Наверху была маленькая площадка, выложенная разноцветным кафелем, с круглым столиком и несколькими стульями. Прямо из столика толстой блестящей спицей рос шпиль, на его конце горела яркая желтая лампочка. Не сговариваясь, мы обошли стол и встали рядом, опираясь на ограду площадки. Здесь было светлее, чем внизу, и можно было разглядеть расстилающийся вокруг вечерний Онс, на четверть заснеженный, на другую четверть покрытый желтыми листьями, а на остальные две четверти – зеленый. По нему тянулись цепочки огоньков: фонари, окошки, магазины… Я посмотрела на знакомый профиль Нараска, потом снова вниз, и наши непонимания и обиды показались мне такими же мелкими, как фонари и домики, видимые с башни. Зачем нам ссориться? Ну, пускай он не говорит мне чего-то, но он ведь меня любит, это я вижу совершенно точно!
– Мы с тобой, когда познакомились, почти так же гуляли, – вспомнила я, кладя голову ему на плечо.
– Да, Ятенька, я помню, – ласково отозвался он. – Поэтому и предложил пройтись. Мало ли, как потом сложится.
– Ты считаешь, что мы оттуда можем не вернуться?!
– Конечно, можем. Хотя этого не будет, скорее всего. Просто даже если все обойдется относительно благополучно, много что изменится… За что ты меня любишь?
– Что?.. – опешила я от такой резкой смены темы. – Ну… Я точно не знаю. Вроде бы… За все. А это очень важно, за что точно?
– Пожалуй, – абсолютно серьезно кивнул Нараск.
– Ну… Вначале, когда я тебя увидела, мне понравились твои глаза, у них было какое-то такое… Выражение… Что я… – тут я сбилась и замолчала, не зная, что еще добавить.
– Что ж, – непонятно сказал муж, – может быть, и есть какая-то надежда. Пойдем домой, Ятенька, у тебя пальто легкое, еще простудишься.
Он первым пошел вниз по винтовой лестнице, а я шла следом, в недоумении машинально теребя растрепанную косу, глядя в его затылок и решительно не понимая, как связана надежда и то, что мне понравились Нарасковы глаза.
Следующее утро выдалось солнечным и безветренным. Онс наполнился гуляющими жителями и туристами, только мы все, молча шагающие к метро, были невеселыми. Впереди, как ни странно, неслись Алла и Буллан – точнее, Буллан тащил Аллу, которая шла с меньшим энтузиазмом; потом размеренным шагом, почти попадая в ногу, шествовали Риган и Олег, судя по их спинам, полные суровой решимости; ну а в самом конце, немного отставая, неровными сбивчивыми шагами плелись мы с Нараском, измученные переживаниями предыдущих дней и почти бессонной ночью. То есть я-то заснула, но проснулась посреди ночи от того, что муж сидит рядом и пристально на меня смотрит. Заметив, что я открыла глаза, он усталым голосом сослался на бессонницу и попросил не обращать на него внимания, но я, конечно, этого сделать не могла: так мы и просидели вместе всю ночь, говоря на какие-то незначительные темы. Потом под утро я снова задремала, проснулась где-то через час и увидела, что Нараск по-прежнему не пытается спать, а сидит за столом и что-то пишет.
– Ты что там делаешь? – поинтересовалась я сквозь сон. – По работе указания оставляешь?
– Да, указания, – согласился Нараск и, сложив лист бумаги, куда-то его убрал – куда, я не поняла, потому что снова уснула.
Теперь я медленно шла рядом с мужем, удивляясь, каким неровным стал его обычно размеренный шаг, и гадая, что нас ждет в Закрытом лесу. Вот уже показался вход в метро, и мы, гуськом пройдя в него, двинулись к эскалатору. С тем, чтобы скатиться с него, произошла небольшая заминка: для Аллы с Булланом это было непривычно, но долго помяться на месте им не дал Иваныч, который размашистым движением толкнул Аллу в спину и направил по тому же адресу нерешительно севшего между бортиками Буллана.
К тому времени как мы все оказались внизу, подошел нужный поезд.
– Вот какое дело, на следующей нам выходить, – сказал Иваныч, устраиваясь на сиденье. – Обычно-то мы с Ятей от этой станции шарахались, как черт от ладана, а теперь вот…
– Все бывает в первый раз!!! – заорала Риган, потому что в вагоне было шумно из-за большой скорости. Нараск молчал и снова крепко обнимал меня – мне даже показалось, что у него свело пальцы, и я слегка погладила их, вопросительно на него поглядев. Он не улыбнулся, просто ответил мне глубоким взглядом, и долго не отводил глаз, будто хотел меня запомнить. Его страшное волнение я почувствовала, как свое, и только хотела заговорить, как поезд остановился. Двери распахнулись, открыв проход на почти черную станцию с рядами таких же черных колонн, подпирающих невидимый потолок.
Мы все, переглянувшись, встали и быстро вышли. Поезд, снаружи выглядевший как ряд светящихся окошек и дверей, повисших в темноте, не стал мешкать и почти сразу же уехал, после чего стало совсем уж темно.
– Вот черт, надо было заранее фонарь достать! – заворчал в этой темноте невидимый Иваныч, а невидимый Нараск напряженно сказал:
– По дороге достанете, здесь не стоит стоять. Быстро выходим.
– Куда?! – запаниковала Алла, а я попыталась схватить мужа за рукав, но, кажется, вместо него поймала Риган.
– Вон туда, в сторону зеленого огонька, он означает выход, – пояснил Нараск. – Побыстрее. Ятенька, как выйдешь, обязательно проверь карманы, – вдруг сказал он мне, понизив голос почти до шепота.
– А что такое-то… – начала я, но меня с криками «быстрее-быстрее», кто-то схватил за руку и куда-то потащил. Топоча, как испуганное стадо, и вызывая на зловещей станции такое же зловещее многослойное эхо, мы добежали до зеленого огонька и увидели, что он очень слабо освещает очень крутую лестницу из черного камня с огромным количеством маленьких ступенек.
– Давай топай, – сказал мне голос Риган, и я послушно затопала, упираясь в чью-то спину. Тут меня пронзила тревога, не потерялся ли где Нараск, и я попыталась замедлиться, но меня сразу же подтолкнули сзади, и я, стараясь не паниковать, убедила себя, что сейчас мы все выйдем и найдемся…
И мы действительно вышли. Лестница окончилась чем-то типа отверстия колодца, полуприкрытого деревянной крышкой, из-за которой падали неожиданно яркие солнечные лучи. Я удивилась, потому что внутренне уже настроилась, что в Закрытом лесу будет ночь, как в Мантиле.
– Ну вот, там еще и солнышко! – бодро воскликнул Иваныч, с кряхтением отодвигая рассохшуюся крышку. – Не так страшен черт, как его малюют.
С этими словами он вылез, а мы все – за ним следом. Теперь мы были в Закрытом лесу.
Но оглядевшись, я поняла, что бояться у меня не получится. Пейзаж, который расстилался вокруг, страхи просто исключал. Мы все стояли в ярко-зеленой траве, вокруг порхали ярко-оранжевые бабочки, гудели толстые пчелы, летая по каким-то незнакомым синим пушистым цветам. Выход из метро здесь, как и в Мантиле, оказался у реки: прямо перед нами был очень пологий спуск и широкая полоса песка. В песок были вкопаны длиннющие деревянные навесы, а под ними толклось неожиданно много разношерстной публики: похоже, здесь были и местные, и туристы. Сама река, со спокойной желтой водой, но широкая, гораздо шире, чем в Мантиле, тихонько колыхала стоящее у кромки воды судно вроде небольшого парома. Туда грузились люди, и, когда их набралось достаточное количество, паромчик отплыл, издав в неподвижный теплый воздух негромкий гудок.
– Да тут же совсем не страшно! – изумилась я. – Нараск, почему ты нам говорил, что… ой?
Только сейчас я оглянулась и поняла, что Нараска нет рядом со мной. И не рядом тоже! Его не было нигде!
– А… – сказала я, и слова беспомощно застыли у меня в горле. Остальные тревожно оглядели друг друга, поняли, в чем дело, и тоже на миг застыли. Тихий плеск реки и гудение пчел в жутком молчании, которое повисло между нами, выглядели издевательством…
Я, так и не сумев выдавить ни слова, молча ринулась в сторону входа в метро. Он остался там! Что-то с ним там… случилось?! Но Риган рванулась следом, схватила меня за локти и бесцеремонно оттащила.
– Ты чего паникуешь?! – рявкнула она. – Куда тебя понесло? Одна не пойдешь!
– Но там же Нараск! – всхлипнула я.
– Вот уж вряд ли, – заметил Буллан. – Он так не хотел идти, что, очень может быть, просто уехал обратно.
– Ты что говоришь… – нерешительно возразила Алла.
– Нара-а-аск! – закричала я во весь прорвавшийся голос.
– Да тихо ты, погоди, – вздрогнув, принялся увещевать меня Иваныч. – Он тут был. Он эти места знает. Если уж кто и должен был пропасть, так это мы, а не он, так что… Ятя, он тебе случаем ничего не говорил?
– Да ничего же! Идемте!
– Как это ничего, – вмешалась Риган, – если я слышала, как он тебе что-то шепотом сказал про карманы.
– Ну, сказал, когда выйду, карманы проверить!
– Так и проверь, что ты стоишь!
Я, Риган и Алла одновременно полезли в левый карман моего летнего темно-синего пальто, спутались пальцами и выяснили, что он пустой. Риган, не теряя времени, запустила руку в правый и с криком «ну вот!» вытащила из него какую-то незнакомую мне бумажку.
– Дай! – попросила я дрожащим голосом, и подруга, к счастью, послушалась. Бумажка была сложена чуть ли не в восемь раз, и время, пока я ее раскладывала, показалось мне вечностью. Наконец я справилась и увидела обычный листок, взятый, кажется, из моей же институтской тетради, исписанный заостренным почерком Нараска. Так вот что он писал этим утром! Вот именно, что же?..
«Ятенька, я надеюсь, что ты быстро найдешь это письмо и не будешь переживать. Пожалуйста, не волнуйся, со мной ничего не случилось. Те самые обстоятельства, из-за которых я не соглашался идти в Лес, не дают мне теперь пойти вместе с вами. Прости, но пока я не могу тебе все рассказать, потому что, как я думаю, это ни к чему хорошему не приведет. Не могу сказать также, где я сейчас, но не беспокойся: я тебя не оставлю. У меня много знакомых в Лесу, я расскажу им о вас. Знаю, ты сердишься, что я опять ничего не объяснил, да еще и бросил тебя. У меня тоже душа не на месте, но пока что ничего не поделаешь. Видимо, такая у нас судьба. Не стоит очень бояться Леса: я действительно немного сгущал краски, чтобы попытаться заставить тебя отказаться сюда идти – но и не расслабляйтесь. Если увидите или услышите что-то непонятное или угрожающее, ни в коем случае не подходите, а лучше уйдите как можно быстрее. Сейчас спокойно дождитесь проводника и идите на паром, он привезет вас к северному входу в Лес. До встречи, Ятенька, прости меня еще раз, я тебя люблю и всегда буду любить, что бы тебе ни показалось. Нараск».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
