Страница 2 из 3
— Да это провидица. Утверждает, что у неё бывают видения, будущего. Пока ты был в отъезде, она попадалась нам несколько раз в некоторых делах.
Освин удивлённо поднял брови:
— И что, раскрыли хоть одно из убийств?
— Да. Даже улики против преступника оказались — не придраться. Мне кажется, она заодно с преступниками. Просто привлекает к себе внимание.
— Перестань. Откуда она могла знать убийц? Тем более, как ты и просил, мы пробили все звонки Эстер. Она никогда даже не связывалась с ними. Как, впрочем, и с теми, дела которых я расследовал тогда в одиночку. — Встал Пьер на защиту девушки.
Джей фыркнул:
— Мало ли, она звонила с незарегистрированного номера. Возможно, даже с нескольких номеров.
— Тогда как объяснить проекции ранений жертв на теле Эстер? У неё повреждения в том же самом месте, как и у жертв. Не думаю, чтобы от скуки она портила своё тело.
— Не знаю. Этому явлению я ещё не придумал объяснения, — и Джей умолк.
На самом деле одна часть его разума уже верила в способности Эстер. А вот другая упорно сопротивлялась.
— И ты заметил? Если она видит приближающихся журналистов на местах преступлений, она сразу исчезает. Выходит только после ухода последних, — продолжал защищать Пьер девушку.
Освин жестом руки призвал напарников к миру:
— Не знаю, как оно на самом деле. Но данных об убийце у нас совсем нет. Трудно найти какие-либо определённые следы там, где прошла толпа людей. Любой из зрителей может быть убийцей. Вся надежда на ориентировку, которую дал охранник. Если убийца не тот нервный зритель, придётся попотеть. Как бы дело не залетело в «висяки».
Джей и Пьер вышли из морга и направились к дактилоскопистам.
Лия Томсон сидела в кресле и дожидалась от компьютера результатов предоставленных отпечатков на совпадение из базы. Наконец система выдала результат.
Пьер и Джей вошли без стука, как обычно.
— Что показывает компьютер? — поинтересовался Джей. При этом парень опёрся локтями на рабочий стол коллеги, и дружелюбно улыбнулся девушке.
Многие знали, что Джей испытывает чувства к Лии. Но они пока оставались без взаимности. Джей не особо настаивал, чтобы не отпугнуть хотя бы дружеское расположение девушки.
— Ни одни из предоставленных отпечатков не совпали с отпечатками из базы, — ответила Лия.
— Так и подозревал, — махнул рукой Пьер. — Ладно, идём по домам. Завтра навестим Союз художников. Доброй ночи, Лия.
Напарники вышли из участка. Сели в машину и поехали к дому. Они жили на одной улице в соседних домах.
— Как думаешь, нам удастся раскрыть это дело? Или оно будет одним из нераскрытых? — засомневался Джей.
Если бы преступление не произошло во время концерта, было бы не так обидно. Детектив больше переживал из-за журналистов, которые могут воспользоваться сенсацией. Преступление после выступления. Прямо звучит для заглавия какой-нибудь второсортной статейки. И тогда их размеренной, спокойной жизни может прийти конец. К тому же, Грэм не любил нераскрытых дел. Такие дела иногда его угнетали, заставляли сомневаться в своей профпригодности.
Пьер ответил:
— Трудно сказать. Будем надеяться, что журналистам найдётся какая-нибудь другая тема. А по поводу раскрытия. Ты ведь не доверяешь Эстер. Уж это дело без её помощи будет трудно раскрыть.
Джей задумался. До приезда домой не проронил ни слова. Однако сразу на следующий день съездить в Союз художников детективам не удалось…
Той же ночью, пока детективы проводили расследование по горячим следам, Даррел сидел в номере Киры и пробовал её успокоить. Только, придя в свой номер, девушка дала волю чувствам. Сестра артиста долго рыдала и причитала:
— Как преступник мог так поступить? Убить кого-то на нашем концерте! И я. Если бы я пришла за браслетом раньше, то может и смогла бы спасти беднягу!
Пачки салфеток не хватило, чтобы остановить поток слёз родственницы, и Даррелу пришлось сходить в свой номер за новой.
— Да брось, — утешал брат сестру. — А что, если бы ты пришла раньше, и преступник накинулся бы на тебя? Ты бы и мужчину не спасла, и сама бы пострадала. Думаешь, я бы смог такое пережить? А родители?
Кира на мгновение уняла рыдания и посмотрела на брата расширенными от ужаса глазами. Она представила: вот, пытается остановить убийцу, но он целится ей прямо в сердце. Кира опять начала всхлипывать, вытирая слёзы:
— Но я бы, хотя б, смогла позвать на помощь, и преступник вряд ли бы смог уйти далеко!
Даррел увидел бесполезность своих увещеваний, и решил дать сестре успокоительное. Хорошо, что у неё с собой было немного лекарств. Кира была не очень впечатлительной девушкой, но на всякий случай носила с собой мягкие успокоительные. Вдруг кому из окружения пригодится. На этот раз пригодились ей самой.
Парень размешал порошок в воде, и дал выпить сестре. Лекарство подействовало не сразу, но Даррел решил не добавлять порцию медикамента. Лишь вдоволь нарыдавшись и напричитавшись, Кира смогла уснуть.
Даррел же отправился в свой номер, принял душ. Парень не считал себя впечатлительным, но всё же и ему не удалось сразу заснуть. Обычно с этим проблем не было. Каждый раз, когда он закрывал глаза и пытался погрузиться в сон, ему в голову приходила сцена с обследованием экспертами места преступления, и эта странная девушка из театра. Детектив обмолвился об удивительной способности незнакомки. И эту способность Даррел наблюдал сегодня. Интересно, откуда этот дар у Эстер? Как он действует? Надо будет узнать при следующей встрече. И всё же, какова вероятность того, что он опять повстречает её? Если до этого они ни разу не виделись, хоть и жили в одном городе, возможно, ходили в один и тот же магазин. Скорее всего, раньше он был занят сначала обучением, потом репетициями, что просто не замечал того, что творится вокруг. Друзья иногда отмечали такую особенность в характере парня. Вот сегодня, только благодаря случившемуся, он столкнулся лоб в лоб с этой девушкой. Нужно как можно больше узнать о ней.
Парень перевернулся с одного бока на другой, потом на спину. Сна не было видно даже рядом с домом, не то, что у него в глазах. Даррел поднялся, взял планшет. Решил вспомнить детство и посмотреть любимый детектив. Парень даже некоторое время мечтал связать свою жизнь с полицией. Но вскоре понял, что петь ему нравится намного больше, чем разгадывать различные загадки.
Он нашёл сериал детства: «Детектив Кербази. Убийство в туннеле метро». Включил серию, но особо вникнуть не смог. Ему стало интересно, почему реальный убийца выбрал местом преступления именно театр? Людное место даже после окончания концерта. Не нашлось других мест? Потом мысленно одёрнул себя за такие мысли. Ему всё же было жаль жертву, ведь ничего не подозревающий мужчина пришёл на концерт насладиться выступлением, а нашёл свою смерть. Если бы Даррел был бы обычным гражданином, а не певцом, то провёл бы собственное расследование. Однако на данный момент времени не достаточно, чтобы всё бросить и заниматься поиском преступника.
Потом он вспомнил разговор детективов с Эстер, о её помощи в предыдущих расследованиях, и подумал, что расследование находится, как минимум, в трёх парах надёжных рук. Если детективы не запишут дело в так называемый «висяк», может, что и получится.
От размышлений Даррела отвлекла смс Садира:
«Ты спишь?».
Даррел ответил:
«Нет».
«Тогда я зайду».
В дверь раздался стук. Даррел открыл другу.
— Фух, — выдохнул вошедший, обессиленно садясь в кресло. — С журналистами я всё уладил. Особой сенсации обещали не делать, но и промолчать они не могут. Сам понимаешь, такое событие.
Даррел кивнул.
— А как Кира? Она успокоилась? — взволнованно спросил Садир.
Друг улыбнулся. Он уже давно заметил, что Садиру не безразлична Кира, но почему-то он не спешил признаваться девушке в своих чувствах.
— Пришлось дать ей успокоительное.
Садир встал с кресла и нервно зашагал по комнате. На него произошедшее тоже возымело впечатление:
— Я поражаюсь убийце. О чём он думал, совершая преступление в таком людном месте? Да ещё и на концерте у тебя! Не мог, что ли, до концерта совершить своё злодеяние? Ну, или глубоко после? Какой-то искатель известности прям. Да и вышел незамеченным. То ли в охране театра не профессионалы, то ли преступник сам намного бо́льший профессионал.
Даррел пожал плечами:
— Мне нечего тебе ответить на это. Я бы сам хотел знать ответы на эти вопросы.
Садир продолжил рассуждать:
— А эта девушка? Та, что на нас сегодня накинулась. Если честно, не совсем понял, какое отношение она имеет к детективам и что за способность у неё. Ты знаешь, у меня такое ощущение, что я где-то её уже видел в детстве. Не то, чтобы мы как-то пересекались вживую. И всё же…
Даррел не перебивал. Понимал, другу надо выговориться. Вскоре Садир почувствовал усталость. Побегушки по журналистам и напряжённость во время концерта, наконец, дали знать своё. Он попрощался с другом и ушёл к себе.
Даррел решил снова попробовать заснуть. Он выключил свет, лёг в кровать. Слова Садира пробудили воспоминания детства. Парню начало казаться, что он тоже когда-то видел эти разные глаза девушки. Только где? Сложно припомнить. Он встряхнул головой. Что за мысли? Скоро художественная выставка, в открытии которой его попросили принять участие. Нужно будет продумать…
На этом ход мысли парня окончился. Он уснул.
Эстер ускорила шаг. Мужчина с татуировкой норовил выскочить из наблюдения. Татуировку было так же плохо видно, как и в видении. На улице было пустынно. Только она, и убийца. Как же его поймать? Что делать? Эстер так задумалась, что упустила из внимания то, что мужчина резко остановился. Девушка притормозила недалеко от него. Вот он начал медленно поворачиваться в её сторону. Сейчас она увидит его лицо! В левой руке мелькает сталь. Эстер хочет убежать, но мужчина уже близко.
— Привеееет! — сказал он каким-то карикатурным голосом. И у него было лицо Даррела.
Эстер резко вскочила с кровати. Ну вот, опять! Полночи ей снился один и тот же сон, как она идёт за убийцей. Вдруг он начинает поворачивать лицо, но вместо незнакомого лица у него то голова кота, то пса, то таракана. А вот теперь ещё и Даррела. Девушка посмотрела на часы: девять утра. Лечь и ещё вздремнуть не получится. Нужно вставать и собираться в магазин за покупками на выходные. Сегодня приедет папа из командировки, и девушка захотела порадовать его вкусняшкой.
Она села в машину, и поехала в один из крутых магазина своего города. Попутно она обдумывала произошедшее в театре. Как обычно, данных об убийце мало. Известны только особые приметы: татуировка, и то, что убийца — левша. Вряд ли таких людей очень много. И всё же, какова вероятность, что этот человек ей встретится? Она не могла ответить себе на этот вопрос.
Эстер доехала до магазина, вышла из машины. Корзинку для продуктов она нашла достаточно быстро, взяла её и пошла по рядам. Вскоре её корзинка была почти переполнена. Осталось купить его. Любимый соус папы — «The taste of Death».
Девушка зашла в ряд с соусами и начала искать нужный. Как назло, магазин закупал этого продукта очень мало. Он был слишком острый, на любителя и оправдывал своё название. Но, видимо, в городе любителей хватало.
Сначала она не увидела знакомой баночки вообще. Перепутать его с каким-либо другим соусом было невозможно: бутылочка выглядела в виде скелета в чёрном плаще с косой в руках. Пеняя на свою «внимательность» девушка прошлась ещё раз, и вскоре заметила бутылёк на самой верхней полке. На таком верху, верхнее которого и придумать было сложно, учитывая её рост метр шестьдесят. Эстер встала на носочки, намереваясь достать заветный соус. Совсем чуть-чуть не хватило ей роста, чтобы достать этот продукт. Как-то обидно даже стало за себя. Девушка так хотела порадовать отца, ведь он сегодня приезжает поздно и будет голоден. К тому времени этот магазин закроется. Другие же не закупали этот соус.
Эстер решила попытать счастья и несколько раз подпрыгнула, но ничего не добилась. Она посмотрела на бутылёк и погрозила ему кулаком, будто это могло как-то помочь. Как же его достать? Что бы придумать?
Вдруг она заметила, как чья-то рука достаёт бутылочку. Вот же! Не успела! Эстер резко обернулась, чтобы взглянуть в глаза бесстыжего великана, сумевшего дотянуться до «The taste of Death», и с изумлением увидела Даррела, который мягко улыбнулся. Он, конечно, был всего на голову выше её, но как раз этих сантиметров и не хватало, чтобы достать нужную вещь. Девушка приняла смиренный вид: в конце концов, никто не виноват, что ростом она пошла в маму, а не в папу.
— Привет. Тоже любишь этот соус? — произнесла девушка, чтобы что-то сказать.
— Нет. Я вообще тебе доставал, держи.
На мгновение Эстер покраснела. Она представила, как Даррел наблюдает некоторое время на то, как она тщетно пытается достать нужную бутылочку. Как глупо она выглядела! Следовало сразу же попросить достать кого-нибудь ростом повыше. Однако на тот момент никого в ряду с соусами не было.
— Благодарю, — сказала она, немного зло сверкнув на парня глазами. Она терпеть не могла, когда за ней наблюдали исподтишка.
Тут Эстер взглянула в корзинку Даррела. В ней лежали продукты правильного питания. Здесь не было колбас, чипсов и острых соусов. Понятно, почему артист в такой прекрасной форме. Да ему и по-другому нельзя. Как бы заставить себя так питаться, подумалось девушке. Её любовь к шоколаду только чудом не отразилось на фигуре. И девушка дала себе слово с этого дня уменьшить количество съедаемого шоколада.
— Даже и не думала, что ты здесь покупаешь продукты. Хоть этот магазин и привилегированный, но всё же, — сказала Эстер
— Именно здесь всегда и покупаю, — улыбнулся парень. — Ещё со школьных лет.
От разговора молодых людей отвлекла подошедшая к ним светловолосая девушка. Она прям светилась от счастья, что оказалась в магазине именно в тот момент, когда зашёл её кумир. Световласка с придыханием проговорила:
— Даррел! Как неожиданно встретиться с Вами не на концерте! Не затруднит ли Вас сделать со мной совместное фото?
— Конечно.
Девушка сделала фото, пожала кумиру руку, а после — уничтожающе взглянула на Эстер. Это был именно тот тип фанаток, которые не терпели рядом со своим кумиром вообще никого. Арриман не осталась в долгу и долго смотрела на светоловолосую фанатку в ответ. И было во взгляде Эстер нечто такое, отчего световласка решила убраться подобру-поздорову, коротко попрощавшись.
На кассу молодые люди подошли вместе. Каждый оплатил свои продукты. Даррел, по просьбе кассира, оставил свой автограф и сфотографировался на память.
Даррел и Эстер вышли во двор магазина.
— Может, тебя подвести? — предложил Даррел.
— Спасибо, я на своей ласточке, — ответила Эстер, немного скривившись.
— Не вижу радости в глазах, — отметил парень.
— Ну, я не особо люблю сидеть за рулём. Тут уж случай такой. Папа возвращается, нужно купить продуктов побольше. Хочу, не хочу — надо было приехать на машине.
— Тогда удачи.
И Даррел протянул свою руку девушке. Та немного удивилась, но руку подала. Парень мягко пожал её.
Даррел подошёл к своей машине и начал медленно загружать продукты. Краем глаза он следил за Эстер: девушка, не церемонясь, быстро погрузила продукты в багажник и села за руль. Она завела мотор. Из магнитолы до Даррела долетел последний куплет его песни. Отчего-то на душе парня стало тепло. А потом начался тяжёлый рок. Артист сначала растерялся от такого несовместимого, на первый взгляд, сочетания жанров.
Эстер же включила заднюю передачу и немного резко тронулась. От этого движения упал мусорный бак, который стоял сзади машины. Мусор ссыпался на пол. Девушка остановилась. Даррел хотел было пойти и помочь ей, но зацепился пиджаком за бампер авто. Тем временем Эстер вышла из машины, надела на руки резиновые перчатки.
Парень невольно улыбнулся: видимо, такое происшествие случается не впервые. Ишь, как подготовилась: быстро собрала мусор обратно в бак и поставила его на место. Эстер снова села за руль. На этот раз машина тронулась плавно, а её хозяйка правильно вывернула руль. Немного подпевая песню, Эстер уехала восвояси.
Странно. Даррел отметил, что, после прощания с девушкой, ему стало немного грустно. И только, когда машина Эстер полностью скрылась за поворотом, Даррел понял, что забыл спросить девушку об этой её странной способности.
Уже пятую ночь подряд Эстер было трудно уснуть. Она боялась повторения ночных кошмаров. Да и убийство не давало ей покоя. Она так и не решила, с чего начать расследование.
И убитый мужчина… Только теперь, когда девушка сосредоточилась на его внешности, ей показалось, что она где-то уже видела его. Во всяком случае, один раз точно. Вспомнить бы, где именно. То, что он не входил в круг хороших её знакомых и круг знакомых их знакомых, это точно. По телевизору? Не то. Где же тогда? В размышлениях об этом Эстер и не заметила, как уснула. На этот раз ей удалось поспать без сновидений.
Утро прошло жутковато. Хорошо, что сегодня у неё очередной день отпуска. Девушка, как и ожидалось, еле открыла глаза в полдень. Родители уже были на работе. Эстер выпила стакан тёплой воды с лимоном, и начала готовить обедо-завтрак. Она помешивала кашу, и продолжала думать о том, где же видела убитого. В размышлениях она бесцельно водила взглядом по кухне. И тут её глаза зацепились за одну вещь. Картина. Сочные кустики земляники на лесной полянке. Год назад она с подругой была на выставке. Там было много разных известных художников города. И тот мужчина… Кажется, он помогал одному из художников выставлять работы. Вот где нужно искать! Для начала необходимо установить личность убитого у директора союза художников, Джейкоба Атталя. Потом расспросить обо всех знакомых пострадавшего. Вдруг среди них и будет убийца с татуировкой. Наскоро позавтракав, девушка собралась и отправилась в Союз Художников.
Добираться до нужного места девушка решила на автобусе. Дождалась нужный маршрут, и поехала. В автобусе стала рассматривать запястья окружающих. В большинстве случаев на нужном месте либо не было татуировок, либо были изображения, не напоминающие черты тату в видении.
Водитель объявил о нужной остановке. Эстер оплатила за проезд и быстро выбежала из автобуса. Ей оставалось повернуть направо и пройти сто метров, чтобы оказаться возле здания Союза Художников. Нечаянно на неё налетела невнимательная женщина.
— Извините, — сказала незнакомка, и поспешила дальше.
Эстер на всякий случай замедлила ход. К счастью, ничего не произошло. Угрозы для незнакомой женщины в ближайшее время не было.
Дойдя до здания Союза Художников Эстер присвистнула: толпа народу выходила из здания, кругом сновали журналисты. Первая мысль: неужели снова криминал? Потом девушка облегчённо выдохнула. Она вспомнила, что писали в интернете про сегодняшний день. Сегодня прошло открытие выставки одного из художников, имя которого она не запомнила. Судя по тому, что журналисты стали упаковывать своё оборудование, мероприятие подошло к завершению.
Эстер аккуратно пробиралась сквозь толпу. Необходимо было добраться до директора Союза художников. Она подошла к группке творителей искусства, но директора среди них не обнаружила. Зато увидела его: Даррел пожимал руку одному из мастеров кисти и мастихина, скорее всего, виновнику торжества. Певец был одет в светлый костюм. Милая улыбка озарила его лицо, когда он боковым зрением заметил девушку. Попрощавшись с художником, он подошёл к Эстер.
— Ты опоздала. Открытие выставки уже состоялась, — улыбаясь, сказал он.
— Да мне бы вообще пробиться к директору Союза Художников. Узнать об убитом, — ответила Эстер.
— Убитый был художником? Не помню, чтобы открывалась выставка, посвящённая его имени. Даже внешность не запомнилась.
— Мне кажется, он помощник кого-то из художников, или только учится. Я не знаю. Просто видела его год назад с подругой на одной из выставок. Помогал Марку Олло выставлять картины.
— Пойдём, я проведу тебя к директору. Он должен быть у себя.
И парочка стала подыматься на второй этаж. Даррел, наконец-то, спросил:
— Можно задать вопрос? Ты в праве на него не отвечать, если не хочешь.
Девушка кивнула. Артист продолжил:
— Что у тебя за способность?
Девушка взвесила все за и против того, чтобы поделиться своей тайной, о которой знали лишь её родные, и самые лучшие друзья. Да ещё детектив Норман с напарником. Подумала, что Даррелу не зачем болтать про неё направо и налево, небрежно махнула рукой, и ответила:
— Да так, видения. Например, если я случайно соприкасаюсь с человеком, и ему грозит опасность, у меня возникает видение, что именно с ним случится. Не очень приятное ощущение, особенно после некоторых видений.
— А то, что детектив назвал проекцией?
— Если человек умирает, на моём теле возникает проекция его ран. Внешне — в незначительной степени. Но ощущения, как при серьёзном ранении. Поэтому и теряю сознание.
Они были уже почти у цели. Кабинет директора находился в конце коридора. Любопытство Даррела не отступило:
— И давно это у тебя?
Эстер остановилась, чтобы немного отдохнуть. Ответила:
— С восьми лет. В восемь я чуть не утонула в реке. Я с родителями и их друзьями были в походе в горах возле реки. Все думали, что я сама упала, но на самом деле меня толкнула подруга. Она подумала, что я пытаюсь забрать у неё друга. Мальчишка сильно ей нравился. А он начал общаться со мной. Никого из взрослых рядом не было, поэтому не сразу пришли на помощь. Если бы не лесник, патрулирующий лес, я бы утонула.
У парня в мозгу что-то щёлкнуло, пришло воспоминание: он слышал эту историю от родителей. Ему тогда было три года, Садиру — пять. Их родители в очередной раз собрались вместе и обсуждали это происшествие. Садир ещё показал статью в газете и фото испуганной разноглазой девочки. Даррел не смог сдержать улыбки.
— Что смешного? — недоумённо посмотрела на него девушка.
— В твоей истории — ничего. Просто я теперь понял, благодаря кому обязан запретам на купание в реке. Даже в безопасной её части.
Эстер пожала плечами. Молодые люди подошли к нужной двери. Девушка уверенно в неё постучала.
— Войдите! — донеслось изнутри.
Девушка открыла дверь и зашла в кабинет. Даррел вошёл следом. Эстер сразу же приступила к делу:
— Здравствуйте, Джейкоб Атталь, Вы, наверное, уже знаете о гибели одного из участников вашего Союза художников?
Директор жестом пригласил девушку сесть на стуле напротив себя. Даррел же устроился в кресле так, что ему были видны оба: Эстер и Джейкоб.
— Да, уже слышал. Вы из полиции? — поинтересовался директор.
— Не совсем. Я веду собственное расследование в интересах особы, которую не вправе называть.
Джейкоб нахмурился:
— Куда этот негодник Кайс Лаваль успел вляпаться до своей кончины?
— Это я как раз и пытаюсь узнать, и очень нуждаюсь в вашей помощи, — мягким, и в то же время не терпящим возражения тоном сказала Эстер. — Кем вообще был Кайс Лаваль в вашей организации?
— О! Он писал великолепные натюрморты под псевдонимом «Марк Олло». Год назад была его выставка. Он не слишком любил известность, как художник, поэтому на выставке особо не выделялся среди толпы. Ходил за людьми, будто зритель, и слушал, что они говорят о его картинах.
Эстер нахмурилась: получается, что картина, которая висит у неё на кухне, была написана убитым. Вот так поворот. Она думала, что Марк Олло — это другой, пожилой художник, которого она видела год назад на выставке. Девушка приказала себе больше не отвлекаться, и продолжила спрашивать:
— Может быть, Вы помните, были ли в ближайшее время у Кайса Лаваля какие-нибудь конфликты?
Атталь нахмурился:
— Лаваль был тем ещё жуком. Раньше часто влезал в неприятности, ну, хотя бы из-за своей внешности. Хоть его лицо было немного грубым, его обходительность скрашивала необычную внешность. Не каждая дама могла устоять. Некоторые жёны наших коллег не были исключением. Мужчины дали им развод, на этом всё закончилось. Много кто желал «начистить ему лицо», как мягко выражались наши парни. Но чтобы смерти желать… Из наших точно никто не мог. К тому же, в последнее время я заметил, что Кайс будто бы остепенился.
Эстер удивлённо приподняла брови:
— Откуда такая категоричность в суждениях?
Джейкоб улыбнулся:
— Я слишком хорошо умею читать людей. До прихода в художественную стезю учился на психолога и долгое время практиковал. Я бы заметил, если бы кто-то точил зуб на Лаваля в ракурсе нанесения вреда жизни.
Девушка с сомнением взглянула на директора. Тот улыбнулся, и сказал:
— Вот даже если взять, к примеру, Вас. Не знаю, что там за анонимная особа, та, которую нельзя называть, но бо́льший интерес по поводу Кайса есть именно у Вас.
Эстер удивлённо взглянула на директора. Тот продолжил:
— Не переживайте, я отвечу на все Ваши вопросы, если это поможет следствию. Всё же Лаваль, каким бы он ни был, не чужой человек. Мне жаль, что с ним это случилось.
Всё время, пока Эстер задавала вопросы, Даррел, непонятно для себя почему, смотрел на девушку. Она была сосредоточена, между бровей проявлялась морщинка каждый раз, когда она записывала ответы директора. Один раз Эстер взглянула на парня. Тот вздрогнул. Подумал, что сейчас получит за то, что вот так вот глазеет на неё. Но Эстер даже не заметила, что певец наблюдает за ней. Она словно бы посмотрела сквозь него.
Эстер перешла к главному вопросу:
— Скажите, пожалуйста, у Кайса Лаваля был знакомый с татуировкой на тыльной стороне правой руки?
Джейкоб задумался, потом произнёс:
— У нас никто, кроме самого Лаваля, не носил татуировок на заметном месте. У него было изображение орлана на плече. Также я бывал у него на нескольких приёмах дома. Но не припомню, чтобы среди тех, с кем Лаваль знакомил меня, были татуировки на руках.
— То есть Вы не видели среди знакомых Кайса Лаваля мужчину с татуировкой на руке? — подытожила Эстер.
— Нет, — ответил Джейкоб Атталь. — Хотя, подождите…
Директор задумался.
— Нет, не вспомню. Вам лучше поговорить с лучшим другом Кайса, Джедом Аксаром.
И Джейкоб написал адрес.
— Благодарю за то, что не выгнали и поговорили со мной, — попрощалась Эстер и вышла из кабинета.
— Ну что, теперь к этому Джеду Аксару?
От неожиданности девушка вздрогнула: рядом с ней шёл Даррел. Она уже успела позабыть о его присутствии.
— Видимо, да, — ответила она.
— Ты на машине?
Девушка отрицательно покачала головой.
— Могу подкинуть.
— С чего бы это? А как же мероприятия?
Даррел стал загибать пальцы:
— Репетиция уже прошла, открытие закончилось. Всего два мероприятия на сегодня, так что я теперь совершенно свободен. Могу составить тебе компанию.
Новые знакомые стали выходить из здания, и среди толпы не заметили детектива Пьера. Зато их увидел Джей Грэм. Он одёрнул напарника за рукав:
— Провидица уже здесь. Это ты разболтал о том, что труп имеет отношение к художникам?
Пьер остановился:
— Ну, ты уже совсем, друг. Я ещё не успел этого сделать. Наверное, она как-то по-другому узнала.
И детективы пошли к директору Союза художников.
Эстер тем временем на автомате шагала вслед за Даррелом. Потом до неё дошли последние слова парня. Она опомнилась:
— Кто вообще сказал, что тебе можно ехать со мной?
Даррел улыбнулся:
— В детстве я любил смотреть детективы и представлять себя на месте следователя. На самом деле иногда и сейчас люблю смотреть, когда выдаётся возможность. Но петь мне понравилось больше. Дело даже не в этом…
Эстер перебила парня:
— И за нами будут шастать разные журналюги, фотографировать, размещать в газете? Какая уж тут тайна следствия!
Даррел открыл дверцу машины девушке:
— На счёт этого не переживай. Жёлтая пресса меня не особо любит. С меня нет никаких особых сенсаций. Остальные же уважаемые журналисты договариваются о съёмках заранее. А если даже кто-то из проныр где-то нас «засветит», то по просьбе моих агентов публиковать ничего не будет. А уж договариваться они умеют!
Парень сделал приглашающий жест:
— К тому же, вдруг этот Аксар окажется негодяем. Если рядом с тобой будет мужчина, вряд ли он решится напасть.
Девушка на секунду задумалась, и приняла приглашение.
Эстер плюхнулась на сиденье, и сначала было расслабилась. А потом взглянула в зеркало заднего вида. На неё удивлённым взором смотрел мужчина средних лет в солнцезащитных очках с небольшой, аккуратно стриженой бородкой. Это был Османд — шофёр Даррела. Певец закрыл дверцу машины за девушкой.
— Здравствуйте, — пробормотала Эстер. Она мельком подумала, не сбежать ли?
Мужчина кивнул в знак приветствия. Даррел же сел рядом с Эстер.
— Куда направляемся? — спросил Османд.
Даррел вопросительно взглянул на девушку. Он ждал, что она назовёт адрес, но та держала листок в руке.
— Ты, видимо, не до конца осознал, что это может быть опасно. Один раз меня чуть не похитили преступники, пока я пыталась раскрыть одно дело! — Прошипела она.
— Тогда тебе и правда, нужен напарник. В свободное время им буду я, — и Даррел резко вырвал лист с адресом из рук изумлённой девушки. — К тому же, преступление произошло после моего концерта. И я тоже желаю разобраться во всём, — добавил он. — На улицу Рубенштерна, пожалуйста.
Эстер, насупилась, облокотилась на спинку сиденья и сложила руки на груди. Не хотела бы она, чтобы парень подвергался опасности. Пусть это и начало расследования, но она точно знала, что в работе могут возникать различные опасности. Какие именно, девушка не бралась предполагать. Но от попытки похищения в предыдущий раз у неё остались не самые лучшие впечатления.
Даррел же чувствовал небывалую удовлетворённость. Да, ему очень хотелось во всём разобраться. Но пока он не до конца отдавал себе отчёт, что причина была не только в том, чтобы разгадать это дело. Причина была в этой странной, как он отметил для себя, девушке. Парню было трудно определить свои чувства к новой знакомой. Но что его к ней тянуло, это был факт.
Вскоре компания добралась до нужной улицы. Они увидели перед собой уютный дворик с небольшим домом, огромным дубом и лавочкой в тени дерева. Здесь и жил Джед Аксар.
Даррел помог Эстер выйти из машины.
— Чудесная лавка. Жди здесь, — скомандовала девушка.
— Уверена?
Та кивнула в ответ.
Даррел присел на лавку, вдохнул аромат рядом цветущих роз. Девушка же подошла к двери, постучала. Некоторое время никто не открывал. Она постучала ещё раз. Опять тишина. Эстер прислушалась к звукам за дверью: изнутри донёсся какой-то грохот, потом опять ничего. Неужели хозяин дома прячется от кого-то? Девушка постучала более настойчиво. Наконец, дверь открыл приятной внешности сероглазый блондин.
— Джед Аксар? — поинтересовалась Эстер.
— Да, — ответил мужчина. — Чем обязан посещению столь милой девушки?
— Я хочу поговорить с вами о Кайсе Лавале.
