– Ничего Саш, всё так. Просто ты ещё не совсем понимаешь, что такое взрослая жизнь. В ней не всегда бывает легко, но мы справляемся. Всё хорошо, правда!
– Да? Я подумал, что стоит помогать вам материально, время от времени, ради брата, а там посмотрим, что можно сделать.
Хм… Быть взрослым, и женатым – значит страдать? Как-то не стало легче.
Закончив диалог с мачехой, я провёл оставшийся вечер с Семёном. Мы какое-то время играли с игрушками, а после, мне захотелось самому прочитать ему сказку.
Перед тем как в очередной раз, молча исчезнуть не попрощавшись.
* * *
В сонном настроении, выходя на улицу, я не заметил надвигающуюся беду, которая чуть было не сбила с ног.
– Мария?
– Привет! Я случайно! – ухватив меня за руку, восторженно завопила девушка, словно мы уже успели стать настолько близкими друзьями.
– Поверить не могу, – выдыхая, прокомментировал я. – Тебе не хватило приключений?
Девушка смущённо покраснела, и отвернулась.
– Какая же ты, безрассудная, – улыбнулся я, непроизвольно посмотрев ей в глаза.
– Ха! Вообще-то я просто мимо шла, да и много чести обращать на таких внимание. Пока!
– Да? Прозвучало обидно, – продолжил ехидно усмехаться я, вытаскивая руку из крепких объятий Марии.
– И поделом! – ткнув меня в грудь, недовольно протянула девчонка, но сразу же поменялась в лице и засмеялась.
– А-а-а… В таком-то случае, согласен!
Девушка вдруг серьёзно посмотрела мне в глаза.
– У тебя добрая улыбка. Не думаешь, что сейчас самое время пригласить даму прогуляться? – Гордо выпрямив спину, заявила она, и в следующую секунду, шёпотом: – На свидание.
– Я…? Что!? Разве…, у тебя не другие были дела сейчас, сама же сказала.
– А! Что это такое? Неужели растерялся!? – ещё громче рассмеялась Мария, указывая пальцем на меня. – Ну ничего себе, а ты оказывается ужасно застенчивый! И не скажешь даже, кем на самом деле являешься.
– Не-а. Это ты, излишне настойчива… – тихо возразил я, но поддался, пойдя следом за ней.
Действительно, из-за чего мне так нервничать. Разве что Илья Фёдорович в восторге не будет, но плевать на его старческое мнение. Пускай лучше свою секретаршу чаще отчитывает за бесполезность.
Мария однозначно плохо на меня влияет, если я снова игнорирую правила, и даже недавнее предупреждение. Знаю ведь, что где-то есть наблюдатели, которые быстро доложат о всех моих похождениях с той, которая своими глазами видела, как я убил человека, но всё равно продолжаю поступать так опрометчиво.
Ради встреч с ней, можно рискнуть. Даже ни раз…
Я идиот? Да.
– Ну вот, ты снова нахмурился. Что случилось? – нарушив тишину, заговорила Мария.
– Ты знала, чем я занимаюсь, перед тем как… Ну, увидела это?
– Нет не знала, зачем ты сейчас поднимаешь этот разговор? Я хоть и против подобного…, увлечения? Но какой смысл говорить, если ты всё равно продолжишь поступать так же, как поступал. Возможно у тебя есть на то свои причины, меня они не касаются.
– Бред. Но друг-то твой знал! Как так? Ты даже не спрашивала зачем за мной нужно ходить? Точно дура. Жить надоело?
– Зачем поднимать эту тему?! – выкрикнула Мария. – Людям вроде тебя никогда не понять чувство, когда кто-то отнимает нечто дорогое. Он был другом детства, было больно смотреть на то, как он менялся, и как выяснилось – из-за тебя.
Я резко остановился, отведя в сторону взгляд.
– Прости, – и спрятав руки за спину, выдавил доброжелательную улыбку. – Мне не понять, это правда. Но кое-что всё же знаю, потому будь осторожнее.
– Беспокоишься? Придётся тебе, в таком случае приглядывать за мной, а то вдруг…, – хихикнув, Мария схватила меня за запястье, потащив за собой.
– Он в самом деле не хотел жить? Что бы изменила месть?
– Ты действительно ничего не понимаешь? – удивлённо спросила спутница. – Конечно он не собирался умирать! Это было просто помешательство, отомсти или нет, больно всё равно будет! Ничего ведь не вернёшь…
– Понятно. Значит легче никогда не станет.
И каким же, в таком случае, образом поступить, чтобы изменить сегодняшний день, или будущее? Благодаря отцу я оказался на улице, где по случайности столкнулся не с тем человеком. Не стоило принимать сделку, но в таком случае не встретил бы Марию, не смог бы узнать про брата, и иметь возможность помочь ему.
– Станет! Ты не забываешь, но миришься с ситуацией и живёшь дальше.
– Ты не только сумасшедшая, но ещё и умная, добрая. Спасибо тебе, и за внезапную такую прогулку, тоже…
– Саш, – вмешалась Мария, перебив меня. – По-моему ты тоже, где-то в глубине хороший человек, просто другой, безвольный. Тебе, наверное, некуда больше деваться. Не отвечай! Это всё равно не оправдание.
Опустив голову, я не сдержал усмешки и согласно кивнул. Хороший человек, это она погорячилась.
– Приятно, ты улыбаешься. Перестань отталкивать от себя людей и увидишь, как может быть по-другому.
– Ты хотела сказать «не отталкивай меня?» – сдерживая нервный смешок, я передразнил Марию.
– Вот дурак! – Широко улыбаясь, Мария обхватила меня обеими руками, обняв так крепко, что я почувствовал, как бьётся её сердце. На мгновенье.
Глава 7.
Конец декабря 1904 г.
Вернувшись к работе на Илью Фёдоровича, пришлось буквально заново привыкать к основным обязанностям, и гораздо меньше уделять времени издательству, в котором я остался по собственной инициативе. А ещё Мария.
Из-за большой нагрузки, в последние две недели мы видимся крайне мало, хотя если быть честным, я сам начал избегать общения. Мы из разных миров, и рядом со мной – ей небезопасно. Хотя стоило подумать об этом до того, как позволил сблизиться.
Однако не смотря на все противоречия, эта девушка – часть той жизни, от которой отказаться непросто, одномоментно, вместе с работой в издательстве. Эти люди не позволяют окончательно упасть в пропасть, стало страшно возвращение к одиночеству.
Слишком эгоистично? Да уж, я питаю много пустых иллюзий. Никто не сможет решить все мои проблемы…
Брата тоже навещать не получается. Сомневаюсь, что письма с деньгами – достаточное внимание, но я и не испытываю к семье никаких тёплых чувств, скорее как возложенную на себя обязанность. Сказал, что не брошу, но сближаться… нет, ничего подобного я им не обещал.
Не было прежде забот, но я с лёгкостью нашёл себе массу проблем за то время как Илья Фёдорович устроил мне внезапный «отпуск» … Пока слишком сложно судить, стало ли легче от новых обстоятельств, да и не важно. Через три года, когда стану полностью свободен, может быть что-то, да измениться. А пока…
Время за полночь, я только иду домой, устало перебирая ногами. Теперь это обычные будни, в которых меняется разве что, только погода, предвещая скорые морозы. В городе необычно красиво, так всегда бывает перед большими праздниками и ярмарками, на которых мне ни разу не довелось побывать. Может быть, как-нибудь в другой раз.
Думаю, к началу весны можно будет окончательно распрощаться с издательством. И, может быть, попробовать что-то другое? Мир невероятно огромен, разнообразен, а я возьми, да и застрянь в пыльной администрации со стариканом.
Поднявшись на свой этаж, я вошёл в квартиру лениво сбросив верхнюю одежду на пол, упал на диван в гостиной и тут же уснул.
А что есть – совесть? И для чего она нужна. Или кого? А можно так назвать тот странный поток эмоций, что преследует меня в кошмарах? Хочется нагрузить себя под завязку делами, чтобы не было сил жалеть себя, винить или ругать. Это всё лишнее, людям вроде меня – ненужное.
Чёрная тень, как всегда, что-то говорит… но его голос стал в разы тише. Пытаешься заставить страдать? Придётся попотеть. Почему? Верно, мне плевать. Что ещё ты можешь, ты просто голос в моей голове, часть больного воображения, и не более того.
Я хорошо знаю о своих страхах, обидах и ненависти. Легко могу с этим жить, так зачем? Ты напоминаешь мне о прошлом. Оно забыто, не моё.
Может всё это не по-настоящему, ведь я не мог стать чудовищем, а этот человек в зеркале – смог. Я умел сочувствовать, во что-то верил, и понадобилось так мало, чтобы забыть.
Довольно… Понятно, что остановиться можно, сдавшись правосудию, а дальше что? Наступит осознание? Или может раскаяние. Сомневаюсь. Что я почувствую за секунду до казни? Лучше об этом просто не думать.
– Не надоело искать себе оправдания?
– Лгать надоело, – сморщившись, ответил я призраку, и обернувшись в его сторону, безразлично пожал плечами. – Всем, ей хотя бы. Мария сильно заблуждается во мне, ничего не знает. Чем дальше – тем только больше лжи.
– И…? Ты совет просишь, или просто жалеешь себя, как обычно?
Если к завершению работы на Илью Фёдоровича, во мне ещё останется хоть что-то человеческое, тогда, вероятнее всего, будет смысл вспомнить о совести, сознаться. Оставить, тем самым, позади весь этот кошмар, если такое возможно.
Вот чёрт! Проспал, опоздал, блин! На два с лишним часа. Уже можно никуда не спешить, собственно. Босс привык, но в издательство я всегда приходил вовремя. Там мне, просто нравиться, и видимо это действительно много значит.
Да и Мария часто забегает с утра. Я провожаю её до школы, а после иду на работу. Она дура, но одновременно с тем такая умная. Очень интересно рассказывает про учёбу, своих друзей и бесконечные уроки. Бывает утомительно слушать только её, но что бы я сам смог сказать? Ничего такого, чтобы не вызывало приступ тошноты.
Ещё труднее избегать прямых вопросов. Она начала просить объяснения. Не из любопытства, возможно беспокоиться, а я наврал, что завязал. Не понимаю только, зачем было всё усложнять.
После полудня я вышел на улицу, подышать свежим воздухом, сделав перерыв, но краем глаза заметил, как за углом здания кто-то стоит, нервно оглядываясь по сторонам.
Стоп, это же тот, который передаёт письма от Ильи Фёдоровича, почему прячется? Мог ведь легко зайти, это не запрещено.
Тяжело вздохнув, я подошёл к нему сам, но посыльный с бешеными глазами схватил меня под руку и силой потащил за собой.
– У нас проблемы, большие проблемы, – бубнил себе под нос мужчина, ускоряя свой шаг.
Противиться я не стал, добровольно пойдя следом, по-привычке не задавая вопросов. Это и не потребовалось, поскольку, оказавшись на месте, неблагоприятная картина произошедшего стала очевидна.
Три охранника лежали перед главным входом, из их тел, похожих на решето ещё вытекала кровь… Все мертвы, и перепроверив на всякий случай пульс, в этом уже не осталось сомнений.
Внутри кабинета погром, как будто что-то искали. Вывернули всё, до чего можно было дотянуться. Но если не убили Илью Фёдоровича, значит он понадобился живым. Или нашли не всё.
– Александр, ну что нам делать!? Не молчите! – в третий раз переспросил высокий мужчина, нетерпеливо хлопая меня по плечу.
– Не знаю! Пусть секретарь посмотрит, вдруг что важное пропало, это в её компетенции.
Странно… средь белого дня, здесь должно быть, было достаточно много людей. Всё, как всегда, но никто больше не пострадал.
Сомневаюсь, что им нужен бюрократический мусор. За этим можно прийти ночью, не совершая покушения. Никто в здравом уме не полезет вот так, в лоб, без причины.
– Пока ты думаешь, его убьют. А потом и нас… – не прекращая суетиться, надоедливо приговаривал один из сотрудников, помогая секретарям наводить порядок.
– Нет, маловероятно. Да и ты больно кому сдался, а если так боишься – свали отсюда, – задумчиво сказал я, рассматривая пулевые отверстия в стене.
Все они расположены примерно на два метра от пола, выше среднего роста человека, а значит лишней крови им не было нужно. Слишком уж всё у них хорошо прошло, как по маслу… На подобный риск пойдёшь только если уверен, что всё точно получиться. В довесок ко всему, намеренно оставили свидетелей и следы.
– Пропало что-нибудь? – обратился я к помощнице Ильи Фёдоровича, на что та отрицательно покачала головой, собирая с пола оставшиеся бумаги и листовки. Впрочем, я так и думал. Максимум, что они могли бы искать – деньги, но много он здесь никогда не хранил.
– Ладно, в любом случае, решение подобных вопросов не входит в мои основные обязанности. Понятия не имею на что вы рассчитывали, но ищите сами, если хотите, – усмехнулся я, собираясь уходить.
– Тут ты ошибся, Никольский. – перекрыв собой проход несогласно фыркнула женщина. – В случае насильственной смерти, или иных ситуаций, по которым, вдруг, исчезнет глава администрации, ты сразу же становишься первым и единственным на роль обвиняемого. Сбежать не успеешь.
– Правда? И где же, в таком случае, вся охранка?
– Напрасно дерзишь. У тебя же, как оказалось ещё братец имеется, так? Да и к рыжей девке ты не равнодушен. Как бы они расстроились, узнав кто ты есть.
– Что же я слышу, гнилые манипуляции? Ещё слово, и ты о своей жизни забеспокоишься. – Не сдержанно прорычал я, вытащив пистолет.
– Малой, успел забыть откуда вылез? Поубавь-ка тон, спрячь игрушку, и послушай, что взрослая тётя тебе скажет! Твои варианты в общем-то очевидны: либо сдохнешь как собака в тюрьме, или молча идёшь решать проблему. Третьего варианта не будет, – высокомерно сложив руки на груди, закончила она и недовольно поморщившись покинула кабинет.
Н-да… Стерва однозначно заинтересована в том, чтобы я не соскочил с поисков. Хотя и то, что его смерть повесят на меня, звучит логично, но кого бы здесь волновала моя судьба.
Ладно, не хочу раскачивать ситуацию, нужно хотя бы вид деятельности продемонстрировать, а дальше посмотрим.
На уроках стрельбы я видел такие гильзы, уверен, что стволы использовались офицерские. Простым головорезам такое не достать, а значит я имею дело с подготовленной группой, что уже говорит о преимуществе с их стороны.
И ведь действительно, охранка никак не отреагировала на нападение. На улице все столпились у трупов, а им и дела никакого нет. Некто настолько влиятельный заказал Илью Фёдоровича? Только так можно объяснить их безучастность.
Но опять же, насколько я знаю он имел достаточно связей среди высокопоставленных лиц. Неожиданно, что босс кому-то мог помешать…, хотя такие вопросы уже вне моей компетенции.
Пребывая в некой растерянности, я пошёл в сторону дома. Никаких идей с чего начать поиски нет, и есть ли в этом хоть какой-то смысл. Что вообще предпринимают в таких ситуациях? Безопасность босса не входит в мои обязанности, и с какого чёрта они свалили всё на меня одного?
Погодите-ка! Помощница Ильи Фёдоровича, случайно не заодно с нападавшими? Как-то не сильно я верю в преданность, или страх потерять работу, скорее нечто иное. Слишком спокойная была реакция для непосвящённой в дела, дамы.
– Мария?! Почему ты здесь? – Удивлённо спросил я, остановившись перед девушкой.
– У тебя дома, кажется, кто-то есть! Смотри-смотри, там чья-то тень ходит! Нужно срочно позвать на помощь, – затараторила она, показывая пальцем на окна здания. И действительно, зрение у неё просто отличное, но вот вопит излишне громко. Своими криками она уже могла привлечь нежелательное внимание.
Шикнув, я схватил Марию за руку и потащил за собой, подальше от дома. Два этих случая не могут быть совпадением, но какого чёрта им от меня нужно? Что такого важного я упустил?
– Саша! Ты… делаешь мне больно! – вырвавшись, крикнула девушка, остановившись посреди людной улицы. – Пока ты не объяснишь мне, что происходит, я с этого места не сдвинусь.
– Будь тише, пожалуйста, – сквозь зубы прошипел я, сдерживаясь, чтобы тоже не сорваться на крик от растерянности. Судя по всему, я тоже цель. Но почему?
– Давай проведу тебя домой, а чуть позже постараюсь всё объяснить.
Закатив светло-зелёные глаза, Мария вздохнула и после короткой паузы всё-таки согласилась. Идти мы решили через рынок, где много людей, хотя даже так я не был уверен в безопасности выбранного маршрута.
Как ни крути, но Илью Фёдоровича не спасла даже охрана. Такие же подготовленные люди, я думал мимо них так легко не пройти. Конечно, мне страшно, но сбежать, рискнув братом и Марией, будет подло. Даже для сволочи вроде меня.
– Саш, – укоризненно посмотрев мне в глаза, девушка остановилась, сложив руки на груди.
– Нет-нет, ничего не говори. Я понимаю, как странно всё это выглядит для тебя, но переживать совершенно не о чем. Ситуация такая глупая, понимаешь я должен денег, а отдать не могу, вот они и ходят. Пошли, всё нормально!
Выдавив улыбку, я понадеялся, что эта ложь её успокоит, но ледяной взгляд Марии говорил лишь о том, что девушка ничуть не купилась на придуманную второпях историю.
– Притвориться, что верю? Придурок, у тебя всё на лице написано! И врёт же! Как надоело… Я устала, понимаешь!?
– Ладно, – опустив взгляд вниз, я пожал плечами и устало вздохнул. – Думаю ты заслуживаешь знать, что у меня действительно возникли некоторые проблемы. Впрочем, если через какое-то время не вернусь, пообещай больше никогда не связываться с отморозками вроде меня.
– Не понимаю – растерянно захлопала глазами Мария.
Извинившись, я приобнял девушку и попрощался, оставив её у высокой калитки дома. Может быть, в чувствах людей я никогда не был силён, но посмотрев в те глаза, только полный идиот не догадается о чём в тот момент думала Мария.
Теперь нужно подумать, с чего начать распутывать эту историю. Очевидные догадки тоже могут быть обманчивы. Действовали они явно как не шибко умные бандиты, грубо и у всех на виду, что совершенно бессмысленно. Илью Фёдоровича не убили, я им зачем-то нужен. Заказы бывают нелогичны, но сомневаюсь, что серьёзный и влиятельный человек станет тратить время на излишне ребячество…
Поднимаясь на свой этаж, я увидел свежие пятна крови, размазанные по стенам и лестнице. Утром этого не было, а экономка, между прочим, спокойно дремлет на рабочем месте, словно ничего не произошло. Но ведь это явные следы борьбы, сложно не услышать… Такое.
Замок моей квартиры выломан, но внутри всё чисто. Кроме вбитой ножом в стол записки – ничего бросающегося на глаза. Так… это просто карта с единственной пометкой. Похоже на лестной массив за городом. Это приглашение?
По странному запаху в квартире я могу сделать вывод, что меня совсем немного не дождались.
Если туда ходит электричка, будет удачно. Лишних проблем в дороге я бы хотел избежать. В вот дилижанс легче подкараулить для внезапной ловушки, да и обычное ворьё совсем не прочь напасть, ради наживы.
Придя к железнодорожному вокзалу, я выяснил, что путь меня ожидал не самый простой, но, к счастью, удалось договориться с извозчиком на ночное путешествие. Это было не обязательно, но я не хотел ждать утра. Глупо оттягивать неизбежное, ещё и Мария заявиться, заставит объясняться.
Слишком всё спокойно… Подозрительно тихо. Лунный свет достаточно освещает дорогу без фонарей, а монотонный цокот лошадиных копыт усыпляет.
– Дальше не проеду, – останавливая повозку, отчитался возничий, громко зевая. Поблагодарив, я отсыпал ему горсть монет, и сверившись с картой направился дальше, по песчаной дорожке вниз, вдоль густого леса.
Повезло сегодня с погодой, нет даже малейшего ветерка.
О нет. Слева в кустах, чёрт! Сзади? Он не один.
Знакомый щелчок, после которого, я почувствовал на затылке тяжёлое дуло пистолета, и задержав дыхание остановился.
– Подними руки, – грубо потребовал мужской голос. В таком положении сопротивляться – самоубийство, поэтому я позволил ему обыскать себя.
Вот так, довольно быстро меня схватили, оставив безоружным, и что теперь?
Вдвоём они легко заломили мне руки за спиной, и повели вглубь леса. Паника медленно подбирается комом в горле. Не время терять голову, мне всё ещё неизвестны мотивы, и в том числе, жив ли до сих пор Илья Фёдорович. Так просто точно не убьют, но проверять это, попытками вырваться, не лучший вариант если находишься в незнакомой местности. Лучше выясню какого хрена им нужно.
