Страница 2 из 2
– Всё в порядке, Роберт, – и получив в ответ сомневающийся взгляд добавила, – Честно. Я в полном порядке. Но всё же чувствую себя немного…неуместно, понимаете? Благодарю Вас за заботу и прошу простить мне моё малодушие и разрешить откланяться, – мягко улыбнувшись сказала она.
Роберт, получивший неожиданное повышение и признание, приободрился, и взяв графиню за руку, без приглашения повёл в бальный зал:
– Мы никуда не уйдём, пока не исполним хотя бы один танец, – сказал он.
Но вместо задорного котильона оркестр неожиданно заиграл печальную малагуэнью. И в зале остались самые смелые пары, заранее порицаемые взглядом старшего поколения, в число которых вошли и Роберт с Адель.
– Не самый лучший выбор танца, – покачала головой графиня.
– Полностью с Вами согласен, но отступать уже поздно, – сказал Роберт и протянул ей руку:
– Вы подарите мне эту малагуэнью, леди? – очаровательно улыбнулся он.
Низко поклонившись, Адель без раздумий приняла его руку.
Печальная, неторопливая малагуэнья, внутри таила страсти и настоящую драму. Танцевали её молча и плавно, слегка нарушая установленное приличиями расстояние между партнёрами.
Задорного веселья не получилось, но всё же вышло испытать удовольствие от хорошо ведущего Роберта и послушно ведомой Адель, что в целом создало ощущение некой слаженной команды и полного взаимопонимания.
Сразу после малагуэньи – они покинули поместье, решив немного прогуляться в близлежащем парке.
Парк был старым, немного обветшалым, а местами и дремучим. Вековые дубы, широко раскинувшие свои кроны, казалось, перешептывались между собой. В глубине сада была довольно приличная розовая аллея с множеством сортов роз.
– К слову, лорд Эддингтон, слышали ли Вы новую сплетню, про то, как жестокий тиран Эддингтон младший, отправил свою милую бабушку в ссылку на север? – лукаво улыбнувшись спросила Адель.
– Вы действительно находите виконтессу милой? – удивился Роберт.
– Ни в коем случае, – покачала головой Адель, – На помолвке дочери мэра я имела честь общаться с леди Эддингтон. Она очень доступно и красочно объяснила мне, почему мне не стоит иметь общение с Вами, – улыбнулась она.
– Вот же неугомонное создание! Её бы энергию – в хорошее дело. Я приношу свои самые искренние извинения, леди.
– Всё в порядке, Роберт. Вы не несёте ответственность за своих родственников.
– Почему та леди в гостиной решила, что Вы поёте? – перевёл тему виконт.
– Ох… – вздохнула Адель, – Это давняя история о моём нелепом конфузе.
– Расскажите, – попросил Роберт.
– Ну что ж… В семнадцать лет, когда отец впервые вывел меня в свет, меня попросили исполнить что-нибудь. Петь я училась с самого детства и получалось довольно неплохо. Так вот в то время я была влюблена в одного молодого человека, который является страшим братом леди Кристины. Она сообщила мне, что его любимая песня «канья фальдас верда»с, что в переводе на имперский означает «Песня про зелёные юбки».
– О нет, – потрясённый Роберт не смог сдержать расползающейся улыбки.
– Увы и ах, – развела руками графиня, а потом неожиданно воскликнула, – Вы только посмотрите! – восхитилась Адель и указала рукой на запад, а увидев растерянное лицо Виконта пояснила, – Посмотрите на эти потрясающие сиреневые облака на востоке! Очень редкое явление. Так бывает, когда облачность уходит на восток, освобождая запад, а на западе закатное солнце окрашивает всё в малиновые тона, предвещая скорое похолодание.
И вот сейчас виконт не мог не согласиться. Лучи закатного солнца осветили парк, прорезав кулисами кроны деревьев, восхитительное яркое небо было разным со всех сторон, и в отблесках его лучей стояла она… Такая сияющая, живая и неуловимая, словно ветер. Огромные синие глазищи горели огнём, выдавая любопытный разум, делая её похожей на маленькую девчушку, чёрные волосы развевались на ветру. И вся она такая неповторимая и хрупкая медленно, без разрешения пробиралась в сердце. Заметив, наконец, настороженный взгляд графини, виконт опомнился:
– Они прекрасны… как и Вы, – неловко сказал Роберт и посмотрел Адель прямо в глаза.
– Эдгар и Катрин уже ждут нас в малой столовой. Я дважды посылал слуг, чтобы предупредить тебя, поторопись, Энтони, – позвал только что вошедший Роберт.
– Был занят. Спущусь с минуты на минуту, – выкрикнул из ванной Энтони.
Спустившись в зал Роберт душевно поприветствовал:
– Эдгар! Катрин! Скорее проходите! Как же я рад вас видеть! Сколько лет, сколько зим!
Следом спустился Энтони.
– Дорогая, позволь тебе представить ещё одного моего друга и однокурсника – лорд Энтони Рейн Трокстон. Энтони! Дружище! Рад встрече! Позволь представить тебе мою жену – леди Катрин Бэкстейдж.
– Рад знакомству, леди Катерина! – Энтони поцеловал руку девушки и обнял друга, – Уже и не надеялся увидеться! Очень рад!
– Господа, присаживайтесь! – пригласил к столу Роберт, – По моему особому заказу потрудилась кухарка и нас сегодня ждёт гусь, печёный по особому рецепту – в сладком соусе. Эдгар, открывай вино! Не дело полевым магам полагаться на прислугу, – пошутил он.
– Ну как тебе живётся, Эдгар? – спросил Энтони, – Не жалеешь, что променял боёвку на размеренную жизнь.
– Ни минуты, – покачал головой Эдгар, – Я положенное отслужил и имею право, наконец, жить той жизнью, которая мне по нраву. А ты, Энтони? Никогда не хотелось уйти? Я слышал, тебя повысили, и ты теперь в ордене?
– Так и есть, – улыбнулся Энтони, – Я решил сделать карьеру боевого мага, и думаю, пока неплохо выходит. А Вы, дорогая Катрин? Обладаете ли искрой дара? Какие у вас увлечения?
– Катрин – талантливый лекарь, – ответил Роберт, – Но, к сожалению, не практикует. Кстати, Кэтти, почему? Разве магия не требует выхода?
– Я предпочитаю тратить энергию на создание уюта в семье и прочие необходимые женские мелочи, – потупила взгляд она.
– Вы имеете образование, Катрин? – поинтересовался Энтони.
– Высшая лекарская королевская академия! – гордо заявил Роберт. И от Энтони не смогла укрыться холодность и незаинтересованность Эдгара, который выпал из разговора сразу, когда речь зашла о жене.
– Давно вы женаты? – поинтересовался задумчиво Энтони.
– Почти шесть лет, – ответила Катрин.
– Ну что мы всё про нас, – устало потёр брови Эдгар, – Ты ведь прибыл в Норт-Ленд по делу, Энтони? Что ищешь?
– К сожалению, не могу сказать, друг, ты же понимаешь, – виновато развёл руками Энтони.
– Конечно, нет проблем.
– Кэтти, в это трудно поверить, но когда-то эти три красавца, сидящие перед тобой, считались надеждой боевого факультета императорской академии, – похвалился Роберт.
– Почему когда-то? – возразил Энтони, – Вы двое и сейчас состоите в резерве, а я и вовсе служу.
– Ты действительно считаешь, что после той практики на болотах Блум дал нам рекомендации, с которыми нас зачислили в резерв? – хохотнул Эдгар.
– А что случилось на той практике? – подала голос Катрин.
– А на той практике, милая Кэтти, произошёл ужасный конфуз, – ответил Роберт, старательно исполняющий роль арбитра между супругами Бэкстейдж, – Видишь ли, Кэтти. В ту ночь весь наш курс отправили в лес на поиски и обезвреживание семейства стрыг на кладбище рядом с одной богами забытой деревенькой на границе, предварительно разделив нас на группы по три человека. Все лица нашей группы тебе теперь хорошо известны, – улыбнулся Роберт, – Вся территория была условно поделена на квадраты. Мы вытянули жребий на большую поляну, и вероятность нахождения стрыг именно там была никакая – скорее всего рабочих квадратов просто не хватало. И вот сидим мы расслабленно у разведённого костра и распиваем взятый с собой и хорошенько нагретый травник, ну и …тулусское вино. И тут из-за кустов раздаётся очень подозрительно громкий шорох и треск, а ещё непонятные звуки. Доподлинно теперь не известно, какие именно, так как показания очевидцев расходятся. Так вот. В течении, примерно нескольких секунд, все герои сидящие перед тобой, оказываются на нижних ветках близлежащих деревьев, а минутой позже из-за кустов выскакивает здоровенный кабан, – сказал Роберт и рассмеялся, получив в ответ сдержанные улыбки товарищей.
– Но как же магистры узнали об этом? – спросила искренне заинтригованная Кэтрин.
–О… какой хороший вопрос, – похвалил Роберт, – Дело в том, моя дорогая Кэтти, что к каждой группе был пристроен наблюдатель – старшекурсник, который должен был в случае опасности свернуть практику и перенести практикантов в безопасное место. Ну и в случае удачи – оценить действия и слаженность группы, – поднял указательный палец он, – Но нашей группе выпал счастливый билет – из-за нехватки старшекурсников в тот вечер нас курировал сам профессор Блум, Который собственно и вёл у нас боёвку. Вот и представь себе – боевые маги четвёртого курса, гордость и надежда академии… при появлении кабана взлетели на ветки! – весело закончил Роберт.
– Это, кстати, ещё не конец истории! – воскликнул Энтони, и добавил, – Получив неуд и направление на пересдачу, мы собирались к порталу в академию. Когда твой бесстрашный муж, который, кстати, прятался от кабана на ольхе – сообщил нам, что на той самой ольхе висит улей, и, что на свете нет ничего прекраснее, чем мёд диких пчёл, а он( какое неожиданное везение!) как раз умеет его добывать! – всё больше распылялся Энтони, а затем неожиданно успокоился, – В общем, в лазарет нас принесли, как опухших жаб. Я, к слову, с тех пор не перевариваю мёд.
– Хорошее было время, – улыбнулся Эдгар, – Кэтти, дорогая, ты, наверное, устала и хочешь домой, Бривз доставит тебя до дома.
Катрин быстро скрыла разочарование на лице за маской благодушия и любезно попрощавшись удалилась.
– Зачем ты с ней так? – спросил Роберт.
– Чужая семья – потёмки, мой дорогой Роберт, – ответил Эдгар, отпив вина, – Тебе пока не понять. Хотя я буду надеяться, что у тебя всё сложится наилучшим образом.
Всю ночь они просидели за ностальгической беседой, вспоминая юность и академию, а на рассвете разошлись, пообещав друг другу обязательно ещё встретиться.
…
Утро встретило Роберта делами и неурядицами. Начавшийся ночью ливень, к утру не усмирел, а набрал силу, подтопив шахту, в которой находились рабочие. Пришлось ехать на шахту, прихватив с собой штатного мага. Вместе они смогли достать рабочих и все остались целы и невредимы. Но на усмирение воды ушла прорва силы, и полностью опустошённый виконт еле дополз до дома. Поэтому план навестить графиню или хотя бы отвезти ей цветы – пришлось отложить до лучших времён.
Следующий день не встретил Роберта ничем новым, вчерашняя хмурая серость и сырость остались на небе. Но дождь больше не лил без остановки, скорее периодически моросил. Быстро позавтракав, Роберт решил всё же навестить графиню, не откладывая в долгий ящик. Но встретившая его экономка, любезно сообщила, что графиня сегодня не принимает. Забрав цветы, она пообещала передать их хозяйке вместе с наилучшими пожеланиями. Совершенно не готовый к такому повороту событий Роберт, даже не сообразил написать записку.
Пришлось снова погрузиться в пучину дел. Посетив соседний город он, наконец, присмотрел дом под аренду для новой мастерской. Также навестил приют святого Штефана, присмотрев, пару взрослых мальчишек, которых он планировал взять мастерам в подмастерья. Которые, по его мнению, неплохо рисовали и были расторопны и сообразительны. Для мальчишек это было шансом на достойное будущее, а для него хорошим вложением в будущее дела Эддингтонов и какой-то кармически правильной вещью. Размытые дороги значительно замедлили поездку, и всю оставшуюся часть пути Роберт сожалел о том, что решил этим заняться именно сегодня.
На следующий день, выйдя из дома после завтрака Роберт, наконец, улыбнулся сияющему на небосводе солнцу и решительно направился к дому графини. Но там снова был развёрнут экономкой. Попытавшись быть немного более настойчивым, Роберт получил ещё более решительный отказ. И на этот раз, возвращаясь домой, начал не на шутку беспокоиться.
Настроение не улучшил и внезапно появившийся Остин, который без приветствий перешёл к делу:
– Мне нужны деньги.
– Устройся на работу.
– Что-то ты сам не побежал устраиваться на работу, предпочёл сесть на всё готовое,– досадовал Эддингтон старший.
– Остин, ты игрок. Если бы ты уже не пустил по ветру половину своего наследства, отец бы так не зверствовал и не арестовал твои счета. В любом случае, я не дам тебе денег. И в казино все предупреждены об этом. Надеюсь тебе хватит ума не влипать ни в какие сомнительные истории.
– Да пошёл ты! Леди Аннет была права, твоя порченная кровь ещё покажет себя, зря я ей не верил, – Остин исчез также как и появился.
День тянулся медленно, бумаги разбирались неохотно, и в конце концов виконт оставил все дела, заехав вечером в мастерскую и забрав, заказанную вчера безделушку – золотой кулон в форме облака, под которым на тонкой цепочке висели пара капель из светло фиолетовых сапфиров. Кулон Роберту понравился, и он неожиданно решил, что должен увидеть графиню именно сегодня, во что бы то ни стало, лично убедившись, что с ней всё в порядке. Также он подумал о том, что приятный подарок может способствовать выздоровлению.
По приезду к дому графини, виконт собирался дать решительный отпор экономке, когда дверь неожиданно открыла сама графиня:
– Я видела, как Вы подъехали, – улыбнулась она, – Добрый вечер, лорд Эддингтон.
И тут сердце виконта впервые кольнуло нехорошее предчувствие. Графиня выглядела измождённой и болезненной. Серые тени залегли под глазами. А итак хрупкая и тонкая фигура стала выглядеть тощей:
– Добрый вечер, леди Колстрхейдж. Как Ваше самочувствие? – обеспокоенно спросил он.
– Благодарю Вас, мне уже гораздо лучше. Но всё-таки слабость до конца не прошла, – сказала она, – Поэтому прошу Вас простить мне моё негостеприимство, боюсь я не могу пригласить Вас на чай, – виновато улыбнулась она.
– Вам не стоит переживать из-за этого, я лишь хотел убедиться, что с Вами всё в порядке и предложить Вам услуги нашего семейного лекаря, – ответил он.
– Ох, благодарю Вас, виконт. Лекарь уже навещал меня, и мне правда лучше. Ещё денёк и снова буду порхать как бабочка.
– Хорошо, – не стал настаивать Роберт, – Я очень хочу поднять Вам настроение, позвольте мне сделать это, примите на память, – протянул коробочку он.
Графиня взяла коробку, открыла и подняла взгляд на Роберта, готовая дать отказ, когда Роберт уверенно соврал:
– Это серебро в позолоте, леди. Камни – обычные топазы. Симпатичная безделушка. Мне просто хотелось сделать для Вас что-то приятное.
Графиня тепло улыбнулась и аккуратно прикрыв коробочку, ласково погладила её:
– Вам это удалось.
– Я хотел пригласить Вас сопровождать меня завтра на свадьбе дочери мэра Рембрана, и если Вы согласитесь и будете в хорошем самочувствии – с радостью сделаю это.
– Что Вы, Роберт! Ещё вчера я еле ходила! Не хочу снова свалиться в постель, – покачала головой она, – А Вы непременно отправляйтесь, и повеселитесь за нас обоих. Потом расскажете всё в подробностях, – улыбнулась Адель и откланялась.
Вечером Роберт решил дождаться Энтони, которого не видел уже несколько дней, чтобы провести совместный ужин или хотя бы узнать, как продвигается расследование и не нужна ли помощь. Энтони вернулся за полночь и вид у него был измождённый, в глазах мерцал нездоровый блеск. Сославшись на усталость, Энтони быстро удалился в свои покои, оставив Роберта в одиночестве размышлять о превратностях судьбы.
Утро застало совершенно счастливого виконта в дороге. Причин своей окрылённости он найти так и не смог, но решил использовать избыток энергии на пользу и всю её употребить в дело. Снова посетив приют, он всё-таки забрал двух мальчишек, определив их в подмастерья к одному самому старому мастеру. Выделив им стипендию в виде трёх разового питания, комнаты с двумя койками в мастерской, обновлённым комплектом тёплой и повседневной, а также форменной одежды, при условии, что мальчишки будут прилежно учиться и стараться слушаться мастера во всём.
Хлопоты по переселению, перевозке, обустройству мальчишек не принесли столько усталости, сколько заполнение огромной кипы бумажек. Из-за того, что все члены семьи идею приняли скептически, забирать и оформлять мальчишек пришлось лично, чтобы ребята вдохновились и лучше почувствовали масштабы возложенной на них надежды. И это при условии, что виконт хорошенько приплатил. В итоге на свадьбу к дочери мера виконт прибыл измученный. Саму церемонию бракосочетания он, к счастью, почти полностью пропустил, а вот на праздничный банкет успел, поздравив молодожёнов и подарив им подарок. Сидя на пузатом кресле в самом углу бальной залы, виконт ленивым взглядом окидывал танцующие пары, когда к нему обратились:
– Ищешь её?
– Добрый вечер, Кэтти! – поздоровался он и уточнил, – Кого, по-твоему, я должен искать? Я с нетерпением ожидаю конца официальной части, чтобы спокойно удалиться домой. И откровенно говоря, с ещё большим нетерпением ожидаю окончания бального сезона, – виконт сделал скептический вид.
– Я думала, что это слухи, но вчера вечером я видела твой экипаж возле её особняка, – не обращая внимания на вопрос, рассуждала Кэтти, – Значит это правда. Она поймала тебя в свои сети, – констатировала Катрин с отстранённым видом.
– О чём ты говоришь, Катрин? Почему не смотришь мне в глаза? – удивился Роберт.
Тогда Катерина повернулась и посмотрела на него, её рассеянный взгляд сделался прямым и жёстким:
– Я говорю о графине. Об Аделине Колстрхейдж, – бросила вызов она.
– Вас это не касается, леди Бэкстейдж, – спокойно ответил виконт.
– Ещё как касается, – ощетинилась она, – Пять лет назад она околдовала Эдгара, я не позволю ей отнять у меня ещё и тебя!
– Что ты несёшь, Катрин? – начал раздражаться Роберт, – Где Эдгар?
– Пять лет назад, он хотел развестись со мной и жениться на ней. Я смогла уговорить его не делать эту ошибку, но это не помешало им ещё год сношаться, как кроликам, – выплюнула она.
Бледный Роберт ошарашено замолчал. От безмолвного гнева на его лице ходили желваки.
– Это неправда, – холодно ответил он.
– Я говорю это, чтобы уберечь тебя от роковой ошибки, Роберт. Ты всегда можешь спросить детали у участников той драмы, – сказала она и не попрощавшись удалилась.
Взбешённый виконт не стал дожидаться окончания официальной части и пешком отправился домой.
…
«Дорогая Эдди! Слышала, что ты, наконец, выбралась из своей ракушки и начала выходить в свет! И это просто замечательно! С удовольствием и нетерпением хочу пригласить тебя на свой ежегодный благотворительный приём, который состоится в начале следующей седмицы. Так же была бы крайне рада просто увидеть тебя и попить чай (так нескладно я пытаюсь пригласить тебя в гости). Это всё от волнения. Обязательно приходи.
П.С. планируются благотворительные соревнования по сквиджу( надеюсь, это будет дополнительным стимулом для тебя посетить приём и также надеюсь, что ты ещё не разучилась играть.
С нетерпением ожидаю встречи, твоя Сесиль.»
Получив с утренней почтой письмо, воодушевлённая Адель решила, что чего бы ей это не стоило – посетит приём. А заодно сможет лично убедиться, что с виконтом всё в порядке. Ведь он пропал уже почти на три недели. Не появлялся, не писал записок и больше не присылал цветы. «А к хорошему быстро привыкаешь» – подумала графиня и достала из самшитового резного комода сиреневое шёлковое покрывало, которое лежало там, сколько Адель помнила себя в этом доме. Графу уже не пригодится, а ей пойдёт в дело и не превратится в труху в комоде. Тонкий шёлк мягко переливался и слегка отдавал перламутром, но более всего он играл с подаренной Робертом брошью. Поэтому графиня решила, что на приём пойдёт исключительно в платье из этого шёлка, украшенном той самой брошью. И хоть графиня сразу же отличила в капельках изумительные сапфиры, а вся туча и оправа при ближайшем рассмотрении оказались не позолотой, а золотом – Адель так и не смогла вернуть брошь дарителю. Ведь было видно, что виконт проявлял искреннюю заботу, да и сама брошь предназначалась именно ей. Кто ещё мог узнать про сиреневые облака. Не позволило вернуть брошь даже не столько желание не обидеть, сколько удивительно приятное пьянящее чувство, что кто-то, ничего не требуя взамен, хочет о ней позаботиться.
Сама Адель, хоть и владела швейным искусством – но не настолько, чтобы совладать с капризным шёлком. И от того пришлось раскошелиться и пригласить портниху из салона. Но по истечении трёх дней, когда готовое платье доставили графине, и та смогла надеть его, при помощи экономки, – графиня, пустив слезу счастья, не смогла больше ругать себя ни за один потраченный на платье форшт.
Из-за того, что на платье пришлось изрядно раскошелиться – туфли покупать было не на что. Но Адель не отчаивалась – достала свадебную атласную пару и украсила их сиреневыми бабочками, сделанными портнихой из остатков шёлка.
В день приёма она сияла от удовольствия и предвкушения и даже немного потренировалась игре в «сквидж». Только вместо шампанского в фужеры были наполнены водой, а вместо шарика пришлось использовать полое кое-как склеенное( дабы оно приобрело более совершенную форму шара) яйцо.
Вечером полностью готовая, благоухающая графиня, с аккуратно собранными спереди волосами и сложенными большими локонами сзади, одетая в струящееся лёгкое сиреневое платье, не забыла прикрепить брошь, надела жемчужную полоску и серьги, подаренные матерью, и не торопясь отправилась к уже запряжённому лошадьми экипажу.
…
Всю следующую после свадьбы дочери мэра седмицу виконт злобствовал, ходил чернее тучи и изо всех сил пытался не срываться на подчинённых. Но под конец седмицы был добит внезапной встречей с отцом.
– Роберт! – громко позвал Эддингтон старший, прибывший из своей загородной резиденции специально для встречи с сыном.
– Добрый вечер, отец! – удивлённый Роберт виду не подал.
– Сколько ты собирался скрывать от меня? – пошёл в атаку родитель, на что недоумевающий виконт вопросительно изогнул бровь.
– Вчера я имел удовольствие встретить леди Мериан… – начал издалека отец.
– Так уж случайно? – не выдержал и перебил Роберт, за что получил укоризненный взгляд.
– Так вот, леди Мериан по секрету рассказала мне, что ты собираешься сделать предложение Лили.
В этот момент с живописного лица виконта можно было писать картины…
– И что ты? – с заминкой поинтересовался он.
– Я считаю Лилиану подходящей партией, – резонно ответил родитель, – Род Фарелов благородный и плодовитый. Лилиана не запятнала свою честь и никогда не была замечена в сомнительных компаниях, кроме того за неё дают хорошее приданное.
– Понятно, – выдавил взбешённый Роберт.
– Могу я пригласить Фарелов для совместного ужина, скажем, завтра к шести? – спросил отец.
– Значит уже пригласил, – покивал своим мыслям Роберт, – Обязательно так и сделайте, – уже громче сказал он и быстро попрощавшись, удалился из мастерской.
И если поначалу Роберт планировал устроить настоящий скандал и доходчиво объяснить леди Мериан, все обстоятельства, то позже он всё-таки решил ещё раз хорошенько приглядеться к леди Лилиане, так сказать окинуть свежим взглядом.
Но ни после свежего, ни после второго, ни после десятого взгляда – леди Лилиана на роль жены никак не представлялась. Нельзя было назвать её некрасивой, она была весьма миловидна и свежа… и скучна… и послушна, как овца, ведомая на заклание. А самое главное, она была совсем не похожа на графиню… Но обижать леди Лилиану виконт не хотел и собирался выяснить отношения с Мериан в приватной беседе, когда неожиданно услышал обсуждение деталей свадебного банкета. Глаза застлала пелена ярости. Руки сжались в кулаки:
– О чём идёт речь, дамы и господа? – Роберт бесцеремонно прервал рассуждающего о тулусском фарфоре отца.
– Конечно же, о Вашей свадьбе, мой милый Роберт, – ответила леди Мериан, которая судя по довольному выражению лица, была уверена, что отец настоял на помолвке.
– Леди Лилиана, – громко обратился Роберт, – Всё то, что сейчас будет сказано, не имеет никакого отношения лично к Вам, и мне очень жаль, что Вам придётся это услышать. Леди Мериан, – виконт обратил свой гневный взор на леди Фарел, – у Вас прекрасная, образованная, благочестивая дочь, которая составит достойную партию любому знатному мужчине Норт-Ленда и не только. Однако я, заявляю при свидетелях, что никогда не женюсь на ней и ни словом и ни делом не давал повода к такому событию.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
