– Так мимо шёл, вот, – Виктор продолжал сверлить женщину весёлыми глазами.
– А чего скалишься, нищеброд? – та впилась в парня злым взглядом. – А ну, вали отсюда, пока цел.
– Да, пожалуйста, – пожав плечами, Виктор бросил вожжи и спрыгнул на землю. – Я уже и так приехал. – Он стал отряхивать одежду.
– Скотина, вожжи мне дай! – запоздало крикнула женщина, протягивая руку.
– Вожжи? – Виктор глянул наверх. – Это опять лезть надо.
– Так лезь, что стоишь, – топнула ногой разъярённая дама.
– Только ради ваших прекрасных глаз, – Виктор изобразил шутовской поклон и, вспрыгнув на подножку, схватил лежащие на скамье вожжи. – Прошу, мадам, – он протянул вожжи женщине, держась одной рукой за дверную стойку.
– Скотина деревенская, – женщина двумя руками схватила вожжи и локтем хотела ударить Виктора по лицу. Уловив это движение, тот пригнулся. Перед глазами закачался висящий на поясе дамы кошелёк. Та в это время взмахнула вожжами, и карета дёрнулась вперёд. Женщина по инерции стала отклоняться назад. Виктор, будто желая её удержать, схватился за её талию.
– Пошёл вон, скотина, – взбесилась та от такого бесцеремонного с собой отношения и сильно толкнула парня коленом. Вываливаясь из кареты, Виктор машинально схватился за кошелёк и вместе с ним улетел в кювет. Карета, набирая скорость, пролетела мимо.
– Ну, вот и прокатился, – ухмыляясь, Виктор встал и, сунув кошель за пазуху, стал отряхиваться.
– Эй, студент, ты жив? – раздался над ним озабоченный голос гасконца.
– Жив, и даже не ранен, – Виктор поднял голову. Его спутник сидел на тяжело дышащей лошади и насмешливо уважительно смотрел на парня.
– Ну, ты и рисковый парень, как я посмотрю, – покачал тот головой. – С тобой того и гляди куда-нибудь вляпаешься.
– Так ты ж хотел приключений, – улыбнулся Виктор, – или мне показалось?
– Так приключений же, а не разбоя на дороге.
– Не вижу разницы, – пожал плечами Виктор, выбираясь на дорогу.
В город они прошли спустя полчаса. Виктор вертел головой, рассматривая старый Париж. И он ему всё больше не нравился. Зловонные сточные канавы, серые дистрофичные лица копающихся в мусоре детей. Худые, злые их матери и отцы. Д, Артаньян свернул с центральной улицы и, пройдя пару кварталов, остановился у постоялого двора с вывеской подковы. У раскрытых ворот стоял оборванный мальчишка и презрительно на них смотрел. Виктор сунул руку за пазуху и пальцами развязал стягивающий узел чужого кошелька. Достав наугад первую монету, он зажал её в ладони и вынул руку наружу. Отвернувшись от озабоченно вертящего головой спутника, он раскрыл ладонь. Жёлтый кругляш радостно блеснул на солнце.
– Эй, пацан! – Виктор поманил парня. Тот, лениво сплюнув, нехотя оторвался от столба.
– Ну и что господам надо? – подойдя, скривился он.
– Возьми вот эту героическую лошадь, и чтобы, пока её хозяин будет в городе, она ни в чём не нуждалась. Понял? – Виктор подбросил верх монету.
– Понял, господин, – мгновенно преобразившись, парень поймал монету, и та исчезла в его кармане. Схватив лошадь гасконца, он повёл её в ворота.
– Эй, погоди, – растерялся от такой прыти хозяин лошади и потянулся за ней.
– Он позаботится о ней, господин кавалер, – остановил гасконца Виктор. – А нам бы тоже не мешало перекусить. Как ты думаешь, здесь кормят прилично?
– Не знаю, – пожал тот плечами, провожая глазами лошадь, – я сам тут первый раз.
– Тогда пошли, посмотрим, – и Виктор пригласил спутника войти.
– Слушай, студент, – Д, Артаньян приостановился на пороге, – я как бы в некотором роде ещё пока стеснён в средствах. Ты имей это в виду.
– Хорошо, я угощаю, – Виктор, улыбнувшись, подтолкнул кавалера вперёд.
В большой по здешним меркам комнате за длинными столами сидели люди разных сословий и профессий. Они ели, пили, играли в какие-то игры. В основном, в кости. В воздухе висела неповторимая смесь кислого вина с подгоревшей едой. На полу валялись кости, которые собирали шнырявшие под лавками собаки. Виктор поморщился и оглядел помещение. Край одного стола был свободен, и он подтолкнул к нему гасконца. Они присели. Д, Артаньян с любопытством крутил головой. Было видно, что всё это ему в новинку. Стоявший за стойкой хозяин заведения проводил гостей брезгливым взглядом и кивнул выглянувшему из дверей кухни юнцу. Тот, не спеша, подошёл к нашим спутникам.
– Что господа изволят? – быстрый взгляд беззастенчиво обшарил сидящих.
– Юноша, нам бы поесть, и, если еда понравится, комнату, – улыбнулся приветливо Виктор и протянул парню жёлтый кружок.
– Ай, момент, господа, – тут же преобразился парнишка и, крутнувшись на одной ноге, исчез в дверях кухни, успев по пути перекинуть монету хозяину. Тот с интересом уставился на гостей. Монету заметили, и кое-кто из посетителей. В трёх местах тут же сдвинулись головы, делясь мнением. Виктор, заметив это, только хмыкнул. Вернулся с подносом слуга и расставил перед ними тарелки.
– Вино самое лучшее, – отерев вспотевший кувшин, сообщил он, наклонившись над столом.
– Спасибо, любезный, – кивнул с достоинством гасконец и подставил свою кружку.
Виктор оглядел свою тарелку. Кусок жареного мяса непонятного происхождения выглядел аппетитно. Запах, шедший от каши, тоже был вроде съедобен. Он взял ложку и зачерпнул кашу.
– Есть можно, – попробовав, хмыкнул парень про себя, и взялся за мясо.
– Я слышал, студенты вино любят, юноша? – вопросительно взглянул гасконец на Виктора, – а вы что–то даже и не притронулись.
– Я не из их числа, – поморщился Виктор. – К тому же кому-то из нас надо быть сегодня в норме.
Они, не спеша, поужинали. Гасконец опорожнил кувшин вина. Виктору слуга принёс кружку козьего молока. Наблюдавшие за ними только хмыкали. Закончив трапезу, Виктор поднялся и подошёл к хозяину.
– Мы можем рассчитывать в вашем заведении на приличную комнату?
– Второй этаж, третья слева, – протянул тот ключ.
– Спасибо, – Виктор кивнул гасконцу и направился к лестнице. Сзади звякнула шпага спешащего спутника. На последней ступеньке Виктор обернулся и окинул взглядом зал. По меньшей мере за тремя столами их провожали внимательные глаза.
– Мдааа, мир не сильно изменился, – хмыкнул Виктор, поворачивая в коридор второго этажа.
Предоставленная им комната имела широкую деревянную кровать и лавку. Небольшой стол в углу и два стула с высокими спинками. Дверь закрывалась на толстую задвижку. Задвинув за собой задвижку, Виктор подошёл к окну. Оно выходило на внутренний сад. Несколько фруктовых низкорослых деревьев, чахлых кустов и грядки с буйной зеленью. Кончался сад высоким каменным забором. За ним виднелась крыша соседнего дома.
– Предлагаю осмотр города отложить на вечер, – Д, Артаньян прямо в одежде завалился на кровать и вытянул ноги поверх одеяла.
– Не возражаю, – Виктор выдернул из-под головы кавалера подушку и кинул её на лавку. Сняв обувь, лёг, задумчиво глядя в потолок. За дверью протопали. – Интересно, они подождут ночи или нападут сейчас? – Послышались опять шаги и прервались у их двери.
– Господам ещё что нужно? – донёсся голос слуги. Виктор поднялся и открыл дверь.
– Кувшин воды и таз, – улыбнулся он парню.
– Я мигом, – кивнул тот, разворачиваясь. Вернулся он действительно быстро. Поставив принесённое, он бросил быстрый взгляд на спящего кавалера и шагнул к Виктору. – Там вами интересуются, – он ткнул пальцем вниз. – Они очень плохие люди.
– Что посоветуешь? – Виктор протянул парню монету.
– У вас одна шпага на двоих, – улыбнулся тот и вытащил из-под полы длинный узкий нож, – вот. Это может пригодиться. И ещё, – парень показал на окно, – через огород можно попасть на соседнюю улицу. Она справа. Там у забора ящики навалены.
– Ты честный малый, – улыбнулся Виктор и протянул вторую монету. – О лошади позаботься, если нам вдруг придётся уйти.
– Хорошо, не волнуйтесь. Она будет в сохранности. На конюшне мой брат.
Парнишка ушёл. Виктор наполнил принесённый таз и, раздевшись по пояс, умылся. Потом помыл и ноги. Утираясь взятым со спинки кровати полотенцем, он услышал, как скрипнула последняя ступенька лестницы. Потом прошуршали подкрадывающиеся шаги. Храп гасконца мог потягаться с хорошо несмазанной телегой. Виктор быстро оделся и, взяв нож, встал за притолоку. Он видел, как в щель меж дверью и косяком пролез нож и стал сдвигать задвижку. Потом дверь тихо поползла в сторону. Стало явственно слышно участившееся дыхание нескольких человек.
– Средь бела дня лезут и не боятся, – хмыкнул парень и крепче сжал нож. Вот появилась голова первого. Его глаза впились в спящего. В руке блеснул нож. Гость сделал два шага и посмотрел на лавку. Следом вошёл второй. За ним просматривался ещё один. Виктор присел и снизу вогнал нож второму в район живота, толкнув его на третьего. И выдернув нож, не вставая, прыгнул на первого, в полёте падая ему на спину, и вонзая нож в шею. Вскочив, он развернулся и встретил третьего. Парни были не плохо подготовлены. И внезапное нападение третьему не помешало. Отбросив товарища, он кинулся на Виктора, но зацепился плащом за выступающий из открытой двери засов и промахнулся. Виктор, сделав шаг в сторону, развернулся и вогнал нож в бок падающего мимо мужика. Упав, тот попытался встать. Но был тут же добит вторым ударом в шею.
– Вот где-то так, – Виктор огляделся. Трое гостей лежали, истекая кровью. Д, Артаньян храпел. Выглянув в коридор, и никого там не обнаружив, Виктор закрыл дверь и задвинул засов. Обыскав гостей, он бросил на стол три ножа и кошельки. Немного подумав, подошёл к окну. Рама легко открылась. Оглядев сад и соседский забор, и никого не увидев, Виктор выкинул гостей в окно. Взяв кусок плаща, оторванного у одного их напавших, быстро замыл кровь с пола. Вылив воду за окно, прислушался. Тональность шума с первого этажа не изменилась. Вот опять простучали шаги и остановились у их двери. Взяв нож, Виктор занял свою позицию. В дверь тихо постучали.
– Кто там? – спросил Виктор.
– Это я, – голос слуги. – У вас всё в порядке?
– Заходи, – открыв дверь, кивнул Виктор парнишке. – У тебя, говоришь, брат на конюшне? Есть работа для него. – Он подвёл парня к окну и показал на лежащие внизу тела, – спрятать сможет?
– Не вопрос, – улыбнулся тот. – Пять минут, и всё.
– Тогда пусть займётся, – Виктор сгрёб со стола кошельки гостей и сунул парнишке. – И вообще, пусть посматривает сюда периодически, – он кивнул за окно. – Может, ещё кто упадёт нечаянно.
– Я передам, – кивнул серьёзно парнишка и, спрятав кошельки, исчез за дверью.
Закрыв за ним дверь, Виктор подошёл к окну и, встав с боку, стал наблюдать. Минут через пять появились два парня с лопатами. Без суеты и разговоров они перетащили грабителей в дальний угол сада и стали копать яму. Через полчаса они её уже закапывали, набросав сверху навозу.
– Оперативно, однако, – хмыкнул Виктор, понаблюдав за слаженной работой. – Видно, не в первый раз это делают. Интересно, сколько тут неизвестных могил ещё? – Проводив парней, он вернулся к лавке и лёг. Немного подумав, встал и подпёр дверь стулом. Подёргал и, убедившись, что дверь надёжно закрыта, лёг опять. Через три минуты он уже спал.
Глава 5.
Утром они проснулись от скрипа половиц. Дед прошёл во двор. Димка встал и заглянул к брату.
– Витёк, подъём, – он дёрнул за одеяло. Виктор открыл глаза и сладко потянулся. – Какой мне сон снился.
– Дед уже встал, подымайся, соня, – Димка пошёл умываться.
Вскочив, Виктор заправил кровать и, проделав несколько гимнастических упражнений, вышел из комнаты. Никого не увидев, взял полотенце и выскочил на улицу. Димка плескался под рукомойником. Виктор взял стоящее на лавке ведро с водой и, тихо подкравшись, опрокинул его на брата. Тот с воплями отскочил. Виктор, смеясь, побежал к колодцу.
– Ну, спасибо, братик, – отфыркиваясь, Димка схватил полотенце, – помог умыться. Я ж холодной воды боюсь!
– Что ты говоришь, будем приучаться. Настоящий мужик ничего не должен бояться. – Виктор энергично крутил колодезный ворот.
– Иди ко мне, сейчас и начнём, – он подхватил полное ведро.
– Нет, не так быстро, на сегодня хватит, – отбежал подальше Димка.
– Ну, как знаешь. На, мне полей, – он поставил ведро и наклонился. Димка облил брата водой.
Умывшись, ребята пошли готовить завтрак. Дед сидел у окна и улыбался. – Ну что, молодцы, умылись, накрывайте стол.
– Дед, ну ты что-нибудь придумал по вчерашнему вопросу? – спросил Виктор.
– А что тут думать, в город надо ехать, к знающим людям, что они скажут по монетам, а там и думать будем.
– Дед, мы тебе вчера не всё сказали, – Димка посмотрел на брата. Тот кивнул.
– В общем, мы ещё вот чего нашли, – Димка зашёл в комнату Виктора и вытащил оттуда мешок с мехами. – Их, наверное, проще будет продать, ну, и внимания они меньше привлекут. – Димка распахнул перед Дедом мешок.
Дед с минуту вглядывался, потом протянув руку, вытащил одну шкурку, встряхнул.
– И сколько у вас ещё секретов, внучата? – он посмотрел на застывших братьев.
– Ну, Дед, не дави на психику, а?! – Виктор снял чайник и стал разливать кипяток по кружкам. – Давай всё по мере движения вперёд, лады? Присаживайтесь к столу. – Димка унёс мешок.
– Ну, лады, вы уж взрослые, лучше меня знаете, что, да, как и почём, – проворчал Дед, беря ложку.
– Дед, ну не обижайся, – Виктор виновато склонил голову. – Мы ведь с тобой советуемся. Ты жизнь лучше знаешь. Но, согласись, сегодняшняя жизнь не похожа на твою вчерашнюю?!
– Ладно, проехали, как вы говорите, твоя правда. Сегодняшняя жизнь, действительно, не такая, как моя вчерашняя, так что, многие вещи мне и самому непонятны. Будем совместно думать. – Дед некоторое время молча жевал. – Вообще-то, меха будет менее заметно продать, хотя таких шкур уже лет сто никто не добывал, – озвучил Дед свои мысли.
– Так скажем, старый схрон охотничий нашли, – встрял Димка, – этому никто не удивится.
– Ну да, раньше здесь соболя-то добывали, раз есть такие шкурки, вот мы случайно и нашли. Тем более это правда. Шкуры то старые, придраться не к чему, – поддакнул Виктор.
– Надо только место находки определить, – Дед допил компот и поставил стакан, – этим сегодня и займусь, нельзя откладывать, раз мы такое дело затеяли. Я в тайгу, вы как, со мной?
– Дед, у нас тут ещё куча дел, – виновато пожал плечами Виктор.
– Ну, ладно, я Трезора возьму, – Дед встал из-за стола и прошёл в кладовку.
Ребята быстро доели и убрали со стола. Дед, повозившись, вышел с ружьём. Проверил затвор, сунул в карман пачку патронов.
– Налей-ка мне бутылку молока и отрежь краюху хлеба, – попросил он внука, – неизвестно, сколько придётся лазить.
Вышли во двор. Дед взял в сарае топор и поводок для собаки. Отвязав Трезора, и помахав братьям рукой, скрылся за калиткой. Щенок выглянул из будки и посеменил к ребятам. Виктор вынес ему поесть.
– Ты, Шарик, сегодня дома за главного, – погрозил ему пальцем Димка, – всех впускать и никого не выпускать. Понял?
Заперев калитку и дом, ребята направились к сараю.
– А вот и "ящики", про которые вчера говорили, – Димка показал на четыре сорокалитровые бочки, стоящие под стеной сарая.
– То, что надо, и сухие. – Ребята занесли бочки вовнутрь. – Дед всё равно уже ничего не солит.
Аккуратно спустили бочки в погреб и, пыхтя, потащили их в схрон. Там поставили на пол и пересыпали с нар все монеты. Взяв мешки и коляски, направились по туннелю. По знакомому пути идти уже было легче. Преодолев последнюю дверь, вышли к свисающим корням. Димка внимательно стал оглядывать выход.
– Оп-па, я знаю, где мы, – радостно потёр он руки, – отличное место, правда плыть нам надо будет чуточку дальше, но это даже и лучше. Пошли.
Осторожно раздвигая свисающие корни, Димка проделал проход и вышел наружу. Прямо перед ними в десяти шагах плескалась вода озера, справа журчал небольшой, но, судя по ряске, топкий ручей, слева перед ними стеной стоял густой камыш.
– Если это сделано Природой, то я поражаюсь точностью предка, выведшего сюда лаз, если это сделано искусственно, то я тем более склоняю голову перед его гениальностью, как стратега, – оглядевшись, тихо произнёс Виктор.
– Это мы как-нибудь на досуге обмозгуем, а сейчас ты тут стой, а я пойду за лодкой, – Димка направился к камышам.
– А чего не вместе? – поднял плечи Виктор.
– Надо с воды это место получше засечь, чтобы не блудить каждый раз. Меня увидишь, руками помаши, но не кричи.
Димка ушёл. Виктор прошёл к берегу, пригляделся и, раздевшись, достав нож, спустился в воду, напевая песню:
Кто такие мужчины? … я спросила у ветра.
Просто …сильные птицы, …по полету заметно.
По ночам, … когда плохо, небо синее …снится.
Нет, мужчины не плачут, … просто снег серебрится.
Мужчины, мужчины, вы все так ранимы,
вы ёжики в жизни, скупы ваши мысли.
А мы вас погладим, колючки опустим,
вы добрыми станете, станете вкусными.
Их усталость… немного …научила… быть жёсткими.
И не надо их гладить, постоянно по шерстке… нам.
Вы скажите им лучше, …что-то нежное… в ушко.
Им порою, как воздух …это …сладкое нужно…
Припев:
Не стесняйтесь ночами …делать им комплименты.
Ведь, мужчины, как дети …иль похожие чем-то…
Поцелуйте их нежно, .... подарите им сказку…
И взамен вы получите …необычную… ласку....
Припев:
Он подарит вам …крылья, … вы вместе взлетите.
В мир… далеких Галактик… иль, куда захотите....
И огромная Радость …снизойдет к вам в полете…
Быть что значит… Любимой, наконец, вы поймете!
Припев:
Кто такие мужчины? Это сильные Птицы…………
Крылья резать не надо им, …надо гордиться.
Пусть летят они дальше и выше, как смогут…
И задача вас, женщин, показать им дорогу …
Припев:
Он начал аккуратно в самой воде, чтобы не оставались видимыми камышовые пеньки, расчищать подход к берегу. Проход он опять же делал не напрямую, а зигзагом, чтобы с воды случайному пловцу не была видна протока в камышах. Он почти закончил, когда услышал плеск вёсел и, обернувшись, увидел плывущего вдоль берега брата. Тихонько свистнул. Димка дернул головой на звук и молча направил лодку к стоящему в воде Виктору.
– Это ты здорово придумал, – оглядел он работу брата, – с воды так и не видно, и следов нет. – Они выбрались на берег.
– А из камышей давай шалаш сделаем, якобы тут прикормленное место для рыбалки, а? – предложил Димка.
– И никто не позарится, у нас не принято на чужих местах рыбачить. За это можно и отгрести от общества.
Ребята быстро обустроили "рыбацкую" стоянку. Настелили камней от берега к входу в схрон. Из камышей соорудили шалаш. Виктор вырезал в камышах небольшой заливчик. Вырезали и поставили три рогульки под удочки, из камней сделали очаг для костра. Критически оглядев сделанное, остались довольны и, не теряя больше времени, сели в лодку.
– Осталось ещё удочки старые тут бросить, и всё, место застолбили, – прошептал Димка, направляя лодку к дубу.
Остаток дня братья прилежно перевозили и прятали в Дедовом схроне найденные сокровища. Прервались лишь, чтобы пообедать и покормить щенка. До вечера успели перевезти все серебряные монеты, камни с самородками и миниатюры. Вымотались изрядно. Лодку отогнали на старое место, искупались и направились домой. После купания стало легче.
– Надо завтра там удочки поставить, я прикормил место. А то мы, вроде как на Озере целый день, а без рыбы. Подозрительно.
Димка открыл калитку и остановился.
На крыльце сидел Дед и кормил медвежонка из бутылки. Тот аж захлёбывался, как оголодал. Рядом сидели Трезор и Шарик и с интересом наблюдали за новым гостем.
– Дед, это ты где взял? – подбежал к крыльцу Виктор. – Блин, нам теперь ещё медведей для полного счастья не хватало!
– Ну что ж, пусть бы сдох лучше, так что ли? – Дед укоряюще глянул на внука.
– Да нет, конечно, но, как не вовремя, – Виктор присел рядом на крыльцо. – Ты хоть дело успел сделать?
– Дело-то я успел сделать, место нашёл отличное, не подкопаешься. А его Трезор нашёл, когда мы уже обратно шли. Ты про дорогу спрашивал. Вот я и завернул на старую лежнёвку посмотреть. Есть там дорога, и ездит по ней кто-то и часто. Я уже пошёл посмотреть, куда ездят, а тут Трезор позвал, его в ямке нашёл. Мать видно убили, а его не нашли. Бедняга дня три, если не больше, голодный. Ну ладно, ладно, хватит тебе, присосался, – Дед оторвал бутылку от медвежонка, -теперь поспи. Куда б тебя пристроить? – Он оглядел двор и остановил взгляд на большой бочке, стоящей у стены. – Во, как раз для тебя.
– Дим, притащи сенца охапочку для постояльца, – Дед, взяв медвежонка на руки, направился к бочке. – Ты не вылезешь, и тебя не достанут.
Димка побежал за сарай и принёс охапку старого сена. Раструсив его в бочке, отступил. Дед бережно опустил медвежонка.
Тот, немного поворчав и покрутившись, заснул.
– С этим разобрались, надо б и нам повечерять.
Хлопнула калитка, и во двор ввалились близняшки. – Это, где вы целый день пропадаете? -кинулась в бой Нинка, – три раза уже к вам приходили, никого нет, а?
– Так вот на печке лежим, – развёл руками Дед, – а вас ни разу не видели, небось, у подружек просидели, а теперь наезжаете, – Дед погрозил пальцем, – знаю я вас, стрекоз.
– Да, правда, Дедуль, мы приходили, правда, один раз, – Катерина, подбежав, чмокнула Деда в щёчку. – А что это тут у вас? – она заглянула в бочку.
– Нин, смотри, мишка! – она поманила сестру. – Маленький какой.
– Где это вы взяли? – Катерина нагнулась над бочкой, – спит, наелся.
– Да вот сидим, он идёт, – хихикнул Дед, – попить попросил, а потом сказал, что ему ночевать негде. Пришлось пристроить. Может, вам его презентовать, а то у нас и молоко приносное, да и нас днями дома нет. Как бы не обидел кто малыша, а? – Дед, прищурясь, смотрел на сестричек. – Вы присмотрите и покормите вовремя. А подрастёт, я его заберу, не бойтесь.
– Нин, что скажешь, – посмотрела Катерина на сестру, – присмотрим?
– Да чего уж там, присмотрим, только не забывайте, хлопцы, скоро покос, с вас сено за молоко.
– Ой, мы совсем заговорились, мамка пирогов вам прислала, вчера пекла, – и Катерина бросилась к оставленному у калитки узелку. – Ну, и молока. – Она подала узелок Деду.
– Ладно, мы пошли, нам некогда, поужинаете, медвежонка принесёте, мы ему тоже старую бочку приготовим, – Нинка дёрнула сестру за рукав, – пошли уж.
– Ну, вот и ужин наш, – Дед поставил узелок на ступеньку крыльца и развязал, – налетайте, внучата, небось, проголодались?
Поужинали пирогами. Посидели. Потом Дед понёс медвежонка к дочке, сказав, что ему кое-куда зайти ещё надо, а братья, взяв удочки, отправились на вечерний клёв. Добрались на лодке до своего тайника и закинули удочки.
– Я костерок разожгу, чтоб зола осталась, – предложил Димка.
– Давай, – кивнул Виктор, вытаскивая первую рыбку. – А смотри-ка ты, клюёт, – он схватил вторую удочку, на крючке трепыхался окунь. Димка натаскал сухих веток и раздул огонь. Посидев часок, ребята вернулись домой. Деда ещё не было. Почистили рыбу и сварили на утро похлёбку. Часть рыбы пожарили. Наконец появился Дед.
– О, кухарите, молодцы, я спать.
– На завтра какие планы, Дедуль? – спросил Виктор.
– Завтра мы с Егорычем едем в город. У него сын там в торговле работает, может что по шкуркам присоветует, – зевнул Дед.
– Пенсионеры наши предложение о том, чтобы выкупить фабрику, поддержали. Только мы новых-то законов не знаем, как это всё должно быть. Иван Степаныч, мастер наш бывший, тоже завтра в город к дочке поедет. Она у него бухгалтером в какой-то крутой фирме работает. И Сергеич ещё, тоже к сыну, он у него нотариус. Так что, завтра целый десант на разведку направляется. Остальные на фабрику пойдут, смотреть там, что почём. А вы свои дела закончили?
– Не, Дедуль, у нас ещё есть, чем заняться. – Виктор зевнул.
– Ну, тогда спать, – Дед скрылся за занавеской.
Утром, быстренько позавтракав, Дед заспешил к автобусу, а ребята же к своей лодке. Они опять ударно трудились целый день, с перерывом на обед, и перевезли весь малахитовый камень, матрицы и один ящик посуды. Усталые, расставляя на нарах искусные творения предков, любовались.
– Нет, такое только в музее должно быть, для всех. Богатеи пусть себе новоделы покупают, – Димка держал в руках красиво расписанное блюдо.
– Так сейчас, наверное, уже и не делают, а? Вить?
– Не знаю, я как-то не задавался этим вопросом, – Виктор вытащил из мешка последний предмет. – Ну что, пошли перекусим, и сгоняем ещё пару раз, платья сегодня перевезём, а завтра всё остальное.
– Давай, – согласился Димка.
Ребята сходили в дом, поужинали. Деда ещё не было.
– Странно, – Димка посмотрел на часы, – последний автобус полчаса как пришёл, где Дед?
– Может, ночевать в городе остался, за день не управился, вопрос-то не простой, подождём. – Виктор убрал со стола. – Ну, пошли.
До темноты ребята перевезли содержимое сундука с платьями. На дне этого сундука их ждал очередной сюрприз. Это была большая шкатулка из кости, похожей на слоновую, и завёрнутый в тряпицу большой серебряный крест. Крест был старый, потёртый. Перетащив всё в схрон, братья принесли шкатулку в дом и стали пытаться её открыть. Крутили и так, и этак. Нажимали везде, дергали – ничего. Поставили на стол и напряжённо думали, буравя шкатулку глазами.
– А ведь не пустая, раз тяжёлая, килограмма три будет, – Димка потряс шкатулку. Внутри что-то глухо забрякало.
– А ну-ка, – Виктор двумя пальцами взялся за выступающий вензель и попытался повернуть. Глухо щёлкнув, крышка откинулась.
– Ну вот, ларчик-то просто открывался, – он развёл руками.
Ребята наклонились над шкатулкой.
– Ну, ни фига себе, – прошептал Димка. В открывшейся шкатулке тускло переливались грани, судя по всему, драгоценных камней.
– Я в камнях не разбираюсь, но что зря, думаю, прятать не будут, – осипшим голосом прокомментировал Виктор.
– Теперь нам не на одну фабрику хватит. – Димка запустил руки в шкатулку. – Во, – он поднял горсть камней.
Полюбовавшись на переливы камней, ребята улеглись спать.
Утром, позавтракав, отправились по уже привычному маршруту. За день успели перевезти оставшуюся посуду и книги. После ужина решили вытащить и похоронить остатки погибших в подземелье. Виктор спустился по верёвке в яму под кладовой и осторожно стал собирать останки бедняги грабителя в мешок. С правой кисти свалился серебряный перстень. Виктор сунул его себе в карман. Возле голого черепа лежала такого же цвета штучка, похожая на клипсу. Мальчик захватил и её. Потом выровнял по какой-то не ясной интуиции штыри и поднялся наверх. Сняли доски и закрыли дверь. И странно, плиты встали на своё место.
– Во как, ты понял, механизм работает, – удивился Димка. Возвратились до скелета, лежащего в туннеле. Виктор присел, Дмитрий раскрыл мешок. Виктор стал аккуратно складывать кости в мешок, отложив в сторону стрелу. На кости левой руки матово блеснул светло коричневый браслет с какими-то выпуклыми значками. Виктор подумал и тоже отложил его в сторону. Собрав кости, прихватив браслет и стрелу, покинули подземелье.
– Где хоронить-то будем? – спросил Димка, гребя к берегу.
– А что, если их положить у входа в наш схрон, кого не надо отпугивать? – предложил Виктор.
– А что, это мысль! Серьёзного кого, не отпугнёт, а вот пацанов любопытных точно, – согласился Димка.
