«– Я согласна на твою ночёвку здесь, только при одном условии! Ты будешь спать в пижаме! В штанах, и кофте с длинным рукавом!». Вот такое вот условие поставила малышка. Во избежание подколов от Бронислава, обратился к Тохе, и сразу об этом пожалел! Друг оказался хуже моего безопасника.
– Ч-через час подвезу, – продолжая дико хохотать, произнёс друг и отключился.
Вот гадство! Открыл дверь, зашёл обратно в палату, снял пиджак, повесил его на спинку стула. Кровать в vip палате большая, на ней легко поместятся три человека, а нам на двоих и вовсе за глаза. Аккуратно, чтобы не разбудить девушку, прилёг рядом, стал рассматривать её личико.
Пушистые ресницы подрагивают во сне, под глазами болезненные тёмные круги, само лицо бледное, а вот щёки отдают румянцем. Протянул руку, положил ладонь на её маленький лобик. Его кожа опалила мою ладонь. Резко оторвал руку, приподнялся с постели, на столе взял электронный термометр, вернулся обратно на кровать.
– Анют, маленькая, давай измеряем температуру, – тихонько стал будить девушку.
В ответ получил неразборчивое бормотание.
– Аня? – громче позвал малышку.
– Ммм? – сонно отозвалась голубоглазка.
– Нужно измерить температуру, ты очень горячая, – произнеся последнее слово, подумал, как двояко оно звучит.
Пах свело судорогой, чуть пополам не согнулся.
– Хочу, – доносится от малышки, а я замираю, сглатываю слюну, которой наполнился мой рот, – пить, – продолжает свою речь, опуская меня с небес на землю.
Чёрт! Чёрт! Чёрт! Как? Как мне выдержать, когда мой мозг активно рисует позы из Камасутры, с участием Анюты.
– Сейчас маленькая, – беру себя в руки.
Снова встаю с постели, беру со стола бутылочку воды, возвращаюсь обратно.
– Давай я тебе помогу, – говорю девушки, а руки уже приподнимают её голову за затылок.
Подношу горлышко бутылки к её алым губам, Анюта приоткрывает их, прислонившись к пластмассе. Вода из бутылки попадает в её ротик, малышка делает глоток, прикрывая губки, в этот момент я не успеваю убрать бутылку. Вода тонкой струйкой течёт по её подбородку вниз по тонкой шейке, капелькой скатываясь в ложбинку между грудей. Мой взгляд жадно скользит вместе с пролитой водой, когда капелька прячется от меня за тканью футболки, из горла вырывается стон разочарования.
– Ещё, – говорит Анюта, возвращая меня в реальность.
Стискиваю зубы, снова подношу к её губам горлышко бутылки, стараюсь смотреть её в глаза, боюсь опустить взгляд, ещё одного такого пируэта я не вынесу, могу сорваться и наброситься голодным зверем на мою больную Анюту.
– Спасибо, – шепчет голубоглазка, откидывает голову на подушку.
– Давай измерим температуру, – говорю, и протягиваю её термометр.
Как только девушка ставит градусник, встаю с постели, направляюсь на пост к медсестре. Я уже понял, что у Анюты высокая температура, без жаропонижающих не обойтись. Чёрт! Прикрываю руками своё возбуждение, подхожу к посту. Говорю, что у Ани поднялась температура, и ей необходимо лекарство. Женщина лет пятидесяти кивает головой, что-то записывает.
– Готовьте девушку к уколу, я подойду через пару минут, – говорит женщина.
– Как готовить? – спрашиваю без всяких мыслей.
– Попочку оголяйте и ждите меня, – улыбается женщина.
Мой громкий и протяжный стон разносится по всему коридору.
Иду обратно в палату, в голове гулом повторяются слова медсестры «– Попочку оголяйте и ждите меня».
– Рррр, – вырывается из горла, – где я б..ть так нагрешил? Сука! Я же сорвусь! – говорю в голос, подходя к палате.
Рывком распахиваю дверь, делаю шаг через порог, застываю. Анюта лежит с закрытыми глазами. Розовые щёки и губы сильно выделяются на фоне бледного лица. Скольжу взглядом по её телу. Грудь, что прикрыта тонким пледом, тяжело поднимается и опускается, её руки находятся на её животе. Сглатываю тягучую слюну, опускаю голову вниз. «Лежать!» мысленно кричу на стоящий колом детородный орган.
Не слушается! Он живет отдельной жизнью рядом с голубоглазкой. Хочется завыть в голос.
– Тим, – тихий голос Анюты.
Вскидываю голову, смотрю на девушку, она держит термометр, делаю несколько широких шагов, оказываюсь рядом с постелью, присаживаюсь на край, забираю градусник, смотрю результат. Я не ошибся, температура высокая, значит, без укола точно не обойтись.
– Сейчас придет медсестра, – говорю осторожно, беру горячую ладошку Ани в свою руку.
– Зачем? – в глазах сразу появляется страх.
– Анют, температура сильно высокая, нужно её сбить и чем быстрее, тем лучше…
– Укол? – перебивает дрожащими губами.
Прикусываю нижнюю губу, киваю в ответ. Малышка громко и надрывно вздыхает.
– Ну ты же меня одну не оставишь? – так жалобно, что сердце сжимается.
– Не оставлю, – шепчу, наклоняюсь к ней, и не сдерживаюсь, слегка касаюсь её горячих губ своими.
Моё тело пробивает разряд тока, внутри всё завязывается в тугой узел. Отрываюсь от губ, смотрю в голубые глаза с туманной поволокой, жду гневной тирады от девушки, но её нет, видимо малышке совсем плохо.
– Ты сможешь…, – спазм сжимает гортань, – сама приспустить шортики? – прокашливаюсь, договариваю вопрос.
В ответ слабый кивок головой. Судорожно выдыхаю, внутренне радуюсь, что мне не придётся этого делать самому. Но радость моя исчезает так же быстро, как и появилась.
– Вы ещё не готовы? Молодой человек, быстро помогите своей девушке, – в палату заходит медсестра, – милочка, а вы на животик, и глазки свои закройте, а-то не дай бог, ещё в обморок грохнетесь, – тараторит женщина, в секунду оказывается рядом со столом, ставит на него железный поднос со шприцом и тремя ампулами с лекарством.
Пи…ц! Ору про себя, и смотрю на широко распахнутые глаза Анюты. И в них сейчас далеко не страх, в них предупреждение «УБЬЮ! ТОЛЬКО ПОСМЕЙ МЕНЯ РАЗДЕТЬ!»
– Я не буду смотреть, только помогу, – шёпотом даю обещание, вот только не пойму, кому из нас двоих?
– Да, что же это такое? Девушка! Носом в подушку! – прикрикивает женщина, но в её голосе нет злости, зато в глазах прыгают черти.
Кажется, моё состояние заметили! Оно и не удивительно! Мою ширинку скоро разорвёт от выпирающего бугра.
– Анют, – зову девушку, – всё будет хорошо, верь мне, – говорю малышке.
Девушка кидает на медсестру пугливый взгляд, и начинает переворачиваться на животик.
– Молодой человек, пересядьте вот сюда, – медсестра указывает, чтобы я сел к изголовью кровати, – спускайте шортики, и держите крепко её бёдра, – её слова, словно обухом топора бьют по голове, – знаю я вашу проблему с фобией, не дай бог начнёт дергаться, так можно и иголку сломать, – продолжает женщина.
Впиваюсь убийственным взглядом в медсестру. Я понимаю, что она прекрасно видит моё состояние, но та даже бровью не ведёт. Это, что месть за её сотрудницу отчитанную мной? Ну, сука! Вы у меня ещё попляшете!
Анюта лежит тихо, даже не шевелится. Аккуратно стягиваю с неё плед, оставляю прикрытыми голые ноги. Подпрыгивающими пальцами дотрагиваюсь до оголённого участка поясницы малышки, отчего мы одновременно вздрагиваем. Сжимаю зубы, игнорирую пульсацию в паху, поддеваю резинки пижамных шортиков и трусиков, медленно тащу их вниз. Сглатываю, и задерживаю дыхание.
Мышцы сводит судорогой от вида голой аппетитной попки Анюты, мысленно убиваю медсестру, что стоит и терпеливо ждёт, когда я уберу руки. А я! Я не могу их убрать сука!
– Молодой человек! Фиксируйте тело девушки! Ручки на бёдра, и навалитесь на неё сверху, только смотрите не придавите её, – выводит меня из ступора весёлый голос женщины.
В голове загорается красная лампочка. Усердно мигает надписью «ОПАСНО!». А следом картинка, как брату кололи обезболивающие в ногу. С утробным рычанием, возвращаю вещи на место, прячу от своих глаз, самую прекрасную попку в мире. Подхватываю Анюту, укладываю не чего не понимающею девушку на руки, прижимаю его голову к своей груди, отбрасываю плед в сторону.
– Колите в ногу! – цежу сквозь зубы медсестре, та в ответ усмехается.
Точно сука мстит!
Впервые в жизни почувствовал себя «Оловянным солдатиком». Одновременно счастливым и в тоже время несчастным «Оловянным солдатиком». Вы даже представить себе не можете, какого провести ночь в одной постели с очаровательной девушкой, и ни разу к ней не прикоснуться! Смотреть, дышать её запахом, протягивать и следом одёргивать свою руку. Это чистой воды издевательство самим над собой.
Но я готов даже на полу спать, только быть рядом, и заслужить доверие голубоглазки. Смог уснуть только к середине ночи, и то, когда Аня закинула на меня свою ножку во сне. Я смухлевал, убрал преграду в виде двух подушек, между нами, надеясь, что малышка не проснётся и не придушит меня своими ручками.
Проснувшись утром раньше Анюты, положил подушки обратно, словно они всю ночь были на месте. На часах было семь утра, поднялся с постели, направился в душ, прихватив спортивные штаны и футболку. Вчера Бронислав привёз мои вещи из дома, а Тоха пижаму. Как я его не прибил в коридоре больницы, знает только бог. Этот сукин сын решил поиздеваться надо мной. Мой рык и гогот друга стояли на весь этаж.
Зато пижама понравилась Анюте, у неё прям, глазки загорелись, только из-за этого не стал переодеваться.
«– Какая прелесть!». Хриплым голосом радостно произнесла Анюта, увидев меня в этом безобразии перед сном. Я целых полчаса настраивался в ванной комнате, чтобы надеть на себя покупку друга. Это даже не пижама, это комбинезон голубого цвета с мордашками панды.
Привёл себя в порядок, надел домашние шмотки, уже представил, как буду кормить Анюту завтраком, который должен подвезти Бронислав с минуты на минуту, вышел из ванной комнаты, и застыл на пороге.
– Убрал от неё руки! – прорычал тихо, чтобы не разбудить малышку.
На постели около Анюты сидел мужчина, он гладил малышку по бледной щёчке. Лица я его не видел, только спину. Незваный гость, медленно поднялся на ноги, и только после этого повернулся ко мне. Я же увидев посетителя, чуть воздухом не подавился.
– Я конечно рад, что за мою малышку так рьяно заступаются, но я буду решать сам, когда прикасаться к своей дочери, молодой человек, – произнёс холодно Королёв.
Отца малышке я не ожидал увидеть так быстро, не то, чтобы я против знакомства с родителями Анюты. Напротив только за! И не важно, что мы знакомы несколько дней, я чувствую, что она моя! Та самая единственная! Готов горы свернуть, но добиться её.
– Извинятся не стану, Владислав Иванович, я не знал, что вы приедете так рано. Тимофей Горский, – представился на всякий случай, протянул раскрытую ладонь, отцу Ани.
– Я в курсе, что ты Горский, так же, как и ты в курсе кто я такой, – протянул руку в ответ, – только вот объясните мне Тимофей Владимирович, что вы делаете в палате моей дочери, и как она вообще здесь оказалась? – мужчина не спешил отпускать мою руку, стало понятно, проверяет мою выдержку.
– Давайте выйдем в коридор, не будем будить Анюту, у неё есть ещё полчаса на сон, – предложил Королёву.
Мужчина прищурился, слегка склонил голову в бок.
– Ну что же, пойдёмте, молодой человек, – произносит тихо, и кидает быстрый взгляд на спящую Анюту.
Выхожу в коридор первым, отец малышки следует за мной, тихо прикрывает дверь палаты. Оба отходим к окну.
– Я слушаю вас молодой человек, – тон голоса холодный.
Бизнес у Королёва сильный, хорошо поставлен на ноги, так что передо мной стоит не абы какой человек. Я не обращаю внимания на его командные нотки в голосе, прекрасно понимаю, человек привык командовать, сам такой же.
– Юлить и обманывать не стану, – начал говорить, смотря прямо в глаза мужчине, – мы с Анютой знакомы всего несколько дней, – брови Королёва приподнялись, мужчина явно удивлён.
Дальше я рассказал, как малышка спасла жизнь Арине. Также в подробностях рассказал наше знакомство. По парня бывшего тоже не стал утаивать, рассказал ему всё, что смог нарыть Бронислав на этого гадёныша. Ну и конечно, как мы оказались здесь, и почему я нахожусь рядом.
Мужчина грязно матерился на бывшего Анюты, Королёв был в гневе, попросил доставить мразь к нему в один из офисов, на что я не смог возразить, как бы я не хотел ещё повоспитывать эту тварь, Королёв тоже имеет право отомстить за дочь.
– Владислав Иванович, несмотря на то, что мы с Анютой очень мало знакомы. У меня на вашу дочь серьёзные планы…
– В зятья набиваешься? – перебил меня мужчина.
– Набиваюсь, – кивнул головой, – а ещё нуждаюсь в вашей поддержке, – решил сыграть грязно, но возможно очень эффективно.
Мужчина усмехнулся, посмотрел на закрытую дверь палаты.
– Она очень упёртая Тимофей, если, что задумала, то переубедить будет сложно, а как я понимаю, тебя она держит на вытянутую руку, и только её фобия позволяет быть тебе рядом с ней, – мужчина быстро просчитал ситуацию.
В ответ кивнул.
– Могу сказать одно, я не стану тебе мешать добиваться её, поддержку окажу, если увижу, что она сама к тебе потянется, но при этом её упрямство будет ей мешать принять тебя. И это наступит нескоро, – произнёс мужчина с загадочной улыбкой.
– Может подскажете, как сократить это «нескоро»? – с надеждой спросил будущего тестя, он им обязательно станет, и не важно через сколько.
– Ты хочешь лишить старика возможности понаблюдать за вашим противостоянием?
– Ну какой же вы старик! – возразил мужчине.
Ответить мужчина не успел, я сорвался с места, так как увидел, как медсестра нырнула в палату к Анюте. Королёв последовал за мной.
Глава 9
АНЯ
Сквозь сон слышу приглушённый голос Тимофея, мужчина кого-то отчитывает с рычанием в голосе. Скорее всего, он разговаривает по телефону, решаю я, и вновь уплываю в сон, но он рассеивается, стоит мне услышать покашливание, и оно такое знакомое, родное. Распахиваю глазу, и сонным взглядом упираюсь в мужчину.
Папа стоит в дверном проёме, облокотившись о косяк плечом, руки сложены на груди, его взгляд устремлён на Тимофея и медсестру. Женщина, что вчера ставила мне укол от температуры, волком смотрит на Тима. Мужчина, что-то рычит, нависая над ней, он уже не в милой пижаме, переоделся. И я надеюсь, он успел это сделать до прихода папы.
В голове возникает вопросы. Как папа позволил Тимофею остаться здесь? И как Тим объяснил своё нахождение в одной палате со мной?
– Пап, – зову охрипло.
Горло уже не болит, а вот голос продолжает хрипеть.
Отец услышав меня, быстро оказывается рядом. Тимофей тоже, переводит взгляд в мою сторону и его губы трогает мягкая улыбка, не осознано улыбаюсь в ответ.
– Привет моя девочка, – произносит папа, целуя меня в щёку.
– Привет, – целую в ответ.
– Доброе утро Анют, – обращается ко мне Тимофей.
– Доброе, – отвечаю, и смотрю, как медсестра медленно движется к выходу.
Убегает, думаю про себя.
– Как ты себя чувствуешь? – вопрос от Тима.
– Лучше, спасибо, – отвечаю мужчине, – пап, а мама тоже здесь? – обращаюсь к отцу.
– Нет, она дома, к тебе приедет после обеда, готовит отвар, и твой любимый пирог с вишней, – с улыбкой отвечает родитель.
– Кх, – покашливает Тимофей, привлекая к себе внимание, – спущусь вниз, там Бронислав завтрак привез. Владислав Иванович не уходите, пока я не вернусь, – говорит Тим, и дождавшись согласного кивка от папы, покидает палату.
Стоило Горскому покинуть палату, как папа взял меня в оборот. Отчитал за то, что я не рассказала про Алексея. След от удара на лице не прошёл, папа багровел, смотря на него, я видела, как сильно он злится, а также видела в его взгляде обещание оторвать голову предатели и обидчику.
– Что у тебя с Тимофеем? – задал вопрос мужчина, со странным блеском в глазах.
– Ничего, – поспешила с ответом.
– Совсем-совсем ничего? – приподнял одну бровь.
– Нет, – покачала головой.
– А, как тогда ты позволила ему, запихнуть себя сюда, да к тому же разрешила остаться?
– Вот именно, что запихнул! Как варвар схватил и привёз сюда, хорошо, что не оставил одну, а то моя фобия вогнала бы меня в гроб.
– Что даже не нравится? – с весёлыми искорками в глазах, спросил отец.
Присмотрелась к мужчине, сидит весь такой заинтересованный, ждёт моего ответа.
– Нет, – отвечаю, и отвожу глаза.
– Ну-ну, – смеётся отец, поднимаясь с постели, – не советую долго мариновать, а то можешь и в ЗАГСе оказаться, точно так же, как и здесь, – говорит папа, подходя к окну.
– Пап, что ты имеешь в виду? – хмуро смотрю в сторону отца.
– Не обращай внимания, так мысли вслух, – поворачивается ко мне.
Уже хочу придраться к сказанному, но не успеваю, в палату заходит объект разговора с двумя большими пакетами.
– Владислав Иванович, присоединитесь к нам? – спрашивает моего папу, кивает на пакеты.
– С удовольствием Тимофей, дома не успел даже кофе попить, – отвечает отец, широким шагом подходит к столу, и перемещает его к кровати.
Смотрю на мужчин округлившимися глазами. Они шустро в четыре руки разбирают пакеты, ставя содержимое на стол. А ещё больше меня поражает поведение отца. С Алексеем он себя так не вёл.
– Анют, – зовёт меня Тимофей, – там в ванной новая зубная щётка, полотенце, и всякие женские штучки для умывания, так, что иди, умывайся, чисти зубки, и будем завтракать, – мягко командует мужчина.
Глупо хлопаю ресницами.
– Ты чего застыла? Давай-давай милая, – подгоняет меня отец.
– Хорошо, – отвечаю, начинаю подниматься с постели, – можно я быстро душ приму?
– Нет! – получаю два одновременных отказа.
Стоят оба хмурые, сверлят строгим взглядом, словно я из окна собралась прыгать.
– Нет, так нет, – пожимаю плечами, встаю с постели, обуваю тапочки, и плетусь в ванную комнату.
– У тебя десять минут, – летит мне в спину от Тимофея.
Торможу, поворачиваюсь в его сторону, награждаю убийственным взглядом, в ответ получаю ослепительную улыбку.
– Время Анюта-а-а, – тянет гад, и отворачивается к столу.
– Па-а-ап, – зову отца.
Мужчина поднимает на меня взгляд, и спрашивает без слов «– Что такое дочка?». И я понимаю, что эти двое спелись. Резко разворачиваюсь, и захожу в ванную, хлопаю дверью. Подхожу к раковине, смотрю на свое отражение в зеркале.
– Ну Тимофей, ну гад! Ну ничего, дай мне только сил набраться, я тебе покажу, где раки зимуют! – бурчу себе под нос, открываю горячею воду.
– А я, говорю, НЕТ! – рычу на мужчину.
Стоит, смотрит – сверкая своими глазищами.
– А я, сказал, ДА! – в тон мне возражает Тимофей, скалой нависает надо мной.
Мы уже полчаса ведём дебаты, по поводу того, как я буду добираться до дома. Меня сегодня выписывают, чему я очень рада. Когда врач на обходе сообщил мне радостную весть, я чуть не прыгнула к нему на шею, хотелось расцеловать мужчину, но моя фобия удержала меня от такого поступка.
В этих стенах я провела десять дней. Что только не происходило за это время в моей палате. Как только мне стало легче, я начала мстить этому узурпатору, который с непонятной радости заявил, что я уже стала его девушкой, следом я стану его невестой, а в конце вообще ЖЕНОЙ!!! Такую «радостную» новость он сообщил мне на четвёртый день моего пребывания в больнице, именно тогда-то мне и стало легче.
Вот в тот-то день, этот самоуверенный нахал и получил от меня. Нервы мои сдали просто на-проста! В мужчину летело всё, что попадало мне под руку. Журналы, книга, подушки, тапочки, фрукты, вот последнее очень метко попадало в цель. Когда мой снаряд под названием «яблоко» попал Тимофею в стратегическое место, и мужчина согнулся пополам, прекратив хохотать, кинулась к мужчине, чтобы помочь ему переместиться на постель. Я если честно испугалось.
Но вот, когда я ему помогла, и уже хотела отойти от него, этот изверг, схватил меня за запястье, рывком дёрнул на себя. На ногах я, конечно, не устояла, завалилась на мужчину, попав в крепкий захват его рук, и не только рук, но и наглых, мягких, и очень вкусных зараза губ! Поначалу вырывалась, пыталась его укусить, но когда мужчина зарылся своими пальцами в моих волосах на затылке и стал слегка массировать кожу головы, я поплыла, от всего и сразу.
В чувство меня привёл упирающийся в мой живот, огромного размера мужской орган «любви». Наверное, если бы была девственницей и не жила бы два года с Алексеем, то бежала бы я из палаты с громким воплем «ПОМОГИТЕ». Разорвала поцелуй, ладонями упёрлась в грудь мужчины и со словами «вижу, что с твоим дружком всё хорошо», сползла с Тимофея под его разочарованный стон, скрылась в ванной.
Просидела я там не меньше часа, успокаивала сама себя. Ну, что сказать, завёл меня мужчина своими ласками, вот и утихомиривала взбудораженные гормоны. Когда вышла из ванной, то очень удивилась, мужчины в палате не было. Вернулся Тимофей ближе к восьми часам вечера. Я уже была в постели, когда Тим присел на край кровати, и тихим шёпотом признался, что я очень нравлюсь ему, и он готов даже на мне жениться. Я ничего не ответила, отвернулась к стенке, прикрыла глаза в надежде заснуть до утра. Да вот только сон мой с того дня стал плохим.
Меня разрывали два противоречивых друг другу чувства. Мне хотелось, оказаться, чем дальше, тем лучше от этого мужчины, и в тоже время кинуться к нему в объятия, получить кучу ласки и удовольствия. Вот ночами я и мучилась, пока этот узурпатор спал рядом на второй половине кровати. Испытывать боль предательства и разочарования в людях я больше не хотела, это меня и сдерживало.
На следующий день мужчина проснулся в приподнятом настроении, поцеловал меня сонную в губы, и скрылся за дверь в ванной. Я же пыхтела ёжиком, умоляла оставить меня одну, даже позвонила папе, и попросила забрать меня, но когда получила твёрдый отказ, поняла, терпеть мне этого хама до самой выписке.
Этот нахал умудрялся целовать меня, пока я была либо сонная, либо лежащая под капельницей. Один раз я спихнула якобы спящего Тимофея с постели. Этот наглец, решил, что я сплю, и убрав подушки, которые лежали между нами, придвинулся вплотную, обнял меня своими лапищами, и самое наглое потёрся о мою попу своим орудием. Спать обратно в кровать я его в ту ночь не пустила, лежала и слушала возмущённый бубнёж мужчины, и радовалась маленькой победе.
– Анют, маленькая, ну вот скажи мне, зачем тебе это такси, когда есть я? – Тимофей сменил гнев на милость, чем снова сбил меня с воинственного настроя.
А я так старалась высвободится из-под его присмотра. Ругалась, кричала тут на всю больницу опозорила себя, хотя на последнее мне наплевать. Тяжело вздохнув, кивнула головой, соглашаясь.
– Ну вот и славненько, девочка моя, – расплылся в довольной улыбке, этот гад!
Захныкала в голос, поплелась собирать вещи, но путь мой был недолгим, уже через секунду была захвачена в плен мужчины.
– Обожаю, когда ты такая милая, – прорычал Тим, впиваясь в мои губы.
Я даже отбиваться не стала, но пообещала себе, что это был последний раз. Больше я с этим мужчиной никогда не встречусь.
Глава 10
ТИМ
– Ты когда приедешь? – спрашивает брат.
Задумываюсь над вопросом. Жутко хочется увидеть мелкого, посмотреть на его достижения, порадоваться за него, увидеть родителей… но! Тогда мне придётся на неделю покинуть Москву, а это значит отменить все свои планы в сторону Анюты.
Эта голубоглазая заразка, не отвечает на мои звонки со вчерашнего вечера. Она меня вчера даже на порог своей квартиры не пустила, а если быть точнее, захлопнула дверь перед моим носом. Её выходка не разозлила, нет, наоборот я смеялся на весь этаж. Я с лёгкостью мог попасть в её жильё, пока мы лежали в больницы, я сделал дубликат её ключей от квартиры, но делать этого не стал. А вот сейчас жалею об этом.
– Брат, ты куда пропал? – доносится голос Юрка из динамика телефона.
– Здесь я, когда приеду не знаю, вы там не обижайтесь, мне сейчас реально некогда, – отвечаю брату.
– Странный ты какой-то, – задумчиво произносит брат.
«Странный»! Усмехаюсь, скорее всего, меня сейчас таким и видят окружающие люди. И сделала меня таким одна очень упрямая малышка. Персонал ресторана встречал меня сегодня удивлёнными глазами. Улыбающегося босса они зрят очень и очень редко, можно сказать два раза в год. На новогоднем корпоративе, и в день восьмого марта, когда сам лично поздравляю сотрудников.
Хоть Анюта и не отвечала на мои звонки, улыбка не сходила с моего лица. Маленькая упрямица поплыла, я это видел, чувствовал, когда она с трепетом отвечала на мои поцелуи и ласки. Её тихие стоны мне в губы, вибрацией отдавались по всему телу. Ужасно хотелось большего, но я не переходил грань дозволенного, прекрасно понимаю, что только сделай шаг в том направлении, и Анюта оттолкнёт, закроется и больше не подпустит. От воспоминаний наших невинных ласк, в паху вновь заломило.
– Нормальный я, – ответил сквозь зубы.
Неудовлетворения сильно бьёт в голову.
– Оно и видно, был бы «нормальным» не рычал бы сейчас на меня. Колись, давай, – наседает младший.
Уже хочу послать брата, но вспоминаю одну вещь. У Юрка есть девушка, практически жена, и вот она в своё время тоже держала брата на расстоянии, и ему приходилось добиваться своей любимой. Может если расскажу он поможет мне, поделится, как ему удалось заполучить свою крошку.
– Я нашёл ту самую, единственную, – говорю брату.
– Ооо как! Поздравляю! – с радостью в голосе произносит Юрок.
– Рано пока поздравлять, малышка с характером, упрямая, но безумно красивая…
– Ты хочешь сказать, что она не повелась на твоё обаяние? – перебивает меня собеседник, в его голосе уже появились нотки веселья.
– Да в том-то и дело, что повелась, да только толку от этого никакого. Мороженым тает в моих руках, и следом айсберг врубает, – жалуюсь брату, в надежде получить помощь, как быстрее заполучит расположение малышки.
– Знакомая ситуация, – вздыхает брат, – ты знаешь Тим, кажется, нас с тобой прокляли, – хохочет Юрок, – ты случайно ведьму, никакую не обежал?
Не ожидал услышать такое от брата, даже задумался на пару секунд.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
