Фермер

Алевтина Онучка
Фермер

1. Шакал.

Размеренный рокот трактора разгонял ночную тишину. В свете фар уныло мелькала стерня и последняя свежевспаханная борозда, по которой ровнялся Николай, ведя вперёд своего железного коня. И так час за часом, однообразная, скучная работа, из-за которой клонило в сон.

Тракторист потянулся к магнитоле заботливо встроенной в панель управления собственными руками, как вдруг послышался металлический звон и скрежет. Колька почувствовал, как что-то затормозило трактор, помешало налаженному ходу, отчего могучую технику повело в сторону.

– Вот же. – Пробурчал молодой человек и остановил свой агрегат. – Опять что-то под плуг попало. Я же специально весной все поля от металлолома очищал, откуда опять столько железяк взялось. – Продолжал он бубнить, доставая дежурную лопату и выбираясь в ночь из кабины, прихватив с собой коногонку.

Мощный луч света разгонял темноту, освещая трактористу путь. Николай уверенно шел к прицепленному плугу, чтобы в очередной раз вытащить попавшую железку. Но вместо очередного проржавевшего прута или выброшенной запчасти, молодой человек заметил яркий отблеск. Свет отразился от чего-то странного. Подошел ближе. Присмотрелся, не веря собственным глазам.

– Цепь? Да ещё такая новая. – Ощупывая зацепившееся звено довольно крупной цепи, болтал он сам с собой. – Ничего себе цепочка. Одно звено размером с ладонь. И как же она тут оказалась? Не помню, чтобы на поле кто-то рылся в земле. Вся стерня стоит не тронутой. Весной тоже никто ям на поле не копал. Неужели с осени лежит. Тогда почему я её не заметил, когда поля от металла очищал? Странно как-то.

Странно не странно, а плуг требуется освободить от тормозящего работу препятствия. Но как бы не старался Николай, цепное звено отказывалось сниматься. Даже лопата не помогла. А ведь он старательно откапывал цепь в надежде что та, освободившись от грунта, ослабит своё натяжение и соскользнёт.

– Та блин. – Не выдержал тракторист, который надеялся до рассвета допахать последнее поле на своей земле. – Придётся приподнять плуг и попытаться вытянуть её. На вид выглядит увесистой, может в хозяйстве пригодится, а если не найду ей применения сдам на металлолом. – Рассуждал он, раз, за разом сдавая назад, а после отправляя железного коня вперёд. Рывок за рывком могучий трактор пытался вытянуть цепь из грунта. Упорно вгрызался гусеницами в ждущую отдыха землю, пока на десятой попытке не вырвался на свободу.

– Слава богу. – Обрадовался Николай и вновь вышел из трактора, дабы освободить плуг от попавшей в него цепи.

– Ничего себе! – Вырвалось у Николая, когда свет выхватил вывороченную цепью землю и глубокую траншею, в полметра глубиной не иначе, в которой и лежала виновница происшествия, к концу которой был надёжно прикреплён странный ящик. Небольшого размера в ширину и высоту, примерно сантиметров в тридцать. Зато длина его впечатляла. Тракторист измерил длину ящика своими шагами и пришел к выводу, что он больше метра, но меньше двух.

– Ни пятнышка ржавчины. Новенький, как и цепь. – Думал он, поддавшись любопытству. – Интересно, что внутри?

Смахнул рукой остатки грунта с крышки ящика, украшенной затейливыми узорами. Принялся рассматривать изображённые по всей длине крышки, искусно выгравированы сцены битв людей с чудовищами разных видов. А по периметру красовались письмена. То, что это были неизвестные Николаю буквы, он понял сразу. Узоры, служащие для простого украшения всегда одинаковые, а эти символы отличались и напоминали картинки клинописи из учебников по истории.

– Ой. – Тихо ойкнул Колька, когда смахивая очередную горсть земли с крышки ящика, порезался об осколок стекла. – Да что ж такое. – Возмутился парень. Кто мусорит на моих полях? То железки бросают, то стекляшки. Опять какие-то проезжающие по трассе люди, выбросили бутылку в окно. Что за народ! – Возмущался он, выговаривая в пустоту и стараясь остановить небольшое кровотечение первым, что нашлось в кармане. Но всё же молодая кровь умудрилась вырваться из его тела и пролиться несколькими каплями на таинственный ящик. Николай не заметил как его кровь сразу впиталась в непонятный металл словно в губку и в тот же миг из-под крышки ящика вырвался яркий голубоватый свет, мощной вспышкой прокатившийся по полю.

– Клац! – Негромко сработали срытые замки, и крышка распахнулась, открывая ошарашенному трактористу доступ к содержимому, что скрывалось внутри.

– Это что ещё такое! – Удивлённо воскликнул Николай, заглядывая внутрь и не веря собственным глазам. Там в голубоватом сиянии, что исходило прямо из внутренней обивки ящика, на груде золотых монет и россыпи драгоценных камней лежал большой, длинный обоюдоострый меч.

– Ох, не фига себе! – Всё не мог поверить в свою находку парень. – Да я клад откопал! Сто пудов старинный! Иначе откуда такому мечу взяться! – Шептал он, протягивая руку к холодному оружию, как вдруг раздался шорох в ночи.

Инстинкт самосохранения тут же отрезвил Кольку, опьянение от находки драгоценного клада как рукой сняло. Молодой человек насторожился, начал прислушиваться к ночным звукам, всматриваться в темноту и тут шорох повторился, и он краем глаза заметил движение с правой стороны.

– Шакалы! – Тут же понял он и схватился за лопату, а предательская память тут же напомнила о трагическом происшествии недельной давности, что случилось в соседней станице. Тогда супружеская пара средних лет, оставив троих детей дома, после обеда в выходной день поехала на убранное поле собирать кочаны кукурузы. Местные фермеры и владельцы агропромышленных комплексов каждый год разрешали жителям станиц собирать потерянный на полях урожай для своих нужд. Каждый понимал, что даже самый современный комбайн не сможет собрать урожай на все сто процентов. Нет – нет, да и найдётся непослушный кочан или колос, что выскользнет из косилки и останется лежать посреди поля. Вот эти непослушные кочаны и разрешали собирать местным жителям для прокорма своей скотины. Так убивалось сразу два зайца – поля очищались от остатков, что в будущем уменьшало затраты на обработку полей от сорной растительности, и жители получали пару мешков бесплатных кормов.

Вот и на прошлой неделе закончили убирать кукурузу и люди поехали зачищать поля. Супружеская пара была в их числе. Вот только они решили заняться собирательством не на одном поле с остальными станичниками, а вышли на другое, где оказались в одиночестве. Люди подумали, что начать сбор на новом поле будет выгоднее, ведь там ещё никто не собирал кочаны, а значит их больше. Но отправившись туда, они так домой и не вернулись. Их пропажу заметил родной брат пропавшего, ибо племянники пришли к нему за помощью. Началась поисковая операция и уже к обеду растерзанные шакалами тела нашлись на другом поле.

Колька знал эту печальную историю. Знал и не желал оказаться на месте пропавших. Отказывался становиться едой для шакалов. Но что делать? В руках только коногонка с лопатой.

Молодой человек внимательно наблюдал за дикими хищниками, которые поняли, что их заметили и внезапная атака не удалась. Шакалы начали кружить вокруг своей добычи. Начали лаять, скулить и подвывать, меняя высоту и тон своих голосов, отчего складывалось впечатление буд то их тут не двое, а целая стая. Вот только Колька знал эту звериную хитрость и оставался спокойным, хотя сердце его колотилось от волнения.

– Если буду стоять и ничего не делать – точно сожрут. – Подумал Колька и со всего маха стукнул лопатой по ящику, отчего по округе разнёсся резкий металлический звон, а содержимое клада подпрыгнуло звякнув.

Но звери только резко отпрыгнули, и проявили ещё больше агрессии, перейдя в нападение. Колька отбивался как мог, орудуя лопатой, пинаясь ногами и уворачиваясь от острых клыков, что так и норовили схватить его за руку и повалить на землю. Но всё же силы были не равны и рукава на спортивной кофте превратились в драные ошмётки, из оцарапанной клыками кожи начала сочиться кровь, опьяняя своим ароматом хищников.

– Да чтоб вас! – Матерясь на чём свет стоит, кричал Николая, впадая в ярость. И вот лопата полетела прямиком в того шакала, что стоял позади первого. Попала точно в цель, прилетела ровно в голову зверя, но он разделился пополам превратившись в нечто напоминающее сероватую дымку и как только лопата упала позади дыма, вновь соединился, обретя физическую форму.

– У страха глаза велики. С перепугу чего только не померещится. – Моментально сделал вывод парень, и схватил первое, что под руку попалось – двуручный меч, лежащий в ящике.

И как раз вовремя. Первый шакал, что отвлёкся, на летящую лопату, уже был рядом с ним и его острые зубы впились в ногу тракториста. Не чувствуя боли из-за бушующего адреналина в крови, Колька занёс меч. Удар! И вот разрубленный пополам шакал замер, и начал медленно сгорать, чёрным пеплом осыпаясь на почву.

Колька стоял ни жив не мёртв, глядя на чертовщину творящуюся у него на глазах. Но тут, громкий, протяжный вой пронзил воцарившуюся тишину. Второй шакал оплакивал потерю своего друга, готовясь отомстить за него. Невероятно быстрым движением по странной дугообразной траектории он приблизился к трактористу и впился ему в горло. Так быстро. Так быстро!

Колька почувствовал, как острые клыки пронзают его кожу, что прогибается и рвётся под их натиском. Почувствовал, как горячая кровь хлынула из рваной раны мощной струёй, наполняя своим специфическим запахом ночной воздух. И он моментально среагировал, пронзил зверя клинком.

– Как так?! – Только и пронеслось в голове молодого человека. – Как я мог не увернуться? – Думал он, медленно сползая на землю и теряя сознание.

Фермер упал без чувств на своё же поле. Лежал на стерне, не зная, что второй шакал испепелился под воздействием меча. Не чувствовал, как часть пепла попало в его руну на горле, часть припорошила раны на руках. Не видел, как меч, словно живой начал двигаться менять свою форму, пока не превратился в сгусток света, прильнувший к его шее.

Свет, словно вязкая жидкость обвил его, закрыл собой рану и модифицировался в широкий серый ошейник с огромным крестом, что свисал почти до груди. Парень не видел этого, пребывая в пучинах беспамятства, пока первые солнечные лучи и утренняя прохлада не коснулись его тела, возвращая к жизни.

– Ммм. – Тихо простонал Колька, когда острая боль вернула ему разум. – Долго же я тут валялся. Отбился и на том спасибо. – Бубнил он себе под нос, заставляя ноющие мышцы подчиняться и идти к кабине трактора.

– Алло. Фёдор Романович. – Поздоровался фермер, после того как по сотовому телефону позвонил участковому. – Простите, что в такую рань беспокою. Но у меня тут важное дело.

– Что случилось, Николай? Что с твоим голосом? – Поняв, что с человеком на другой стороне телефона творится неладное, спросил участковый.

– На меня шакалы напали. Жить буду, просто нужно отдохнуть.

– Так иди в больницу чего мне названиваешь или номер со скорой перепутал?

– Не могу уйти.

– Почему?

– Я клад нашел. Целый ящик с золотом и драгоценностями. Приезжайте на седьмое поле поскорее, передам всё под вашу ответственность.

– Еду. Буду через двадцать минут. – Поняв, что мальчишка фермер не шутит, сказал участковый и завершил звонок, быстро собрался и на казённом вазике помчался на седьмое поле.

– Ничего себе! Вот это находка! – Подойдя быстрым шагом к Кольке, устало сидящему у находки, сказал Фёдор. – И прямь настоящий клад. Что же. Сейчас составлю протокол, оформлю все, как положено, вызову соответствующий людей и после оценки найденного имущества получишь положенные тебе по закону двадцать пять процентов. – Быстро пояснял мужчина, рассматривая клад. – Но тут институт заканчивать не нужно, чтобы понять – ты этой ночью миллиардером стал, наверное.

– Ага. – Буркнул Колька. – Можно мне теперь домой поехать. Устал как собака. Охрана ценностей теперь ваша забота.

– Конечно, отправляйся прямиком в больницу. Выглядишь не важно. – Констатировал факт участковый, подметив опытным взором шакальи следы на поле и потрёпанный вид тракториста. – А это что ещё на себя нацепил, Колька? Опять на рок фестиваль собрался? – Показав на ошейник и свисающий с него крест, спросил он.

– Ага. Через две недели. – Буркнул Колька, и едва ноги передвигая, залез в кадину.

– А где трупы шакалов? Следы вижу, а тех кто их оставил нет.

– Сбежали наверное. Что я им лопатой сделать мог? Просто распугал.

– М да. Зато они тебя изрядно потрепал. Другой раз постарайся по ночам из трактора не выходить или на всякий случай в ночную смену бери с собой своего волкодава. Тузик у тебя, отменный пёс, одним махом, со всем этим шакальём справится.

– Другой раз так и сделаю. Возьму Тузика. – Ответил фермер и, подняв плуг, поехал домой. В больницу обращаться побоялся, ведь он умолчал о том, что на самом деле произошло. Но одно дело от Романыча молчанием отделаться и совсем другое от медсестёр в местной поликлинике. Эти пронырливые девки так научились из людей информацию вытаскивать, что выбалтываешь всё что нужно и не нужно, даже не заметив. А в таком заторможенном состоянии он точно проболтается. Расскажет о том, как шакалы в дым превращались и тогда здравость его ума будет поставлена под сомнение. А ему это нужно? Нет конечно. Лучше самому раны обработать. Хорошо поесть и вдоволь отоспаться. Проснётся здоровым и бодрым, сто пудов.

– Да что ж такое. Какого чёрта эта гадость не снимается. Откуда этот ошейник вообще взялся?! – Через пять минут после возвращения домой негодовал Николай в ванной перед зеркалом стараясь снять или разорвать странное украшение на своей шее. Но у него ничего не получалось. На сером ошейнике не оказалось застёжки. Её не было! Просто не было! Разорвать или разрезать это тоже не получалось. Даже поднесённая к нему зажжённая зажигалка потерпела крах, как и надежда на то, чтобы прожечь дыру и снять украшение.

И вдруг, взгляд парня упал на увесистый кулон в форме креста, что отлично помещался в его ладони. Крест был серым, как и ошейник на котором держался. Вот только форма его была необычной. На первый взгляд крест как крест, а на второй взгляд – миниатюрная копия того самого обоюдоострого меча, что он видел в ящике.

– Вот же. У меня просто нет больше сил, возиться с этой штукой. – Устало выдохнул Колька. – высплюсь потом с ним разберусь.

2. Священник.

Колька в отличном расположении духа, напевал во всю глотку, намыливая голову стоя под душем. Печалиться не было повода. Полевые работы он завершил в срок, даже не смотря на внезапные задержки. Его поля были вспаханы и теперь отдыхали до самой весны, кроме одного на котором была посеяна озимая пшеница. Но это ерунда. Время от времени подкармливать пшеничку удобрениями в погожие деньки – плёвое дело. А в остальном полный порядок: налоги заплачены, прибыль получена, можно спать спокойно.

Именно это и собирался первым делом сделать Николай. Хорошенько поужинать и завалиться в постель, чтобы выспаться, как следует. Весь сельскохозяйственный сезон он просыпался ни свет не зоря и уходил в поле, но теперь пришло время наслаждаться заслуженным отдыхом до самой весны.

Молодой человек, освежившись, накрывал стол к ужину, когда в дверь его дома постучали.

– Кто там? – На ходу спросил он и увидел на пороге участкового Фёдора Романовича Хилого и незнакомого молодого парня.

– Доброго вечера Николай. – Поприветствовал хозяина дома полицейский. – Извини, что так поздно, но больше мне не к кому с подобной просьбой пойти.

– Какой ещё просьбой? – Тут же насторожился Колька.

– Может, в дом пустишь? – Не двусмысленно спросил Фёдор. – Не стоит о таких делах на пороге болтать.

– Прости. Проходите. Присаживайтесь за стол. – Немного смутившись, затараторил Колька, понимая, что проявил грубость по отношению к незваным гостям. – Вы уже ужинали? Если нет, то давайте со мной. За едой любое дело оговаривать легче.

– Твоя правда. – Согласился участковый.

Колька принялся добавлять столовые приборы на стол, бросая взгляды то на Фёдора, то на странного парня рядом с ним.

– Что-то я совсем устал, замотался. – Вздохнув, сказал Фёдор. – Забыл даже вас представить друг другу. Николай – наш новый фермер, хозяин этого дома и земель прилегающих к нему. Коль, а это Аис – наш новый священник, прислан из центра восстанавливать наше святилище и жить при нём.

– Монах? – Взглянув на нового знакомого, спросил Колька.

– Нет, что вы. – Вежливо ответил Аис. – Я священник. Обычный священник, которому предстоит восстановить святилище и своим трудом и образом жизни показывать пример верующим.

– То есть, как и положено женишься, детей заведёшь? – Продолжал любопытствовать хозяин.

– Да. Так велит наша вера. Сначала нужно исполнить долг перед родом, а после перед богом.

– Хм. Согласен, хотя я не слишком верь. – Ответил Колька, жестом приглашая гостей приступить к трапезе. – Так какое дело вас привело ко мне?

– Да вот из-за Аиса и пришли. Его нужно где-то на постой определить. Был бы он монахом преклонных лет, то проблем бы не возникло. А так молодого парня разместить негде. Сам знаешь, у нас в основном люди семейные живут. Только в нескольких домах молодые и одинокие проживают. Я из-за этого почти весь день с Аисом по домам хожу. Все семейные, едва завидев парня сразу в крыше над головой отказывали. Боялись, что такой молодец жён начнёт соблазнять. А к одиноким девушкам я по моральным причинам не могу его определить. Вот и привёл к тебе. Может, пустишь к себе квартиранта? – Спросил Фёдор. – Божья братия исправно платит за проживание и содержание своих священников. На этот счёт даже не переживай. Платить будет исправно и вовремя.

– На долго нужно приютить тебя, Аис? – Спросил Колька.

– Пока я не отремонтирую хотя бы одну жилую комнату при святилище. – Ответил парень. – Но предупреждаю сразу. Ремонтировать буду капитально, а не кое-как. Мне нужно помещение для длительного и комфортного проживания.

– Так что скажешь, Николай? Мне нужно дать точный ответ начальству, навязавшему мне присмотр за священником.

– Да. Приму на постой. Всё равно один живу. Есть пара свободных комнат. – Согласился Колька, видя, что полицейский уже устал нянчиться с подопечным.

– Вот спасибо. Прямо гора с плеч упала. – Выдохнул Фёдор. – Тогда доем и пойду домой, а вы тут обустраивайтесь.

– Ага. – Кивнул Колька и посмотрел на Аиса. – Когда вещи перевезёшь?

– У меня все вещи с собой.

– О как. Тогда занимай вторую спальню. Вон, видишь первую дверь от входа в холле. Это она. Живи сколько нужно. Только убирать в ней, стирать за собой и организовывать свой быт будешь сам. Я тебе не прислуга.

– Хорошо. Тогда не против, если я домработницу найму? – Тут же поинтересовался Аис. – Мне выделили ежемесячные средства на оплату услуг домработницы и прачки с поваром.

– Ого. Да тебя прямо балуют. Столько прислуги разрешили нанять. – Удивился Колька. – Круто.

– Да. Что есть. То есть. – Согласился Аис. – Ещё я хочу предложить тебе сделку. Мои работники будут работать по всему дома, обслуживая и твои нужны, а взамен ты снизишь мою плату за проживание.

– Если твои работники будут для нас убирать, стирать и готовить, то я вообще не стану с тебя плату брать. Совесть не позволит. – Признался Николай, которому ой как не нравилось торчать на кухне и заниматься женскими делами.

– Тогда по рукам. Завтра же найму работников.

– Кстати. Николай. – Вновь вступил в разговор участковый. – Найденный тобой клад уже оценили. Оказался уникальным и дорогущим. Обещали, со дня надень перечислить на твой счёт положенные проценты от стоимости находки.

– Отлично. Деньги никогда лишними не бывают.

– Вы нашли клад? – С нескрываемым любопытством спросил священник.

– Да. – Вместо Николая ответил Фёдор и во всех красках рассказал о находке.

– Как интересно. – Улыбнулся Аис и внимательно посмотрел на крест, свисавший с шеи Кольки. – Это украшение появилось на вашей шее именно в тот момент, когда вы ящик с сокровищами открыли?

– Да. И теперь оно не снимается. Я что только не делал, чтобы снять этот проклятый ошейник – ничего не помогает. Хорошо, что Романович пошел навстречу, когда понял, что это украшение я нацепил не из-за фестиваля. Иначе как бы я отдал крест государству, если он не снимается.

– Да ты столько сокровищ вместе с ящиком отправил, что этот крест на их фоне теряется. – Улыбнулся участковый. – Вот я подумал. Пусть остаётся у тебя на память о находке. Не снимать же тебе голову с плеч из-за него.

– Спасибо. Но я бы с удовольствием избавился от этого ошейника. Ни как не могу привыкнуть к нему. Всё время, кажется, что он меня душит. Может, вы подскажете, как снять?

– Ни как. – Спокойно ответил Аис, приблизившись к Николаю, внимательно осматривая украшение. – Он никогда не снимется.

– Откуда такая уверенность? – Удивился хозяин дома.

– От него веет святостью. Могу сказать с уверенностью – это не простое украшение. Скорее всего вас избрала древняя реликвия.

– Прикалываешься? Или ты полный фанатик? – Моментально став серьёзным, спросил Колька.

– Нет. Я искренне верующий человек. И сейчас говорю правду. Если не верите моим словам о реликвии, тогда пойдёмте завтра со мной на развалины святилища. – Предложил священник. – Проведём эксперимент. Если правы вы и это простое украшение, что сломало застёжку, оказавшись на шее Николая, то ничего не произойдёт с ним на святой земле. Но если мои догадки и чувства верны и это реликвия, тогда она проявит себя и вам придётся смириться с этим. Смириться и принять как свой долг.

– Аис. Умеешь любопытство в людских сердцах разжигать. – Рассмеялся Фёдор. – Даже мне стало любопытно реликвия это или нет.

– Тогда, пошли на святую землю завтра вместе с нами. – Предложил Колька. – Мне вот тоже интересно стало. Так и хочется доказать свою правоту.

– Договорились. – Довольно улыбнувшись, сказал Аис. – К моменту, когда обеденное солнце будет в своём зените, мы должны быть на святой земле. Думаю, господь и высшие силы даруют нам честь лицезреть свою силу, и вы уверуете так же как верю я.

Сказано – сделано. За час до полудня трое мужчин стояли на развалинах святилища.

– Никогда здесь не был. Даже не подозревал, что в нашей станице есть такое местечко. – Восхищённо признался Николай. – Такое чувство, что в прошлое попал. Всё вокруг такое таинственное и загадочное.

– Ещё бы. Конечно, ты здесь не был. – Усмехнулся Фёдор. – Ты ж переехал к нам только вначале этой весны и считай всё время, на своих полях пропадал. Наши станичники даже обижаться на тебя начали. Посчитали что ты нелюдимый, раз ни с кем не общаешься и днями дома сидишь. В общем, теперь у тебя, Колька, репутация парня со странностями.

– Серьёзно? Не догадывался даже. К тому же работа важнее общения. Общаться нужно зимой, когда на полях делать нечего. – Ответил парень. – Делу время – потехе час. Меня так отец учил.

– Правильно учил. – Похвалил старший. – Но теперь, давай ка налаживай отношения с местным населением, а то ведь сельские люди быстро тебя в плохиши определят и будут винить во всех своих бедах.

– Ладно. Попробую. – Пообещал Колка, которому на самом деле было всё равно, что там о нём станичники думают.

– Аис, а ты чего молчишь? Почему не говоришь что нам делать? – Переключил своё внимание Фёдор на священника.

– Просто не могу поверить собственным глазам. Не могу поверить, что мне доверили заботиться о таком легендарном месте.

– О чём это ты? Какое ещё легендарное место? – Тут же переспросил Фёдор, инстинкты которого почуяли неладное. А инстинктам своим мужчина доверял, после стольких лет службы в органах.

– Внимательно осмотритесь. Видите эти фрески на оставшихся стенах? Как думаете, кто на них изображён?

– Священные животные? Небожители? – Подойдя ближе и как следуя рассматривая полу выцветшие фрески, выдвинул предположение Николай.

– И да и нет. – Аис, встал у одного из изображений, словно школьный учитель перед доской. – Это изображение оборотня – человека способного принимать звериный облик. А здесь изображён зверь, столь совершенный, что может становиться человеком по своему желанию. – Священник пришёл к другому изображению. – Взгляните, а тут нарисованы живые мертвецы. И не просто нарисованы, выстроены в соответствии с иерархией. А там, на полуразрушенной фреске, угадываются остатки изображения небожителей.

– Понятно. – Продолжая глазеть на причудливые рисунки, сказал Николай. – Эти развалины могут озолотить станичников. Явно очень древние, а значит, смогут притягивать нескончаемый поток туристов.

– Что за приземлённые мысли в твоей голове роятся. – Фыркнул священник. – Мысли масштабнее! Эти фрески говорят о том, что здесь было святилище единства противоположностей. Здесь творились чудеса. И если восстановить столь могущественное место, то истина откроется нам, и мы приблизимся к совершенству, открыв нашим душам дорогу в небесное царство. И вот тогда не поток туристов хлынет в станицу. А паломники пожалуют.

– Вообще на всю голову верующий. – Сделал вывод Колька, окинув Аис взглядом, но тут что-то странное стало твориться с ним. Молодой человек, у которого отродясь не было серьёзных проблем с сердцем, вдруг почувствовал, как сердце учащённо забилось. Что-то начало пульсировать на груди, вызывая беспокойство. Глаза стал застилать яркий свет, по телу пробежала волна жара.

Николай словно во сне начал раздирать на себе рубашку руками, стараясь освободиться от сковывающей одежды, мешающей дышать. Ничего не получалось. Становилось только жарче, воздуха не хватало всё сильнее.

– Крест! Крест возьми в руку! – Раздался сквозь жуткую головную боль и пульсирующий звук в ушах, голос священника.

Колька машинально послушался. Схватил одной рукой крест и дёрнул что есть силы. В тот же миг, украшение сорвалось с ошейника и превратилось в двуручный меч, который Николай не смог удержать одной рукой.

С тихим гулом оружие коснулось земли, и тот, кто его держал, почувствовал облегчение. Взял рукоять в обе руки, замахнулся и рубанул со всей силы.

– Тииууу! – Раздался пронзительный звук и мощная световая волна вырвалась из клинка, полетела яростной и быстрой дугой в сторону лесной опушки. – Ба-бах! – Погремел оглушительный взрыв и взрывная волна разошлась во все стороны, поднимая и отбрасывая всё, что имело малый вес. Зрителям происходящего тоже досталось. И Фёдора и Аиса, опрокинуло на землю.

– Что это было? – Переведя дух, спросил участковый, когда смог нормально дышать после падения, и его голос нарушил воцарившуюся тишину.

– Меч света. Меч света избрал себе нового хозяина. – С нотками ликования в голосе молвил Аис. – Наш Колька стал воином света! Представляете? Древняя реликвия пришла к нам из глубины времён и сделала свой выбор! Когда сообщу верховным жрецам, они обзавидуются! Будут локти себе кусать за то, что меня в это святилище направили! Думали, наказали меня нищетой и бесконечной стройкой, а тут такое! Неужели никто из них не знал, что это руины святилища единства противоположностей? Теперь у меня сомнений не осталось! Это точно оно!

– Да успокойся ты! – Поспешил угомонить впадающего в религиозный экстаз служителя богов, участковый. – Возьми себя в руки и посмотри на Николая. Он же сам на себя не похож! Что теперь делать?

Аис не скрывая восхищённого взора, посмотрел на фермера, стоящего посредине развалин с мечом света в руках. Он стоял окружённый мерцающей аурой, в которую вливались из оставшихся стен святилища потоки энергии. Эта энергия была такой мощной, такой сильной и сконцентрированной, что была видна невооружённым взглядом.

– Что делать? – Улыбнулся священник. – Ждать. Ждать пока святилище восстановит силы меча и вложит тайные знания в голову владельца.

– Аис. Ты пугаешь меня больше чем то, что сейчас происходит в этом месте. – Прошептал Фёдор.

– Я полагаю, в этом месте происходит много странного? Правда? – Тут же спросил Аис, в глазах которого светился неподдельный интерес.

– Что ты. Раины самое спокойное место в округе. – Поспешил опровергнуть предположение священника участковый.

– Нет. Я имею в виду не святилище, а саму станицу и её окрестности. – Уточнил молодой человек и расслабленно уселся посреди творящегося хаоса, словно происходящее вокруг его вовсе не беспокоило. – Было в последнее время что-то странное и необычное? Какие-нибудь происшествия? Пусть даже самые незначительные?

– С чего это ты вдруг подобным заинтересовался? – Тут же насторожился Фёдор. – Если что-то и происходило то к тебе это не имеет ни какого отношения. И рассказывать тебе я не стану – тайна следствия.

– Как это ко мне отношения не имеет?! – Тут же возмутился священник. – Все необычные происшествия имеют ко мне самое прямое отношение. Особенно после того как я убедился в уникальности этого святилища.

– Это не показатель того, что я должен перед тобой отчитываться. – Отмахнулся полицейский.

– Ха. Я смотрю тебя нужно убеждать, чтобы информацию получить. Ладно. Выложу всё как на духу. – Принял решение Аис. – Из древних летописей, что хранятся в главном святилище, при котором воспитывают нас – будущих духовных наставников, защитников душ, я узнал много интересного о ваших краях. В них говорится, что здесь прежде в одной точке соединялись восемь царств. Говорилось, что все границы этих восьми государств соединялись в одной точке, имя которой великое святилище единства противоположностей. Это святилище одновременно принадлежало всем и в то же время ни кому. Это святилище было нейтральной территорией, на которой не могло твориться ни зло не добро. Там никто не мог родиться или умереть. По этой причине данную землю использовали для проведения важных переговоров, заключения договоров и прочих нужд требующих договорённости равных сторон. – Аис замолчал, многозначительно посмотрел на участкового. – Так же в летописях говорилось, что следил за порядком и исполнением законов священного места – воин света, чьим оружием был меч света. Каждый, кто пытался прибрать священную землю к своим рукам, погибал от руки воина. Меч света обрушивался на головы тех, кто пытался пролить кровь в священном месте, или осквернить его иным образом.

Воин света был настоящим долгожителем. Он прожил не меньше тысячи лет и когда исчез из этого мира, то вместе с ним пропал и меч. С той поры равновесие восьми держав нарушилось. Сраны разучились заключать нерушимые договора, и мир погрузился в хаос бесконечных войн. Ни кто не знал, куда исчез воин света, ни кто не знал где искать его меч. Но его искали. Записи о том, как долго его искали, содержаться в книгах. Но все поиски были тщетны и люди опустили руги. Из-за войн и распрей стало не до поисков, и вскоре святилище было разрушено, а воин света со своим легендарным мечом превратился в сказку.

Восемь великих стран перестали существовать, став историей. И всё бы хорошо. Всё бы шло своим чередом. Если бы ни один мудрец, живший последние времена восьми великих стран. Он оставил нам книгу пророчеств, которые исполняются с ужасающей точностью.

– Вот только не надо меня пугать очередным концом света. Прошу тебя. Нам их уже столько раз предсказывали, что всем надоело их ждать и к ним готовиться. – Пренебрежительно перебил служителя Фёдор. – Меня подобные страшилки не тронут и не заставят разболтать служебную информацию.

– А я и не пытаюсь вас напугать! – Разыгрывая святую невинность, заявил Аис. – Просто ввожу вас в курс дела, чтобы вы потом не мешали мне работать.

– О как. – Усмехнулся участковый. – Ну, вводи, вводи.

И так. Мудрец оставил книгу пророчеств, в которой говорилось, что восемь разрушенных стран будут восстановлены теми, кем были построены. Жители тех стран вернутся, неся беды и разрушения, жаждая покарать человечество. – Продолжил свой рассказ священник. – Сначала незаметно, словно тени они проникнут в жизнь людей. Станут их товарищами, вотрутся в доверие, а после ударят всей своей силой и покорят людей.

Но если найдётся тот, кто сумеет поднять меч света, люди получат шанс на спасение. Новый воин света встанет на борьбу, новь принесёт закон и порядок на священные земли и народы земли вспомнят, как заключать нерушимые договорённости. – Аис радостно улыбнулся. – И сейчас мы с вами стали невольными свидетелями рождения нового воина света. Николай им стал. Это он нашел и взял в руки меч света. Подобное могло произойти только в одном случае, если древние народы восстановили свою численность и живут теперь среди нас.

– Ох и мастак ты сказки рассказывать, святоша. Просто заслушаться можно.

– Если это сказки, то, как вы объясните то, что сейчас с Николаем происходит? И если это происходит с ним, значит, в округе уже начали происходить странные и невообразимые вещи, о которых мы в легендах читали. Другими словами скоро тут будет разгул сверхъестественных происшествий. И именно борьбе с ними меня обучали в главном святилище. Именно для этого и отправили сюда. Именно в это святилище. Теперь мой род будет его хранителем и служителем. А противостояние нарушителям духовных законов моим долгом станет.

– Закончил уже языком трепать, сказочник? – С видом усталого человека спросил Фёдор. – Давай в тишине посидим.

– Но как же моя просьба не мешать моей работе и рассказать о странных происшествиях? – Не унимался Аис.

– Значит так, мелкий. – Теряя терпение, заявил Фёдор. – О прошлых делах я тебе как не рассказывал, так и дальше рассказывать не буду. Но могу пообещать, что не стану мешать твоей борьбе со сверхъестественными проявлениями и расскажу о новых случаях.

– Договорились! – Тут же воодушевился Аис и протянул участковому руку.

– Отлично. Это как раз мне и нужно. – Думал священник, по-прежнему строя из себя юного простака.

– Хорошо. Тогда пошли. Отнесём Кольку домой, а то упал там без сознания.

3. Нищий.

– Дань – динь, динь – динь, – раздался тихий звон и с первыми лучами солнца и на станичной улочке показался незнакомый человек. Он шел медленно, ощупывая дорогу перед собой длинным посохом, выкрашенным в белый цвет с несколькими маленькими колокольчиками, прикреплёнными к макушке посоха. С посохом в одной руке и поводом в другой, он двигался неспешно, полностью полагаясь на верного серого пса. Он остановился, поправил длинное белое одеяние, затем белую повязку, закрывавшую оба глаза, потуже завязал и повернулся к своему поводырю.

– Серый, отведи меня к ближайшему дома, – попросил он верного помощника. Собака, словно поняв каждое слово, весело завиляла хвостом и повела куда просили. Остановилась прямо у калитки крайнего дома.

– Спасибо, друг, – поблагодарил странный человек и, переложив посох в другую руку, принялся ощупывать калитку. Несколько минут ушло у незнакомца, чтобы найти кнопку звонка и нажать её. Казалось такая простая задача – нажать на звонок у входа, но это только зрячим легко, а слепому очень трудно.

– Дин – дон, дин – дон, – разразился призывным трезвоном звонок, оповещая хозяев о том, что к ним пожаловали гости.

– Кого там нелёгкая принесла в такую рань, – недовольно бурчал Аис, вставая с кровати и набрасывая рясу.

– Не спеши, сначала в домофон посмотри. За калиткой кто-то чужой, – предупредил проснувшийся Колька. – Местные не трезвонят в звонок, а сразу во двор заходят, и начинают в двери колотить. Служитель последовал совету, заглянул в монитор домофона.

– Там странный человек стоит, на пилигрима похож, – констатировал факт Аис, – может, не станем открывать? Позвонит, позвонит и уйдёт, подумает, дома никого нет.

– Ага, а потом нас совесть замучает. Не хорошо так. Как ни как странник в дверь постучался. Лучше уважить человека, выйти и поговорить, – неуклюже вставая с кровати и натягивая штаны, сказал Колька. – Пойду, открою. Вдруг человеку помощь нужна.

Фермер, кое-как передвигая ноги, подошел к забору и отворил калитку, оперся всем телом на неё.

– Здравствуйте, – поздоровался он, – что вас привело к нам в такой ранний час?

– И тебе здоровьица, хозяин, – поприветствовал слепой путник, оголодал я с Дружком в дороге, вот и решил попросить милостыни в ближайшем доме.

Колька ещё раз окинул взором незнакомца, что выглядел не старше его самого.

– Проходите, вместе позавтракаем, – пригласил в дом путника Николай и, преодолевая ноющую боль во всём теле, повёл незваного гостя в дом, – только, извините, собаке придётся во дворе остаться. У нас не принято собак в доме держать.

– Это не беда. Дружок хороший пёс, всё понимает. Просто отведите к месту, где можно поводок зацепить и он смирно будет меня ждать, – ответил путник.

– Зачем на поводок? У меня целый вольер для собак пустует. Давайте, туда определим его, пока вы у меня гостите. Поесть, выспится под крышей, пока есть возможность, – предложил фермер.

– Спасибо, не откажу Дружку в таком удовольствие.

Так и сделали, разместили собаку, а потом и самого путника в дом привели.

– Не обижайтесь, уважаемый, но давайте для начала вы ванную комнату посетите. Хорошенько выкупайтесь, а мы пока приготовим чего ни будь, – Настойчиво попросил Николай, намекая на чудовищный запах исходящий от гостя.

– Ха-ха-ха, – рассмеялся слепой, – понял ваш намёк и с удовольствием воспользуюсь приглашением насладиться ванной. Не часто мне такой шанс выпадает.

– У вас одежда чистая есть? – Спросил хозяин.

– Есть, не беспокойтесь.

– Может, вам помочь? – Спросил Аис, который глаз не сводил с гостя. – Трудно будет вам в незнакомом помещении ориентироваться, справитесь в одиночку?

– Конечно, хотя повозиться придётся не мало, – признался гость, – но не переживайте я ничего не разобью.

– Главное сами там не разбейтесь, – улыбнулся Колька.

Путник скрылся за дверью ванной комнаты, а Аис тут же подошел к Николаю, который разглядывал содержимое холодильника.

– Ты что творишь? – Не выдержав, спросил Аис. – Ты первый раз его видишь, а сразу в дом завёл. Вдруг это аферист, только претворяющийся слепцом!

– Не перегибай палку, – бросив укоризненный взгляд на квартиранта, сказал Колька, – если не забыл, тебя я тоже сразу в доме оставил. А ты ведь на афериста ещё больше похож, чем он. К тому же я так воспитан, в старой традиции. А они, эти традиции велят путника в дом пустить, в бане попарить, накормить, напоить и спать уложить, а потом уже обратно на улицу выставлять. Понятно. И я не собираюсь от этого отказываться. Сам подумай, наши традиции веками складывались. Значит, в них есть правда, пусть мы её и не видим.

– Ладно, понял я, – отмахнулся служитель, – твой дом, твои правила. Если любишь бедолагам помогать так и скажи, не стану осуждать.

На этом разговор завершился, и молодые люди приготовили завтрак, накрыли стол и усадили за него слепого. Гость с благодарностью принял еду и кров, целых три дня и три ночи гостил. А на рассвете четвёртого дня, поблагодарил хозяина за хлеб, соль и радушный приём.

– Извините, – уже проводив путника за калитку, спросил Аис, – мы три дня под одной крышей жили, а так и не узнали ваше имя пилигрим, хотя сами представились. Не хорошо как-то.

– Меня зовут Хавал, – учтиво и грациозно поклонившись, представился путник.

– Извините ещё раз, – не унимался служитель, – но что заставило вас в таком состоянии отправиться в путь?

– Брата хожу, ищу. Своего единоутробного близнеца, – поведал Хавал, – он вышел из дома и пропал. Куда только я не обращался за помощью, но даже наша полиция не смогла найти его. Вот уже десять лет поиски ведутся, а толку нет.

– Тогда Род в помощь вам, – пожелал Николай.

– Благодарю, помощь рода мне пригодится в поисках, – улыбнулся Хавал и опустил свою руку на плечо парня, – прими совет в благодарность, Николай. – Ты славный парень и многое предстоит тебе пережить, многих одолеть, но если ты отправишься в соседнюю станицу и найдёшь мастерицу, что в доме культуры там работает, получишь помощь высших сил. Найди Светлану библиотекаршу и попроси её сделать для тебя несколько оберегов и берегинь. Она делает их согласно всем канонам нашей традиции, оттого и помогают они своим хозяевам как помогали нашим предкам, – странник порылся за пазухой и достал маленькую стекляшку каплевидной формы. – Вот, это тебе на память обо мне. Вставь в свой кулон, что носишь на шее. Просто поднеси камешек к нему и он сам встанет там где ему и место.

Колька с едва скрываемым удивлением принял подарок, поблагодарил и как велено, поднёс стеклянную каплю в кресту на своей груди. Камешек тотчас же выскользнул из могучих рук фермера и словно живой встроился прямо в центр креста, прикрепился намертво, словно всегда там был.

– Удивился? – Улыбаясь, спросил Хавал. – Я твоё необычное украшение сразу приметил. Такую подвеску на груди только достойный человек носить может и ты доказал своё достоинство радушным приёмом. Потому ты достоин столь ценного подарка, ибо чтишь заветы предков и следуешь древним традициям.

Дав совет и подарив подарок, странник удалился, а Николай решил последовать совету. Всё равно сельскохозяйственный сезон закончился, и делать было нечего, накормил скотину и свободен.

– Лишь бы дома не сидеть, – фыркнул Аис, провожая взглядом уезжающего Николая.

Не нравилось служителю, что его воин света следует советам странного путника, но делать нечего, придётся смириться и, воспользовавшись одиночеством порыться в древних книгах, которые привёз с собой. Аису не давало покоя имя странника. Он уже слышал его или встречал на страницах книг.

Как правило, служители святилищ, пилигримы, странники и прочий народ, имеющий сильную связь с миром духов, брали себе псевдонимы, скрывали настоящие имена. Псевдонимы эти всегда носили скрытый смысл, открывающий истинную суть человека. Поэтому так заинтересовался Аис именем путника, поэтому решил найти его значение.

Тем временем Колька добрался на любимой «Ниве» в соседнюю станицу, остановился на парковке возле ДК и, поправив одежду зашел в здание.

– Здравствуйте, – поздоровался он с работницей регистратуры, – скажите, пожалуйста, а Светлана из библиотеки сегодня работает?

– А зачем она тебе? Влюбился? – Весело спросила дама средних лет в строгом костюме.

– Мне посоветовали к ней обратиться за помощью. Говорят, она лучше всех берегинь делает. Вот пришел попросить и мне таких сделать, – честно ответил парень.

– Опять за берегинями. Эх, а я уж подумала, Светке счастье улыбнулось, и жених пожаловал, – разочарованно сказала женщина, – видно ей век в девках куковать. Иди она на рабочем месте.

Николай проследовал в указанном направление и зашел в библиотеку. Тут же в нос ударил книжный дух, что витает только в подобных местах. На молодого человека тут же накатила ностальгия. Ему нравился этот запах, окутывающий спокойствием и уютом.

– Здравствуйте, добро пожаловать в нашу библиотеку, – услышал он мелодичный женский голос и обернулся.

Из дверей смежной комнаты, над которыми красовалась надпись «Читальный зал» вышла молодая девушка и Колька на минуту опешил. Да и как тут было не потерять дар речи, если прямо к нему шла дева, воплощающая его мечтания. Ему с детства нравились пухленькие девушки, такие чтобы глазу было за что зацепиться. И вот она, воплощённая мечта. О таких девчонках всегда говорили: «кровь с молоком».

– Вы новый читатель? – Миловидно улыбаясь, спросила незнакомка.

– Возможно, – едва выдавил из себя Николай, – я любитель посидеть в читальном зале, но если честно, меня к вам другое дело привело. Я ищу Светлану, мастерицу, умеющую лучше всех берегинь делать.

«Ой, ё, чего это я якать начал? Нельзя так говорить при девушках, которым понравиться желаешь, а то подумает, что якало и пустозвон, – подумал Колька и постарался успокоиться.»