Дерзай

– Черт, зачем?! – с трудом сглотнув, воскликнул я. – Вы притащили в лагерь покойника?!

– А что мне было с ним делать? – огрызнулся Леха. – Не могу же я его тут похоронить!

– И что ты предлагаешь, тащить его через весь Алтай?! – я растерянно обвел взглядом ребят. – Да он приманит к нам хищников со всего края!

– Большинство из них не едят падаль, – как бы невзначай заметил Руслан, плюнув в костер.

– Какое счастье, значит тебя они не тронут, – буркнул я.

– Чего ты завелся, Стас? – недоуменно спросил Димон. – Это же покойник, ничего он тебе не сделает.

– Пожалуйста, не называйте его так, – нервно попросил Леха. Я запнулся и замолк, так и не ответив другу. Повисло молчание. – Надо придумать, как доставить его домой и самим добраться.

– Что? – не понял Дима. – Так мы возвращаемся?!

Мы с ребятами недоуменно переглянулись и разом уставились на Леху. Даже Руслан перестал жевать соломинку и замер.

– Придется вернуться, – развел руками Леха. – Наш проводник мертв. Дальше идти нельзя.

– Но ведь ты его заместитель! – напомнила Дина. – Возглавь наш отряд.

– Не получится, – голос парня звучал подавлено.

– Почему? – хором спросили мы с Димоном.

– Потому что! – резко отрезал тот. Поднявшись на ноги, Леха пнул валявшуюся рядом палку. Сложно было понять зол он или раздражен. И чего он так разнервничался? Мы же ничего такого не спросили.

– Леха, успокойся, мы и так на нервах, – попросила Аланка, вернувшись к шитью.

Проводник остановился перед нами, уперев руки в бока. Вздохнул.

– Да. Мы возвращаемся.

– Нет, – запротестовал я. – Мы не можем вернуться, мы проделали такой огромный путь!

– Я знаю, и мне очень жаль, что ваши планы срываются, но мы не можем двигаться дальше, – отчеканил Леха, разрезав воздух ребром ладони. – Петрович мертв.

– И нам его очень жаль, – подхватил Димон. – Мы скорбим по нему не меньше тебя, пусть земля ему будет пухом. Но мы похороним его и двинемся дальше.

– Я не смогу вас вести. Я не смогу.

– Да почему? – не понял я. – Ты сам сказал, что собираешься уходить от Петровича и работать в одиночку. Печально, конечно, что при таких обстоятельствах, но теперь ты и впрямь работаешь один. Пора набираться опыта.

– А вдруг я ошибусь? Вдруг собьюсь с дороги? У меня ведь не так много опыта, как у Петровича. Я не могу, в конце концов бросить его тут, он мне как отец, – голос Лехи дрогнул, парень закрыл глаза и потер их. – Черт, надо было тащить его с собой.

– Ты знаешь, что это не помогло бы. Он уже был мертв, – тихо шепнула Дина.

– Но почему он умер, Дин?! Он же прекрасно себя чувствовал!

– Возможно, сильные нагрузки, плюс мы начали подниматься в гору, а тут давление. У Петровича и так было слабое сердце. Возможно, инфаркт, – предположила девушка. Я заметил, как она украдкой вытерла слезы.

– Ему еще повезло, что он скончался во сне, – заметил Руслан. – Я лично себе только такой смерти и хотел бы.

– Господи, Руслан, да заткнись ты! – сердито крикнул Димка.

– А что? Это правда.

– У него в рюкзаке была карта, – еле слышно произнес Леха. – Рюкзак пропал с концами, а без карты мы идти не сможем.

– А че тут идти-то? – не понял я. – Петрович же говорил, что нам все время надо двигаться на восток. Вот и пойдем на восток.

– Да и дороги назад все равно теперь нет. Или ты не заметил сошедшего ночью селя? – поддержал меня Руслан.

– Я знаю, но я уверен, что есть другой путь!

– Нет его. Мы зашли в «ворота»³. С правого склона сошел сель. Нас лишь слегка задело, но дорогу завалило камнями размером с восьмиэтажный дом. Странно, что только я заметил, что мы оказались отрезаны от дороги.

– Я был слишком погружен в поиски Петровича, – устало потирая виски, пробормотал Леха.

– Возможно, кого-то это сейчас расстроит, – перекатив под языком соломинку, Руслан обвел нас быстрым взглядом, – но дороги назад нет. По крайней мере, такой, о которой бы мы знали и которая была бы для нас безопасна.

– Может… – подала голос Дина, – стоит сходить на разведку? Поискать…

Я не смог сдержать раздражения и, резко выдохнув, зажмурил глаза и потер переносицу.

– Какой в этом смысл? Мы же все равно не планировали возвращаться. Что поменялось?

– Леха, что ты решил? – все в ожидании уставились на младшего проводника.

– Нет, не получится, – замотал головой тот. – Нет, мы возвращаемся в город. Я не поведу вас.

– Ты прикалываешься, что ли? – кажется, у меня уже глаз дергаться начинал. – Ты что, не слышал, что дороги нет? Мы же не полезем по обвалам. Это опасно.

– Если хочешь знать, то дальше может быть еще опаснее! – раздраженно ответил Леха, как и я, начиная терять терпение. – Если поискать дорогу…

– Да нет никакой дороги назад! – вскочив с места и чудом не задев рукой Дину, я ткнул пальцем в сторону завалов. – Никакой дороги нет, ты не слышишь, что ли?

– Значит найдем! – решительно отрезал Леха.

– Сам хочешь убиться и других угробить?!

В один прыжок оказавшись рядом со мной, Леха, сжав кулаки, прорычал мне в лицо:

– Да говорю же тебе, дурная твоя башка, – дальше, черт возьми, может быть только хуже! Тебе вообще плевать на остальных?!

– Не плевать! Но, если мы решим вернуться, значит Петрович погиб зря! – рявкнул в лицо Лехе я и, пытаясь унять злость, отвернулся от него. Вдох-выдох. Мы просто на нервах, надо успокоиться. Воплями мы ничего не решим, только рассоримся еще сильнее. – Если ты откажешься, мы с Димоном пойдем дальше одни. Все равно пойдем, но, скорее всего, погибнем без тебя. Сможешь ли ты простить себе, что не повел нас?

– Шантажом попахивает, Стас.

– Дороги назад все равно нет, – я кивнул себе за спину. – Это ли не знак? Слушай, Леха, – я приблизился к парню и перешел на шепот, – ты не понимаешь. Нам очень надо в Казахстан. Это жизненно необходимо, мы должны быть там ровно через месяц после выхода из Горно-Алтайска.

– Мне жаль, но я ничего не могу поделать, – прошипел в ответ тот.

– Если тебе нужны будут деньги, я заплачу. Втрое больше, – заверил я. Леха тяжело вздохнул, как вздыхают взрослые, отчаявшиеся объяснить ребенку очевидные вещи.

– Ты что, совсем не слушал меня на озере, Стас? – с раздражением прорычал он. – Твоими бумажками здесь только жопу подтирать! Деньги меня не интересуют. Я переживаю за ваши жизни. Я несу за вас ответственность, понимаешь ты это? Мне твои деньги на хер не нужны!

– Тогда чего ты хочешь?! – отчаялся я.

– Нам придется вернуться, Стас. Дело здесь не в том, чего я хочу. У нас нет карты, а я не хочу бросать тут Петровича. Это не то место, где он хотел быть похоронен!

– Хорошо. Если проблема в этом, ладно, – я поднял руки ладонями вверх и кивнул. – Занеси координаты этого места. Когда мы дойдем до Казахстана, мы с тобой вернемся за его телом на вертолете и перевезем в Горно-Алтайск. Идет?

Леха замер, глядя на красную ткань палатки, служившую саваном старшему проводнику.

«Задумался», – отметил про себя я. Это хорошо.

– Ты понимаешь, что рискуешь не только подорвать свое здоровье, но и потерять друзей? Оно того, правда, стоит?

Я обернулся на ребят. Дима с Аланкой пристально наблюдали за нашим с Лехой перешептыванием, но пока ничего не слышали.

– Не стоит, – покачал головой я. – Но мы уже втянулись в это, и я не хочу отступать. Ребята настроились на переход, и ты – наша последняя надежда. Все равно, если вернемся, я пойду снова только с тобой.

– Мне это очень льстит, но что, если я не справлюсь? Что, если погибнет кто-то еще? – дрогнувшим голосом спросил Леха, наклонив голову, чтобы его не было видно за мной. – Я еле держусь после смерти Петровича, я не знаю, что со мной будет, если и с вами что-то случится.

– Леха, мы же не дети малые. Мы будем очень осторожны, – заверил я. – Ну, по крайней мере, я теперь точно буду спать с открытыми глазами и в обуви.

Леха невольно хмыкнул. Потрепав меня по плечу, проводник опустил взгляд, напряженно обдумывая ситуацию.

– Хорошо, – после минутного молчания кивнул он. – Если потом ты заберешь отсюда Петровича, я согласен. Одному мне не потянуть похороны, а родственников у него нет.

– Идет, – охотно согласился я.

Мы повернулись к ребятам. Леха потер ладони друг о друга.

– Что ж, – объявил он, – наш поход продолжается.

– Да! – радостно воскликнул Руслан, чуть подпрыгнув и ударив рукой по воздуху. Дима с Диной стукнулись кулаками. Донован, улыбнувшись, поправил на носу очки. И только на лице Аланы появилась гримаса недовольства.

– Ну вот! А я так надеялась на возвращение в цивилизацию! – капризно надула губы она, для острастки притопнув ногой.

– Тебя никто не заставляет идти, сестренка, – пропел довольный Дима. – Мне даже спокойней будет. Посидишь тут, присмотришь за Петровичем.

– Верно. А мы дойдем до Казахстана и вернемся за вами на вертолете, – подхватил я. – Примерно недели через три.

Девушка побледнела, и ее глаза забегали по сторонам. Конечно мы просто прикалывались, и оставлять ее одну никто не собирался. Но Аланка, похоже, шутку не оценила.

– Да не переживай ты, шутят они, – Леха вернулся на свое место и, сев рядом с девушкой, подкинул в костер очередную порцию дров. – Мы продолжим путь. Но есть одна проблема. Рюкзак Петровича пропал, а там карта, еды дней на пять, веревки, и самое главное –средство связи со спасателями, носимая УКВ радиостанция.

– Это все сильно нам нужно? – насторожено уточнил Дима, глянув на Леху.

– В принципе… – протянул тот, задумавшись, – не особо. Еды можно раздобыть, веревок у нас хватит, а вот карта и средство связи… – парень цокнул языком. – Получается, никто не знает где мы, и мы не сможем позвать на помощь, если понадобится. На ближайшие три недели мы полностью отрезаны от цивилизованного мира. У нас нет средств связи, но есть навигатор.

– А телефоны? – прищурился Дима.

– Интернета здесь нет, но до экстренных служб, думаю, можно дозвониться и без связи, – поразмыслив, признал Леха. – А если поднимемся в гору, то есть шанс даже поймать сигнал, но вы сами сказали, что хотите добраться до Казахстана пешими. Если с нами будет все в порядке, вызывать спасателей не придется. Но спустившись с горы, мы снова надолго утратим возможность связаться с миром.

– А если по дороге обратно с нами случится что-то, с чем мы не справимся без спасателей? – встревожилась Дина.

– Поэтому-то я и настаивал на том, чтобы повернуть обратно сейчас, – Леха бросил на меня многозначительный взгляд. Я ничего не ответил, возвращаясь к своей тарелке с гречкой. Мое мнение он знает, теперь пусть решают ребята.

– Я сам за себя отвечаю. Конечно, если все повернут назад, один я в горы не пойду – это смертоубийство, но, если хотя бы один человек пойдет дальше, я не стану прерывать это увлекательное путешествие, – высказался Руслан.

– Отлично! – улыбнулся Димка. Теперь очередь была за Донованом и Диной. Брат с сестрой переглянулись. Донован наклонился к уху сестры и что-то зашепелявил, прикрыв рот ладонью. Минуту спустя ученый отстранился. Дина вздохнула.

– Ну, что скажешь? – выжидательно смотря на подругу, спросил Леха.

– Мы согласны идти с вами, – бодро кивнула Дина.

– А что он тебе сказал? – полюбопытствовал я.

– Неважно! Мы идем, и все! – отрезала Дина. – Если все единогласно решили идти дальше, какой у нас план?

– Ну, сегодня посидим в лагере. Мы с пацанами, – Леха кивнул на Диму с Русланом, – постараемся спрятать Петровича так, чтобы до него не добрались дикие животные, а завтра выдвинемся в путь. За два дня должны дойти до вершины, а дальше видно будет. В любом случае расслабляться не стоит. Примерно недели через две мы выйдем в тайгу. Дальше – еще три дня пути, если не заблудимся. Одним словом, дорога неблизкая, а прошли мы еще только четверть пути. Следующая неделя будет очень жесткой, потому что предстоит переход через горы, то есть целую неделю мы будем идти по морозу и снегам. Ну, хоть с водой проблем не будет.

– А что насчет еды? – решила уточнить Аланка. – Я не собираюсь есть птиц. Это может плохо сказаться на моем пищеварении. И еще, я пью только фильтрованную воду.

– Почему же тогда не взяла с собой фильтр? – с плохо скрываемым сарказмом спросила Дина.

– Вот только язвить не надо! – стервозно ответила Аланка, встряхнув волосами и расправив плечи. – Я что, виновата, что не могу употреблять в пищу те же помои, что и вы?

– Алан, ты бы сбавила обороты, – как бы невзначай предостерег Димон. – Вот попадешь в беду, и никто из них тебе не поможет, потому что ты не считаешь их за людей.

– Ой, я тебя умоляю! Что со мной может случиться? – фыркнула девушка.

– Смотри, не сглазь, – подначил я. Аланка состроила мне рожицу и продолжила зашивать один из спасенных спальников. Леха хмыкнул. Руслан, покачав головой, в очередной раз перекатил во рту соломинку.

– Что ж, раз все решили, Стас, идем в палатку. Мне надо осмотреть твои раны и сменить повязки, – объявила Дина.

– А можно я не буду участвовать в захоронении Петровича? Такая работка не по мне, – жалобно проскулил Димон.

– А что в этом такого? – удивился Леха.

– Ну… это же… труп, – сделав страшные глаза, пояснил он. Я хмыкнул. Да, эта работка и впрямь не для парня, чей папа может запросто купить эти земли. Стать гробовщиком после того, как всего пару недель назад катался на «Феррари» – какая ирония.

– Так, идем, разнеженный ты наш, – поднимаясь с бревна, поторопил Димона Леха. – Ты сам согласился не отступать. И коль уж я теперь главный, то мне понадобится помощник.

Дима обреченно застонал и, неохотно поднявшись, вяло побрел за Русланом и Лехой к огромному валуну.

– Если меня стошнит на вас, вы сами будете виноваты, – предупредил он. Затем друг бросил на меня странный взгляд и отвернулся.

– Идем, Стас, – снова позвала Дина. – Не переживай, с Димой все будет в порядке.

Если честно, на состояние Димона мне сейчас было наплевать. Сильнее меня волновало, почему он только что так на меня посмотрел?! Он же радовался тому, что я выжил, а сейчас смотрел так, словно хотел сбросить меня со скалы. Или похоронить вместе с Петровичем… Б-р-р-р! Да не, не способен он на такую жестокость. Хотя, если мой друг задавался целью что-то заполучить, никто и ничто не могло его остановить. Иногда я даже завидовал его упорству, потому что я подобной силой воли не отличался. И все же, почему он так странно, можно сказать, с завистью посмотрел на меня? Что это значит?

Отложив пустую тарелку, я залез в приоткрытую Диной палатку. Девушка разулась и залезла следом.

На всю процедуру ушло около часа. Дина осмотрела все мои раны: на голове, на груди, на спине и на ногах. Некоторые из них повязки уже не требовали, но голову и часть груди пришлось перебинтовывать. Кисти рук тоже пришлось обработать по-новой. Но в целом, по словам Дины, я очень быстро шел на поправку. Прошло всего два дня, а у меня уже есть улучшения, и это не может не радовать.

– Тебе бы сейчас желательно побольше лежать и не перенапрягаться физически, – проинструктировала Дина, снова помогая мне надеть свитер через голову. – Но времени у нас нет, поэтому придется залечиваться по дороге.

– Моя жизнь теперь в твоих руках, – хмыкнул я. Дина улыбнулась.

– Да уж, придется тебе доверить свою жизнь неопытной девчонке, которая еще даже институт не закончила, – сокрушенно покачала головой девушка, поправляя под свитером бинты на моей груди. От ее прикосновений стало щекотно, и я прыснул со смеху. – Думаешь, я плохо справляюсь с тобой?

– Нет. Ты отлично справляешься, – поспешил заверить я. – По крайней мере, раньше я не слушал никаких врачей.

– А меня слушаешь, – делано поразилась Дина, качая головой. – Сильно однако походы меняют людей.

«А может не походы их меняют», – промелькнуло у меня в голове. Под моим внимательным взглядом, Дина очаровательно засмущалась и неловко улыбнулась.

– Все, – сконфуженно произнесла она, стараясь не встречаться со мной взглядом. – Можешь отдыхать и делать, что хочешь. Вечером пройдешь осмотр еще раз, – схватив грязные бинты, девушка поспешно вылезла из палатки. Я поймал себя на мысли, что улыбаюсь, как идиот. Какая же она все-таки красивая! Аж дух захватывает. А это что? Неужто птицы поют? Странно. Они пели все утро или решили проявиться только сейчас?

Выбравшись из палатки, я на ватных ногах побрел к костру. Внезапно захотелось совершить какой-нибудь подвиг, чтобы Дина снова посмотрела в мою сторону и улыбнулась. Но что сделать? Может, помочь ей со спальниками? Да нет, я шить не умею, да и от рук моих сейчас никакой пользы.

Не успел я дойти, как буквально у меня под носом, на бревно рядом с Диной уселся Димон с иголкой и нитками в руках.

– У тебя, наверное, руки уже устали, – услужливо поинтересовался он, кивнув на спальник. – Давай, я закончу.

– О! Как мило, Дима. Я и не знала что ты умеешь шить, – умилилась девушка, протягивая ему другой конец спальника и продолжая шить.

– Да тут многого знать и не надо, – отмахнулся Димон, ехидно взглянув на меня.

Я невольно закатил глаза. Тоже мне подкат! Ничего лучше придумать не смог, да? Лучше бы ты ее на руках носил, кретин, у нее же ноги болят!

На земле, рядом с Диной и Димоном, положив голову на бревно, а под тело подсунув пенку, лежал Руслан с Диминой книжкой по выживанию в руках. Посасывая соломинку (интересно, и откуда он их все время берет?), парень лениво перелистывал страницы, щурясь от солнца. Позвякивая колбочками и баночками, по поляне носился Донован, стараясь поймать одну из летающих вокруг бабочек. Аланка дремала в палатке, а Леха рубил на части огромные бревна, запасая топливо в дорогу. Когда бревен набиралось достаточно много, проводник раскладывал их сушиться вокруг костра, а сухие откладывал в сторону.

«Вот она – лагерная жизнь во всей своей красе», – про себя подумал я.

И так умилила меня эта картина, что, подкатившая было злость на Димона, неожиданно прошла. Слишком уж мирно было сейчас в лагере и конфликтовать совсем не хотелось.

ГЛАВА 6

Вечером мне снова сделали перевязку. На ужин была лапша с консервами. Было хоть и мало, но вкусно. Потом Руслан сыграл на гитаре какую-то не очень веселую песню, и мы помянули Петровича. А ночью снова было организовано дежурство. Меня от этой обязанности освободили, так как мне полагалось отсыпаться. Как и предыдущей ночью, компанию мне в палатке составляла Дина. На всякий случай, вдруг плохо станет. От девушки меня отделял лежащий между нами рюкзак, но ее сопение я слышал отчетливо. Тихое и прерывистое. Сон опять не шел, и какое-то время я просидел, смотря на спящую девушку. Во сне она была не менее прекрасна, чем во время бодрствования. Волосы спутались и разметались по спальнику, длинные ресницы чуть подрагивали, а из приоткрытого рта стекала небольшая слюнка. Раньше я наверняка испытал бы отвращение, но сейчас меня это умиляло. Хотелось лечь рядом и сгрести ее в объятья, чтобы ей было теплее, но я сдержался. Это было бы неуместно.

***

Утром солнце скрылось за облаками, но было по-прежнему тепло. Мы собрали вещи, затушили костер. С минуту постояв над временной могилой Петровича, двинулись в путь, приготовив оружие для защиты от диких зверей.

Я не помню, как долго мы шли, но через какое-то время, местами на дороге начал попадаться снег, причем в более крупных масштабах, чем ранее. С горы дул очень холодный сильный ветер, поэтому идти нам помогали специальные палки для альпинистов. С утра я не перекинулся с Димоном и словом. Не знаю почему, но мне начало казаться, что он меня не то избегает, не то просто игнорирует. Раньше такого никогда не случалось, но он явно был чем-то недоволен. И этим «чем-то», а точнее, «кем-то», похоже, был я.

Вскоре чернозем закончился, и мы словно переместились в мир вечной мерзлоты. Деревья здесь были покрыты толстенным слоем снега, а ноги тонули в белоснежных сугробах. Сперва по щиколотку, потом по голень, затем по колено. Из-за подъема и увеличения давления стало тяжелее дышать. Воздух же стал настолько холодным, что пришлось закутаться в шарф и плотнее застегнуть зимние куртки. Я еле-еле смог натянуть на руки теплые перчатки, да и палки держал с трудом. Было по-прежнему пасмурно. Иногда с неба начинал падать снежок, но быстро прекращался. Очень долгое время мы шли по лесополосе. Приходилось обходить заснеженные деревья, а местами пробираться через сугробы, которые, к этому моменту, стали нам уже по пояс. Леха шел впереди, как обычно прокладывая дорогу. Следом за ним шли Руслан, снова начавшая канючить Аланка, после – Донован, Дина, я, и замыкал наше шествие Димон.

В какой-то момент пришлось сделать внеплановую остановку – у Руслана разболелась голова, и пошла носом кровь. Еле живой, чуть ли не захлебываясь ею, парень расположился под деревом, под ругань Аланки, внезапно начавшей выяснять отношения с Диной.

– Мы просто обязаны сделать привал на пару часов, а если ему не полегчает, придется спускаться обратно! – настаивала Дина, сидя в снегу на коленях и роясь в аптечке.

– У нас нет столько времени, круги наворачивать! Поднялись, спустились, снова поднялись и опять спустились! Мы уже третий день не можем добраться до нужной точки! – возмущалась в ответ Аланка прямо над ухом копающегося в своем рюкзаке Лехи. – Это же анархия! Я не могу даже думать в таком хаосе! Леха, ну хоть ты ей скажи!

– Успокойся, Алан, – попросил Леха, морщась от девчачьего визга. – Уверен, нам не придется возвращаться; сейчас мы посидим, малясь акклиматизируемся и пойдем дальше. Организмы у всех разные, этот фактор необходимо учитывать.

– Это безобразие! – истерично взвизгнула Аланка. – Это высшая степень безобразия! Почему я вынуждена терпеть это?! Леха, ты уволен!

– Я работаю не на тебя, Алана, – подчеркнуто спокойно ответил проводник, выпрямляясь во весь рост, – а на Стаса. А он не уволит меня, пока я не доведу вас до Казахстана. И если ты чем-то недовольна, тебя никто тут не держит. Берешь рюкзак и возвращаешься той же дорогой, которой мы пришли. Будешь продолжать ныть, мы оставим тебя тут, и гори ты синим пламенем. Поняла?!

Аланка аж задохнулась от возмущения. Еще никто не позволял себе разговаривать с ней втаком тоне! А Леха посмел! Выпишу-ка я ему премию, что ли, за то, что наконец-то поставил ее на место. На моей памяти он первый, кому это удалось.

Поджав губы и тряхнув белоснежными кудрями, выбившимися из-под белой шапки, возмущенная до глубины души Алана, под пристальным взглядом Лехи, гордо прошествовала к своему рюкзаку и достала оттуда термос с чаем. Бросив на меня страдальческий взгляд, попавший в опалу проводник снова присел на корточки и продолжил регулировать лямки рюкзака.

Через какое-то время Руслан пришел в себя. Кровь из носа удалось остановить. Дина дала ему пару таблеток от головы, и вскоре парень снова был готов покорять вершину. Через два часа мы выдвинулись дальше. Правда, теперь недомогание началось у меня. Когда головная боль усилилась настолько, что игнорировать ее стало невозможно, мы с Диной слегка отстали от отряда. Девушка шла рядом, готовясь в любой момент затребовать остановку, если мне вдруг совсем поплохеет. Голова кружилась около часа и прошла только после трех таблеток и пятнадцатиминутного перерыва. С горы набежали темные тучи, и небольшой снежок, который начал падать с неба, очень быстро перерос в метель. Какое-то время от сильного ветра нас защищали деревья, но потом лесополоса закончилась, и дальше были лишь крутые заснеженные склоны, без единого деревца, с торчащими из-под снега камнями.

Еле переставляя ноги, мы шли друг за другом, обвязавшись плотными веревками. Разыгралась настолько сильная метель, что приходилось пригибаться почти к самой земле. Бедному Лехе, наверное, было тяжелее всех. Мало того, что он шел первым, прокладывая через сугробы дорогу, так еще и уставших девчонок, которые были привязаны к нему сзади, тащил за собой. Димке достался балласт в виде Донована. В метель нашему горе-ученому изучать было нечего, так что он покорно шел за Димоном, иногда неуклюже падая в снег и затягивая за собой моего друга. Меня же за веревку тащил Руслан. Мы замыкали шествие и, как выразилась Дина, приглядывали друг за другом.

– Что думаете насчет ночлега? – перекрикивая вьюгу, спросил Димон, когда мы остановились на привал. Чтобы нас не снесло ветром, пришлось укрыться от метели за огромным камнем. Было так холодно, что от одного дыхания наши шарфы и шапки покрывались инеем. С костром решили повременить. Откровенно говоря, я, вообще, слабо представлял, как ребята собирались его развести в таких погодных условиях. Разлив по крышечкам от термоса горячий чай, мы немного отогрелись и подкрепились батончиками.

– Я предлагаю пройти еще пару километров. Если метель не стихнет, будем разбивать лагерь в какой-нибудь расщелине, – так же громко проорал Леха. – В любом случае скоро стемнеет и идти дальше будет опасно.

Я украдкой вздохнул. Если бы они знали, скольких усилий стоил мне хотя бы один шаг! Со схода селя прошло всего два дня, и мое тело до сих пор страшно ныло, и каждый шаг отдавался сильной болью в коленях, а всякий раз, когда нужно было надеть перчатки казалось, что по рукам бьют раскаленными розгами. Вдобавок еще и голова постоянно пульсировала.

– Если кто-то чувствует себя нехорошо, лучше скажите сейчас, и мы остановимся на ночлег, – громко сказала Дина, обводя присутствующих взглядом.

Господи! Как же мне хотелось попросить передышки, но не мог же я разныться, как маленькая девочка. Это не по-мужски!

– Ну надо же! – с уважением проговорила девушка, когда никто из нас не проронил ни слова. – Не знала, что вы окажитесь такими крепкими.

– А то! – залихватски отозвался Дима. Я едва сдержался, чтобы не фыркнуть.

– Отлично! Тогда пройдем еще километра два и поищем ночлег, – подытожил Леха, доставая из рюкзака налобный фонарик и надевая его на шапку. – Да, и смотрите себе под ноги. Мы можем выйти на ледник, сами того не заметив.

– Что такое ледник? – поинтересовалась Аланка.

– А ты подумай, – протянул Дима. – Ледник, от слова «лед». Ледяная площадка на склоне горы.

– О! Кто-то делает успехи в области географии, – присвистнул Руслан, тоже доставая фонарик.

– Геодезии, если быть точнее, – поправил его Димон.

– Без разницы. Ты говоришь не о деньгах, и это уже прогресс, – Руслан хмыкнул. – Глядишь, такими темпами в Казахстане мы передадим твоему отцу монаха, уверовавшего в бога.

– Ржу не могу! – бесцветным голосом отозвался Димон. – Чего ты ко мне прицепился вообще?

– А будь я девчонкой, мое внимание тебе польстило бы, – как бы невзначай заметил Руслан.

– В каком это смысле? Не понял, ты че, гей, что ли? – взвился Дима. – Я спал в водной палатке с геем?! Как мне теперь братве в глаза смотреть?!

– Умерь свой пыл, гомофоб, – закатил глаза Руслан. – Я не гей. Просто говорю по фактам. Как есть.

– Никого не интересует, что ты там говоришь, – хмуро буркнул Димка, все-таки немного успокоившись.

– Ой, а кто это тут засмущался от внезапной похвалы? – хмыкнул Руслан. – С чего бы вдруг? Что, мамочка с папочкой дома не хвалят?

– Ну у меня-то хотя бы есть дом, в который можно вернуться! И родители! А у тебя, походу, ни того, ни другого, – огрызнулся Димон. Донован с Лехой резко перестали хлюпать чаем. Пытавшаяся спрятать под шапку волосы Аланка замерла, так и не завершив процесс. Дина, неловко отведя взгляд в сторону, принялась убирать остатки батончика обратно в рюкзак. А мне вдруг захотелось со всей силы ткнуть Димона в бок, но поганец сидел слишком далеко.

Посмотрев на Димона с прищуром и вставив в рот очередную соломинку (я серьезно, откуда он их берет?!), Руслан немного помолчал и вдруг улыбнулся.

– Метко целишься, лисяра, – с достоинством проговорил он. В его голосе не было обиды, наоборот, он как будто был доволен тем, как именно огрызнулся на него Димка. – Хочешь ударить меня, да?

– Мечтаю, – буркнул Димон, с остервенением пытаясь застегнуть рюкзак.

– Ну так ударь, – с вызовом проговорил Руслан.

– Ну уж нет. Я, пожалуй, буду выше этого, – пробурчал тот. Улыбка Руслана стала шире, он переглянулся с Лехой. В какой-то момент мне показалось, что все это постановка. Руслан что, специально провоцировал Димона на ссору, чтобы посмотреть, как тот отреагирует?

– Все, хватит прохлаждаться. Еще немного, и мы примерзнем друг к другу, – поднимаясь, прервал перепалку Леха. – Пора либо двигаться дальше, либо разбивать лагерь. Спать охота.

И мы снова двинулись в путь. Скрытое за облаками солнце, видимо, окончательно опустилось за горизонт, так как в какой-то момент стало совсем темно. Метель усиливалась, и мы шли со скоростью примерно пять шагов в минуту. Очень медленно! Но несмотря на черепашью скорость, я выдохся и даже вспотел. Когда мы снялись с последнего привала, казалось, что на улице не больше минус пяти, но чем дальше мы продвигались, тем ощутимее снижалась температура. Это меня нервировало. Я понятия не имел, как мы переживем эту ночь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.