Честное слово, я почти не дрожала, когда некромант раскрыл передо мной тяжёлую дубовую дверь в кабинет ректора Академии, магистра Дорана Ланга.
– А-а-а, так вот о ком идёт речь! – воскликнул ректор. – Ронни Арис собственной персоной.
Надеюсь, хотя бы господин Ланг не припомнит мне дежурство в туалетах? Ну пожалуйста! Я сделала шаг вперёд и присела в лёгком поклоне.
– Добрый день…
Глава 4
По меркам великих волшебников, магистр Доран Ланг был ещё довольно молод – ему едва ли исполнилось пятьдесят. Впрочем, это не мешало ему быть почётным членом Магического Совета Айнора, нашего королевства, и входить в десятку самых сильных стихийных магов.
Многие студенты боялись ректора как огня, потому что характер у него полностью соответствовал дару. Захочет – испепелит одним взглядом, а захочет – заставит кровь застыть в жилах от страха.
– Добрый день? Вы так полагаете? – усмехнулся ректор, приблизившись ко мне и пронзив меня внимательным взглядом.
– Хочется в это верить! – бодро заявила я, вскинув подбородок.
Пусть не думает, что я стану мямлить или вовсе потеряю голос от смущения. Во-первых, мне уже приходилось бывать в этом кабинете и выслушивать лекции по поводу неблагопристойного поведения юной волшебницы, а во-вторых, я стихийников знаю как облупленных! Все они только делают вид, что строги и серьёзны, а на самом деле едва сдерживают свой бурный темперамент.
– Что ж, не будем тратить время понапрасну, – сказал магистр Доран и ткнул пальцем в мою сторону, обращаясь к застывшему неподвижным изваянием некроманту: – Закариан, вы хорошо знакомы с этой девушкой?
– Нет, мы познакомились несколько дней назад, – честно ответил Зак.
Тьфу на тебя, противный человек в чёрном! Неужели нельзя было чуть-чуть схитрить? Всё равно по твоему белокаменному лицу в жизни не догадаться, что ты обманываешь! А ещё называешься куратором группы, наставником, эх…
– На вашем месте я бы трижды подумал, прежде чем приглашать Веронику Арис на летнюю практику.
Я задохнулась от возмущения и раскрыла было рот, чтобы возразить, но ректор остановил меня жестом и продолжил:
– В её послужном списке драка с целителем, нарушения техники безопасности в алхимической лаборатории, покупка запрещённых ингредиентов, три десятка разбитых тарелок в столовой, поджог в актовом зале. И всё это подвиги за один только первый год обучения. Хватило бы на целую группу студентов!
– Целитель дразнил меня «половинкой мага», а тарелки я не трогала, они сами взлетели в воздух! – выпалила я, чтобы хоть как-то оправдаться после такой длинной обвинительной речи. – И поджог я не устраивала, ну честное слово, что же, я враг Академии, что ли? Не поджигала я эти несчастные шторы, правда-правда!
– Магу с вашими способностями, Ронни, не стоит лишний раз кричать и размахивать руками, – чуть повысив голос, объяснил магистр Доран. – Тогда предметы вокруг не будут вспыхивать или взрываться. Учитесь контролировать свою силу!
Ректор повёл рукой перед моим лицом, и я почувствовала дуновение свежего ветерка. Кровь, от возмущения ударившая мне в голову и сделавшая щёки пунцовыми, успокоилась. Сердце забилось ровно и размеренно. Я вновь могла здраво мыслить и рассуждать, хотя что тут рассуждать – всё ясно, никуда меня не возьмут.
– Профессор Номм запирает меня в библиотеке, – обиженно пробормотала я. – Думаете, это поможет мне овладеть даром и стать настоящей волшебницей? Я задыхаюсь от пыли и паутины!
– Понимаю, – неожиданно сказал Доран Ланг.
– Пусть я полукровка, но моя мама была стихийницей, как вы! Если вы не разрешите мне поехать, то я, наверное, убегу из Академии. Да, убегу. И это будет на совести господина Гнома, то есть Номма.
– А что вы думаете обо всём этом, Закариан? – Магистр вновь повернулся к некроманту.
Тот разглядывал меня теперь с интересом: ещё бы, мои достижения кого хочешь способны впечатлить! Ректор перечислил только те, что отмечены в личном деле, а это была едва ли треть от всего, что я успела натворить.
– Думаю, я справлюсь, магистр Доран.
Что-о-о? Он согласен взять надо мной шефство после всего озвученного? Ничего себе!
– Мне нравится ваш настрой, – улыбнулся ректор. – Остаётся решить два животрепещущих вопроса касательно Ронни Арис.
– Какие? – тут же нетерпеливо встряла я.
– Первый вопрос – тема вашей практики. Чем вы будете заниматься? Целитель Эйвинн будет помогать жителям деревни, некромант займётся изучением древних склепов. А вы?
Ох, ну дела! Об этом я совершенно не подумала. То есть я, конечно, день и ночь фантазировала о грядущем путешествии и сопутствующих ему приключениях, но только не о том, чтобы подыскать себе тему для исследования. Глупая моя башка! Я почесала в затылке и выдала первое, что пришло мне на ум:
– Форстад когда-то принадлежал драконам. Я могла бы… поискать их яйца.
– Что у вас по истории, Вероника? – нахмурился магистр Доран.
– «Отлично»! – с гордостью произнесла я.
– Тогда вам должно быть известно, что последние драконы вымерли более трёхсот лет назад.
– Но…
– Никаких «но». Вы маг общей практики, а значит… займётесь заготовкой растений и минералов для второго курса алхимии.
Я открыла рот и закрыла. Молчи, Ронни, учись себя контролировать! Задание скукотища, конечно, но хотя бы на свежем воздухе, а не в четырёх стенах. И потом, никто не мешает мне искать драконьи яйца, ползая в окрестностях Старого Моста и собирая всякие там ятрышники и буравники. Говорят, яйца дракона могут спать в земле тысячи лет, так что ещё посмотрим, кто над кем в итоге посмеётся, уважаемый магистр Доран!
– А вот второй вопрос волнует меня едва ли не больше первого, – прервал мои мечтания ректор.
– Да?
Я проследила за взглядами обоих мужчин – они сходились на скромно лежащей на краю стола папке с личным делом. Неужели снова речь о моём поведении и нарушениях? Или студентам с чёрной галкой не доверяют собирать гербарий?
– Вам ещё не исполнилось восемнадцати, Ронни.
Чёрт, ну вот что ты будешь делать! Я ведь много раз слышала на занятиях, что к выездной практике допускают только совершеннолетних. Как можно было так вляпаться?
– Через месяц исполнится, – еле слышно пролепетала я.
– Придётся получить согласие вашего отца. В вашем досье сказано, что он работает в столичном архиве, это верно?
– Да, господин Ланг. Но как? Мне придётся ехать домой?
Папа, вне всякого сомнения, понял бы меня и позволил поехать на практику, но если мачеха Альма услышит наш разговор, то непременно вмешается и сделает так, что я не получу согласия. Чисто из вредности, ведь ничему хорошему вдали от Академии и в компании из двух парней точно нельзя научиться. Тем более – без круглосуточного присмотра преподавателей. И папа уступит Альме, потому как я-то уеду обратно в общежитие, а ему с ней жить…
– Не придётся. Я отправлю официальный запрос по ускоренной почте, – прервал мои печальные размышления ректор.
Я подпрыгнула от радости:
– Спасибо! Значит, я уже могу собирать вещи?
– Если вы уверены, что ваш отец согласится, то да, – улыбнулся магистр Доран.
Закариан Хилл тоже улыбнулся, но совсем не так, как горячий стихийник. Некромант лишь обозначил улыбку, показав, что разделяет мою радость. Бедный, он ещё не знает, на что подписался! Хочу я того или нет, вокруг меня постоянно происходят всевозможные катастрофы. И далеко не всегда я являюсь их причиной, пусть мне никто и не верит.
– Спасибо! – ещё раз искренне поблагодарила я ректора и поклонилась. – А как быть с моим… с профессором Номмом? Боюсь, он рассердится на меня.
– Профессора оставьте мне, Ронни. Ах да, если хотите приложить для отца письмо лично от вас, то поторопитесь. Я собираюсь отправлять почту через пару часов.
Сказать, что я была в восхищении, – это ничего не сказать. Едва мы с некромантом оказались за дверью, я бросилась ему на шею, готовая расцеловать мрачного колдуна в обе щёки. Зак мягко отстранил меня, явно не готовый к столь бурным проявлениям эмоций от малознакомой девушки.
– Мы едем в небольшое селение, расположенное в предгорьях, – сказал он, когда я чуть успокоилась. – Тебе понадобится удобная одежда и обувь. Не набивай багаж кружевами и туфельками на каблуках, Ронни.
До чего занудный, фыркнула я про себя. Вот нарочно, чтобы тебя позлить, возьму что-нибудь жутко красивое. Куплю ту чудесную, сливочного цвета блузочку, расшитую жемчужинами, и наплевать, что она полупрозрачная. Некромант будет злиться, а Мэтт наверняка залюбуется мной. Убью двух зайцев одним выстрелом!
– А как мы будем добираться? – поинтересовалась я. – Нам откроют телепорт?
– Ага. Откроют телепорт и испекут вишнёвый торт. Давай без глупостей, Ронни, иначе я передумаю.
– Не передумаешь! – уверенно заявила я. – Говорят, что слово некроманта крепко и надёжно, как могильный камень.
– Болтушка! Иди собирайся, дорога предстоит долгая – добираться три дня. Надеюсь, тебя не укачивает в повозке?
– Нет! С чего бы, я ведь не беременная.
– Типун тебе на язык, – проворчал Зак, но я уже не обращала внимания на зануду в чёрном балахоне.
Всё складывалось как нельзя лучше!
Глава 5
Мы отправились в путь ранним утром пятнадцатого дня от начала лета. Впереди были шесть недель неизвестности. Я осознала это лишь сейчас, когда увидела запряжённый парой лошадей скромный экипаж, что поджидал нас у ворот Академии. Небо было затянуто сероватыми облаками, моросил мелкий дождь.
«Хороший знак», – сказал Закариан Хилл. Мэтт презрительно хмыкнул в ответ некроманту, и они оба, не сговариваясь, протянули мне руки, чтобы я взобралась в повозку. Чтобы никого не обижать, я запрыгнула внутрь сама и уселась на обитую потёртой кожей скамейку. Мэтт тут же плюхнулся рядом со мной, наш куратор разместился напротив, и воцарилось напряжённое молчание. Экипаж тронулся с места и покатился по сонным улицам в сторону восточной дороги.
Да, мы едем в неизвестность, думала я. Пока поездка на практику была лишь мечтой, я представляла её в самых ярких и привлекательных красках. Теперь я осознала, что ничегошеньки не знаю о жизни в отдалённых селениях. Да что там, я вообще никогда не жила самостоятельно!
Из отчего дома на окраине столицы я переехала в соседний городок, в общежитие Академии, где за нами почти круглосуточно присматривали. Питались мы в студенческой столовой, бельё сдавали в прачечную, все необходимые для учёбы вещи нам выдавали в библиотеке или в хранилище.
А на практике как будет? Всё придётся делать самим, да ещё и заниматься научной работой? Ох, а не вляпалась ли я ещё почище, чем с пылесборниками Номма-Гнома?
– Зак? – позвала я.
Куратор оторвался от книги и взглянул на меня вопросительно.
– А где мы будем жить?
– В гостинице класса люкс, разумеется, – пожал плечами некромант.
Мэтт скорчил рожу и демонстративно отвернулся к окошку, отодвинув занавеску. Хвастун-целитель всё никак не мог смириться с тем, что теперь он не главный в коллективе, а всего лишь практикант под руководством пятикурсника. Будь в экипаже наша обычная компания, Мэтт болтал бы без умолку и живописал наше грядущее незабываемое лето!
– Я серьёзно! – улыбнулась я и ткнула вредного колдуна носком туфельки в ботинок.
– Обычно студенты живут в домах местных жителей, а вместо денег платят за постой волшебными услугами. В зависимости от специальности, конечно.
– И чем же платят некроманты? – оживился Мэтт.
Ему-то, будущему лекарю, многие в деревне будут рады. Для мага общей практики вроде меня тоже сыщется работа. А что станет делать колдун? Вызовет для хозяина духа его прадедушки? Заставит воскреснуть сдохшего в прошлом году петуха, чтобы снова кукарекал на рассвете?
– Поверь, желающие на мои услуги всегда находятся.
Я приободрилась: какой-никакой, а разговор между нами завязался. Нужно расспросить Зака подробнее, чтобы неизвестность приобрела более реальные очертания.
– Ты уже был в Форстаде?
– Нет.
– А почему мы едем именно туда?
– Место проведения практики определяют магистр Доран и другие преподаватели, но обычно это места, которые по каким-либо причинам интересуют исследователей.
– Для целителя подойдёт любое место, где живут люди, – заметил Мэтт.
– Да, но если тебя направили именно в эту деревню, значит, там не хватает лекаря или ему нужен помощник. Меня больше интересует, для чего едет Вероника.
– А ты не догадываешься? – изобразил удивление мой приятель и приобнял меня за плечи. – Она без меня жить не может, правда, Ронни?
– Размечтался! – возмутилась я и стряхнула с себя руку Мэтта. – Я сама по себе!
Мне показалось, что в глазах Зака промелькнула тень. Вот только что он с интересом рассматривал меня и готов был поболтать, а этот крошечный инцидент сразу погасил искру в его взгляде. Зак откинулся назад и вновь уставился в лежащую на коленях книгу. Наверное, напомнил себе о том, что он старше и опытнее нас, он наш куратор, а мы глупые цыплятки, едва окончившие первый курс, и наши романтические вздохи его нисколько не волнуют.
Целитель, которого ничуть не смутил мой резкий ответ, решил продолжить болтовню.
– А готовить еду ты умеешь, девушка-сама-по-себе?
– Конечно же нет!
На самом деле дома мне частенько приходилось стоять у очага. Слуг у нас, простых жителей городской окраины, отродясь не бывало, а мачеха с утра до ночи занималась тремя малолетними детьми. Я готовила вполне сносно, но становиться кухаркой на время летней практики мне совсем не улыбалось. Всё-таки я будущий маг, а не домохозяйка. И у меня есть задания от ректора.
– А если серьёзно? – не унимался Мэтт. В его голубых глазах искрился смех.
– Кашу могу сварить, – сжалилась я.
– Съедобную?
– Никто ещё не приходил жаловаться. Ну а ты чем похвастаешься? Дрова наколоть сможешь или, быть может, зайца сумеешь подстрелить? Ты рассказывал, что дядя брал тебя на охоту.
Мэтт происходил из семьи мелкого барона, чем поначалу пытался бахвалиться. Однако вскоре стало ясно, что в стенах Академии прежде всего ценятся магические способности, а не происхождение, и юный целитель переключился на изучение заклинаний и состязания с другими студентами. А что, в арсенале у лекарей достаточно полезных умений. Одно заклинание обездвиживания чего стоит! А «молчанка», благодаря которой любой человек теряет способность говорить? Страшное дело!
– Надеюсь, в зайцев стрелять не придётся. Исцелю парочку жителей, и они сами понесут мне жаркое и горячие пирожки с повидлом. Будешь хорошо себя вести – поделюсь! – И он подмигнул мне, чрезвычайно довольный своей находчивостью.
Зак бросил на нас снисходительный взгляд, и я поняла, что он сильно сомневается и в моей способности кашеварить, и в том, что у Мэтта получится легко устроить наш быт. Всё-таки некроманты сделаны совсем из другого теста. Хмурые, недоверчивые, закрытые.
Интересно, у Зака есть компания друзей, как у нас с Мэттом? А девушка? Ох, вряд ли!
– Мне всё-таки очень интересно, как тебе удалось отделаться от профессора Гнома?
– Не спрашивай, Мэтт, это было целое представление!
– Я в тебе не сомневался! – рассмеялся целитель.
Ворота Аркеллы, городка, где располагалась Академия магии, давно остались позади. Позади осталось и дождевое облако – стало совсем светло. По обе стороны дороги весело замелькали сельские домики – по большей части белые с рыжими черепичными крышами, но встречались и желтоватые, и розовые. Во многих дворах стайками играли дети, работали взрослые, грелись на солнышке старики и кошки.
Кто-то пропалывал огород, кто-то развешивал бельё. По обочине неторопливо ехал на ослике подросток-почтальон с голубой сумкой за плечами. Я так устала проводить дни в пыльной библиотеке, что сейчас смотрела на всё это с искренним интересом и радостью. Как же всё-таки мне удалось вырваться от вредного профессора? Ох, не так-то просто!
Сначала господин Номм-Гном раздражённо прочитал мне нотацию о том, что я, его подопечная студентка, не имела ни малейшего права обращаться к ректору за помощью. Проще говоря – действовать через его лысую голову. Я поступила крайне невежливо!
Потом выяснилось, что путешествие в компании молодых людей грозит девушке опасностями, о которых я не имею не малейшего представления. Ага, профессор, я ведь только вчера родилась на свет. Вернее, меня нашли в лопухах, я понятия не имею, откуда берутся дети. Ну и напоследок Номм заявил, что, если я вместо того, чтобы работать, буду каждое лето путешествовать по стране, толку из меня не выйдет.
Признаюсь, тут я взорвалась от негодования! Я выхватила с ближайшего стеллажа несколько книг и плюхнула их на стол перед упрямым наставником.
– Но, профессор, посмотрите! Все эти люди, эти учёные, написавшие толстенные фолианты, по которым мы теперь учимся, они ведь не сидели взаперти!
– «Вся правда о Касарейне», – прочитал господин Номм.
– Вот, пожалуйста, автор этой книги проехал королевство Касарейн вдоль и поперёк! А это?
– «Драгоценные ископаемые Вестмурских гор», – хмыкнул мой учитель-мучитель.
– Её написал Роберт Халлен, великий геолог и путешественник!
– «Ингредиенты для заклинаний огненной магии». С какой полки ты это взяла, Ронни? Мне кажется, место этой книги в разделе боевых искусств!
Сейчас ещё выяснится, что я всё это время неправильно расставляла книги на полках! Как бы сдержаться и не устроить здесь великий погром? Но ради будущей поездки я сдержалась.
– Пожалуйста! – почти кричала я. – Все эти люди, прежде чем написать свои творения, путешествовали, искали, исследовали.
– Да, да, да, – со скучающим видом покивал головой профессор. – Только не забывай, что многие из исследователей плохо кончили. И не написали ни одной книги. Мир так и не узнал об их открытиях, потому что эти учёные утонули в море или сорвались со скал в горах.
– Ну и что?
– Ничего, Ронни! Ничего путного не выходит у тех, кто всё время ищет приключений на свою задницу. Никакого толка!
Да-а, прежде я никогда не слышала от профессора слова «задница». Должно быть, сильно я его разозлила. И всё-таки у меня в руках был документ, подписанный ректором Лангом. И занудному старику Гному оставалось только смириться с тем, что его птичка-студентка упорхнула из душной клетки. Всё это я в красках пересказала Мэтту, и мы долго ещё рассуждали о том, что ждёт меня после возвращения в Академию. Гном ни за что не оставит мой безумный поступок безнаказанным.
– Пожалуй, мне уже нравится эта поездка, – весело признался целитель.
– Ну вот, а ты ехать не хотел! Мы отлично проведём время в Форстаде! – пообещала я.
Некромант, видно, утомился от прыгающих перед глазами букв и нашей нескончаемой болтовни. Он сцепил руки в замок, прикрыл глаза и словно отгородился от всего мира. Наверняка уже жалел, что взял меня с собой: покоя от меня точно ждать не приходится.
В окошках теперь тянулись бескрайние поля, и мир казался состоящим из двух половинок: сверху – голубой в редких пятнах белёсых облаков, а снизу – нежно-зелёный. Мы сделали остановку, чтобы размяться и перекусить.
Извозчик напоил лошадей, придирчиво осмотрел повозку со всех сторон (словно троица юных магов успела бы превратить её в тыкву, как в одной известной сказке), а потом раскурил трубку и окружил себя густым облаком дыма – такого едкого, что я закашлялась и отошла подальше.
– Ночевать мы будем на постоялом дворе в Фиоре, – сообщил нам наш молчаливый куратор. – Смотрите ведите себя прилично. В Фиоре не очень-то жалуют магов, даже студентов.
Меня слегка задели эти слова. С чего это Зак решил, будто мы с Мэттом собираемся вести себя неприлично? Это потому, что мы весело болтаем в дороге? Вообще-то мы выглядим вполне достойно (на нас форменная одежда академии и значки факультетов) и хулиганить не планируем.
Вот только уже на месте выяснилось, что Закариан – предсказатель. Как в воду глядел, хотя к вечеру его предупреждение напрочь вылетело у меня из головы…
Когда мы подъехали к постоялому двору, уже сгущались сумерки. Извозчик принялся распрягать лошадей, некромант пошёл договариваться о комнатах на ночь, а Мэтт выгружал из повозки наши саквояжи. На площадке перед трактиром царила суета. Я выбралась из экипажа и с любопытством глазела по сторонам.
На крыльце, обмахиваясь платками, стояли девушки-разносчицы – выбежали наружу глотнуть свежего воздуха. Рядом шумно спорила подвыпившая компания из четырёх городских стражей. Чуть поодаль, под окном, дородная матрона отчитывала перебравшего муженька, потрясая перед его носом увесистым кулаком. Возле плетня развалилась белая с чёрными пятнами дворовая собака, рядом с ней возились в пыли двое таких же пятнистых щенят.
Наш экипаж заметили, но никто не шарахнулся прочь и не начал швырять в нас камни. Думаю, нелюбовь к магам в Фиоре – не более чем пережиток прошлого. Точнее – думала.
Хлопнула дверь, и наружу вышел мужчина со свёртком в руке. Сделав несколько шагов, незнакомец остановился посреди двора, вертя головой, словно кого-то искал. Заметил меня, нахмурился, грязно выругался и сплюнул себе под ноги.
Пф! Подумаешь, ты тоже не слишком-то мне нравишься, решила я.
И ничего страшного не случилось бы, если бы этот негодяй просто пошёл себе дальше. Но он стоял и стоял, выжидая. И держал в руке свёрток, из которого торчала палка восхитительной свежей колбасы. Пятнистая дворняга просто не могла остаться равнодушной к такому безобразию – она аккуратно поднялась со своего лежбища, доверчиво подошла к человеку и ткнулась мордой в его колени. Щенки подоспели вслед за матерью, принялись обнюхивать сапоги трактирного гостя. Я улыбнулась, уверенная, что дворняжкам сейчас перепадёт кусочек лакомства. Увы, всё случилось иначе.
– Ах ты грязная тварь! – вскричал мужик, заметив у своих ног псину. – Пшла вон отсюда!
А потом изо всех сил пнул маму-дворняжку тяжёлым сапогом! Не ожидавшая такой подлости бедная собака полетела кувырком, жалобно скуля. Я задохнулась от неожиданности, не веря своим глазам. Негодяй не остановился, не опомнился! Он снова размахнулся ногой и зашвырнул одного из щенков в кусты. Люди у трактира перестали галдеть, уставились на происходящее. Кто-то крикнул:
– Эй ты!
Но где им, обычным людям, было тягаться в скорости с волшебницей! Не помню, как я подскочила к незнакомцу, как преодолела расстояние в два десятка шагов.
– Ты что творишь, гад! – крикнула я ему в лицо.
Нужно было видеть, как его перекосило от удивления и злобы. Ещё бы! Не городской стражник, не вышибала из трактира – напротив него оказалась худосочная девчонка в ученической форме. Обиженная собака с визгом барахталась в траве, и меня разрывали напополам два желания – сейчас же помочь животному и проучить человеческого мерзавца.
– Ещё одна сучка? Да я тебя щас!.. – зарычал мужик и замахнулся на меня.
Глава 6
Сила выплеснулась из меня мгновенно – я даже не успела произнести заклинания! Обидчика собак и девушек подхватил бешеной силы вихрь, сбил с ног, протащил по двору и швырнул на старый плетень.
Горшки, что сушились на плетне кверху дном, взмыли в воздух и закружились в магическом водовороте. Один из них впечатался прямо в морду негодяю, другие попадали на землю и раскололись. Я испуганно опустила руки – всё сразу смолкло и замерло.
В этот самый миг из-за экипажа показался Мэтт, а на крыльцо вышел из трактира наш хмурый куратор. Кажется, они одновременно произнесли:
– Ронни? Что здесь происходит?
Поверженный негодяй не шевелился. Разбитое увесистой посудиной лицо его было в крови, а нос, кажется, свернуло набок. На меня смотрели все, а я словно потеряла дар речи. Ни слова не могла выдавить из себя!
Ещё несколько секунд над двором висела звенящая тишина, а потом она взорвалась возгласами и криками.
– Он ударил девчонку! Поделом ему! – закричала толстуха, стоящая у окна.
– Не девчонку, а собаку! – раздалось с другой стороны.
– Он обозвал её сучкой. Девчонку, говорю я вам!
– Нет, собаку! Она сожрала его колбасу. А девчонка – ведьма!
Злосчастная колбаса между тем валялась в пыли среди глиняных осколков, и никто не обращал на неё никакого внимания.
– Стража, стража, ну что же вы застыли как истуканы? Хватайте его!
– Держите лучше ведьму!
Я закрыла лицо руками прежде, чем ко мне подоспели Мэтт и Зак, отгораживая меня от надвигающейся толпы. Стражники разделились: двое поспешили в мою сторону, двое других пошли осматривать бесчувственное тело. Ни один из служителей порядка не стоял на ногах достаточно твёрдо, все они успели как следует отдохнуть в трактире.
– Мэтт, он ударил собаку, – всхлипнула я, очнувшись наконец от шока. – Помоги ей!
Целитель без лишних вопросов бросился к животному. Я направилась было следом, но куратор схватил меня за локоть и вернул на место. Хмуро заглянул мне в лицо.
– Ты цела?
– Вроде да, – прошептала я.
– Ни на минуту вас нельзя без присмотра оставить? Я ведь предупреждал по поводу Фиоры!
Я вскинула на Зака возмущённый взгляд:
– А ты что же, стоял бы и смотрел, как этот мерзавец избивает животных?
– Ронни, ты не имеешь права применять боевую магию, – прошипел он. – Почему ты не позвала на помощь? Здесь полно народу!
– Они ничего не делали, просто глазели! Никто бы не помог! – огрызнулась я.
Один из городских стражников приблизился к нам вплотную и попытался отстранить Зака.
– Эта девчонка применила магию… ик. Неоспоримый факт и куча свидетелей. Мы обязаны её… ик… арестовать. Отойди-ка, парень, – и пьяный страж потянулся рукой в мою сторону.
– Она со мной, – негромко сказал некромант и придвинул меня к себе. – Меня арестуй, если надо.
– Погодите-ка, сначала нужно р-р-разобраться, что к чему, – рассудил другой стражник.
Тем временем из трактира на крыльцо вывалили почти все посетители. Шум и споры нарастали. Негодяй с разбитой мордой очнулся и принялся грязно ругаться, указывая в мою сторону и проклиная всех на свете магов и ведьм и все на свете Академии, в которых растят подобных нам чудовищ. На себя бы посмотрел, скотина! Я с отвращением отвернулась от него, чтобы отыскать Мэтта и несчастную собаку.
– У собаки сломаны два ребра, – доложил целитель. – Щенки в порядке.
Мохнатые дети дворняжки крутились у ног Мэтта, мешая ему сосредоточиться на заклинаниях. Надеюсь, во время первого года обучения лекарей учат сращивать кости?
– А у меня, мать вашу, сломан нос!
– И поделом тебе!
– Эй, докторишка, тебя не учили сперва помогать людям? Или ты пёсий лекарь?
– Пустите, я сейчас наподдам этой ведьме…
– Да сиди уже, пока снова не получил!
Окружившие нас люди старались перекричать друг друга, причём некоторые не могли выбрать, чью сторону принять, и попеременно ругали то жестокого покупателя колбасы, то «понаехавших» в Фиору нечестивых колдунов. В конце концов через скопление народа к нам пробрался владелец трактира, крепкий бородатый дядька средних лет в клетчатой рубахе, просторных шароварах и замызганном замшевом жилете с большими медными пуговицами. К счастью, трактирщик был трезв как стёклышко и на первый взгляд вполне разумен.
– Твои друзья ещё и порога не успели переступить, а уже учинили погром! – сурово сказал он, уставившись на Зака.
– Парни здесь ни при чём, – заявила я. – Это я сломала ваш забор. Точнее – моя магия. Но я не нарочно, честное слово!
Все снова загалдели наперебой. Со всех сторон сыпались обвинения, оправдания или советы, как следует с нами обойтись. При этом одни говорили, что нас нужно немедленно накормить, напоить и разместить в лучших комнатах, а другие – что лучше было бы нынче же ночью сжечь меня на костре. Услышав о своей собаке, хозяин заведения бросился к ней.
Мэтт как раз закончил – дворняжка, лежавшая на боку, поднялась на ноги и радостно завиляла хвостом.
– Моська, Моська, живая, вот умница! – Хозяин потрепал её по холке.
Моська громко залаяла в ответ, и я невольно заулыбалась. Как оказалось – рано. Трактирщик выпрямился и обернулся ко мне и Заку. Справа от нас негодующе подвывал удерживаемый стражами мужик, ставший причиной всей этой суматохи.
– Пайк, конечно, сволочь, и в другой раз я и сам разобью ему морду, если тронет мою собаку, – рассудил трактирщик. – Но от вас, студентов, тоже одни неприятности. Поставьте на место забор и убирайтесь-ка вон отсюда. Разве что ваш лекарь может остаться. Да.
– То есть… – снова заговорил самый трезвый и старший по званию стражник. – Забирать их в каталажку? Всех вместе с Пайком?
– Мне по барабану, лишь бы никто больше ничего разбил и не сломал. И довольно споров!
Слово хозяина постоялого двора, должно быть, имело немалый вес на окраине Фиоры. Люди всё ещё продолжали обсуждать случившееся, но постепенно начали расходиться по домам. С каждой минутой становилось всё темнее, небо вновь затянулось облаками. Наш извозчик заявил, что до утра не двинется с места и, если мы не найдём, где переночевать, то вполне можем забраться в повозку и поспать на жёстких лавках.
Зак приказал Мэтту не сводить с меня глаз, а сам пошёл к завалившемуся забору, взмахнул руками и в считаные секунды вернул его на место. Ещё бы, некроманты мертвецов из могил поднимают, а тут всего-навсего старый плетень! Я вызвалась убрать осколки от горшков (безо всякой магии), и Зак указал мне на метлу, спрятанную под крыльцом.
Стражники долго совещались, но в итоге пришли к выводу, что состава преступления нет, сломанный нос Пайка – случайность, да и показываться перед начальством в таком виде не стоит. Пайк пытался было вытребовать у нашего лекаря лечение и для себя, но Мэтт демонстративно сунул руки в карманы и во всеуслышанье заявил, что запас его магических сил на сегодня исчерпан. Ругаясь на чем свет стоит, Пайк наконец-то убрался с постоялого двора.
В скором времени стало совсем темно. Надежды найти ночлег в городе у трёх юных магов не было. Наши желудки предательски урчали от голода, а впереди было ещё два дня пути до Форстада.
– Я поговорю с трактирщиком ещё раз, – решил Зак. – Пообещаю, что мы будем тише воды и ниже травы. Ты не подведёшь, Ронни?
– Как ты можешь обвинять её? – вступился за меня Мэтт. – Ронни никого не подводила! Она всего лишь защитила бедное животное как могла.
Некромант покачал головой:
– Нам просто повезло, что стражники были пьяны и никто не привёл вечерних патрульных. За применение магии против жителей Фиоры можно угодить в тюрьму! Такие случаи были. Тем более что у Ронни нет лицензии, и, строго говоря, она вообще не имеет права творить заклинания без присмотра старших.
– А если бы этот хрен и правда ударил её? – не сдавался целитель.
– Пожалуйста, не ссорьтесь! – влезла я, вставая между ними. – Всё ведь уже закончилось.
– Ждите на крыльце.
– Нет уж, на этот раз пойду я, – заявил Мэтт. – Если не сумею убедить хозяина впустить нас, то хотя бы еды раздобуду. А ты пока присмотришь за Ронни.
