Элиниэль Эверфольд
Одному Богу ведомый мир
От Автора
Здравствуй, читатель! Я хотела немного поговорить с тобой перед тем, как ты начнешь читать вторую книгу цикла «Ведомый мир». О чем? О нем же. Первая часть нашла свой логический конец. Не особо радужный, но все же. Тебе мог не понравиться выбор Лилии. Как и мне, кстати. Но, что поделать, это ведь ее жизнь. Пожалеет она об этом или будет счастлива, мы не узнаем. Или нет?
Что же я хотела сказать?.. Ах да. Если ты уже начал читать без предисловия вторую часть, то, вероятнее всего, понял, что что-то не так. Если еще нет, то лучше поясню заранее. Да, во второй части и правда другие герои, другая история. Похожая? Возможно. Может это судьба? В любом случае, если «Одному Богу ведомый мир» не самостоятельная книга, а продолжение цикла, значит они как-то взаимосвязаны. Как? Думаю, лучше почитать, чем строить теории на пустом месте. Так даже Шерлок не умеет.
В любом случае, хочу сказать «Спасибо!» моей матушке, которая всегда поддерживала мое стремление создать свой маленький мир на страницах книги. Так же хочу поблагодарить тебя, читатель, за внимание, предоставленное книге. За время, что ты посвятил ей же. Мне приятно, что ты сейчас здесь со мной.
Осталось лишь пожелать тебе приятного чтения. Не верь всему, что кажется очевидным и будь внимателен, ведь каждое движение, каждая ничего не значащая, на первый взгляд, фраза, может иметь какой-то скрытый смысл. Удачи!
Или победить, или умереть
Aut vincĕre, aut mori
В тот день было солнечно. Песчинки летали в воздухе, отражая яркий полуденный свет и будто играя с ним в догонялки. Множество голосов, слова поддержки, свист и хлопки вдруг превратились в кошмар. Чьи-то крики, ужас, короткие приказы, треск магии в воздухе. Командный голос одного из судей:
– Кто-нибудь, остановите номер тридцать восемь!
На поле было душно. Но не от летнего зноя, а от накалившейся обстановки. Тяжело дышать от витающей в воздухе магии разрушения. От неимоверной демонической силы, что неожиданно даже для ее хозяина вырвалась из-под контроля.
Финал. Их тогда оставалось двое. Последняя битва за звание Первого Меча Империи. Они уже были победителями, потому что были сильнейшими. Но в итоге должен был остаться один. Что же тогда произошло? Почему вдруг он потерял всякую человечность и превратился в того монстра, которым всегда боялся стать?
Герцог Дантариэл Сильф, сын второго по важности дома Бастарии – Королевстве Кристалла и Экономики, как его называет народ между собой. Он славился своей мудростью, спокойствием, лидерскими качествами и талантами, что начали проявляться в юном возрасте. Да и красотой мир не обделил этого мужчину.
Вторым же был неизвестный. Закутанный в черный плащ некто, среднего пола, роста, комплекции и с каким-то средним голосом. Он был мастером маскировки. Ни единым движением не выдавал ни черты своего настоящего «Я». Быть может этим и заинтриговал высокую публику? Или тем, что побеждал всех предыдущих врагов в течение пяти минут?
Неизвестный поразил всех тем, что не желал раскрывать своей личности даже когда прошел в финал.
– «Империя должна знать своего героя»!
– «Нет, Империи хватит того, что будет слух о герое. Я хочу стать мифом, городской легендой».
Кто бы знал, что, посмеявшись над такой позицией, люди будут поражены дальнейшими событиям.
Что же произошло на поле? Многие знали, что фамилия «Сильф» появилась не так уж и давно. Ходили слухи, что они прибыли из другого мира. Из Демонтеры, если точнее, которую населяют исключительно демоны и темные сущности. В тот день это подтвердилось.
Финалисты пожали друг другу руки и разошлись. Шум ветра и свист публики перекрыло неожиданное утробное рычание. Неизвестный обернулся, пытаясь понять, что стало источником, да так и замер, с ужасом наблюдая за изменениями оппонента. Его глаза налились кровью, стирая границы радужки и зрачка. Волосы цвета спелой вишни разметались по спине и поднялись, будто мужчина был под водой. По всему телу вздулись вены, разнося горячую кровь в несколько раз быстрее, стимулируя обращение.
Дантариэл будто стал в разы выше, потерял большую часть человеческого облика. Потерял разум. Дикий зверь, целью которого было убить того, чей запах ему так не нравится. Его запах. Неизвестный понимал, что не справится с нечеловеческой силой бывшего друга. Что именно из-за него он стал таким. Но почему? Как?
Пока на трибунах и за ними метались маги и солдаты, финалисты бились на поле. Песчинки, поднимаемые их отточенными резкими движениями, уже не казались такими завораживающими. Они мешали. Залетали в нос, скрипели на зубах, кололи глаза, заставляя те слезиться. Не давали увидеть возможную смерть.
Откинув массивный клинок, демон методично и с огромной скоростью наносил тяжелые удары собственными когтями. Неизвестный мог бы закончить все быстро, но больше всего не хотел ранить дорогого ему человека, поэтому только защищался, пытаясь на ходу придумать, что делать дальше. Длинные полы плаща мешали, не давали нормально двигаться. Но откинуть ткань приравнивалось к раскрытию личности, а этого он не хотел. Потому что тогда бы план пошёл под откос. Тогда бы не было никакого смысла.
Длинная челка упала на глаза неизвестному, полностью закрывая обзор. Это и стало фатальной ошибкой. Он успел выставить левую руку, которую было не так жалко. Неприятный хруст, звук рвущейся плоти. Алые капли падают на песок, смешиваясь с ним и с потом финалистов. Со слюной монстра, что сейчас нависал над оппонентом.
Было ясно. Полдень. Солнце четко очерчивало изменившуюся фигуру Сильфа младшего. Местами порванная одежда, разметавшиеся вишневые пряди, звериный оскал и глаза, будто не видящие никого, кроме закутанного в плащ человека. Будто не желающие ничего, кроме смерти тому, чей запах ему так не нравится.
– «Он ведь будет винить себя в моей смерти», – подумал неизвестный и, усмехнувшись краешком губ, все же решился.
Ни один из них не умрет просто так. Перекат, прыжок и вот уже финалисты поменялись местами. Теперь демон стоял у стены. Неизвестный схватил чужой меч, что оказался в разы тяжелее его собственного. Сильф тут же рванул на фигуру в плаще, но не поймал. Выжимая все силы из собственных ног, неизвестный крутился, пытаясь встать так, чтобы сработал его план. Пытался поставить оппонента в нужную позицию. Наконец у него это получилось.
Демон стоял спиной к стене. Неподалеку начали собираться маги, готовые в любой момент выпустить заклинания, чтобы уничтожить угрозу. Они боялись. И это было так естественно. В порядке вещей бояться того, чем не можешь управлять. Что не можешь объяснить.
Неизвестный схватил горсть песка и, развернувшись, бросил ее прямо в глаза демону. Тот отпрянул, потеряв ориентацию в пространстве, протяжно зарычал. Этого хватило, чтобы его оппонент смог занести меч и, пробив живот противника, вогнать его еще на полметра в каменную стену.
Трибуны затихли, а потом разразились криками и аплодисментами. Монстр был повержен. Но монстр ли? Это ведь все еще тот самый герцог Дантариэл Сильф. Все тот же мудрый политик, талантливый маг и мечник. Все тот же друг.
Первый Меч присел напротив второго и, проведя кончиками окровавленных пальцев по лицу мужчины, усмехнулся.
– Я ведь сломал тебе жизнь, да? Значит должен все исправить, – щелчок.
Неизвестный достает из-за ворота медальон, в котором будто переплетаются две противоборствующие стихии. Они смогли гармонично существовать и теперь будут оберегать носителя. Артефакт должен скрыть темный аспект в ауре мага, должен защитить его, как защищал Первый Меч до этого.
– Дантариэл, ты не должен никому показывать этот медальон, – когда мужчина приоткрыл глаза, наказал неизвестный и, застегнув украшение на шее мужчины, улыбнулся уголками губ.
Говорят, после этого Первый Меч одним прыжком взмыл в воздух и исчез, будто его поглотило само солнце. Улыбка и блеск неестественно ярких глаз – единственное, что будет помнить Второй меч о своем спасителе и защитнике. О том, кто когда-то победил его.
Прошло десять лет с тех времен, а эта история стала городской легендой, хоть и была на самом деле.
Осуждают, потому что не понимают
Damnant, quod non intellĕgunt
Риэлла:
Интересно, как скоро люди поймут, что некоторым вещам лучше учить избранных? Ну вот зачем политику изучать тем, кто не собирается в нее влезать? Или, например, зачем особые стихийные заклинания естественникам? Это маги, которые владеют либо светом, либо тьмой. Их еще называют созидателями и разрушителями. Даже многим чаще. И почему я, после нескольких лет домашнего обучения, должна сейчас повторять все по накатанной в этой дурацкой школе? Еще и в классе для одаренных. Только из-за происхождения.
– Госпожа Риэлла, не витайте в облаках на моем уроке, пожалуйста, – вырвал из раздумий меланхоличный голос учителя, заставивший всех остальных сначала притихнуть, а потом зашептаться. Ничего нового.
– Как я могу? – ядовито протянула я, закидывая ногу на ногу и облокачиваясь на спинку довольно удобного стула.
Мужчина только кивнул, принимая комментарий как извинение. Привык к моему двусмысленному поведению. Или не двусмысленному? Только вот одноклассники тут же зашептались, обсуждая голос, интонацию и иронию, с которыми была сказана самая обычная фраза.
– Нда, не повезло Эйфирии с такой принцессой.
– Надежда только на Богов и их выбор будущего Короля.
Прицыкнула, бросив косой взгляд на особо разговорчивых, что тут же побледнели и отвернулись. Чуть ли не под парты попрятались. Крысы. За спиной шепчутся, а как появляется возможность высказать все в лицо, так сразу хвосты поджимают. Людишки.
Оставался еще час до конца урока, а я уже засыпала на ходу. Только вот нельзя давать слабину. Даже если чуть-чуть. Сразу шептаться начнут. Снова слухи. Принцесса Эйфирии – позор Королевства или спасение? Смешно? А если я скажу, что такая статья была в газете Бастарии? Одной из самых известных. Появилась после моей победы на одном из конкурсов. Там просто скандал был. Честно говоря, даже не связанный со мной. Кому какое дело? Был ведь.
Время летит незаметно… Кстати, мы ведь не знакомы. Разрешите представиться, Риэлла Мирабэль ми Рамор эс Эйфир – Принцесса Эйфирии и ее же будущая королева. Так же ученица Школы Всеобщей Магии. Третий курс. Из шести. Слава всем Богам, осталось всего ничего.
Как вы уже поняли, положение в обществе у меня спорное. Вроде и будущая Королева процветающего Королевства, а вроде и многими осуждаемая взбалмошная девчонка. Никудышный маг, посредственный мечник. Зато умная, вот! Ну ничего, меня чужое мнение не трогает. Главное, чтобы муж нормальный достался.
С этим в нашем мире тоже довольно занятно. Пары для высшей аристократии и сильных мира сего выбирают сами Боги. Четверо разом. И делают они это удивительно точно. Еще ни разу в истории пара не получилась неудачной. Всегда все счастливы, влюбляются и так далее. Так вот, мне как будущей Королеве, очень важно получить хорошего человека рядом. Любовь не так интересна как выгода. Процветание страны важнее личных чувств. Хотя, все это можно скомпенсировать одним человеком.
Над Школой разнесся звук колокола. Я даже вздохнула с облегчением, чем привлекла внимание преподавателя, что и так меня недолюбливал. История Империи слишком скучная, чтобы переслушивать ее по третьему кругу. Тем более, что и придраться он не мог. Что не спросит – я все знаю. Не удивительно. Собрала сумку и, перекинув ее через плечо, вышла из кабинета последней. Как обычно.
– Ваше Высочество, разрешите? – тут же склонился телохранитель. Отец без него не отпустил в другое Королевство.
Люк Аркенум. Он же маг-огневик и лучший мечник Эйфирии. Если смотреть со стороны, то наши отношения похожи на «госпожа и раб», но на самом деле он мне как брат. Удивительно немногословный, мало эмоциональный, достаточно симпатичный и ответственный. Прекрасные черты для взбалмошной принцессы, коей меня считают сплетники. Да и в принципе вся общественность.
– Если очень хочется, – усмехнулась уголками губ, передавая свою совершенно не тяжелую сумку парню и снова ловя на себе осуждающие взгляды. – Идем.
Голос прозвучал сурово и немного едко, но на самом деле я просто уже устала от вечных шепотков за спиной. Уверена, что даже не будь у меня титула и влияния, все равно бы никто и ничего в лицо не сказал. Людишки.
– Не хмурьтесь так, Вашество, – шепнул на ухо телохранитель, отчего оно предательски покраснело. Издевается, зараза.
– Тебе показалось. А если покажется еще раз, то твоя голова станет для меня настенным сувениром, – он знал, что дальше слов подобные угрозы никогда не зайдут, поэтому только брови приподнял, что приравнивалось на мало эмоциональном лице к улыбке.
Только вот студенты не знали. Мимо как раз проходили и услышали лишнего. И снова шепотки. Хоть бы на себя посмотрели. Один девушке своей изменяет с ее же подругой. Другая у родителей деньги таскает. Третья недавно человека убила… Чего?!
Я даже посреди коридора остановилась. Как и Люк, удивленно наблюдающий за моей неподвижной спиной. Развернулась на каблуках и, чуть резче чем требовалось дернув на себя телохранителя, зашептала ему на ухо:
– Видишь ту девушку? Светло русый хвост, второй курс, маг земли. Можешь провести небольшое расследование и узнать, не пропадал ли кто недавно из ее ближайшего окружения? – парень кивнул, все еще не понимая причин моей просьбы.
Он знал о том, что я необычайно наблюдательна. До больного. Так что просто верил на слово и исполнял мои маленькие просьбы. С чего я вообще взяла, что эта замухрышка могла кого-то убить? Все просто. Волосы собраны в хвост, ногти неаккуратно пострижены, но под одним из них виднеется запекшаяся кровь. Она же на внутренней части сережки и в волосах. Голова чистая, значит со дня убийства прошло не больше одного-двух дней. Занозы на ладони и пальцах. Орудие убийства было деревянным или же имело деревянную ручку. Дальше. Глаза. Красные, опухшие. Плакала. Возможно, с кем-то поссорилась. На среднем пальце не так давно было кольцо, остался след. Возможно, рассталась с парнем. Нервная, дерганая, но сама по себе тихоня. Не выдержала. Парень ей изменил, возможно. Значит убийство в состоянии аффекта? Земля на подошве рыхлая, больная спина. Тащила тело куда-то. В лес. Остался мох и запах хвои. Рядом два еловых леса, в одном из которых парк, а через другой проходит тракт. Если предположить, что они встретились для важного разговора, то подойдет первый вариант. Тогда что может быть за орудие? Палка? Нет, тогда бы заноз не осталось.
– Люк, в парке около «Сада слов», случайно, не ведутся никакие работы? – все так же на грани слышимости спросила я, делая вид, что очень внимательно изучаю картину, которую даже не вижу. Не смотрела, если честно.
Поле. Два коня. Непроницаемо черный и белоснежный. Красивый лес, неподалеку река. А автор… Шерли. Видела я где-то его работы. Говорят, в них глубокий смысл.
– На сколько я знаю, там сейчас убирают дерево, поваленное во время недавнего урагана, – прекрасно.
Значит орудием убийства стал либо топор, либо молот. Снова на пятках развернулась лицом к притихшему телохранителю. Решил тоже картинку порассматривать? Составить компанию, чтобы я глупо не смотрелась? Настоящий друг.
– Дай ориентировку городской страже на поиск тела парня в парке у «Сада слов», – это кафе такое, где много вечеров поэзии проводится. – Орудие убийства, вероятнее всего, топор или молот. Возможно, где-то в реке. Подозреваемую ты знаешь, – кивнул, записав все на листочек, что минуту назад достал из моей сумки. Нагло. Мне нравится.
– Займусь этим вечером, если вы не против, – кивнула и даже опешила, когда парень вдруг склонился к моему плечу и зашептал, почти касаясь губами уха. – Ты невообразимо прекрасна, когда делаешь то, что нравится.
Хлопнула Люка по плечу, чтобы не смел при посторонних проявлять неестественную для наших ролей близость. Теперь поняли, как обстоят дела на самом деле? Надеюсь, так же поняли, что «Ядовитая Принцесса» – всего лишь маска, которую мне пришлось надеть после одного инцидента.
Хотела было высказать еще довольно много накопившегося гнева, но над школой раздался звон колокола. Не тот, который собирает на урок и отпускает с него же, а тот, что призывает внимательно послушать то, что будут говорить. Чаще всего этим занимается секретарь ректора.
– Внимание. Всем учащимся просьба собраться в главном концертном зале. Повторяю. Всем учащимся…
И так далее. Что могло произойти? Хотя, гадать не приходятся. Судя по тому, что предыдущий ректор ушел в добровольно-принудительную отставку, вариантов остается мало. Представят нового. Интересно, он окажется лучше предыдущего? Хотя, лучше него будет даже не говорящая птица. Она, по крайней мере, не будет брать взяток, присваивать деньги школы, домогаться до студенток и студентов и так далее. Да-да, дяде было все равно, кто именно сделает ему приятно.
Тяжело вздохнула, понимая, что еще минимум час придется стоять в духоте, среди остальных школьников и слушать стопроцентно нудную речь очередного старика. И не отвертишься. А ведь я собиралась пойти в комнату и наконец дочитать прекраснейший роман об обычной девушке, что оказалась «спасительницей мира» и двух крутых герцогах, борющихся за ее руку. Больше всего мне в этой книге нравится гаркаши – мистический конь, что по совместительству является еще и элементалем молний. Жаль, что у нас они давно вымерли.
Кстати говоря, насчет той картины. Черный и белый кони. Они похожи на гаркаши и единорога из этой истории. Может они олицетворяют своих хозяев? Тогда становится грустно, ведь оба их подопечных погибли, оставив волшебных животных одних. Пробило бы меня на слезу, если бы рядом не было так много людей.
Пришлось протискиваться через неровную толпу гудящих студентов, чтобы занять свое почетное место рядом с принцем Лартана и бастардом Бастарии. Комично звучит. После очередного тычка в бок, явно не случайного (пользуются тем, что в толпе можно все списать на давку) пришлось воспользоваться хитростью. Точнее, Люком. Огневик встал передо мной и стукнул мечом по мраморной плитке пола, отчего та уж слишком жалобно заскрипела. Благо, что не треснула. Внимание привлекли, детишек успокоили. Два добрых дела за минуту. И почему говорят, что я плохая?
Окинула иронично-злым взглядом присутствующих и, сохраняя благородную осанку, двинулась в первый ряд, где уже стояли два молодых человека. Приветственно кивнули и отошли, предоставляя место между ними. Зачем? Так положено. Не может девушка с краю стоять. Еще и принцесса. Есть плюс, теперь я как раз перед трибуной, где уже стоит секретарь. Секретарша. Она же у нас главный оратор. Проводит мероприятия, делает объявления. Крутая женщина, на Люка похожа чем-то. Слава Богам, что не характером. А то вместо своего сына она обнималась бы с… Лошадьми.
– Все в сборе? – кто-то у входа выкрикнул короткое «да» и послышался скрежет.
Тяжелая створка двери проехалась по мраморной плитке и с громким стуком закрылась. Напомните, зачем папа меня отправил в эту богадельню? Чтобы я получила бумажку об окончании обучения? Так у меня их три. Школа аристократии, международный университет и даже Пансион для благородных дам. Плюс имперское обучение. Я уже устала! Все равно ничего нового. Вероятнее всего, батюшка просто ждет момент, когда Боги решат мою судьбу. А по школам таскает, чтобы я в четырех дворцовых стенах не скучала.
– Тогда начнем с объявлений, – во множественном числе? Значит что-то в правилах школы меняется. – Совет образования Бастарии решил пересмотреть несколько пунктов в уставе. Седьмой пункт упраздняется полностью, – на межличностные отношения. Раньше в учебных заведениях нельзя было парню и девушка даже близко друг рядом с другом стоять. Про учителя и ученика и речи нет. Там можно и под суд прогуляться. – Пункт одиннадцать уточнен. Теперь каждый ученик должен будет носить школьную форму в зависимости от класса и стихии магии, – а как же бистихийники? Блин, проблем от формы точно добавится. – Он вступает в силу через месяц. Новый пункт о перераспределении классов по способностям и специфике магии. Так же каждый ученик сможет выбрать лекции, которые будет посещать, – и который из Богов услышал мою молитву? Супер.
Губы сами собой растянулись в поистине жуткой улыбке, от которой шарахнулись обе монаршие персоны. Еще и парочка учеников позади. Я не виновата, что не умею нормально улыбаться!
Так, можно будет не ходить на историю, экономику, политологию… А можно вообще никуда не ходить? Нет, лучше расписание свое особо не менять. И без того меня лентяйкой считают, нужно хоть сделать вид, что учусь. И достаточно прилежно.
Другой вопрос. Стихия. Куда распределят мага, что в принципе не владеет энергией мира. Я ведь только исцелять могу. И то очень посредственно. У всех магия цветная, обычная. А у меня белая! Какая? Боги ее знают. А я нет.
– Белый мне не пойдет, – себе под нос буркнула я и снова превратилась в слух.
– Теперь к главному. Как вы уже знаете, Господин Эрик оставил пост ректора на прошлой неделе, – я думала больше времени прошло. Или это официально? – Поэтому Совет выдвинул нового кандидата на эту роль. Позвольте вам представить Дантариэла Эрекрус Сильфа, – да-да. Дантариэл… Стоп, кого?!
Мгновенно вынырнула из мыслей и уставилась на мужчину, что только сейчас будто из ниоткуда появился и встал рядом с постаментом для выступлений. Вот так новость. Не ожидала увидеть знакомое лицо. Еще и на посту ректора.
Поползли шепотки. По большей части одобрительные, потому как имидж у него отменный. В отличии от одной бедовой принцессы. Ах, он такой красивый, такой крутой. Молодой герцог, талантливый фехтовальщик. Умник, блин. Не подумайте, это не мои мысли. Каких-то девочек сзади. Кстати, не такой уж он и молодой. Мы одногодки. Даже при том, что нелюди и монархи живут дольше простых людей, все равно цифра слегка пугающая. Почти пол века землю топчет. Извините, озаряет своим великолепным ликом.
– Рад всех вас приветствовать в этом зале. Как уже сказала Анна, я ваш новый ректор. Дантариэл Сильф, – опустил родовое королевское имя. Вот дурак. Можно ведь счесть этот ход как неуважение к короне. – Надеюсь, что новые поправки придутся вам по душе, – так меня не Боги услышали, а он? Занятно. – С этого дня я буду следить за дисциплиной и общим настроением этой школы. Так же, из-за нехватки преподавателей, я буду читать лекции по Теоретической и Боевой Магии, – заметка, убрать эти два предмета из своего расписания… Как будто мне кто-то позволит!
Почувствовала на себе чей-то изучающий взгляд. Пришлось покинуть мыслительное собрание и вернуться в мир. Показалось что ли? Никто не смотрит. Ну и ладно. Все равно больше отвлекаться не буду. Интересно, что дальше скажет?
Понадеялась, что речь не затянется, но ошиблась. Еще пол часа герцог расписывал то, каким будет хорошим руководителем. Рассказывал подробнее о новых пунктах, а потом отвечал на вопросы. И как можно восхищаться, когда его лицо больше похоже на ледяную глыбу? Или это придает шарма? Загадочности, неприступности.
Наконец все закончилось. Давно стоило понять, что время закругляться. Еще когда начались личные вопросы. Даже не приятно как-то, что вместо новых правил девушек интересовало семейное положение нового ректора и его же любимые фрукты. Зеленые яблоки. Кислые которые.
Должно было стать шумнее, но вдруг все затихло. Отпустили же, почему молчание такое? Скользнула взглядом со своих рук по полу и выше. Туфли. Мужские. Кто-то стоял напротив. Хотя, почему кто-то?
Улыбка сама собой тронула губы. Но не та «дьявольская», а самая обычная. Даже нежная.
– Здравствуйте, Ваше Высочество, – приложив три пальца к ключице, герцог склонился в приветственном поклоне, полном уважения. Даже не наигранного. Хоть бы не скалился так явно. Хотя, не мне его осуждать.
– И вам не хворать, Ваша Светлость, – немного едко ответила я, делая легкий книксен. С тебя хватит и этого.
Поползли шепотки. «Они знакомы?», «Что у них за отношения?», «Почему он подошел к этой принцессе?». Как однообразно. Сейчас отметем все.
Глаза в глаза. Улыбка. Нежная, трепетная. Как приветствие. Она будто говорила: «Я скучал». «Я скучала». Больше я не выдержала и все же подалась вперед. Вцепилась в шею мужчины, что с легкостью подхватил меня за талию и, покружив, усадил к себе на предплечье как маленького ребенка. Легкий поцелуй остался на щеке и макушке, а мой же звонкий смех будто до сих пор резонировал в стенах зала.
– Давно не виделись, Ри, – первым выдохнул новый ректор, все так же не убирая этой дурацкой улыбки.
– Давненько, Данте, – его имя, скользнувшее с моих уст, заставило улыбнуться шире. Звучит необычайно нежно.
Мы игнорировали общее затишье, наступившие после него шепотки. Будто в мире не существовало ничего, кроме этих блестящих глаз. Он все еще смотрит снизу вверх, но это не смущает. Заставляет сердце биться чаще. И как тут держать маску стервы, когда такая прелесть рядом?
– Может уже поставишь меня на землю? – усмехнулась уголками губ, где-то в душе надеясь, что он этого не сделает, ведь ощущать его тепло так приятно.
– Не хочу. Хочу всю жизнь носить тебя на руках, – так, нужно срочно думать о чем-то отвлеченном! Персики, круглые персики. Сочные, сладкие. Как губы Данте… Тьфу ты!
Не смогла отвлечься и все же покраснела. Точнее, так мне показалось. На самом же деле щеки лишь слегка тронул смущенный румянец, но и этого присутствующим хватило, чтобы выпасть из реальности. Шокированы, что я тоже человек? Что я тоже могу любить и смущаться?
– Почему не сказал, что стал ректором? – когда меня наконец поставили на землю, зацепилась за предложенный локоть.
Люк, увидев знакомое лицо, почти сразу смылся. Пошел выполнять поручение, видимо. Ближе к ночи вернется. Надеюсь, что с хорошими новостями.
– Хотел сделать сюрприз, – даже получилось.
– Пункт о выборе предметов твоих рук дело? – даже без ответа, по чеширской улыбке стало все понятно. Кто бы еще до этого додумался? Тем более, я столько негодовала по этому вопросу.
– А насчет формы не спросишь? – приподняла бровь, мол, а что с ней не так? Хотел проблем мне добавить? Получилось. Спасибо.
– Спрошу. Зачем предложил ввести форму? Еще и под цвет стихии.
– Хотел посмотреть тебя в каком-то другом цвете. Кроме черного и синего.
Как мило. Только вот зачем? Синий – цвет Королевской ветви, а черный просто мой любимый. Еще и по типажу подходит. Под внешность. Только иногда с волосами сливается. Может мне другие не пойдут. Судя по всему, еще и белый… Не люблю его.
– А я бы хотела посмотреть на тебя без одежды, – не только ко всеобщему, но и к своему удивлению вдруг произнесла я и предательски покраснела.
Мужчина остановился и, перехватив мою руку, поцеловал костяшку над безымянным пальцем. Подлец. Мое сердце не выдержит таких кульбитов. Потрясение за потрясением. Причем не только у меня. Еще и этот взгляд с дьявольщинкой. Недвусмысленные искорки в глазах. Умеет смутить. Какой же он все-таки… Красивый.
– Тогда буду ждать тебя в шесть в своей комнате, – горячее дыхание обожгло и без того пылающее ухо, заставляя разбежаться табун мурашек. Знаем мы, что это значит. Знаем. Понятно теперь, зачем было убирать пункт о межличностных отношениях.
– И как же я могу тебе отказать? – немного нервно усмехнулась я, оставив легкий поцелуй на макушке мужчины.
Проводив до жилого корпуса, Данте удалился по каким-то одному ему известным делам, а я пошла по своим. Книжка сама себя не дочитает.
Думаю, вокруг меня теперь будет в десять раз больше слухов. «Ядовитая Принцесса и Дантариэл Сильф. Любовь или игра на публику?». Уже представляю подобные заголовки.
Тяжелый вздох сам собой вырвался из груди. Придется мириться с тем, что на некоторое время я стану объектом сплетен и обсуждений. Привычное дело. Комната напротив моей была пустая, но теперь на ней появилась табличка. Так мы соседи? Не придется далеко идти после встречи.
– С возвращением, Госпожа, – поприветствовала Проша, как только дверь открылась.
– Привет, – коротко кивнула и вздохнула в очередной раз. – Никогда не поверишь кого сегодня встретила.
– Дантариэла Сильфа? – откуда эта девушка все и всегда знает?
– Его самого. Слухи уже поползли?
– Еще какие, – усмехнулась служанка, помогая снять неудобные туфли.
Почти сразу же отошла заварить кофе, что всегда помогал мне вернуться в реальность и мгновенно отдохнуть. Зажгла камин, лишь краем глаза заметив, как я зябко поежилась. Вроде и осень, а уже так холодно. Благо, что есть прекрасная подруга-горничная, что знает меня лучше родного батюшки.
– И что говорят? – принимая темный напиток и недочитанную утром книгу, спросила я, откидываясь на спинку мягкого дивана. Так бы всю жизнь, а не учеба двадцать четыре на семь.
– Что вы повисли на шее у герцога и пищали как упитанная свинка, а он, в силу своего прекрасного воспитания, не смог вас оттолкнуть, – даже подавилась. Вон как.
– То есть из меня сделали влюбленную дурочку, а из него джентльмена? – только плечом повела, мол, так-то оно так, но это ведь просто дурацкие слухи. И когда только успевают?
– Кстати, вам пришли письма, – с этого и надо было начинать.
Даже вперед подалась. Интересно, от кого? Одно в самом обычном белом конверте, а второе в синем. Батюшка написал. Как мило. И не удивительно. Справляется о моем здоровье, об успехах в учебе. Понравился ли сюрприз Данте. Так они в сговоре? Волюнтаристы, однако. Устроили заговор против прекрасной меня. Ну что же, придется писать ответ.
– Проша, дай мне лист и перо, – письменные принадлежности появились мгновенно. Догадалась? Обожаю ее за это.
Написала, что рада. Что все хорошо. Что беспокоюсь о новых пунктах. В частности, о форме. Пойдет ли мне белый? Или придумают что-то другое? Ведь белой стихии не существует. Даже свет признан желтым. Хотя, логичнее бы было как раз поменять. Видимо, логично только в моем мире.
Через плечо кинула прочитанные послания в камин. По привычке. Мало ли кто решит сунуть нос в мои дела. Все равно, если что, запомнить все успела. Память отменная.
До назначенного времени был еще час, так что решила погрузиться в чтение. История принимала новые обороты. Близился конец, а сердце все чаще останавливалось от страшной догадки. Одна героиня и двое мужчин. Оба хороши собой. Оба мне не очень нравятся, честно говоря. Не бывает такого в жизни. Хотя, первый многим ближе к реальности. Даже на Данте чем-то похож. А второй слишком… Подозрительный. С первых глав мне таким показался. Только появился, только первый раз увидел главную героиню, а уже будто ее всю жизнь знает. Странно.
Вечер. Кажется, что скоро уже и спать пора, но на самом деле еще столько дел. Так много нужно сделать. Так много успеть. Кто мне даст еще пару часов в сутках?
– Госпожа, шесть часов, – известила Проша, забирая потемневшую от крепкого кофе чашку и взглядом указывая на настенные часы.
– Блин, на самом интересном месте, – на самом горячем, я бы сказала.
Смирилась с тем, что на время придется отложить занимательное чтиво и довольствоваться недосказанностью. И так понятно, что буде что-то интересное. Вкусненькое на попозже. Перейду от кексика к сладкому. К Данте то есть.
Снова влезла в довольно неудобную обувь и, попрощавшись с горничной, вышла. Та пообещала, что заставит Люка написать мини отчет о проделанной работе. Желательно с результатом. Желательно с положительным.
Стук и почти сразу же дверь открывается. На пороге ректор, в расстегнутой до середины груди рубашке и свободных домашних штанах. С еще влажных волос стекают капли воды, а в необычных сиреневых глазах отражается тусклый светильник, что висит за моей спиной.
– Проходи, – коротко кивнул Дантариэл, пропуская внутрь.
– Готовился или уже не ждал? – иронично приподняла бровь, рассматривая скромное убранство гостиной.
На столе бутылка виски и два бокала. Теплый плед, шнурок для волос и несколько книг. Теперь понятно. Ждал. Это даже мило.
– Совпадение, – выдохнул мне на ухо мужчина и как ни в чем ни бывало обошел.
Сел на одно из кресел и уж слишком расслабленно на нем растекся. По-другому не скажешь. Тяжело, видимо, первый день в шкуре ректора дался. Обошла мужчину со спины и, легко забрав полотенце, стала промакивать влажные после душа волосы. Я знаю, что он любит, когда я так делаю. Хоть и не признается.
– Спасибо, – выдохнул Данте и даже глаза прикрыл.
– Да не за что. Я же вижу, что ты устал, – улыбнулась пока не видит.
Кончиками пальцем скользнула по темно-вишневой пряди. Гладкая, слегка вьющаяся. Прелесть. Да и вообще мужчина и правда был красив. Широкая спина, могучие плечи, сильные руки. Да и с лицом все прекрасно. Четко очерченные скулы, выразительные сиреневые глаза. Только из-за низко посаженных бровей всегда кажется хмурым. Хотя, он такой и есть.
– Слышал уже, что люди говорят? – немного зло усмехнулась я, отнеся полотенце в ванну и присаживаясь на диван.
– Слышал. Смешно даже. Особенно сравнение со свинкой, – кинулась подушкой, чтобы не повадно было.
– Я разве так смеюсь? – делано разозлилась я, скидывая туфли и поджимая ноги под себя.
– Конечно нет, – издевается. И даже не скрывает. – А еще, принцессы так не сидят.
– Хорошо, что моему имиджу уже ничто не грозит, – пропустила шуточное замечание мимо ушей, собирая волосы в хвост предоставленным шнурком. Давно друг друга знаем, вот и предугадываем, что может понадобиться при встрече. – А вот твоему может.
Даже глаза открыл. Так удивился? Правда ведь. Связался с Ядовитой Принцессой, опекает, обнимает при всех. Целует. Люди могут пустить неприятные слухи. По опыту, коснутся они исключительно меня.
– О чем ты? – правда не понимает?
– Давай посмотрим правде в глаза. Наша игра во влюбленных может и правдоподобная, но не идеальная, – дело даже не в этом. – О тебе могу начать плохо говорить.
– Зато тебе статус поднимем, – с колен.
– О себе думай больше, – немного зло усмехнулась я, принимая стакан с янтарной жидкостью.
– Беспокоишься обо меня что ли? – даже поперхнулась. И почему в голосе столько удивления и… Чего-то еще. Непонятного. Но приятного.
– А как же? – как на дурачка на герцога посмотрела.
Человек вроде взрослый, умный, но иногда как спросит. Мы ведь друзья, причем очень близкие. Я для него сделаю все, как и он для меня. И мы оба это знаем. Не зря ведь в один день и в один час родились. Судьба, не иначе. Тем более, мне уже хуже не будет. Его решением было помочь мне, хоть я и не поняла как именно. Показать, что я тоже человек? Тоже могу любить? Странно немного. Не особо логично.
– Ри, если бы я хотел, я бы разрушил твой имидж в два счета, – но не сделаешь этого. Зачем? И к чему это вообще было сказано? – Принцессы не пьют виски, не забираются с ногами на диван, не раздеваются в присутствии мужчины, – это он про себя что ли?
– А Великие Герцоги не пьянеют от одного бокала крепкого алкоголя, не носят пижамки в лиловый цветочек и не проигрывают в спаррингах принцессам, – оскорбился. Даже рот открыл, только сказать нечего.
Я же лишь плечами пожала, совершенно спокойно делая глоток. Алкоголь стек в горло будто был горячим кофе, оставив на языке приятное шоколадно-карамельное послевкусие. Мой любимый. Прелесть. Только если я могла спокойно выпить бутылку в одного, то Данте уже после одного стакана становился чуть веселее. Но старательно делал вид, что все нормально. Актерище.
– Это было так давно, – протянул мужчина куда-то в потолок. И о чем именно он сейчас? – Кстати, пижаму ты ко мне приклеила.
– Она подходила к твоим глазам.
– Эту отговорку я помню.
– Я тренировала магию.
– И решила начать с диффузии. Нерушимой, – помню, как потом несколько недель наши маги бились над тем, чтобы исправить последствия моей шутки.
– И как ты тогда в туалет ходил? – себе под нос ядовито протянула я, смотря в сторону, чтобы не рассмеяться от слишком уж злого взгляда. Выглядит комично. Он будто говорит: «Серьезно? Тебе смешно? А я страдал!».
– Даже вспоминать страшно, – представляю. – А вот в фехтовании я тебя превзошел.
– Не сомневаюсь, Господин «Второй Меч Империи», – и почему это прозвучало так издевательски? Титул ведь и правда значимый.
Не все верят в существование Первого Меча. Он стал чем-то вроде городской легенды, даже мифа. Хоть и был на самом деле. Довольно занятно рассуждать о чем-то подобном, когда все произошло на твоих глазах и всего десять лет назад.
– Ты когда-нибудь думала о том, кого бы хотела себе в мужья? – опять поперхнулась и почти мгновенно получила подушкой в лицо. Данте попытался прекратить мой смех именно так.
– Почему ты вдруг это спросил? Романтики захотелось? – еще чуть-чуть и я его доведу до ручки.
– Нет, просто интересно.
Тишина. Где-то за окном кричали птицы, шумел ветер в кронах деревьев. Лицо герцога стало уж слишком задумчивым и немного поникшим. Так он серьезно?
– Я стараюсь об этом не думать. Страшно, если честно.
– Боги всегда выбирают хорошие партии для верхушки, – в курсе. Пугает не это.
– Не сомневаюсь в их мудрости и величии. Просто как-то… Если бы я могла сама выбирать, было бы легче.
– Возможно, – не стал спорить мужчина и вдруг неожиданно пересел на диван. Повернулся и, саркастично улыбнувшись, посмотрел куда-то дальше моих глаз. В самую душу. – И кого бы ты сама предпочла? – задумалась. Причем совершенно серьезно.
– Было бы хорошо, если бы ты стал моим мужем, – даже пальцами щелкнула, зацепившись за столь приятную мысль.
Не поняла неожиданной паузы и скользнула взглядом к мужчине. Он удивлен, мягко говоря. Даже рот приоткрыл. Я сказала что-то не то? Логично ведь. Он хороший лидер, талантливый политик, стратег. Он бы смог сделать Эйфирию еще более процветающей, чем сейчас.
– Ты правда была бы не против, если бы я встал рядом с тобой? В роли мужа. Навсегда, – а уточнения все эти зачем?
– Ну да. Из тебя бы вышел прекрасный Король.
Блеск в глазах вдруг погас. Огонек, что плясал в глубине зрачка, опасливо юркнул куда-то к краю радужки и слился с бликом от светильника. Его не устроил мой ответ? Что может быть лучше, чем стать Королем? Даже не так. Скорее, дело в формулировке. «Прекрасными Королями» просто так не становятся. Тут комплекс черт нужен. Так что это ого-го какой комплимент. Но Данте его либо не понял, либо не оценил.
Снова молчание. Герцог отвернулся, сверля взглядом бокал в своих руках. Задумался. Мы все равно не можем идти против Богов, чего так напрягаться? Мне вот страшно, потому что в мужья мне могут подсунуть кого-то… Недостойного. Дело даже не в моих чувствах, а, скорее, в статусе. Слишком уж я пекусь о своем народе и благополучии Королевства. Такой родилась, такой воспитали.
– Давно хотел спросить. Что у тебя с рукой? – перевел тему? Ладно.
Рассмотрела. Обычная. Но взгляд мужчины был прикован к левой. Теперь понятно. Она была чуть худее второй и слегка… Не знаю как сказать. Подвигала пальцами. Тяжеловато.
– Без понятия. Родилась такой, – пожала плечами, где-то глубоко внутри облегченно выдохнув.
Хорошо, что он про ее малую подвижность, а не про шрам. Сложно объяснить откуда у Принцессы подобный.
– Недавно снова подняли тему десятилетней давности. Про Первый Меч, – Данте вздрогнул, но мгновенно взял себя в руки и с легкой улыбкой посмотрел на меня, ожидая продолжения. – Говорят, что он выполняет особые заказы Королей.
– Большинство все же отрицает его существование, – и это глупо.
– Почему? – пожал плечами. Пришлось переформулировать вопрос. – Я не о том. Почему никто не помнит, что там было на самом деле? – да чего он дергается-то? Нервы ни к черту.
– Не помнят? – только сейчас заметил что ли?
– Именно. У кого ни спроси, все говорят одно и тоже. Парень в плаще и Дантариэл Сильф дрались, потом пустота и вот ты пришпиленный к стене как бабочка, а «неизвестный» растворяется в солнце, – эта формулировка вообще максимально идиотская. Что значит «растворяется в солнце»?
Рука мужчины неосознанно скользнула к шее, выуживая оттуда золотую цепочку. Точнее, только малую ее часть. И когда эта привычка появилась?
– Ты тоже ничего не помнишь? – повела плечом, мол, не особо. – Тот Первый Меч… Оказал мне услугу, – прибив к стене твоим же мечом?
– Если не хочешь, то можешь не отвечать. Я просто так вспомнила.
– Спасибо, – и зачем было себя насиловать?
Сделала еще глоток, наблюдая за мерно поблескивающей рябью на поверхности напитка. Заставляет задуматься. О многом.
***
Первый Меч:
