Василий Донской "На границе света и тени 3"

Капитан Чернышёв становится двойным агентом. ЦРУ устраивает ему проверку на детекторе лжи. Тщательно подготовленная операция помогает завербовать агента ЦРУ Джеймса Кларка. Совместная работа двух двойных агентов их сближает. Резидент ЦРУ вынужден отправить обоих в Нью-Йорк. Попав под наблюдение ЦРУ, им удаётся уйти от подозрений.Главарь ОПГ Стасик, совершает покушение на Джеймса Кларка, который едва не погибает в автокатастрофе. Павел понимает, что покушение готовилось на него, а Джеймс попал в автокатастрофу случайно по ошибке бандитов.

date_range Год издания :

foundation Издательство :Автор

person Автор :

workspaces ISBN :

child_care Возрастное ограничение : 16

update Дата обновления : 30.08.2023


И тут генералов прорвало. Вопросы и предложения посыпались градом, так что совещание затянулось ещё на три часа.

– Итак, распределим задачи, – стал подытоживать Бахметьев. – Генерал Сергеев: факты получения и передачи материалов, а для этого подготовить нашего сотрудника Пчёлку к скрытой съёмке микрофотокамерой, хватит ей там только мешки с мусором таскать. Этим делом пусть займётся Янус, он её и подстрахует. Генерал Красовский: факты появления статей по материалам Джеймса Кларка в издательстве «Нью-Йорк таймс» и их анализ на предмет идентичности полученной резидентом Миленски информации, а также получения гонораров и факт регистрации псевдонима. А вас, генерал Черемулин, я попрошу проследить маршрут, по которому он передаёт эти самые материалы. Надеюсь, двух недель нам хватит? Если будете готовы раньше, милости прошу.

Глава 5. Операция «Мышеловка»

– Не вам диктовать мне условия, – огрызнулся Джеймс Кларк. – А эту бумажку можете использовать сказать где? Эта расписка не имеет никакой юридической силы, и вы это прекрасно знаете.

В ответ на это Павел включил диктофонную запись их беседы.

– Ну и что? Я провоцировал вас на раскрытие ваших агентов. Это был провокационный ход, чтобы вы их засветили, проводя расследование моего ограбления.

– Да, кодекс чести у вас на высоте. Ладно, считайте, ваша взяла.

– Не обижайся, Майкл. Ваши бандиты развели меня, а я – вас. Мы квиты.

– Лично я вас не разводил и за шпану из подворотни не отвечаю. Вы сами лопухнулись. Так что на счёт «квиты» – это перебор, Джеймс. Я не люблю быть в долгу, и теперь дело за мной, чтобы мы действительно были квиты.

– Да бросьте, что вы можете? Успокойтесь и продолжайте работать как работали. А то – штатный корреспондент «Нью-Йорк таймс»! Вы что, акула пера? Слишком большие у вас амбиции. Вы знаете, сколько мне потребовалось сил, времени и денег, чтобы попасть туда? Да и без ЦРУ это вряд ли бы получилось.

– Ладно, Джеймс, живите тоже спокойно, но знайте: я вам этого не прощу. Больше всего на свете я не люблю, когда меня обманывают, особенно так нагло, как вы! Вы бесчестный человек, потому что дали слово джентльмена и не сдержали его.

– Слово джентльмена? Да, я джентльмен, а вы кто? Слово твёрдым может быть между джентльменами, а вы кто такой? Не зарывайтесь, Майкл, и помните, кто от кого зависит. Вы у нас в руках, а не наоборот. Так что засуньте вашу честь в одно место и продолжайте молча исполнять то, что я вам поручу. Я ваш босс, а не наоборот. Вам понятно?

– Да, сэр! – насмешливо ответил Павел.

Москва, Лубянка. Кабинет заместителя директора КГБ

– Итак, коллеги, вижу, мы с вами поработали плодотворно, – обратился заместитель директора КГБ к генералам Сергееву, Красовскому и Черемулину. Скажите, что не удалось и в чём были трудности. Начнём с вас, Виталий Викторович.

– Павел подготовил Пчёлку к выполнению задания и снабдил её микрофотокамерой. Он и сам бы мог снимать объекты. С его опытом у него, может, и лучше бы получилось, но для этого нужно было выжидать моменты, а значит, подолгу находиться в офисе резидента Миленски. А он туда заходил утром скоординировать свои действия на день и иногда вечером, а также когда хотел встретиться с Джеймсом Кларком. Хотя ему не воспрещалось заходить туда между прочим, чтобы обсудить некоторые новости. Так вот, он в это время и сориентировал Пчёлку на интересующие нас объекты. Снимки получились очень интересные, посмотрите, – он выложил на стол девять фотографий.

– Да, «фотосессия» прошла успешно, – подтвердил генерал Бахметьев, – хороший ракурс. А вы, Иван Милентьевич, чем нас порадуете?

– У нас тоже кое-что есть. Очень интересная личность этот Джеймс. Он вполне оправдывает назначение агента ЦРУ и звание прагматичного янки. Как у нас говорят, ласковый телёнок двух маток сосёт, – так и он успевает питаться от двух источников и причём вполне законно. Чего не скажешь насчёт использования секретных материалов. Редактор давно с ним в сговоре. Всю информацию у себя в «Нью-Йорк таймс» он публиковать не может, так как это сразу может вызвать подозрение у ФБР. Вот он самый цимус оставляет себе, а остальной материал делит на части и рассылает по другим издательствам, таким как «Вашингтон пост», «Дейли ньюс», «Нью-Йорк пост», «Чикаго трибюн» и другие, за хорошие гонорары. Ещё, если информация особо важная, часть её он отправляет на торговые биржи большим игрокам теневого бизнеса, опять же за хорошие дивиденды. Соответственно, и наш герой в накладе не остаётся. Пишет он свои статьи под псевдонимом Robert Prospector – Роберт Старатель, – в реестре ISNI имя идентифицировано с Джеймсом Кларком. А как агент разведки, по картотеке ЦРУ, Джеймс Кларк имеет псевдоним Fox – Лис.

– Генерал Черемулин, теперь вы, – обратился Бахметьев к представителю ГРУ.

– Приняв во внимание секретность передаваемых материалов и возможности самого объекта разработки, мы пришли к выводу, что единственным каналом их передачи может быть только курьерская почта, – начал свой доклад генерал ГРУ. – Судите сами: по телефону их не передашь, по факсу тоже, так как факсимильная связь имеется в офисе консула. Не с голубями же он их передаёт, в конце концов? Да вот эти фотографии, которые лежат у вас на столе, это и подтверждают. Дипкурьер неофициально их принимает и везёт с дипломатической почтой в США. В Нью-Йорке прямо из аэропорта имени Джона Кеннеди он отправляет материал с почтовым курьером в «Нью-Йорк таймс». По телефону он получает подтверждение от секретаря редактора, вот и всё.

– Отлично, коллеги! Теперь вопрос ко всем: можно ли, располагая таким компроматом, завербовать Джеймса Кларка?

– Друзья, – вступил в разговор генерал Красовский, – есть ещё один нюанс. Аргументация Кларка о том, что он своими действиями хотел дискредитировать Януса, абсолютно беспочвенна, потому что он, не подписав никаких документов на сотрудничество, не является официально их агентом. Это раз, а во-вторых, на такого рода действия должна быть получена санкция руководства Джеймса Кларка. Но её не могло быть по определению. Сам он такой запрос подать не мог, а соответственно, и её получить он должен был только через резидента. А огласки перед резидентом он боится больше всего. Стало быть, всё это блеф и никакой защитной аргументации у него нет.

– Ну что ж, коллеги, я вижу, у нас созрело общее мнение предоставить санкцию сотруднику Янусу на вербовку агента ЦРУ Лиса. Возражений нет?

– Генерал Сергеев, действуйте, вы куратор и руководитель этой операции. А кстати, как назовём операцию?

– Разрешите, товарищ генерал? Я предлагаю «Мышеловка», – предложил генерал Черемулин.

– Обоснуйте, генерал.

– Они хотели поиграть с нами, как кошки с мышками, а тут сам Кларк попал в капкан, то есть в мышеловку.

– Кто за это название, коллеги? Возражений нет. Итак, начинаем операцию «Мышеловка».

Симферополь. Консульство США

– О, Джеймс, рад тебя видеть. Ты где пропадал целый месяц? Исчез по-тихому, как в воду канул! – воскликнул Павел, увидев Джейка в офисе резидента в Симферополе.

– А ты что, соскучился, Майкл? – удивился Джеймс Кларк.

– Что ж тут удивительного, Джейк, мы же с тобой коллеги и даже почти друзья. Скучал без тебя – не поверишь.

– Да ну? – удивился Джеймс Кларк. – После нашего последнего разговора у тебя, как я понял, вырос большой зуб на меня, разве не так?

– Ну что ты, приятель, ты абсолютно прав по большому счёту. Мне и самому надо было понять, who is who. Ты мой начальник, а я подчинённый. Ну и о моих амбициях я тоже подумал, что немного зарвался. Так что не бери в голову, доложись начальнику о командировке и поедем ко мне на чашку виски. У меня есть икра лососёвая, из Москвы привёз. Берёг до особого случая. Так что я жду.

– Хорошо, Майкл, думаю, минут через сорок я смогу освободиться – и поедем.

Павлу пришлось ждать около часа, но откладывать беседу с Джеймсом Кларком он не хотел.

– Проходи, Джейк, не удивляйся аскетизму моего холостяцкого жилья. Хотя ты живёшь в отеле, а там тоже домашнего уюта нет. Располагайся, можешь курить. Есть хочешь? Я могу пельмени сварить или яичницу поджарить. Яичницу? Хорошо, я сейчас.

– Да ничего, у тебя неплохая квартирка, Майкл, ты много за неё платишь?

– Терпимо: двадцать процентов моего бюджета, зато я хозяин двух комнат со всеми удобствами, с телевизором, телефоном, газовой плитой и стиральной машиной. Грех жаловаться.

– Ну если так, то совсем неплохо. Откуда у тебя, Майкл, такой виски? Это же лучшая шотландская марка, Single Malt Glenfiddich! Не ожидал!

– Вот ты, Джеймс, не любишь нас, славян, а законы гостеприимства у нас на высоте. Всё лучшее – гостю. Так, всё готово, ну, давай по первой. Так где же ты всё-таки был, Джейк, если не секрет? Уж не в Штатах ли?

– О нет, Майкл, всего лишь в Киеве, – разочарованно протянул Джеймс.

– А что можно было делать целый месяц журналисту «Нью-Йорк таймс» в Киеве?

– Да ты что, Майкл, совсем от жизни отстал? Там же было совещание, на котором президенты РФ, США и Украины приняли трёхстороннее заявление о гарантиях безопасности и компенсации Киеву в обмен на безъядерный статус. Этот документ позволяет Украине бесплатно получать из России «тепловыделяющие сборки для атомных электростанций». В свою очередь Вашингтон согласился перечислить Киеву сто семьдесят миллионов долларов.

– А, это?.. Да знаю я – на всех каналах радио и телевидения только об этом и говорят.

– Эх, Майкл, был бы ты настоящим журналистом, ты бы понимал, что иметь информацию из телевизора или из первых рук – это совсем не одно и то же.

– Вот ты, Джейк, говоришь, что я не журналист, а сам не хочешь, чтобы я им стал. Но вот тебе слово джентльмена: я им стану и даже очень скоро!

– Как это? – удивился Джеймс.

– А очень просто, – ответил Павел, – и ты мне в этом поможешь. Даже больше скажу: мы с тобой поменяемся местами. Не ожидал? Давай ещё по одной, и слушай. Те секретные документы, которые у тебя пропали из машины и которые я тебе вернул, очень серьёзно сработали против тебя. Начнём с того, что они оказались у тебя в руках вне офиса резидента, а одно это – уже преступление. Мало того что ты сам на это пошёл, но ты втянул в него ещё и шифровальщика и дипкурьера, а ещё по ходу подставил и своего шефа Миленски. Что ты на это скажешь?

– Это всё твои досужие домыслы! Ты хочешь отомстить мне за джентльмена, а доказать нечем. Где факты? И вообще это была дезинформация для КГБ, которую я хотел передать через тебя.

– Да? Удивительно, Джейк. Я ещё не дал письменного согласия работать на вас, а ты без санкции руководства, ни с того ни с сего таким хитрым способом передаёшь информацию, заранее подготовленную для меня, не зная, буду ли я работать с вами или нет? Подготовка такой дезинформации требует не одного дня и даже месяца, я уже не говорю о сговоре со шпаной. И потом, ты хочешь сказать, что готовились два варианта Директивы – один для вас, а другой для нас, и попасть к нам она должна была через случайную подставу на дороге? Ты сам поверил бы в эту чушь? Это сказка про белого бычка, которую ты сочинил по ходу. А на Нью-Йоркской бирже точно в то же самое время, когда вышла статья «Что ожидает нефтяной рынок в ближайшей перспективе» в «Нью-Йорк таймс» под твоим псевдонимом Лис, ставки на нефть сразу поползли вверх. И что же получается, Джеймс? Ты используешь дезу, переданную врагу, то есть по факту уже работаешь на нас?! А если это не так, то остаётся признать, что истинный документ находится в КГБ. И что теперь делать? Пересмотреть всю Директиву, над которой не один месяц работали ЦРУ и Пентагон? И признать это ошибкой перед самим президентом Соединённых Штатов, который руководствуется ею в проведении внешней политики? А потом остановить весь военно-промышленный комплекс, потому что по вине, а может, по намерению или по разгильдяйству агента Лиса она попала к врагу? Не лучше ли, коли так уже вышло, не выносить мусор из избы и избавиться от шила в попе? А документы… Да вот они, – с этими словами Павел разложил фотографии на столе. – Полюбуйся: вот шифровальщик передаёт тебе копии секретных материалов, а вот уже ты передаёшь их дипкурьеру. Вот это – статья в «Нью-Йорк таймс» на основе этих материалов под псевдонимом Лис. А вот копия счёта, который пополнился после опубликования этой статьи, на твоё имя в Bank of America – «Бэнк оф Америка».

Джеймс Кларк сидел молча, опустив голову. Говорить было нечего, этот русский разложил его на части. Его глотают вместе с потрохами.

– Что ты… – он осёкся, – что вы хотите?

– Вы не джентльмен, Джеймс, я это понял сразу, и верить на слово вам нельзя. А поэтому вот бумага и образец вашего заявления о добровольном сотрудничестве с нами. Не торопитесь, можете писать на родном английском языке, если вам так удобней. И заодно заполните анкету: где родился, где крестился, пошёл в школу, вступление в ЦРУ, задачи, имена и звания ваших непосредственных начальников. Я оставлю вас на сорок минут. Справитесь? Только не вздумайте писать левой рукой, а то придётся переписывать.

Через час Павел вернулся, проверив, что двое сотрудников КГБ держат квартиру под пристальным наблюдением – на всякий случай, мало ли что…

– Отлично, – проговорил Павел, пробегая глазами написанное Кларком. – А теперь небольшая «фотосессия». Держите эти бумаги перед собой на уровне груди, улыбаться не обязательно. – Он отснял несколько кадров на свой надёжный «Зенит». – Ну вот, все формальности соблюдены. О том, как мы теперь будем работать с вами, поговорим завтра. И вот ещё совет, Джеймс: не вздумайте скрыться в африканские страны. Вы теперь у нас на особом счету, и лишиться такого ценного агента мы себе позволить никак не можем. Вы понимаете, о чём я? Да, вот ещё что. Вы держите деньги в трёх разных банках. В The Bank of New York Mellon – «Бэнк оф Нью-Йорк Меллон» – вам идёт зарплата из ЦРУ. В «Бэнк оф Америка» – гонорары из издательства. А в JPMorgan Chase & Co – «Джи Пи Морган Чейз и Ко» – вы переводите средства для текущих расходов из двух вышеназванных. Нам известны ваши счета в этих банках. Ну, будьте здоровы, до завтра.

Москва, Лубянка

– Хорошая работа, коллеги. А вы, генерал Сергеев, знаете любимую поговорку Чернышёва?

– Да, знаю: хороший экспромт – это хорошо подготовленный экспромт.

– Вот именно, – подытожил генерал Бахметьев. – Да, вот ещё что, какой временный – для начала – псевдоним присвоим теперь уже нашему агенту Джеймсу Кларку?

– Предлагаю «Репортёр», – высказался генерал Сергеев.

– Принимается, подходит по всем параметрам. Кто против? Принимается, все свободны.

Глава 6. Партнёр

«Что же они тянут? – в который раз задавал себе один и тот же вопрос Павел. – Уже больше месяца, как я вернулся из Москвы. Ощущение такое, что они потеряли ко мне интерес. В центре тоже недоумевают, спрашивают, уж не прокололся ли я на чём-то. А на чём можно проколоться, если я практически бездействую? Ну да, провёл удачную вербовку Джеймса – и всё, и тишина, никаких заданий ни с той, ни с нашей стороны нет. Ну с нашей понятно почему. Хотят увидеть, как меня здесь примут. А вот с их стороны – совсем непонятно. Ну что ж, остаётся ждать. Если честно признаться, я ведь не горю желанием оказаться на стуле перед полиграфом и отвечать на всякие несуразные вопросы, сбивающие с нормального логического мышления. Вот это настоящий экзамен! Перед экзаменом всегда надеешься: а может, пронесёт? А в данном случае знаешь: не пронесёт точно. Тут всё по-взрослому, без каких-либо поблажек. Время идёт. Подготовка, которую провёл мне Красовский, теряет остроту. А может… Может, на то и расчёт, что притупятся те реакции и рефлексы, над которыми мы бились почти месяц? Он меня ещё тогда предупреждал, что время от времени я должен повторять три основных теста, так как проверка на той стороне будет реальной, а не то что на родной земле – ничем не рискуя. Да, недаром говорят, что ждать и догонять – занятия самые неприятные. Как по мне, то я бы сказал, что ждать, а вместо догонять – убегать. Ха! А может, им известна наша поговорка: хороший экспромт – это хорошо подготовленный экспромт? Даже если они её не знают, то на практике уж точно используют, ведь они такие же разведчики, как и мы, а я прямо "подседаю" под них. Уж не боюсь ли я этой их провокации с детектором лжи? Тревожно, конечно, но хрен вам! Вербовка Джеймса показала, что никакие они не супермены, а вот таких гениев, как Красовский, им не приходилось видеть даже во сне. Нет, ребята, мы ещё посмотрим, кто кого».

С этими невесёлыми мыслями Павел входил в белоснежное здание двухэтажного особняка – консульства Соединённых Штатов в Симферополе. В дверях он чуть не столкнулся с Джеймсом Кларком, собиравшимся выйти из него.

– О, Майкл! – воскликнул тот обрадовано. – Ты к Миленски? Можешь не ходить, шеф срочно убывает в командировку, хотя иди, отметься у секретаря, возможно, получишь через него какие-либо распоряжения. Я подожду тебя в скверике на воздухе.

Действительно, секретарь не разрешил беспокоить резидента, а Павлу передал его распоряжение, чтобы через два дня он был на месте и ожидал его приезда. Раньше такого интереса к Павлу резидент не проявлял, и Павел решил прояснить ситуацию через Кларка. Выйдя в сквер, он услышал:

– Ну, что я говорил! Шефу сейчас не до тебя, как, впрочем, и не до меня. Он на пару дней нас покидает, так что можно считать, у нас с тобой внеочередные выходные. У тебя отличный коньяк, Майкл! Не хуже шотландского виски. Я бы не возразил, если бы ты угостил меня сегодня.

– Что, прямо сейчас, Джейк, с утра? Что-то на тебя не похоже. Я с удовольствием тебя угощу, ты только не подумай, что мне жалко. Идём, по дороге прикупим лимоны и белый батон для бутербродов под красную икру.

Они пришли на квартиру к Павлу. И, пока он хлопотал с закуской, Джейк молча сидел за столом и курил сигару.

– Ну вот, всё готово, – разливая по рюмкам коньяк, проговорил Павел. – Ты сегодня какой-то загадочный, Джейк, за что пьём?

– За тебя, Майкл, чтоб ты был жив, здоров и удачлив, не то что я.

– Я не против, Джейк, но что-то мне твоё настроение не нравится.

– Я принёс тебе информацию, Майкл, заметь, первую и добровольную после того, как ты подцепил меня на крючок. Готовься, дня через два едешь на полиграф.

– Куда, в Америку?

– Нет, Майкл, гораздо ближе – в ФРГ, там наш главный европейский офис, оснащённый не хуже, чем в Лэнгли, а может, и лучше. По крайней мере, один полиграф последней разработки, а другой – немного устаревший. Ты, наверное, удивлялся, почему столько времени тебя никто не трогает?

– Да, признаться, сегодня только об этом подумал, – проговорил Павел. – Как-то даже подозрительно стало.

– Налей ещё. Всё очень просто. Тебя изучали и готовили соответствующую программу для этих адских машин, которые бездушно ломают человеческие судьбы. Ловить будут на твоих грешках, таких как случай на Царской тропе, в поезде, когда оскопили троих бандитов и когда двое из них в тебя стреляли. Это ключи к развязыванию языка. Я знаю, проходил дважды эту процедуру. Обмануть эту бездушную тварь можно, если не будешь отрицать очевидных фактов. Но на каком-то эпизоде надо сломаться, иначе заподозрят в полной блокировке сознания. Ты потеряешь доверие. Сразу от тебя не откажутся, но замучают проверками, а потом, в конце концов, могут и отказаться. А это конец твоей карьере и тут, и там, у вас в КГБ.

– Давай ещё по одной, закусывай, ты же любишь икру. А теперь вопрос: зачем ты мне помогаешь? Я вижу твою искренность, но вместо того, чтобы топить меня, ты стараешься, чтобы я остался на плаву?

– Ты прав, с одной стороны, я должен ненавидеть тебя – и вдруг оказываю помощь. Когда разведчик предупреждён, то, значит, вооружён. Но что мне делать? Из двух зол я выбираю наименьшее. А ещё ты мне чем-то симпатичен. Если здраво рассудить, то смотри, что получается. Вы взяли меня в оборот крепко, и сорваться теперь мне не удастся. После проверки, не дай бог, тебя спишут в тираж. Пришлют на твоё место другого, а с ним ещё надо будет сработаться. Это, извини, как первая любовь. Да, если тебя сольют, то не исключено, что и меня могут разыграть как отработанный материал – не ваши, так наши. Нас видят в тандеме, мы это обсуждали с Миленски. Быть пешкой в чьих-то руках я не хочу, а с тобой мы можем договариваться на равных. Извини за прошлое, я был неправ: ты настоящий джентльмен. Поэтому я искренне желаю тебе удачи и буду ждать твоего возвращения со щитом.

– Да, Джейк, ты меня удивляешь всё больше. Эк тебя накрыла откровенность! Я ценю это, Джеймс, и согласен с тем, что работать лучше в тандеме – как два джентльмена, чем как два врага, ожидая нож в спину. Мне тебя интересно послушать ещё как старшего и опытного товарища.

– Я много думал, Майкл. В разведке я уже тринадцать лет и вот что скажу: работать в разведке – приятного мало. Постоянно надо быть начеку и в тени. Хорошо, когда ты воспринимаешь всё происходящее как игру – опасную, но игру. Тогда ты не изматываешь нервы и меньше укорачиваешь свою жизнь. Такая жизнь, как говорил один мой приятель, паскудная, но интересная. Но это когда ты работаешь в одну сторону, а вот быть двойным агентом – хуже не придумаешь! Ты совершенно не знаешь, кем ты являешься в чужой игре. Это всё равно, что ты идёшь по минному полю между двух воюющих сторон. А пока идёшь, ясно представляешь, что если не подорвёшься на мине, то тебя хлопнут не свои, так чужие. Так и живёшь с этим раздвоением личности. Честное слово, не понимаю, Майкл: тебе-то зачем это надо? Ведь ты мог отказаться или сделать так, чтобы от тебя отказались. Подумай, если не пройдёшь полиграф. Это ещё не поздно.

– В чём-то ты прав, Джейк, но со всем я согласиться не могу. Есть одно слабое место в твоих рассуждениях. Да, работать и быть верным и вашим, и нашим, – это невозможно. Риск – двести процентов. А если принять одну сторону, Джейк? Риск тогда снижается наполовину, и ты уже цельная личность. Тогда ты вновь обретаешь себя и не мечешься из стороны в сторону.

– Да, интересный взгляд на ситуацию. А сторону я должен принять, конечно же, вашу?

– Решай сам, Джейк. Здесь я тебе не советчик. Только под нашим контролем тебе всё равно придётся работать, и никуда ты от этого не денешься. Ваши тебя пока не контролируют. И наша общая задача – чтобы никогда не контролировали. Согласен, что мы в этом заинтересованы не меньше тебя самого?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=69583615&lfrom=174836202) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом