Самвел Аветисян
Работник
Глава 1
Описание обстановки:
2007 год, Россия, родина Ленина.
Последний месяц лета в этих краях в те времена был жарким и даже знойным не только в плане погодных условий. Горячая пора для всех студентов, сдающих государственные экзамены и защищающих дипломные работы.
Героем сценария является растолстевший парень среднего роста, в возрасте 22 полных лет, постоянно поправляющий небольшие очки, которые всем окружающим видятся розовыми. Он носит странное имя, словно подчёркивающее его исключительность, непохожесть, объясняющее ему же самому его отдельное стояние в толпе. Однако наш беззаботный герой вовсе не мнит себя героем. Не прилагая к этому никаких усилий, он привлекает внимание разнообразной публики. Он очень общителен, дружелюбен, открыт, весел, лёгок на подъём, сострадателен, готов оказать любую посильную помощь нуждающимся. Так, к примеру, его дипломная работа оказалась седьмой по счёту, которую он самолично написал. Ведь его круг общения состоял из личностей, у которых не было то возможностей, то времени, то, как оказалось потом, мозгов, чтобы написать самую важную работу во всём процессе получения высшего образования самим.
Несмотря на постоянную вовлеченность в процессы жизни общества, в котором находился наш великодушный герой, большое количество времени он проводил со своей девушкой. Она была старше него на шесть лет. За её плечами был немалый стаж деятельности в сфере продаж. MLM проект, захвативший, как тогда казалось, всю страну, никак не поддавался этой хрупкой и рыжей особе. А вот по основному направлению – продаже услуг и товаров сотового оператора, её дела шли очень хорошо, а недавно полученная должность старшего продавца лишь подчёркивала это. Казалось, коллеги из всех трёх основных отделов центрального универсального магазина не только приняли её в новой должности, но и были откровенно рады за нее.
Вместе они любили принимать гостей. Их частые переезды из одной съёмной квартиры в другую приводили к ним на новоселье, празднования дней рождения, Нового года, да и просто ночные посиделки многих. Но теперь они жили в квартире её матери, как тогда всем казалось, будущей тёщи нашего наивного героя. Прекрасная парочка – начинающий юрист и успешный, опытный, продающий менеджер.
Поздним для ужина, но уютным вечером середины-конца августа между молодым дипломированным специалистом в области юриспруденции и его спутницей произошёл весьма предсказуемый разговор:
– Я завтра утром с пацанами еду на рыбалку, скорее всего, останемся с ночевкой, они обещали мне отдать остаток денег за их дипломные…
– Опять! Опять со своими одногруппниками?! Снова будете пить, не просыхая?! Опять всё затянется?! Ты же обещал! – сдвинув к переносице брови и вытянув шею, произнесла она.
– Да знаю я, что я обещал! Знаю! Не нужно мне каждый раз напоминать об этом! Но мы уже давно договаривались, пока все могут, пока есть время… Да и не рыбак я, но поеду, это же друзья, впечатления…
– И снова денег не отдадут! Или опять всё на гулянку потратишь!
Разговор не заходил в тупик, но и продолжать его не было ни сил, ни желания. Однако она продолжала.
– Понимаешь, сейчас такое время, когда всё может резко измениться…
Он громко хлюпал как всегда отменным борщом, глядя в тарелку.
– Была вчера в офисе, там переполох какой-то, коробки с бумагами на столах, а директор даже не уделил мне время. Сотрудники повторяют: «глобализация, слияние, объединение» …
– Хм, объединение… это же прекрасно, – ухмыляясь и подкладывая ложкой сметану в борщ, продолжал есть он.
– Ага! Вот только нашему местному сотовому оператору, видимо, хана придёт, а все наши торговые точки продадут за гроши более крупной компании… – встревоженно, обеспокоенно и быстро говорила она, поджигая очередную сигарету.
– Пора уже прекратить быть студентом! Заканчивай свои пьянки и ищи настоящую работу! С твоими друзьями много не заработаешь! – нервно выпуская дым из носа, продолжала напирать она.
– Послушай… – успокаивающе улыбаясь, отставляя пустую тарелку и вытирая губы рукой, тихо сказал он… – мы с пацанами уже на следующей неделе едем смотреть помещение под офис, где откроем ООО, между прочим, и будем работать вместе, сами на себя, а не на дядю, так сейчас все делают…
– Вот именно что все! А вы кто?! Вы мальчишки! Откуда клиентов возьмёте!? Кто к вам придёт? Опять будете хернёй страдать! – окончательно вспылила она, яростно затушив окурок в переполненной пепельнице, от чего ранее затушенные бычки разлетелись по всему полу кухни…
В ту же секунду эта только что грозная и пылающая фурия, очень грациозно взмахнув копной ещё пахнущих лаком волос, со всей своей стройностью и хрупкостью бросилась вниз, чтобы затушить сильно дымящий уголёк и собрать давно остывшие сигаретные остатки и пепел. В арсенале всех своих плюсов она так же, как и он, имела любовь к чистоте и порядку.
– Я спать лягу в зале, за мной заедут в четыре утра, чтоб не будить тебя. – встав из-за стола, громко потягиваясь, сказал он и удалился.
Утро было по-настоящему прекрасным. Оценив красоту мерцания пробивающего темноту света в окне, наш романтичный герой был приятно удивлён так присущей ему пунктуальности собственных друзей – будущих коллег, что даже улыбнулся вибрирующему и двигающемуся от вибрации из стороны в сторону по крышке компьютерного стола, словно хвост дружелюбного пса, звонящему телефону.
Спустившись к машине, совершив четыре рукопожатия, он обратил внимание, что в 04:04 утра автомобиль с четырьмя его друзьями тихо тронулся, весело звякнув стеклом бутылок в багажнике. А над городом с каждой минутой становилось светлее. Лёгкий туман за стеклом придавал таинственности загадочно-задумчивому выражению лица Рулевого. По дороге к озеру машина напрочь застряла в грязной луже. Застряла так, что лишь усилиями сонного тракториста из близлежащей деревушки и его «Белоруса» из близлежащей деревушки её удалось вытащить. Солнечный свет уже пригревал, когда ребята, разложившись, наливали по первой. «За рыбалку!»
На костерке в окружении белого лёгкого дыма закипала уха. Наш ответственный герой помешивал варево огромным половником. Наливая очередную порцию пьянящей прозрачной жидкости, он понял, что не прочь обсудить вопрос причитающегося ему и давно уже обещанного гонорара. Смелостью в вопросе денег он не обладал, потому и окликнул приятелей, якобы для очередного тоста. Отреагировал прибытием только один.
Взяв в свободную от железной военной кружки руку сверкающую половинку бледно-зелёного солёного огурца, наш ожидающий понимания герой, приподняв его, громко и торжественно отвесил:
– Всякий имеет право на вознаграждение за труд! Статья… мммм… какая-то статья Конституции РФ! Так выпьем же за демократию!
– И эвтаназию! – донеслось из кустов, сквозь которые виднелся ярко-белый ровно стоящий поплавок…
– И мир во всём мире… – прогнусавил, автоматически став собеседником, сразу выпивающий единственный прибывший на зов нашего захмелевшего героя.
– Единственно верным путём развития моей организации является путь партнёрства, – продолжал гундосить собеседник.
– Не могли бы вы чуть подробнее пояснить, о чём это вы? – ещё не закусив и вытаращив глаза, сказал только что выпивший изумлённый герой.
– Для стабильного дохода моей организации я буду подбирать себе равнозначного партнёра, который сможет оказывать услуги на моём уровне профессионализма. Мы сможем быть взаимозаменяемыми, высокооплачиваемыми, успешными компаньонами… – сметая всё заботливо и красиво нарезанное съестное перед собой, спокойно продолжил собеседник нашего иступлённого героя.
– Позвольте, сир! – с усмешкой подливал он жидкость в кружки, – не кажется ли вам, что грамотнее в юридической компании иметь штат сотрудников, где каждый отвечает за конкретную операцию. Таким образом, поток клиентов может быть существенно выше, а значит, и прибыльность больше. Делегирование собственных полномочий приведёт к настоящему успеху. Ведь на то она и компания, на то она и нарекается «обществом», пусть даже с «ограниченной ответственностью», чтобы создатели могли позволить себе не быть на сто процентов вовлечёнными в процесс деятельности. Нужно думать о сотрудниках и их мотивации, брать большие уровни ответственности, развиваться и не засиживаться в одном процессе. Создавать движение коллектива. А то, о чём вы говорите, простите, будет являться частным, или, как сейчас грамотно выражаются, индивидуальным предпринимательством. Это утопия, безусловно… простите…
– Утопия? О чём спор, господа?! Давайте лучше выпьем! Уха готова?! – громко смеясь, вмешался Рулевой, подходя с двумя длинными удочками в руках, на лесках которых висели ещё треплющиеся и переливающиеся на солнышке караси.
– Сир! – громко рассмеялся Автоматический.
Действительно, уже через неделю состоялся контрольный обзвон рыболовов нашим нетерпеливым героем. Выяснилось, что в вопросе осмотра помещения под офис готов поучаствовать только один из будущих учредителей. Им оказался тот самый Автоматический собеседник, но согласился только на своих условиях, о которых обещался рассказать при встрече. Наш обескураженный герой выехал на эту встречу.
Добираться пришлось с пересадками. Всего лишь тридцать шесть минут на автобусе до центра, так как в обеденное время мост через реку свободен и обычной часпиковой пробки нет, и ещё двадцать две минуты на другом автобусе от центра города. Район незнакомый. Неподалёку от остановки его ждал с унылым лицом Автоматический. Пройдя несколько десятков метров, они свернули к старому многоэтажному жилому дому. Огромным ржавым ключом была открыта небольшая, ещё более ржавая дверь, они зашли в тёмное помещение. Со скрипом и громким щелчком зажегся свет, позволявший разглядеть замазанные болотного цвета краской окна. Свет, постепенно разгорался, и в середине комнаты стала различима груда пахнувшей сыростью одежды.
– Короче, это помещение одного моего знакомого, тут раньше магазин «Вторые руки» был, ну, подпольный, короче. Ну, он, короче, говорит, мол, распродайте всю оставшуюся тут одежду и занимайте помещение. Он на пару лет уехал, по деньгам за аренду договоримся, сказал, короче, – говорил спокойно собеседник, расхаживая с опущенными в пол глазами, словно боясь споткнуться обо что-либо, нашему сморщенному герою.
Выдохнув, наш решительный герой заприметил на дверце тёмного шкафа, висящий чёрный рифлёный пиджак. Направившись к нему, он споткнулся, о торчащий из пола выломанный кусок паркетной доски. Когда ему удалось аккуратно снять с дверцы шкафа пиджак, тот рухнул в противоположную от него сторону.
– Пойдём выйдем, покурим, что ли – неожиданно предложил наш смущённый, с пиджаком в руках, герой Автоматическому собеседнику…
По дороге домой наш растрепанный герой, решил зайти к родителям, которые жили неподалёку, и поинтересоваться у отца о возможности подработки с ним на отделочно-ремонтных работах. Отец сказал, что подсобник ему не нужен, так как он заканчивает объект и остались только наиболее сложные и профессионально ответственные работы, которые передоверить кому-либо он не сможет.
Наш задумчивый герой сидел у родителей до глубокого вечера, и только когда удостоверился по телефону, что его девушка собирается ложиться спать, пошёл к ней. Приодев «новый» пиджак из «Вторых рук», он появился с широкой улыбкой в дверях, где, уже пижамная, его встречала девушка.
– Ого! Что это за мачо? – с хитрой улыбкой спросила она.
– Да вот, подарили пиджак! Будет в чём завтра идти проводить дискотеку… – быстро раздеваясь и так же быстро, заговаривая зубы, отвечал он.
К слову сказать, наш бодрый герой, кроме редких подработок с отцом, больше похожих на школьную отработку, уже давно зарабатывал небольшие деньги на проведении мероприятий в клубе, принадлежащем брату их соседки. Та по совместительству была ещё и их общей давней подругой, да и, собственно, сводницей, которая и познакомила их.
В тот самый, вечер «нового пиджака» стало известно, что клубу, нужен новый диск-жокей. О чём наш благородный герой незамедлительно сообщил тому самому Рулевому, зная о его увлечениях музыкой. Как ни странно, вскоре клуб принял и рекомендацию, и Рулевого.
Время шло. Осенние ливни сорвали все разноцветные листья в тополиной аллее. По наступлению календарной зимы в той же тёплой и кропотливо отделанной отцовским напарником, коим являлся одноклассник нашего заботливого героя, кухне состоялся очередной предсказуемый разговор.
– Нас с понедельника, всех увольняют, – тихо говорила она, держась за голову, – перед самым Новым годом, представляешь… ну, директор обещал мне премию выдать, если я продам все остатки со склада – выбрасывая бычки из переполненной пепельницы, продолжала она. – Я совсем не понимаю, что мне дальше делать… одна из нашего отдела и из кадров вон одна собираются в Москву ехать, вроде как почву пробивают и с квартирой договариваются… Не, я туда не поеду, у меня там мама уже полтора года по съёмным мотается, к ней не хочу, а с этими третьей, точно не смогу… У меня тут квартира… Буду, что-то другое искать, тут…
– Да ладно тебе, Новый год скоро будем встречать! Как встретишь его, так и проведёшь! Все же знают! Давай составлять меню! Что приготовим? – ничуть не сомневаясь в своих словах, ободряюще восклицал, наш оптимистичный герой.
Праздники прошли незаметно, как время, в которое мы спим. Однажды суровым февральским вечером, который начинается уже в 3 часа дня, состоялся очередной разговор.
– Девчонки там, в Москве, нормально устроились: и живут, и зарплаты не то что здесь предлагают… Представляешь, мне, старшему продавцу, каких-то жалкие десять тысяч, да эти деньги девчонки за квартиру только отдают, а ещё квартплата… ну, правда, у них сразу за три месяца вперёд попросили… Ну, а что? Зато одна на двадцать пять устроилась, другая на тридцать! А может, я договорюсь, ты у них поживёшь, найдёшь работу, снимешь квартиру, а потом и я перееду? Всё равно брата соседки подстрелили, а без него клубу хана́!
И вот наш отважный герой спускается с огромной сумкой на эскалаторе. Его сбивают люди, сбегающие по лестнице вниз, и, оглядываясь, что-то кричат. Оказалось, что стоять нужно только с правой стороны, у поручня, чтобы не мешать более мобильной чачти пассажиров передвигаться быстрее в общей быстрой толпе. Казалось, спуск в метро был бесконечно долгим. Пропитанные советским духом времени стены сжимали огромную, серо-чёрную толпу спешащих, навьюченных сумками людей. Грохот, не утихавший внутри вагонов, перебивал звуки музыки из, до боли глубоко вставленных в уши наушников МР3-плеера, работающего от пальчиковых батареек.
Встреча с уже знакомыми лицами «женской национальности» оказалась алкогольной, а для нашего растерянного героя даже слишком алкогольной и зашлифованной пивом.
Утром, проснувшись от холода и чувства жажды, наш потерянный герой лежал под одеялом на полу шестиметровой кухни однокомнатной квартиры. Судя по тишине вокруг, дома никого не было. Вид из окна говорил о том, что он находится на одном из верхних этажей здания, так как было видно множество крыш девятиэтажных, в точности таких же, как и в его родном городе, домов. Достав из своей сумки, которая занимала ровно половину коридора, трёхлитровую банку солёных огурцов, заботливо предоставленную мамой, он решительным движением ножа проколол в её крышке две дырки и начал жадно глотать, прозрачный, как слеза, очень солёный рассол. Рассол медленно удалял шершавость сушняка, сначала с языка, а потом и с нёба нашего обезвоженного героя.
В углу комнаты на небольшом, белом столике стоял персональный компьютер. Через пару минут экран монитора отображал страницу открытого электронного почтового ящика нашего уже чистого героя. Поисковый запрос «Работа в Москве» в одной из первых строк выдавал как результат ссылку на страницу со странным названием, в переводе звучавшем как «Голова охотник». Просто огромное количество вакансий, и зарплаты указаны такие, что наш удивлённый герой решил покурить перед началом регистрации. Что ж, регистрация на сайте, создание резюме, просмотр кучи вакансий, отклики на некоторые из них занимали нашего нацеленного героя до тех пор, пока не вернулись с работы девчонки.
Первым делом нашим приготовившим для всех ужин героем были выслушаны недовольства женских лиц по поводу его невероятно громкого храпа, доносившегося из кухни всю ночь и мешающего уснуть явно сплотившимся подружкам. Оставшийся с вечера алкоголь был разлит в ту же минуту по вчерашним рюмкам, но поддержать нашего расстроенного героя никто не намеривался.
– Ну что, нашёл работу?! – резко спросили они в два голоса, хором.
Оставив, как ему показалось в тот момент, абсолютно бестактный вопрос без ответа, наш запрессованный герой, допив третью рюмку, оделся и вышел в магазин за продолжением собственного банкета. Стоя у лавочки подъезда и глотая прямо из горла бутылки неизвестную жидкость, наш с наворачивающимися слезами на глазах герой позаонил своему другу. Жалуясь, матерясь и плача в трубку, наш опьянённый герой двинул в сторону Казанского вокзала. Оказалось, что ближайший поезд домой будет только завтра днём…
По приезду домой наш виноватый герой искал поддержки во взгляде родителей и своей девушки и, не находя её, продолжал игнорировать вопросы о том, почему он вернулся. У его друга, которому он плакался из Москвы, отец имел долю трубопрокатного завода. Друг, как и обещал, привёл нашего смущённого героя к нему. Тот, попросив следовать за ним, показал гору документов вперемешку с папками и файлами, небрежно развалившуюся по всему новому архиву, и с нескрываемой усмешкой предложил начать их разгребать и перелопачивать.
– А дальше посмотрим, на что ты нам сгодишься, – многозначительно сказал отец друга, поправил свой безрукавный тулуп и удалился к себе, в кабинет.
Наш онемевший герой, вглядываясь в кучу из бумаги, как будто чего-то ждал. Вдруг в углу громко скрипнула дверь, в которую ворвался сияющий от радости друг.
– Поехали со мной! – крикнул он, стоя у железной двери, которая с грохотом захлопнулась, в конце фразы, словно поставив жирный восклицательный знак в конце его и без того восклицательного предложения.
В течение следующего месяца много раз эта фраза весело разносилась с одновременным грохотом двери по стенам холодного, с высокими потолками помещения, где наш озабоченный герой, бережно, в тонких чёрных перчатках и куртке с капюшоном, раскладывал по папкам внимательно вычитываемые бумаги. За окном серело по-февральски яркое небо, а дневной свет от ламп, висящих высоко на потолке, придавал нашему замерзающему герою чувство бесконечности холода, так как горел всегда и не выключался. Отец друга говорил, что эти лампы помимо света ещё и тепло выделяют. В каком-то известном только нашему сосредоточенному герою порядке папки расставлялись в ряды на тяжёлые серые железные полки, которые, словно безмолвные рабы, покорно ждали, вытянув свои руки, по периметру всего помещения.
Каждый раз, выезжая с другом на чёрной машине за пределы заводских ограждений, наш впечатлительный герой любил наблюдать, как неподалёку величественно серели огромные дымящие трубы, бетонные заборы сдерживали границы однополосных дорог, а редкие, казавшиеся гигантскими, здания наводняли огромную территорию промышленной зоны его любимого и очень родного, особенно с недавних пор, города.
– Представляешь!? Я сегодня зарегистрировался на каком-то сайте, где можно ввести информацию о себе, ну там, школу, где учился, место службы, выложить фотографию и найти своих знакомых, даже если вы сейчас в разных городах! Так круто, я столько народу нашёл, с кем, уже давно потерял связь! Тебя, случайно, на этом сайте нет? Надо бы добавить тебя в друзья, чтобы точно никогда не потеряться! Круто, да?!
«Действительно круто», – подумал наш мечтательный герой, вспоминая всех, кого бы он хотел найти. В тот же вечер, отыскав нужный сайт, наш улыбающийся герой попросил сфотографировать его на цифровой фотоаппарат, которым обладала соседка. Вставив шнур в свой персональный компьютер, он со знанием дела загрузил и разместил получившуюся фотографию на сайте, заканчивая регистрацию своей страницы. В мгновение сотни фотографий очень знакомых лиц прокручивались им по выпуклому экрану монитора.
Снимая перчатки и откидывая капюшон, наш сияющий герой под конец рабочего дня стеснительно входил в кабинет отца друга.
– Сегодня ровно месяц, как я у вас работаю, – сдержанно сказал наш воспитанный герой.
– Что ж, поздравляю, – без улыбки, взяв телефон в руки, сказал отец друга в ответ и, совершая дозвон, прижав трубку щекой к шее, надевал дублёнку, внимательно и ровно глядя в глаза нашему безмолвному герою.
– Да-да! Ну вот, выезжаю уже! Да, вот свет в кабинете выключаю! – громко говоря в трубку, указывал он на дверь, продолжая безотрывно смотреть нашему герою в глаза.
Поужинав, выслушав очередную историю о несправедливости, безвариантности и отсутствии дохода от постоянно дымящей, в тёплом халате сидящей нервной девушки наш понимающий герой отправился в зал на очередные поиски недостающих его герою артефактов, манны и «бутыльков здоровья». Перед входом в игру он лениво зашёл на свою страничку, ответил на привычные уже сообщения, принял несколько приглашений в друзья от страниц с фотографиями знакомых лиц и задумался о поиске человека, с которым они общались ещё в школе. На запрос по фамилии и имени вышло множество страниц. Добавил в запрос город и номер школы – высветилась одна, где с тёплой улыбкой в даль смотрел черноволосый парень с характерным шрамом на подбородке. Оставив запрос на добавление в друзья, наш зевающий герой выключил компьютер.
Выходной день принёс с собой приветственную фразу от пользователя со шрамом. Наш заинтересованный герой поспешил вступить в неспешную, продолжавшуюся четыре дня переписку.
– Я сейчас являюсь директором одной организации, мы нефтепродукты продаём потихоньку, – скромно отвечал шрам.
– Ого! Целым директором… Ну, я в тебе и не сомневался! Вам, кстати, юрист не нужен, а то я вот работу себе подыскиваю. Могу бумаги приводить в порядок, договора проверять, составлять нужные документы.
– Да у нас организация небольшая, особо бумаг-то и нет, но я подумаю.
Наступала весна. Тот самый запах, оповещавший о приходе новой жизни, который чувствовал только он, как казалось нашему принюхивающемуся герою, жадно втягивался торчащим из кухонного окна носом. В то самое утро светло-жёлтое солнце равномерно расплывалось по бледно-голубому небу, заставляя неприщуренный глаз слезиться. Оно светило так ярко, что слежавшийся снег во дворах стал оседать, спрессовываться и скрывать под собой воду, которая уже не могла больше прятаться. Местами вырываясь наружу, мутная ледяная жидкость сверкала и переливалась. Объединяясь в ручьи, она стремилась уползать в ямы зарешёченных сливов на дорогах.
– Ну что, ты надумал что-нибудь? – спросил, написав в диалоговом окне сайта, наш вынужденный герой у шрама-директора.
Уже собравшись и завязывая шнурки, он услышал из зала женский голос, оповестивший о пришедшем ответе.
– Ну, открой и прочти, – сказал он безнадёжно, продолжая шарить по многочисленным карманам чёрной тяжёлой кожаной куртки в поисках ключей.
«Да, надумал. Приезжай в следующую пятницу ко мне в офис, обсудим». И адрес, – уже выходя из остеклённых дверей зала, с вопросительным выражением лица произнесла ещё не причёсанная, в помятой пижаме, заспанная подруга.
– Лёд тронулся, господа! – с нескрываемой улыбкой удаляясь за обе двери, вышел из квартиры наш неожиданно осчастливленный герой.
Ясные, яркие по-весеннему дни недели 2008 года, казались очень длинными нашему ожидающему герою. И вот уже почти все холодные, в основном чёрные скоросшиватели были расставлены по полкам и обклеены белыми, с большими буквами прямоугольниками. Брызги луж вперемешку с оставшимся снегом, высоко и далеко в стороны вылетавшие из-под ещё шипованной резины машин, веселили и расширяли улыбку его довольного друга.
– Сейчас пообедаем, и в Кузнецк поедем. Там у них договор закончился, надо продлить. Заодно сауну обещали!
– Какой Кузнецк?! Я на завтра отпроситься хотел, мне срочно надо…
– Ты чего, какой «отпроситься», тут батя такое дело нам доверил, выезжаем после обеда, в субботу вернёмся!
– Пипец, конечно… – доставая телефон, сказал наш расстроившийся герой.
– Алё, привет, открой, пожалуйста, мою страницу и напиши «лицу со шрамом» следующее: «Привет, извини, завтра не получается приехать к тебе в офис, можно на другой день встречу перенести?» Как напишешь, перезвони мне, пожалуйста. Спасибо… Целую… Пока.
Остановившись возле кафе, друг, весело хлопнув дверцей автомобиля, улыбаясь, крикнул:
– Идём, идём, сегодня платишь ты!
Наш ничего не понимающий герой медленно и стыдливо вошёл, прищуриваясь и настраивая взгляд, в показавшееся с солнышка тёмным помещение. Плотные запахи вареного гороха, жареного мяса, вымоченного лука и свежих огурцов вперемешку с какими-то ещё усаживали за шатающийся столик и, согревая изнутри, возбуждали чувство голода, заставляя выделять слюну нашего избавляющегося от верхней одежды героя.
– Три люля, три на кости, две пети, компот! – как всегда, громко и весело донёс друг до склонившего голову и услужливо улыбающегося белозубого мужчины средних лет, восточной наружности.
Наш резко оголодавший герой жадно и с интересом наблюдал за всем, что происходит вокруг. Друг резко встал и, вытаскивая зубами сигарету из пачки, вышел поговорить по телефону. Большие кисти рук восточного мужчины быстро и уверенно потянулись к холодильнику. Через секунду между его волосатых пальцев оказались три длинных шампура, каждый из которых прогибался под весом двух огромных прямоугольных светло-коричнево-красноватых, с белыми вкраплениями, словно очерчивающими их величину, кусков мяса. Резким движением он сбросил их на полыхающий кирпичный мангал. Шматы мяса зашипели. Мужчина принялся напевать какую-то восточную мелодию и снова потянулся к открытому холодильнику. С ловкими движениями фокусника три малых шампура с металлическим звоном оказались в огне и стали поджаривать нанизанный на них фарш. Помещение окатило новым, густым запахом. Огромной деревянной ложкой, больше похожей на ковшик, повар вываливал в бледные полые тарелки парящие половинки вареного картофеля, следом в тарелку падали примерно такого же размера куски вареного мяса. Следующим движением он наполнил обе тарелки ещё кипящей жидкостью, которая скрыла под собой мелкие бледно-жёлто-коричнево-зелёные шарики, а потом и мясо с картошкой.
Продолжая напевать и вытирая руки о белый фартук, мужчина в прыжке переворачивал облизываемые пламенем шампура. Через минуту обе тарелки покачивали столик. К ним присоединилась ещё одна, с горкой вымоченного лука и ржаным хлебом, разрезанным на разносторонние треугольники. С глухим алюминиевым стуком на столе оказалась пара ложек, плотно завёрнутых, до середины, в прозрачно-белые салфетки. В ту же секунду друг, прийдя с крылечка, принес с собой с закрыванием двери свежий весенний запах воздуха с улицы, который сразу перемешал с приятным запахом сигаретного дыма и дорогой туалетной воды, и водрузился на стул.
– Это тебе! Для начала! – смеясь, громко оповестил друг, ставя на стол зелёную стеклянную бутылку, одновременно срывая с неё крышку. – А где компот? Стакан пустой дай! Два на кости и два люля с собой заверни, остальное на стол! – громко продолжил командовать он, шмыгая носом между слов.
Бледно-жёлтая жидкость из бутылки быстро наполнила стакан, превращаясь в пену, и шапкой укрывала его. Друг, протянув наполненный стакан нашему изнемогающему герою, быстрым движением достал из кармана несколько согнутых пополам синих банкнот и кинул их в сторону нашего тянущегося за стаканом героя.
– Это тебе, это… снова тебе! – громко и весело, поднимая стакан с компотом, продолжал говорить улыбающийся друг.
Отобедав, друзья вышли покурить на крыльцо без верхней одежды.
– Дверь не закрывайте, ребята! – кричал несущий перед собой тяжёлый прозрачный пакет восточный мужчина. Поставив пакет на столик, он подошёл к ним и тихо произнёс: – Одна тысяча двести пятьдесят, пожалуйста…
Кряхтя и прикуривая, друг достал из того же кармана тысячу рублей и, протянув её повару, тоже тихо, пародируя его, сказал: – Остальное с него, – и большим пальцем указал на нашего поглаживающего живот героя.
Наш сытый и от того довольный герой достал из кармана только что полученные им деньги, и вытащив пятисотрублёвую купюру, шлепком вложил её в руку серьёзно смотрящего на него восточного мужчины, закончив движение рукопожатием, и добавил: – Это вам за скорость! Спасибо, было очень вкусно!
– Ещё будет! – Выбрасывая наполовину выкуренную сигарету, воскликнул друг, стремительно направившись к столику за пакетом и курткой… – Поехали, нужно до конца рабочего дня успеть доехать! Печать со мной, доверенность взял… Поехали, поехали!
Солнечный свет сопровождал машину сзади на протяжении всего пути. За стеклом двери проносились оттаивающие поля и ещё голые деревья, стоящие вдоль дороги. Внутри очень громко играла музыка, друзья наперебой подпевали слова известных песен.
Подъезжая к городу, заприметив синий знак, машина сбросила скорость, звук магнитолы плавно убавился. В этот момент наш разомлевший герой услышал ещё одну знакомую мелодию, которая доносилась из его телефона.
– Алё! Ну что там, написала?
– Да я уже пятый раз тебе звоню, ты где? Тут, в общем, я зашла написать то, что ты сказал, а у вас в диалоге от него сообщение: «В пятницу не получается, приезжай 21-го, это тоже пятница, к 14.00».
– А, ну отлично… ну, ты же ничего не ответила, правда?
– Ну нет, вот я и хотела спросить, что писать-то? А дозвониться не могу…
– Да ладно, ничего не отвечай. Мы тут уехали, нас в командировку отправили, завтра вернёмся. Денег немного ПОДКИНУЛИ, кстати! – нарочито громко и с улыбкой сообщил наш удивлённый стечению обстоятельств герой.
Двадцать первого марта две тысячи восьмого года
– Ну вот, готово вроде. Тут теперь у вас всё по годам расставлено, тут договора, по наименованию контрагентов, вот тут стоят папки с копиями уставной документации, здесь транспортные накладные… – уверенно произносил наш довольный собой герой. – Я это… отпроситься сегодня хотел, после обеда можно я уеду?
– Конечно можно, закончил же, только тут это… в общем, нормально ты себя показал, работы не боишься, и сын тебя нахваливает вроде как… Помощник нашему юристу нужен, там у него есть несколько дел, он не справляется, мы, кстати, может, совсем его уволим скоро. Ну, короче, поднатаскаться тебе надо, ты ж молодой ещё у нас. Ну, по деньгам не знаю, сколько тебе сынок мой отслюнявил на той неделе?
– Пять тыщ…
– А, ну вот, нормально… ты сейчас типа на испытательном побудешь пару месяцев, я уже сам тебе по пятёре закрывать буду, чтоб в карман к собственному сыну не лезть, ну а там, если тебя наш юрист утвердит, глядишь, оформим чин по чину… Алло! Да! Да, конечно, сейчас я только выйду из архива.
Дверь громко хлопнула, вновь оглушив металлическим звоном нашего задумавшегося героя.
Через минуту, с очередным громким хлопком железной двери, забежал друг.
– Здорова! Ну что, батя сказал отвезти тебя, куда пожелаешь! Куда поедем? Может, сначала пообедаем? – как всегда бодро восклицал он.
– Ну, мне на тот берег надо, далеко, в общем, ты меня до остановки добрось, а там я на автобусе сам доберусь… – промямлил наш от неожиданности смущённый герой.
– Я понял, двигаем в столовку, а потом куда скажешь! На ту сторону, так на ту сторону! – похлопывая по плечу и улыбаясь, друг заботливо вывел в коридор нашего ищущего глазами куртку героя.
Когда после небольшой пробки они всё же заехали на мост, по которому с грохотом катился гудящий поезд, наш устремивший взгляд на недостроенный неподалёку мост герой вдруг резко и с серьёзным выражением лица спросил прибавляющего громкость магнитолы друга:
– А ты мне что, из своих, денег дал на той неделе?
– Ну да! Мы с батей так договорились, что, пока он не определится с тобой, платить тебе буду я! Ну а теперь, он вроде как понял, что можно тебя к коллективу подтягивать! – не мешкая, как будто давно ждал этого вопроса, перекричал проносящийся поезд и музыку вцепившийся взглядом во впередиидущую машину друг.
Проезжая по уже знакомому району, обогнув единственное в городе кольцо, проехав автовокзал, с которого всё детство наш давно не стригшийся герой уезжал в деревню, свернув с широкополосной, почти пустой дороги, друзья добрались до места. Оказалось, что они прибыли на территорию, где находился таксопарк, а прямо возле офисного здания располагалась автомойка.
– Во, нормально! Заеду помоюсь! Ты долго? Могу тебя подождать! – направляясь к кофейному аппарату, громко спросил друг.
– Да не надо меня ждать, не знаю я, сколько здесь пробуду… – ответил себе под нос наш вновь смущённый герой, копаясь в карманах, а потом набирая номер в телефоне.
– Алё! Я на месте, куда тут заходить? – спросил он в трубку уже более бодро.
– Я пока тут. Если что, наберу, – донеслось со стороны мойки.
Наш решительный герой, взявшись за круглую белую пластиковую ручку, открыл бесшумную остеклённую пластиковую входную дверь двухэтажного, утыканного кондиционерами здания. Зайдя внутрь, посетил туалет, в дверь которого упёрся прямо возле лестницы, ведущей на второй этаж. Расстегнув куртку, вытирая мокрые и скользкие от кокосового кремового мыла руки, бумажным полотенцем, он вдруг почуял явный запах собственного пота, исходящий от его новой серой водолазки. Смахивая грязный след от порога машины с правой штанины чёрных брюк, заметил, что его зимние, утром начищенные с чёрным кремом ботинки стали серыми от налипшей пыли, а кое-где к ним прилепилась металлическая стружка.
Наш цыкнувший герой решительно закрыв дверь туалета на шпингалет, снял ботинок и начал намывать его. Измазав ладонь чёрным жирным кремом для обуви, наш продолжающий цыкать герой отрывал бумажные полотенца и чистил ими сначала ботинок, а потом и руку. Когда дело дошло, до второго ботинка, наш мокрый, в том числе и от пота, герой услышал звук шагов. Кто-то быстро спустился по лестнице, а потом резко упёрся в дверь и, дёргая ручку, произнёс:
– Эй! Вы там надолго?!
Это был мужской голос. Не дождавшись ответа, голос быстро поднялся по лестнице, громко сопя…
Второй ботинок был отчыт, обут, руки снова с мылом вымыты. Ополоснув и вытерев ещё и лицо, наш старающийся не шуметь герой поднялся по лестнице. Найдя по номеру среди нескольких белых деревянных дверей нужную, естественно, попытался открыть её. Поворачивая круглую металлическую ручку то влево, то вправо, понял, что дверь заперта. Услышав звук за спиной, наш герой, обернувшись, увидел, как из открывающейся двери соседнего кабинета очень быстро вышел высокий и лысый парень. Заметив нашего держащегося за ручку двери героя, лысый громко спросил:
– Тебе чего?
Звук его голоса эхом разнёсся по длинному пустому коридору с закрытыми дверями.
– Да ничего… – улыбаясь, словно маньяк, выдавил наш испуганный герой.
– А, ну ладно! – и длинное тело быстро устремилось по коридору к лестнице, а потом вниз по ней.
Одновременно, с уже знакомым хлопком, дверь, за ручку которой держался наш вкопаный герой, стала отпираться с той стороны. Из-за двери доносились звуки радиоволн из такси. Дверь открылась, и заспанное лицо немолодой женщины, отхлёбывающей из кружки парящую жидкость, спросило:
– Вам кого?
– Не вас… – снова себе под нос произнёс наш пребывающий в шоке от происходящего герой. – Извините, – дополнил он и пошёл по коридору к окну, располагавшемуся рядом с лестницей.
Достав телефон, стараясь говорить тихо, но так, чтобы в трубку было слышно, он отсчитывал гудки дозвона…
– Ну, вот я на втором этаже, да, ну вот, в семнадцатый попытался зайти, а там, видимо, диспетчерская у таксистов… В смысле «опять зам номера кабинетов местами поменял»?
Дверь, из которой выбегал лысый, открылась, и «лицо со шрамом», улыбаясь, выглянуло в коридор.
– А, вот ты где! А я уже тебя потерял, вот сюда заходи, вот наш кабинет!
Широко улыбаясь, наш обескураженный герой шёл навстречу открытой двери.
– Ну, привет, привет, заходи, раздевайся…
Светлый офисный кабинет был разделен на две половины стоящей ровно посередине помещения белой перегородкой. Слева от входной двери стоял шкаф. «Шрам», вежливо открыв его деревянную дверцу, движением руки указал, что куртку нужно повесить на вешалку. Правая половина шкафа была заполнена уже знакомыми нашему молодому герою чёрного, красного и зелёного цвета скоросшивателями, стоящими за тонированной стеклянной дверцей. За ним располагался треугольный, с вырезом, стол с серебристым ноутбуком на нём. Высокая чёрная с кожаным подголовником спинка кресла, огибаемая хромированной трубкой по периметру, торчала из-за стола. Дальше тумбочка с водруженным на неё немалых размеров телефонным аппаратом со встроенным факсом. Окно было завешено белыми вертикальными развёрнутыми жалюзи, за ними виднелось ещё несколько папок с бумагами, лежащих стопкой на подоконнике. Справа, у окна, стояло многофункциональное устройство, совмещавшее в себе принтер, ксерокс и сканер, зелёная пачка бумаги открытой лежала на нём. Возглавляя описанное хозяйство, за огромным, в форме старого телевизора, монитором, стоящим на треугольном осинового цвета столе, двойнике предыдущего, с серьёзным видом сидела черноволосая, в очках, женщина. Пристально вглядываясь в монитор, для чего пришлось наклониться, она не замечала того, что наш осматривающийся герой вошёл в кабинет.
В отделённой, правой части офиса стоял т-образный, с закруглённым из толстой столешницы языком, на круглой хромированной ножке, компьютерный стол серебристого цвета, разделявший правую часть кабинета надвое. Левая часть стола была занята несколькими красными и зелёными скоросшивателями, наполненными файлами с белой бумагой. Под стол был придвинут простой чёрный офисный стул. На правой части стола располагался чёрный ноутбук, рядом лежали вскрытые конверты, декоративная маленькая медного цвета сабля, ручка, скрепки, разноцветные стикеры, какие-то ещё мелкие хромированные предметы. Угол занимало огромное хромированное чёрное кожаное кресло, двойник того, что стояло в левой части офиса, в которое и пошёл садиться ковыряющийся в телефоне «шрам». Движением руки «шрам», уже сидя, указал на офисный стул, куда мог присесть наш закрывающий шкаф и оглядывающийся герой.
– Минуту, – прервав повисшую тишину, произнёс он.
Присев на стул, оглядев свои вымытые ботинки, поправив водолазку, облокотившись на стол, согнувшись вперёд, наш продолжающий оглядывать офис герой наблюдал справа от себя угловой, с высокой спинкой, дерматиновый диван светло серого цвета с бежевыми вставками. Перед диваном стоял прозрачный стеклянный столик на серых изогнутых в стороны ножках. На белой стене между диваном и входной дверью висели белые же часы, чёрные стрелки которых показывали без десяти минут два. Дверь резко открылась, на пороге, на мгновенье застыв, появился тот самый высокий лысый парень. Он с серьёзным выражением лица молча прошёл и сел кресло за серебристый ноутбук.
– Теперь ясно, кто в туалете мылся! – прогремело из части офиса, находящейся за стенкой от нашего разглядывающего стол героя.
– Ты цифры обратно поменял? – заканчивая ковыряния в телефоне, спросил «шрам», вопросительно заглядывая в левую часть офиса. – ШутниЧОК! – нарочито насупившись и откладывая телефон в сторону, продолжил он.
– Итак, хорошо, что приехал. Я всё-таки надумал. Нужен нам ещё человек, младший, так сказать, сотрудник, договора привести в порядок, которые уже есть. Наш договор стандартный доделать, так чтоб комар носу не подточил. Если надо будет, перезаключить со всеми. Тут клиенты нарисовались, которые хотят свои изменения в наш договор внести, нужно будет с ними пободаться. Ну, понял, да? Если готов взяться, я тебе сейчас распечатаю копию нашего стандартного договора, изучишь её, посмотришь, что можно исправить… Так, вот уже распечатываю… Зам! Дай там, я договор на печать послал!
За стенкой зашуршал принтер, скрипнуло кресло, прозвучал глубокий выдох через нос. Через несколько секунд длинные, покрытые веснушками пальцы положили два листа формата А4 с текстом перед нашим принюхивающимся героем. Длинное тело, кратко кашлянув, уносило за собой очень приятный аромат, мужской туалетной воды.
– В офисе нас трое всего, я – директор, это – зам, а там бухгалтер сидит. В общем, четвёртым будешь! Место вот тебе напротив меня выделили. Зама пересадили! Трое водил у нас, товар развозят, приходят иногда с бумажками. Ноутбук тебе свой отдам, за выходные почищу его только. В офис приходим к девяти, расходимся не раньше пяти. Да, по зарплате… Первые два месяца – семь тысяч. Дальше посмотрю, как пойдёт. Должны же сработаться?! Оформим тебя юристом… Кстати, книжка нужна, или, погоди… Бухгалтер, у нас трудовая пустая осталась?!
– Да, есть, – сосредоточенно раздалось из-за стенки.
– Отлично! Книжка есть, договор я тебе напечатал, отдаю, изучай, может, накидаешь что за выходные… Вопросы?
– Да какие тут вопросы… Ты из нашей школы-то давно видел кого-нибудь? – понимая к концу вопроса его неуместность, всё же спросил наш если бы умел краснеть, то багровеющий герой.
– Так мы на день встречи выпускников месяц назад виделись. На концерте в школе были. Тебя, кстати, я там почему-то не видел! – наконец улыбнувшись, сказал ставший моим первым настоящим директор.
– Вот и вопросы кончились… – наигранно смущённо улыбаясь и вставая с жёсткого стула, попутно соскребая листы договора со стола, произнёс наш направившийся к шкафу за курткой герой.
– Наша школа! – радостно пожимая руку у двери, директор выдал приободряющий боковой хлопок по плечу нашему смотрящему с надеждой на него герою.
– В понедельник к девяти прибуду – уже выходя и поднимая договор перед собой, сказал наш ставший резко серьёзным герой директору, закрывающему дверь.
На выходе из здания, в дверях, наш задумавшийся герой столкнулся с другом.
– Тут толчок есть где-нибудь? Что за бумажки? – спросил зыркающий по сторонам и подпрыгивающий от нетерпения друг.
– Да, прямо перед лестницей, беги уже! – отвечал наш заулыбавшийся герой.
– Машину домывают ещё, кофе допей, ещё горячий! – передавая парящий стаканчик, прорывался в здание через нашего в шутку задерживающего его героя раскрасневшийся друг.
Попивая кофе, закурив сигарету, наш складывающий и прячущий в карман листы герой большими порциями выпускал из себя дым, который облаком повисал над ним в безветренном пространстве. Докуривая и разглядывая вывески на здании, он остановил свой взгляд на открывающейся двери, из которой бодро выходил зам. Тот, придерживая дверь, остановился, быстро, будто собираясь переходить дорогу, посмотрел по сторонам, сосредоточил взгляд на нашем, смотрящем на него герое, улыбнулся и, опустив голову, кинулся к серебристой «Ауди». Автомобиль пикнул, моргнул поворотниками, завёлся и тут же тронулся. Выезжая с территории, зам неотрывно смотрел из-за руля на нашего смотрящего на него так же неотрывно героя.
– Ну что там, закончили мыть?! – вдруг разнеслось в ушах нашего резко оставленного в тишине героя, провожающего взглядом,отблеск заднего стекла машины зама.
Спрыгивая с крыльца, явно облегченный друг, одновременно застегивая ширинку, тряс кистями блестящих на солнце рук и подбегал к двери автомойки. Наш стремительно направившийся туда же герой преградил другу путь.
– Я в понедельник не выйду, мне работу предложили, юристом. У меня одногруппник есть, он уже пару лет работает, грамотный очень. Могу вас с ним свести, он где-то в этом районе живет. С вашими вопросами легко разберётся. Звоню?
– Ну звони, я никуда не тороплюсь пока… – вдруг серьёзно посмотрев, сказал друг.
– Алё! Собеседник! Я тут тебе клиента нашёл, если хочешь, можем встретиться прямо сейчас. Мы на вашей стороне, таксопарк знаешь где? Ну, тут автомойка ещё! Да? Ладно… Ну хорошо, ждём! Сказал, в течение пятнадцати минут будет… – убирая телефон в карман куртки, сообщил другу наш замерзающий герой.
Друзья, расплатившись, сели в машину. Мойщик продолжал натирать крышку багажника, пока машина выезжала задним ходом. Найдя место для парковки, друзья закурили, опустили стёкла передних дверей и с раздирающим смехом, снова одновременно подняли их. Выйдя из автомобиля, подозвали мойщика, взяли у него две тряпки и, то умолкая, то смеясь, принялись вытирать мокрые разводы на стёклах…
– Хорошо получается… – прогнусавил из открытой двери всё того же офисного здания голос, того самого Автоматического собеседника.
– Опа! А ты как здесь?! – воскликнул наш приятно удивлённый и возвращающий тряпки мойщику герой.
– У клиента был, – закрыв чёрный кожаный жёсткий портфель, достал сигарету из пачки Автоматический.
– Вот, знакомьтесь…
– Да помню я его, вечно молчаливый в курилке в универе…
– Ну, а это…
– Да уж знаем! Очень громкий по всему универу!
Все трое громко и весело рассмеялись…
– А мы можем прямо сейчас съездить к вам на завод? – предложил наш воодушевлённый стечением обстоятельств герой своему другу. – Есть время, ты освободился? – обратился к Автоматическому наш вытаскивающий прямо из его рта только что прикуренную сигарету герой.
– Садитесь, поехали… – пожав плечами, сказал друг, выбив сигарету Автоматического из рук нашего пытающегося затянуться героя.
Все трое, снова громко рассмеявшись, погрузились в машину и, обсуждая сложившуюся ситуацию, стремительно отправились на правый берег реки.
– Друг, накинь «пятихатку»! Бате кланяйся… «Автоматический»! Не подведи! О! Спасибо! Вот тут, на перекрестке, выкинь меня я добегу тут… Всё, давайте, пока!
Затормозив на первой остановке при въезде в тающий под лучами жёлтого солнца, сверкавший от настроения нашего счастливого героя любимый город и выгрузив нашего глубоко вдыхающего уличный свежий воздух героя, чёрная машина скрылась за поворотом к промышленной зоне.
Наш дождавшийся зелёного сигнала от светофора герой двинул в сторону дома. По дороге зайдя в уже ставший родным,магазин, наш весело улыбающийся кассиру герой оплатил тортик, два пива и курицу. Не пересчитывая сдачу, он закинул деньги во внутренний карман куртки и, открывая бутылку, вышел из магазина.
По пути на кухню наш, с пакетом и бутылкой в руках, герой, остановившись у двери в спальню, увидел тело в халате, лежащее вниз лицом на разложенном диване. Он специально звякнул бутылкой о ручку и закрыл дверь. Вытащив всё из пакета на стол, наш допивающий из затемнённой бутылки герой пошёл. снимая на ходу куртку, переодеваться в домашнее.
Переодевшись, пройдя в кухню, наш, откупоривающий вторую бутылку герой вставил наушники плеера в уши и стал прибираться. Когда последняя кружка из-под кофе была вымыта, а стол и столешницы кухонного гарнитура протёрты насухо специальным полотенечком, он смачно отхлебнул из открытой бутылки. Подбирая и доставая средние по размеру светлые клубни картофеля, приступил к их чистке. Бережно на доске нарезая вдоль сантиметровыми овалами очищенную картошечку, продолжал пить из горла бутылки. Достав из встроенной в электрическую плиту духовки чёрный противень, предварительно ополоснув в раковине, обильно смазал его, растительным маслом. Выложив картофель пирамидально, центрифужными кругами, добавил сверху очищенный и нарезанный толстыми кольцами жёлтый репчатый лук. Промыв в проточной холодной воде вынутую из пакета охлаждённую курочку, в три резких движения разрезал её огромным кухонным ножом напополам. Взяв из верхнего ящика глубокое плоское прозрачное блюдо, предварительно вымыв и протерев, стал наполнять его специями, солью, молотым перцем и остатками майонеза из стеклянной банки. Перемешав всё железной ложкой, начал обваливать в этой смеси курицу, сначала одну половинку, затем и вторую, выкладывая их по краям противня, кожицей вверх. Словно дополняя съедобную картину, добавив в блюдо воды из-под крана, ополаскивающими движениями равномерно поливал пирамиду из картошки и лука.
Не удержавшись и оценивая красоту ещё сырого холста, наш напевающий герой жадно отхлебнул из бутылки и, поставив противень в духовку, включил её, выставив на максимальную мощность. Снова сделав глоток, прибрался и пошёл в зал. Усевшись за компьютерный стол, открыл свою страницу в социальной сети, нашёл страницу друга и отправил запрос в друзья.
Убивая очередную партию нежити, наш сосредоточенный герой, учуяв запахи, доносившиеся из кухни, рванул посмотреть, что же происходит в духовке. Открыв дверцу, уклонившись от порции ароматного пара, принял решение убавить температуру и, потянувшись за электрическим чайником, закрыл духовку. Наполнив его и поставив воду в чайнике кипятиться, полез в холодильник за запотевшей коробочкой с тортом. Поставил торт в центре стола, окружил его чайными чашками, вилками на салфетках, чайными ложечками и, чтобы убрать пивную бутылку, допил её содержимое в один глоток и положил в пустое мусорное ведро.
Обернувшись, наш согнутый герой увидел в коридоре двигающийся зелёный халат. Вытащил наушники и услышал:
– …у нас так вкусно пахнет?
– Что? – переспросил и насыпал в кружку подруги растворимый кофе.
В ванной комнате зашипел водой кран. Кухня наполнялась исходящим из чашки запахом кофе. Тарелки, заполнялись пазлами запечённой картины и заботливо расставлялись на столе, по салфеткам. Пластиковая, прозрачная крышка торта, отправлялась вслед за пустой бутылкой. Из холодильника была извлечена баночка с солёными огурцами в помутневшем рассоле. Нарезка из огурчиков, улеглась рядом с кусочками круглого ржаного хлеба. Выходя из ванной и толкая раздвижную дверь, девушка переспросила, нежно улыбаясь:
