– Почему перед гостьей? Я вообще-то к вам приехала сюда надолго. – Уверенно произношу я, на что получила удивленный взгляд неверующего:
– Надолго – это на сколько? – уточнил он, как-то странно оглядев меня с ног до головы.
– На год… Или больше. – Его вопрос меня очень смутил. Не пойму, он рад или, наоборот, не рад моему приезду?
В салоне автомобиля образовалось неловкое молчание. Я решила сменить тему разговора:
– А как далеко находится село «Речка»?
– Нам ехать сто двадцать километров.
– Сколько?! – воскликнула я, оглушив своим воплем даже рев двигателя Ласточки.
– Да не волнуйся ты так, – усмехнулся Михаил Степанович, – мы быстро доедем. Ты даже не заметишь.
Я взглянула на трясущийся спидометр автомобиля. Стрелка лежала на отметке сорок. Открыв в голове виртуальный калькулятор, стала вспоминать формулу по вычислению времени. Расстояние разделить на скорость.
Ё-моё! Это когда же я приеду в село?!
– Ну, ничего. – Принялась утешать себя.– Главное, дорога асфальтированная. Сейчас попрошу Михаила Степановича разогнаться хотя бы до восьмидесяти. Уверена, его Ласточка будет только рада быстрой езде.
– Михаил Степанович, – обратилась я к мужчине и замерла с широко раскрытыми глазами.
Ласточка медленно стала съезжать на грунтовую дорогу.
– Да, Мария Сергеевна. – Отозвался Панов.
– Спасибо, что встретили меня. – Поникшим голосом произношу я не то, что хотела сказать изначально.
– А как иначе? Одни бы вы точно не добрались до нас.
И это точно. Ведь поехали мы по лесам, по полям, по посадкам, и даже проезжали болото. Я трижды засыпала, трижды просыпалась от сильнейшего удара головой об боковое стекло автомобиля.
– Может, вам прилечь на задние сиденья? – предложил Михаил Степанович, не выдержав моей экзекуции над собой.
Я обернулась. На задних сиденьях лежали грязные, масляные запчасти, я предполагаю, автомобильные. Вот, что значит рабочая, многофункциональная машина.
– Нет, спасибо. – Любезно отказалась. – Мне и здесь нормально.
***
– Просыпайтесь, Мария Сергеевна, – откуда-то издалека доносится мужской голос. – Просыпайтесь.
Я с трудом открываю глаза и первое, что вижу – деревянная калитка, деревянный дом и огромный жирный кот, сидящий на заборе.
– Где это мы? – сонно потягиваюсь, вытягивая ноги. Мои ноги тотчас уперлись обо что-то. Оказывается под моими ногами все это время стоял деревянный ящик с картошкой.
– Простите, я поставил ящик к вам под ноги, пока вы спали. В машине, видите ли, больше нет свободных мест. А жена попросила привести ей картошку. – Михаил Степанович выходит из машины и забирает из-под моих ног ящик. – Посидите немного, я отнесу это жене, и мы поедем дальше.
– Без проблем. – Отвечаю я, встряхивая землю со своих туфель.
Я вышла из машины и огляделась по сторонам. Деревня. Свежий воздух. Вокруг зелень, тишина и спокойствие.
– Как давно я не выбиралась на природу. – Поймала себя на мысли. – Надо будет как-нибудь найти свободное от работы время и выбраться на пикник. – Решила я.
На улице начинало темнеть. Должно быть, время сейчас приближается к девяти часам. Солнце скрылось за подступающие грозовые тучи – ночью будет гроза.
– Смотри, кого это Михаил Степанович привез на ночь глядя? – донесся до меня женский голос с заметным акцентом.
– Городская, видать. – Подхватил другой женский голос.
Оборачиваюсь. На скамейке, напротив, возле такого же деревянного дома, как и у Панова, сидели две женщины лет пятидесяти – шестидесяти. Не отрывая своего взгляда от меня, женщины бесцеремонно открыто и нагло принялись обсуждать меня, при этом они еще умудрялись грызть семечки, с шумом выплевывая шелуху прямо себе под ноги.
– Смотри, как вырядилась? А каблуки-то! Каблуки-то, глянь, какие!
– Ноги переломает. Зуб даю.
А вот уже и ставки пошли. Я с радостью заберу у нее этот зуб.
– Мария Сергеевна, ну что, поехали дальше? – за калиткой показался Михаил Степанович.
– Михаил Степанович, а у вас здесь так принято обсуждать всех приезжих? – спрашиваю я, садясь в машину.
– Кто кого обсуждает?– не понял мужчина.
Я кивнула на женщин.
Не говоря ни слова, Панов останавливает машину рядом с женщинами и припускает окно.
– Что вы делаете?! – испуганно пропищала я.
– Эй, бабы! – крикнул он тем самым женщинам, из приспущенного окна.
– Добрый вечер, Михаил Степанович! – тотчас заулыбались женщины.
Ближе они выглядят моложе. Им, должно быть, лет по сорок-сорок пять.
– Вы что это вздумали новое начальство обсуждать? Работы своей хотите лишиться? – принялся бранить Панов, не обращая внимания на их любезное приветствие.
– Где новое начальство? – испуганно стали оглядываться по сторонам.
– Сидит рядом со мной. Вот бабы дуры.
– Михаил Степанович, поехали уже, а? – взмолилась я.
– Хорошо, Мария Сергеевна. – Машина тронулась с места.
Через боковое зеркало автомобиля я видела, как женщины с широко раскрытыми от удивления глазами продолжали сидеть на скамейке и неотрывно смотреть нам вслед.
