Гурко не ответил. Он замер, тревожно вглядываясь в дерущихся. Его внимание привлёк один из татей, хрупкий на вид юноша. Но он, явно, выделялся среди других мастерским умением владеть саблей. И вот сейчас обманным движением клинка, он уверено нанёс рану отважному иностранцу, на чью защиту так отчаянно призывал Калина. Гурко вздрогнул. Он вдруг отчётливо осознал, что уже ВИДЕЛ однажды этот невероятно ловкий приём! Будто для подтверждения его догадок, в этот момент юный разбойник поправил сползающую на затылок шапку и повернулся так, что Гурко смог рассмотреть его лицо… И земля ушла у Андрея из-под ног!
– Не может быть…, – пробормотал он себе под нос и, стиснув в ладони рукоять меча, решительно бросился вперёд.
Калина, радостный, полагая, что друг решился-таки помочь незнакомцу, с громким гиканьем тоже выскочил из-за дерева, и помчался со всех ног на татей, угрожающе размахивая мечом.
Вся компания на дороге замерла, ошалев от неожиданного появления незнакомых бойцов с мечами наголо.
– …Это ещё кто? – разбойники в недоумении вопросительно обернулись к Илве.
Она, в свою очередь, с изумлением, широко раскрытыми глазами смотрела на стремительно приближающегося Андрея, ощущая на коже холодок от предстоящей встречи, которая, судя по выражению его лица, не сулила ей ничего хорошего.
– Уходим! Быстро!! – живо скомандовала она, и первая вскочила в седло, направляя коня прочь.
– Сто-ой!!! – завопил Гурко, видя, что та собирается улизнуть.
Его возглас подействовал на всех, как сигнал к действию. Остальные тати в одно мгновенье разбежались по поляне, похватали своих коней и пустились наутёк.
Гурко с досады чуть не зарычал. Торопливо оглядевшись, он увидел неподалёку привязанного к дереву чужого коня и, недолго думая, кинулся к нему. С разбегу вспрыгнул ему в седло и рванул в погоню!
– Эй! Стой!!! Это мой конь! – завопил раненый «иностранец» на чистом русском языке.
– Андрей!! Ты куда?? – вскрикнул Богдан, не менее потрясённый поступком друга.
Но тот уже не слышал их. Он вихрем нёсся вперёд, рассекая туманный утренний воздух, привставая в седле от нетерпения, в отчаянном желании – во что бы то ни стало, настигнуть девицу!!
Илва быстро поняла, что рискует быть пойманной:
– Расходимся в разные стороны!! – на скаку велела она разбойникам, и мигом ушла с просеки в лес.
Те дружно рассыпались, будто горох, по обе стороны дороги и живо затерялись среди деревьев.
Илва проскакала по лесу чуть меньше версты, заметила огромную густую иву, ветки которой склонились до самой земли, будто изумрудно-зелёный шатёр. Вот так удача! Лучшего места, чтобы спрятаться и не придумаешь! И девушка быстро направила своего коня туда. Спешилась, и затаилась внутри, скрытая густой листвой…
ГЛАВА 3 Погоня и прятки
Гурко тем временем нещадно гнал коня! Достигнув тропы, куда свернула девушка, он последовал туда же. На полном скаку пролетел стрелой всю рощу насквозь, но с своему удивлению, никого не настиг. И, выскочив на опушку, очутился на бескрайней равнине, откуда, насколько хватало взгляда, просматривалась безлюдная дорога. Андрей понял, что промахнулся. Второпях, тут же развернул коня и воротился в рощу.
Чутьё ему подсказывало, что беглянка не могла уйти далеко и, наверняка где-то спряталась. Гурко принялся тщательно исследовать все попавшиеся на глаза овражки, где, по его мнению, можно было бы укрыться. Поиски привели его на берег мелкой речушки. Тут Андрей спешился, зачерпнул в ладони воды, напился, окунул голову, чтобы охладиться. Прислушался к лесному безмолвию. Снова вскочил в седло и неторопливо поехал назад, то и дело, привставая в стременах и пристально вглядываясь. Так он проехал всю рощу обратно, и всё без толку. Не зная, что делать, от распирающей его злости, он набрал воздуха в грудь и надрывно крикнул во весь голос:
– Эй!! Я не знаю твоего имени. Но знаю, что ты здесь!
Птицы, напуганные его криком, в панике взметнулись с деревьев и возмущённые загалдели, закрыв собою небо.
– Выйди!! – велел Гурко, кружа по поляне, в ожидании хоть какого-то шороха или неловкого движения, что могло бы выдать спрятавшуюся девицу.
Однако, она была на редкость осторожна и терпелива.
– Выйди!! Я не причиню тебе вреда! – крикнул ещё раз Андрей. – Я хочу с тобой поговорить!!
Илва, прячась в ивовом шатре, затаила дыхание, боясь издать лишний звук и предусмотрительно зажала ладошкой коню морду, чтобы тот не вздумал фыркнуть и выдать её!
– Прошу!! – взмолился Гурко. – Не бойся! Мне нужно только поговорить с тобой! Ты знаешь, о чём!
Но Илва не знала. Она даже не предполагала, о чём хочет говорить с нею Гурко! Она не догадывалась, что ему известно об украденном ею гобелене. Она вообще об этом не думала… Она убежала и спряталась оттого, что почувствовала, как её вдруг изнутри жжёт какое-то неизведанное прежде чувство стыда! И это было так странно… Сколько она себя помнит, она была разбойницей, и отлично сознавала, что своим острым умом, прозорливостью, хитростью, умением владеть саблей, может за пояс заткнуть любого из татей! И всегда очень гордилась своим превосходством и мастерством. Но вот незадача! Впервые в жизни ей вдруг стало за это стыдно. Вот прямо сейчас… Сию минуту…. И виной всему – Андрей Гурко.
Сама не зная почему, но ей отчего-то до судорог хотелось, чтоб дворянин Гурко ничего не знал про её разбойничью жизнь!! А думал бы о ней лишь, как о прекрасной незнакомке, которую он спас как-то на дороге ночью от четырёх головорезов, пытавшихся ей убить. И то, что Гурко сейчас стал внезапным свидетелем устроенного ею грабежа, то, что он узнал, что она – разбойница… почему-то повергло её в ужас, и окунуло с ног до головы в неописуемый, противный, липкий стыд!
Андрей со своей стороны, разумеется, даже не догадывался о том, что происходило сейчас с Илвой, так как сам испытывал смятение. Его тоже терзало странное чувство по отношению к красавице-незнакомке. С одной стороны, ему были приятны воспоминания их первой встречи, когда он геройски бросился ей на помощь, а потом перевязывал ей рану, тихо касаясь мягкой кожи… Но с другой стороны он чувствовал себя досадно обманутым и отчётливо сознавал, что девица не та, за кого себя выдавала. К тому же, воровка и разбойница. Но при этом он отчего-то в глубине души не осуждал её и не клеймил за это, а напротив, придумывал для неё кучу оправданий. И оттого им владела одержимость найти, наконец, её, вывести на откровенный разговор и прояснить, кто она такая на самом деле?! И что побудило её украсть этот проклятый ковёр?! И сегодняшняя неожиданная встреча могла бы пролить свет на эти тайны. Но обернулась провалом…
Гурко ещё какое-то время постоял посреди рощи, подождал немного, прислушиваясь. Нет. Всё напрасно… Как это ни скверно, но он вынужден был признать, что упустил хитрую девицу. Упустил уже во второй раз! Подавленный и расстроенный, Андрей медленно направил коня обратно к просеке. Уходя, он прошествовал совсем близко от того места, где скрывалась беглянка, и она сквозь листья тайком могла разглядеть его и проводить взглядом.
Едва Гурко скрылся из виду, и звук копыт его коня затих вдалеке, Илва медленно вышла из укрытия и долго стояла, не шевелясь, глядя в ту сторону, куда удалился Андрей. Потом тихо и бессильно опустилась на большой камень, покрытый мхом. На душе сделалось невыносимо тошно. Девушка обхватила колени обеими руками, ткнулась в них подбородком и неожиданно для себя заплакала, разъедаемая тяжёлыми мыслями…
Спустя какое-то время в этой позе её и нашли разбойники.
– Илва!! – обрадовались они и тут же обеспокоились. – С тобой всё хорошо?
– Да, – она тряхнула головой, пряча следы слёз на лице. – Едемте! Мы возвращаемся домой!!
– Что, прямо сейчас?
– Да! Немедленно!! – распорядилась она, запрыгивая в седло.
И, с места пуская коня галопом, не дожидаясь никого, помчалась вперёд. Тати переглянулись удивлённые и возмущённые таким решением. Они были совсем не прочь продолжить грабёж здесь, в отдалённых от лагеря местах. Однако спорить с дочерью атамана никто не рискнул, и поэтому все безропотно последовали за нею.
ГЛАВА 4 Путешественник Миклос
Гурко, злой и уставший, вернулся туда, где оставил Калину. Спешился, бросил поводья хозяину коня и пошёл прочь, коротко сообщив с досадой:
– Ушли, лиходеи!!
– Не понимаю, зачем ты погнался за ними?? – недоумевал Богдан.
Но Андрей не удостоил его ответом и, молча, пошёл обратно к месту их ночлега. Калина – за ним. Следом, прижимая раненую руку, побежал спасённый иностранец, воскликнув:
– Погодите! Я – с вами!!
Гурко остановился, изумлённый его заявлением:
– Ты кто такой?
– Я – Миклос, – охотно представился он.
– Ты русский?
– О, нет. Друзья мои, я – литовец!
– В таком случае, вряд ли мы тебе друзья, – угрюмо заметил ему Андрей.
– Как же? Ведь вы спасли мне жизнь!! – воскликнул тот в ответ. – Теперь я у вас в долгу!
– Не надо благодарности. Ступай своей дорогой, – сухо отрезал Гурко и снова пошёл вперёд.
– Твой друг чем-то удручён? – осторожно спросил Миклос, обращаясь к Калине, который казался ему более дружелюбным.
Тот в ответ лишь неопределённо пожал плечами.
– Литовец, говоришь? – неожиданно оглянулся Гурко.
– Да.
– А что это у тебя на голове?
– Это чалма, – пояснил он. – Очень удобно в жару. В Италии многие носят…
– Причём тут Италия?
– Я еду оттуда.
– Что ты делал в Италии?
– Жил.
– Ты же назвался литовцем!
– Да. Но я – путешественник! Я езжу по разным странам.
– Весёлое у тебя занятие.
– Да, приятное. И всё же, позвольте мне называть вас друзьями!! – настойчиво продолжил Миклос, – Ведь вы так вовремя появились! Если бы не вы, даже не знаю… Наверное, меня бы уже не было в живых.
– Но ты и сам отважно сражался, – похвалил его Калина.
– Да. Я неплохо владею саблей. Но этих разбойников было слишком много!! – посетовал тот. – К тому же они напали на меня во сне!! И, когда я проснулся, у них уже был весь мой багаж и деньги!!
– Впредь тебе наука – не ложись спать возле дороги! – нравоучительно заметил ему Гурко.
– Это верно! Теперь уж я учёный! – Миклос стал обеспокоенно шарить по карманам кафтана, залез за пазуху кафтана, вынул листы, плотно сшитые в тетрадь, крепко прижал их к груди и облегчённо вздохнул. – Слава Богу, самое главное осталось при мне!!
Андрей с Богданом с интересом смотрели на этого чудака. Он, в свою очередь, тоже присмотрелся к ним внимательнее:
– Друзья мои! Судя по одежде и по говору, вы московиты? Так? Я прав?
– Да. В точку!
– О! Это же замечательно! – обрадовался тот. – Я как раз еду в Москву!! Как хорошо, что я вас встретил!
– Мы в Москву не едем, – осадил его Гурко.
– Это неважно! Я рад тому, что могу с вами поговорить!! – и, наткнувшись в ответ на их недобрый взгляд, робко уточнил. – Мы ведь можем поговорить?
– О чём?
– Обо всём… Как вы живёте? Чем занимаетесь?
Андрей скептически выгнул бровь:
– Для чего?
– Я же сказал, я – путешественник, – напомнил Миклос, слегка настороженный строгим взглядом Гурко.
– Ну?
– Я езжу по городам, разговариваю с разными людьми, – принялся объяснять тот, демонстрируя им сшитые листы бумаги, исписанные грифелем. – И записываю всё вот сюда! Всё, что увидел, всё, что со мной случилось, и всё, что мне рассказали люди.
– Зачем?
– Затем, чтобы потом собрать эти записи вместе. И сделать книгу.
Друзья переглянулись, не поверив своим ушам:
– Книгу??… Ты пишешь книгу??
– Пока я жил в Италии, я написал книгу о жизни в Риме, – сообщил он не без гордости, выпрямив спину.
– Да, ну?!
– Да. Это так. И теперь хочу написать другую. Про Московию.
– Почему про Московию?
– От итальянцев я очень много слышал про Москву! Много всего интересного.
– Та-а-ак… И что ты слышал? – заинтересовались они.
– Что это город, полный чудес!… – затараторил он. – Будто бы там строится огромный кремль, у которого стены подпирают небеса! И, что купола московских храмов покрыты настоящим золотом, и, глядя на него, все неверные слепнут!! И, что царь московский так грозен, что его все боятся, а, когда он сидит на троне, то по обе стороны от него стоят два огромных медведя на цепях, а в носу у них тяжёлые кольца…
Друзья в ответ на это громко расхохотались, держась за животы. Литовец озадачился:
– Что? Почему вы смеётесь? Это всё… не так?
– Так, так! – не стал разочаровывать его Гурко. – Ну, или… почти так.
– Понимаете, я столько всего удивительного слышал о Москве и московитах, что мне захотелось самому убедиться, правда ли это? И вот я покинул Рим, и отправился в путь!! Хочу своими глазами увидеть, и описать всё, как есть на самом деле!
Калину это известие невероятно впечатлило:
– Ух, ты! Это правда? Ты напишешь целую книгу? Про московитов?
– Да!
– И её станут читать люди в разных городах?
– Конечно!
– И, что, – прищурился Калина. – Ты в ней напишешь про то, как сегодня на тебя напали тати на серенской дороге?
– Непременно!! И про то, как два отважных московита меня спасли!
Друзья развеселились:
– Про нас напишешь?
– Да!! Обязательно напишу!
– Ну и ну! Это что же, выходит, что, к примеру, в Италии какой-нибудь вельможа купит твою книгу, и прочтёт там про нас??
– Так и будет! – подтвердил Миклос.
– Андрей! Веришь-нет, про нас с тобой прочитают в Италии!! – воскликнул Калина, расхохотавшись. – Вот чудеса-то!!
– Хм. Да, уж… Вот странный случай.
Они тем временем, переговариваясь, подошли к месту своей ночёвки. Ольга встретила их испуганным встревоженным взглядом:
– Что случилось? Я проснулась, а вас нет. Я жутко испугалась, – и подозрительно покосилась на литовца. – Кто это?
– Путешественник, – коротко ответил Гурко.
– Он хочет про нас книгу написать!! – радостно сообщил Калина.
– О, прекрасная пани! – он почтительно раскланялся перед Ольгой. – Давайте знакомиться! Я – Миклос, путешественник и писатель. Вот только что я внезапно стал жертвой нападения разбойников! И был отважно спасён этими храбрыми московитами!!
– Вы ранены, – заметила ему Ольга.
– Да, – не стал спорить тот, продолжая придерживать руку, где разорванный рукав весь уже намок от крови.
– Садитесь! Я перевяжу Вас, – велела она, вынимая из дорожного короба холщёвое полотенце.
Литовец покорно присел на траву, позволяя княжне промыть родниковой водой рану и наложить повязку. И пристально с восторгом разглядывал девушку, пока она занималась его рукой. Не удержался:
– Как Вас зовут, прелестная спасительница?
– Ольга.
– Какое красиво имя! Если Вы позволите, я тоже упомяну Вас при написании своей книги. Я напишу, как прекрасная московская девушка по имени Ольга перевязала мне рану!!
Она скромно улыбнулась:
– Не надо. Не пишите.
– Предлагаю позавтракать, и трогаться в путь, – поторопил всех Гурко.
– А куда вы держите путь? – тут же осведомился их новый знакомый.
– В Барятин.
– Вы не возражаете, если я присоединюсь к вам? – жалостливо попросил он.
Гурко с Калиной переглянулись. Андрей пожал плечами:
– Не бросать же тебя посреди леса.
Путешественники позавтракали жаренными на костре пескарями, которых Калина поймал в реке с помощью вязаной сетки. Затем переправились вброд через речку Серёну, таким образом, покинув земли князей Воротынских и вступив во владения князей Мезецких. И к полудню добрались до одного из их имений – села Барятина.
ГЛАВА 5 Село Барятино и его обитатели князья братья Барятинские
Основатель династии князей Мезецких Андрей Всеволодович, по прозвищу «Шутиха», когда-то давно поделил все свои владения между тремя сыновьями: Старшим Фёдору и Роману досталось по половине Мезецкой волости. А младшему Александру – Барятинская волость. С тех пор прошло ни мало лет, и теперь уже дети его сыновей были в правах наследства. Потомки Александра, хозяева Барятинской волости, именовались отныне не Мезецкими, а Барятинскими.
Нынешние хозяева, три брата Барятинских – Григорий, Фёдор и Лев – сегодня собрались в семейном поместье Барятине у старшего брата, чтоб заняться любимой забавой – соколиной охотой. Кони их, осёдланные, стояли у крыльца. Охотничьи соколы с зачехленными головами сидели у ловчих на руках. И свора собак, которых нарочно держали сутки впроголодь, копошилась во дворе, скуля от нетерпения. Братья, в разговорах о предстоящей охоте, обсуждали выбор оружия, когда верный управляющий Юрец, вдруг явился с известием, что к ним неожиданно пожаловали гости.
– Кто такие? – нахмурился хозяин имения, старший из братьев, Григорий Александрович.
– Два московита.
– Что?? Московиты??! – Фёдор и Лев дружно всколыхнулись при упоминании ненавистных соседей, что последнее время не давали им никакого житья.
– Третий – в чалме…
– Татарин что ли??
– На татарина он не похож, – пожал плечами Юрец. – И ещё с ними – панночка.
– Странная компания, – хмыкнул Григорий.
Фёдор украдкой выглянул в окно. Младший Лев протиснулся к нему:
– Дай глянуть! Что за панночка? Хороша собой?
– Да-а… Не плоха.
– Чего они хотят? – спросил у Юрца Григорий, пока младшие братья, отталкивая друг друга, разглядывали в окно девицу.
– Московиты говорят, что имеют какое-то поручение к вам от Великого князя московского, – обстоятельно изложил тот.
– Хм. Так-таки от самого Великого князя? – Григорий с Фёдором переглянулись. – Наверняка брешут!! И что-то затевают скверное, нахалюги!!
– Братцы! – воскликнул Лев. – Да ведь это с ними Ольга Воротынская, сестрица соседей наших Семёна и Дмитрия!
– Не может быть!
– Точно она!!
– Откуда ты её знаешь?
– Помните, два года назад мы были на пиру у пана Сапеги? Воротынские тоже там были. Вот я её и запомнил!
– Юрец! – кликнул управляющего Григорий. – Позови-ка княжну Воротынскую в дом! А остальные пусть ждут во дворе.
Тот умчался выполнять указание хозяина. Выйдя во двор, он уважительно раскланялся перед Ольгой:
– Княжна Воротынская! Прошу Вас, проходите. Милости просим.
Калина с Гурко уверенно двинулись следом, но тот дерзко осадил их:
– А вы куда? Стойте здесь! Относительно вас распоряжений не было!! – и захлопнул дверь прямо у них перед носом.
– Нет, ты видел!! Что за обращение?! – возмутился Калина. – Почему они позвали одну Ольгу? Надеюсь, не замысли ничего дурного? Иначе я разнесу их избу в щепки!! Эй!!
И он гневно забарабанил кулаком в дверь.
– Тише! Не кипятись! – остановил его за руку Гурко. – Вспомни, что было в Залидове. Ты обещал, что будешь держать себя в руках!!
Миклос вклинился в их разговор:
– Друзья мои, я не ослышался? Ваша спутница – княжна Воротынская?? – и тут же озаботился. – Почему вы не предупредили?!
– О чём?
– О том, что она – княжна! О! Сама княжна перевязывала мне руку! Надеюсь, я вёл себя учтиво?
– Пока что неучтиво ведут себя только князья Барятинские! – пробурчал Калина и с угрожающим видом начал слоняться мимо окон. Туда и обратно.
Тем временем Юрец привёл Ольгу в палату к братьям. Оказавшись одна в обществе трёх суровых мужчин, она немного оробела:
– Доброго дня, соседи.
– Здравствуйте, пани Ольга. Мы Вам рады, – признался Григорий Александрович. – Хоть и не ожидали Вашего визита. Как Вы оказались в компании московитов? И всё ли у вас благополучно?
Она озадачилась их вопросом и растерялась.
– Может, Вы с ними не по своей воле? – подсказал ей Лев. – И нуждаетесь в помощи? Говорите прямо, ничего не бойтесь! Мы готовы за Вас вступиться.
– Нет. Спасибо. Я не нуждаюсь в помощи, – ответила она и, чтоб не вдаваться в подробности, коротко пояснила. – Я еду по своим делам, а московиты – по своим. Просто оказалось, что нам по пути, и мы объединились в дороге для безопасности. В лесах полно разбойников! Поэтому, если бы вы позволили нам остановиться, чтобы переночевать у вас в имении, мы были бы очень благодарны.
– Хм…, – братья переглянулись. Они были явно не рады тому, что непрошеные гости отвлекают их от охоты, да ещё и напрашиваются на ночлег.
Ольга постаралась их умилостивить:
– Не тревожьтесь. Мы вас не стесним, и, едва рассветёт, тут же отправимся дальше в путь.
Григорий строго кашлянул в кулак и убедительно заявил:
– Вам, пани Ольга, я с радостью предложу ночлег.
– Благодарю.
– А тот, в чалме, кто он такой? Тоже московит?
– Он литовец! И он путешественник, – сообщила она. – Мы встретили его на серенской дороге несколько часов назад. Он едет в Москву.
– А куда держите путь Вы, Ольга?
– Я гостила у братьев, теперь возвращаюсь домой, в Городёнку.
– Хорошо. Вы и этот литовец-путешественник, можете остаться, – рассудил Барятинский-старший и окликнул управляющего. – Эй, Юрец! Ты слышал? Помоги княжне расположиться в доме для отдыха. И этому чудаковатому литовцу в чалме тоже найди место!
– А как же московиты? – осторожно спросила его Ольга.
– Московиты пусть убираются прочь!! – строго отрезал Григорий. – Ноги их в моём доме не будет!
Ольга набралась смелости, чтобы напомнить:
– Но они прибыли к вам с поручением от Великого князя московского…
Григорий Александрович сделал нетерпеливый жест:
– Что ж, так и быть! Идёмте, братья, переговорим с этими «порученцами» во дворе, да поскорее выпроводим!
Завидев братьев Барятинских, вооружённых до зубов, Гурко с Калиной невольно напряглись:
– Добрый день, – вымолвили они, а руки их интуитивно нащупали рукояти мечей.
– Зачем пожаловали? – нелюбезно откликнулись те.
Гурко вынул из-за пазухи уже изрядно потрёпанную грамоту Великого князя Ивана Васильевича и заученным текстом произнёс:
– Великий князь московский, обеспокоенный участившимися потасовками князей в верховских княжествах, в желании вернуть мир на порубежье, спрашивает, нет ли у вас каких жалоб? Не испытываете ли вы в Барятине неприятностей от московитов?
Братья переглянулись между собой.
– Григорий, ты слышал?! Они издеваться над нами приехали?? – воскликнул в сердцах средний брат Фёдор, сжимая кулаки.
Младший Лев тоже ополчился:
– Вот стервецы! Почитай каждую неделю московские дружины пустошат наши владения!! И у них хватает наглости заявляться к нам и спрашивать, не в обиде ли мы??
– Тихо, братья! – осадил их Григорий, угрожающе выходя вперёд на московитов. – Эй, вы, посланнички!! Скажу сразу, что вам здесь не рады! Вопросы ваши мы считаем для себя оскорбительными! Поэтому будет лучше вам убраться подобру-поздорову, пока мы не пустили в ход свои мечи!!
