– Помогите, пожалуйста, они сейчас поубивают друг друга, – хриплым голосом проговорила голубоглазка.
Преодолев порог, оказались в коридоре, где шёл бой двух бойцов, сразу отметил, как профессионально наносят удары друг другу. Кто из них Михаил я понял сразу, второй находился к нам с Анютой спиной, шагнул вперёд, вклинился между ними, раскидал по углам.
Мишку я откинул в сторону Ани, и как оказалось не зря, вторым бойцом был упырь, который называется Аниным парнем. Михаил молчал в отличие от гниды, с его поганого рты лился мат в сторону голубоглазки, а следом вообще дёрнулся в её сторону.
Михаил подорвался и сразу закрыл Анюту собой. Гнев вырвался наружу, схватил недоноска за шкирку и со всей дури врезал его об стену, навис сверху. Из последних сил сдерживал внутреннего зверя, он рвался на куски разорвать подонка. Успокаивал его тем, что здесь Аня, при ней не следует показывать, на что я способен, и так вчера напугал. Развернулся в сторону голубоглазки и Михаила, парочка странно застыла на месте с открытыми ртами, глазки у обоих круглые, словно привидение увидели. Нахмурился.
– Анют? – позвал девушку.
– А…а, что вы здесь делаете? – жутко хриплым голосом спросила голубоглазая.
Такого вопроса я не ожидал.
– Так ты же меня сама привела, – стал внимательно присматриваться к девушке, не нравился мне её вид.
– Нюрка, – хохотнул Михаил и тут же скривился пальцами дотрагиваясь до рассечённой губы, – ты привела в дом мужика, даже не посмотрев, кто он есть? – продолжил кривиться и одновременно глумиться над девушкой.
– Некогда мне было смотреть, – буркнула в ответ голубоглазка.
А я мысленно с ней согласился, но сказал совершенно другое.
– А зря, мои услуги рефери дорогого стоят Анна.
– Сколько? – тут же вздёрнула свой носик.
Кажется меня только, что попросили назвать денежную сумму. Ну, уж нет девочка, у меня другая такса.
– Я не беру денег с прекрасных девушек, но и долги я не привык прощать, так что завтра вечером мы идём с тобой в ресторан.
Анюта после моих слов гневно сверкнула глазами, сжала свои маленькие ладошки в кулачки, уже собиралась мне, что-то ответить, как в разговор влез Михаил. Положив свою лапу на плечо девушке – прося её помолчать.
– Извините…, – парень сделал паузу, сразу понял, что он не знает моего имени.
– Тимофей, – произнёс своё имя и протянул ему руку для рукопожатия.
– Михаил, – в ответ представился друг голубоглазки, хоть я и так знаю, как его зовут, и не только это, но говорить об этом не обязательно.
Анюта поморщилась, потирая рукой влажный лоб.
– Тимофей я думаю, Аня не сможет с вами пойти в ближайшее время куда-либо, – произнёс парень, но агрессии в голосе я не услышал.
– Могу поинтересоваться по какой причине? – задал вопрос.
– По причине высокой температуры, красного горла ну и…
Последнее парень не успел сказать, голубоглазка ткнула его локтём. С ног до головы осмотрел малышку, щёчки неестественно розовые, глазки покрасневшие и блестят, испарина на лбу, да и стоит она опираясь о стену – явно испытывает слабость в теле. Чёрт! Сто процентов она переохладилась, спасая вчера Арину. Тогда понятно, почему она весь день не покидала дома.
– Поехали в больницу, – сделал шаг к девушке.
– Нет! – каркающим голосом возразила голубоглазка.
– Аня не спорь, ты вчера слишком долго пробыла на холоде, тебя нужно показать врачу, – сделал ещё один шаг.
– Я никуда не поеду с вами, – продолжала упорствовать.
– Хорошо, не со мной, – согласился с частью сказанного, – с Михаилом поедешь? – не хочет ехать в моей компании, пусть едет с другом.
– Я не поеду в больницу, и никто из вас меня туда не затащит, я нормально себя чувствую, – категорично заявила маленькая вредина.
Что-то мне подсказывает, что малышка боится врачей, вот и упорствует. Я ещё вчера заметил, как она косо посматривала на машину скорой помощи.
– Ты принимаешь хоть какие-нибудь лекарства? – тяжело вздохнул, понял уже, что добровольно она не поедет, а насильно я её не потащу, никогда в жизни не причиню ей вреда.
– Принимая, – буркнула в ответ.
Дальше не успел задать следующий вопрос, позади меня зашевелился парень Анюты, и как я уже понял, бывший парень, что очень меня обрадовало. Девушка испуганно уставилась на мразь, которая подняла на неё руку, и скорее инстинктивно прижалась к боку Михаила.
– Не бойся, он тебя больше не тронет, поверь, – стал успокаивать Анюту, – я его сейчас заберу, передам в надёжные руки, где его быстро научат уважать прекрасный пол, – может зря я ей об этом сказал, но мне захотелось посмотреть на её реакцию, и она мне очень понравилась. Малышка не кинулась в защиту ушлёпка.
Видя, как плохо себя чувствует Анюта, решил побыстрее забрать её бывшего из дома, и дать девушке отдохнуть, уверен, Михаил за ней присмотрит, ну а я вернусь завтра, со всем необходимым для больного человека. В один шаг подошёл к уже поднимающимся на ноги отморозку, схватил за капюшон куртки, дёрнул вверх, чтобы тот окончательно встал на ноги, тащить его на себе не собираюсь.
– Всё ребятки отдыхайте, – обратился к девушке и Михаилу, – Анют, я завтра заскочу проведать тебя, – её бровки нахмурились, личико стало забавным, – а сейчас бегом в постель под тёплое одеяло, – глазки сверкнули недобрым огоньком, кажется рано я начал активничать.
Чтобы не услышать грозную тираду, поспешил на выход, удерживая притихшего, бывшего парня малышки. Выйдя на улицу, парень сделал попытку вырваться.
– Даже не думай рыпаться, тебя ждёт увлекательная программа, любишь руки распускать, я сейчас легко устрою тебе спарринг, – с предвкушением зрелища пропел уроду.
– Ты кто вообще такой? – снова попытка высвободится из моих рук.
– Я крепкое, будущее Анюты, – нажал на брелок от автомобиля, багажник открылся, и не говоря ни слово, швырнул в него растерянного парня.
– Выпусти меня! – стал орать во всё горло, испугался гад, и правильно делает, его ждёт расплата.
Не обращая внимания на его вопли, достал телефон, набрал номер Бронислава.
– Дуй в посёлок, я тут для вас игрушку для тренировок нашёл, – говорю в трубку, и сажусь за руль.
Бронислав не задаёт лишних вопросов, сообщает, что скоро будет и отключается. Я же включаю музыку, делаю звук громче, чтобы не было слышно воплей будущей боксёрской груши. Откидываюсь на спинку сидения, захожу в интернет и начинаю искать, что можно, а что нельзя больному человеку.
Глава 5
АНЯ
Приезд Алексея, его драка с Мишкой, а после появление Тимофея окончательно забрали мои силы. До спальни меня проводил Миша, придерживая за талию, так как мои ноги подкашивались. Во всём теле вновь появилась ломота, да и голова стала болеть. Смерив температуру, хрипло застонала, она оказалась высокой. Мишка в роли врача впихнул в меня горсть пилюль, накрыл одеялом, пожелал спокойной ночи, отправился в душ.
Очень хотела обработать ему получение в драке ушибы и мелкие рассечения, на губах и брови. Да вот только слабость не позволила этого сделать.
Всю ночь мне снились кошмары, они сменялись один на другой. Я то просыпалась, то снова засыпала. Где-то далеко в подсознании я понимала, что плохие сны и моё состояние от высокой температуры. Я знаю точно, что Мишка пару раз измерял температуру, и заставлял выпить лекарства.
Утром я проснулась в ещё худшем состоянии. У меня появился кашель, он драл горло, от него болела грудная клетка. Друг, увидев меня, покачал головой, молча напоил куриным бульоном, накормил горстью таблеток, после чего меня снова унесло в царство Морфея.
Второй раз я проснулась от голосов в коридоре. Дверь моей комнаты была приоткрыта. Губы пересохли и покрылись корочкой. Повернула голову в сторону прикроватной тумбы, увидела стакан с водой. Присела на постели, потянулась за питьём. Не успела поднести стакан к губам, как меня забил кашель. Он был лающим, сильно царапал и так больное горло. Откашляться не получалась, тело согнулось пополам.
Быстрые шаги по коридору, а затем уже в комнате. Я была уверена, что это Мишка, и поэтому не посмотрела на входящего.
– Так дело не пойдёт, – раздался чужой, но знакомый голос.
Из моей руки забрали стакан, кашель не отпускал меня.
– Анют, мы едим в больницу, и даже не спорь, – до меня дотронулись чужие, холодные руки, и моё тело взлетело вверх вместе с одеялом.
Если бы не кашель, то мой визг стоял бы на весь дом. Меня так быстро подняли на руки, что я не успела увидеть, кто это сделал. Хотя мне и видеть не надо, голос Тимофея я узнала.
– Я н-не поеду в больницу, – наконец-то справившись с кашлем, прохрипела мужчине.
– Поедешь, – прогремел Тимофей, неся меня закутанную в одеяле на вход из дома.
– Я боюсь… врачей, – нехотя призналась мужчине.
– Знаю малышка, – мягко произнёс Тимофей, – обещаю ни на шаг не отходить от тебя, – сказал мужчина и неожиданно поцеловал меня в кончик носа.
Возмутиться не успела меня окутал холод. Тимофей быстрым шагом направлялся как я поняла к своему автомобилю. Раздался звук снятия разблокировки машины, и меня сильнее прижали к мужской груди и следом усадили на пассажирское сидение впереди.
– Тимофей, – раздался голос Мишки, – здесь её одежда и документы, – друг протянул мужчине пакет и мою сумочку.
– Предатель, – бросила другу, насупившись.
– Ань не говори так, – Мишка подошёл к открытой двери машины, – ты же знаешь, как ты мне дорога, но тебя действительно нужно показать врачу, – в глазах друга читалось тревога.
– Настолько дорога, что отпускаешь с чужим мужчиной, а вот вдруг он маньяк? – не стесняясь самого Тимофея, громко произнесла другу.
Мишка закатил глаза, что-то пробубнил себе под нос, затем захлопнул дверь с моей стороны, послал мне воздушный поцелуй и помахал ручкой. У меня от такого поведения друга отвисла челюсть.
– Я не маньяк Анют, тебе меня не стоит бояться, – занимая место за рулём автомобиля, проговорил мужчина.
Отвечать или задавать какие либо вопросы не стала, меня снова клонило в сон.
– Потерпи малышка, через полчаса будем на месте, там хорошие специалисты, они живо поставят тебя на ноги, – голос Тимофея звучал тихо, это последнее, что я услышала перед тем, как уснуть
Глава 6
ТИМ
Бронислав прибыл быстро, прихватив собой ещё двоих парней. Вышел из машины, приглушив музыку. Маты урода стали громче.
– Это, кто там у тебя? – поинтересовался безопасник.
– Гнида одна, что любит руки на девушек поднимать, надо бы его проучить, умно проучить, как ты умеешь, – на мои слова мужчина оскалился, и подошёл к багажнику машины.
Я нажал на брелок, крышка багажника стала открываться, не успела она, полностью откинутся вверх, как из глубины выскочил бывший парень Анюты. Бронислав среагировал быстро, поймал гадёныша за шкирку, швырнул к ногам двоих охранников.
– Далеко собрался? – нависая сверху, пробасил безопасник.
Утырок сидя на заднице, смотрел на Бронислава охреневшим взглядом. Конечно, не каждый день встречаешь двухметрового дядю, со звериным оскалом.
– Что такое? Говорить не умеешь? – не услышав ответа, продолжил Бронислав.
– Да нет, говорить, как раз-таки он спец. Такие «лестные» слова в сторону прекрасного пола извергает, что в морду дать хочется, да так, чтобы не поднялся больше, – поведал безопаснику.
– Не беда Тимофей Владимирович! Поправим и этот «дефект», и удар «держать» научим. Парни мои заскучали, уже пару дней сидят без дела, а ты же знаешь, в каких зверей они превращаются от скуки, – продолжая нависать над трусливой падалью, поделился со мной планами Бронислав.
– Ну тогда я спокоен, – ответил безопаснику, закрыл багажник, – и видеоотчёт не забудь мне прислать, – садясь в машину, крикнул Брониславу.
– Обязательно, обещаю, кадры будут шикарными, – широко улыбаясь, ответил мужчина.
Закрыл дверь, завёл двигатель, кинул взгляд в боковое зеркало. Двое парней из охраны, направились к автомобилю Бронислава, видя гадёныша заломив ему руки за спину.
– Это тебе сука не с девочками драться, – оскалившись, тронулся с места.
Приехав домой, позвонил родителям, узнал, как дела у Юрка. Младший брат после ужасной аварии впал в кому, неделю он держал нас в подвешенном состоянии, не приходя в себя. Чудо случилось в новогоднюю ночь, брат очнулся. Он получил серьёзные травмы, и сейчас проходит реабилитацию, которая продлится не меньше полугода. Услышав, что у родных всё отлично, принял душ, и отправился спать, с мыслями об Анюте.
Утром проснувшись раньше обычного, отправился в магазин и аптеку, за покупками для Ани. Сам, не прибегая к помощи помощников и секретарей. Мне хотелось порадовать девушку. Вчера пока ждал Бронислава, облазил весь интернет, прочитал пару статей, про то, что нужно больному организму человека при простуде. Если в аптеке я отстрелялся быстро, то вот в магазине застрял на пару часов. Выбирал продукты придирчиво, у парня консультанта под конец стал дёргаться левый глаз. Нервишки у парня слабые, сделал вывод для себя.
После магазина заскочил в ресторан, заказал шеф-повару куриный бульон, пюре с котлетами на пару, и несколько видов пирожных, которых не встретишь ни в одной кондитерской города, да и вообще земного шара. Также заказал нам с Михаилом мясо на углях, и картофель ломтиками. Как только заказ был готов, выехал в дачный посёлок. Дорога пролетела быстро, даже не заметил, как добрался.
Из машины выходил с двумя большими пакетами. Калитка ворот была открыта, на пороге тоже долго не задержался, хозяин дома открыл очень быстро.
– Добрый день, – поздоровался с парнем.
– Если можно так сказать, – отозвался Михаил в ответ, протягивая ладонь для рукопожатия.
Нахмурился, ответ парня мне не понравился.
– Что-то случилось? – проходя в дом, и закрывая за собой дверь, поинтересовался у хозяина дома.
– Ага, красавице стало хуже, а в больницу её не затащить, – поведал парень.
– Врачей боится? – передал Михаилу пакеты с фруктами, лекарством и готовой едой.
– У неё с детства фобия на них, уж не знаю, чем они её так напугали. Но даже мне не говорит, – скривился друг Анюты.
По нему было видно, как сильно он переживает за девушку, дружба между ними очень крепкая, и честно я этому рад. Уже собрался разуться и снять куртку, как из глубины дома раздался громкий, сильный кашель. Я не очень разбирался в медицине, но даже для меня стало ясно, что дела у Анюты плохи.
Прямо в обуви и верхней одежде бросился в направлении звука, не спрашивая разрешения у хозяина дома. Когда залетел в комнату с приоткрытой дверью, на секунду застыл. Моя голубоглазая девочка пыталась откашляться, согнувшись пополам, еле удерживая стакан с водой в своей маленькой ладошке. В два шага оказался рядом, забрал стакан, поставив его на тумбу.
– Так дело не пойдёт, – произнёс скорее сам себе, чем девушке, – Анют, мы едим в больницу, и даже не спорь, – наклонился, подхватывая малышку на руки вместе с одеялом.
– Я н-не поеду в больницу, – прохрипела, голосом заядлого курильщика.
– Поедешь, – сказал слишком громко и резко.
– Я боюсь… врачей, – тихо призналась девушка.
– Знаю малышка, обещаю ни на шаг не отходить от тебя, – не удержался и поцеловал её кончик покрасневшего носа.
Усадил голубоглазку в машину, на переднее сидение, здесь теплее, да и следить за ней легче.
– Тимофей, – раздался голос Михаила позади, – здесь её одежда и документы, – парень протянул пакет и сумочку.
– Предатель, – послышалось со стороны Анюты, малышка насупилась на друга, как ребенок.
Я же улыбнулся, её личико было таким милым.
– Ань не говори так, ты же знаешь, как ты мне дорога, но тебя действительно нужно показать врачу, – парень подошёл ближе к девушке.
– Настолько дорога, что отпускаешь с чужим мужчиной, а вот вдруг он маньяк? – состроила испуганные глазки.
Вот зараза мелкая! Хохотнул про себя.
Михаил закатил глаза, тихо произнёс «вредина», и захлопнул дверь. Послал воздушный поцелуй и помахал рукой своей подруге.
– Я не маньяк Анют, тебе меня не стоит бояться, – сел за руль, произнёс слова.
Малышка мне не ответила, откинул голову на спинку сидения, прикрыла глазки.
– Потерпи малышка, через полчаса будем на месте, там хорошие специалисты, они живо поставят тебя на ноги, – тихо произнёс, видя, что Анюте очень плохо.
До больницы мы добрались и правда быстро, по дороге сделал пару звонков врачам, объяснил им ситуацию, и симптомы Анюты. Девушка проспала всю дорогу, иногда морщила свой лобик во сне.
В больницу заносил голубоглазку на руках, она проснулась сразу, как только я взял её на руки. Девушка с головой закуталась в одеяло, на улице было холодно, до входа я практически бежал, боялся, что девушке станет хуже от такого холода. В холле нас встретили врачи, уложил малышку на каталку, взял её за руку, когда увидел панику в глазах.
– Эй, тише, тише я рядом, я тебя не брошу, Анют не надо так бояться, – наклонился, прошептал на ушко.
Услышал, как девушка сглотнула, и рвано стала дышать. Вот и фобия стала проявлять себя.
– Малышка посмотри на меня, – позвал девушку, её глазки бегали от одного доктора к другому.
Мои слова были услышаны. Анюта посмотрела на меня взглядом полным ужаса, словно её не в больницу привезли, а сразу в морг.
– Я… хочу домой, – дрожащими губами произнесла девушка.
– Ты обязательно поедешь домой, но только после того, как выздоровеешь. Не бойся, я буду рядом, как и обещал, если понадобится, перееду сюда на время твоего лечения, – по широко распахнутым глазам понял, мои слова дошли до девушки, и она такого явно не ожидала, даже страх фобии уменьшился во взгляде.
– Х-хорошо, – заикаясь, ответила голубоглазка.
А нет! Ошибся, фобия оказалась сильнее. Уверен! Анюта не согласилась бы в другой ситуации на моё присутствие рядом с ней. После того, что сделал её бывший, она явно не собирается заводить новые отношения. Но я с таким решением малышки не согласен, окружу её заботой и вниманием, заманю в свою сеть, и не выпущу уже никогда. И для этого у меня есть хорошая возможность воплотить свои мысли в реальность. Я буду с ней в больнице в одной палате двадцать четыре часа в сутки, все дни, что она проведёт в стенах этой лечебницы.
Хрен я упущу ту, что с первых секунд нашей встречи – скрутила всё моё нутро в морской узел. Может кто-то сочтёт меня придурком, но я чувствую, что Анюта, та самая – единственная.
Глава 7
АНЯ
С детства боюсь врачей. Этот страх я не смогла побороть даже, встав взрослой. Папа до сих пор впадает в ярость на того доктора, что довёл меня до такой фобии. Казалось бы, что может быть страшного в обычной капельнице и враче, который её ставит? Как она может напугать семилетнего ребенка до заикания, и фобии на врачей в дальнейшем. Оказывается может.
Если тебе ставит её очень грозная тётенька, при этом привязав твои ручки к больничной койке, чтобы ты не вырвала руку из-под огромной иглы. Я лежала в больнице с бронхитом, со мной постоянно была мама. Папу в палату не пропускали, и именно в тот день и момент, папа привёз нам сменные вещи, мама спустилась к нему вниз. В палате я осталась одна, вот тут-то и пришла «добрая» тётя врач. Она даже не обратила внимания, что мамы нет в палате. Поставила около койки штатив под капельницу с двумя бутылками с лекарством.
Когда она приказала мне лечь, и закатать рукав кофточки, я начала плакать, потому что поняла, что мне собираются делать. Но тётя врач быстро нашла решения проблемы, достала из кармана два длинных отрезка бинта, и привязала мои руки к кровати. Тогда у меня случилась первая в жизни истерика, я верещала на всю больницу. Когда мама залетела в палату, врачиха быстро отскочила от меня. Скандал был огромным, папа прорвался на этаж и устроил там целый Армагеддон. В тот же день меня перевезли в другую больницу, врачи сменились, заикание прошло, но вот жуткий страх остался и по сей день.
– Анют? – голос Тимофея вырвал меня из страшных воспоминаний, – всё хорошо, я рядом, – вновь проговорил мужчина.
Эти слова он говорил через каждую минуты, руку он мою не выпускал, большим пальцем поглаживал мои. Мы уже полчаса здесь, в этом жутком месте. Меня успели осмотреть двое врачей, пока они совершали осмотр, я лежала с крепко зажмуренными глазами, и дышала через раз. Правда взвизгнула, когда брали кровь и проткнули палец на одной из рук. И стыдно мне за это не было. Да я взрослая, но со своим страхом превращаюсь в маленькую девочку.
– Ань, – в тысячный раз зовёт меня мужчина, – нужно составить список, что тебе нужно, одежда, средства гигиены, как я понял лежать нам тут две недели, – огорошил меня Тимофей.
– Я не останусь здесь! – подорвалась с постели, готовясь к побегу.
Но моя попытка не увенчалась успехом. Крепкие руки сомкнулись на моей талии, и прижали к твёрдому торсу мужчины.
– Не думал, что ты такая трусишка, – горячие дыхание опалило кожу около уха, – наверное, я ошибся, когда принял тебя за самую храбрую девушку во всём мире, – голос мужчины вибрировал, одна из его рук сместилась мне на плоский живот.
– Я… Уже сказала, что боюсь врачей, – замерла мышкой в лапах кота.
Пальцы той руки, что медленно поглаживала мой живот, коснулись голого участка кожи между футболкой и короткими шортиками. По телу табуном пронеслись мурашки.
– Я помню об этом, – голос стал низким и хриплым, – также помню своё обещание быть всегда рядом, не бойся малышка, я не дам тебя в обиду, – нежный, неожиданный поцелуй, от которого кожа на шеи загорелась огнём, а ноги в коленях задрожали.
– Ты… Ты…
– Давай малышка обратно в постельку, – нагло перебил меня Тимофей, уложив на кровать, и укрыл одеялом.
Я стала задыхаться от такой наглости, уже набрала побольше воздуха в легкие, чтобы высказать протест, как в палату зашёл очередной доктор. Воинственный настрой быстро сошёл, уступая место страху и мелкой дрожи по всему телу. Ну, ничего! Я с тобой ещё разберусь. Соблазнитель хренов!
Тело сотрясается в мелкой дрожи, смотрю на штатив для капельниц, и картинки из детства одна за другой вырываются из памяти. Тимофей, что клялся не оставлять меня одну, вышел в коридор для разговора по телефону. Молоденькая медсестра смотрит на меня настороженно, набирая в шприц какой-то раствор.
– С вами всё хорошо, как вы себя чувствуете? – тянет свою ладонь к моему лбу.
Дёргаюсь всем телом назад, словно ко мне протянули не руку, а ядовитую змею.
– Это что ещё такое? – с огромным удивлением спрашивает меня медсестра.
– Выйдите… П-пожалуйста, – хриплю девушке.
Чувствую, меня скоро накроет истерика.
– Что значит «выйдете?» – девушка не злится, что меня уже радует.
– У меня на вас ф-фобия, – говорю медсестре.
Брови девушки взлетают вверх, пару секунд и они сходятся на переносице, губы поджаты в тонкую линию.
– Что за бред? Вы же взрослый человек, как можно бояться врачей?! – тон её голоса стал злым.
– Выйдете отсюда, – прошу ещё раз.
– Девушка, я не уйду пока не поставлю капельницу, прекращайте свой театр, и давайте руку! – рука девушке ныряет в карман медицинского халата, а меня начинает душить страх.
– Уйдите!!! – хрипло кричу на всю палату.
Медсестра делает шаг назад, смотрит на меня, как на душевно больную.
– Что здесь происходит?! – прогремел Тимофей, ворвавшись в палату.
Мужчина осматривается вокруг, его сканирующий взгляд проходит сначала по мне, потом по медсестре.
– Анют, что она тебе сделала? – мужчина стремительно оказался рядом.
– Да ничего я ей не делала! – вместо меня ответила медсестра.
– Я не вам задал вопрос! – грубо укоротил девушку Тимофей.
Медсестра выпучила глаза на мужчину, рванула к выходу.
– Стоять! – рявкнул Тимофей.
От его интонации вздрогнула не только девушка, но и я. Медсестра замерла на месте, в глазах страх, да такой отчётливый, что мне её стало жаль.
– Она не поверила, что у меня фобия, – выпалила быстро, скрывать, что здесь произошло, я не собираюсь.
Мужчина издал рык, схватил мою руку, поцеловал в ладошку.
– Прости малышка, теперь я и на секунду не оставлю тебя одну, – и взгляд полный вины.
– Да, как можно бояться врачей?! – возмущённо донеслось от медсестры.
Тимофей медленно перевёл на неё взгляд, также медленно поднялся с моей кровати. С грацией хищника подошёл к девушке, я же затаила дыхание. Он же не ударит её? Или ударит? Уже хотела подняться с постели, как по палате разнёсся голос мужчины.
– Скажи ка мне, – Тимофей пальцами подцепил бейджик на груду девушки, – Ирина, – прочитал её имя, – чего ты боишься больше всего на свете? – нависая над медсестрой, спросил мужчина.
– П-пауков, – ответила девушка, заикаясь, прямо, как я пару минут назад.
– А, что с тобой будет, если я посажу тебя в комнату, которая кишит этими милыми созданиями? – задал следующий вопрос.
– Я… – запнулась медсестра.
Наверное, она представила эту картину, потому, как стала стремительно бледнеть.
– А я знаю, у тебя случится паническая атака, мне продолжать дальше? – склонив голову набок, поинтересовался мужчина.
– Нет, – завертела головой медсестра.
– А что так? Страшно стало? Можешь не отвечать и так вижу, что боишься. Так вот запомни, раз и навсегда. Моя девушка боится тёть и дядь в белых халатах, и если она сказала, что ей страшно, значит ей страшно. И впредь, если меня нет рядом с Анютой, в палату не входить, ослушаешься, я тебе ноги повырываю, поняла меня? – девушка закивала головой словно болванчик, – и остальных предупреди, а теперь бегом за другой медсестрой, – зарычал Тимофей на последних словах.
Речь мужчины настолько поразила меня, что я не могла, пошевелиться, смотря на него с открытым ртом. За меня из мужчин кроме папы и Мишки, больше никто так не заступался, даже Алексей.
Медсестру, что ветром сдуло. Мужчина повернулся в мою сторону, и нахмурил брови.
– Анют? Я напугал тебя? – осторожно стал подходить к постели.
– Нет, – ответила, отмирая.
– Точно? – присел на край кровати.
– Точно, просто я не ожидала, что ты так кинешься заступаться за меня, – призналась мужчине.
– Иди сюда моя трусишка, – распахнул свои руки для объятия, подошёл к кровати, а у меня вся злость на мужчину пропала, за его поцелуй без спроса.
Недолго думая нырнула в кольцо его крепких рук.
Глава 8
ТИМ
– Тоха! Если ты сейчас не заткнёшься, я отправлю к тебе Бронислава, он быстро приведёт тебя в чувства! – рычу на друга, скосив взгляд на спящую Анюту.
– Мен-ня Б-броня не тронет, – сквозь смех произносит парень.
– Если я прикажу, то он тебя ещё и закопает, в ближайшем лесочке, – очень тихо говорю в микрофон.
Новый взрыв смеха почти оглушает меня, отдёргиваю телефон от уха, сжимаю зубы до скрежета, лучше бы я обратился к Нику, думаю про себя, направляюсь на выход из палаты. Кинул взгляд на Анюту, малышка уснула сразу после капельницы, а вот я никак не могу успокоиться, злость на медсестру всё ещё кипит во мне.
Вышел в коридор, плотно прикрыл за собой дверь палаты. Встал рядом с ней, спиной облокотился на стену.
– Друг… Т-ты ещё здесь? – донеслось из динамика похрюкивание парня.
– Харе ржать! Лучше сделай, что я тебя попросил, – гаркнул в ответ.
На той стороне образовалась тишина, следом покашливание, и несколько глубоких вздохов, кажется, Тоха брал себя в руки.
– Конечно сделаю, без проблем, – голос стал более-менее серьёзным, сразу бы так!
– Мне нужно доставить всё необходимое уже сегодня, – предупреждаю друга.
– А пижамку в клеточку, или в полосочку?
– В горошек б..дь! – ору на весь коридор, довёл!
В динамике снова слышится хохот. Сука! Лучше бы Брониславу приказал купить эту чёртову пижаму. А во всем виновата малышка, что крепко спит сейчас в палате. Надо же такое придумать?! Сама же трясётся, как осиновый листочек при виде врачей, и тут же ставит мне условие моего ночного нахождения вместе с ней в палате!
