Чернильный дневник

– Эх, а я так хотел узнать твою спутницу поближе! – расстроился тот. – Не так часто ты знакомишь меня с кем-то! Если честно, то это пер’вый р’аз на моей памяти.

– У нас ещё будет время, – поддержала затею та. – Обещаю, завтра мы непременно поговорим, но сейчас я, в самом деле, жутко устала. Надеюсь, вы не обидитесь.

– Что вы, милая, – улыбнулся ей барон. – Завтр’а так завтр’а. Я р’аспоряжусь, чтобы вам подготовили гостевую комнату, – лукавое подмигивание. – Или нужна общая?

Чейз залилась краской.

– Нет, Роберт. Лучше отдельно, – заметив её смущение, отозвался следопыт.

– Что ж, как скажите. Ах, эта молодость…

Спальня оказалась под стать дому. Светлая, эффектно контрастируя с переливом тёмных бархатных штор и постельного белья, она выглядела бесподобно. Аманда уже ничему не удивлялась и просто тихо молилась, чтоб ничего не сломать.

Вдобавок ей принесли горячий чайничек и тарелку с песочным печеньем. Ну как отказаться от искушения? Она уплетала, наверное, пятое по счёту лакомство, когда в дверь постучались.

– Что ж… На этот раз что-то новое, – отметил Адриан, когда та уже торопливо было потянулась к снятой накидке, но с облегчением выдохнула. – Можно поинтересоваться? В этом вы ходите там, откуда ты явилась? – положительный кивок. – И это в порядке вещей? – ещё один кивок. – Ясно…

– А что не так?

– Лучше промолчу, – он аккуратно повесил знакомое ей персиковое платье на кружевную ширму. Балетки легли на дутый комод. – Как тебе Роберт?

– Нормально. Вроде… Как вы познакомились?

– В жизни всякое случается.

– Это не ответ.

– Верно, как и не считаются ответом твои увиливания.

– Понятно, – с вызовом прищурилась Чейз. – Значит, спрашивать, как ты меня нашёл, тоже бесполезно? А главное, зачем?

– В каком смысле – зачем?

– Ну… Зачем таскаешься со мной. У тебя же и так из-за меня проблемы. Да, опустим тот факт, что ты сам и подставился ради наживы, но ведь ты спокойно мог бы исчезнуть. Скрыться где-нибудь, подождать, пока всё поутихнет. Деньги у тебя есть. Однако ты ещё здесь.

– Да, здесь.

– Потому что тебе скучно и нечем себя занять?

– Отчасти.

– Только не говори, что планируешь ещё на мне подзаработать.

– Если получится. С тобой выгодно иметь дело.

– Я серьёзно вообще-то.

– Я тоже.

Судя по всему, данный разговор был заведомо бесполезен и не имело смысла его продолжать.

– Роберт знает, что тебя ищут?

Тот кивнул.

– Не боишься, что он может нас сдать?

– Нет. Не боюсь.

– Откуда такая уверенность?

– Завтра, если захочешь, спросишь его об этом сама.

– Хватит отвечать загадками! – не выдержав, сердито топнула ногой Аманда. – Я же пытаюсь нормально поговорить, а ты будто специально выводишь меня из себя!

Насмешливая улыбка мелькнула на мужском лице, успевшем всего за сутки обрасти колючей щетиной.

– Может, да. А, может, и нет. Как знать.

Глава шестая

Соблазн велик

Чейз уже начинало раздражать переноситься в Эридан посреди ночи, так как несколько часов попросту улетали в трубу. Вот и сейчас она тупо проспала до рассвета, а проснувшись, первым делом озадачилась: сколько времени у неё ещё есть в запасе? Ведь в реальности она ночевала у Томаса, и тот мог в любой момент её разбудить.

Тем не менее, Аманда умылась принесённой ей в серебряном тазу водой, переоделась в платье и спустилась вниз. Что-что, а здешняя мода оказалась приятной. Свободная юбка не мешала при ходьбе, а шнуровка под грудью совсем не стягивала, предназначаясь больше для подчёркивания талии. Единственный недостаток – неудобные расклешённые рукава, но вместе с платьем те смотрелись весьма гармонично.

В этот момент она чувствовала себя настоящей придворной дамой из саги о короле Артуре. Вот только с волосами так и не смогла ничего придумать. Пришлось расчесать и оставить распущенными.

Дом вовсю кипел жизнью, несмотря на ранний час. Какая-то служанка любезно проводила её в столовую с большим обеденным столом. Барон Колфинд и Адриан уже завтракали, так что Чейз, пожелав всем приятного аппетита, поспешила занять стул рядом с последним.

– Выглядишь ничего, – шёпотом бросил ей тот.

– Спасибо, – так же тихо поблагодарила она.

– Полностью согласен, – тем не менее услышал их барон. – Зачем скр’ывать, вы выглядите бесподобно, милая.

– Благодарю… Нас всего трое? Больше никого не будет?

– Увы. Так вышло, что я не обр’еменён семьей. Но гостей пр’инимать люблю. За этим столом они часто собир’аются. Надеюсь, вам ещё пр’едставится шанс в этом убедиться.

– Не думаю, – ответил Адриан. – Мы не задержимся. Нужно уладить кое-какие дела.

– Дела могут и подождать! – расстроился барон, подавая сигнал слуге. Тот с готовностью заспешил к хозяину с винным кувшином. Прям с утра? Однако.

– К сожалению, эти не могут.

– Милая, ну хотя бы вы повлияйте на моего племянника! Он и так почти не р’адует меня своим пр’исутствием. К тому же, с его тепер’ешним положением, мой дом – одно из самых надёжных мест.

– У нас правда не… что??? – Аманда как раз наслаждалась невероятно вкусным сырным супом, от которого пахло шафраном и миндалём, когда серебряная ложка в её руке дрогнула, проливая содержимое на скатерть. – Племянника?

Барон Колфинд подозрительно прищурился.

– Неужели он вам не говор’ил?

– Да ничего он мне не говорит!

Вот, значит, как! Если барон его родной дядя, то сам Адриан как минимум какой-то… короче, далеко не обычный охотник, живущий в лесной лачуге.

– Как похоже на него. Но пр’остите, милая, что завел эту тему, больше не скажу ни слова. Уверен, Адр’иан сам посвятит вас в подробности, если посчитает нужным. Прошу, не дер’жите на немощного стар’ика зла за болтливость.

– Это ты-то немощный? – ухмыльнулся «племянник».

– Увы, мальчик мой, годы нельзя отмотать назад.

Аманда не сводила глаз с Адриана, высверливая его насквозь, однако тот невозмутимо делал вид, что упорно ничего не замечает.

– Лучше р’асскажите о себе, милая, – не унимался барон. – Откуда вы, чем занимаетесь и как познакомились с этим р’едкостным молчуном!

– Да, – тут же подключился «молчун». – Расскажи. Нам всем очень интересно.

Чейз еле сдержалась, чтобы не пнуть его под столом. Наступил опасный момент. Пусть Адриан и принимал некоторые аспекты её странной личности, но как бы воспринял её историю хозяин дома? Так что она начала издалека, несильно вдаваясь в подробности.

Мол, она брошенная матерью сирота, отец умер, и она прибыла издалека по личным причинам, о которых не желала бы распространяться. С компаньоном же их свёл случай, когда она заблудилась в лесу.

Ложь выходила в целом складно и лишних вопросов никто не задавал. Только когда разговор зашёл о том, что она увлекается медициной, барон Колфинд заинтересовано углубился в вопрос, но и тут Аманда смогла вывернуть всё на нейтральную тему.

Адриан не перебивал и не вмешивался, однако по его мимике был заметен проснувшийся интерес. Наконец-то, тема об её жизни исчерпалась, и она облегчённо выдохнула. Вроде справилась.

Дальше беседа за столом плавно перетекла в прогулку по парку, а оттуда в гостиную, где они провели время за увлекательными историями из прошлого барона.

Как оказалось, Роберт Колфинд принимал участие в войне, о которой Аманда уже неоднократно слышала. Вызвался добровольцем и с горячим сердцем ушёл в строевой отряд. Там же через несколько лет травмировал колено, из-за чего его отослали с линии обороны. Вот только дома солдата встретили далеко не с почестями.

Большинство окружения считало, что его травма – не столь значительная причина бежать от долга. Немногие знали, что та была получена, когда барон, тогда ещё молодой шевалье, собственным телом защитил старого короля, так же выступающего на оборонительном рубеже. За отвагу, уже покойный правитель, присвоил ему титул барона и наградил земельной собственностью.

Вспыхнувшая эпидемия пришлась на последние военные годы. Собственно, она стала одной из причин её окончания, но не венцом кровопролития. Смертельная волна прошлась практически по всему Эридану, не затронув лишь самые отдалённые уголки королевства.

Столица тоже попала под удар, при котором барон потерял двух дочерей и супругу. Самого же хозяина, как и почти половину населения Борея, нависшая беда чудом миновала, однако утраты не могли не сказаться на выживших.

На этот же период для Эридана пришёлся расцвет религии, которую молодой король, вступивший в права после смерти отца, активно поддержал. До этого церковь оказывала лишь второстепенное влияние, однако начала стремительно подниматься, ведь людям требовалось во что-то верить. Тогда же началась и дискредитация алхимиков.

Вернее, как выразился барон Колфинд, церковный конклав под предводительством кардинала Бантео и с согласия короля Эмбера, был вынужден признать их вину. Дескать, те запятнали себя бесчестьем, ересью и позорными связями с нечистым, а посланная ими эпидемия преследовала единственную цель – добиться гибели не только их собственной, но и всего человечества.

Барон отметил, что, несмотря на правое дело, он не способен всецело одобрить предпринимающиеся церковью меры, хотя их порыв и цель, несомненно, были достойны уважения. Ведь, здесь цитата: «вероисповедание не терпит потустороннего вмешательства, которое несут за собой алхимики». И пускай люди многие сотни лет жили с ними бок о бок, сейчас, по мнению церкви, настала та эпоха, в которой отклонения от привычного необходимо строжайше пресекать, чтобы не допустить раскола.

Аманде стало не по себе. Мало того, что она искренне сочувствовала этим ребятам, которых никогда не видела, так ещё и на свой счёт у неё невольно затряслись поджилки. Если в этом месте церковь занимала такую же важную нишу, как когда-то и в её мире, то что будет, если узнается способ её перемещений? Это ведь явно не вписывалось в утверждённые веромученниками рамки. Недалеко и до знаменитой охоты на ведьм. Хотя, видимо, тут она заменилась на травлю алхимиков.

Адриан тоже почувствовал, что разговор принял нежелательное русло и, попросив у барона Колфинда позволения, увёл Чейз. С разговоров на лестнице они плавно перетекли к нему в спальню.

– Ну, теперь я могу понять, почему ты сдал меня, – признала она, падая на изящную софу и отщипывая с ближайшей фруктовой тарелки веточку винограда. – Вы все здесь чёртовы фанатики.

– Тут другое, – не согласился тот, скидывая её ноги с задравшейся по колено юбкой на пол и присаживаясь рядом.

– Например?

– Неважно.

– Нет, важно. Кого у тебя забрала эпидемия? Родителей, брата, сестру… невесту?

– С чего ты взяла?

– Ты не любишь алхимиков. Да, возможно, не бегаешь за ними с факелом и криками: «сжечь», но не любишь. С бароном-то всё ясно. В нём говорит боль за семью… а ты? Только личные причины могут создавать такую продолжительную ненависть.

Адриан долго не решался ответить. Было видно, что она оказалась едва ли не первой, кто за последние годы вообще поднял эту тему. Да ещё и попала точно в яблочко.

– Мать и сестру, – ответил он, наконец. – Мы с отцом были на войне, когда болезнь добралась до нашего города.

– Так ты ещё и воевал?

– Как и все. Отцу разрешили вернуться домой, чтобы провести похороны. К тому же кто-то должен был управлять поместьем. А я так и не присутствовал на панихиде. Не успел попрощаться.

– Поместье… И… почему ты не там?

– Потому что его у меня больше нет, – Адриан забрал у неё виноград и, оборвав оставшиеся ягоды, горстью закинул их в рот. – То было сложное время. Голодное, мрачное. Отец не справился: постепенно распродавал имущество, чтобы расплатиться с долгами, а однажды так напился, что устроил представление. Да не перед кем-то, а перед приближёнными к короне. Последствия предсказуемы: его лишили титула, земли и почестей. Только не спрашивай, что именно он устроил. Ничего достойного, но я, как наследник, тоже попал в немилость и вернулся на пустое место, что когда-то было моим домом. Став никем.

Аманда по-новому взглянула на собеседника.

– Надо же… Значит, и у тебя с родителями вышел косяк. И где он сейчас? Твой отец?

– Не имею ни малейшего представления. Одним днём я ушёл и больше мы не общались. Даже не знаю, жив ли он до сих пор. И не хочу знать. Не могу простить его за слабость.

– Простить предательство тяжело, – кивнула та понимающе. – Особенно от близких. И вполне понятно, почему ты послал всех и укрылся в хижине. Я бы тоже озверела.

– А что насчёт тебя? То, что ты говорила о семье…

– Правда, в общем и в целом. Отец… как у вас тут такие личности называются… переборщил с опиумом и откинулся, а мамаша – пьяница до мозга костей, которой дочь была с самого начала не нужна. Всё просто. Конец истории. Финита… – всколыхнув старые обиды, внутри всё сжалось. Чейз раздражённо тряхнула головой. – Но ничего, выплыла. Главное упорство. Мы с тобой тому живое подтверждение.

Не отдавая себе отчёта, Адриан потянулся к ней, подушечкой пальца проведя по открывшейся дорожке маленьких серёжек-гвоздиков в её ухе: четыре в ряд и один на хряще. Аманда вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот, ей было приятно его касание…

И он.

Особенно теперь, открывшись с совсем другой стороны и став… Став таким, что можно было и забыть на время о его подлом поступке. Или даже окончательно забыть. Сейчас ведь он ей помогает, верно?

Молчание затягивалось, а вокруг едва только воздух не электризовался. Понять, что последует дальше, не составляло труда. Милые беседы, тесная софа, глаза в глаза… Только вот она знала, что это неправильно.

Там, в своей реальности, Чейз никак не могла определиться с чувствами к Мэйсону, тут же покрывалась мурашками от единственного взгляда малознакомого ей типа. Нет, это было попросту нечестно по отношению к ним обоим.

– Ладно, – выпрямилась она с наигранной улыбкой, разрывая дистанцию. – Грушу хочешь?