– Если это похитители – будет засада. Я не хочу, чтобы ты пострадал.
– Если бы, да кабы… Рэт, если это засада, то одному уж точно никак нельзя… Тем более, что не один ты умеешь драться. Они тоже не лыком шиты.
Стив окинул меня недовольным взглядом и отрицательно покачал головой.
– Уговорил. Дождемся вечера и за дело. – Согласился я. Спорить со Стивеном все равно бесполезно.
Почему не стал спорить? Не подумайте, это был не страх перед возможной угрозой. Вовсе нет. Отчасти мною двигало любопытство, а с помощью технических уловок друга мы могли заполучить больше информации. Глупо в таких случаях отказываться от помощи профессионала. Так что, взвесив все плюсы и минусы, выбрал помощь друга. К тому же, будто Стив предоставил мне выбор.
Вечером, после унылого и скучного дежурства, мы отправились на дело. Нам несказанно повезло, поскольку туман усилился, видимость заметно упала, словно по заказу. На дорогах скопились многокилометровые пробки. Накрапывал мерзкий дождь. Но, такой не очень хороший для большинства горожан расклад нам играл только на руку.
Стив шел позади меня, с палочкой, словно калека; в капюшоне, с бутылкой дешевого пойла в руке, притворившись захмелевшим бездомным (маскировочный костюм пришлось одолжить в полиции), а я гордо шагал впереди, словно не замечая хвоста. Ровно посредине парка уже красовалась тень, как и вчера. Силуэт быстро приближался, пока, наконец, незнакомец не оказался в метрах пяти от меня. Это был человек в черном мешковатом балахоне.
– Кто ты? – Спросил я, остановившись.
– Как невежливо. Сперва люди представляются сами, а уж потом задают вопросы.
Голос принадлежал довольно молодому парню, может даже ровеснику или и того младше, на вид довольно высокому, если не сказать долговязому. Лица же разглядеть я не мог из-за капюшона.
– Рэт Джонс, 25 лет, не женат, атеист, пусть и крещеный. Родился в желтой зоне, живу в зеленой. Номер кредитной карты говорить?
– Не язвите мистер Джонс. Вы даже не понимаете, с кем связались.
Оу, и мне воспринимать его слова, как угрозу? Или считать вызовом? Стоит мне присвистнуть Стиву и тело гостя мгновенно наполнится свинцом. Ладно уж, не буду кипятиться раньше времени.
– Так что тебе нужно? – Спросил я как можно более спокойно, будто меня это мало интересует. – И не обязательно называть меня на «вы».
Смотрите, какая вежливость. Прямо-таки благородный рыцарь короля Артура с изысканными манерами. Может ещё прикажет кланяться в ноги каждому встречному незнакомцу?
– Я не называл. – Невозмутимо ответил тот. – Информация в обмен на информацию. Мне нужна карта подземного города. Добудь ее, и я поведаю много чего, о чем тебе даже присниться не может. Раз я не смог добраться до истины и спасти Элизабет, может, это сделаешь ты? Надеюсь, ты отнесешься к этому серьезно. А я в знак нашего тесного сотрудничества скажу, что ее, как и меня, должны были превратить в ану.
Я оторопел.
– Превратить в пожирателей? – Наверное в тот миг мое лицо выражало глубокую озадаченность, слегка (или даже не слегка) разбавленную недоверием. – И ты думаешь, что я настолько глуп, что поверю в сей бред, в эту фантасмагорию? Я похож на умалишенного? – Демонстративно покрутил пальцем у виска, изображая улыбку человека с серьезными психическими проблемами. – Подземный город, превратить в ану. Нет никакого подземного города, я – полицейский и знаю его весь вдоль и поперек. Ты просто бредишь. – Покрутил пальцем у виска еще раз, на всякий случай.
Нет, ну надо же, какой хитрый. Хочет, чтоб я сунулся в подземелье (он имел в виду старое метро, не иначе, оно плохо охранялось властями, если вообще охранялось). Ага, конечно, там меня и сцапают твои прихвостни, держи карман шире. Если захочу умереть – найду более легкий и быстрый способ. Зачем тебе карта? Кто ты на самом деле?
– Не весь, как бы тебе не было прискорбно осознавать, но ты ничего не знаешь. Есть вещи, неведомые даже «Цитадели», например, что нас держат за последних идиотов власть имущие из клана Мардук. Мир уцелел, никакие чертовы пожиратели не стерли с лица земли ни один город во всем мире, только все вы не знаете об этом.
– Прямо ни один таки? Охотно верю. И Санта-Клаус тоже существует, и зубная фея. Если это так, то я цветной холодильник-трансформер. И Росомаха на полставки, забыл добавить. – Вновь покрутил указательным пальцем у виска, только более энергично на сей раз.
Нет, вправду, в пресловутых второсортных телешоу и то шутки смешнее. Я ожидал куда более реалистичную версию. Видимо, не судьба… Придется и дальше слушать бред. И как только его выпустили из лечебницы? Шизофрения какая-то… Поверить в детскую сказку – нет, извольте потрудиться над легендой, а не ломать комедию на ровном месте – не верю.
Незнакомец скрестил руки на груди и покачал головой.
– Когда-то я служил в «Цитадели», был одним из лучших хакеров, и взломал святую святых – «Т.Е.Р.Р.А.», не подумай – не хвастаюсь. – Человек под капюшоном усмехнулся. – За это меня и сослали в клоаку человечества, его еще именуют отстойником. Туда попадают за особые заслуги. – Он усмехнулся вновь. Так я стал частью био0мусора, который потом превращают в пожирателей, на смену убитым «Цитаделью».
«Т.Е.Р.Р.А.» – сверхмощный компьютер, сердце города. В нем хранятся все знания, доступные человеческому миру. То, что проникнуть внутрь него невозможно знает каждый. Меня разводят, как несмышленого школьника?
– Значит и Элизабет тоже преступница? – Я пристально смотрел на него. Нет уж, будь любезен, говори все до конца. А я найду ложь в твоих словах. Мигом выведу тебя на чистую воду.
– Лизи? Не знаю. Мы познакомились уже в тюрьме. Я влюбился в нее с первого взгляда. Но она ничего не помнит и ее память никогда не восстановится полностью. Но это уж и не так уж важно. Через месяц-другой, может раньше, я полностью превращусь в ану. – Парень снял капюшон.
Я в ужасе отшатнулся назад, широко раскрыв рот, да так, что челюсть едва не рухнула на полимерное покрытие парка. Глаза же едва не выскользнули из орбит, а сердце забилось подобно старинному поршневому двигателю. «Господи, Боже мой»! – Едва не сорвалось с уст человека, минутой ранее заявившего о своем атеизме.
Это был никакой не сутенер, не грабитель и не шпион. Это Крис – тот самый парень, о котором говорила Элизабет. Действительно – прическа похожа на Нэдзуми. Но меня пугало вовсе не это. Предстань передо мной хоть черт с рогами, хоть Зевс и весь пантеон древних богов, хоть Шекспир или Авраам Линкольн – все было бы в порядке, но сюрприз оказался куда хуже.
Теперь, когда черный перепачканный капюшон не скрывал истинного облика незнакомца, я увидел темный дымок, что исходил от его кожи, причудливо окутывая лицо изменчивым узором и исчезая в нескольких дюймах от него. Черт! Глаза! Глаза сияли оранжевым огнем, будто внутри тлели куски вулканической лавы. «Что это такое, в конце-то концов? Ты… Ты не человек!»
– Но как вам удалось бежать? И что это за дым? – Старался говорить как можно спокойнее, хотя внутреннее беспокойство подобных масштабов скрыть было не просто.
Даже если тайная подземная тюрьма «Цитадели» и существует, то наверняка и охрана там должна быть отменной и бежать оттуда попросту нереально. Поймают, убьют или погибнешь сам от голода, блуждая по бесконечным переплетениям туннелей.
– Дым? – Парень посмотрел на свои руки, которые до этого прятал под рукавами длинного балахона. – Я же говорил, ты чем слушал? Скоро я стану ану. Дошло, наконец? – Крис трижды постучал кулаком по лбу. – Не существует неприступной крепости и тюрьмы, из которой нет выхода. Охрана думала, что мы не сунемся в вентиляцию, а если и сунемся – то просто заблудимся и погибнем. Не заблудились. К счастью, я запомнил карту. Торопись. – Парень на несколько секунд пропал из виду, просто исчез, как голограмма. – Что? Удивлен? – Он заметил, как мой рот непроизвольно открылся. – Я настоящий, просто мало-помалу теряю связь с телом, перехожу в состояние пожирателя, можно и так сказать. Это не иллюзия. Потрогай. – Крис подошел поближе и протянул руку от которой исходил дымок, столь же быстро рассеивающийся, как и на лице.
«Что это за шутки? Как такое возможно? Вот человек, руки, ноги, голова. Раз – и его нет, а потом снова появился, будто исчезновения и не было». – По спине пробежал холодок.
– Трогай-трогай, я же не кусаюсь. Пока еще… – Парень улыбнулся. – Страшно?
Преодолев сомнения (вдруг эта штука заразна) коснулся Криса. Его рука была весьма холодна, как будто парень продрог до костей, но реальная. Это живой человек, сомнений не осталось. Сердце забилось быстрее, глаза округлились, по телу молнией пронеслась дрожь, а на лбу выступила предательская испарина.
– Но ведь Лиз говорила, что за вами была погоня? – Из последних сил старался не выказывать страха (пусть видит только удивление). – Это люди «Цитадели»?
– Нет. – Невозмутимо ответил тот, слегка оскалив зубы. – Если бы это были они – нас бы уже не было в живых. Кайлер не оставляет следов. Обычные бездомные. Пока я отвлекал их, у Лизи случилось очередное обнуление – последствия лекарств, они стирают память любому человеку за несколько секунд. Я упустил ее из виду… Тем не менее, раз поиски не объявили, и город не перевернули с ног на голову, то в «Цитадели» думают, что мы мертвы. А, как известно, мертвые не становятся пожирателями и все шито-крыто.
– Тогда как ты нашел нас? И кто такой Кайлер?
– Не зря же я служил в «Цитадели». Или мы там, по-твоему, балду пинали? Хватит пустых разговоров. Давно пора перейти к действию. Найди карту, без нее вам все равно не выбраться. Рано или поздно обман раскроется, история повторится и тогда за Лизи придут. И за тобой тоже. Вас ждет смерть. Не ради себя, и не ради меня, сделай то, что говорю тебе! – Крис старался изъясняться как можно тише и постоянно озирался по сторонам, явно опасаясь хвоста, и не зря, надо отметить.
– Она рассказывала о себе, о своем прошлом, до того, как потеряла память? – Я старался выудить как можно больше.
– Мало чего, говорю же, она и тогда почти ничего не помнила из-за проклятых обнулений. Достаточно болтовни. – Голос парня сделался более грубым и громким, что я на мгновение подумал, что это Стив дал себя обнаружить. – Принеси карту, и все узнаешь. Но информация тебе не понравится, скажу сразу, как есть. Правда иногда может ранить. Но ты уже сам выбрал этот путь и пройди его до конца, Рэт Джонс. Если хочешь остаться в живых.
– Не боишься, что Кайлер найдет тебя? – Невпопад спросил я. Я не знал, при чем тут он. Просто было интересно. Хотелось узнать о нем побольше.
– Мне уже нечего бояться. А вот тебе – надо. Он очень хитер. Рано или поздно он вступит в игру, и тогда спасения не будет. Бойтесь его!
– Перестань говорить обо мне на «вы». Много чести. Взаимности не жди. – И чего я завелся?
– А я и не называю. Ты думаешь, я не заметил хвост неподалеку от тебя? Ты наивный, Рэт Джонс. Если тебе не плевать на свою чертову жизнь, и жизнь Лизи, то не верь никому.
Кристофер развернулся, и, набросив капюшон на голову, быстрым шагом направился прочь от меня.
– Не говори загадками, Крис. – Воскликнул я вдогонку.
Парень не ответил.
– Постой, но зачем тебе карта? – Выкрикнул вслед.
– Сектор 23 – выход в открытый мир. – Донеслось до меня.
– Что это значит, Крис? Крис, черт бы тебя побрал! – Выругался я.
Но Крис быстрой походкой удалялся, так и не ответив, пока вскоре и вовсе не растворился в необычно густом, как вата, тумане. В стороне от меня медленно, едва заметно, проплыл силуэт Стивена.
– Надо признать, в маскировке он неплох. – Пробормотал я себе под нос. Стив встал неподалеку. – А он неплох. – Эй, мастер маскировки, тебя раскрыли.
Глава 4.
Черные куртки
Август 2213 года
– Твою мать, Рэт! – Выругался Стив. – Ты видел? Нет, ну ты видел, а?
Наш разговор с Крисом был записан на высокоточную камеру, вмонтированную мне на лоб, в кепку. Так, на всякий случай. Даже бывший цепной пес «Цитадели» не смог распознать ее. Или попросту не захотел. Ему уже все равно погибать.
– Он дымится! Ты видел? Дымится! Что за черт? Смотри, Рэт! Это дым, да?
– Да не ори ты. Вдруг кто услышит? – постарался я утихомирить пыл Стивена.
– Кто? – Стив развел руками. – Тут никого, кроме нас. У меня звукоизоляция хоть ори, хоть девку насилуй, хоть стреляйся. Никто не услышит, даже чертова «Цитадель».
– Все равно, не ори на ухо. И не плюйся, я уже и так весь мокрый. Подумаешь, никогда не видел дымящихся людей? – Иронизировал я. – Тоже мне, новость века. Ну человек, ну дымится. – На самом деле я находился в шоковом состоянии, просто не показывал этого, предпочитая переваривать информацию без лишних эмоций и бесполезных сцен. Хватит нам одного актера драматического театра.
– Видел. Мертвецов. Останки бомжей, что сгорели заживо в собственной конуре. Разлагающиеся и изуродованные трупы. Много всяких случаев было! А он живой! – Стивен нервничая потянулся за сигаретами. – Живой! А это что еще за шутки? Просто взял и исчез? Так не бывает!
Стив ходил по комнате взад-вперед, дрожащими руками держа сигарету. Никогда не видел его настолько взволнованным, обескураженным, да и сам факт – Стивен бросил курить сразу же после присяги. И с тех пор брал сигарету только дважды, включая сегодняшний случай. До этого, когда выяснилось, что роскошная девушка-блондинка из ночного клуба оказалась не совсем девушкой (вернее – совсем не девушкой). Закуришь тут. И запьешь еще в придачу.
– Нас никто не заметил в парке? Случайные прохожие, бездомные, целующиеся парочки? – Уточнил я, на всякий случай, кому в здравом уме захочется оказаться в парке в такую погоду.
«Нет». – Уверял я себя. – «Бомжи наверняка прячутся по подвалам в желтом секторе или дальше, а влюбленные наслаждаются жизнью в кафе и ресторанах, или у себя дома, но точно не в темном сыром парке, если они не мазохисты. Остаются случайные прохожие, наподобие меня самого. Вчера мне как раз довелось оказаться почти на том же месте и в то же время».
– Никто, будь спокоен. Да и кому вздумается болтаться в почти не освещенном глухом парке в такой туман, еще и в сырость? – Стив посмотрел на меня и одобрительно кивнул.
Парк действительно освещали лишь тусклые фонари, свет которых рассеивался в тумане.
– Все, Рэт, я сошел с ума. Это сон. Нет, это все не по-настоящему. Не может такого быть. Нет, не верю. Я отказываюсь. – Стивен демонстративно поднес руку ко лбу. – У меня температура. Точно. Я простудился и брежу. Галлюцинации.
– Может, Стив, может. И мы только что с тобой убедились в том, что это все-таки правда. – Пусть во все это трудно поверить, но другого выбора нет.
Да, я и сам уже сомневался, что у меня все в порядке с головой. Наши галлюцинации общие… Я тяжело вздохнул. Пусть во все это трудно поверить, но, тем не менее, глупо отрицать очевидное.
– Не понимаю ничего. Может это какой-то трюк, робот или голограмма? – Твердил Стив. – А что за чепуху нес этот твой Крис? То есть ану – это бывшие люди? Но какой смысл властям превращать людей в монстров? Чтобы потом они убивали нас?
– Сам в замешательстве. Похоже, мы здорово влипли в какую-то дрянь, дружище. – Я почесал затылок, надеясь, что это поможет придумать что-то правдоподобное.
– По самую задницу, Рэт. Гигантскую, как сам Даллас. – Стив плюхнулся на стул и широко развел руками.
Я кивнул. Что ни говори, а слова Стива как нельзя правдиво отражают наше незавидное положение.
Стивен откупорил банку пива, вскочил со стула и продолжил все так же нервно нарезать круги по комнате, большими глотками ликвидируя содержимое. Очень скоро пустая жестянка с глухим звоном упала на пол.
– И это что же получается? Под Далласом может существовать еще один город? – Наконец спросил он.
Я кивнул в ответ, пусть самому как-то слабо верилось в существование потайных миров и прочие теории заговора. Однако факт существования дымящегося человека, превращающегося в ану, никто не отменял, так же, как и не отменял его рассказы насчет других городов. Выходило так, что мы бы и рады ему не поверить, но он вывалил свою беспощадную правду, как мешок с навозом на голову. Внезапно. И запах слишком острый, чтобы его не замечать. Да и на трюк это не похоже. Слишком реалистично.
– А нужна была ему… – Стив почесал подбородок.
– Карта.
– Тогда мы должны достать эту чертову карту, хотя понятия не имеем с чего вообще начать и где искать зацепку… – Стив снова потянулся за сигаретой.
– Да. Скверная картина, с какой стороны ни посмотри. – Я пожал плечами и снова задержал взгляд на видеоизображении с дымящимся Крисом.
– Если Крис, лучший хакер в «Цитадели» и тот попался, то с чего ему вдруг взбрело в голову, что это удастся нам? Я, конечно, мастер маскировки, но привык трезво оценивать свои возможности. Что, если нас раскроют? Или уже раскрыли и подослали марионетку? – Тараторил Стив.
Да, весьма резонно. Мы не чародеи, а обычные полицейские в самом непримечательном участке с самым заурядным оружием в качестве волшебных артефактов. Против нас целый город, отлаженная машина, побороть которую под силу далеко не каждому. Но, если не в силах победить силой – попробуй перехитрить.
– Для начала, Стив, нам надо успокоиться. – Я остановил друга и усадил на стул.
– Да… Успокоиться. – Стив задумался.
Интересная картина. Один в ступоре, второй в панике носится по комнате, как ужаленный, шоркая по деревянному полу тапочками, словно старый дед. Нет, так у нас ничего не выйдет.
– Давай подумаем. Где может храниться карта? Не обязательно в «Т.Е.Р.Р.А.»… Слушай, старина Стиви, ты можешь взломать машину шефа полиции?
– Нашего шефа? Тьфу, да как два пальца об асфальт. – Стив посмотрел на меня неким надменным и самоуверенным взглядом, как смотрит опытный и гордый мастер на юного неотесанного ученика. – Дело пяти минут.
– Давай посмотрим там. С чем черт не шутит?
Через пару минут Стив уже хозяйничал на сервере, словно у себя дома, не отрываясь при этом от очередной только что откупоренной банки.
В успехе нашего коварного замысла сомневаться не приходилось. Что говорить, наши программисты совсем обленились. Даже защиту нормальную поставить не могут. И за что им только деньги платят?
Среди материалов, найденных в компьютере шефа, оказались полицейские отчеты за последние лет двадцать. Здесь была в основном информация на преступников, протоколы допросов – ничего интересного для нас. Но на нашу удачу, карту заброшенного метро все-таки удалось отыскать среди вороха отчетов патрульных, с которым нам приходилось, к слову, сталкиваться чуть ли не ежедневно. Наверное, забыли удалить.
На первый взгляд – карта как карта. Мы знали метро вдоль и поперек. Каждый полицейский хоть раз, да спускался внутрь заброшенных тоннелей. Мы со Стивом были исключением, правда, но это не помешало нам выучить расположение закрытых станций, так как того требовали еще в академии. С тех пор ничего не изменилось. В самом деле, метро заброшено, его не могли перестроить. Надеюсь, что гномы там не обитают.
– Смотри-ка, Рэт. Вот здесь. – Стив указал на карту, но я, к своему удивлению, ничего не заметил, поскольку не успел прийти в себя от увиденного и не мог и сосредоточиться. Противоречивые мысли и догадки орудовали в голове.
– Что? – Удивился я. Карта, как карта. Ничего удивительного и секретного.
Стив взглянул на меня с неким подозрительным недоверием, ведь нас месяцами натаскивали на запоминание всех подземных лазов.
– Ты что, прикалываешься? Ладно, притащи-ка мою карту, та все же подробнее будет, чем этот клочок. На полке посмотри.
– Держи. – Я порылся на полках и вскоре протянул ему карту, не без труда извлеченную из-под многонедельных наслоений заляпанных бумаг, остатков еды и фантиков.
«Ну и свинарник же». – Подумал про себя, оглядывая полку, но не стал тратить время на язвительные нравоучения вопреки едкому желанию подколоть друга.
– А вот теперь смотри. – Стив стряхнул на пол оставшиеся хлебные крошки, развернул потрепанную карту, испещренную надписями, и указал сперва на странные метки на экране монитора. – Этот проход. Он не указан нигде на наших полицейских картах, но посмотри на мою. – Ткнул пальцем на бумагу. – Видишь? Ничего. А тут, на карте шефа – проход указан, как ни странно. И вот еще один, второй, третий… Восемь. Вот и первая зацепка. А это только шеф обычного участка полиции. Что можно найти, копнув чуть глубже? Что ж, смотрим дальше…
И вновь мы, словно завороженные, приникли к монитору компьютера, разглядывая интерактивную схему метро. Действительно, на бумажной карте не было ни намека на какие-то подземные лазы.
Оставшуюся часть вечера мы потратили впустую, так и продолжая пялиться в монитор, копаясь в горах архивного хлама, будь он трижды неладен. К превеликому огорчению, больше ни единой зацепки, кроме уже упомянутой странной карты. К полуночи, мне надоело играть в кошки-мышки, и я решил действовать решительно и отправиться в метро, чтобы лично проверить, существуют ли на самом деле потайные проходы или нет.
– Хоть бери и сам лезь в эту дыру. – Выпалил я сгоряча.
– А что? – Ответил Стив. – Давай, завтра, все равно гуляем. – Действительно, выходной же.
– Нет. – Я решительно отсек подобную мысль. – Это мое дело и мне его и решать. Пойду один.
– Еще чего удумал? У тебя умишко совсем усох с этой влюбленностью? – Стивен жестом показал уровень моего интеллекта.
«А не сильно ли часто за сегодня мы используем жест в виде вращающегося пальца у виска и ему подобные»? – Действительно, зачастили.
– Тебе вовсе не обязательно влезать в мою передрягу. Это только мое дело, дружище! Ты…
– Уже влез, если ты не понял. – Стив прервал меня. – Отступать уже некуда. Если проколемся, «Цитадель» прикончит всех, и имени не спросит. Скажи мне, кто твой друг – и я скажу, кто ты. Понял? Теперь уже поздно, дело сделано. Буксовать и пятиться – не выход. Только идти до конца и постараться выжить. Собираемся. – Он встал со стула и вышел из комнаты, а я ненадолго застыл за раздумьями.
Его доводы меня несколько убедили, но мне бы все равно не хотелось навлекать опасности на друга, даже если он и сам не против найти приключений на свою голову. Ладно, зная характер Стива, спорить с ним бесполезно. Тот еще упрямец, как и я, в общем-то, если не хуже.
Все необходимое у нас оказалось под рукой: веревки, фонарики, приборы ночного видения (Стивен любил играть в шпиона и всегда держал под рукой арсенал Джеймса Бонда) и конечно же травматическое оружие (боевое тоже прихватили, на всякий случай), непромокаемые сапоги – наверняка в старом метрополитене воды полно. Пусть оно и используется, как вентиляция для нового, более глубокого метро, которому не страшны никакие ану, но все же, на всякий случай. К тому же нам обязательно попадутся пара-тройка луж по дороге. Лучше перестраховаться, чем потом расхаживать остаток ночи в мокрых кроссовках. Ужасно не люблю, когда ноги мокрые. Да и обувь денег стоит, а после грязевых ванн ее придется выкинуть. Недешевое удовольствие.
– Смотри. – Стив склонился над картой. – Вход есть под Сингапуром.
– А поближе нет? – Вопрошающе взглянул на Стива.
Весьма неприятное место, да и топать до него прилично.
– Нет. – Тот отрицательно покачал головой. – Все остальные в красной зоне. Но до нее не ближе.
– Что ж, убедил. Сингапур, так Сингапур. – Тяжело вздохнул, надевая на ногу увесистый сапог.
– А Элизабет предупредил?
Вот же… Игра в шпиона меня так поглотила, что я чуть не оставил собственную девушку одну, ночью, да еще и в полном неведении, где я и что делаю. Подумает еще, что меня убили или, и того хуже, увели другие девушки.
– Нет. Сейчас забегу домой. Это не телефонный разговор. – Спохватившись, я мигом растворился в дверном проеме.
Через пять минут я уже вновь предстал перед входной дверью. Как говорится, одна нога здесь – другая там.
– Быстро ты. – Стивен подал мне рюкзак. – Она не заподозрила ничего дурного? – Мастер маскировки улыбнулся.
– Не должна. Сказал, что вызвали на ночное дежурство. Полиция же. Все в порядке. Ну, почти в порядке. Расстроилась, что придется ночевать одной. Пойдем, времени мало. Надо успеть вернуться до утра.
– Еще бы… – Стив расплылся в злорадной улыбке (опять за свое). – Никто не согреет, не подарит теплоту и страстные ласки. Вы хоть спите, а, ну скажи? Как она? – Его глаза буквально сияли любопытством и пошлостью. Ну и извращенец, честное слово.
– На самом деле, мы не спим.
От таких слов любопытный друг едва не выронил ключи из рук, а затем уставился на меня с недоверием.
– Тебе сама судьба подарила темноволосое сокровище, а ты… Разве так можно? Еще скажи, вы не встречаетесь и ни разу не целовались. Если это правда, тогда ты, Рэт, знаешь кто? Лох вислоухий, вот кто.
– Целовались… – Кажется, я покраснел, словно нашкодивший мальчишка. – Просто… Еще не время…
– Ага… А когда время наступит, то твоя борода вырастет до колен. Тогда уж поздно… Пошли уж… Вот же, дуралеем был – дуралеем и остался. У меня больше нет слов.
Мы покинули пределы квартиры и теперь опасались говорить о деле. Все. Территория безопасности кончилась. Жучки могут оказаться везде – нам ли не знать.
До Сингапура мы добрались довольно быстро – широким шагом. Время поджимало, пусть сапоги и не располагали к приятной прогулке. Шли молча, экономили силы (быстрая ходьба в сапогах выматывала и без болтовни) и старались как можно меньше привлекать к себе внимание редких прохожих-полуночников, которых становилось все меньше по мере приближению к границе зеленой и желтой зон.
Кафе, бары, пабы, клубы, рестораны, супермаркеты и кинотеатры зеленой зоны располагались на первых этажах высотных башен, кажется я уже говорил нечто подобное, но – уточню, для верности. Так что, любителям ночной жизни не надо было никуда ходить – максимум пару сотен метров от одного здания в другое. Удобно, согласитесь? Быстро, уютно, качественно и относительно недорого (не приходилось тратиться на дорогу).
Если же вы привереда и у вас толстый кошелек, то такси вмиг умчит вас в Небесный город, где любой каприз воплотится в реальность за ваши деньги.
В желтой зоне царила тишина. Будний день, не до развлечений. И денег на походы в питейные заведения у людей совсем немного. Нет, здесь трудятся в поте лица и берегут каждый цент на покупку жилья поближе к Ядру, где безопаснее.
Внутри Сингапура, в отличие от желтой зоны, где почти все обитатели мирно почивали дома в предвкушении пятницы, кипела ночная жизнь. Всевозможные бары, кабаки и прочие низкосортные заведения, зачастую бордели под прикрытием, ждали своих посетителей с распростертыми объятиями. Девицы легкого поведения заманивали мужчин открытой грудью, угощали выпивкой, сдается мне, весьма сомнительного качества. Во всяком случае, я бы не стал рисковать и употреблять алкоголь из рук девушки, чья профессия может претендовать на право называться древнейшей на планете, а сама она выглядит так, будто только что грузила мешки с песком. Неужели кто-то на них клюет? Они же выглядят хуже некуда.
– Зайдем, выпьем? Я знаю тут одного человека, он обязан мне. – Стив произнес фразу явно не в самое подходящее время.
– Уверен? – Не хотелось оказаться на утро без штанов, без кошелька, хорошо еще, если с головой на плечах и со всеми органами на положенном месте.
– У нас есть выбор, как думаешь? – Его слова звучали как всегда убедительно. – Или хочешь сам искать вход в метро до самого утра?
В бесчисленных поворотах Сингапура заблудиться – раз плюнуть. А карта трущоб
весьма условна, поскольку тут постоянно что-то строится, достраивается и перестраивается, как правило, без согласования с муниципалитетом. Одним словом, настоящий градостроительный бардак.
– Тогда пойдем. – Я покачал головой и пошел за Стивом. Так уж и быть, доверюсь острому чутью и поразительному везению друга.
Выбор Стивена пал на «Арабскую ночь» – ничем не примечательный стрип-бар. Мы вошли туда и огляделись. Ничего необычного. Зал был погружен в тусклый свет, а танцовщица арабской внешности исполняла знаменитый «танец живота». Гостей, которых, почему то, оказалось немного (в основном – мужчины лет пятидесяти и старше, все восточной внешности – узкий разрез глаз, темные волосы). Обслуживали зал молоденькие девушки, тоже восточной внешности, весьма привлекательные, что немного удивило меня.
Вокруг, впрочем, вовсе не покои султана – пыльные ковры, довольно старая деревянная обшарпанная мебель, дым кальяна хоть топор вешай (так говорят русские, когда в помещении сильно накурено – школа мистера МакКаллена). Слово «вентиляция» тут, видимо, и не слышали.
– Мда… Не ресторан, что поделать. Терпи, Рэт. – Хихикнул Стив.
Мы не спеша подошли к барной стойке. Бармен в арафатке, съехавшей набок, стоящий к нам почти спиной, неторопливо протирал затасканной тряпочкой бокал, как в каком-нибудь второсортном фильме. Прямо по закону жанра…
– Привет, засранец! – Выругался Стив, громко смеясь после того, как бармен дернулся от неожиданности, едва не выронив бокал из рук.
– А, привет-привет, старина Стиви! – Ответил он весьма приветливо, как будто знал Стива очень давно.
– Знакомьтесь. Это Энди, владелец этого балагана для забулдыг, тунеядцев и прочих алкоголиков. Когда-то мы были почти соседями. Энди, это мой друг Рэт! Сделай нам по пиву, только не как в прошлый раз, у меня тогда от той кислятины изжога началась.
Хм. Вот значит как? Вспомнил, до нашего знакомства семья Стива жила почти впритык к Сингапуру. Вот откуда они знакомы – друзья детства. Вполне может быть, мы все примерно одного возраста.
– Я не… – Хотел было отказаться, но с силой Стив несколько раз дернул меня за рукав.
Придется выпить, деваться некуда. Надеюсь, не умру от этого низкосортного пойла.
– Сам виноват. – Отметил Энди весьма нарочито, даже надменно. – Я предупреждал: не пей натощак. С красным пивом вообще стоит быть осторожным, когда твой желудок пуст, как и твоя голова. Я повторяю одно и то же уже, наверное, раз в десятый, но ты никогда не слушаешь советы. И всегда жалуешься.
– Ты просто хочешь выманить из меня денег, вот и предлагаешь закуску.
– Ну вот, опять… Это бесполезно. – Бармен закатил глаза. – И почему у всех друзья как друзья, а у меня – ты?
– Сам виноват, так тебе и надо. – Рассмеялся Стив.
– И пяти минут не прошло, а ты уже утомил. Может пойдешь домой?
Стив и Энди общались, как старые друзья, коими они, очевидно, и были. Странно, а я и не слышал ничего подобного. И почему он ни разу не говорил о близком друге? Только очень близкие друзья могут без стыда шутить друг над другом.
Энди, стоит отметить, оказался брюнетом, невысокого роста и очень уж крепкого телосложения. Выглядел он весьма уставшим, (выдавали круги под глазами), но держался неплохо, шутил и улыбался, как того требует профессия.
– Держите, господа! – Перед нами оказались два бокала светлого пива, самого обычного, как и просил Стив. – Два доллара.
Так дешево? В зеленом секторе, дешевле, чем за пятерку, ни в одной, самой паршивой забегаловке не найти. Хм. Стало быть, Стивен тут частый гость? Вот почему он может пить до отвала и оставаться при деньгах. Хитро придумано. Но, я бы не рискнул. Стоп. Значит, возможно ли? Все эти поклонницы – девицы легкого поведения были в его постели? Как это мерзко, дружище.
– Как твои дела, Энди? – Поинтересовался Стив, видимо для вежливости, на его лице читалось плохо скрываемое безразличие.
– Идут в гору! Планирую расширяться. Женился вот! А твои? Может, желаешь расслабиться? – Он направил многозначительный взгляд в сторону девушек. – У нас огромный выбор! Как тебе вон та, темненькая? – Указал на одну из официанток. – У нее аппетитная грудь, не правда ли? И, скажу по секрету, натуральная, что не часто встретишь.
– Женился? Поздравляю! Нет, спасибо. Я тут по делу. Нужна помощь.
Точно, девицы легкого поведения вскружили парню голову, надо бы поговорить с ним. В таких местах можно и подцепить невесть какую заразу, проблем не оберешься. Ладно, СПИД, его хоть научились лечить, правда на это уйдет целое состояние, а что, если баралимоз какой-нибудь или язвенный хламиорид. Даже представить страшно – верная мучительная смерть, по симптомам напоминающая проказу – болезнь, известную с библейских времен, от которой, кстати, тоже можно умереть, если вовремя не обратиться за помощью. Человек слепнет, его кожа за каких-то несколько лет становится дряблой, будто у старика, покрывается чем-то вроде бородавок. Такими же наростами покрываются и все внутренности, что и приводит к болезненной кончине. И какая глупость толкает людей на столь неоправданный риск, зная необратимость последствий? Не думаю, что кто-то из заразившихся желал себе именно такой участи, разве только полоумный извращенный самоубийца.
– Для тебя, дорогой друг, сделаю все, что смогу. – Бармен внимательно посмотрел на нас и понизил голос. – В чем дело? Сразу предупреждаю, помогать в делах полиции не буду…
– Я не за этим… Полиция тут не причем. – Голос Стива на мгновение изменился, наполнившись презрения, будто он сам никогда и не был одним из полицейских, а вместо этого приторговывал наркотиками в красной зоне.
– Это я так, на всякий случай… Не обижайся. – Энди, несомненно, знал, что Стив догадался, в чей огород был камень. – Так чем могу помочь?
– Знаешь где проход в старое заброшенное метро? – Стивен скрестил руки на груди.
– А кто не знает? Тоже мне тайна века. В Сингапуре это знают все, даже младенцы. А ты забыл, мы же в детстве там дневали и ночевали. Эх, жизнь в центре тебя портит… – Энди улыбнулся. – Странно только, зачем тебе в метро, там же ничего нет, только охотники за цветным металлом, разве что, да ряженая молодежь, которой не хватает острых ощущений. Неужели решил вспомнить школьные годы? – Владелец посмотрел на нас, как на умалишенных. – И что вам могло понадобиться в этой помойке?
– Не скажу. Меньше знаешь – лучше спишь, как говорится. Не бойся, это никак не связано с моей работой. – Стивен нахмурился. – Сам знаешь, тут вечно что-то строится, даже полиция не поспевает перерисовывать схемы. Последний раз ее обновляли два года назад. – Выглядело это как отговорка, но на деле Сингапур был большой стройкой, о которой власти не заботились.
– Тогда хорошо, надеюсь ты не обманул. Обижусь и в следующий раз подмешаю в пиво слабительное. Моя репутация серьезно пострадает, если кто-то узнает, что мой друг – коп. Договорились? – Энди шепнул на ухо Стиву.
– По рукам. – Парни совершили крепкое рукопожатие.
– Секунду! – Энди удалился, но через несколько мгновений вернулся в сопровождении пышногрудой чернокожей женщины лет тридцати. – Знакомьтесь, моя жена Глория. Милая, проводи гостей. Хорошо? – Бармен и, как оказалось, хозяин этого места, игриво прихлопнул жену ладонью по попе.
Глория нарочно вскрикнула и обняла мужа:
– Не заводи меня, а то сам знаешь, я не удержусь». Слова ее не выражали никакой агрессии, скорее наоборот, ей нравилось подобное обращение.
– Вы уверены? – Переспросил я. – Она же женщина, ее могут обидеть на обратном пути.
– Обидеть? – Энди рассмеялся в голос. – Ну, повеселил душу грешную. Она сама кого хочешь обидит. Правда, Глория?
– А то! – Глория описала в воздухе несколько финтов, будто изображала движения рук боксера. – В самой грубой форме, голубчик, не сомневайся. – Ее голос был груб, и к тому же, прокурен. – Пойдемте, красавчики!
Стив расплатился за пиво, и мы проследовали за чернокожей проводницей. Не знаю, как Стиву, а мне хотелось как можно быстрее убраться из этого насквозь прокуренного места – глаза уже начинали слезиться, а голова – кружиться. Я бы предпочел места для некурящих, если они конечно имеются в этой дыре.
– Приходите еще! – Добавил в след Энди. – У нас лучшее пиво во всем Сингапуре!
– Увидимся! – Ответил Стив. – На выходных загуляю.
Я же только усмехнулся. Если эти газированные помои – лучшее пиво, то мне не хотелось бы узнать, каким окажется на вкус худшее.
Глория вывела нас через черный ход, находящийся за пыльной ширмой и стремительно повела нас по закоулкам Сингапура. Мы следовали за ней в вязкой тьме, из которой время от времени выныривал ее необъятный зад, освещающийся тусклым светом грязных квадратов редких окошечек. В отличие от основной, центральной улицы, тут не было ни души. Целый район будто вымер.
Неискушенному обывателю показалось бы, что мы бродим кругами, но проводница ориентировалась в паутинке коридоров и улочек, подобно кошке в темноте, если не лучше.
Пахло помоями и фекалиями. Интересно, а слышали ли местные жители о такой штуке, как канализация? «Ну и вонь». Я брезгливо зажал нос руками. «Боюсь даже представить, каким ужасам и лишениям подвержены жители красной зоны».
Кое-где раздавался собачий вой, будто сегодня полнолуние, а если и так – то от этого вовсе никакого проку, небо-то все равно скрыто. Нет, всякое бывает, возможно, животные в состоянии чувствовать чередование фаз спутницы Земли и не глядя определять, когда полнолуние и необходимо рвать глотку, а где новая луна и горло можно поберечь.
Минут через пять мы были на месте. Узкий проход между домами вел под землю, чему я даже обрадовался, поскольку сомневался, что мой бедный желудок сможет выдержать эту вонь и меня не вывернет наизнанку прямо на ягодицы Глории.
– Вы на месте. – Глория остановилась. – Два бакса. – Девушка протянула руку.
– Что? Мы же друзья Энди. – Отметил Стив.
– Но я-то не Энди. Три бакса. Таковы правила, ты же сам знаешь…
– Эй, полегче, красотка! – Он было попробовал утихомирить алчность чернокожей проводницы, используя лесть, но та оказалась непреклонна и только усмехнулась.
– Четыре! Сколько еще будем торговаться. Хочешь заплатить пятерку? Или сразу сойдемся на десяти? – С невозмутимой грациозностью вымолвила она, закатывая глаза, строя гримасы и вообще всем видом показывая нелепость дальнейшего спора.
– Черт с тобой! Сдачи не надо. – Стив, наконец, сдался и протянул женщине пятидолларовую купюру.
– Желаю удачи, господа! Она вам понадобится. – Глория кокетливо подмигнула, развернулась и стремительным шагом растворилась в туманной темноте.
– Тьфу, сучка! – Выругался Стив. – Правила, правила. И кто только придумал эти дурацкие правила? Пойдем? Мы на месте. – Парень достал планшет с электронной картой, украденной на сервере полиции (на ней, в отличие от наших бумажных карт и были отмечены странные проходы в неизвестные дали). – Мы где-то здесь. Если пойти прямо – окажемся на станции «Северная Авеню». Это соседняя станция, управимся быстро.
Переодевшись в непромокаемую обувь и включив приборы ночного видения, мы двинулись в путь. Перед нами предстал во всем своем постапокалиптическом унынии полуразрушенный вход на некогда оживленную станцию «10 авеню». Давным-давно это был легкорельсовый трамвай, потом же, когда город атаковали пожиратели, на его месте спешно соорудили метро. Тогда в Далласе проживали немногим более десяти миллионов. Сейчас, когда население возросло (в Далласе проживает тридцать пять миллионов, пусть и не самый большой город, по сравнению с разжиревшим Финниксом), создали новое метро, более глубокое, которое стало еще и убежищем. Про старые постройки вскоре забыли, и оно превратилось в пристанище для бомжей и крыс. Часть тоннелей используют как аварийную вентиляцию, другая часть предоставлена сама себе. И этим пользуются любители легкой наживы – медных кабелей, продуктов питания длительного хранения, припрятанных в многочисленных складах.
