– Нет, – пролепетала я. Смотрела на неё, как заколдованная, и удивлялась её красоте. Полина была прелестной. Мы обменялись парой слов, а она уже меня покорила. Можно представить, как тают в её обществе мужчины…
И кто-то будет говорить, что этот ангел выжил из компании секретаршу? Никогда не поверю!
Что ж, надо признать, именно такая невеста идеально подходит нашему крутому боссу – изысканная, очаровательная, с прекрасными манерами… Поймав себя на этой мысли, я почему-то тяжело вздохнула. Даже не знаю почему.
Пустая приёмная, где мне и бывать-то раньше не приходилось, радовала глаз идеальным порядком и красивым дизайном. Сейчас я сделаю всё, чтобы завоевать этот плацдарм.
Приехала рано. Шеф ещё отсутствовал.
Глеб
Глеб пролистал фотографии, присланные Полиной из нью-йоркской картинной галереи, и удивился собственному равнодушию.
Нет, пару раз он улыбнулся – Полина стояла у абстрактного полотна и делала страшные глаза в камеру: «Нет, ты только посмотри, и это искусство?» Но былых эмоций сообщения, прилетевшие от невесты, уже не вызывали. Он мог за целый день даже ни разу не вспомнить о ней. А ведь раньше, когда расставались, с нетерпением ждал встречи, хотелось поскорее обнять любимую малышку, прижать её к себе.
Чувства куда-то подевались. Вроде бы ещё любит Полину… Но вот нет её рядом – и нормально.
Как так происходит? Куда всё исчезло?
…Глебу нравилось работать в выходные – меньше людей, меньше суеты, дороги свободные. А что, их склад, например, работает двадцать четыре часа семь дней в неделю. А он, что ли, рыжий? Ему тоже хочется.
Его мания пропадать в офисе давно стала причиной размолвок с невестой. Блондинка требовала к себе больше внимания, но и бизнес требовал.
По дороге в офис пришлось остановить машину – опять же из-за Полины. Пообщаться на ходу не получилось. Невеста выглядела нетипично, Глеб увидел на экране смартфона заплаканное лицо – носик покраснел, веки опухли. Полина прорыдала в камеру, что потеряла кольцо, подаренное Глебом на помолвку.
– Не знаю, куда оно исчезло! – всхлипнула девушка. – Мы с Синтией всё перерыли. Его нет!
– Милая, успокойся! Потом найдётся в совершенно неожиданном месте. Вещи умеют прятаться, как партизаны в лесопосадке.
– А если оно не найдётся?
– Тогда ничего не поделаешь.
– Я так его любила, Глеб! – в отчаянии воскликнула блондинка. – Так им дорожила!
«Наверное, не очень-то и дорожила, раз умудрилась потерять!» – прозвучал чей-то насмешливый голос, и Глеб тряхнул головой, прогоняя звуковую галлюцинацию.
Он вспомнил, как выбирал это кольцо и готовился к торжественному вечеру, как волновался, протягивая девушке раскрытую бархатную коробочку. В тот момент Полина была для него самой желанной и необыкновенной женщиной. Он был влюблён и околдован, ему хотелось постоянно видеть её рядом.
А теперь страсть и упоение, которые он раньше испытывал, кажутся чем-то нереальным. Трудно поверить, что когда-то эта женщина вызывала у него такие яркие чувства. Куда всё исчезло?
«Ещё бы она не потеряла кольцо! С её умением создавать вокруг себя хаос!» – вновь прозвучал в голове тот же насмешливый голос. Глеб поморщился. Перспектива превратиться в человека, который ведёт с сам собой задушевные беседы, его не привлекала.
А Полина, действительно, мастерски генерировала художественный беспорядок. Она жила на три дома – порхала, как бабочка, между квартирой Глеба, собственной студией и комнатой в особняке её родителей. И везде устраивала бардак.
Сначала это его умиляло, потом стало напрягать, а теперь всё чаще вызывало бурный протест. Девушка, на самом деле, не выживет без двух миллионов пар обуви? Ладно, хорошо, с этим ещё можно согласиться. Но почему он обнаруживает фиолетовые лабутены в ящике рабочего стола?
Когда невеста уезжала, Глеб выгребал изо всех углов её вещи и отправлял в гардеробную. А в последнее время заметил, что всё более тщательно избавляется от следов женского присутствия в своей квартире – возвращает студии аскетичный и брутальный вид.
Почему он не изнемогает от тоски, когда любимая за океаном? Наверное, в квартире Синтии сейчас тоже полный разгром.
Нет, конечно, Полина была идеальной невестой. Вмиг очаровала всех его партнёров, семью. В любой компании, где они появлялись вдвоём, яркая блондинка производила неизгладимое впечатление своей красотой, манерами, умением поддержать приятную и лёгкую беседу.
Но сейчас его всё чаще раздражает Полинина страсть всех очаровывать. То, что раньше пленяло искренностью, теперь кажется фальшивым и неестественным.
К Принцессе она, кстати, так и не нашла подход. Это очень странно, ведь кошка ему досталась милая и кроткая, с ней никаких проблем. А Полину не переваривает – сразу начинает обиженно пыхтеть, отворачивается…
В последнее время Глеб уже несколько раз ловил себя на мысли, что боится услышать от Полины: «Знаешь что? Давай, наконец-то, займёмся свадьбой». В этот момент накатывало странное ощущение: словно он вот-вот совершит непоправимую ошибку.
Но ведь он не может аннулировать своё предложение. Это было бы подло по отношению к Полине. Она не виновата, что его чувства растаяли.
…Успокоив бедняжку, договорившись, что она перестанет плакать и постарается как-то пережить исчезновение кольца, Глеб посмотрел на часы и раздражённо отбросил смартфон на сиденье. В одиннадцать в офис подъедет девчонка-копирайтер, а до этого ему надо успеть ещё в четыре места.
***
Сорок минут Глеб провёл на складе – недавно перешли на новую систему маркировки для более рационального использования площадей и хотелось выслушать замечания персонала. Сотрудники заверили, что собирать заказы стало проще и быстрее. Гигантские металлические стеллажи убегали вверх, везде царил идеальный порядок.
Потом Глеб заглянул в сервис-центр, и парни сразу соблазнили его бетоноломом. Они знали, чем можно порадовать шефа.
– Смотрите, Глеб Николаевич, какой зверь! Удар мощнейший, входит как в масло, вы обязательно должны попробовать!
Глеб, конечно, не устоял. Но сначала его заставили облачиться в одноразовый защитный комбинезон с капюшоном:
– Нет уж вы надевайте, Глеб Николаевич! Костюмчик-то у вас крутой, запылится нафиг!
Рукоять увесистого десятикилограммового отбойника приятно легла в ладонь. Бетонный блок на площадке около мастерской, специально припасённый для производственных экспериментов, Глеб разворотил за считанные минуты. Получил удовольствие от процесса и совсем забыл о Полине и потерянном кольце.
…Поднимаясь наверх, к себе, подумал о том, в какой восторг пришёл бы отец, увидев все эти инструменты. Батя обожал мастерить, постоянно пропадал в гараже, а Глеб был его вечным хвостиком. Сейчас он нашёл бы, чем порадовать отца, мужских игрушек у него море. Тот же бетонолом. Правильно парни сказали – зверюга, одно удовольствие таким работать…
В приёмной на краешке дивана сидела девушка. Она поднялась ему навстречу и улыбнулась – радостно и смущённо.
– Здравствуйте, Глеб Николаевич! Я – Варвара из отдела копирайтинга. Мне сказали подойти к одиннадцати.
Глеб замер на пороге. Ему вдруг показалось что яркое сентябрьское солнце вломилось в окна безумной массой, выдавило стёкла, затопило помещение раскалённым потоком, и он в нём тонет. Он на мгновение ослеп, утратил дар речи… Попытался вдохнуть, чтобы ответить на приветствие, но воздуха не нашёл, кислород закончился, дышать было нечем.
– Глеб Николаевич… – удивлённо пробормотала девушка. На её щеках вспыхнул румянец. – К одиннадцати… И вот. Я пришла. Что-то не так?
Глеб не мог оторвать взгляд от её лица, от сияющих небесно-голубых глаз и не понимал, что с ним происходит.
Глава 6. Мужская конкуренция
Варвара
Шеф явно завис.
Целых три минуты он всматривался в моё лицо так пристально, что я испугалась: а не выросла ли у меня на лбу запасная пара бровей? Экология – слабое место нашего города. Здесь у нас металлургический комбинат, заводы, фабрики, поэтому содержание химических элементов в воздухе зашкаливает и располагает к мутациям. Что угодно может произойти, пока доберёшься от дома до работы.
Я даже украдкой потрогала лоб. Уф, всё нормально. Брови – 1 комплект.
Однако гендир продолжал меня рассматривать. А ещё он издал странный звук – нечто среднее между рычанием тигра и курлыканьем голубя. И что мне думать? Что он хотел сказать?
Так, Вареник, без паники! Возможно, по субботам шеф всегда немного странный. На неделе он собранный, чёткий и деловой, а сейчас расслабился.
Но какой же симпатичный! Аж сердце замирает. У меня ещё не было возможности рассмотреть шефа вблизи, подробно, я могла им восхищаться только на расстоянии. Видела, как мелькал в коридоре. Или поднимался по лестнице, на ходу переговариваясь с партнёрами. Или выезжал с парковки на своём красивом джипе.
А сейчас он прямо передо мной.
Пауза никак не заканчивалась. Я смущённо опустила взгляд и заметила, что элегантные туфли директора слегка запылились. Можно подумать, что он только что дробил отбойником бетон. Но костюм, как всегда, безупречен.
Директор потёр лоб ладонью (нет, нет, Глеб Николаевич, у вас с бровями тоже полный порядок!), а потом запустил пальцы в волосы и взъерошил их. Он словно пытался избавиться от наваждения.
– Доброе утро, Варвара, – наконец поздоровался шеф. И даже улыбнулся – но как-то криво, через силу. – Вы это… В кабинет… Проходите.
Боже мой, да что с ним сегодня?! Я прекрасно помню, какую проникновенную речь он толкнул на корпоративе по случаю Дня строителя. Говорить Глеб Николаевич умеет, словом владеет. Но сейчас почти что заикается!
Почему?
А если у него что-то стряслось дома? Поэтому он такой заторможенный – думает о своей проблеме. Надеюсь, с его родными всё в порядке. И с его милой невестой тоже ничего страшного не случилось.
Я так и не смогла понять, какое впечатление произвела на шефа, понравилась ли ему. Сама я в этом лазурно-голубом платье чувствовала себя топ-моделью. И надо почаще ходить с распущенными волосами.
Но Глеб Николаевич, похоже, даже и не заметил, в чём я пришла на собеседование. Могла бы не наряжаться. Всегда видно, когда мужчина ощупывает тебя взглядом, словно раздевает. Нет, босс не проявил ко мне ни капли мужского интереса.
А должен был? Что это я размечталась? Для этих целей у него есть Полина. С эффектной блондинкой я конкурировать никак не могу.
В кабинете директор отодвинул стул от стола:
– Присаживайтесь… Варвара… Хотите кофе?
Я вытаращила глаза и едва не поперхнулась. Он предлагает кофе! Но ведь в приёмной никого нет. Кому он отдаст приказ его приготовить? Неужели займётся этим самостоятельно?
Боже, я впервые очутилась на собеседовании, где работодатель выступает в роли гостеприимной хозяюшки! Обычно сидишь и лихорадочно соображаешь, будут ли оставшиеся двадцать вопросов такими же каверзными, как и тридцать предыдущих. Какой там кофе!
– Глеб Николаевич, я…
– Отлично! Сейчас организую. Секретарша меня бросила, поэтому я сам. – Босс испарился из кабинета, как газ из пробирки. Молниеносно, оставив меня в полном недоумении.
Ладно. По крайней мере, он перестал заикаться.
***
Я осмотрелась. Логово босса отличалось элегантностью, как и все остальные офисные помещения. Здание перестраивалось специально для «Мега-Инструментов», на комфорте не экономили.
На столе директора лежало моё личное дело – вытянув шею, я смогла прочитать имя. Интересно, что там написано? Какую информацию собрала служба безопасности, прежде, чем меня взяли на работу? Ипотечный кредит – единственная моя авантюра, больше я ни во что не ввязывалась.
Я встала со стула и начала рассматривать грамоты и сертификаты на стене. А на полу на специальной подставке лежала гигантская гантель с блестящим хромированным грифом и массивными дисками. Попытка приподнять спортивный снаряд хотя бы на сантиметр бесславно провалилась.
Я вдруг вспомнила о вчерашней встрече на остановке и злорадно усмехнулась: как ловко нарядная бабуля уела Никиту – посоветовала ему заниматься в спортзале. Мой босс точно бы ей угодил, у него отличная фигура.
Однажды Глеб Николаевич летел по лестнице на третий этаж, а я семенила следом – так совпало, директор даже и не заметил, кто там прилепился в арьергарде. Он был без пиджака, рукава рубашки закатаны… Стыдно сказать, но все три минуты, пока длилось совместное восхождение, я так и не смогла оторвать взгляд от его задницы, обтянутой тёмно-серой тканью брюк. Приличные девочки подобными вещами не занимаются.
Значит, целых три минуты я была очень неприличной девочкой. Иногда, наверное, можно. Живём один раз!
…В приёмной что-то зазвенело, покатилось. Раздалось глухое бормотание. Возможно, боссу захотелось быстро повторить таблицу умножения. Так, какая цифра у нас начинается на букву «е»?
Я выглянула из кабинета. В отсеке, приспособленном под мини-кухню, около кофе-машины стоял Глеб Николаевич. У его ног валялись чашки и блюдца, а сам он держал пакет с кофейными зёрнами и смотрел куда-то в пространство невидящим взглядом.
О чём задумался? Ох, у него точно какие-то серьёзные проблемы – или в семье, или с бизнесом… Жаль! Наш директор такой славный, хочется, чтобы у него всё было хорошо.
Я приблизилась и осторожно забрала у него пакет с зёрнами. Подняла с пола и сгрузила в раковину посуду, взяла из шкафа две новые чашки и, совершив необходимые манипуляции, запустила кофе-машину.
Глеб Николаевич всё ещё пребывал в странном оцепенении. Он следил за мной рассеянным взглядом. Хорошо. Сейчас босс поймёт, какая я шустрая и ловкая, и произнесёт заветную фразу: «Варвара, я принял решение. Назначаю вас моей личной помощницей».
***
– А теперь расскажите о вашем женихе.
Я замерла. Зачем гендиру ещё и это? Он уже расспросил, как мне работается в «Инструментах», нравится ли коллектив, условия, зарплата.
К счастью, Глеб Николаевич уже избавился от странного ступора. Для этого ему потребовалось выпить три чашки кофе. Можно сказать, я уже включилась в работу – бегала из кабинета в приёмную, как челнок, а босс похвалил мой кофе, сказал, что очень вкусно. Ух ты, наверное, я нажимала кнопку на панели кофе-машины каким-то особым образом, не так, как его бывшая секретарша.
Прекрасно! Значит, Глеб Николаевич понял, что с этой обязанностью личной помощницы я справлюсь безупречно.
На вопросы ответила тоже неплохо, да и их было немного. Шеф, придя в чувство, держался благожелательно и заинтересованно. Наверное, это качество хорошо воспитанного человека – вести себя так, чтобы даже ничтожная инфузория с глазками не комплексовала в его обществе. Это высший пилотаж. Далеко не каждый руководитель на такое способен…
Но вот вопрос о женихе меня выбил из колеи. Откуда босс знает о Максе? В личном деле вряд ли содержится эта информация. Наверное, ему уже рассказали о мускулистом кинг-конге на заставке моего компьютера…
У меня было время собраться с мыслями, так как у Глеба Николаевича снова зазвонил телефон. Надо сказать, что нашу беседу постоянно прерывали. Каждый раз директор извинялся передо мной, а потом терпеливо отвечал невидимому собеседнику. Из динамика всё время доносились женские голоса. Сколько у него знакомых дам! Ну ещё бы… С его-то параметрами.
Закончив очередной короткий диалог, босс покачал головой и произнёс загадочную фразу:
– Так, ну всё, сейчас для полного комплекта ещё Принцесса позвонит и скажет, что не смогла сама открыть паштет.
Принцесса – так он, наверное, называет невесту? Неужели его очаровательная блондинка не в состоянии самостоятельно справиться с консервной банкой?
Что ж, такому жениху я бы и сама названивала круглосуточно. Приятно почувствовать себя слабой и беспомощной, когда рядом сильный мужчина.
– Надеюсь, вопрос о женихе не прозвучал бестактно? – Босс заметил мою растерянность. – Просто… Хочу знать, когда свадьба. Какие, вообще, у вас планы. Ну, вы понимаете, – Глеб Николаевич снова заглянул в моё досье, закрыл его и отложил в сторону.
Да, понимаю. Каждый работодатель хочет знать, не свинтит ли сотрудница в декрет. Это больная тема для директора любого предприятия. А руководитель, который только что лишился помощницы, столь ему необходимой (да он даже не знает, куда насыпать кофейные зёрна!), должен быть особенно осторожен. Вдруг я через несколько месяцев – фьюить! – тоже исчезну за горизонтом? Выйду замуж, уеду, разрожусь потомством…
– Мы пока ещё не запланировали свадьбу.
– Отлично! То есть… я хотел сказать… Понятно, что… Что ещё ничего не понятно.
– Да. Мой… Макс… Он сейчас во Франции.
Босс почему-то снова начал запинаться. Но и я тоже. А до этого мы перебрасывались фразами довольно бойко.
– Что он делает во Франции?
– Учится!
– Угу. А сколько ему?
– Двадцать семь. Вообще-то, он необыкновенный.
– Вот как? И что же в нём такого необыкновенного? – прищурился директор. Он откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. – Расскажите.
– Сначала Макс отслужил в армии. Там ему понравилось, и он ещё три года оттрубил по контракту. А когда вернулся, сразу восстановился в универе. Он учится на биоинженера. В магистратуре предложили поучаствовать в специальной программе крупного исследовательского центра в Лионе – они привлекают продвинутых студентов для изучения механизмов создания искусственных органов. Для этого Максу пришлось выучить французский. Он защитил проект, получил грант и отправился во Францию. Я им просто восхищаюсь! – искренне призналась я директору.
– Понятно, – безжизненным тоном произнёс Глеб Николаевич. – Ваш Макс, на самом деле, достоин уважения.
– Он ещё и спортом занимается! Ваша жуткая гантель ему как пушинка!
– Да? – совсем приуныл босс. – Ясно.
Очевидно, мои восторги в адрес Макса директору не очень-то понравились. Элементарно взыграло мужское самолюбие. Понятно, что для Глеба Николаевича эта гантель тоже как пушинка. Не для декорации ведь он её держит в кабинете. Помню, мужики из сервис-центра уважительно рассказывали, что подсунули директору для тестирования двадцатикилограммовый бензиновый отбойник. Справился только так – разворотил кусок кирпичной стены и глазом не моргнул!
Внезапно перед глазами возникло видение: Глеб Николаевич, с голым, блестящим от пота торсом, вгрызается мощным отбойником в асфальт. Солнце сверкает, клубится пыль, джинсы заляпаны мазутом, тугие мышцы перекатываются на груди босса, бицепсы вздыбились под загорелой кожей…
Я на мгновение закрыла глаза. Прогонять живописное видение не хотелось. Так бы и смотрела!
Зачем я ему про Макса заливаю… Какая неосмотрительность! Никогда не стоит нахваливать одного мужчину другому. Особенно если второй – твой босс.
Ну и тупица ты, Вареник! Думать нужно, прежде чем говорить!
Принцесса
Принцесса не читала Пушкина (казалось бы, почему?) и не репостила в сетях картинки с красивыми изречениями. Поэтому фраза «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей» была зеленоглазой красотке не знакома. Иначе Принцессе открылась бы суть её отношений с хозяином. Да, всё дело в том, что роскошный господин вовсе не был помешан на своей питомице.
Как же так?
На генетическом уровне серебристо-белой британке передалось знание, что двуногие существа созданы природой для ухода за кошкой и восхищения ею. Все части тела человека, а так же клавиатура его компьютера предназначены исключительно для отдыха усатого любимца. Забота о котике – единственная земная миссия гомо сапиенса.
Но Глеб не принадлежал к классу кошатников, если уж выбирать, он бы завёл собаку. Его попросили приютить породистую красотку, и он добросовестно выполнял обязанности. Не более.
Он не заламывал от восхищения руки, когда Принцесса принимала грациозную позу, не видел, что сегодня её шелковистая шубка особенно блестит (три часа, блин, вылизывалась!). Он не улавливал малейших нюансов её настроения, не караулил момент, когда можно будет почесать пушистый пузик. Если бы Принцесса заболела, он поехал бы с ней в ветклинику. Но там не стал бы рвать волосы на груди ветеринара: «Спасите моё сокровище, умоляю, спасите! Она – самое дорогое, что у меня есть!»
Это равнодушие и отстранённость пронзили Принцессу в самое сердце. Она свалилась с пьедестала, уготованного природой, и влюбилась в хозяина до потери пульса. Лифт ещё поднимался с первого этажа, а она уже чувствовала – там её божество.
…Сегодня божество вернулось около семи. Хозяин был какой-то неадекватный, сам не свой. Наверное, что-то случилось на работе.
– Мруум? – спросила Принцесса в прихожей и припала к ноге господина, заворачиваясь вокруг неё пушистым узлом.
– Привет, киска, как ты?
– Мррряу.
– Ясно. – Хозяин прошёл в ванную и некоторое время пристально рассматривал себя в зеркале, упёршись ладонями в мраморную столешницу раковины. Он словно увидел себя впервые. Принцесса выгибалась внизу, тарахтела, вибрировала всем телом. – Знаешь… Кажется, я пропал. – Глеб повернул кран и плеснул в лицо холодной водой.
– Мяу?
– Да. Совсем. Увидел – и пропал.
– Мррум.
– Даже не знал, что такое возможно… Не знал. Как теперь жить?
– Мяу.
– Сердце куда-то исчезло.
– Мыррррр…
– А у неё жених! Это ж надо… жених! Да чтоб он провалился!
– Мяв.
– Что, вообще, за тупость – сразу объявлять себя женихом и невестой? Кто это придумал?!
– Мяу-у-у.
– Всё, малышка, я понял. Ты есть хочешь, а я тебе тут мозги компостирую. Прости, Принцесса. Идём, дам тебе что-нибудь вкусненькое.
Глава 7. Вишенка и машинка
Глеб
В девять вечера Глеб позвонил другу:
– Кир, ты дома?
– Угу.
– Спускайся вниз, подерёмся. Что-то меня колбасит.
– На службе перенервничал? Надо выпустить пар?
– Типа того. А ещё поговорить.
– Извини, старик, сейчас никак не могу. Отправил Катюшку на каток с друзьями, чтобы она развеялась, а сам караулю микробов. Хочешь, приходи ко мне.
Через десять минут Глеб переместился в соседний подъезд, где на двенадцатом этаже у Кирилла была квартира точно такой же планировки, как и у него. Друг прыгал по комнате с двумя крошками на руках.
– Искупал, покормил, столбиком подержал. Сейчас укачаю, и они будут спать, – сообщил Кирилл. – Или не будут, – вздохнул он, переведя взгляд с гостя на младенцев. Те весело таращились на папу и нежданного посетителя. Что-то подсказывало, что сон не значится в их ближайших планах.
– Бери у меня одного, – гостеприимно предложил хозяин дома.
– А у них там всё крепко приделано? – испугался Глеб. – Я ничего не сломаю?
– Не сломаешь. Только иди руки помой.
Вскоре друзья уже сидели за барной стойкой и предавались пьянству – правда, пили всего лишь апельсиновый сок. У каждого мужчины на сгибе локтя лежал младенец. Дети держались стойко, из последних сил боролись со сном: дрыгали ножками, махали ручками, не позволяя себе расслабиться, а глазам – закрыться.
– А ты кого мне дал? Мальчика или девочку? – Глеб внимательно посмотрел на выделенного ему младенца.
– Братан, мозги-то включи! Ты же физмат окончил, значит, они у тебя есть.
– Что-то не догоняю.
– Мысли логически. Видишь, на кофточке вишенка? Так. А у моего что? Машинка. Делай выводы, старик!
Глеб сосредоточенно сдвинул брови.
– Думай, чувак, думай! – подбодрил его отец семейства. – И-и?
– И?
– У тебя Леночка, а у меня Андрей Кириллович!
– Так может ты после купания перепутал распашонки.
Папаша поперхнулся соком и завис на целую минуту. Теперь он тоже внимательно присматривался к малышам – те были совершенно одинаковыми.
– Да ну, Глеб! Перепутал, скажешь тоже! Сразу же видно, что у тебя девочка. Смотри, она и ножками дрыгает по-другому. Изящно так. А мой дрыгает энергично, по-боевому. Настоящий пацан!
– Ну, если только так, – улыбнулся Глеб. Ему явно удалось озадачить друга.
Тот почесал бритый затылок:
– И ведь не пощупаешь, там памперс. О, смотри, кажется, они засыпают под наш разговор.
– Не обольщайся, Кир. Слушай, классные пупсики, смешные. Я прям тоже захотел.
– Так вперёд, – прошептал Кирилл. – Организуй.
– Пацана хочу. Будет разбираться в инструменте, научу работать лобзиком, рубанком, дрелью, – мечтательно прошептал в ответ Глеб.
– Пацан – это круто. А девочка – вообще атас, от неё башню срывает начисто, поверь мне, опытному отцу.
– Слушай, опытный отец, я как раз об этом с тобой и хотел поговорить. О сорванной башне.
– Что стряслось, Глеб?
– Не знаю, что со мной произошло. Такое впервые.
– И?
– Увидел сегодня девушку и словно улетел в космос.
– О-о, – свободной рукой Кирилл похлопал друга по плечу. – Всё с тобой ясно. Телефончик-то раздобыл?
– Так она у меня работает уже два месяца. Но я ни разу её не видел. Где она пряталась всё это время?
– Не замечал?
– Нет.
– Так у тебя народу в офисе много.
– Но девушек – по пальцам пересчитать. И тем не менее, сегодня я увидел её впервые. Личная помощница от меня смылась, ищу новую. Присмотрел скромную девочку из отдела копирайтинга и пригласил на собеседование. На фотографии – ничего особенного, хорошенькая, но и только. А утром увидел её в офисе и… разучился дышать.
– Оба-на!
– А у тебя с Катей так же было?
– Совсем не так, – мотнул головой Кирилл. – В нашу первую встречу моя Катя летела с лестницы вниз головой – споткнулась. А когда я её поймал, зверски меня отпинала, чуть инвалидом не сделала, да ещё и обозвала питекантропом. Сказала, что прижимаюсь, – улыбнулся Кирилл.
– А ты прижимался?
– Конечно. Я же не лох.
– Быстро сориентировался.
– Угу. Так значит у тебя теперь Варварушка? Варвара-краса, длинная коса!
– Кир, в том-то и дело, что у меня Полина, – вздохнул Глеб. – Невеста моя.
– Упс… Прости, я забыл о ней. Это потому что уже сто лет её не видел.
– Она постоянно в разъездах.
– И сейчас?
– Сейчас тусуется в Нью-Йорке на неделе высокой моды.
– О, как! Но… Подозреваю, Полина вернётся к разбитому корыту… А с ней ты разве не так познакомился? Она ведь очень эффектная девушка. Ослепительная.
– Я так и подумал – о, какая красавица. И пошёл себе дальше. Это было на вечеринке. Но через несколько дней совершенно случайно мы встретились ещё раз – уже на другой тусовке. Перебросились парой слов, поулыбались… Но у меня была важная встреча, и я оттуда смылся. А потом Полинка сама мне позвонила, чтобы проконсультироваться. Её друзья решили открыть пункт проката электроинструмента, и ей требовалось мнение эксперта.
– Так она сказала?
– Да. И тогда я подумал – а ведь она интересная! Почему бы нам не познакомиться поближе?
