Тампио
В поисках ушедших богов – 1
Глава 1
– Видишь, кирпичи чуть отличаются от соседних? – Павел ткнул пальцем в освещённое место на тёмно-красной стене
– Брось, тебе просто кажется, – Олег скептически взглянул в указанном направлении. – Вероятно, здесь циркуляция воздуха чуть лучше, вот они и светлее.
Два чёрных копателя стояли в туннеле одного из давно заброшенных подземных сооружений Калининграда и раздумывали о том, в какое из двух ответвлений им направиться. Сильные светодиодные фонари с минуту беспорядочно скользили по сводчатым стенам, пока один из приятелей не заметил что-то странное.
– Причём тут воздух? – недоумевал Павел. – Я о форме говорю. Взгляни, – вот длинные кирпичи, они старые, а вот короткие, более поздние. Форма изменялась на протяжении столетий в сторону уменьшения.
Олег всего второй раз был в старых немецких подземельях, и его опыта явно не хватало для того, чтобы замечать все нюансы. Неволей пришлось согласиться с приятелем, хотя особой разницы он не увидел. Короткие кирпичи или длинные… да какая разница? Пока Павел пытался простучать странную кладку, его напарник позволил себе затянуться сигаретой, хотя и убеждал всех знакомых, да и себя лично, что давно завязал, и с наслаждением принялся выпускать кольца дыма.
Всё началось год назад, когда из-за ковида двадцатисемилетний Олег Игумнов потерял работу. Небольшая мебельная фирмочка, где он работал, закрылась, не выдержав несколько месяцев простоя и почти моментального падения спроса на кухонные модули. Молодой человек работал кладовщиком и особенно не переживал о случившемся, так как надеялся, что всегда может устроиться куда-то ещё. Но внезапно оказалось, что люди без особых умений мало кому нужны, кроме муниципальных служб, конечно, где всегда требуются руки, умеющие подметать асфальт и стричь газоны.
Из нахлынувшей депрессии безработного Олега вытащило сообщение в социальной сети от бывшего однокурсника, который, как оказалось, уже давно занимался диггерством. Причина интереса банальна, – его приятеля подкосила всемирная инфекция, и срочно потребовался адекватный напарник, пусть и неумелый, но способный в случае чего хотя бы аптечку подать или в МЧС позвонить.
Олег и раньше интересовался изучением всяких там подземных коммуникаций и посещал разные сайты, где диггеры выкладывают хвастливые видеоролики со своими странствованиями. Молодого человека, как и многих других, интересовали найденные исследователями предметы, назначение которых было зачастую не понятно. А ещё больше его интересовала стоимость, за которую эти вещи находили своего покупателя. Да и чисто за компанию он мог порассуждать о разных исторических загадках.
Когда однокурсник Пашка написал ему в социальной сети и спросил, интересуется ли он историей Второй Мировой и мечтал ли когда-нибудь найти железный крест, то Олег понял, что его размеренная жизнь может круто измениться. Конечно, чуть позже Павел несколько разочаровался в выборе спутника, но время поджимало, и пришлось ехать в Белоруссию с этим неподготовленным человеком. Железный крест Олег, конечно, не нашёл, но пару немецких кокард и колечко с «мёртвой головой» заимел. Необычное приключение понравилось бывшему кладовщику и, преодолев несильное сопротивление товарища, смог напроситься во вторую вылазку.
Павел где-то прознал о заваленном входе в одну подземную калининградскую коммуникацию и ему нужна рабсила. Олег хоть и не производил впечатление человека, родившегося с лопатой в руках, но был надёжным, что иногда значит больше, чем физическая сила, хотя и последняя немаловажна, поскольку приходится таскать довольно нелёгкое оборудование в виде металлоискателей, мотков троса, лопат и прочего.
Вот и сейчас, когда Павел решил, что надо попытаться разобрать кирпичи, поскольку за стеной явно была пустота, пригодились взятые ломик и монтировка. Колотили диггеры стену попеременно, и когда кладка начала поддаваться, первый кирпич покинул своё место, а за ним и второй. Посветив в образовавшуюся дыру, названную Олегом в шутку технологическим отверстием, парни действительно увидели какую-то полость. С удвоенной силой они принялись за дальнейшую работу и примерно через час выдолбили проход, в который можно было пролезть, если очень постараться.
Первым пошёл, конечно же, Пашка, на всякий случай обвязавшись тросом. Его приятель не выпускал верёвку из рук и приготовился в случае сигнала вытаскивать напарника обратно. Обошлось. Через пару минут Павел стал принимать рюкзаки и оборудование, а потом и самого Олега. Внутри было так же темно, как и в самом туннеле. Хорошо хоть никаких посторонних противных запахов не ощущалось. Оглядевшись, Олег пришёл к выводу, что они находятся в каком-то довольно узком коридоре. Осторожно прощупывая пол, стены и потолок молодые люди двинулись по проходу, даже не подумав обсудить какие-то дальнейшие действия.
Коридор оказался не очень широким, и оба парня терялись в догадках, куда он может вести. Наконец показалась металлическая дверь, подобная той, что Олег видел за время прохождения службы в отдельной роте ПВО. Точно такие же герметичные двери закрывали вход в подземный пункт управления. К их радости, дверь была приоткрыта. За ней находился небольшой проход, ещё одна такая же открытая дверь, а далее – пыльное помещение метров пять на десять, в котором за паутиной и кучей каких-то полуистлевших бумаг стоял ещё крепкий деревянный стол. Пара стульев валялась рядом… и всё. Больше ничего в комнате не обнаружилось. Хотя нет, на стене висел длинный металлический карниз с тяжёлой портьерой.
Парни переглянулись и нерешительно шагнули к стене. За тканью показалась пустая ниша. Разочарование усилилось, и Олег уже собрался идти обратно, но голос Павла остановил:
– Смотри, какие странные балки.
– Где?
– Да вот, по периметру ниши.
Действительно, с четырёх сторон неглубокой ниши виднелись длинные каменные блоки, похожие на творение рук античных мастеров, поскольку были украшены растительным орнаментом. На левом вертикальном блоке, в полутора метрах от пола имелось выпуклое изображение ладони. Приятели недоуменно переглянулись.
– Я до ковида собирался в Турцию отправиться и примкнуть к экспедиции альтернативных историков-археологов, – вспомнил Олег. – Вот они в своих видеороликах часто подобные орнаменты показывали.
– Нет, это, скорее, камин, – стал спорить Павел. – Вот только у каминов имеется дымоход, а здесь сплошная стена.
– Его могли и заложить. В старых квартирах Петербурга имеется множество заложенных каминов.
– Смотри, на камнях виднеются какие-то стекляшки, – ткнул парень во что-то отбрасывающее свет. – И они огранены.
– Может, это немцы сделали? Фашисты проводили множество секретных экспериментов, и они даже в Антарктиде имели свои военные базы, – Олег собрался пересказывать краткое содержание передач РЕН-ТВ,
– Не фашисты, а национал-социалисты, – оборвал едва начавшееся словоблудие Павел. – Фашистами были итальянцы, а немцы – социалистами, что очень не нравилось Сталину, и он приказал называть родственное идеологическое учение фашистским.
Олег промолчал. Он готов простить своему приятелю многое, но всегда считал, что подобные речи ведут только антисоветчики, в лучшем случае, и русофобы, в худшем. Спорить в десятке метров под землёй о правильности именования тех, с кем воевали прадеды, он не считал необходимым. Вот выйдут наверх и за кружкой чая с коньяком снова начнут горячо дискутировать о том, чего не видели своими глазами.
– Идём обратно?
– Да, давай, – неожиданно легко согласился Павел.
Это немного удивило Олега, который уже привык к тому, что его приятель готов обстучать каждый подозрительный кирпич в поисках возможного тайника. Тот понял мысли товарища и пояснил:
– Продолжим идти по туннелю, и, если ничего не найдём стоящего, вернёмся сюда.
– Окей!
Олег понимал, что тратить время в этой пустой комнате будет довольно неразумно, если впереди их могут ожидать более интересные дела. Парни перебрались через узкий проход и снова встали перед дилеммой: выбрать правое или левое ответвление.
– Думаю, надо соблюдать правило правой руки, – решил Павел, как старший член их команды. – Не удивлюсь, если мы, вдоволь прошляясь, окажемся на этом же самом месте.
Делать нечего. Олег закинул на плечи лямки рюкзака, взял инструмент и потащился за Пашкой, который нёс только свой рюкзак. Обязанности каждого члена их небольшой команды были определены ещё в самом начале совместной деятельности, и ныть, что один тащит тяжести, а второй – лишь командует, смысла нет.
Под ногами неприятно чавкала жижа. Хорошо ещё крыс не видно и не слышно. Шагов через пятьдесят прямо в стене снова показалась гермодверь. Но она, к сожалению, была заперта и, как парни не старались, вскрыть её не представлялось никакой возможности.
– Как же национал-социалистические вооружённые немецкие рабочие открывали эту дверь?
– Вероятно, только изнутри, – Павел сделал вид, что не заметил явную подколку. – Наверное, здесь когда-то был телефон, по которому они и связывались с теми, кто находился за дверью.
Против такого предположения Олег не нашёл что возразить. Он был новичком, а Павел уже лет пять занимался поиском материальных следов Второй Мировой войны. Причём, с большой выгодой для себя, как это следовало из нечастых откровений, которыми делился заплетающимся языком после очередной кружки коньяка с чаем. Через пять минут парни, медленно продвигающиеся вперёд, заприметили ещё несколько подобных дверей, и лишь одна из них оказалась настежь открытой.
– Плохой знак, – после недолгого стояния перед открывшимся проходом произнёс Павел. – Не удивлюсь, если через эту дверь пошли несколько лет назад.
– Почему? – наивно спросил Олег.
– Потому что за ней ничего не нашли и решили продажей информации об этом подземелье хоть как-то возместить потраченные в экспедицию деньги. Но всё-равно, надо проверить, тем более, я дальше вижу тупик, и нам придётся возвращаться.
Как Павел и предположил, ничего интересного в комнатах, располагающихся за дверью, не обнаружилось. Лишь такие же деревянные столы и стулья. Даже портьер никаких не было видно. Приятели потратили немало времени, простукивая стены, но ничего так и не нашли. Разочарованные, они двинулись обратно в сторону развилки. Выбрав теперь левый проход, горе-диггеры пошли было по нему, но почти сразу наткнулись на завал, разобрать который вряд ли смог бы и стройбат.
– Ну что же, возвращаемся к камину и всё там простучим, – зло решил Павел. – Я десять тысяч отдал за карту и всё коту под хвост!
Олег решил никак не реагировать на эти слова, поскольку знал, – его приятель всегда становился чрезмерно нервным, когда понимал, что сильно лоханулся, но когда до Павла доходило, что его ещё и поимели, то он просто зверел.
Обратно возвращались молча. Один подсчитывал прямые убытки, а второй – пролетевшую, как фанера над Парижем, прибыль. Согласно их уговору, все расходы на поездку оплачивал Павел, но и долю добычи брал себе львиную. Вот и пробитый ими проход. Пришлось снова залезать и перетаскивать снаряжение.
Как обычно, Олегу досталась левая часть стены, поскольку Пашка, когда был в хорошем расположении духа, часто шутил на тему их имён, как бы намекающим, что Олег – левый, а Павел – правый. Но вот именно сейчас бывший кладовщик не имел ничего против, поскольку его часть стен по длине была короче, если выбрать границей странный камин. Чтобы не мешать друг другу, Павел прошёл в комнату и начал двигаться в обратную сторону, внимательно простукивая чуть ли не каждую пядь стены. Олег, которому тоже были нужны деньги, прислушивался к отзвуку не менее внимательно.
Стоит ли удивляться, что от ритмичных звуков в закрытом помещении у Олега разболелась голова, и он умудрился сильно содрать с ладони кожу, зацепившись за какой-то незаметный гвоздь.
– Замотай бинтом, – посоветовал Павел, подошедший получше послушать ненормативную лексику, – а то ещё заражение будет.
– Ерунда, – легкомысленно отозвался приятель. – На мне всё заживает, как на собаке. Да и осталось простучать-то всего немного, пару метров.
– Ну-ну, – только и ответил на это умудрённый опытом диггер.
Говоря о паре метров. Олег порядком расслабился, и лишь для виду немного поколотил по стене. Ясно, что здесь никаких тайных полостей нет и находки, если и будут найдены, то не в этот раз.
Задумавшись о грядущем безденежье, Олег опёрся раненой ладонью о камин… Яркий луч от налобного фонаря превратился в какое-то расплывчатое сияние… Парню показалось, что полупрозрачные стёкла, которые были вставлены в камни, вспыхнули, и всё тело тряхнуло как от удара током…
***
Когда Олег очнулся, то понял, что лежит на чём-то твёрдом и голова сильно гудит, как от удара киянкой. Откуда он это знает? Как-то на работе проходил мимо одного длиннорукого сборщика мебели, а тот зачем-то размашисто замахнулся перед очередным ударом по кухонному модулю и попал своим резиновым молоточком кладовщику почти по макушке. Прозвучало много матов, стонов и причитаний, но их директор сделал морду кирпичом и отказался оплачивать те дни, которые Олег вынужден был отлёживаться дома, вместо того, чтобы сразу идти в травмпункт. Кстати… именно директор и отговорил его от оформления официального больничного, типа «на тебе всё заживает, как на собаке».
Странно, но Олег не слышал никаких звуков, а ведь рядом должен быть Павел. Попытки повернуть голову привели лишь к тому, что в другой стороне завиделся дневной свет. Откуда он взялся? Здесь же подземелье и до выхода на поверхность идти метров двести.
Тупая боль прошла быстро, и Олег понял, что большинство неприятных ощущений он сам себе надумал просто из-за тупой боли в голове, но тело было целым, и только поцарапанная ладонь саднила. Парень приподнялся, чуть покачиваясь, и потянулся за фонариком, слетевшим с головы. Тот валялся в метрах трёх и светил в пустоту. Олег надел его снова и почти сразу нашёл поблизости рюкзак. Как он тут оказался? Ведь был на плечах. Ладно, надо выбираться, идя на свет, хотя всё это довольно странно. Может Павлу удалось найти какой-то проход с прямым выходом наверх? Сомнительно, но возможно. Олег брёл пошатываясь, и не узнавал прежнее подземелье. Вперёд! Наружу, к цивилизации… а со всем остальным он разберётся позже вместе с приятелем.
Наружа тоже показалась странной, – лес и ничего более. Должны же быть поля, а невдалеке довоенные немецкие дома. Может, это другой выход? И где Павел? Олег громко позвал приятеля, но он не отзывался. Пришлось возвращаться в подземелье и снова кричать. Лишь эхо было ему в ответ. Ушёл за помощью? Но скорая по лесу не ездит. И главный вопрос: куда идти?
Олег достал смартфон и заметил, что метки-палочки, показывающие уровень приёма, отсутствуют. Час от часу не легче. Вот тебе и цивилизация, вот тебе и конец первой четверти двадцать первого века! Как будто во времена СССР попал. Нет, он знал, конечно, что Калининградская область не самый развитый регион РФ, но не настолько же, чтобы рядом с крупным городом были зоны, где напрочь отсутствует мобильная связь. Надо оглядеться и искать путь к городу самостоятельно. Ну а потом можно и с Павлом созвониться. Подземелье, куда они спускались, вроде бы, находился южнее Калининграда. Окей, значит надо держать путь на север, тем более, что дальше реки со странным названием случайно пройти не получится.
Лес не был густым и просматривался довольно на приличном расстоянии, но Олега всё равно что-то напрягало. А вот что именно, он никак не мог понять, пока не достал из рюкзака шоколадный батончик и, расправившись с ним за несколько укусов, засунул обёртку в задний карман. Точно! В лесу чисто. Нет ни бутылок, ни фантиков, никаких покрышек и строительного мусора, которые люди, взахлёб рассказывающие в социальных сетях о чистой Европе, нисколько не рефлексируя оставляют в российском лесу. Неужели здесь, в окружении стран Евросоюза, живут люди, которые научились не мусорить, вместо того, чтобы во всех своих неприглядных поступках обвинять власть? Хорошо, если так.
Парень прошёл часа два, пока до него не стало доходить: или он идёт не туда, или Калининград находится не в том направлении, какое было выбрано. Хмм… отмахнувшись от занудной мысли, что это одно и то же, Олег продолжил движение. В любом случае он должен куда-то да выйти, поскольку тут везде дороги, и надо очень постараться, чтобы после четырёх-пяти часов не наткнуться хоть на какую-нибудь.
Дорога нашлась примерно через час. Парень даже присвистнул, когда увидел её. Да, раньше он довольно скептически воспринимал написанное в соцсетях о немецком качестве, но сейчас был вынужден признать, что выложенная камнем дорога неплохо сохранилась, хотя её обочины и сильно заросли кустарником. Выбрав западное направление, – там Балтийское море, – успокоившийся Олег зашагал, посвистывая популярный мотив.
Что свист в русской культуре является плохой приметой, парень вспомнил позже, когда из-за кустов вышли бомжи с палками в руках и перегородили ему путь.
Глава 2
Олег хоть всегда и относился к бомжам с некоторым сочувствием, но предпочитал никак с ними не пересекаться в обыденной жизни. Сейчас же эти лица без определённого места жительства могли пригодиться в качестве источника полезной информации.
– Мужики, – весело обратился к бородачам Олег, – куда ведёт эта дорога?
Те недоуменно посмотрели друг на друга, и покрепче перехватили палки. Парню вдруг вспомнились рассказы отца об армии. В его части служило много литовцев, и те довольно болезненно воспринимали слово мужик, в качестве обращения. Оказалось, что для них это было неким оскорблением типа деревенщина.
– Я не хотел вас обидеть, – поднял Олег обе руки в качестве примирительного жеста. – Я просто хочу узнать, как быстрее добраться до Калининграда. Это, ведь, Калининградская область или я случайно перешёл границу?
Бородачи остановились и снова переглянулись. Обменявшись словами на неизвестном языке, они продолжили приближаться. Когда между ними и Олегом осталось метров пять, парень потянулся рукой к фомке, выглядывающей из полурастёгнутого рюкзака.
– Не шалите! – как можно жестче произнёс заблудившийся диггер. – Проблемы не нужны никому.
Последние слоги он почти прокричал, делая замах и шаг в сторону, пропуская первого и ударяя по рёбрам второго. Затем ещё пару шагов в сторону, полуоборот с одновременным ударом гвоздодёра в живот того, кто уже успел развернуться. Пока третий стоял и шевелил извилинами в попытках осознать изменившийся расклад, Олег ткнул его острым концом в грудь.
Парень не был качком и не занимался единоборствами, а просто со страху делал то, что не раз видел в различных фильмах. Удивительно, но это у него получилось. Оглянувшись и не заметив никаких новых лиц, Олег бросил взгляд на корчившихся на дороге людей, ругающихся на незнакомом языке. Этот язык был похож на литовский, поскольку слова иногда заканчивались на звук с, да и польское пшеканье замечено не было. Где он оказался? Литва? Латвия?
Бомжи упорно не хотели говорить по-русски, хотя всем известно, что несмотря на русофобию прибалты сразу вспоминают великий и могучий когда это становится им выгодно. Сейчас же ситуация именно такая. Олег даже пару раз сделал ложный замах фомкой, в надежде услышать хоть русский мат. Нет, его определённо не понимали.
Оставив незадачливых хулиганов самим залечивать свои раны, парень пошёл дальше, лишь изредка оглядываясь, но бомжи не предпринимали никаких попыток его догнать и вскоре исчезли из виду. Заметив, что один из концов гвоздодёра заляпан кровью, парень вытер её о траву и больше не выпускал друга всех автолюбителей и взломщиков из своих рук.
Прошло часа три, если верить смартфону, который упорно не видел вышки мобильной связи. Олег подустал и снова перекусил шоколадным батончиком. Потом вытащил из рюкзака все вещи и провёл ревизию. У него были: фомка, фонарь, смартфон, пять шоколадных батончиков, упаковка жевательной резинки, запасные носки, футболка, упаковка медицинских перчаток, несколько шариковых ручек и карандашей, блокнот, небольшая бутылочка минералки, бейсболка, как бы швейцарский складной нож, алюминиевые ложка и вилка, упаковка антибактериальных салфеток, пара тканевых платков, йод, бинт, бактерицидный лейкопластырь, набор необходимых от разных дорожных неприятностей таблеток, кошелёк с банковскими картами, бумажными и металлическими деньгами, пачка презервативов. А вот небольшого ломика не было. Вероятно, он выпал из рук при падении.
Олег хмыкнул и убрал всё обратно. В карманах брюк и куртки была обнаружена всякая ерунда, которая обычно скапливается у каждого человека, не испытывающего необходимость избавляться от мелких вещей. Передохнув минут пятнадцать, парень ещё раз посмотрел на смартфон и увидел, что заряда осталось 54%. Подумав, Олег перевёл его в ультраэкономичный режим, автоматически отключив многочисленные приложения и оставив лишь звонилку. На экране высветилось сообщение: заряда хватит на 46 часов 5 минут. Отлично! За это время он всю Калининградскую область вдоль государственной границы обойдёт.
Через два часа лес резко закончился, и показалось поле, за которым виднелись строения. Ура, цивилизация! Парень прибавил шагу и через четверть часа чуть не вбежал в деревушку, но тут же остановился. Местные дома совершенно не походили на те привычные, которые он видел-перевидел в Ленинградской области. От немцев осталось, наверное. Странно только, что нигде не видно автомобилей или хотя бы мотоциклов и велосипедов. Да и на домах не заметно ни антенн, ни спутниковых тарелок. Даже столбов с электрическими проводами нигде не видать. Куда он попал?
– Здравствуйте! – как можно дружелюбнее обратился Олег к стоявшей у побелённого дома беременной женщине. – Скажите, где-нибудь поблизости есть автобусная остановка или железнодорожная станция?
Ответа он не дождался, так как женщина просто повернулась и вошла в дом. «Недружелюбный тут народец, однако. Странно, ведь немцев отсюда вывезли сразу после войны», – подумал парень и обомлел. На пересечении двух дорог он увидел небольшой псевдоантичный храм, как это было понятно по небольшим камням, из которых он был возведён, а рядом с ним красовалась статуя Зевса, в полтора человеческих роста! То, что это именно Зевс-Громовержец, а не Геракл или Посейдон какой-нибудь, Олег понял сразу, – недаром же он раз в три года посещает Эрмитаж, дабы друзьям в социальных сетях утвердительно отвечать на вопрос «Ходит ли он по музеям?»
Да, без сомнения, это олимпийский бог. Вот и длинная палка у него в одной руке и нечто похожее на молнию в другой, а в ногах сидит какая-то птица. Ну да, это был орёл, тот самый, который выклёвывал печень у Прометея за то, что титан подарил людям огонь. Но Олег поразился даже не тому, что в какой-то деревеньке, пусть и имеющей вполне картинный европейский вид, перед которым обычно любят фотографироваться туристы, имеется такая статуя, а тому, что она была раскрашена цветными красками. Причём, это не позорное вандальное граффити, а вполне добротная работа, хоть местами и выцветшая.
Перед статуей стояла старушка и о чём-то с ней говорила. Парень прислушался. Опять неизвестный язык. Блин! Да это же латынь! В старых советских фильмах и спектаклях врачи и разного рода шарлатаны говорили примерно так же, акцентируя внимание на конечный звук с. Олег ущипнул бы себя, но уставшая рука, до сих пор держащая гвоздодёр, явно давала знать, – он не спит. Оглянувшись, парень заметил в оконных проёмах ближайших домов лица, внимательно смотрящих на него. Он не сразу понял, что во всём этом не то и лишь присмотревшись, осознал, – в окнах не было стёкол.
Казавшаяся пустой деревня на самом деле не была безжизненной. Вот улицу пересёк табун подростков, не обративших на Олега никакого внимания, затем мимо проехала грубовато сделанная телега, запряженная лошадью с довольно толстыми ногами, и ею правил мужчина в странной одежде, больше похожей на тунику, чем на известные немецкие шорты, рубашку и гольфы.
От переизбытка необъяснимой информации Олег начал снова ощущать сильную головную боль, и пришлось усесться на скамейку, находившуюся поблизости от беседки. Достав цитрамон, парень запил таблетку водой и решил немного отдохнуть, а заодно и получше рассмотреть окружающий его маскарад.
Деревенька оказалась небольшой, и народ в ней реально жил, а не изображал трудолюбивых крестьян и беспечных селянок. Во-первых, видны некоторые дома, нуждающиеся в серьёзном ремонте, что недопустимо в традиционных туристических местах. Во-вторых, одежда большинства людей была довольно грязноватой, как и их руки-ноги. В-третьих, на пыльных дорогах лежало довольно много коровьего навоза. В-четвёртых, дети. Почти все кинофильмы про Средневековье не учитывают то, что в те времена по улицам ходило немалое количество беременных женщин и детей. Противозачаточных средств не было же!
Олег стал систематизировать новую информацию, и ему на ум пришло только одно слово – попадалово. Он попал. Причём, попал буквально. То каменное сооружение в старом немецком подземелье было порталом, который он каким-то образом активировал. Точно! Он опёрся рукой на знак открытой ладони и сразу переместился в пространстве. Другого объяснения нет, если только всё окружающее не является плодом больного воображения.
Сколько раз парень, читая книги о попаданцах, смеялся не столько над множеством роялей в кустах, а над тем, как просто люди попадают в параллельные миры. А вот теперь он и сам находится в непонятном месте, и не видно никаких дружелюбных аборигенов, сразу готовых бежать ему на помощь и вводить в курс дела на понятном попаданцу языке. Если это фантазийный мир, то где прекрасные эльфийки и грубые, но добрые глубоко внутри гномы? Где драконы? Где зáмок барона, который, судя по книгам, должен быть чуть ли не рядом с каждой деревенькой?
Скорее всего, этот мир не фантазийный, и у Олега никогда не будет своего гарема с пышногрудыми девственницами, всегда ведущихся на харизму любого земного попаданца, каким бы ботаном он не был у себя на родине. Ладно, это ещё как-нибудь можно пережить, а вот если это просто другой мир, то надо в нём устраиваться со всей осторожностью, понимая, что он здесь чужой и звать его никак. Более того, рано или поздно он напорется на стражников, а те всегда довольно тупые и агрессивные, хоть в параллельных мирах, хоть в фэнтези.
Значит, надо раздобыть местную одежду, как не противно было смотреть на имеющиеся фасоны, и прикинуться немым аборигеном. Вот только где найти шмотки, если сами жители ходят в довольно неприглядных костюмах? Скорее всего, лучше свалить отсюда, пока на него не вышли с вилами или с чем-то более серьёзным.
Олег встал и, как ему не хотелось отдохнуть и поесть нормальную еду, поспешил вон из поселения, с каждым новым шагом замечая следы разрухи и неустроенности, которые не бросались в глаза поначалу. Лишь проходящая мимо светловолосая девушка ненадолго завладела его вниманием почти симпатичным личиком, но была она больше похожа на оголодавшего человека, чем на посетительницу октоберфеста.
Парню повезло, – его никто не остановил, и он сумел покинуть псевдонемецкую деревню без происшествий. Теперь надо решить, куда идти дальше и стоит ли вообще уходить далеко от найденного поселения, учитывая, что он довольно долго шёл по лесу? Как Олег не старался, он не мог понять какое здесь сейчас время года. В любом случае это не ранняя весна и не поздняя осень, и, уж тем более, не зима. Это хорошо, поскольку иначе бы он замёрз ближайшей ночью. Хотя, откуда ему знать, какие здесь зимы. Может, тут как в известной ему Греции, – вроде бы и холодновато, но покемарить можно. А камуфляжная куртка у него была довольно утеплённая, поскольку в подземельях всегда холодно и сыро. Жаль, что это не РеалРПГ, тогда бы его куртка уж точно давала бы +2 к незаметности и +5 к защите. Олег даже засмеялся в голос от такой глупой мысли. Расставаться с привычной одеждой не хотелось, значит, надо держаться вдали от густонаселенных мест, если в этом мире таковые вообще имеются.
Парень шёл по дороге, проложенной сквозь поле, и не мог понять, засеяно ли оно или на нём растёт лишь неизвестная ему трава. Ну да ладно, потом разберётся. Если в лесу найдёт ягоды-грибы, то уж точно тогда сейчас вторая половина лета. Вот только он не знает насколько всё тут съедобно или ядовито. Значит, надо найти фруктовые деревья, плоды которых уж точно можно съесть. Вот только в деревне он таковых и не заметил.
Олег остановился, увидев, как в том же направлении не спеша идёт человек с посохом в руке. Что делать, уйти в сторону или остаться? Пока попаданец размышлял, мужчина поравнялся с ним, разглядывая одежду, обувь и рюкзак. На лице путника не было никакого страха или агрессивных эмоций, а только любопытство. Парень не придал особого значения тому, что мужчина, чем-то похожий на Гэндальфа, часто заморгал, как обычно поступают люди, которым в глаз попала ресница или песчинка.
Затем незнакомец обратился на том же странном языке, что и бомжи. Олег лишь жестом попытался показать, что не понимает. Странно, но это совсем не смутило мужчину, и он снова заговорил. Судя по звукам, это был совсем другой язык, отдалённо напоминающий немецкий. Парень знал на нём лишь Гитлер капут, дойчланд юбер аллес и нихт ферштейн. Последнюю фразу он и произнёс, не надеясь на понимание.
Однако отдалённая копия Гэндальфа что-то поняла и улыбнулась, продолжая спрашивать на различных языках, причём многие из них были гортанные, как кавказские и тюркские. Тогда попаданец решил облегчить жизнь человеку и произнёс фразу на русском, являющейся известной цитатой из «Мастера и Маргариты» о том, что никогда не надо ничего просить у сильных мира сего.
Незнакомец умолк и довольно долго переваривал услышанное, но так и не произнёс ни слова, а просто сделал знак рукой, как бы призывая говорить дальше. Сам не понимая, что на него нашло, Олег продекламировал фрагмент из поэмы «Руслан и Людмила», известный как «У лукоморья дуб зелёный». Гэндальф, как Олег решил про себя называть мужчину, впал в ступор. Вероятно, он удивился не столько длинному монологу, как тому, что встреченный человек декламировал стихи.
Придя к какому-то решению, бородач указал на себя и произнёс:
– Иренеус.
Олег догадался, что настала фаза знакомства и, повторив жест, назвал своё имя, одновременно раздумывая, где он мог слышать имя нового знакомого. В это время Иренеус махнул рукой, приглашая следовать за ним, и не оглядываясь, продолжил свой путь, удаляясь от деревни. Попаданцу ничего не оставалось, как последовать за новым знакомым, размышляя, что его имя подозрительно похоже на имя православного священника.
Олегу, по правде говоря, было всё равно куда идти. Так почему бы и не последовать за этим странным мужчиной, невесело посмеиваясь над сложившейся ситуацией: «Вот и у меня появился добровольный помощник, которого почти всегда посылают своим героям-попаданцам писатели популярного литературного жанра».
Шли они довольно долго, почти до самого заката, и когда уже начало смеркаться, добрались до каких-то руин, где и было жилище Гэндальфа… то есть, Иренеуса. Этот дом не был похож на глинобитные дома, виденные ранее, а представлял собой сложенный из довольно крупных камней двухэтажное здание с узкими окошками. Издалека его можно принять за переделанный средневековый донжон, если бы по всему ближайшему перелеску не виднелись бы подобные полуразрушенные строения. «Это был город,» – пришло на ум Олегу. – «И люди покинули его давно, судя по деревьям, произрастающим прямо из руин.»
Пока попаданец с любопытством рассматривал скудное внутреннее убранство жилища, его новый знакомый удивительно быстро разжёг камин и повесил полутушу какого-то небольшого животного, вытащенную из металлического сундука. Затем псевдо-Гэндальф разместился рядом с пылающим огнём и стал читать книгу в кожаном переплёте. Олег же просто уселся на металлический сундук и сразу вскочил как ужаленный, – сундук был очень холодным. Хозяин жилища лишь ухмыльнулся и снова погрузился не в чтение, а в просмотр книги, поскольку слишком часто перелистывал страницы. Затем он жестом попросил своего гостя сказать что-нибудь и, получив желаемое, снова уткнулся в фолиант.
Парню ничего не оставалось, как начать вдыхать запах мяса, готовящегося на открытом огне. Олег снова стал осматривать жилище, со стен которого начала осыпаться старая штукатурка. Небольшие деревянные полки делали невзрачное, почти суровое помещение, чуть более уютным. Парня очень удивил нетолстый ковёр, висевшей на одной из стен, возле которого стояли массивный стол на шесть человек и лишь три покосившихся стула, имевших когда-то довольно изящный вид. Эта мебель совершенно не сочеталась и, скорее всего, ранее принадлежала разным хозяевам.
Попаданец снова обратил внимание на холодный железный ящик, но в это время Иренеус закрыл книгу и, убрав её в другой сундук, стал подниматься по деревянной приставной лестнице на второй этаж. Затем послышался какой-то стук и вскоре мужчина, чуть путаясь в своём длинном одеянии, спустился. В руках у него было какое-то украшение. Подойдя к Олегу он продемонстрировал ему дорогой предмет и надел его парню на голову, а потом, сев на прежнее место, стал медленно говорить, совершенно не заботясь о том, понимает ли его гость или нет.
Попаданец догадался, – происходит нечто важное и лишь ждал, чем всё закончится, а хозяин дома всё говорил и говорил не спеша, поворачивая мясо на вертеле. Парень же просто сидел и ожидал момента, когда тушка полностью зажарится, с грустью отмечая, что до хоть какой-то готовности должно пройти немало времени.
Примерно через час Иренеус потыкал мясо ножом и, удостоверившись в наличии корочки, начал срезать её тонкими ломтиками и выкладывать на некое подобие тарелки. Затем он показал на неё и сказал что-то дружелюбное. «Приглашает поесть,» – догадался парень и, обтерев ладони бактерицидной салфеткой, принялся за еду, после которой так сильно начало клонить в сон, что украшение чуть было не слетело с головы.
Тогда мужчина снял с парня предмет, указал на лестницу и после нескольких слов разместил руки под щекой, имитируя сон. Олегу не потребовались разъяснения и, поднявшись на второй этаж, вскоре крепко уснул на незамысловатом подобии кровати.
Глава 3
Пробуждение было тяжёлым. Олег не привык спать на такой жёсткой кровати, да и мышцы побаливали от необычных нагрузок, которым парень подвергся за прошедший день. Минут через пять ему удалось таки подняться и осмотреться. Верхняя комната имела такую же площадь, как и нижняя. Вероятно, здесь часто бывают и другие люди, поскольку имелось как несколько кроватей и лежанок, так и пара кресел. Ковры покрывали как пол, так и стены. Небольшое окно закрыто массивными ставнями, через которые свет проникал лишь в виде узких полос.
Хозяина дома видно не было, и парень решил, что надо спускаться вниз. На кухне витал слабый запах от приготовленной пищи, и огонь в камине еле тлел. Блюдо с едой – мясо, овощи и лепёшка, – стояло на столе. Олег догадался, что Иренеус сознательно оставил всё так, дабы гость мог позаботиться о себе сам. Рядом находился кувшинчик, и принюхавшись к содержимому парень опознал вино. Ну что же, надо подкрепиться, как говаривал Винни-Пух, в прежнем мире шлявшийся по нарисованному лесу, и осваиваться в новом.
Было довольно непривычно начинать утро с тяжёлой пищи, но тут, наверняка, распространены другие обычая и придётся ломать прежние, земные привычки. Еда оказалась довольно пресной, да и специй не ощущалось. Хорошо, что овощи придавали хоть какой-то вкус, а после кружки вина и вовсе стало нормально.
Позавтракав, пришелец решил осмотреть книги хозяина жилища и взял одну из них, довольно тяжёлую с толстыми, чуть синеватыми страницами. «Ну да, буквы знакомы, но язык непонятен», – подумал Олег, – «А что я ещё ожидал? Хорошо, что алфавит учить не надо». Поставив книгу на место и решив не доставать другие, поскольку на русском языке здесь наверняка ничего не будет, парень направился к выходу.
На улице, если так можно назвать то место, где он оказался, было тихо, если не считать птичьего щебетания лесных птиц. Голубое небо почти закрыто кронами деревьев. Воздух чуть влажный, но не настолько, чтобы это причиняло неудобство. Услышав до боли знакомый голос кукушки, пришелец расслабился. Пойти рассмотреть ближайшие развалины казалось заманчивой идеей, но, по здравому размышлению, Олег решил не рисковать, поскольку здесь наверняка имеются ядовитые змеи и насекомые.
Присев у дома, парень задумался. Иренеус, скорее всего, не был человеком от которого следовало ожидать опасность. В противном случае Олег проснулся бы связанным по рукам и ногам. Если вообще проснулся бы. Кто этот бородач? Если следовать логике многочисленных книг о попаданцах, то он или какой-нибудь травник-лекарь, или маг. Возможен вариант, что хозяин дома может быть и обычным полусумасшедшим отшельником, повёрнутом на экологии, но мысль, что хозяин дома – маг, показалась более привлекательной. Тем более, никаких веников из засушенных трав и склянок с лягушками не виднелось.
Попаданец стал размышлять о странном украшении, которое весь вечер носил на своей голове. В прочитанных им книгах упоминались разного рода переводческие артефакты, но он до сих пор не понял ни одного слова из того множества, что выслушал вчера. Без знания же местного языка прожить здесь будет значительно сложнее.
Теперь о другой проблеме, – зачем он, человек с земли, понадобился этому псевдо-Гэндальфу? Решил пригласить в гости из простого любопытства? Возможно. А дальше? Что Олег, человек из двадцать первого века, может предложить магу? (То, что Иренеус – маг, было принято за основную версию.) Светодиодный фонарь? Очень смешно. Смартфон? Ну, только если показать видео о жизни на Земле или дать послушать песни. А потом аккумулятор разрядится и изделие китайской корпорации превратится в ненужный предмет, который будет удивлять аборигенов лишь тёмной зеркальной поверхностью.
Олег не обладал никакими полезными навыками, в отличие от книжных героев которые попадают в иные миры обязательно вызубрившими половину Википедии и умеющими делать на коленке если не автомат Калашникова, то, как минимум, порох или динамит. Пока же парень не видел даже хоть какой-нибудь принцессы, на которой ему, согласно канону, следует вскорости жениться. Ладно, надо отставить в сторону все эти глупости о классических попаданцах и начать думать о себе, который лишь может визуально отличить друг от друга винты DIN 912 и DIN 7991, а вот сборка деревянной полки без помощи дрели, – это уже серьёзная, почти невыполнимая проблема.
Хорошо, что какие-то таблетки в рюкзаке имеются, да и то их запасов хватит, в лучшем случае, на пару месяцев. Остаётся надеяться, что Иренеус сможет его вылечить от местных болезней. Хотя… пока даже неизвестно что он за маг.
Размышления Олега прервал звук шагов, – приближался хозяин дома, одетый в ту же нелепую одежду. Он жестом пригласил парня внутрь и, когда тот вошёл, опять достал странное украшение. Последующие два часа бородач тыкал пальцем в разные предметы, произносил их названия и что-то долго говорил. Вскоре у пришельца стала болеть голова, но Иренеус не позволял снимать с головы артефакт, и лингвистическая пытка продолжалась ещё несколько часов, прервавшись лишь на обед.
До самой ночи попаданцу так и не удалось выйти из дому, и он уже чуть на стены не лез, устав от изливаемого потока непонятных слов. Когда ему позволили лечь спать, то Олег воспринял это как величайшую милость и моментально взлетел по лестнице.
Новое пробуждение было почти таким же тяжёлым, как и предыдущее. Парень не хотел вставать, поскольку стал догадываться, что лингвистические пытки продолжатся. Зачем ему всё это?! В чём он провинился? Прислушавшись к звуку шагов, раздающихся внизу, Олег решил не подниматься и провести как можно больше времени на своей жёсткой кровати. Ведь если Иренеус снова уйдёт, то можно будет посидеть на улице какое-то время, слушая щебетание птиц и вдыхая свежий лесной воздух.
– Еда на стол. Кушать подано. Спускаться!
Попаданец решил, что наступила слуховая галлюцинация. И не мудрено, памятуя вчерашние издевательства.
– Ты спать, Олег? Просыпаться!
Нет, не галлюцинации. Тогда кто говорит ему по-русски? Хотя… Олег вдруг осознал, что, несмотря на понимание слов, это точно иностранная речь. Прежняя усталость мигом прошла, и парень чуть ли не кубарем скатился по лестнице.
Хозяин дома сидел за столом и с видимым удовольствием поглощал пищу.
– Еда на стол.
– Почему я тебя понимаю? – задал Олег вопрос.
Но Иренеус лишь улыбнулся и покачал отрицательно головой, чем ввёл своего гостя в ступор.
– Что? – только и смог произнести парень в недоумении.
– Я не понимать, но ты понимать, – эти слова были похожи на классический ответ представителя коренного населения Крайнего Севера. – Еда на стол.
И хозяин снова, как ни в чём ни бывало, продолжил завтрак. Олег тоже присоединился к еде, хотя и пребывал в растерянности. Его не столько поразило то, что он начал понимать Иренеуса, как то, что тот спокойно отнёсся к непониманию речи своего гостя. Парень решил сосредоточиться на еде, хотя и ждал продолжения необходимых разъяснений. Но после завтрака лингвистическая пытка продолжилась, хотя теперь процентов двадцать слов хозяина дома были почти понятны. Попаданец обрадовался и уже внимательно слушал всё, что ему вещают.
Следующим утром Олег смог понять большинство из того, что ему стал объяснять Иренеус, и уже порядком надоевшие вопросы начали получать ответы. Но его манера выражаться всё ещё напоминала речь нацмена.
– Это есть артефакт, который учить понимать другой язык, но не говорить на другой язык. Я носить этот артефакт на свой голова и слушать тебя. Тогда я учить твой язык. Другой дорога нет, – развёл руками маг, показывая, что он тоже не рад подобной методике.
Парень снова попытался объясниться на русском, но Иренеус лишь замахал руками:
– Я не понимать. Но ты делать попытка говорить. Ты думать, что говорить на чужой язык и начинать говорить. Это важно. Говорить слова не свой язык, но чужой язык.
Олег понял, что ничего не понял. После того как собеседник разными словами попытался объяснить свою мысль, до попаданца стал доходить смысл, но он не был уверен, что понял его полностью, – перед тем, как начать говорить, надо осознать, что будешь изъясняться на чужом языке. Звучит странно, но он-то осознаёт, что хозяин дома говорит не по-русски… как будто бы его речь с некоторой задержкой доходит до понимания через внутренний переводчик.
И Олег стал пытаться. Конечно, первые такие попытки маг встречал отрицательными жестами, но всем своим видом подбадривал попаданца, и это помогло не опустить руки. И вот, как будто бы, щёлкнул некий переключатель и очень медленно, но парень стал произносить слова чужого языка.
– Ты меня понимаешь?
– Теперь да, – улыбнулся Иренеус. – Уже завтра ты будешь говорить без усилие.
– Завтра?
– Да, завтра утром. Ты будешь делать лингвистический ошибка, но я тебя буду понимать.
– Ты маг? – задал Олег один из важных вопросов, и его сердце замерло.
– Да, я маг. Кто ты?
– Я… – странно, но парень не думал о том, как представится своему новому знакомому. – Я пришёл из другого мира через… портал, каменные ворота.
– Я знаю, что есть портал, – кивнул маг. – Я сам давным-давно делать портал.
Олег расслабился, услышав такой ответ. Он надеялся, что ему не придётся долго объяснять магу, что такое портал, но не ожидал, что тот и сам может сделать подобные врата.
– Почему ты позвал меня в свой дом? Это из-за моей одежды?
– Да и нет, – Иренеус задумался. – Я сказать тебя завтра.
– Ты живёшь тут один? – парень обвёл взглядом дом.
– Да, но это не мой дом. Я искать некоторый старый вещь здесь в этот город и потом идти далеко-далеко.
– Куда? Зачем?
– Это плохой место для жизнь. Здесь мало люди. Здесь холодный зима.
– И куда ты собираешься? На юг?
– Нет, на восток. Там давно жить мой родственник.
Парень решил переварить полученную информацию. Скорее всего, здесь маг оказался случайно и не намерен надолго оставаться. Видимо, он хочет до наступления зимы уйти как можно дальше, где нет снега и низких температур. Это вполне подойдёт и для него. Хоть Олег жил на Земле даже в более холодном климате, но не любил зиму. Тем более, у него не было причин зимовать в этом каменном доме без центрального отопления или хотя бы без русской печи. К тому же, без приготовленных заранее дров зиму будет пережить довольно трудно. Сразу вспомнились западные кинофильмы, где крестьяне только и делали, что собирали хворост в лесу.
– Какие вещи ты здесь ищешь, Иренеус? – попаданец предполагал, что знает ответ, но хотел услышать подтверждение. – Артефакты древних?
– Артефакты древних? – на лице мужчины появилось странное выражение. – Что это такое?
– Ну… это вещи, оставшиеся от прежней цивилизации.
– Хмм… – хозяин дома встал и подошёл к столу. – Вот артефакт древних, – ткнул он пальцем в поднос, на котором лежали остатки еды. – Вот артефакт древних, – повёл рукой, показывая на дом.
Затем мужчина снова сел на стул и через минуту продолжил:
– Я не искать эти вещи. Я искать вещи магов, но не каждый вещи магов, а некоторый: камень, книга, амулет.
– Я могу тебе помочь.
У Олега даже забилось сердце, поскольку ему нравилось читать книги, где герои отправляются в далёкие покинутые города, кишащие монстрами, для поисков старинных артефактов, которые потом продавались за баснословные суммы. Да, ему всегда это хотелось и, возможно, именно поэтому он согласился на предложение Павла. Правда, встречаться с монстрами парню не очень улыбалось. Хотя с магом это может быть и не так уж страшно.
– В этот город остаться очень мало вещей магов. Прежний цивилизация иметь не очень много хороших магов, и их вещи быть испорчены много-много лет назад. В этот город хорошие вещи хороших магов быть найдены уже давно, – спустил Иренеус попаданца с небес на землю. – Но их искали слабые маги и кое-что они не найти, – и лукавая улыбка озарило лицо мужчины…
Как ни старался Олег утром следующего дня проснуться раньше Иренеуса, но тот, как обычно, встал раньше и уже чем-то занимался внизу. Похоже, этот человек вообще не спит. Надо будет узнать, может местные маги и не нуждаются во сне? С этой мыслью парень присоединился к завтраку, готовить который стал учиться вчерашним вечером.
– Ну теперь ты должен понимать меня без всяких проблем, – начал мужчина. – Так что сегодня, скорее всего, я уже не буду тебя мучить. Знаю-знаю, – поднял Иренеус руки, – обучение чужому языку не является лёгким занятием, но что есть, то есть. Кто-то заговаривает раньше, кто-то – позже.
– Ты будешь учить мой язык?
– Я не уверен, – пожал плечами мужчина, – Вряд ли. Все важные языки я знаю давно, а преимуществ от изучения твоего языка я не вижу.
– Чем мы сегодня займёмся? – Олег решил не показывать, что его несколько обидело нежелание мага учить великий и могучий.
– Давай я расскажу немного о мире, в который ты так неосторожно попал, – сказал Иренеус, макая мясо в густую подливку.
– Почему ты думаешь, что я попал по неосторожности?
– Потому что никакой человек, пребывая в здравом уме, не захочет переноситься в неизвестное место в одиночку, да ещё совершенно неподготовленным. Или с тобой всё было не так?
– Так, – грустно кивнул попаданец. – Честно говоря, я и не знаю, как сюда перенёсся.
– Я имею некоторые мысли по этому поводу, но ты должен рассказать, как долго до момента нашей встречи ты пребывал в этом мире.
– Я попал сюда в тот день, когда мы встретились. Я шёл несколько часов по дороге, выложенной камнями, прежде чем увидел деревню, рядом с которой мы и столкнулись.
– Несколько часов… – задумчиво повторил маг. – В твоём мире есть магия?
– Нет, – замотал головой Олег. – Хотя кое-кто и утверждает, что обладает сверхъестественными способностями… ну мысли других людей читают, порчу наводят… Но им мало кто верит. Правда, в последнее время стало появляться всё больше и больше книг, в которых описывают различные миры, где есть магия, порталы, драконы, эльфы и гоблины.
– Я не знаю, кто такие эльфы и гоблины, – пожал плечами маг. – Возможно, их нет и у нас. Что же касается книг, в которых описываются чуждые вам магические миры, то не удивлюсь, если их авторы каким-то образом контактировали с пришельцами, прошедшими через порталы.
– Да, в этом есть смысл, – задумался Олег. – Это трудно отрицать в моей ситуации. Вот только как я сюда попал? Я же ничего не делал.
– Слушай и, возможно, большинство вопросов у тебя отпадут, – начал Иренеус. – Давным-давно в этом мире тоже не было магии. Потом стали появляться люди, которые начали обладать, как ты сказал, сверхъестественные способности. Эти способности появились в результате попадания так называемых семян магии в их тела. Постепенно магов становилось всё больше, и в какой-то момент обычные люди узнали о них. Маги расплодились, и через каких-то лет пятьсот в почти каждом городе было два-три мага.
– Здо́рово! – не удержался парень.
– Да, – печально улыбнулся мужчина. – Но каждое последующее поколение рождавшихся магов оказывалось чуть слабее предыдущего, поскольку способности у них были от рождения, а не получались непосредственно. Чтобы как-то усилить себя, маги стали жениться только на дочерях таких же магов. Потом и этого им показалось мало, и они решили привлечь на землю ещё один источник семян магии. Они надеялись в первую очередь усилить свои способности и, возможно, увеличить количество магов.
– Я бы тоже так сделал.
– Не перебивай! Так вот, эта попытка привела к тому, что на этот мир обрушилась катастрофа, и многие прибрежные города были смыты огромными волнами. На землю опустилась тьма, которая не развеивалась годами. Многие государства распались, поскольку каждый был сам за себя, и большинство людей еле выживали из-за продолжительного голода и холода.
– А маги? Они смогли уберечься от неприятностей?
– Уберечься от неприятностей? – усмехнулся Иренеус. – Они и были причиной этих неприятностей. Более того, многие из них решили, что чем меньше магов останется на земле, тем больше им будет почёта и уважения. Так началась война магов, в результате которой погибло так много одарённых, что найти кого-то живым, – самая настоящая удача. Теперь ты понял, почему я сразу заинтересовался тобой?
– Нет? – непонимающе посмотрел Олег на собеседника.
– А если подумать, вместо того, чтобы сразу отвечать?
Глава 4
– Ты хочешь сказать, – медленно стал отвечать парень, – что я являюсь магом?
– В целом да, – с удовлетворением кивнул мужчина. – Хотя, если быть точным, ты не маг, а человек, имеющий предрасположенность к магии. Отличия просты: маг уже управляет силами стихий, а ты этим никогда не занимался и, следовательно, нуждаешься в обучении.
– Я уважаю твои седины, Иренеус, – как можно более убедительно начал говорить Олег, – но ты ошибаешься. В моём мире нет магии.
– Каждый человек имеет ауру, – как ребёнку начал объяснять парню маг. – Именно по ней можно просто отличить человека, имеющего магические способности, от тех, кто их не имеет. Твоя аура показывает в тебе предрасположенность к двум видам магии: земли и целительства.
Олег нервно сглотнул. С одной стороны он не имел причин не доверять словам мужчины, но… это было так неожиданно… Он – маг-целитель! Вряд ли что может быть лучше.
– И что мне делать теперь?
– Многое зависит от тебя, – просто ответил Иренеус. – Если проявишь способности при обучении, то станешь магом. В противном случае останешься обычным человеком, что тоже неплохо.
– И кто меня обучит? Ты?
– Раз я владею силами стихий земли и огня, то тебе, можно сказать, повезло наполовину. А вот целительству я тебя обучить ну никак не могу, хотя кое-что подсказать способен… я о теоретических знаниях, если ты не понял.
– Мне кажется, что целительство более предпочтительно, – задумался парень.
