Калина в ответ тут же крепче ухватил рукоять своего меча, готовый отражать нападение. Гурко поспешил вмешаться и пресечь их агрессию:
– Мы не желаем драться. И прибыли сюда лишь, выполняя волю Великого князя. И, если, как вы говорите, кто-то с московской стороны постоянно досаждает вам, то назовите нам имена обидчиков. Великий князь Иван Васильевич накажет их.
Однако братья Барятинские были слишком разгневаны и загалдели наперебой:
– Гляди-ка, нашлись, благодетели!! – язвительно выкрикнул Лев.
– Пошли вон, хлысты московские! – кипятился Фёдор, чьи владения больше всех страдали от набегов московитов. – Убирайтесь! Не нуждаемся мы в вашей помощи! Мы сами накажем всех, кого надо!!
Андрей, видя, как Калина распаляется их обидными выкриками, решительно положил руку на ладонь друга, заставляя его убрать свой меч обратно в ножны. И миролюбиво предложил:
– Хорошо. Мы сейчас уйдём. Приносим извинения за то, что потревожили.
– Вот и правильно! – поддержал его Григорий. – Уходите! Да поживее!
– Отправляйтесь восвояси, пока целы! И чтоб даже духу вашего здесь больше не было, горлохваты!! – напирая, выкрикивали Фёдор и Лев, сопровождая свои угрозы оскорбительными жестами.
Калина грозно сопел, раздувая ноздри:
– Так и быть, мы уйдём. Но только уйдём все вместе, как и пришли!
– Чего-чего??
– Где пани Ольга? – потребовал Богдан. – Куда вы её дели?
Старший Григорий скрестил на груди руки:
– Княжна Воротынская останется здесь.
– Это ещё почему?
– Она пожелала остаться на ночлег.
Богдан с Андреем недоверчиво переглянулись.
– Пусть выйдет, и сама нам скажет, что желает остаться, – потребовал Гурко.
– Вот наглецы!! – зашумели братья Барятинские.
– Вы ещё смеете распоряжаться у меня в доме?! – побагровел Григорий.
– Без Ольги мы никуда не уйдём! – Богдан воткнул в землю меч, и опёрся на него обеими руками, подтверждая, что не тронется с места.
Григорий, теряя терпение, распахнул дверь в дом, и окликнул Ольгу:
– Княжна! Прошу Вас, выйдите к нам сюда.
Ольга возникла на пороге.
– Объясните этим упрямым московитам, что Вы по доброй воле остаётесь в моём доме. Они не верят! – ёрничая, потребовал Григорий.
– Ольга!! – перебил его Калина. – Решайте! Вы остаётесь в доме князей Барятинских? Или едете с нами?
Она обеспокоилась:
– Что вы! Если вы уезжаете, то и я – с вами!!
Братья Барятинские впали в изумление:
– Ольга Фёдоровна! Вы же сами просили приютить Вас до утра.
– Я благодарна вам за гостеприимство. Но, если мои попутчики уезжают, то я еду с ними.
– Да, уезжайте вы уже все! Только поскорее!! – рассердился Григорий. – Мы из-за вас полдня потеряли!
– И советуем не задерживаться в наших владениях! – пригрозил им на дорогу Фёдор, размахивая луком. – Если не хотите быть нечаянно пристреленными нами во время охоты!!
Они не заставили себя ждать. Калина помог Ольге сесть в седло. Они с Гурко вскочили на коней, и все троё направились прочь к воротам.
За ними в спешке побежал Миклос:
– Друзья мои! Подождите!! Я – с вами!!
– А-а, путешественник? Признаться, я про него уже забыл, – пробормотал Гурко.
ГЛАВА 6 Ревность Калины и галантный Миклос
Раздосадованные недобрым приёмом, друзья выехали со двора прочь, и торопливо направили коней на юго-запад к границе владений князей Барятинских. Двигались угрюмые и безмолвные.
– Уф, – нарушил молчание Миклос. – Я, признаться, уже думал, что нас поколотят! Послушайте, друзья мои, если вы знали о том, что Барятинские так злы на вас, зачем поехали к ним?
Гурко с Калиной предпочли ничего не отвечать. Ольга попыталась прояснить приезжему литовцу ситуацию:
– Братья Барятинские злятся вовсе не на нас. Здесь на порубежных землях московские и литовские князья почти ежедневно досаждают друг другу. Поэтому все друг на друга обижены и во всяком прохожем готовы заподозрить врага!
– О! Выходит, что в пути нам следует опасаться не только разбойников? – сделал вывод Миклос. – Есть много других, желающих нас убить?
– Тебя-то уж точно!! Ты из нас самый уязвимый! – хохотнул Калина. – Московиты будут хотеть тебя убить за то, что ты литовец! А литовцы – за то, что ты едешь сейчас с московитами. Так что, лучше тебе ехать одному – так тебя хоть литовцы не тронут!
Миклос не остался в долгу:
– Выходит, вас тоже могут побить другие московиты за то, что вы едете со мной?
Богдан оценил его шутку:
– А мне нравится этот парень!!
– Значит, вы позволите мне ехать с вами и дальше?
– Ладно. До Угры мы тебя проводим, – пообещал Гурко. – А дальше уж ты сам.
– Вот спасибо.
Дальше поехали снова, молча. В животах уныло урчало от голода.
– Эй, Миклос, ты говорил, что жил долго в Италии, – напомнил вдруг ему Богдан.
– Да! Целых пять лет!
– Рассказал бы что-нибудь интересное про тамошнюю жизнь. Всё веселее было бы ехать.
Ольга встрепенулась:
– Ой, правда! Расскажите. Это же так интересно!
– С удовольствием! – обрадовался тот. – Талант рассказчика – это моя стихия!
За разговорами время побежало быстрее. Друзья не успели оглянуться, как день уже стал клониться к вечеру. Ольга, слушая интересные рассказы Миклоса, кажется, позабыла обо всех невзгодах, улыбалась и радостно щебетала с литовцем. Они вдвоём даже немного отстали от Гурко и Калины, увлечённые беседой. Богдан, видя это, делался все мрачнее и мрачнее. Беспрестанно оглядываясь назад, он, наконец, не выдержал, и озлобленно пробурчал:
– Ну и болтун же этот Миклос! У него язык когда-нибудь устаёт??
– Ты же сам его попросил рассказывать, – напомнил Андрей.
– Кто ж знал, что его будет не заткнуть!!
– Он ведь путешественник. Много всего повидал, ему есть что рассказать.
– И что? Эти истории неиссякаемы?? Полдня трещит без умолку!
– Ты же говорил, что тебе нравится этот парень.
– А теперь уже нет!!
– Хм… А Ольге он, кажется, нравится.
– Вот именно поэтому!! – вспылил Калина, покрываясь багровыми пятнами.
Гурко добродушно потрепал его по плечу:
– Дружище! Умерь свой пыл. Твоё увлечение княжной Воротынской слишком очевидно.
– Да. И вот, веришь-нет, у меня была надежда на взаимность, – обижено признался Калина. – Пока не появился этот писака!!
– Тише, – улыбнулся Гурко. – Они тебя услышат.
– И зачем только мы его спасли? – угрюмо пробубнил несчастный Богдан. – Надо было оставить его там, на серенской дороге, на растерзание татям!!
– А ведь я тебе именно это и предлагал!! – насмешливо напомнил Андрей. – Но ты меня не слушал.
– Я же не знал.
– Ладно. Не отчаивайся. Всё ещё может перемениться, – Гурко взглянул на небо, где солнце уже клонилось к горизонту. – Что ж, с Барятиным не задалось, а до Мезецка нам сегодня уже не добраться. Пора опять искать место для ночлега в лесу.
Найдя подходящую поляну, Андрей спешился:
– С провиантом у нас туго. Поэтому предлагаю: мы с Богданом отправимся попытать удачу в поимке дичи. А вам, – он обратился к Ольге с Миклосом, – поручаю набрать валежника и развести огонь.
– Хорошо! – весело откликнулся литовец и засуетился перед княжной. – Пани Ольга, Вас это не касается, Вы не созданы для того, чтоб собирать валежник! Поэтому прошу Вас, присаживайтесь и отдыхайте! Наверняка, Вы устали в дороге. Я всё сделаю сам!!
– Но мне не трудно…, – возразила она.
– Нет-нет! – Миклос настойчиво усадил её на поваленное берёзовое дерево. – Всё, что от Вас требуется – это быть украшением нашей компании! Наслаждайтесь прохладой. Любуйтесь природой…
Он тут же увидел в траве какой-то цветок, живо сорвал и, импозантно раскланявшись, подарил княжне. Она с улыбкой приняла его. А Миклос, выписывая ногами какие-то затейливые па, ещё несколько раз поклонился, затем послал княжне воздушный поцелуй. И лишь после окончания этого затейливого церемониала, воодушевлённо отправился собирать ветки для костра.
– Скоморох!! – озлобленно процедил сквозь зубы Калина, наблюдая со стороны это зрелище. Затем в сердцах сплюнул и, стиснув в руке лук, размашистым тяжёлым шагом поспешил удалиться в лес.
Ольга на некоторое время осталась одна. Сняла с ног обувку, и с блаженством опустила босые ступни в прохладную траву. Лес тихо шелестел листвой, лицо обдувал приятный ветерок. И всё вокруг дышало таким умиротворением и благодатью, что княжне показалась, она никогда ещё не чувствовала себя такой спокойной и счастливой.
Первым воротился на поляну Миклос; одной рукой он прижимал к груди огромную охапку веток, другой – волок по земле сваленное сухое дерево:
– Как полагаете, этого хватит?
– Думаю, да.
Он свалил всё на землю, отряхнул одежду и руки, огляделся:
– Что ж, огонь пока разводить не будем. Подождём, когда поднесут дичь.
– Вы правы. Подождём, – кивнула Ольга.
– Позволите мне присесть рядом?
Она в ответ улыбнулась. Миклос принял это за согласие и присел к ней на бревно.
– Вы только посмотрите, какой красивый закат! – восторженно воскликнул он, наблюдая алое небо вдали. – Княжна! А Вам никогда не доводилось бывать в Италии?
– Нет. Никогда.
– Жаль… Знаете, в часы заката над Тосканой от Флоренции до Сиены нет ничего прекраснее белых роз и жёлтых лилий!!
И умолк, наблюдая, как Ольга, медленно осознавая происходящее, сперва будто окаменела. Потом тихо обернулась к нему с застывшим от изумления бледным лицом, в выражении которого читалось не столько удивление, сколько панический ужас с погибельной обречённостью.
Но Миклос не понял её странной реакции и терпеливо ждал. Ведь по правилам Тивунского Братства, хранитель обязан в ответ на предъявленную фразу казначея показать обратную сторону своего медальона. Но, видя, что девушка не предпринимает никаких ответных действий, он решил, что её смущает отсутствие у него главного братского атрибута.
– Ах, да! Сейчас! – спохватился он и снял с головы чалму, запустил руку в складки ткани, вынул оттуда перстень, аккуратно протёр его и надел себе на безымянный палец, показал Ольге так, чтобы она отчётливо увидела изображение Братского креста.
И, глядя в её округлившиеся от страха глаза, широко улыбнулся, приветливо раскинув руки:
– Ну? Здравствуй, сестра!!
ГЛАВА 7 Казначей и хранитель Тивунского Братства
Миклос, видя, как Ольга продолжает сидеть каменным изваянием, наконец, не выдержал и подсказал:
– Сестрица! Извини, но прежде, чем продолжать разговор, я должен увидеть знак хранителя.
Она в ответ онемевшей от страха рукой перевернула медальон, позволяя ему взглянуть на знак Братского креста.
– Теперь всё в порядке, – заключил Миклос и радостно воскликнул. – Вот так везение!! А ведь я уже приготовился к тому, что придётся разыскивать Вас неизвестно где! И вдруг такая удача!! Случайно встретиться на дороге! Я несказанно рад, сестрица!!
– Так значит, ты никакой не путешественник? – растерянно пробормотала она в глубоком разочаровании.
– Почему? Я – путешественник! Самый настоящий!
– А как же Тивунское Братство?
– Одно другому не мешает! – весело сообщил он. – Я ничуть не солгал, говоря, что пять лет жил в Италии, и что теперь направляюсь в Москву. В желании написать книгу о быте московитов, я проделал неблизкий путь из Рима и уже пересёк почти всё княжество Литовское, как в Брянске меня настигло послание от Золтана, нашего Главного казначея, с заданием: срочно отыскать седьмого хранителя и вывезти охраняемую им часть казны в безопасное место! Потому-то мне и пришлось немного отклониться от намеченной цели!
– Вывезти казну?? – Ольга побледнела ещё больше. – Но для чего?
– Не знаю, – беспечно пожал плечами тот. – Братство не объясняет причин своих заданий, оно лишь требует от нас выполнять их беспрекословно! Ведь так, сестра?
– Да, – беспрекословно подтвердила она.
– В своём послании Золтан сообщил, что седьмой хранитель – девушка, и зовут её Ольга Воротынская. Однако, в лицо я Вас, милая княжна, конечно, никогда не видел…
– Как же Вы узнали меня?
– Да ведь Вы сами назвались Ольгой, когда перевязывали мне рану! А в Барятине я услышал, как управляющий назвал Вас княжной Воротынской!! – воскликнул он.
– Ах, да…, – с досадой вспомнила Ольга.
– Счастливая случайность!
– Да, да…
– Мы ведь могли разминуться! Я был нацелен ехать за Вами в Воротынск.
– В Воротынск? Почему не в Городёнку? – насторожилась она.– Ведь там условленное место.
– Видите ли, Золтан велел мне ехать в Воротынск, потому что предыдущий посланник-казначей в условленном месте Вас, пани Ольга, отчего-то не нашёл.
– Пред-дыдущий… посланник? – переспросила Ольга, заикаясь.
– Да. Вы ничего о нём не знаете?
– Н-нет! – категорично ответила она.
– Представляете? Уехал и пропал!! Ни слуху, ни духу!
У Ольги потемнело в глазах. Она слушала Миклоса, затаив дыхание. А он охотно продолжал:
– А, впрочем, ничего удивительного, если учесть какие бесчинства тут на дорогах творятся! Я и сам сегодня чуть не сгинул!! Не подоспей во время на выручку ваши приятели-московиты, и всё! Назавтра можно было бы и про меня говорить то же самое: мол, пропал, и ни слуху, ни духу!!
Ольга судорожно сглотнула. Миклос поправил повязку на руке:
– Н-да… Будь ты хоть каким славным бойцом, но, если тебя атакуют сразу шестеро, неминуемо рискуешь с жизнью попрощаться… Я ещё легко отделался. То, что бандиты забрали все мои деньги – это полбеды! Оно эти оболдуи в качестве трофея прихватили клетку с почтовыми голубями!! Не понимаю, на что они им сдались?! А вот я остался без связи с Главным казначеем! Впрочем, нет худа без добра! Именно этот случай свёл меня с Вами, сестра Ольга!! А значит, во истину, наш Бог помогает нам!
– Да…, – подтвердила Ольга. – Но я узнала бы Вас сама, будь на Вас перстень с Братским крестом.
– Ах, да… Перстень, – он подышал на камень и заботливо потёр его о сукно кафтана.
– Почему Вы держите его в чалме?
– В ночь, когда на меня напали тати, я, будто предвидя беду, снял его с пальца и спрятал в чалму, чтоб уберечь от грабежа! А потом позабыл надеть!! – искренне сообщил он, сопровождая свои слова жестом покаяния. – Тут Вы правы, это моя промашка!
Тем временем на счастье княжны, на опушке показались Гурко с Калиной, они возвращались с трофеями; им удалось подстрелить трёх жирных куропаток, а, стало быть, сытный ужин был обеспечен. Княжна, увидев друзей, тут же поднялась, исполненная тревоги:
– Подождите, брат Миклос. Я сейчас…, – пробормотала она и, как была, босиком заспешила навстречу московитам.
ГЛАВА 8 Мы все тут – братья
Друзья сразу заподозрили что-то неладное, когда Ольга подбежала к ним бледная, как полотно. В глазах её читался страх, пальцы рук были переплетены и сжаты в жесте, молящем о защите:
– Это ОН!! – выпалила она, готовая лишиться чувств от страха.
– Кто?
– Этот Миклос, он из Тивунского Братства!! Он – посланник Главного казначея!!
– Не может быть!! – ахнул Калина. – Вот так новость!
– И он узнал меня, потому что в доме князей Барятинских услышал моё имя!!
Гурко бросил взгляд на наблюдающего за ними издали литовца:
– Что Вы ему успели рассказать, Ольга?
– Пока ничего.
– Про гобелен? Про Клауса?
– Нет-нет, ничего!! Я растерялась… И счастье, что вы вернулись так быстро…
– Постойте. То, как он узнал, что Вы – Ольга Воротынская, понятно, а как Вы поняли, что он – казначей?
– Он мне сказал условленную фразу: «В часы заката над Тосканой от Флоренции до Сиены нет ничего прекраснее белых роз и жёлтых лилий».
– Вот оно что. А как же насчёт Братского креста?
– У него перстень.
– У него не было перстня, – уверено произнёс Гурко.
– Уже есть… В прошлую ночь, опасаясь ограбления, он спрятал перстень в чалму. И лишь сейчас, оставшись со мной наедине, надел его на руку.
– Спрятал?… – переспросил Гурко, и вдруг задумался, озарившись какой-то идеей.
– Андрей, что будем делать? – спросил его Калина.
Тот в ответ протянул ему куропаток:
– А ну, подержи!
Сам сунул руку в карман кафтана, вынул оттуда платок, связанный в узел, развернул его аккуратно – там, среди прочих мелких вещей, аккуратно лежал перстень убитого Клауса. Гурко взял его и уверено надел себе на безымянный палец.
– Что Вы делаете? – ахнула Ольга.
– Тише! – осадил её он. – Вот что я придумал! Притворимся, что мы все трое состоим в этом самом Тивунском Братстве.
– Все трое??
– Да. И мы с Калиной помогаем Вам, сестра, искать пропавший гобелен.
– Но у меня-то нет Братского знака, – напомнил Калина.
– Скажем, что ты только готовишься к посвящению.
– Рискованно… Что, если этот Миклос нас разоблачит?
– Тогда придётся его убить.
– Что?? – ахнула Ольга.
– Княжна, Вы же сами просили защитить Вас, – напомнил ей Гурко.
– Да, но…
– Итак, запомните: началось всё с того, что у Вас, Ольга, украли гобелен, и по этой причине Вы уехали из Городёнки искать помощи у кого-то из братьев! Нас с Калиной Вы нашли в Воротынске. И теперь мы вместе ищем похитителя! Я вижу в этом единственный способ попытаться Вас спасти от жестокой расправы Братства! Ну, или хотя бы попытаться её оттянуть на какое-то время…
Ольга в страхе напряженно моргала:
– Вы уверены?
– У кого-то из вас есть другой план? – Гурко строго взглянул на княжну, затем на Калину. – Итак, сейчас в разговоре с Миклосом, лучше оба молчите! Рассказывать буду я, а вы лишь подтверждайте то, что я говорю!!
– Но…
– Всё! Довольно болтовни! – оборвал он их. – Идёмте. Этот Тивунский брат уже подозрительно смотрит в нашу сторону.
Подойдя к Миклосу, Гурко изобразил на лице широкую приветливую улыбку, продемонстрировал перстень и затем радушно протянул литовцу раскрытую ладонь:
– Здравствуй, брат! Извини, что не сразу показал тебе перстень.
– О!… – удивился тот и обернулся к Ольге, – Сестра, почему Вы мне сразу не сказали? Здравствуйте, братья!! Как же приятно! Оказывается, мы все здесь «свои»!! Андрей! Так ты – тоже казначей?
– Да. Но признаюсь, я только в прошлом месяце принял обряд посвящения. И ещё не удостоился чести, получить от Золтана хоть какое-то задание. Поэтому я совсем неопытен. А Богдан и вовсе только-только готовится к своему обряду вступить в Братство, и потому он без Тивунского знака, – уточнил Гурко, незаметно подмигивая Калине.
Ольга с Богданом замерли, приготовившись к худшему. Однако, все эти выдумки Гурко, кажется, не вызвали у литовца подозрений.
– Понимаю, понимаю, – кивнул им в ответ Миклос. – Я разыскиваю Ольгу по поручению Золтана! И несказанно рад тому, что случайно встретил её по дороге. А вы, братья, как здесь оказались?
– Мы сопровождаем Ольгу по дороге в Городёнку.
– Для чего?
– Сестра обратилась к нам за помощью.
– За помощью? – насторожился литовец. – Разве у неё что-то случилось?
– А она тебе ещё не сказала?
– О чём?
Гурко сочувственно вздохнул:
– Дело в том, брат Миклос, что… у Ольги украли гобелен.
Тот переменился в лице:
– Что-о???…Украли гобелен??…
– Поэтому она была вынуждена покинуть Городёнку и искать помощи у «братьев».
– А Золтан? Знает?
– Нет.
– Что? Как??… Вы его не известили?? – лицо Миклоса вытянулось от изумления.
– Мы надеемся отыскать гобелен.
– Отыскать?? – завопил литовец и с возмущением обрушился на Ольгу. – Сестра! Вы что, забыли свои обязанности?! Какие поиски?? Какие «братья»??! Зачем Вы кинулись искать у кого-то помощи?
Она вжала голову в плечи:
– Я испугалась.
