Сергей Жариков
Доказательство жизни
В сборнике представлено
четыре рассказа и три повести.
Один день
В восемь сорок пять утра Борис Павлович вышел из дому и направился в университет. Погода была почти сносной. Начинался весенний день. Снег ещё не полностью растаял, и лучи солнца, иногда выглядывающие из-за туч, играли на нём, придавая этому утру некоторый блеск. Приходилось даже временами жмуриться.
Борис Павлович был профессор на кафедре физики. Возраст – около пятидесяти. Точную цифру он постоянно забывал и, лишь глядя в паспорт, иногда удивлялся: «Сколько, сколько… не может быть!» Подходя к зеркалу, спрашивал: «Разве?» Подумав, отвечал сам себе: «Не-е… Вроде неправда». Выглядел он моложе своих лет. Не пил, не курил. Держал себя в форме. Жил в однокомнатной квартире, которую купил после развода и размена имущества. Там у него было отведено место, где находились гантели, штанга и стенка с турником. В целом он был достаточно привлекательный профессор для противоположного пола. В университете женщины любили посплетничать в его адрес: кому улыбнулся, кому сделал комплимент. Сам он предпочитал вести скрытную личную жизнь. Долгих отношений не поддерживал, так как опасался опять обжечься. Уж больно болезненными были воспоминания о разводе. Но как бы то ни было, сердцу приказывать практически невозможно. Примерно год назад на их кафедру доцентом пришла работать Наталья Сергеевна. Кандидат физико-математических наук, умная, скромная, красивая и не замужем. При встрече с ней Борис Павлович чувствовал жар в груди, но, будучи опытным оратором, умел скрывать волнение; лишь изредка взгляд выдавал его тайну. Ох, как она ему нравилась! И внешне, и голос приятный, и к нему очень даже была расположена. «Стоять! – так он говорил себе. – Женщина есть женщина! Вначале все они милы, а потом… А что потом?» Он терзал себя сомнениями и в то же время размышлял над тем, как взять эти прекрасные оборонительные рубежи.
По дороге до университета нашему герою встретилась собака. Видимо, неспроста. Потому что бежала прямо на него и останавливаться не собиралась. Он, как приличный человек, уступил ей дорогу, но при этом встал на плохо закреплённую тротуарную плитку, подмоченную растаявшим снегом. Чёрная жижа устремилась вверх из-под плитки после надавливания на неё. Тонкая струйка дотянулась даже до его лица. Запачкался. Охранник в университете на вахте сделал вид, что ничего не заметил. Борис Павлович поднялся на кафедру и там повстречался с Натальей Сергеевной.
– Здравствуйте, что случилось?
– Здравствуйте, вот… Испачкался, пока шёл. На плитку наступил, а оттуда…
– Бывает… Проходите ко мне в кабинет… И кто только эти плитки укладывает…
– Так-то всё ничего, пальто – ладно… Лицо умою… Тут вот на штанах… не знаю, чем…
– У меня есть… Салфетки специальные… Вот, попробуйте…
Он взял влажную салфетку и протёр штанину. В этом месте она стала мокрой.
– А высохнет?
Женщина рассмеялась:
– Ну, конечно, высохнет.
– А то у меня сегодня коллоквиум через час… Спасибо, Наталья Сергеевна… Что бы я без вас делал…
– Пошли бы к студентам так… У вас же с ними не первая встреча… Так что профессор вполне может себе это позволить…
– Что позволить?
– Позволить себе запачкаться.
– А… Тоже верно… Но было бы не так интересно, как с вами…
Она немного смутилась.
– Со мной… Салфетку доставать?
Они вместе рассмеялись.
– Просто вы очень… очень приятная собеседница… И не подумайте, что…
– Что…
– Просто приятная… Извините… Приятная, и всё тут!
– Хорошо, поняла…
– Мне пора, пойду подготовлюсь, билеты, журнал…
Он пошёл в свой кабинет, она посмотрела ему вслед и, как закрылась дверь, начала заниматься своими делами.
***
Борис Павлович подготовил материалы, разложил правильно канцелярские принадлежности на столе и сидел, думал об их разговоре. Словно лучом надежды, пробежала добрая мысль о том, что если не поторопиться, то она, скорее всего, не долго будет томиться в обществе такого шизика, как он. Но в то же время страх последующего разрыва отношений препятствовал развитию этой мысли. Запиликал будильник на телефоне. Он встал, собрался и пошёл в аудиторию к студентам.
Перед аудиторией уже толпились молодые люди. Он поздоровался, открыл дверь и обратился к старосте группы. Потом все вошли, расселись. По списку студенты подходили, брали билеты и усаживались за столы готовиться. Писали ответы все по-разному. Кто-то действительно хорошо был готов и знал материалы курса, кто-то незаметно пытался списывать со шпаргалки, но был и такой студент, который списывал прямо с конспекта, разложенного на окне. Борис Павлович не обращал особого внимания на списывание. В некоторой мере студентов жалел. Физик он был увлечённый и, несмотря на свои знания, понимал, что о мироздании знает всего ничего. Поэтому не видел особого смысла мучить студентов. Кто хочет, сам замучается. Лекции у него всегда были показательными как в плане посещаемости, так и в плане донесения студентам материала курса. Своё дело он знал и понимал очень хорошо. Через каждые двадцать минут отвлекал внимание слушателей какой-нибудь поучительной историей, органично сочетающейся с материалом. Методички, написанные им для лабораторных работ, были понятными. В общем, был он настоящий профессор, и это чувствовалось в почтительном отношении со стороны студентов.
Прошла половина пары. Студенты по одному начали подходить и отвечать по билетам. Естественно, первыми были те, кто хорошо знал. Потом он окинул взглядом аудиторию и сказал:
– Кто следующий? Нет желающих? А где Витя?
– Я здесь, у окна, Борис Павлович!
– Ну что, написал, Витёк?
– В целом да… Можно…
Из-за парты вышел здоровый парень. Направился к профессору и присел за парту напротив.
– Смотрю, Витя, ты на все вопросы ответил… А как считаешь по первому вопросу… Лучше было бы, если сопротивления добавить?
– Сопротивление если и добавить, то всё равно будет как есть…
– Это почему?
– Любое изменение в технологическом укладе встречает сильнейшее сопротивление. Чтобы что-то изменить, нужно владеть производством. От нашего с вами мнения ничто не зависит и ничего не изменится.
– Мне в лаборатории говорили, что ты с товарищами записался на досрочное проведение занятий?
– А что тянуть-то! К сессии там столько забот будет! Пока время есть, надо сделать да сдать.
– Долгов не любишь?
– Кто же их любит? Просто некоторые не знают, как их избежать. А что тут знать? Заранее просто всё делать надо.
– Молодец, жить надо без долгов! А что тут по второму вопросу? Написано хорошо, а поясни смысл.
– Борис Павлович, вы же знаете, что у меня с теорией туго.
– Но ты же лабораторные быстрее всех в группе сдаёшь.
– Лабораторные – там понятно… По методичке это туда, это сюда, посчитал – женился…
– Женился?
– Ну, в смысле, достиг цели…
– А разве цели без женитьбы не бывает?
– Бывает… Но это не так весело!
– Согласен… Ну что, Виктор, удовлетворительно, хватит тебе?
– В самый раз… Хватит.
– Ну вот и ладно… С окна конспект не забудь забрать. Он у тебя, судя по ответам на билет, достаточно полный.
Борис Павлович посмотрел в окно. В аудитории стояла тишина. Другие студенты не спешили на сдачу. Профессор подумал: «Весело…» В его воображении возникли образы наряженных весёлых людей и много цветов. Настолько много, что он начал пробираться сквозь них в свадебную беседку, где стояла спиной к нему невеста. Он тронул её за плечо. Она повернулась. Это была Наталья Сергеевна. Улыбаясь, она произнесла: «Билет номер восемь!» Фантазия рассеялась. Перед ним стоял студент, ожидающий приглашения присесть. Профессор сделал жест. Студент сел и начал рассказывать по билету. Какой шумный персонаж! Доложив всё отчётливо и громко, он вопросительно смотрел на экзаменатора. Борис Павлович взглянул на листок с ответами.
– А здесь, Игорь, почему такой коэффициент?
– Тут… А какой надо?
– Оценка хорошо. Слушай, покажи студенческий. Номер перепишу. В лаборатории у тебя забыли данные взять для документов.
– Сейчас…
Игорь направился к своей сумке. Достал студенческий билет и прихватил со стола калькулятор. Подошёл к профессору. Подал. И в тот же момент решил закрыть крышку калькулятора, надетую на заднюю стенку вычислительного прибора. Да только на радостях позабыл, что между крышкой и задней стенкой спрятана шпаргалка. Листок исписанной бумаги эффектно вылетел на глазах у экзаменатора и, как птичье пёрышко, медленно приземлился тому на стол.
– Ну если так, то не сдал!
– Почему?
– Ну как почему, шпаргалка!
– Где шпаргалка?
Игорь судорожно схватил этот листок, засунул себе в рот и начал жевать. Через мгновение проглотил.
– Нет шпаргалки!!!
Все в аудитории были потрясены. В том числе и Борис Павлович. За свою преподавательскую деятельность он увидел такое впервые.
– Ну ты… Ты нас, Игорёк, удивил…
– Нет шпаргалки!!! Где? Нету… Нету!
– Тихо, тихо… Ладно… Видим, что нет… Но помним, что была… Трояк тебе!
– Согласен…
Профессор поставил этому студенту удовлетворительно. Потом посмотрел на остальных в аудитории и сказал:
– Не каждый день случается такая история. Можно сказать, праздник. В честь этого удовлетворительно всем, кто хочет.
Студенты моментально столпились вокруг него. Через некоторое время все разошлись. Профессор сидел и думал: «Вот всё-таки какая жизнь… неожиданная. Ну и зачем думать о том, чего нет? Может, вперёд? И чем веселей, тем лучше…» Опять в его фантазии появилось много цветов и беседка. Однако там уже никого не было. Он начал искать, но у веселящихся людей невозможно было ничего узнать. Они не слушали его.
Профессор вдруг перестал фантазировать, встал из-за стола, вышел, закрыл аудиторию и быстрым шагом пошёл на кафедру. Проходя мимо кабинета, где работала Наталья Сергеевна, он остановился. Кабинет был открыт. Оттуда слышался мужской голос. Борис Павлович заглянул, увидел там её, декана и методиста, разговаривающих о деталях курса лекций. Он посмотрел на неё. Она почувствовала взгляд и нашла его. Профессор улыбнулся, получил улыбку в ответ, развернулся и направился к выходу из университета. На улице он подбежал к ближайшему цветочному ларьку. Купил огромный букет. Чуть не забыл сдачу и уже бежал обратно, не замечая большого количества достаточно грязных луж на своём пути.
Охранник в очередной раз не показал вида. Причём так убедительно, что чуть не сел мимо стула. Профессор ворвался в университет. Пробежавшись вверх по лестнице, он понял, что нужно немножко отдышаться, и остаток пути прошёл медленно. Спокойно войдя на кафедру, он столкнулся с деканом у кабинета, в который стремился.
– Что с вами, Борис Павлович?
– Что, что! Не видите, испачкался!
– Все штаны… Как же это вы умудрились?
Зайдя в кабинет, он вручил цветы Наталье Сергеевне, повернулся к декану:
– Как, как… Я же профессор… И в конце концов, я могу себе это позволить!!! Вот и Наталья Сергеевна…
Он повернулся к ней, их глаза встретились, и она улыбнулась.
– Я согласна!
***
Солнце медленно двигалось от зенита к закату. Сегодня Борис Павлович принял решение. Будет весело. Он уже ничего не опасался. Понял, что нужно жить здесь и сейчас. Более того, милая красавица – доцент, кандидат физико-математических наук – была рядом. Она ответила ему взаимностью.
Кран
Наступил ноябрь. Сергей возвращался из университета в свой временный дом под названием «общежитие». Это был удалённый корпус – самый старый и самый ветхий из всех остальных. Средств на ремонт здания в те времена катастрофически не хватало, и оно обслуживалось как придётся. Внимания на это было обращено мало из-за повторяющихся экономических проблем, связанных с недостаточным финансированием вуза. Студенты, проживающие здесь, особо на жизнь не сетовали, потому что за такую низкую цену проживания бонусом должны были полагаться не только мыши с тараканами, но ещё как минимум клопы. К чести администрации, в этом общежитии не было почти ничего из перечисленного, а единичные усатые насекомые были замечены лишь в чулане под лестницей в подвальном помещении, и то только потому, что чулан был средством воспитания девушек-студенток. Те из них, кто не соблюдали правила проживания и вели себя нагло, приговаривались к уборке чулана. Эффект был изумительный. Студентки после этого испытания становились ответственными, уважали соседей и никогда уже не грубили, в том числе и кастелянше.
***
Душевые кабины общежития находились в подвале. Чтобы помыться, студенты и студентки спускались в подвал и договаривались, чья очерёдность мыться, мужской или женский заход. Обычно первыми шли те, кто и были первыми. Долгое время ни у кого не возникало никаких вопросов. Однако в жизни так случается, что кто-то пытается ставить себя выше общественных правил, и тогда наступает неизбежное. В один прекрасный день трое парней, живших в одной комнате, спустились к душевым. Спокойно дождались, когда девушки вышли, направились тоже мыться. Вдруг один из них вспомнил, что забыл шампунь, и пошёл за ним. По возвращении в помещении перед душевыми уже ожидал новый женский заход. Парень подошёл к двери, постучал, и товарищ ему открыл дверь. Две молодые девушки начали возмущаться:
– А почему ты без очереди? Жди очереди!
– Там парни моются, а я за шампунем ходил…
– За каким шампунем…
В тот момент, когда дверь открылась, он, не обращая внимания, быстро зашёл. Однако эти две студентки ринулись за ним. Товарищ, открывавший дверь, естественно, попытался её закрыть, потому что хоть и был человек не особо стеснительный, но считал, что представать в чём мать родила перед малознакомыми людьми всё же признак дурного тона. Эти же нахальницы не дают её закрыть и давят со всей дури. Парень он был крепкий и, упёршись ногой как следует, всё же прижал дверь и запер засов.
– Это что за дуры?
– Да первый курс, по ходу…
– Может, они хотели что?
– Ну-ну, от родителей сразу к парням в душ… Ха-ха.
– Хи-ха! Ха-ха!
Девицы не собирались мириться со сложившимся положением, а услышав громкий смех, неслыханно разозлились. Намыленные ребята были очень удивлены, когда дверь вылетела с петель и грохнулась на мокрый кафель. Мочалки моментально оказались на том месте, которое в сложившейся ситуации невозможно было прикрыть листом фигового дерева. В коридоре послышался девичий смех. Однако тут уже парни стали несколько взволнованы, схватив полотенца и обмотав их вокруг себя, с мочалками в руках они кинулись за неприятельницами. Визг, шум и выбегающие из подвала две девицы с криком: «Помогите, убивают!!!» – не могли не привлечь внимания администрации.
Достаточно быстро все обстоятельства произошедшего были установлены, и комендантшу мучил лишь один вопрос: как наказать виновных? Сама она была человек достаточно практичный, но в этой ситуации находилась в растерянности. Пока она думала, к ней в кабинет зашёл председатель студенческого совета с заявлением на проживание в следующем году. Неожиданно студенту пришла переадресация вопроса, и он на минуту замолчал.
– Вам надо как наказать? Чтобы мягко или чтобы не повторялось?
– Чтобы не повторялось, конечно!
– Тогда надо сурово!
– А как это?
– Наиболее суровое наказание для наглеца – через грязную работу. Есть в общежитии какое-нибудь грязное место, которое нужно отмыть?
– Да что ты, у нас всё санитарно… Кроме…
– Кроме?
– В чулане возле душа свалены мётлы и разный грязный хлам, но там огромные тараканы есть.
– То, что нужно!
– Не… ну это же девушки… Как они там с тараканами-то…
– Так же, как дверь ломали… Если сейчас простите, потом замучаетесь. Если наоборот, то больше порядка будет, да и другим урок.
– Ладно, спасибо, я подумаю…
Девушкам это был действительно хороший урок. Знакомство с чуланной фауной оставило в памяти незабываемые впечатления. Комендант была настолько довольна результатом, что через месяц чулан опять был заполнен хламом. Поговаривали, что кастелянша иногда открывала чулан и бросала туда пригоршню хлебных крошек.
***
Сергей миновал вахту и направился на второй этаж, прошёл через всё крыло, спустился по лестнице и оказался снова на первом этаже, где было всего две комнаты и запертый выход на улицу. Та, в которой проживал Сергей, была двухкомнатной. Зайдя в неё, он увидел Андрея, сидевшего в комнате, приспособленной под кухню. Тут был стол со стульями, несколько тумбочек с расположенными на них электроплиткой, электрочайником и тумбочка в стороне, в которой лежали крупы. Друг допивал чай. Сергей разулся, переоделся и прошёл туда же – на кухню. Андрей обратил его внимание на то, что в трубе батареи из сливного крана капает вода. Ведро уже было подставлено.
– Андрюха, так надо, наверно, подкрутить…
– Кран старый, может, сантехника позвать?
– Да тут делов-то…
Сергей взял тряпку и попробовал крутить. Кран провернулся немного, но ожидаемого эффекта не последовало. Капать стало больше.
– Да, Серёжа, теперь точно сантехника надо. Пойду позову.
Через некоторое время Андрей вернулся со слесарем, который тоже жил в общежитии и совмещал должность сантехника. Мастер посмотрел, ушёл, через несколько минут вернулся и обратился к Сергею:
– Вот новый кран. Стояк я перекрыл. Надо старый снять и новый поставить.
– Напор же будет…
– Ну, будет, но стояк же перекрыл… Немного будет.
Ведро уже было почти заполнено. Андрей взял его, поменял на пустое и пошёл выливать на второй этаж в туалет.
– Как это – немного?
– Да так, всего ничего…
– Да как ничего, мы на первом этаже. Над нами ещё два…
– Послушай, кто из нас сантехник? Я же тебе говорю, стояк перекрыл. Вода уже подостыла. Ну, побрызжет немного…
– Немного?
– Да сейчас откручу – увидишь…
Мастер начал откручивать кран. На одном из оборотов Сергей услышал гул и увидел, как кран отлетел и ударился в противоположную стену. Из трубы вырвался фонтан чёрной горячей воды. Сантехник находился в шоке и не двигался. Сергей подскочил к нему, выхватил новый кран и попытался вставить в трубу. Напор не дал этого сделать. Сергей бросил кран на стол и побежал эвакуировать обувь, пока чёрная жижа не залила всю комнату.
***
Андрей спускался по лестнице с пустым ведром, как услышал шум, стук, а потом увидел, как дверь в комнату распахнулась и из неё выбежал с криком сантехник. Пробежал по лестнице мимо него и скрылся совсем. Андрей двинулся в комнату и на входе столкнулся с Сергеем, уже собравшим всю обувь и выносящим её из зоны аварии. Сложив вещи выше на лестнице, парни вдвоём заскочили в комнату, вынесли одну кровать, на которую впоследствии начали складывать другие вещи. Спустя минут десять напор упал. Сергей зашёл, взял кран и установил его туда, где его так не хватало. Вышел, сел на кровать, чтобы передохнуть.
– Уровень пола комнаты ниже уровня пола в коридоре. У нас там, по ходу, весь стояк. Черпать надо.
– Я, Серый, сейчас сбегаю к комендантше, попрошу ключи от этой двери…
– Идея, Андрюха… А то на второй этаж носить… И так тошно…
Андрей ушёл. Минут через пятнадцать он вернулся грустный-прегрустный. Сергей заметил, что дела не очень.
– Не дала…
– Почему?
– Говорит, найти не может…
– Ну, ядрёная батарейка… Ключ потеряла… Как же нам столько воды… Ты посмотри…
– Мне кажется, Серый, или поменьше стало?
– Вроде немного меньше… Думаешь, в пол уходит?
– Давай подождём, посмотрим…
Ребята подождали час, в комнате уже был только чёрный песок и наклейки со стеклотары, отклеить которые в другой час, чтобы сдать стекло в пункт приёма, всё руки не доходили. Пустых бутылок у них было много потому, что именно у них в комнате, из-за её удалённости и изолированности, проходили все крупные посиделки. Комната эта обладала необычайной притягательностью. Может быть, из-за возможности весело пошуметь, а может, из-за того, что, как говаривали старожилы, в ней студентом жил сам губернатор. Давно эта комната не знала такой генеральной уборки. Ребята вымывали её два часа. Меняя воду, бегали по лестнице на второй этаж вверх и вниз. Работа двигалась так задорно, что если бы глава региона навестил внезапно старый добрый студенческий дом, то, наверное, тоже не удержался бы от наведения в нём порядка. Пережитые трудности и испытания дают людям шанс изменить своё восприятие мира. Что-то нужно понять, что-то принять.
Когда два друга ликвидировали последствия аварии, они открыли для себя нечто новое, что привело их в состояние, близкое к пониманию законов Вселенной, и проявило второе дыхание. Они поддерживали друг друга в критической ситуации и увидели в этом надежду. Надежду на лучшую жизнь.
Экзамен
Наступило летнее июньское утро. Город начинал просыпаться. Двое молодых людей уверенным шагом двигались по проспекту навстречу новому дню. Внимательный гражданин, выйдя на балкон с кружкой чая, точно определил направление их движения и крикнул с балкона:
– Серёга, Андрюха, ни пуха ни пера!
Услышал он в ответ ровным счётом то, что обычно отвечают люди, направляющиеся на экзамен:
– К чёрту! И пух, и перья! И тебя туда же! Ты чего не спишь?
– Да на вас, балбесов, любуюсь. Вчера братан, Димон, из армии вернулся… ещё не ложились!
Двое уже торопящихся собеседников крикнули в один голос:
– Понятно! Спокойной ночи.
Далее один другому вполголоса между собой:
– Может, и нам надо было в армию?! А то зачёты, курсовые, экзамены…
– А толку-то? Что так, что сяк, что ещё как-нибудь! Всё равно с утра не поспать!
– Это точно! Ладно, давай ещё раз…
Сергей и Андрей были студентами и шли сдавать экзамен. Точнее, Андрей. Сергей же выполнял в этом невероятную функцию, о которой читатель вскоре узнает, если, конечно, наберётся немного терпения.
Хотелось бы подробнее раскрыть некоторые детали происходящего, но, как оказывается, этим можно скомпрометировать главных героев, факультет, преподавателей и вуз, в конце концов. Даже весьма забавная история не должна навредить её участникам, особенно спустя годы, когда человек, занимающий определённое положение в обществе, вдруг, как на грабли, натыкается на своё совсем несерьёзное прошлое. И вроде опытом умудрён, и честен, благороден. Знает уже точно, что куда и как ставить надо. Да только услышит слова: «А помнишь, как ты на грабли?!..» И чувствует человек почти реально, как черенок бьёт ему по лбу через года. Вроде уже давно нет ничего, а лоб – как вспомнить, так чешется. Поэтому назвать вуз, факультет автор не имеет возможности. Указать можно лишь то, что экзамен, который молодые люди собирались одолеть, был по физике.
Физика – это такая наука, которая в любом вузе имеет употребление и выражение. Потому как содержит в себе столько непонятного и противоречивого, что, при определённом умении использования математики, можно совершать теоретические открытия, не вставая с места и не ставя экспериментов. К сожалению, какие бы прорывные идеи ни выказывало перо теоретических изысканий и математических приёмов, всё, как правило, в итоге идёт по накатанной. Недра земли опустошаются ровно настолько, насколько растёт потребление ресурсов и электроэнергии. А восполнение их и поиск новых источников ресурсов упирается в общепринятую доказательную базу, выступающую стеной на пути развития гармоничных отношений человека с природой. Круг замыкается. Исследователь вначале неумышленно, а потом увлечённо начинает водить себя за нос, чувствуя необыкновенное удовлетворение больше не от поиска истины, а от победы над оппонентом в научном споре. Жаль, конечно, что физике как науке о мироздании в последние полвека уделяется лишь такое внимание. Иногда хочется подсказать господам учёным. Про энергию приливов и отливов, про неограниченный ресурс, которым является дерево при правильном использовании, про маршруты перелётных птиц. Ведь думали же об этом люди… давно думали. Мысли, конечно, материализуются, однако только тогда, когда они есть фактически. А если нет, то и появиться нечему. Видимо, пока не судьба. Однако хочется верить, что эта наука лишь замерла в ожидании новых приверженцев, способных уловить ту тонкую информацию живого мира, с которой свойственный точным наукам двадцатого века материализм обычно вступал в противоречие.
Однако же мы отвлеклись немного. Хотя ладно! Иногда внимание концентрируется на объекте, иногда расплывается, и объект предстаёт подобно волне. Всё зависит от времени и места наблюдения. Место нашего повествования и время засекречены, а детали и отступления особо не повлияют на последовательность повествования. Тогда взглянем на двух наших героев, которые пока без особого энтузиазма, но как-то пытались этот гранит науки грызть.
Андрей был человек, который любил всё взвешивать, анализировать, сравнивать. При выборе решения он представлял себе весы, на которых в разных чашах сражались «за» и «против». Редко принимал решения быстро, предпочитая всё хорошенько обдумать и составить план действий. Где-то в глубине сознания он имел уверенность в том, что предусмотреть вообще можно всё. Надо лишь развивать в себе умение понимать причинно-следственную связь. Желал он обычно, чтобы события, происходящие с ним, были предсказуемы. Время от времени играл в шахматы, но со слабыми соперниками. Потому как ему нравилась предсказуемость собственной победы. Да и правильно, если без победы и продул, то только время зря потратил. А если выиграл, то ощущается умственное превосходство. Ведь игра интеллектуальная.
Сергей же, наоборот, не разделял предсказуемых убеждений Андрея. Понимал, что всё предусмотреть невозможно, надо быть готовым действовать по обстоятельствам. По убеждениям он был ближе к лермонтовскому герою времени. Правда, считал, что на рожон лезть всё же не следует, а то мало ли что. Тем более «мало ли что» уже неоднократно случалось в его детстве и юности. Наученный жизненным опытом, он имел достаточную осторожность, однако когда понимал, что нужно делать, то действовал без промедления и лишних раздумий. Характер имел скрытный, поэтому то, что желал, никому не известно. К играм испытывал любопытство. В игровых видах спорта имел хорошие результаты, но в интеллектуальных поединках обычно проигрывал. Это качество Андреем было давно подмечено, и в шахматы в течение длительного времени они играли регулярно. Ситуацию Сергей понимал правильно, знал, что играет плохо. Однако же он знал то, что научиться играть хорошо можно только с более сильным соперником. В этой связи проигрыши особо не задевали. Любопытство было направлено на поведение соперника и перестановку фигур на доске. Память была у него отличная, и то, что он запомнил, в один прекрасный день воплотилось в неожиданный мат. Андрей тогда долго сидел над доской, пытаясь понять свои ошибки. Но даже после нарисованной схемы так и не понял. Больше он с Серёгой в шахматы не играл. Сам же победитель не стал далее развивать это умение и через месяц благополучно всё позабыл. В общем, рождение нового шахматиста так и не состоялось. Чего же тогда хотел он от игры? Выиграть? Научиться? Почему забросил? Что для него значила игра? Странно. Да и сам он странный, этот Серёга. Вроде и добрый, но – непредсказуемый.
Любое развитие науки начинается с её преподавания слушателям курса. В этой связи все преподаватели и учёные хоть уже и не помнят, но были когда-то студентами. Странно иногда смотреть, как они укоряют слушателей за неточно заученные положения курса лекций. Как будто зубрёжка важнее понимания смысла. Смотришь на них, и интересно: а сами-то они как учились? На отлично или как придётся? Студент – это человек широкого мировоззрения и неопределённого будущего. Главная его задача – подойти к сессии без долгов и успешно экзаменоваться. Он может выучить всё что угодно, но ещё быстрее он это забудет, когда сдаст экзамен или зачёт. В памяти не останется деталей, только подходы. Умные люди знают, что в вузе, постигая азы профессии, студент не запоминает курсы, он учится самостоятельно учиться. Только через самообучение в трудовой деятельности достигается профессиональная самостоятельность. На этот счёт, конечно, могут быть возражения. Другая позиция гласит, что студент должен привыкать к трудностям. И эти встряски просто необходимы для моральной устойчивости будущих работников. Некоторый квалификационный барьер. К тому же должны же работники что-то вспоминать о студенческих годах помимо веселья, а то нехорошо. Чрезмерная праздность не позволяет человеку расти в профессиональном плане. Квалификация достигается, когда знания закаляются опытом в трудностях и испытаниях, и в процессе обучения студент должен это понять, принять или покинуть вуз. Так-то оно так. Однако же студенты если в общей массе понимают лектора, значит, им хорошо объяснили. А хорошо объяснить предмет может только тот, кто сам его хорошо знает. В противном случае как раз и приходится зубрить. Жизнь такова, что некоторые люди, имеющие полномочия, считают, что нет другого правильного мнения, кроме их собственного. Стараются устанавливать порядки, на их взгляд необходимые, а фактически усложняющие процесс и тормозящие поток информации.
А что же физика для студента?! Экзамен по физике – это в первую очередь задачи, решать которые нужно уметь. Ну, в крайнем случае уметь воспользоваться шпаргалкой. Последнее, конечно, опасно, но бывают моменты, когда другого решения быть не может. В нашем случае это как раз и имело место быть.
Коснёмся слегка и осторожно личности экзаменатора, на встречу с которой направлялись молодые люди. Это было создание красивое, амбициозное, умное, знающее иностранные языки, властное и, следовательно, незамужнее. Это была женщина. Учитывая, что вуз был техническим, большинство членов учебной группы были парни, и складывалось так, что экзамен по физике был их роковым испытанием. А для одного из наших главных героев – настоящим вызовом.
Андрей был человек наблюдательный и хитрый. Эти качества часто проявлялись в нём, когда надо было найти решение проблемы. Как правило, решение склонялось к тому, как бы проблему обойти. В данном случае физика представлялась ему некоторым буйком на речке, который можно просто обойти на лодке, повернув левее или правее. В своих мыслях он представлял себя на большом корабле, а физику настолько ничтожной, что в течение всего семестра и внимания-то обращать не следует. Однако законы мироздания никто пока не отменял, поэтому как только стала приближаться сессия, то Андрюхин корабль становился всё меньше и меньше, а буй, наоборот, всё шире и больше. В итоге оказалось, что уплыть от физики нет абсолютно никакой возможности. Её необходимо было сдавать.
***
Сразу следует отметить, что нынче был не первый экзамен. Из трёх семестров, положенных по программе обучения, к концу подходил именно третий. Два предыдущих экзамена были сданы, можно сказать, успешно, с отметкой удовлетворительно. Оба раза Сергей принимал в этом участие. Схему сдачи придумал Андрей, или, так сказать, идею, потому как схема в процессе экзаменов весьма неожиданно менялась.
Первый экзамен прошёл в точности как и было задумано. Экзаменуемый садится ближе к выходу из аудитории. Во время экзамена записывает условие задачи на маленький листок и выбрасывает его при удобном случае из аудитории в коридор. Сообщник хватает этот листок и направляется на кафедру, где обычно собираются бабульки (бывшие сотрудницы кафедры), занимаются репетиторством и решают задачи за двадцать рублей штука, то есть в то время это соответствовало двум хот-догам в университетском буфете. Бабуля за три минуты решает сообщнику задачу. Он берёт результат, запихивает в специально подготовленный брелок для ключей. Затем заходит на экзамен и под видом передачи ключей товарищу отдаёт экзаменуемому его железное «удовлетворительно», так как решённая задача гарантировала сдачу экзамена.
В первый раз прошло как по маслу. После такого успеха Андрей на протяжении следующего семестра не переставал восхищаться собственной гениальностью, как только взгляд его падал на соответствующий учебник. Естественно, что настолько удачно проведённая операция на протяжении следующего семестра никак не способствовала изучению данного предмета. И следующий экзамен также было решено сдавать «по накатанной». О том, как это было, читатель скоро узнает. Сам же Андрей имел неполное представление о событиях, принёсших ему второе «удовлетворительно». Помнил он то, что никак не мог выкинуть условие задачи в коридор. Никто не заходил и не выходил. Сергей же в этот момент, поняв плачевность положения, тихонько приоткрыл дверь со стороны коридора, что позволило экзаменуемому метким броском попасть в образовавшуюся щель. Далее действия Сергея были Андрею неизвестны, потому что результат получился предсказуемым. Интереса к деталям до поры до времени не было. Да и зачем? Ему было комфортно в своём неведении. Сергей же был спокоен как удав, ничего не рассказывал, и казалось, что всё хорошо и будет так всегда. Однако, видимо, время настало или пора подошла, но Андрей чувствовал волнение. «Получится ли в третий раз?» – повторялось в его голове. К тому же друг его был подозрительно молчалив. Опять волнение, да так и дело можно погубить! Он не в силах был больше думать об этом и поэтому заговорил первым:
– Серый, слушай, а кому ты в прошлый раз задачу засылал? Ведь суббота была, а бабули по выходным на кафедру не приходят.
– А что?
– Да так, интересно.
– Помнишь, ваша выходила с экзамена?
– Ну да!
– Она пошла на кафедру и сидела там писала что-то.
– Ну и?
– На кафедре же не было никого.
– И что?
– Что, что! Я вашей и заслал. Она при мне задачку решила и собралась к вам возвращаться. Так я, чтобы её опередить, прямиком по другой лестнице к тебе и оттуда так же бегом, чтобы с ней не столкнуться. Главное – действовать молниеносно!!!
Андрей, услышав эти слова, покраснел и остановился.
– Ты, Серый, дурак, что ли? А если она нас выкупила?
– Да не грейся, ничего она не выкупила. Денег подзаработала.
