Татьяна Михаль "Трофей одинокого зверя"

Трофей одинокого зверя
Татьяна Михаль

Волчара Ты попал.

Олег Громов – волк-одиночка, хозяин тайги, куда без спроса лучше не соваться.

Он бывший спецназовец, ныне владелец охранной фирмы. Это суровый, дикий и одинокий мужик. И он абсолютно катастрофически недосягаем для простых смертных женщин. Точнее, он так думает...

Татьяна Михаль

Трофей одинокого зверя

ПРОЛОГ

* * *

— ОЛЕГ —

Волчара… Ты попал.

Я сидел на холодном бетонном полу, прикованный цепями к стене, и смотрел, как луна медленно выползает из-за туч через крошечное окошко под потолком.

Руки уже вспотели, металл натирал запястья, но я не чувствовал боли.

Я вообще ничего не чувствовал, кроме одного – её запаха, и он сводил меня с ума.

Он просачивался сквозь бетон, стальную дверь и даже сквозь мою волю.

Он был везде – и в воздухе, которым я дышал, и в моей крови, в проклятой голове, которая раскалывалась на части.

Катя... Катюша...

Она сейчас была там, наверху в спальне на втором этаже, она в безопасности.

Сегодня утром я приказал ей не выходить из комнаты.

Я рычал на неё так, что стены дрожали: «Запрись и не выходи! Что бы ты ни услышала! Поняла меня?»

Она испугалась, и я видел страх в её глазах. Чувствовал этот кислый и резкий запах страха, даже ужаса.

Ненавидел себя за то, что пугаю её, но лучше страх, чем смерть, потому что если она окажется рядом…

Зверь внутри меня зашевелился, поднял голову и принюхался.

«Она здесь…» – зарычал волк. – «Она твоя женщина… Иди к ней, сделай её своей…»

— Заткнись, – прохрипел я.

«Она ждёт тебя…» – не прекращала зверюга.

— Заткнись, тварь!

Я рванулся в цепях, но они выдержали мой напор

Ведь я сам их ковал. Рассчитано на мою силу.

На то, что я не вырвусь, даже когда превращусь.

Зверь зарычал громче. Волк не понимал меня.

Почему я не иду к своей паре?

Почему запираю себя?

Почему я такой, чёрт побери, идиот, а?

Потому что она всего лишь иллюзия, идиота ты кусок.

Потому что если она придёт сюда, то умрёт.

Задохнётся от моей энергии. Её мозги вскипят и сердце разорвётся!

Я видел такое однажды.

Ни один человек не выдержит рядом оборотня в первый час полнолуния.

Даже на расстоянии нескольких метров.

А если она войдёт сюда, где воздух уже плавится от моей силы...

Я с силой сжал кулаки.

Кости затрещали, начиная ломаться и срастаться заново.

Первый этап всегда самый болезненный.

Когда человеческое тело начинает превращаться в волчье.

— А-а-а-а! – зарычал, запрокидывая голову.

Позвоночник выгибался дугой, суставы выворачивало, кожа горела, будто её жгли заживо.

Каждая моя клетка кричала от боли.

И сквозь эту боль пробивался её невозможный, такой необходимый мне ЗАПАХ.

Боже мой, этот аромат был такой сладкий, тёплый и родной. М-м-м...

«Иди к ней, болван», – требовал зверь. – «Её присутствие облегчит боль. Она же твоя пара… Твоя…»

— Не-е-ет! – заорал я в пустоту. – Она не моя! Она умрёт!

«Не умрёт. Она сильная. Пахнет тобой. Она твоя пара…»

— Замолчи, – прорычал я сквозь слёзы.

Потому что боль уже была невыносимая, потому что я хотел поверить.

Но если поверю, а она не окажется моей парой, то погибнет… и тогда я сам сдохну и эта будет страшная смерть.

Я как дурная псина начал грызть цепи.

В прямом смысле!

Зубы уже менялись, удлинялись клыки.

Металл скрежетал на них, но не поддавался.

Зверь рычал от разочарования и гнева, что не может разорвать оковы.

— Чёрт, чёрт, чёрт! – выдохнул я.

Полнолуние уже почти наступило.

Ещё немного и я потеряю контроль.

Зверь вырвется наружу и будет здесь рвать и метать от ярости, сходить с ума от её присутствия, запаха… Но цепи его удержат.

Я надеялся, что Катя умная и послушная, и останется в комнате, даже когда дом будет сотрясаться от мощи зверя, даже когда вой и рычание донесётся до её ушей.

Уверен, она сейчас сидит в спальне, и молится, чтобы этот псих, то есть я, успокоился.

Я почти успокоился и отпустил себя в эту трансформацию.

И тут жалобно скрипнула дверь…

И тут её запах ударил в лицо так, что у меня искры из глаз посыпались!

На секунду ослеп от этого наваждения.

Резко повернул голову и втянул носом сладкий, необходимый мне запах...

И сквозь пелену боли и безумия я увидел её.

Она стояла на пороге.

Такая маленькая, да ещё в моей футболке. Когда и где она её нашла?! Она была босиком, нежная, красивая, с распущенными волосами.

В руках держала светодиодный фонарь.

Глаза были огромные.

В них плескался страх, даже ужас, и... чёртово женское любопытство и упрямство.

Она смотрела на меня и не отводила взгляд.

— Убирайся! – зарычал я так, что, наверное, в доме стёкла задрожали. – УБИРАЙСЯ, ДУРА! Я РАЗОРВУ ТЕБЯ!

Она вздрогнула и фонарь дрогнул в руке. Но она не ушла, а сделала шаг вперёд.

— Не смей! – я рванулся в цепях так, что они впились в тело до крови. – Не подходи, Катя! Я не контролирую себя! Моя сила убьёт тебя!

— Не убьёт, – сказала она тихо и уверенно.

И сделала ещё шаг.

— Ты не понимаешь! – заорал я. – Я не человек! Перед тобой монстр! Я...