Сергей Степанов-Прошельцев "С тобой и без тебя. Стихи о любви"

Сердцем я не ослеп,

только не виден нам

узкий, как волчий след,

горя глубокий шрам,

пепел сгоревших трав,

в дымном тумане падь,

и этот жаркий страх,

что надо жить опять.

* * *

Будильник, как раньше будит,

но сделать смогу не много:

уже ничего не будет —

ни доброго и ни плохого.

И скроются с серой далью

ничтожные мои шансы,

и скажут мне «до свиданья»,

а надо бы попрощаться.

Да, час расставанью пробил,

хотя он совсем не нужен.

Теперь мы с тобой, как дроби,

неправильные к тому же.

И логика тут не катит,

она избегает женщин:

уже я не знаменатель,

числителя стал я меньше.

И жить, по последним данным,

не сладко на этом свете,

и в мире том чемоданном

лишь тамбурный горький ветер.

И вихри беды большие

закружат меня, как птицу,

пушинкой в бездонной шири,

где не за что зацепиться.

* * *

Всё смешалось,

всё давно смешалось,

всё я в кучу общую свалил —

даже эту мелочную жалость

по словам несказанным своим.

Поменяю шило я на мыло,

будет жизнь —

один сплошной вокзал.

Отчего, когда ты говорила,

я тебе ни слова не сказал?

Может, всё б

не кончилось разладом?

А теперь —

ты, в общем-то, права —

ничего жалеть уже не надо,

только эти хмурые слова.

* * *

Встану и непременно скажу,

что я тоже с трамвая схожу.

Нет, с ума я ещё не схожу,

нам, наверно, давно по пути,

не спешите так просто уйти.

Постарайтесь хоть что-то понять.

Посидим. Ещё, кажется, пять.

Помолчим. А над городом – дым.

Я, как он. Я таким же седым

растворюсь в частоколе оград.

Что-то спросите.

«Да, – невпопад

я отвечу. – О чём это вы?

В этом мире так много травы.

И любви. Поглядите, она

даже в воздухе растворена.

Дайте руку, уйдём поскорей

от домов, от машин, от людей,

и в лесов голубой окоём

грусть свою навсегда окунём,

всё забудем…»

Но лязгнет вагон,

сойдёте, лишь ветер вдогон.

Только дым. И несусь я опять

одинокие ночи считать.

В эту комнату с пылью в углу,

в эту сизую плотную мглу,

где броском в амбразуру окна

вдруг влетает гранатой луна.

* * *

Ветер с моря вновь идёт на нас стеной.

Глянешь – всюду гор коричневых кайма.