Радость, она – вот,
В радости глаз других,
Незнакомых, но тоже живых.
Радость, она в других,
В близких, врагах твоих.
Отверни свой слух от сует —
Возлюби только истинный свет,
Не ходи по морю забот,
Радость, она – вот…
Возвращение в крепость
Взор души устремив к небесам
И жизни избрав дорогу,
Я возвращаюсь в крепость свою:
Я возвращаюсь – к Богу.
Глупый вопрос
Сколько тысяч лет нам дано, чтоб мечтать?!
Сколько тысяч лет нам дано, чтоб идти?!
Сколько нам дано Твоё имя искать
И не узнать, когда сможем найти?!..
Осенняя ночь
Ночь свивает лунным светом на полях барашков новых,
И луга их кормят сеном, собранным в осенних долах.
Любопытно смотрят звёзды в отраженья свои в реках,
Видят всё, что видеть можно, кроме счастья человека.
Где оно под тайным спудом притаилось иль уснуло?
Ждать его нам всем откуда, иль оно давно минуло?
Ни далёкие кометы, ни ветра, что песнопевцы,
Не дадут душе ответа, не укажут ей на место.
Только ночь в своём величии вопросит творенье Божье:
А в каком его обличье сам принять ты счастье можешь?
«Мы не ищем войны, но мира не знаем»
Мы не ищем войны, но мира не знаем,
О как же ослепли наши глаза!
«Где наше счастье!» – с грустью гадаем
И всё чаще и чаще смотрим назад.
Наши слёзы питают землю родную,
Наша кровь, наша боль, любовь и мечты.
Так чего же мы ищем Рая впустую
И не видим, как очи у Эрин чисты?
Она ждёт терпеливо, что каждый живой
Обретёт, что искалось, под своею ногой,
И закончится плач и время крестов,
Время жалобных песен и кровавых цветов.
Плач Эрин
Столько детей у меня,
Сколько холмов на мне —
Я счастливая мать.
Если раньше сын умирал —
Холм насыпали над ним,
Памятью Славы он служил.
Я счастливая мать —
Много холмов на мне.
Ныне не насыпают холм,
А в могилы детей кладут.
Нету во мне пустот —
Много во мне могил.
Я счастливая мать —
Столько детей у меня,
Сколько всего крестов.
Сколько камешков у дна реки,
Сколько ракушек на дне морском.
Я счастливая мать —
Много детей у меня!
Где будешь ты?
И бродишь ты,
Как тень былых времён,
По переулкам Памяти,
По залам Ожиданья!
В одежды Пустоты
Ты ныне облачён
И бродишь в Забытьи
По храму Мирозданья.
Зовёт упиться Жизнь
Сладчайшею игрою,
Прельщает, позволяя быть собой.
Но если оборвётся нить звенящею струною —
Где будешь Ты – неузнанный герой?
Среди толпы
Среди толпы, объятой карнавалом,
Стою один я – призрак прошлых лет!
Вокруг меня мелькают маски, пляски —
И толпам места мало!
А мне… во всей вселенной места нет!
Средь мельтешенья масок, взглядов глаз,
Игры, безумной страсти, смеха
Мне кажется – один живу я только раз.
Другие тратят жизнь, которая потеха.
Они беснуются, пьют соки все от всех плодов
И не стесняются менять сердца и маски.
И я среди толпы… палач среди шутов!
Мне чужды! Чужды эти сказки!
Мне их любовь – вульгарна и пошла,
Мне их веселье кажется животным.
Стою один… на шабаше у Зла,
Один в своём явленьи мимолётном.
Мне кажется, смотря на хоровод,
Что сменятся века и всё пройдёт!
Пройдёт, но так же бесноваться будут люди!
Плясать, смеяться, вторя безумью вод,
Но кажется – меня не будет!
