. Выглядела Маша действительно, так себе. Чёлка выбилась из под намотанного на голову шарфа, потому что Маша без конца пыталась поправить его, ослабив на шее. Так как в помещении было душно. Верхняя пуговица пальто расстегнулась. И наружу торчало, что-то. Не то кофта, не то ещё один шарф или платок. Воротник с одной стороны топорщился. Короче, видок был ещё тот!
–Фамилию поступившей знаете?
. -Да, Алексеева! Резко выпалила Маша. У неё в глазах загорелась искорка надежды. И тут же погасла. Маша осеклась и сникла. А вообще то нет…, не Алексеева она. Это у её племянника фамилия Алексеев. А у неё не помню, вернее, не знаю. Её Люба зовут! Точно Любовь! Вы проверьте, девушка! Пожалуйста. Маша молитвенно сложила на груди ладони вместе и состроила жалобные глазки.
. Ждите, -закатив глаза, со вздохом, сказала девушка в окошке. И подняла трубку телефона.
. -Через пару минут, она, прикрыв ладонью микрофон на трубке, спросила у Маши.
. – Любовь Алексеевна?
. -Да-да-да-да… Затараторила обрадованная Маша. Точно! Её Любовь Алексеевна зовут!
. – Вроде эта, – сказала медсестра уже в трубку, тому кто был с ней на линии. Потом несколько раз поддакнула невидимому абоненту на том конце провода, – да…, да.., угу…, понятно…, да…, ага, пока. И повесила трубку.
. -У нас ваша больная. Перелом шейки бедра, открытая черепно-мозговая травма. Состояние средней тяжести. Она сейчас в операционной, её оперируют, ставят дву… Договорить она не успела, так как Маша её перебила громко заорав.
. -Да нахрена мне ваша бабка!? Племянник её где!?
. – Девушка опешила от Машиной наглости и разведя руки, слегка заикаясь от неожиданности, сказала, -за д-документами поехал.
. Маша чуть не села прямо у регистратуры. У неё подкосились ноги. Она понимала, что на счету каждая минута! Но не знала, что теперь ей делать? Сколько ждать? Куда бежать? Где искать Фёдора? И где её беременная дочь, её Оля!?
. Так на полусогнутых ногах она добрела до лавочек, что стояли вдоль стен, перед кабинетами. И плюхнулась всем телом, стянув с головы шарф. Маша откинулась на спинку лавки, слегка запрокинув голову и уставилась перед собой немигающим взглядом. А мимо, туда-сюда из кабинета в кабинет, сновали люди. Они, что-то у кого-то спрашивали, куда-то несли свои карточки, сдавали анализы, получали результаты, радовались или огорчались. И только Маша сидела и никого не видела и не слышала. Словно в ушах была вата. Единственная о ком Маша сейчас думала это Ольга. Где она сейчас и что с ней?
. Фёдор сдал тётушку врачам, как говорится, -из рук в руки. Дождавшись результатов обследования. Понял, что сейчас будет операция, а он, Фёдор, должен подвезти документы Любови Алексеевны в больницу, для заполнения карточки и прочих бумажек. Тётка вручила ему ключи от своей квартиры и объяснила где и что лежит. И он поехал к ней домой с чувством выполненного долга.
. Ольга в роддоме, под присмотром специалистов, – рассуждал он. Теща вещи ей отвезла уже, наверное. Так что волноваться не стоит. По крайней мере, там всё под контролем врачей. А тётя Люба тоже под присмотром, только уже хирурга. Там операция только началась.
. По-сути Фёдору торопиться некуда. Документы можно даже и завтра в больницу отвезти, думаю, ничего страшного не случится. Операция ведь уже идёт. Не бросит же её хирург на пол дороги, из-за отсутствия, каких-то там бумажек!? С такими мыслями, уставший и вымотанный за день Фёдор зашёл в квартиру тёти Любы. Открыл ключом, который она дала ему. Не торопясь, первым делом разулся, потом прошёл на кухню, в раковине вымыл руки, поискал обо что можно их обтереть. Не нашёл и несколько раз стряхнув в раковину, вытер о свои штаны.
. Он открыл холодильник, заглянул в него, ничего вкусненького там не нашёл, поэтому просто достал из банки солёный огурец и захрустев присел на табуретку.
. Потом прошёл в зал и плюхнувшись на диван, откинул голову назад. Он задумался о сегодняшнем дне, перебирая в памяти события. Фёдор и сам не заметил, как задремал.
. Ему даже сон приснился. Про деревню, про бабушку, про детство. Про то, как она поила его парным молоком с пышными оладушками. И про то, как он, Федя, делился этим самым молоком, пока бабушка не видит, с кошкой Муськой. И это был их секрет. Только его и Муськин. Сон был какой-то нежный что ли, а ещё тёплый-тёплый и реалистичный. Он затрагивал струнки из детства. И Федя, обнимал кошку и прижимал к себе тёплый, пушистый комочек, гладил её и целовал в макушку. Он тёрся своей щекой о пушистую и густую шерсть Муськи. И вдруг, она стала расти, расти и увеличиваться в размерах. Она выросла и превратилась в огромную, просто гигантскую кошку! Которая теперь яростно шипела на Фёдора и выставляла когти, а он от страха сжимался в комок, закрываясь маленькими ладошками. Не понимая, как его ласковая Муська могла стать таким монстром. Её глаза горели красными огнями. Вдруг, монстр накинулся на мальчика… И тут Фёдор проснулся.
. За окном было темно. В свете уличных фонарей красиво падали снежинки. Фёдор засмотрелся, он ещё был под действием сна.
. Приснится же такое, – подумал он, вставая с дивана. А сколько хоть времени-то прошло? Фёдор щёлкнул выключателем, свет осветил всю комнату. На столике, возле кресла, он увидел будильник. Взял его в руки и обалдел! Стрелки показывали половину второго ночи!
. Как он мог столько проспать!? Он искренне не понимал. Вроде только присел на диван, а уже пол второго ночи? Почесав голову и зевнув от души, Фёдор прикидывал, что ему теперь делать?
. Скорее всего Ольга уже родила. Интересно кого? Я теперь отец, – не укладывалось в его голове. Новые обязанности, новые заботы. Он обещал помогать Ольге и будет это делать с удовольствием!
. А с тётушкой что? Скорее всего, операция уже давно закончилась и она спит в палате. Короче, ни в роддом к Ольге, ни в больницу к тёть Любе его уже не пустят. Всё проспал! Конечно же обе будут волноваться, но что поделаешь… Уснул.
. Вообще-то Фёдор был ответственным. И всё за что отвечал или ему поручали, обычно было выполнено качественно и в срок. Тут скорее исключение получилось. Устал за день, переволновался. С кем не бывает?
6 ЧАСТЬ «ОЛЬГА»
. Схватки были уже совсем невыносимыми. Ольга мучилась очень сильно. Она не могла контролировать свой крик. И когда, после очередного затишья тело сковывало новой схваткой, она начинала орать с такой силой, что всем вокруг становилось жутко. Она каталась по полу комнаты, в которую их с водителем девятки привезли неизвестные молодчики. Во время передышек между схватками Ольга видела, что на диване лежит тот самый парень, что был за рулём, но он без сознания. Вроде бы Фёдору он представился Валерой, когда отъезжали от ресторана. Хотя…, Ольге было всё равно. Боль была адская! Никогда раньше ей не приходилось такую испытывать. Казалось изнутри разрывает всё тело. И ничего не приносило избавления или хотя бы облегчения.
. Она не понимала кто, зачем и куда их привёз. У неё было много вопросов к этим людям, но пока нужно было решить один, первостепенный вопрос, – родить! А этому не было конца и края! Схватки, одна за другой были уже слишком частыми, а это значит, что приближался сам момент родов. И Ольга не понимала, как это можно пережить? И возможно ли это в принципе? От дикой боли, из-за очередной схватки, она рвала на себе волосы. Они клоками оставались в её руках. И боль от этого была ничтожной по сравнению с самими схватками. Во время коротких пятиминутных передышек между ними, она просто лежала на полу без сил. Казалось, что это какой-то бесконечный марафон дикой боли.. Ольга уже потеряла счёт времени…
. Приложив к носу водителя девятки платок с хлороформом и увидев, что тот обмяк, один из мужчин, по кличке – Серый затолкал Валерку на пассажирское сиденье. Пристегнул ремнём безопасности, вероятно, чтобы тот не болтался и не падал, прислонил его голову к боковому окну, а сам сел за руль его авто. Обе машины, черная Вольво и вишнёвая девятка двинулись в неизвестном направлении. Вернее, не известно оно было только для Ольги. По скольку Валерке было по фигу куда его везут, так как он был в отключке, то по поводу маршрута заволновалась только она. Её и без того округляющиеся от боли глаза были, как говорится, – "по пять рублей", а тут и вовсе чуть не выкатились! Но всю ее сущность настолько занимала боль, что ей, по-сути было безразлично кто и куда её везёт. Просто хотелось бы получить медицинскую помощь, а с этим, как виделось Ольге будут проблемы.
. – Вы кто? А-а-а-а-а, .. Куда вы меня везёте!? А-а-а-а-а … Завопила Ольга.
–Заткнись, блядь! Рявкнул Серый и уставился на дорогу.
. – Прооравшись во время схватки, Ольга снова попыталась выяснить, кто её похитил и для чего?
Завали хлебало, сказал, усекла, шалава!?
. У Ольги не было чувства страха, но всё же она предпочла не злить этого молодого человека своими вопросами. У неё наступил момент, какого-то вселенского безразличия. Лишь бы поскорее всё закончилось, – подумала она. Но снова наступала схватка. И ей снова приходилось хвататься за сиденье спереди, упираться в него лбом, прижимать подбородок к груди и кричать и рычать, в надежде, что боль отступит. А она не отступала. Боль обесценивала всё, что происходило вокруг. И помимо неё самой, жестокой и беспощадной, остальное для Ольги не имело ровно никакого значения.
. Автомобили двигались по шоссе за городом уже прилично по времени. Минут сорок точно. Хотя для Ольги время текло немного по-другому. Оно мерилось промежутками от схватки до схватки.
. Наконец автомобили свернули на грунтовку и проехав пару километров, остановились у какого-то коттеджа. Ольга успела заметить, что дом высокий, кажется трёхэтажный, что за забором красивый зелёный сад. Высокие туи, ели и прочие хвойные деревья, а так же зелёный самшит. Всё это создавало чуть ли не летнюю картинку. Вот если бы не было снега, успела подумать Ольга, то… Но, додумать ей не удалось. Схватка снова завладела телом! Боль усиливающаяся по нарастающей в течении, каких-то там тридцати-сорока секунд, сковала тело и разум. И снова вырвался на волю душераздирающий крик!
. Водитель девятки вытащил Валерку под руки из машины и бросил прямо на дорожку из красной и жёлтой плитки. Плитка создавала затейливые диагональные полоски, которые снова и снова переходили из одного цвета в другой, до самого крыльца. Это смотрелось очень современно, ухоженно и дорого. Дорожка была широкая и обрамлялась бордюром, вдоль которого росли зелёные и аккуратно подстриженные кусты и стояли лавочки. И посередине всей этой красоты валялось бесчувственное Валеркино тело. Не гармоничная картина, – подумала девушка, не вписывается сюда это тело. И я тоже сюда не вписываюсь. Что вообще происходит!?
. Бросив Валерку, водитель открыл заднюю дверь и скомандовал Ольге, выходить. Она, как огромный неповоротливый бегемот, еле развернула корпус в сторону двери, вытащила одну ногу, затем другую, потом попыталась встать, но тело казалось настолько тяжёлым, что даже отталкиваясь руками от сиденья, ей это сделать не удалось.
. Серый вскипел от злости! Бля.., я что и тебя тащить должен!? Рявкнул он. Но Ольге было всё равно. Она опустила голову, что означало, – делайте, что хотите, а встать я не могу. Тут подошли двое из Вольво..
Серый, что тут?
. -Да, вот, блядь эта сидит орёт, встать не может. Вася, бери ты эту, а я мужика её потащу.
. Ольга не совсем поняла, что значит "её мужика", но сразу спросить не решилась.
. Тот, кого называли Васей, помог девушке встать с сиденья девятки и аккуратно повёл её в дом. Ольга шла по дорожке молча, совсем не сопротивлялась, почти бесчувственно склонив голову набок. Она уже предчувствовала следующую схватку. Только начинающееся пощипывание внизу живота, которое, менее чем через минуту, грозило перейти в сильнейший спазм. Ольга это уже знала и готовила силы на то, чтобы пережить эти несколько долгих и мучительно болезненных минут. Как не старалась она кричать "внутри себя", в какой-то момент крик всё равно вырвался наружу! Вася, парень, который вёл Ольгу по дорожке, от неожиданно громкого, не то рыка, не то крика, остановился и вылупился, не зная, что делать. Раньше ему не представлялось возможности присутствовать на родах. Он не знал, как нужно реагировать на подобное. Поэтому, просто стоял, с разинутым ртом, держа под руку орущую девушку одной и придерживая за спину другой своей рукой…
. -Что?… К-к-как… ч-че-ем помочь?… Делать, что надо!?… От неожиданности и страха за жизнь незнакомой беременной девушки и её ребёнка он даже не мог связать слова в одно предложение. Что-то мямлил, хватался, то за руку, то за спину, то хотел поддержать живот. Короче, парень растерялся. А схватка постепенно сошла на нет и Ольга смогла переступать ногами дальше, чего не скажешь о Васе. Его словно парализовало. Он по-прежнему таращился на Ольгу.
. – Врача тебе надо, – еле слышно, чуть не шёпотом сказал он.
– Неужели дошло! Грубо и ёрнически ответила Ольга. Отвези меня в роддом иначе сам роды принимать будешь!
. – Я… я-я, сейчас… Погоди… Пошли в дом, а там посмотрим. И повёл девушку по ступенькам.
. Вася завел Ольгу в комнату, где уже лежал на диване Валерка.
. -Вот. Располагайся, а я сейчас.
. -Ты куда!? Я же рожаю, мне врач нужен!
– Щас -щас…, потерпи, щас всё будет. Не совсем уверенно промямлил Вася и спиной вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
. Ольга осталась одна. Вернее, на диване лежал тот парень, из девятки, но без сознания и он вряд ли мог помочь ей хоть чем-то, в этой ситуации.
. Она огляделась. Комната была не маленькая, метров тридцать, а то и побольше. Современный евро ремонт. Двух, а местами и трёхуровневые потолки, с круглыми лампочками, то сходились, то расходились причудливыми поворотами. Огромная пальма в высоком и круглом кашпо в углу. Розетки и выключатели внизу, а не вверху стен, как обычно. Два кресла и столик между ними. На столе журналы и пульт. А так же диван и большой плоский телевизор, который стоял в стенке, в специальной нише, ровно под его размер. Таких Ольге видеть не приходилось ни разу. Телевизор произвёл на неё впечатление, но начинающаяся внизу живота щиплющая боль, говорила о том, что сейчас будет не до него. Девушка собралась, внутренне, сжалась и приготовилась к неизбежному, а уже через минуту боль пронзила её в который раз. Она упала на колени, уцепившись руками за подлокотник дивана. Выгнула спину и задышала быстро-быстро, по собачьи, секунд тридцать это помогало сдерживать под контролем свои эмоции, но потом боль вырвалась наружу вместе душераздирающим криком.
. В это же время, за дверью, консилиум из трёх мужиков, ни разу не сталкивавшихся с подобным, обсуждали ситуацию.
. – Что делать будем? – Спросил Серый. Если баба окочурится, нам шеф бошки свернёт. Все переглянулись и пожали плечами
. -Вася, звони в контору, обрисовывай ситуацию. А то я её щас сам, блядь, вырублю! Достала, сука орать! Лось, а ты загони девятку в гараж, на всякий случай, чтоб не отсвечивала здесь.
. -Вася набрал номер, после пары гудков на том конце сняли трубку.
. -Ало, слушаю. Мужской голос был ровным и спокойным.
. – Это я. Малого того мы взяли. Но с ним была ещё его беременная баба. Он, как раз её в роддом вёз. Короче, оба у нас.
. – Неожиданно. Но это даже лучше, – сказали на том конце. Явно с удовлетворением.
. -Но тут проблема.
. – Какая ещё проблема?
. -Походу она рожает. Орёт без остановки, вдруг окочурится? Мы не знаем что делать?
. Словно бы в доказательство сказанных Васей слов, послышался женский крик.
. – Во…, слышишь? Вася убрал трубку от своего уха и приблизил к двери, за которой истошно заорала Ольга.
. – Слышу. Ясно. Перезвоню. Как будто робот, без эмоций, сказал мужчина на том конце провода и связь разъединилась.
. Вася положил трубку и объявил, разведя руками, – сказал ждать. И красноречиво вздохнул.
. Через сорок минут после звонка к коттеджу подъехал ещё один чёрный автомобиль. Из него вышел водитель и два медработника. Мужчина и женщина. Из-под верхней одежды, снизу у них торчали белые медицинские халаты, а с собой в руках мужчина нёс чемоданчик, вероятно с медицинским инструментом и лекарствами. Водитель шёл впереди, показывая дорогу и открывая дверь врачам.
–Где роженица? Спросил мужчина -врач прямо с порога.
. -Там! Серый и Вася практически одновременно сказали, синхронно ткнув указательными пальцами на комнату в которой находилась Ольга. Медработники вошли в комнату и закрыли за собой дверь.
В комнате уже минут пятнадцать была тишина. Оттуда не доносилось ни звука. Поэтому Вася решил проверить, что там происходит. Он приоткрыл дверь и заглянул внутрь.
. Девушка лежала на полу. А доктор через трубку, прижатую к её круглому животу, пытался расслышать, что происходит у неё внутри. Медсестра с секундомером находилась рядом. Доктор поднялся, убрал трубку и дал медсестре какие-то указания. Она быстрым движением открыла чемодан, достала шприц, набрала в него лекарство и повернув Ольгу набок, протёрла место и сделала укол в ягодицу. Бедная девушка, настолько измучилась схватками, что совсем никак не отреагировала на это.. Но уже через пару-тройку минут снова началось. Крик, ор, стон! В этот момент врач увидел Васю, который заглядывал в приоткрытую дверь и скомандовал, – уберите парня с дивана, мы туда девушку положим!
. -Серый, помоги перенести, обратился Вася к напарнику. И они вместе, Вася под руки, а Серый за ноги, вынесли Валерку из комнаты. А там продолжалось. Ольга стонала, врачи давали ей команды, уговаривали потерпеть, потужиться и что-то ещё. Это было выше сил Васи и Серого! Их "нежные" личности не привыкли к такому. Вот если в морду дать кому, или битой вырубить, или на разборки с братвой – это, пожалуйста,. Это мы завсегда готовы! А роды…, не уж, увольте! И они ушли на кухню вместе с водителем, который привёз врачей.
. На кухне они расслабились, выпили, пива, а Лось сварил всем кофе. Они включили телевизор, что стоял там же, сделали звук погромче -чтобы не слышать вопли -как выразился Серый. И стали ждать.
. Кухня находилась через холл от комнаты где принимали роды, поэтому крики заметно стихли и Лось даже задремал сидя в кресле.
. Всё произошло минут через сорок – пятьдесят. Ольга в очередной раз закричала, но не на долго, как обычно и затихла. А вместо этого раздался плач ребёнка. Вернее сказать, – писк. Как будто-то бы пищал маленький котёнок. Ещё через несколько минут медсестра вышла из комнаты с завернутым в полотенце младенцем. Все, мужики, как по команде повернули головы в сторону открывшейся двери. А медсестра строго спросила, – где тут у вас ванная комната? Вася подскочил на ноги и почти побежал показывать.
. Медсестра обмыла тёпленькой водичкой тельце крохи. Обтёрла мягким полотенцем и запеленала. Ребёнок пригрелся и примолк.
. Вася топтался возле ванной, переминаясь с ноги на ногу, он как-будто нервничал. Со стороны можно было подумать, что это он отец, которому не терпится взять на руки малыша.
. – К-кто родился? Спросил он волнуясь.
. – Девочка, – с улыбкой ответила медсестра. Держите. И аккуратно передала её опешившему Васе. Он быстро подставил руки, расширив глаза и приоткрыв рот. Просто он ни разу не держал новорожденного. И пока женщина писала список необходимых для ребёнка и мамы вещей, Вася с интересом разглядывал малышку. Её пухлые губки причмокивали во сне, маленькая, с кулачок головка была настолько милая, что он испытал такие чувства, которых раньше никогда не было.
. – Вот. Медсестра протянула листок Васе. Купите всё необходимое. Сейчас роженица спит, а через пару-тройку часов ей понадобятся лекарства, я написала какие и как принимать, а так же подгузники для ребёнка, детский крем, присыпка и так далее. Короче, здесь всё, что нужно. Завтра утром пришлите за мной машину, я осмотрю и маму и ребёнка. Да, ещё, если ситуация вдруг нестандартная, звоните даже ночью, вот номер. Или сразу выезжайте за мной.
. С этими словами она развернулась и пошла за своим коллегой, который уже с чемоданчиком стоял у выхода, ожидая её.
. А Вася так и остался стоять, как пенёк, хлопая глазами, с малышкой на руках.
. – И…? Что мне теперь с тобой делать? Глядя на спящую девочку, спросил он. А она лишь смешно скривила свою маленькую мордашку и умилительно причмокнула губками. И Вася, как говорится "поплыл"…
7 ЧАСТЬ «ОЛЬГА»
. Вася держал на руках малышку и пристально разглядывал её. Такие щёчки, пухлые пальчики, носик пуговкой, смешные губки. Ему хотелось не просто держать девочку на руках, но вдыхать аромат этого маленького чуда.. Ему так нравился запах ребёнка, что он не удержался и наклонился к макушке, вдохнул полной грудью. И это было очень приятно. Вася кайфовал…
. Врачи уехали, в доме остались только он, Лось и Серый.. Пленников Вася не считал. Лось пока прилёг и ближе к утру должен был сменить Васю на посту.
. Серый, – обратился Вася, – давай, сгоняй по-бырому в город, вот список, купи всё по пунктам. Привезёшь, проверю.
–Ну, конечно, чуть что, так сразу Серый! Громко возмутился он.
. – Тш-ш-ш… Потише, – сказал Вася и уселся с малышкой в кресло-качалку. Девочка сладко спала на коленях мужчины, а он, размышляя, разглядывал её, слегка покачиваясь.
. Почему я раньше на детей внимания не обращал? Он не мог вспомнить ни одного случая, когда ещё хоть один малыш, вызвал бы у него такую реакцию. Они же такие…они…ну, – Вася ни как не мог подобрать слова, чтобы описать свои чувства, хотя бы самому себе, – такие… необыкновенные, что ли. Он поймал себя на мысли, что хочет своего ребёнка. Но, поскольку ни жены, ни девушки у него не было, то сама мысль эта была пока что не осуществима.
. Вася и не заметил, как задумавшись , задремал.
.Ольга проснулась или, вернее сказать, очнулась. Открыла глаза, огляделась, приподнявшись на локтях. И вдруг её, как молнией пронзило!
–Дочь! Она же родила, дочь! Где её ребёнок!? Она запаниковала.
. На полусогнутых, слабых ногах, вероятно, от снотворного, что вкололи врачи, Ольга вышла из комнаты. Медленно прошлась вдоль коридора, заглянула в гостиную. И увидела картину. Один из её похитителей, кажется его Василий зовут, сидел в кресле-качалке и дремал, а у него на коленях, лежал ребёнок. Ольга, почти на цыпочках, очень тихонько подкралась к нему и уже хотела было взять дочку, протянула руку, как почувствовала резкий хват за запястье. Это молниеносно среагировал Вася. Он сначала схватил её, а только потом открыл глаза. Несколько секунд ещё удерживал руку Ольги, затем отпустил.
. – Это мой ребёнок, – тихо, но уверенно сказала девушка.
. – Вася промолчал. Он встал, аккуратно приподняв малышку и так же ювелирно, из рук в руки, вручил драгоценный кулёчек девушке.
. -Ольга, где-то с минуту разглядывала дочь. Наслаждаясь, тем что видит. Её охватил внутренний восторг. Какая же она красивая, -подумала девушка. Её губы тронула улыбка. Но тут же, вспомнив где находится, Ольга вернулась в реальность.
. -Зачем вы меня похитили? Этот вопрос она задала впервые. Во время схваток ей было не до этого.
. Вася молчал. Он медленно подошёл к столику и налил воды из кувшина. Не торопясь выпил, поставил стакан обратно и спокойно сказал:
. – Во-первых, никто никого не похищал. Вы наши гости. И находитесь в этом доме на правах гостей.
. – Василий, вы же поняли о чём я вас спросила. Я ни к кому в гости не собиралась! Я ехала в роддом, а вы напали на нашу машину! Повторяю вопрос, – зачем…вы… меня…похитили!? Заметьте, я не спрашиваю про того парня, водителя, которого вы усыпили.
. – Правильно делаешь, что не спрашиваешь. Меньше знаешь, крепче спишь! Сквозь зубы, угрожающе прошипел Вася. Я, всё равно, на такие вопросы отвечать не уполномочен, задашь их шефу, когда он приедет.
. -Та-ак…, ещё один персонаж! А не многовато ли вас здесь? Вася лишь пожал плечами.
. – Значит, так, Василий, сейчас я с ребёнком еду домой! Твёрдым и уверенным голосом произнесла Ольга.
. – Значит, так…, как там тебя…,!? Ольга промолчала, а Вася, не дождавшись ответа и глядя ей прямо в глаза, продолжил.
. – Сейчас, ты идёшь в свою комнату и сидишь там как мышь! Усекла!? Ждёшь дальнейших распоряжений! Появится шеф, всё растолкует. Он говорил это громким шёпотом, явно не хотел разбудить малышку, но угрожающе приближаясь к Ольгиному лицу., вероятно, чтобы до неё лучше дошло.
. – Да, ладно !? У меня и комната своя тут есть? Обалдеть! Усмехнулась девушка. А Вася молчал.
. -Василий, вы же понимаете, что явно меня с кем-то перепутали. Я не бизнес леди, денег у меня нет. И уже более миролюбивым голосом добавила. Я вижу, вы хороший, отпустите нас, пожалуйста. Вася не промолвил ни слова. Просто сидел и пялился в окно. А за окном красиво падали снежинки, в свете фонаря.
. -Василий! Почему вы молчите!?
. Вместо ответа, парень молча взял за локоть девушку и повёл в комнату. Давая понять, что аудиенция окончена. Вася держал локоть крепко, как тисками, вёл уверенно, но не быстро, понимал, в руках у Ольги ребёнок.
. – Достала! Сиди здесь, жди распоряжений! Серый приедет, всё, что нужно привезёт. Врачиха будет завтра утром. Всё, баста! Спать ложись, ночь на дворе.
– Мне хоть маме позвонить можно?
. -Нет! Гаркнул Вася и втолкнул девушку в комнату. Ольга прикрыла глаза и инстинктивно втянула голову, ей показалось, что сейчас он лязгнет дверью со всей силы. Но, Вася явно боялся разбудить малышку, поэтому закрыл аккуратно.
. – И на том спасибо, – пробубнила себе под нос она.
. Находясь в комнате Ольга, положила дочь на диван и присела сама. Ночь на дворе, мама и Федя с ума сходят! Как пробраться к телефону? Как им дать знать, что с ней и ребёнком всё в порядке? Интересно, сколько сейчас времени? Сколько меня здесь продержат? Зачем меня сюда привезли? Что делать? Кто они такие? Может сбежать? А ребёнка во что одевать? Ведь теперь Ольга не одна, а за окном зима. Мысли роились в голове девушки. Посидев ещё немного, она решила, – всё-таки, надо как-нибудь аккуратненько, для начала, пробраться к телефону. С этим нехитрым планом она и приоткрыла дверь.
. – Э-эй, Васи-илий… Никто не отозвался. Ольга прошла тихонечко через небольшой коридор, ведущий в гостиную, заглянула туда, -никого… У девушки сильно застучало сердце. Как пойманная птица в клетке, оно трепыхалось, а мозг быстро соображал!
. – Та-ак, так, так, так, так- телефон я, кажется видела в гостиной на столике. Точно, вон он! Быстро, на цыпочках, как балерина, она пересекла комнату и схватила трубку. Послышался длинный, ровный гудок. Трясущимися от волнения руками, девушка тыкала по квадратным кнопкам аппарата, набирая цифры родительского номера. Ну же, ну-у… Ма-ма, сними же трубку.. От нетерпения, девушка приплясывала на одном месте.
. -Мамочка, пожалуйста… Мамуля… Но в трубке были длинные гудки, никто не подходил к телефону. И вдруг послышался звук смываемой в унитазе воды. Открылась дверь туалета и оттуда вышел Вася, на ходу он застёгивал ширинку и ремень на брюках. А Ольга поняла, что торопиться уже некуда. Она так и продолжала стоять с трубкой в руках, слушая длинные гудки и надеясь, что, в последний момент мама, всё-таки скажет, – ало…, но увы…
. Вася даже не особо и торопился. Он застегнулся и неторопливым шагом подошёл к девушке.
.-Не берут? Спокойно спросил он.
. – Н-не берут…– поникла Ольга.
. Вася аккуратно взял у неё телефон и положил на рычаг. Он пристально смотрел в глаза, просверливая взглядом. Действовал очень спокойно, это-то и пугало девушку. Ольга уже приготовилась к крику или может даже пощёчине. Она не знала чего можно ожидать от Васи, за такое самоуправство с её стороны. Он было грозно приблизился к лицу Ольги, давая понять серьёзность своих намерений. Открыл рот, чтобы, что-то сказать ей, как вдруг послышался грохот, со стороны коридора, будто кто-то упал.
. Оба, Вася и Ольга обернулись на шум и увидели того самого водителя девятки. Он попытался подняться на ноги с пола, но снова упал. Вероятно парень пришёл в себя не до конца, но всё же решил выйти из комнаты.
. -Э-э-ээ, парниша, ты, это…, не дури, а то свяжу! Пригрозил Вася. Быстро подскочил к нему, взял под руки и повёл в комнату, куда определил и Ольгу с ребёнком. Повернулся и гаркнул девушке, – марш к себе! Ольга не подумала ослушаться, понимала, что раз её план не удался, то сейчас Васю лучше не злить. И молча пошла, как выразился Вася, – "к себе".
. Валерку Вася аккуратно уложил на диван, рядом с девочкой. Парень ещё был очень слабый. И Вася предупредил его,
. – Дверь на замок не закрываю, только потому, чтобы в туалет могли выйти. И не балуй мне тут, -предупредил он Валерку, – иначе свяжу! И из комнаты не выпущу, ведро принесу, узнаете тогда! Ладно, отлёживайся, все разборки завтра.
. – А тебя, – обратился он к Ольге, если ещё раз увижу, у телефона, накажу!
. И уже на ходу бросил, – завтра сообразим кроватку для малышки, а сегодня, потеснитесь, как нибудь. И закрыл за собой дверь.
. -Обалдеть! Последняя фраза Васи, на счёт кроватки для дочки, заставила Ольгу задуматься:
. -И что это значит? Что мы здесь надолго!? Ну, не будут же они покупать кроватку на неделю или на месяц? Зашибись!
. Ольга разглядывала лицо парня.
. – Симпатичный, – подумала она, – интересно, женат? Может за него тоже сейчас девушка волнуется, а может даже и жена с ребёнком. Сидит сейчас у окна, места себе не находит. А он тут, со мной и моей дочкой. О-ох, дочку то за что? -Вздохнула Ольга, – бедный мой ребёнок.
. Ольга, подтащила к дивану кресло, развернула его так, чтобы оба подлокотника упирались в диван. Таким образом у неё получилась кроватка для малышки. Она аккуратно переложила ребёнка на кресло, как вдруг девочка закряхтела, заворочалась, зашевелилась. Ольга, взяла её на ручки и прижала к себе. А потом сообразила, её же покормить нужно. Но девочка снова уснула, почмокав губками во сне и Ольга положила её обратно в кресло. Сама вышла в коридор уже не прячась и обратилась к Васе:
. -Мне бы в душ. Скоро кормить ребёнка, а я… . она не стала говорить, что ей нужно хотя бы грудь обмыть, – постеснялась.
. – Короче, мне помыться надо.. Вася молча показал Ольге где душ, достал из комода махровое полотенце, халат и прочие принадлежности, типа шампуня, зубной пасты, щётку, мочалку. Всё подал и включил свет в душевой, а сам вернулся в
кресло-качалку. Ему оттуда было хорошо видна дверь и в туалет, и в ванную комнату.
. Ольга решила не терять время. Нужно быстренько принять душ, а то вдруг дочка проснётся.
. Девушка стояла под тёплыми струями воды с наслаждением. Подставляла лицо, ловила губами, пускала фонтанчики воды изо рта, складывала ладошки перед собой, а когда наполняла их, выливала на грудь, плечи и получала кайф. Потом спохватилась и ускорилась. Нужно было побыстрее вымыться, чтобы пойти к дочке. Ольга пока ещё не свыклась со своим новым статусом, мамы и иногда, вспоминая, пугалась:
. – А вдруг не справлюсь? Закрадывались мысли. Но она старалась прогонять их:
. – Нечего депрессовать! Я у дочери одна! И Ольга снова вспомнила где находится.
. Вымывшись и высушив феном волосы, девушка накинула халат и подвязала поясом, потому что пуговиц на нём, всё равно не было. Халат был махровый, с длинным ворсом и очень нежный к телу. Посмотревшись в зеркало, Ольга пришла к выводу, что роды её ничуть не испортили. Румянец после водно-банных процедур, подчёркивал скулы. Даже губы порозовели. Девушка состроила глазки своему отражению в зеркале, прикусила губу, слегка прищурившись и осталась довольна. И тут заурчало в животе и она вспомнила, что ела последний раз на собственной свадьбе, какой-то салатик. Потом, во время схваток, ей было не до этого. И вот сейчас голод дал о себе знать.
. Ольга вышла из ванной, на неё пристально смотрел Вася.
. -Василий, прошу прощения, но раз уж я здесь гостья, как вы изволили выразиться, то можно мне хотя бы чаю с бутербродиком. Пожалуйста… Она похлопала глазками и молитвенно сложила ладошки на груди. Ольга говорила, слегка высокомерно- издевательским тоном. Почему то она не боялась Васю, но определённое уважение испытывала. Вася молча встал.
. – Сюда иди. И подвёл девушку к холодильнику. Открыл и сказал, – вот, выбирай, что видишь, можешь готовое, но если хочешь, сама приготовь яйца, или ещё чего-нибудь. Домработница будет только утром. И пошёл на свой наблюдательный пункт, в кресло-качалку.
. Ольга осталась стоять у раскрытого холодильника. Она молча смотрела, потом сообразила, что о ней ни кто не позаботится, кроме неё самой и стала действовать. Достала молоко, творог и кусок варёного мяса на блюде. Щёлкнула кнопку чайника, включив его. Достала хлеб из хлебницы, отрезала мясо, положила его на хлеб и с удовольствием стала жевать в ожидании, пока закипит чайник.
. – А заварка где? Жуя спросила она.
. – В верхнем шкафу, над плитой.
. – Василий, всё-таки, зачем вы меня охраняете? Девушка продолжала жевать мясо.
. -Я же не депутат, какой-то. А Вася продолжал молчать, отчего создавалось впечатление, что она разговаривает сама с собой.
. – Ну, вот к примеру, у вас какое образование? Ольга не дождавшись ответа от Васи, продолжала говорить сама:
. Вы же могли устроиться на нормальную работу? Зачем пошли в бандиты? Вася молча наблюдал за девушкой. А она уже заварила чай, добавила сахар и размешивала его в красивой фарфоровой чашке с розовыми цветочками и золотой каёмочкой по краю. Ольга подула в чашку и чуть отхлебнула из неё, прикрыла глаза от приятной теплоты, расползающейся по телу..
. -А всё-таки, быть бандитом это призвание или наследственность? Вдруг, Ольге показалось, что глаза у её охранника налились яростью и он гаркнул:
. – Допьёшь у себя! Схватил за локоть, как и в прошлый раз и повёл её в комнату. По пути она успела схватить свой чай и надкусанный бутерброд.
. -Всё-всё, я поняла, – не извольте волноваться, Василий. Буду держать рот на замке. Она показала, как закрывает на этот самый замок свой рот и выбрасывает ключик. Развела руками в стороны, мол, молчу. Но уже вдогонку не громко крикнула, – сейчас дочка проснётся, мне где пелёнки для неё брать?
– Решим. Ответил Вася и аккуратно прикрыл дверь в комнату.
. Девушка допила свой чай, доела бутерброд, но кружку с блюдцем относить на кухню не стала. Вдруг Вася ещё не остыл?
. Ольга прилегла на диван, рядом с водителем В комнате лежать больше было не на чем. А водитель, как выяснилось, ещё не совсем, отошёл от своего "наркоза". Заложила руки за голову и уставилась в потолок.
. Вскоре она уснула.
. Их, Ольгу и Валерку разбудила девочка. Она кряхтела и издавала, какие-то звуки, которые говорили, о том, что ей, что-то очень не нравится.
Ольга приподнялась на локтях и увидела картину. Дочка почти распутала пелёнку, пытаясь выбраться наружу. Одна ручка уже торчала на свободе, а скоро должны были показаться и маленькие пяточки. Ольга не знала, что делать, но, на всякий случай решила распеленать малышку. Внизу оказалась настолько промокшая пелёнка, что сомнений, на счёт того, что не понравилось дочке, не осталось. Достав девочку, Ольга не сразу сообразила, как можно её взять. Когда ребёнок был туго запелёнатый медсестрой, это был упругий кулёчек, который было удобно держать. А теперь Ольга растерялась. Она помнила, что нужно поддерживать головку младенцам. Одну руку она подсунула под спинку, а на другую ладонь полностью легла маленькая головка девочки. И мама, наконец-то подняла дочку на ручки. Чувства были невообразимые. Дочка хлопала глазками, глядя на свою мамочку, причмокивала губками, наверное намекая, что пора бы и покормить её, шевелила ручонками. Всё это вызывало у Ольги умиление и восторг. И даже место, в котором сейчас находились пленники, не могло испорти этот момент.
. Всё это время Валерка наблюдал за мамой и дочкой. Просто смотрел и молчал. Не задавал вопросов, может ещё не отошёл и был пол действием, того снотворного, которым его усыпили. А может, просто соображал, где находится.
. – Отвернись, мне ребёнка покормить нужно. Нарушила молчание Ольга. И Валерка послушал её и молча, заложив руки за голову, уставился в потолок. А Ольга, присев на край дивана, отодвинула ворот халатика и достала грудь. Неуклюже попыталась засунуть сосок в ротик дочке, но та тыкалась, шевеля головкой, куда попало. Наконец, девочка присосалась к груди и зачмокала. Ольга не знала, что молоко не сразу приходит, но того количества, которое накопилось уже, вполне хватило ребёнку. Дочка чмокала с закрытыми глазками.
8 ЧАСТЬ «ВЕРА»
. Сидя в больничном коридоре, Маша ожидала Фёдора уже три часа. Постепенно до неё стало доходить, что он сегодня не придёт. Она не понимала, что могло повлиять на его решение? Возможно, племянник привезёт документы завтра, а может и что-то случилось? Рассуждала она сама с собой. Сейчас Маша уже ничему не удивилась бы. После сегодняшних событий, ей казалось, что если бы в больничном коридоре появились инопланетяне, она подумала бы, что так и должно быть. Но как Маше встретиться с Фёдором, как узнать всё про Ольгу? Она могла бы съездить к нему домой, но ведь не знает ни его адреса, ни адреса тётушки.
. И тут её озарила догадка! А вдруг Фёдор, потому и не привёз тёткины документы, что тоже узнал, об Ольгиной пропаже и теперь мечется, разыскивая свою жену. От ужаса она даже ахнула! Прикрыла рот ладонью, но посидев так с минуту, решила ехать в милицию. Подскочила, как ужаленная и помчалась ничего и никого перед собой не видя. На бегу наматывая шарф на голову и застёгивая пальто. Налетела на ведро с грязной водой и сшибла его. Вода растеклась по всему коридору, огромной лужей. Маша, не задержавшись ни на секунду, бросила, – извините, уборщице, которая ещё долго, в след ей, кричала оскорбления. Называя её: – слепой и безглазой, а ещё кривоногой и каракатицей.
. Машины ноги промокли ещё днём, пока волокла мужа, пока бегала от остановки до роддома и обратно, а потом до больницы. В отклеенную местами подошву сапог попал снег. А пока Маша ожидала Фёдора в больнице, снег подтаял и теперь, на февральском морозе ноги очень быстро замёрзли. Но ей было не до этого.
. Маша очень устала за сегодняшний день. Она просто валилась с ног! А ещё она хотела горячего чаю, с кусочком свежего батона, намазанного сливочным маслом и сыром. Не помешала бы и порция жареной картошечки с луком и домашними солёными огурчиками. Подумав об этом у Маша звучало в животе. Ведь ела она последний раз на свадьбе ещё днём и то, горячее подать не успели. Получается, что Маша только поковырялась в салате, да выпила бокал вина.
. Не до еды сейчас. У неё дочь пропала. Вспомнив об этом, Маша чуть не заплакала. Скорее всего Оленька уже родила. Как она там с её внуком или внучкой?
. В какой-то момент, Люба переехала жить к сестре. И все вместе, Фёдор с мамой и она, Люба стали жить в старом бабушкином доме. По документам это была деревня. Но все, кто жил в ней, считали себя городскими. Просто находилась она в таком месте, где сразу за забором огородов, шла трасса. А за ней располагался город. Буквально через дорогу .
. Жители этой деревни понимали, что город скоро будет разрастаться и скорее-всего в их сторону. Поэтому дома бросать не спешили. Надеясь, со временем, когда застройщикам понадобится их земля, под многоэтажки, получить за это новые просторные квартиры. Так же рассуждали и Люба с Верой. Это было их общее наследство, после смерти родителей. Не то, что бы они задумали разъехаться, просто хотелось получить ещё квартиру. Как говорила Люба, – не помешает. Они всё равно хотели бы жить вместе и могли бы сделать это в квартире, которую получила от завода Люба. После училища, она работала на маслозаводе и получила жильё очень быстро. Которое теперь сдавала в наём молодой семье. Они только что поженились и рады были любому углу.
. . Любе с Верой нравилось, что к их общему доходу, каждый месяц, прибавлялось ещё немного денег, от сдачи квартиры.
. Сёстры жили в мире, особо не скандаля. Иногда только, очень редко, случались недомолвки. И тогда они могли не разговаривать друг с дружкой день или два. Но потом мирились и всё было хорошо. Единственное в чём их мнения совпадали полностью и безоговорочно это мужики. Ибо все они были козлы! Так считала и одна и другая сестра.
. У старшей, Любы муж – алкаш. Пропивал всё и со страшной скоростью. Очень быстро из дома пропали ценности и не только. Испарялось всё, что стоило хоть сколько нибудь. Не гнушался он ни чем. Умудрялся продавать даже вещи жены. Однажды Люба долго искала термобигуди, хотела сделать укладку, что бы пойти в гости. Но перерыв весь шкаф, в котором она видела их последний раз, догадалась спросить у мужа. На что он, очень красноречиво, красочно и доступно ответил, – куда нужно пойти. Как и с кем, он желает ей провести там время. И где он видел и на чём вертел её саму, её мать и всю родню в придачу! Люба выслушивала это уже не в первый раз.
. Последней каплей было то, что в тот же день она не нашла ещё и два своих новых бюстгальтера, купленных, в период дефицита, с большим трудом. Догадавшись, что и они исчезли по тому же адресу, что и термобигуди, решила, что с неё хватит! Собрала вещи мужа, которые все уместились в один пакет. Плюс, то что было на нём, трусы, носки, штаны и "жанильный пижнак", как говорил её дед. И выставила всё за дверь, включая его самого! Правда с ним пришлось побороться. Он упирался, крыл матом почём зря и даже лез драться! Но Люба была девушкой деревенской, выросшей на твороге со сметаной, на настоящем молоке, на мясе, которое выращивалось на её глазах. Фигура у неё была настоящая, деревенская. Большая грудь, пышные округлые бёдра, сильные руки. Поэтому была она не из робкого десятка. Двинула в лоб со всей силы, когда этот алкаш попытался рыпнуться в очередной раз! И полетел он через порог за дверь. Повалился на пол, пытался встать и снова падал. Кое-как поднялся и в уже закрытую, на два оборота и крючок дверь, долго долбил кулаками и кричал, что-то про "рога, копыта, интимные части тела, как мужские, так и женские, а так же про мать". Куда же без неё? И прочее…
. Выгнав муженька Люба, конечно немного всплакнула, над своей неудавшейся женской судьбой. Но, наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. И тем же вечером пошла к своей младшей сестре Вере. Ей срочно нужно было выговориться, рассказать обо всём. Так уж вышло, что подруг у неё, кроме родной сестры, не было. Одни они были друг у друга.
. В тот вечер, сёстры проговорили долго. Уже было далеко за полночь, когда они услышали скрип калитки. Поняв, что вернулся муж Веры, притихли. Люба накрыла своей рукой ладонь сестры и произнесла, – Вера, не бойся, я с тобой! Вперёд!
. И Вера встала со стула и шагнула в коридор. Муж на цыпочках, не включая свет, раздевался. Вера щёлкнула выключателем и лампочка ярко осветила коридор..
. -Здравствуй, дорогой.
Муж обалдел, вылупил глаза и произнёс, – о, Веруня, а ты чего не спишь?
. – Тебя ждала. Где был?
. – Да, я-я-яя…, это. Он почесал затылок. Было видно, что пытается придумать, что-то на ходу. Я-я-яя с мужиками…
. -Вера не дала ему договорить. Какой смысл это слушать -рассудила она.
. -Я вещи тебе собрала. Тут на первое время хватит. А завтра соберу все остальные. Ты переезжаешь. И пнула ногой, пододвинув к нему дорожную сумку с длинными ручками. Это была как раз та самая сумка, с которой он и пришёл к ней в дом. Сколько принёс, столько и унесёт, -думала Вера, пока собирала её.
. -К-куда ухожу? Опешил муж. Веруня, я не куда не пойду! Осмелев сказал он.
. -Пойдёшь, как миленький! Это в коридор вышла Люба. Она стала загородив сестру, в проходе так, что обойти её было невозможно, ни с какой стороны. В позе "буквы Ф", руки в боки, она смотрела на своего зятя исподлобья. С таким презрением, что он обалдел. Стоял потерянный и просто хлопал своими поросячьими глазками. Но через несколько секунд осмелел и заговорил.
. – Не понял!? А чО ты тут командуешь!? Ты Хто такая вАще!? Приблуда ёб@н@я!
. А да-а-альше.., закружились звёздочки перед глазами и полетели мухи и какие-то точки, а ещё радуги и красные всполохи, бабочки, кружочки, спиральки и птички. А затем, яркая вспышка и всё, темнота…
. Это Люба "выключила" зятя одним мощным ударом кулака в лоб. Знала, что сестра смалодушничает, не сможет довести начатое до конца. Пожалеет засранца, так и будет терпеть его блядство.
. Сестре Люба говорила, как есть. Блядун он у тебя! Всегда был, таким и останется. Горбатого могила исправит! Все знают, что он к Лидке, вдове бегает. Как муж у нее помер, так твой кобель и начал с ней шуры- муры крутить. А ты всё терпишь, да молчишь. Он уже почти в открытую с ней валандается. А ты что!? Терпение своё доколе испытывать собираешься? Гони его в шею!
. Но Вера терпела, хоть и знала о похождениях мужа, однако ничего с собой поделать не могла. Такая у неё была натура, мягкая и ранимая. Одна боялась остаться. Вроде, как замужем, вроде, как есть кому готовить, да стирать. И в постель, хоть изредка, да есть с кем прилечь. Вроде мужик молчит, как мебель, но иногда есть с кем и парой слов перекинуться. Так и продолжали вместе жить. Она лишних вопросов не задавала, а он этим пользовался.
. Когда муж приходил посреди ночи, Вера делала вид, что спит. Хотя сама ни разу глаз не сомкнула, пока его не было дома. Она просто лежала, представляя его с другой. С той самой Лидкой. Представляла, как он Лидку обнимает. Интересно, так же, как и её – Веру? А целует как, а ласкает?
