– Правда? – заулыбалась я.
– Плавда! Миша с нами пойдет! Моно? – возбужденно потребовал малыш и потянул медведя за лапу. – Ему больсую талелку!
– Большую так большую. – Я погладила сына по взлохмаченной головке.
«Мне надо с кем-то посоветоваться. Это же чудо, что сегодня объявилась Маргарита!» – продолжала размышлять я.
С сестрой мы не общались почти три года, и ее внезапный звонок там, в супермаркете, стал для меня настоящим сюрпризом. А теперь он казался сигналом Службы Спасения в разгар стихийного бедствия.
«Да, Маргарита обязательно посоветует что-нибудь дельное».
Раздался звонок в дверь.
– Доставка из ресторана «Тамада»! – сообщил курьер в домофон.
– Заносите в дом, – попросила я и открыла автоматический замок на воротах.
Артемка старательно зачерпывал расписной деревянной ложкой любимый суп, пинал медведя, чтобы тот не зевал, а я разбирала доставку.
Не успела я раскрыть пластиковые коробки с ароматным горячим шашлыком и нарезать свежие овощи, как в холле послышался шум.
В дверях кухни показался Андрей. Светло-голубой пиджак нараспашку, в глазах – огонек, а в руках – охапка разноцветных тюльпанов.
– Ну, здравствуйте, семья! – громко произнес он и протянул мне цветы.
Весенние, яркие, они преобразили все вокруг в одно мгновение, и моя тревога отступила.
– Боже мой, какая красота! А пахнут как! – Я вспыхнула, как девчонка, и тут же утонула в крепких объятиях мужа.
– Папка! Папка! – Артемка рванулся из-за стола и повис на руке отца.
Тот подхватил его на руки и подбросил вверх, после чего покрыл щечки малыша поцелуями, а потом усадил себе на плечо.
– Оль, ну, иди же к нам! – Удерживая Артемку на плече, Андрей раскрыл мне объятия.
Улыбнувшись, я прильнула к его крепкой груди. Вдохнула родной запах, и от сердца отлегло.
– Какая же ты у меня красавица! – восхищенно шепнул мне в шею муж.
– Как долетел? – подняв на него глаза, поинтересовалась я.
Муж чмокнул меня в губы и усадил Артемку обратно за стол.
– Нормально долетел. Как обычно. М-м-м, редисочка! Есть хочу жутко, – откусывая редиску, пожаловался он. – Накрывай, Олюшка. Корми своего добытчика! Я только переоденусь и сразу вернусь!
Напевая какую-то песню, Андрей поднялся по лестнице на второй этаж.
Улыбнувшись, я достала большую хрустальную вазу и поставила в нее тюльпаны. Андрей обеспечивал нас от и до и требовал за это полной отдачи. В те моменты, когда он был дома, я принадлежала ему. О личных потребностях можно было забыть.
Обед прошел оживленно. Только Артемка начал клевать носом.
– Уложу его. – Я поднялась из-за стола и взяла сына за руку.
Взгляд Андрея потемнел.
– Уложи… – хрипло выдохнул он. Его рука будто невзначай скользнула под подол легкого весеннего платья и призывно огладила мои бедра.
Перехватив его взгляд, я вспыхнула и повела сынишку в детскую.
Я переодела сына в мягкую пижаму для дневного сна и достала со стеллажа толстую книгу сказок.
«Не может он мне изменять! Глаза же голодные до женской ласки! Если бы изменял, не лез бы ко мне под юбку!» – читая сказку о Винни-Пухе, терзалась размышлениями я.
Читать долго не пришлось: на второй странице Артем засопел.
Я с любовью поправила ему одеяльце. Теперь точно проспит пару часов. После занятий с педагогом с непривычки он утомлялся.
Я вышла из комнаты и столкнулась с Андреем. Он держал в руках два бокала вина. Верхние пуговицы на рубашке были расстегнуты, в глазах мерцало желание обладать мной.
– Наконец ты освободилась… – Его жаркий шепот опалил шею.
Улыбнувшись, я коснулась ладонями его колючих щек. Провела пальцами по твердой линии волевого подбородка и ощутила, как его дыхание касается моей шеи.
– За нас? – Он приподнял бокал.
Бокалы тихонько звякнули друг о друга. Улыбнувшись, я отпила глоток вина.
– Я очень по тебе скучал, – подхватывая меня за талию, подмигнул мне Андрей и повел за собой.
Оказавшись за дверью спальни, он забрал у меня бокал.
Прижав меня к стене, накрыл мои губы страстным поцелуем.
Я чувствовала его тело, его запах, и от этого перед глазами все плыло.
В глазах Андрея горело желание, его губы жадно целовали мои, язык врывался в мой рот, скользя и играя, и низ живота свело сладкой болью. Его рука скользнула вниз, осторожно приподняла край пестрого платья и заскользила под ним выше и выше, обжигая кожу.
С моих губ сорвался тихий стон. Страсть растекалась под кожей сладкой мукой. Я желала Андрея. Мое тело, ощутив прикосновения любимых рук, рвалось навстречу вопреки подозрениям разума.
Андрей целовал меня снова и снова. Я ощущала жар тела мужа, едва улавливала его хриплый шепот и таяла от прикосновений.
Он припечатал мои губы властным поцелуем и уверенно увлек за собой на постель.
Не сводя с меня глаз, Андрей навис надо мной сверху. Любуясь, провел ладонью по изгибу шеи.
– Красавица… – хрипло шепнул он и, склонившись ко мне, коснулся губами моих губ.
Я медленно подалась ему навстречу. Он сверкнул потемневшим от вожделения взглядом и отбросил рубашку в сторону.
Прикрыв глаза, я отдавалась охватившей нас страсти. От теплых прикосновений его рук на коже вспыхнул настоящий пожар.
Тихо вскрикнув, я обхватила его за плечи и потонула в обрушившихся на меня горячих ласках и поцелуях.
После выплеска бурной страсти Андрей прижал меня к своей груди под мягким покрывалом и с благодарностью поцеловал в губы.
– Оль, завтра вечером приедет из Москвы моя мама, – протягивая мне бокал с вином, осторожно произнес он.
– Мама? – Я напряженно сглотнула и отстранилась.
Не было для меня ничего страшнее визита Лилии Денисовны, матери Андрея. Он не женился на мне официально, и от этого на мои плечи ложилась еще большая ответственность. В последний раз его мать была у нас в гостях в прошлом году. Она относилась ко мне как к самозванке, пользующейся положением ее сына. Я должна была из кожи вон лезть, чтобы доказать ей, что я достойна находиться рядом с ее обожаемым Андрюшей и пользоваться благами, которые он давал мне и ребенку.
Тот визит его матери вытянул из меня все соки.
– Оль, я все понимаю: она сложный человек, очень давит морально. Но я не могу не общаться с матерью. Ее самолет прилетает в пять часов вечера. Чтобы ты не напрягалась, я заказал на семь часов утра помощниц из клининговой компании. Они отдраят наш дом так, что все будет сверкать. Тебе останется только приготовить праздничный ужин в честь ее приезда. Но ты у меня умница, я знаю, ты справишься. – Андрей склонился ко мне и припечатал мои губы властным поцелуем.
Я с досадой посмотрела на него. Каким бы нежеланным ни был для меня завтрашний визит его матери, а отказаться я не имела права. Его поцелуй это подтверждал. Он закреплял приказ властной печатью.
– Хорошо, я приготовлю ужин. Только скажи, на сколько она приезжает? Маргарита выходит замуж и послезавтра зовет меня на девичник.
Андрей оживился.
– Ничего себе! Твоя сестра решила тебе позвонить? Вот это событие! Мне иногда кажется, что ты у меня из королевской семьи – так они воротят нос от нашего союза.
– Андрюш, они хотят, чтобы мы с тобой зарегистрировали отношения официально, оттого и не общаются, – осторожно пояснила я. Неприятная тема полыхнула болезненной вспышкой, и от нее не было спасения.
– Глупости, Оль! Человек должен быть свободен от предрассудков! К чему эти печати? – презрительно усмехнулся мой гражданский муж.
– Предрассудки или нет, а для них это важно. У нас с тобой ребенок растет.
Андрей холодно прищурился.
– Ребенка я признал! Что еще нужно?
Я всегда пугалась его внезапной холодности. Внутри глухой болью кольнуло привычное разочарование, и я покачала головой.
– Ничего.
– Вот! И я о том же! Человек должен быть свободен, запомни это, Оленька!
Склонившись ко мне, он жарко поцеловал меня в шею.
– Мама будет рада пообщаться с Артемкой. Ты ведь знаешь, как она его любит! А ты сможешь спокойно повеселиться на девичнике у Маргариты. Вечером я тебя заберу. Идет?
Я вздохнула.
– Ладно.
Он огладил ладонями мои плечи, но меня уже не радовали его прикосновения.
– Мне надо в ванную, – натянуто улыбнулась я и выскользнула из-под одеяла.
Спустя пятнадцать минут я сидела у зеркала и медленно расчесывала волосы. Андрей с кем-то беседовал по мобильнику на лоджии.
– Какая ты у меня красавица! – Вернувшись в спальню, он зачарованно остановился за моей спиной. – Картины бы с тебя писать! Кстати, хорошая идея! Давай закажем художнику портрет? Ты будешь сидеть в кресле на фоне нашей гостиной в красивом платье. М-м-м, завтра же потребую от помощницы контакты самых лучших художников в нашем городе! Пусть рисуют! Твой портрет будет самым лучшим украшением моего дома!
В груди кольнуло что-то нехорошее.
– Андрей, а как у тебя обстоят дела в приемной? Помощница не разочаровывает? – Я решила осторожно прощупать почву.
– С помощницами сплошная головная боль, Оленька! – фыркнул Андрей. Посмотрел на себя в зеркало и пригладил свои чуть растрепавшиеся волосы. – Даже не представляешь, как сложно найти хорошего профессионала! Сейчас мне помогает Роза Викторовна. Помнишь ее?
– Помню, – пронзив его острым взглядом, кивнула я. Пожилая Роза Викторовна работала в городской администрации последние лет тридцать. Казалось, ее вынесут из кабинета только ногами вперед, когда придет время. Как она умудрялась держать в голове все дела?!
– Ну вот! Представь себе, какая во всем этом прелесть. – Андрей рассмеялся. Его руки плавно скользнули по моим плечам вниз, приспуская ткань платья, и он коснулся горячими губами ложбинки у основания моей шеи.
От сердца отлегло. Ну, конечно, в супермаркете «Гурман» мне попалась сумасшедшая! Она ни дня не работала в приемной Андрея! Там царит Роза Викторовна! Андрей никогда мне не изменял!
Я так обрадовалась, что позабыла о предстоящем визите его мамы и позволила ему увлечь меня в постель на еще один марафон.
Но горький осадок от нашего разговора крепко засел в моем сердце. Может, человек и должен быть свободен, но не в моем случае.
Ночью, когда Артемка заснул в своей мягкой постельке, я украдкой достала из кармана шелкового халата телефон и отправила Маргарите сообщение:
«Мне очень надо с тобой поговорить. Пожалуйста, приезжай завтра в первой половине дня ко мне в гости».
Отправила и замерла в ожидании. Что, если Маргарита откажет? Вот уже три года вся семья фыркала в мою сторону с дружным презрением. Никто из них ни разу не пришел ко мне в гости. В мой день рождения отделывались эсэмэсками и не приглашали на семейные праздники. Никакой материальный достаток не мог убедить мою родню в том, что Андрей Соколовский – принц из сказки. В их понимании городской чиновник Соколовский был негодяем, проходимцем с большой дороги, жуликом, который мною пользуется. Утренний звонок Маргариты и приглашение на девичник был чем-то вроде исключения из правил, и я очень ему обрадовалась.
«У меня завтра свободна первая половина дня. Жди в десять. Только адрес сбрось», – пришел ответ, и у меня отлегло от сердца: она приедет!
Глава 3
Утро следующего дня началось очень рано. Сотрудницы клининговой компании знали свое дело. Завезли технику в огромный особняк Соколовского и принялись надраивать помещение до блеска. Андрей всегда готовился к приезду матери так, будто от этого зависело его будущее и карьера.
Я возилась на кухне. Этим утром я надела алое платье с глубоким вырезом и приготовила все, как любит Андрей: яйца всмятку, красиво уложенные на блюде бутерброды с домашним паштетом, свежевыжатый апельсиновый сок. Себе сделала чашечку кофе. Это был мой особый ритуал: без чашки крепкого кофе с утра я не чувствовала себя полностью проснувшейся. Свежемолотые кофейные зерна обволакивали кухню бесподобным ароматом, и я чувствовала себя бодрой, как никогда.
Андрей вышел в столовую в белоснежной рубашке и серых брюках от ведущего бренда. Пиджак и галстук муж оставил в спальне, чтобы надеть их уже после завтрака. Скользнул по мне взглядом, и в его глазах сверкнуло желание. Я улыбнулась: мне было приятен его интерес.
– Красивое платье, – ныряя жадным взглядом в мое декольте, ухмыльнулся Андрей, и я поняла, что он уже мысленно развязывает пояс платья.
– Доброе утро, дорогой, – изящно пригубив кофе из красивой фарфоровой кружки, игриво отозвалась я. Алая ткань будто невзначай соскользнула с бедра, обнажив гладкую белоснежную кожу выше колена.
– Оль, ну прекрати меня соблазнять! – отодвинув стул рядом с тем местом, где я сидела, взмолился Андрей. – Полный дом людей, да и Артемка вот-вот проснется!
– Хорошо, не буду. – Я невинно улыбнулась и одернула платье.
