором работать пришла, – пожала плечами в ответ. – Буду преподавать основы выживания в немагических условиях.
– Теперь понятно откуда такая изобретательность в средствах защиты, – кивнул Ярго. – Очень хороший предмет. Адептам будет полезно узнать о способах зашиты без магии. Уверен, вы станете отличным ритором, защищаться от взрослого метаморфа вишневыми пирожками – это определенно талант.
Я улыбнулась похвале и тут же спохватилась.
– Ой, мне декан Каро выделил собственную площадку для занятий и обещал прислать первокурсников после обеда!
Декан Бейл взглянул на карманные часы и сообщив, что обед скоро закончится, вызвался проводить меня до места. А пока мы шли с удовольствием отвечал на мои вопросы относительно академии и охотно рассказывал о том, что не удосужился сообщить мой непосредственный начальник. Например, что АСПИД – это не простая академия, а военная и очень древняя. Называется она академия специальных патрульно-исправничьих дел. Основал ее знаменитый королевский паладин Леран, который ко всему прочему был василиском, и с тех пор символом академии принято считать змея в короне, обвивающего боевой меч. Сегодня здесь учатся и мальчики, и девочки, хотя еще каких-то сто лет назад АСПИД был исключительно мужским учебным заведением. На данный момент открыты пять основных факультетов: магических искусств, некромантии и темных сил, травологии и зелий, артефакторики, а так же факультет магического животноводства. С деканами трех последних мне еще предстоит познакомиться. За каждым факультетом закреплены кураторы, которые обязаны следить за учебным процессом адептов. Обучение в стенах академии длится пять лет, по истечение которых из этих стен выходят квалифицированные боевые маги различных направлений, готовые поступить на государственную королевскую службу.
– Да уж, не побаловал вас Эмильен, – поджав губы, констатировал Ярго, оглядывая мою площадку, когда мы оказались на месте. – Было очень приятно с вами познакомиться, Варя. Надеюсь, вы у нас задержитесь.
Только я собиралась у него уточнить, почему мне все желают задержаться и что произошло с предыдущим куратором, как декан Бейл испарился перед самым моим носом. Что за привычка такая у местных, линять без предупреждения? Ну, с другой стороны, мне теперь хотя бы стало видно тренировочное поле, которое до этого декан загораживал своей широкой спиной. Окинула я свои новые владения хозяйским глазом и поняла.
Мой новый начальник первостатейный жмот!
Вместо хорошо оборудованного места для разнообразных тренировок, он выделил мне маленький клочок глинистой грязи. Такой же лысый и блестящий, как голова Вазелина Ншановича.
Вот же засранец! Мало того, что не страдает излишней доброжелательностью, так еще и нормальное рабочее место для сотрудника зажал. Эмильен, блин! Имя-то какое царственное. Надувшись от обиды как индюшка, я решила, что не достоин мой новый шеф такого красивого имени. Оно ему явно не подходит. Смотрела я на комья грязи вокруг меня… Эмильен мне должен был как минимум спортивный комплекс подарить, а не это болото с лягушками.
Ну какой из него Эмильен? Емеля он. Емеля!
Решив, что нужно себя как-то утешить, я принялась вспоминать адептов, которых встретила на учебном поле некроманта. Все высокие статные красавцы, настоящие спортсмены. С такими мы быстро переоборудуем эту лужу под собственные нужды, сделав из нее первоклассную полосу препятствий.
Как же жестоко я ошибалась!
Едва прозвенел колокол к началу занятий, к моему полю нестройной толпой с опаской подошла группа первокурсников. Молча глядя на этот разношерстный беспрерывно галдящий хаос, мне в голову приходило только одно описание подосланных деканом «бойцов», как в старом романе знаменитого писателя – униженные и оскорбленные.2 При чем судя по количеству косых, кривых и толстых адептов на квадратный сантиметр площади, мне достались самые униженные и самые оскорбленные из всей академии. Такое ощущение, что Емеля их собственноручно для моих занятий отбирал.
– Ладно, – глубоко вздохнув буркнула себе под нос. – Будем работать.
Глава 4. О пользе новых знакомств или кто еще обитает в академии
Весь мой день прошел в рабочей суете и решении насущных организационных вопросов. Когда стало понятно, что задохлики которых мне отправили на обучение, ни на что толковое неспособны, пришлось вызывать на помощь Казимира. Команданте на просьбу откликнулся с энтузиазмом и выделил из своих складских заначек много полезных вещей, которые мы тут же приспособили под спортивные снаряды.
Шкаф с накинутой сверху толстой плетеной сетью превратился в элемент скалодрома, две старые трубы на табуретках – в тетиву над пропастью, а старый ковер-самолет, постеленный в грязную лужу, стал импровизированным рингом для отработки приемов магического карате.
Устанавливали все это добро студенты собственноручно без применения магии, под моим чутким руководством и периодическими обещаниями показать им «Козькину мать!», если они пытались отлынивать от облагораживающего труда. Моими угрозами проникся даже комендант, потому что после занятий деликатно отвел меня в сторонку и сообщил, что маменька у него хоть и боевая, но уже в довольно пожилом возрасте, а потому не стоит ее водить на смотрины каждому бестолковому адепту. Пришлось клятвенно пообещать этого не делать.
Вечером состоялось мое первое рабочее совещание с новым начальством, которое на удивление прошло без эксцессов. Скорее всего это потому, что к этому моменту я была уже настолько уставшей, что едва волочила ноги и ворочала языком. Так что все попытки декана закидать мой огород удобрениями были встречены совершенно равнодушно. Хотя если честно, то не больно-то он и пытался. Видимо, тоже сильно устал. Как бы то ни было, к моему выбору вести немагический факультатив он отнесся спокойно и даже похвалил нас с Казимиром за энтузиазм оборудовать площадку «чем бог послал». Правда, что именно он нам послал, мужчина благоразумно уточнять не стал. Получив краткий отчет о студентах, декан отпустил отсыпаться, предупредив что завтра меня ждет знакомство со всем остальным профессорским коллективом. Прибитая к земле этой «счастливой» новостью, я отправилась домой.
Утро следующего дня наступило как всегда внезапно и, как всегда, не вовремя. Оборвав мой великолепный сон на самом интересном месте, когда знойный красавец-мужчина уже был готов дать мне то, о чем мечтает каждая женщина – погоны с майорскими звездочками. Ну, ладно не каждая, а только я. Но они уже были практически у меня в кармане, когда генерал вместо того, чтобы сказать: «Какая вы, Варвара, прекрасная! Я поражен до глубины своей генеральской души, вот вам за это погоны!», вдруг громко и противно гаркнул: «ку-ку!» А я ему вместо «спасибо большое, давайте их сюда», тоже «ку-ку!» Сон моментально как рукой сняло. Открываю глаза, а у меня в комнате старые часы с кукушкой во всю глотку надрываются. И создал же какой-то гад будильник, чтоб ему икнулось. Горестно вздохнув, я побрела в душевую и после ледяного обливания, принялась наводить на лице «красиво», чтобы будущих коллег не стращать.
Когда спустя час я в сопровождении Емели вошла в один из залов академической библиотеки, где проводились местные «педагогические посиделки», в зале воцарилась мертвая тишина.
– Эмильен, дорогой, кто это с тобой? – безупречным контральто вопросила строгого вида высокая старая дама с маленькими круглыми очками на носу. – Ты, наконец-то, нанял нам лакея? Давно пора…
У меня от такого вопиющего пренебрежения даже зубы заскрипели. Ах вот ты какая, бабуся-ягуся? Я, конечно, знаю что на королеву не тяну, но чтоб прислугу из меня делать! Возмутительно!
– Нет, Иоланта, – спокойно отозвался декан и слегка подтолкнул меня вперед. – Знакомьтесь, это мой новый куратор – мисс Варвара Волкова!
Мое имя Емеля произнес размеренно четко и без запинки. Я сразу поняла – репетировал. Заметив слегка изумленные проницательные взгляды всех присутствующих, направленные на меня, почувствовала, что это мой шанс поставить их разом на место и дать понять, что я не девочка для битья и роль униженной и оскорбленной мне не идет. Так что, растянув рот в доброжелательном акульем оскале, обращаясь к старой даме, елейным голосом пропела:
– Не волнуйтесь, я хоть и не лакей, которого вы так ждали, но обращаться со старыми швабрами умею!
По комнате прокатилось несколько плохо скрываемых за кашлем смешков, а я с видом победительницы прошла вперед уселась на свободный стул возле декана Бейла, который улучив мгновение, одобрительно мне подмигнул.
А вот мой непосредственный начальник моего триумфа почему-то не оценил. Едва заметно покачав головой, с застывшим лицом он проследовал за мной, изо всех сил делая вид, что не слышит обиженный бубнеж старой ведьмы.
– И где только берутся такие зеленые невоспитанные выскочки? Кто их в нашу академию направляет? – продолжала громко ворчать старушенция.
– Государство присылает, – не удержавшись подсказала я. – По обмену.
– И кого меняют? – уточнил низкорослый мужичок средних лет, по виду похожий на ботаника.
– Старых ведьм на зеленых выскочек, – ляпнула в ответ я.
Сбоку громко хрюкнул от смеха Ярго, но тут же извинился и благоразумно замолчал. Сидящий с другой стороны декан Каро, больно схватил меня за локоть и, наклонившись к самому моему уху, злобно прошипел:
– Мисс Волкова, или вы сейчас же замолчите, или я собственноручно заклею вам рот! Вы еще хуже Казимира!
Я не растерялась и, ухватив свободной рукой сжимающего меня Емелю, сдавила пальцами болевую точку на его запястье. Не то от боли, не то от изумления, глазки у декана расширились и слегка вылезли из орбит, и мой локоть был мгновенно отпущен.
– Советую впредь тщательнее выбирать слова, я плохо воспринимаю угрозы, – предупредила его. – И не трогайте Козю, он хороший.
– Что это было? – спустя мгновение пробормотал мистер Каро, глядя на свое узкое молочно-белое запястье, где медленно разливался лиловый след от моего пальца.
– Магия карате, – пожала плечами в ответ. – Я ведь предупреждала, что она бывает весьма болезненна.
Далее совещание плавно перетекло в рабочее русло. Спустя пару минут в зал вошел ректор – высокий представительный мужчина, с короткой густой бородой и мрачным взглядом исподлобья. Мой впечатлительной натуре он показался похожим на лихого опасного пирата. Пора завязывать с чтением бульварных женских романчиков на ночь. В остальном учебный процесс выглядел примерно так же, как в нашем мире, кроме непосредственного наличия разнокалиберных магических способностей у всех обитателей академии и некоторых названий, и должностей. Например, всех студентов здесь принято было называть адептами. Преподаватели же разделялись по рангу: рядовые назывались риторами, те, кто поименитей – наставители, и сливки общества – профессора и деканы. И что примечательно, как я поняла, все деканы имели профессорскую степень. Значит, мой Емеля вовсе не дурачок, раз в столь молодом возрасте получил такое высокое звание. Просто натура у него такая… козлиная.
Кураторов или еще как тут говорят менторов, кроме меня было еще четверо, по одному для каждого факультета. Женского пола оказалась так же ментор факультета магического животноводства – Эбигейл Винтер. Приятная молодая девушка, после совещания она подошла ко мне и предложила провести экскурсию по магическому зверинцу своего факультета, а заодно и познакомиться поближе. Памятуя, как столкнулась со странным чудовищем на одной из тренировочных площадок, я сочла за благо ознакомиться со всем ассортиментом подобных существ в академии.
Вскоре мы уже гуляли по огромной многоуровневой оранжерее, где между многочисленными растениями в специальных заграждениях содержались разнообразные волшебные существа. С крыльями и хвостами, клыками и перепонками, лысые и мохнатые, агрессивные и дружелюбные, и про каждого из них Эбби рассказывала с неизменной любовью и привязанностью.
– Животные – это моя страсть. Никогда не чувствовала себя столь же раскрепощенно среди людей, – застенчиво призналась девушка.
– А давно ты работаешь здесь ментором? – спросила я, подсовывая какой-то лысоватой крысе сквозь прутья клетки сладкую морковку.
– Около года, – отозвалась Эбби. – Наш факультет самый молодой из всех, его открыли только недавно. Поэтому большинство вольеров здесь пустует. Нам еще только предстоит собрать свой бестиарий.
– Уверена, что ты справишься и он получится грандиозный, – искренне заметила я.
Эбигейл зарделась от похвалы, а потом озабоченно проговорила:
– Я надеюсь, что тебе здесь тоже понравится и ты найдешь среди нас свое место. Не обижайся на Иоланту, она ведьма старой аристократической закалки и тяжело переносит простые условия жизни здесь. На самом деле она неплохой человек.
– Но явно не выставляет это напоказ, – сухо заметила я. – Если ей здесь так не нравится, почему бы не уволиться и не вернуться к роскоши?
– О-о-о, – вздохнула Эбби и нахмурилась. – К сожалению, ей некуда возвращаться. Несколько лет назад вся ее семья трагически погибла, утонув в озере. Иоланта чуть сама не свела счеты с жизнью от горя, ее спас наш ректор, месье Леран. Он предложил ей заняться воспитанием подрастающего поколения магов и возродить академию, которая тогда прибывала в полной разрухе. Говорят, что она пожертвовала все свои капиталы на восстановление учебного заведения и осталась при нем преподавать ведьмовские науки. Теперь она декан факультета травологии и зелий.
– Грустная история, но теперь хотя бы понятно откуда столько старческого высокомерия, – констатировала я.
– Ну, а как тебе работается у господина Каро? Он такой видный мужчина и одаренный маг исключительных способностей…
– Ага, он своей видной короной собственной исключительности разве что звезды с неба не сшибает, – хмыкнула я и ляпнула. – У меня руки так и чешутся ее лопатой поправить.
Эбби на мгновение застыла в изумлении, а затем залилась громким смехом.
– Какая ты необычная девушка Вар-вар-ра, – сказала она, едва заметно запнувшись на моем имени. – Но думаю, что ты еще изменишь свое мнение о нем.
– Сомневаюсь, – буркнула я. – И зови меня Варя. Кстати, ты первая в академии, кто выговорил мое имя с первого раза.
– Ничего удивительного. Работая с животными, я встречала и гораздо более заковыристые названия, так что привыкла, – улыбнулась девушка.
– Кстати, раз уж ты специалист по всякой живности, может быть знаешь, к какому виду относится Казимир? А то мне напрямую спрашивать как-то неудобно, – немного смущаясь попросила я.
– Он-то тебе конечно же скажет, что единственный и неповторимый, – улыбнулась Эбигейл. – Но на самом деле наш Казимир – южно-островной чернохвостый шуршунчик. Они наделены интеллектом, очень бережливы и весьма запасливы. К сожалению, представителей этого вида осталось очень мало и встретить их в естественной среде обитания большая удача. Я как-то просила у Казимира разрешение изучать его, но он отказался. Так что теперь я иногда делаю это тайком.
– Не волнуйся, я тебя не выдам, – заговорщицки подмигнула я.
– Ну, а ты уже решила какой предмет будешь преподавать адептам? – поинтересовалась ментор, пока мы потихоньку шли к выходу. – У нас есть вакансия ухода за магическими животными, если хочешь.
– Спасибо за предложение, но я уже определилась, – ответила ей. – Буду преподавать основы выживания без магии.
– Ого! Давно у нас за этот предмет никто не брался, – восхищенно посмотрела на меня собеседница. – Ты очень храбрая девушка, раз решила не рассчитывать на магию. Я уверена, что ты блестяще справишься и с учебой, и с соревнованием, и надолго останешься с нами.
Снова услышав эти загадочные слова, я не выдержала и раздраженно уточнила:
– Почему все мне желают здесь задержаться? Прошлые менторы от декана Каро сбежали? Или он их съедал?
Эбигейл смутилась и отвела глаза, словно наша беседа повернула не в то русло.
– Пожалуйста, не задавай мне этих вопросов. Я не могу на них ответить, – жалобно попросила она.
– Не можешь или не хочешь? – угрюмо уточнила у нее я.
Девушка нервно заерзала и стала озираться по сторонам, словно боялась, что нас кто-нибудь услышит.
– Мы просто не говорим об этом, – прошептала она. – Это не запрещено, но… не поощряется. Поверь, тебе нечего бояться. Мы все готовы помочь в случае чего…
– В случае ЧЕГО? Я устала слушать эти загадки! – вскипела я. – Эбби, говори немедленно, что случилось с предыдущими менторами? Они уволились? Погибли? Что с ними произошло?
Не выдержав напора, девушка наконец призналась.
– Дело в том, что они исчезли…
Глава 5. Если ты в ослиной шкуре, кричи «и-а»
Эмильен Каро, декан факультета магических искусств, маг ледяной и снежной стихии
Я стоял у открытого окна своих апартаментов в Алмазной башне и, скрестив руки, наблюдал как мой новый куратор пересекает внутренний двор академии и стремительным шагом направляется в сторону моего кабинета. Ее длинные светлые волосы развиваются на ветру словно змеи, а на лице читается явная жажда крови. И я догадываюсь чьей. Черт, становится даже жаль, что она сейчас там меня не найдет. Интересно было бы посмотреть, как эта маленькая пигалица в считанные секунды превращается в кровожадную фурию. Это все равно что полевая мышь бесстрашно пытается отхватить кусок от лапы бурого медведя. Ее появление в этих стенах – загадочное и внезапное, но бойкое и осмысленное, произвело на меня впечатление.
Отчасти, именно поэтому я решил оставить пигалицу в АСПИДе. Подумал, что раз уж она сама не робкого десятка, то сможет позаботиться о наших первокурсниках и защитить их в случае необходимости. А в том, что эта необходимость непременно появится сомневаться не приходится. С начала этого года в академии стали пропадать девушки, адепты и менторы. Мои адепты и мои менторы. Когда мы с моими друзьями Максом и Ярго впервые за долгое время открывали ворота этой полуразрушенной академии, то поклялись, что восстановим здесь все и сделаем самым безопасным местом в мире. Надежным прибежищем для тех, кто в нем нуждается. За прошедшие годы АСПИД стал мне настоящим домом и за этот дом я готов бороться до самого конца. У зла, поселившегося в этих стенах, нет шансов. Я изловлю его, а светловолосая пигалица мне в этом поможет.
На лестнице послышался шум и спустя минуту раздался выразительный стук в прихожей.
– Входи! – крикнул я, точно зная кто стоит за дверью.
Через мгновение около меня заклубился густой черный туман, постепенно приобретающий очертания человека.
– Почему ты не можешь пользоваться дверью, как все нормальные люди? – раздраженно пробурчал я, когда он полностью материализовался.
– Во-первых, потому что я не нормальный человек, – хмыкнул он и улыбнулся. – Во-вторых, потому что тебя это раздражает.
– А тебя, как я понимаю, это обстоятельство очень веселит, – скривился я.
– Ты же меня знаешь, – хохотнул Ярго. – Сложно удержаться от соблазна.
Мои глаза закатились сами собой в бессильной злобе.
–Тебе удалось что-нибудь найти? – я задал вопрос просто так, чтобы перевести тему, прекрасно понимая, что друг вернулся ни с чем.
– Ничего, – подтвердил мою уверенность тот. – Ни одного следа, даже маленького клочка одежды.
Я молча хмыкнул. Последняя девушка, Беатрис Делинжер, пропала почти месяц назад. Она была первокурсницей моего факультета. Пошла в лес за какой-то дурацкой травой и не вернулась. Весь преподавательский состав сантиметр за сантиметром прочесали чащу, но ничего не нашли. Да что там, я лично вдоль и поперек обыскал поляну, где ее видели в последний раз, но ничего не обнаружил.
– Ты пробовал магией? – вырвалось у меня само собой, хотя я был абсолютно уверен, что Ярго перепробовал все. Но мне, вопреки доводам разума, хотелось от него устного подтверждения очевидного.
– Пробовал, – спокойно ответил друг, прекрасно понимая мое состояние и щепетильное отношение к этому вопросу. – Поднял из-под земли все что только можно, включая дряхлые останки каких-то древних захоронений. Потом еще долго пришлось укладывать все это богатство обратно.
Я слегка улыбнулся его шутке. За небрежным тоном скрывался недюжинный талант и выдающиеся способности. Не всякий некромант обладает такой силой как Ярго. И все его навыки и умения не достались ему от рождения, а были отточены до безупречности в многочисленных кровавых битвах. На поле боя мы с ним, собственно, и познакомились, но об этом как-нибудь в другой раз.
– Ее совершенно точно нет среди здешних мертвых, – прервал мои размышления друг.
– Но и среди живых ее тоже нет, – возразил я. – Ее и еще семи девочек.
– Две из них вполне взрослые – твои менторы, – заметил некромант.
– Вот именно. Мои, – я поднял взгляд на небо, где на голубом фоне уже появилась и отдаленно бледнела почти полная луна. – Последнее исчезновение было почти месяц назад. Скоро новолуние.
– Думаешь будет новая пропажа? – поинтересовался Ярго, его бархатный голос звучал при этом непривычно глухо.
– Думаю, что это будет продолжаться, пока мы не поймаем виновного, – заключил я и нехотя признался. – Никогда в жизни мне не было так страшно. Не за себя, а за девочек, которых я обязан защитить.
В это время на площади у фонтана вновь показалась хрупкая фигурка моего ментора. С озадаченным видом она спустилась по ступеням и побрела в сторону тренировочных площадок, очевидно разочарованная тем, что не застала меня в кабинете.
– Что ты о ней думаешь? – спросил я друга, продолжая пристально рассматривать удаляющуюся женскую фигуру.
– Она гораздо крепче, чем может показаться, – заметил некромант, едва взглянув в окно.
– Пожалуй, – согласился с ним и безотчетно потер запястье, на котором теперь разливался небольшой синяк. – Но что, если и она тоже…
– Нет! – уверенно перебил меня Ярго. – Я абсолютно уверен в ее способности постоять за себя. Она, не моргнув глазом справилась со взрослым метаморфом. Поверь мне, Эмильен, это необычная девушка. Она сумеет защитить студентов, если потребуется.
– Надеюсь, ты прав, – пробормотал я, до конца не веря в сказанное. – Что там с соревнованиями?
Мы отошли от окна и принялись обсуждать тему ежегодного первенства факультетов.
Варвара Валериановна Волкова, ментор факультета магических искусств.
Я летела по территории академии на крыльях праведного гнева и думала только о том, как прижучу своего наглого начальника и заставлю рассказать все, о чем он так тщательно пытался умолчать.
К моему немалому разочарованию декана в кабинете не оказалось. Неужто решил поработать для разнообразия? Немного покрутившись в пустом кабинете, влекомая здоровым любопытством ко всему неизведанному, я принялась прохаживаться вдоль многочисленных полок, с интересом разглядывая разные магические штуки. Здесь были бесчисленные старинные фолианты в дорогих кожаных переплетах с золотым тиснением, разнообразные статуэтки, инкрустированные камнями, а также обычные на первый взгляд предметы, такие как театральный бинокль, например, но исчерченные магическими рунами. Трогать я, разумеется, ничего не стала, но зато прояснила для себя некоторые моменты о хозяине этого кабинета. Во-первых, по обилию всевозможных учебников и руководств, стало понятно, что Емеля много времени уделяет самообразованию. Во-вторых, что он занудный аккуратист, в основном. Каждая мелочь на многочисленных полках располагалась строго на своем месте и в размещении предметов прослеживалась некоторая тенденция. Например, книги были расставлены строго по размеру, а магические предметы по групповой тематике. Единственное место, которое не вписывалось в общую картину – это рабочий стол, где царил самый натуральный срач (давайте только без обмороков, я же предупреждала, что ругаюсь, да?). Книги, свитки, журналы, газеты – весь известный человечеству макулатурный хлам присутствовал на рабочем месте декана в достаточном количестве. Я даже невольно заглянула под стол, в поисках того самого коня, который совершенно точно здесь недавно валялся.
Коня, конечно, не нашлось, зато мое внимание привлек лист бумаги, который лежал прямо поверх этого бардака. Вычурные чернильные печатные буквы воспринимались слегка непривычно, но были вполне читабельны. Это оказалось письмо из городского сыскного ведомства. У меня никогда не было привычки читать чужие письма, но теперь глаза мимо воли сами побежали по строчкам. Ответ от начальника управления мистера Римса для господина Каро на ранее посланный запрос. В нем он сообщает, что новой информацией о числившихся в розыске мисс Боул, мисс Румер и мисс Парк ведомство не располагает и выделить человека для проведения расследования внутри академии не может, потому как не укомплектовано достаточным количеством штатных сотрудников. Дальше следовала стандартная требуха о том, что ведомство прикладывает все усилия и что им искренне жаль, если их не хватает. Я поморщилась, все это письменное расшаркивание можно было уложить во фразу «идите в пень, нам и без вас забот хватает». Вот только это никак не улучшило бы ситуацию. А сам факт того, что декан обращался за помощью в местные органы правопорядка говорит о ее крайней серьезности.
Я стояла возле стола и задумчиво крутила в руках листок, прикидывая стоит ли предлагать свою помощь в этой ситуации, как вдруг за дверью послышался какой-то шорох. Меньше всего мне хотелось оказаться застигнутой кем-то за рысканьем в чужих бумагах, поэтому недолго думая, кинула листок обратно в кучу и юркнула под стол.
Через мгновение дверь осторожно приоткрылась и в кабинет кто-то тихонько прошмыгнул. В невысоком зазоре под столом мне были видны только небольшие мохнатые лапки, бесшумно ступающие по каменному полу и слегка трепыхающиеся сзади мягкие кожистые крылья. Но и этого оказалось вполне достаточно для идентификации визитера – такой приметной внешностью в академии обладал только Казимир. Интересно, что ему здесь понадобилось? Я осторожно выглянула из своего укрытия и молча стала наблюдать.
Несмотря на отсутствие хозяина, команданте чувствовал себя в кабинете декана вполне свободно, прохаживаясь вдоль полок и кося лиловым глазом то на одну, то на другую вещицу. Затем схватил одну из лежащих запонок с большим голубым камнем и, боязливо озираясь, сунул ее в карман. Мне пришлось снова нырнуть под стол, чтобы не вызвать лишних подозрений у и без того подозрительного Казимира. Убедившись, что его проделку никто не заметил, хозяйственник спешно покинул комнату.
Едва дверь за ним закрылась, я вылезла из-под стола и, найдя чистый клочок бумаги принялась живо записывать то, что содержалось в письме городских сыскарей. У меня родилась замечательная идея, которая требовала немедленного воплощения.
– Блин, как же телефона не хватает, – вздыхала я, пытаясь наскоро зарисовать оттиск сургуча на бумаге. – Сейчас бы щелк и готово, а не вот это вот все…
К несчастью, в тот момент, когда я отчаянно сражалась со здешними средневековыми перьями, дверь в кабинет распахнулась и на пороге показалась старая Иоланта под ручку с какой-то молоденькой девушкой.
– Эмильен, дорогой… – начала было старая карга, но увидев меня тут же замолчала.
– Не угадали, – констатировала я очевидное. – Но если что, я тоже не дешевая.
– Что вы здесь делаете? – спросила деканесса так возмущенно, будто застала меня в разгар каких-то непристойностей.
«Уронив достоинство, сделайте вид, что оно не ваше», – вспомнила я старую поговорку и, продолжая спокойно писать, невозмутимо ответила.
– А вы сами не видите? Работаю.
– А где же Эмильен? – от моей непоколебимости старушка немного подрастеряла спесь.
– Понятия не имею, он мне о своих похождениях не докладывает, – пожала плечами я и с деловым видом уточнила. – У вас что-то срочное? Я могу чем-то помочь?
Как любил говаривать молоденьким первокурсницам Вазелин Ншанович, подсаживая их для выполнения упражнений: «Я, конечно, не гинеколог, но посмотреть могу». После такого «щедрого предложения» девчонки взлетали на канат как ракеты даже без страховочного троса. И даже те, кто до обморока боялся высоты. Тогда весь наш преподавательский состав уверовал в педагогический талант Вазелина Ншановича и его поразительную способность заставить любого студента добровольно делать то, что он хочет. Отличная тактика, нужно перенимать.
– Не можете, – категорично заявила деканесса, и немного виновато взглянула на младшую спутницу. – Я хотела представить ему мисс Итери, думала он на месте. Прости, Молли, мы заглянем к нему попозже.
– А-а-а, так у вас смотрины намечались? – догадалась я с удовлетворением отмечая отразившийся шок на женских лицах. – Очень жаль, что господина декана сейчас нет. Возможно, если вы подождете… Уверена, он скоро появится и будет счастлив с вами познакомиться!
– Вы так считаете? – с робкой надеждой спросила девица.
Я окинула ее пышную фигурку и бледное невыразительное лицо пристальным взглядом и подумала, что ей очень подходит ее имя. А она сама очень подходящая пара для нашего декана, потому что на ее бледном фоне он будет сиять еще ярче.
– Конечно, – искренне отозвалась я. – А теперь извините, мне пора.
И одарив их на прощание любезной улыбкой, вышла из кабинета и помчалась по лестнице разыскивать слинявшего Казимира. Некоторые дела не терпят отлагательств.
– АГА! – победно завопила я, врываясь в обитель команданте спустя некоторое время.
Его плохо воспитанная человекоядная малина еще не успела как следует отойти после нападения Ярго, а потому не смогла оказать мне должного сопротивления. Хотя, если честно, когда на меня нападает энтузиазм, вот как сейчас, то мне вообще никто должного сопротивления оказать не способен.
– Ага! – повторила я для пущей острастки.
– Где? – подскочил застигнутый врасплох Козя и испуганно заозирался по сторонам.
– Да прямо тут, – ткнула я пальцем в него и торжественно провозгласила. – Козя, ты мне нужен!
– Само собой, – покивал шуршунчик. – Я это тебе еще в первый день говорил, Козя всем нужен.
– У тебя перо, бумага, сургуч есть? – без приглашения заваливаясь в комнатку, вопросила его.
– Есть, – покивал команданте и запоздало засуетился. – Да ты проходи, не стесняйся. Сейчас поищу.
У главного хозяйственника академии и дом оказался хозяйственным. Прямо очень. Все стены от пола до потолка были забиты разнообразным хламом. На тумбочках, полках, и просто на гвоздиках стояло, лежало и висело все, что только можно себе вообразить. Здесь были маленькие кофейные чашки с блюдечками и поношенные вышитые перчатки, и старые драные тапочки, и кем-то (надеюсь, что не Казимиром) надкусанное печенье, и пыльный дорожный саквояж, и портсигар с двумя поломанными сигаретами, и облезлый веер, и почти пустые румяна, и даже конские стремена, скромно висящие по соседству с блестящей медной сковородой.
