– Мы не сможем даже выйти из леса, если будем влиться с ног.
Справедливое замечание.
– Тогда я буду первая в карауле.
14
Первой в карауле я не была.
Оставшимся вечером моей главной целью было разговорить Фуэго. Все мои попытки были тщетными. Вечером я походила вокруг и собрала ягод. После нескольких часов поиска и скупого обеда мне очень захотелось прилечь. Я снова не заметила, как уснула.
Фуэго не разбудил меня на первую смену караула, на вторую тоже.
Как же он так держался?
Завтракали мы вяленым мясом. Я не хотела ничего говорить. Злость прошла. В конце концов, она не помогает, а только отнимает силы. Сегодня я выдержу целый день и часть ночи. Обязательно.
– Как долго нам еще идти?
– Неужели моя королева устала? – он поднял бровь и вызывающе посмотрел в мою сторону.
После завтрака мы сразу двинулись дальше. Почти без остановок.
Еще целый день ходьбы.
В ответ я мотнула головой. Да, черт, я устала, но не могла признаться ему в этом. Наверное, он опять понял мои мысли, потому что резко остановился.
– Эй! – я почти врезалась в него.
– Пошли быстрее, здесь кто-то есть, – Фуэго взял меня за руку и потащил.
Я не успела задать вопрос, как он это понял, потому что услышала крик. Детский плач. Затем возгласы взрослых. Я одернула руку.
Мы могли бы попытаться помочь. Или глупо потерять время. Я подумала о том, что хотела бы, чтобы кто-то помог моей семье. Наверное, и Фуэго хотел получить помощь от своих друзей. Но ни он, ни я не получили поддержки.
– Фуэго, давай им поможем? – я подняла глаза на него и тихо задала вопрос.
– Ты даже не можешь быть уверена, что им нужна помощь.
– Тогда сходим и убедимся в этом.
– Нет.
Нет?
– Я твоя королева. Так что да, – я сама поразилась холодом своих слов.
Но он должен был понять. Согласится. Пару секунд мы смотрели друг на друга. Поединок взглядов, который я выиграла. Он вздохнул и указал мне головой направление.
Я не стала дожидаться его и побежала. Было уже темно, но я не сбилась и не оступилась, обегая корни деревьев, камни. Когда я увидела повозку с лошадью, остановилась.
– Нам надо пройти кругом. Мы потратим на два дня больше, – мужчина стоял, положив руки на бока.
На нем была простая одежда. Подробности – не видно. Из-за кибитки вышла девушка. На руках был ребенок.
– Мы и так потеряли много времени, – она тяжело вздохнула, – давай останемся на ночь здесь.
Мужчина покачал головой. Устало.
– Из-за дерева ты не очень-то им помогаешь, – Фуэго возник прямо за мной и прошептал мне на ухо.
– Знаю, – я посмотрела на него, – чтобы ты сделал?
Но маг уже шел к ним. Я последовала за Фуэго.
Девушка плотнее прижала ребенка и сделала пару шагов назад. Мужчина схватил топор, но отступил. Теперь их было видно лучше. Люди. Обычные русые волосы. Одинаково короткие и у мужчины, и у девушки. Блузка и штаны. Черные сапоги. Ребенок был укутан в простынку. Еще совсем младенец.
– Моя леди хотела бы предложить вам помощь, – Фуэго хитро посмотрел на меня. И зачем он так это сделал?
– Да, – я дрогнула, – скажите, могу я вам чем-то помочь?
Они не доверчиво посмотрели на нас. Я стала искать глазами, в чем же их проблема.
Прямо за повозкой был обрыв и сломанная деревянная лестница. Как я сразу не заметила! Возможно, один человек еще мог бы пройти. На свой страх и риск. Но не целая семья, лошадь и кибитка.
– О, – я озадачено посмотрела, – хорошо.
Я сжала ладони. Надо сделать ледяной мост. Легонько я протянула руку в сторону обрыва. Сначала появилась аппарель. Затем широкий, надежный мост протянулся до другого края земли. Там тоже был аккуратный спуск. Я подумала, что безопаснее будет, если сделать и парапет. Наверное, я перестаралась, ведь если бы мост не был изо льда, то прослужил бы не одну сотню лет. Огромный, почти королевский. Я ахнула, когда посмотрела. Девушка прикрыла рукой рот.
Луна красиво отражалась в прозрачном полу моста. Ее свет изумительно гармонировал с постройкой, как будто она ждала его всю жизнь. Мост рядом теперь казался чем-то неправильным и мертвым.
– Он не растает, можете идти, – я кивнула девушке.
Буду держать лед и постоянно подмораживать. Сколько бы времени им не понадобилось.
Неожиданно она подошла ко мне и протянула руку.
– Синдира, – кажется, ее глаза намокли, – спасибо вам. Спасибо тебе.
Я задумалась. Могу ли я сказать, как меня зовут? Фуэго предупреждающе посмотрел на меня.
– Копа, – я пожала ей руку и улыбнулась, – вы путешествуете или…?
– Нет, – она замотала головой, – мы возвращались домой. Весной мы приезжаем погостить к моей маме.
Мужчина сзади кашлянул.
– Перестань, – она махнула рукой, – они помогли нам. Кстати, мы можем вас. Правда, Дебер?
Я не знала о направлении нашего пути и посмотрела на Фуэго. Все это время он стоял неподалеку. Советник пожал плечами. Что это зна- чит? Маг понял мой вопрос, поэтому вступил в разговор.
– Мы добирались до Сорвисы. Если вам по пути, мы будем признательны.
Сорвиса! Этот город был на окраине и нес защитную функцию. Много башен, солдат, оружия. По большей степени там жили воины и их семьи. В городе нет театров и садов. Зато много таверн. Серьезные солдаты, печальные жены. Город-служба. Город-защита.
Я помню рассказы докладчиков об этом месте, когда еще жила в замке. Чаще всего разговор шел об оружии и технике.
И ничего кроме.
Люди сами выбирали себе дорогу в Сорвису. Жалел ли кто-нибудь о своем выборе?
Как-то я спросила у деда: «Зачем нужно это место?». Тогда Ниев ответил, что есть те, кто защищает нас, пока мы спокойно живем. И это было правдой.
– Нам нужно будет свернуть раньше, но немного вас подвезем, – прохрипел Дебер. Он выглядел удивленно, услышав о нашей цели, но ничего не спросил.
– Спасибо вам, – я взглянула на спутников и улыбнулась.
Я решила, что хочу сама пройти по мосту, поэтому шла после повозки. Фуэго пошел за мной.
– Кто у тебя живет в Сорвисе? – я шепотом спросила.
– В самом городе – никого, – Фуэго также шепотом ответил.
Вряд-ли сегодня я услышу больше. Я кивнула.
Когда мы прошли мост, я ослабила магию, позволяя ему таять. Фуэго направил свой огонь на него. В считанные секунды от моста ничего не осталось. Я грустно посмотрела на него, но промолчала.
Мы забрались в повозку и поехали.
15
– Как долго вы путешествуете? – Синдира сидела напротив нас и укачивала ребенка.
– Только третий день, – я улыбнулась.
– Тогда даже не знаю, кому повезло больше: вам или нам, – она рассмеялась.
Синдира была ярким лучиком. Смелая и открытая. Она часто шутила, но иногда слишком серьезно смотрела, будто читала мысли. Каждый раз от этого взгляда я инстинктивно прижималась к Фуэго.
– Наверное, все-таки нам, – я постаралась поддержать ее шутку.
Снаружи послышался голос:
– Останавливаемся здесь.
Дебер. Суровый крепкий мужчина. Кажется, он нам не доверял, но не смел перечить жене. По словам Синдиры он уступал ей во всем. Даже эта поездка. Она была слишком долгой и сложной для них. Тем более с ребенком. Но девушка хотела проведать мать.
Тогда Дебер взял последние деньги и купил повозку для безопасности семьи. Имени мальчика я так и не узнала, спросить почему-то не осмелилась, а вслух они просто говорили «сын». Ему пару месяцев и, конечно, он, как и родители, был человеком.
Синдира, кажется, была добродушна ко всем. Когда я спросила:
«Не испугались ли они, что мы ведьма и маг?», она только рассмеялась. Своим звонким смехом, не знавшим горя.
– Вы такие же, как мы. Возможно даже больше.
Затем она рассказала о загадочной ведьме, которая недавно украла пирог у ее мамы. Женщине не было бы жалко просто поделиться с воровкой, если бы она попросила. Синдира сказала, что эта история показала насколько ведьмы и маги мало отличаются от людей.
– Дело, по большей степени, в цвете глаз и волосах, но второе можно легко изменить, – сказала она.
Когда я слушала ее рассказ, прикусила губу, а Фуэго поднял бровь и немного улыбнулся. Мы оба поняли, о ком шла речь, и было бы хорошо, если бы Синда не догадалась.
Мы вышли из повозки. Лошадь уже отдыхала от тяжести повозки и жевала траву. Дебер начал искать сухие ветки, но Фуэго остановил его и создал магический огонь. Первый раздраженно посмотрел на моего спутника. Мы с Синдирой переглянулись и улыбнулись.
Я доедала кусочек вяленого мяса, когда все решили расходиться спать. Но сон не шел. Несколько часов мы разговаривали. Я рассказала Синдире, что моих родителей нет в живых, отвечая на ее вопросы. В подробности сама не вдавалась, но и она не стала допытываться. Мне не- чего было рассказать ей про друзей, потому что таковых я никогда не имела. Нет, я не жаловалась. Но мне хотелось с кем-то поделиться этим. Поделиться тем, что ничего нет.
Синдира ласково провела ладонью по моему лицу:
– Я уверена, что ты еще найдешь товариищей.
Мои глаза заблестели. Не от ее слов, но он чувств, которые у меня появились.
– Ты могла бы быть моим другом? – я спросила ее.
– Думаю, мы уже друзья.
Я кивнула в знак благодарности. Она же раскинула руки и обняла меня. Это заставило меня смутиться.
Я посмотрела в сторону Фуэго. Он о чем-то болтал с Дебером. Хотя, наверное, больше подойдет «что-то обсуждал». Это не выглядело как непринужденная беседа. Фуэго тоже посмотрел на меня и улыбнулся одними губами. Он слышал наш разговор?
Когда все-таки пришло время ложиться спать, я вызвалась первой нести караул. Дебер сначала противился, но, видно, усталость взяла свое. Семья ушла в повозку, тем временем Фуэго остался со мной.
– Правда, они замечательные люди? – я улыбнулась ему.
– Дебер тоже? – он хмыкнул, – даже когда схватился за топор?
– Он просто защищает жену и сына. Разве ты бы вел себя иначе?
Молчание. Неужели это снова незажившая рана? Но затем послышалось:
– Я бы никогда не стал обременять себя узами. Ни с кем, – он развернулся и ушел.
Я лежала на земле и смотрела на ночное небо. Черное одеяло, на котором были рассыпаны крошки. Так оно выглядело. Можно вечно смотреть на него. Искать созвездия. Наблюдать, как падают звезды.
А еще можно вечность притворяться, что тебя не задели чьи-то слова. Я бы никогда не стал обременять себя узами. Ни с кем. Почему мне вообще не все равно было? Почему глупые слезы потекли по щекам? Почему даже лед в сердце не спасал от тупой боли? Зачем нужно ледяное сердце, если оно работает как обычное?
Я думала, что мы друзья. Фуэго растоптал и вогнал в грязь это. Наверное, надо перестать мечтать. Он хочет вернуть титул и деньги. Мне нужен трон. Мы просто выгодны друг другу. Пока. А что будет потом?
Мне надо было уже будить Фуэго. Но так не хотелось идти к нему! Я толкнула его слишком грубо, отчего он сразу проснулся.
– Твое время.
Я указала рукой на поляну, где недавно сама лежала и несла караул, и пошла спать.
Но так и не уснула. Никогда Фуэго пришел за Дебером. Никогда советник стал посапывать. Ни к утру, когда солнце уже озаряло поляну и повозку.
Ябыникогданестал обременятьсебяузами.Нискем.
16
За завтраком я сидела на поляне. Синдира только покормила ребенка и вышла к нам, оставив сына в повозке. Дебер и Фуэго взяли лошадь и пошли к реке.
Рапида была очень красивой. Игреневая кобыла слушалась хозяев так, как будто понимала человеческую речь. Несмотря на ее выносливость, она была уже старой. Рапида досталась Деберу в качестве выигрыша. В тот же день они познакомились с Синдирой.
Девушка захотела погладить жеребенка, чтобы скрасит его ожидание хозяина у таверны. Когда Дебер вышел, то оторопел от красоты Синдиры. Тогда у нее были длинные волосы, стройная фигура, но привлекательные округлости бедер и груди. Это было семнадцать лет назад.
Синдира рассказала мне эту историю за завтраком, но мне не хотелось поддерживать разговор. От бессонной ночи, мои глаза были красными, а движения заторможенными. Мыслями я была еще в прошлом вечере.
– Ты должна с ним поговорить, – сказала Синдира.
– Что? О чем ты? – действительно, откуда она могла бы знать?
Синдира ласково улыбнулась:
– У меня двухмесячный ребенок, который почти не спит ночами, Копа, а ты всю ночь пыхтела. Я уже не говорю о том, как ты выглядишь утром, – она покачала головой. – Я не знаю, что у вас случилось, но и Чисп сегодня весь на взводе и слишком нервный.
Чисп. Был бы он обычным парнем из бойцовского клуба, наверное, было бы проще. Но Фуэго Наранх – бывший советник короля.
– Я не думаю, что разговоры что-то решат, – я пожала плечами и стала убирать на поляне.
Синдира промолчала, но помогла мне. Когда вещи были собраны, она принесла мне воды, расческу, одежду. Свою одежду.
– Когда будешь говорить с ним, выгляди великолепно! – а затем ушла к ребенку.
Хорошо. Мне действительно надо умыться и сделать прическу. Но брать ее одежду? Я должна буду вернуть ее.
Доделывая последний штрих, я посмотрела в небольшое зеркало, что было у Синдиры. Казалось, у них в повозке было все! В этот самый момент пришли мужчины. Дебер смеялся и гладил Рапиду, а Фуэго нес воду. Я вышла к ним навстречу.
У обоих округлились глаза, хотя и Дебер сразу их отвел.
На мне была короткая серая рубашка. Я нигде не видела такого раньше. Она заканчивалась посередине плоского живота, оголяя его часть. Во время того, как я одевалась, Синдира решила, что обычные штаны – слишком скучно. Тогда она отрезала ножом большую их часть. Так что шорты аккуратно сидели на бедрах. На ногах были черные бо- тинки. Волосы я убрала в высокий хвост, но потом, чтобы не мешались, заплела еще и в косу. Я правда выглядела восхитительно. Подчеркивала достоинства, но не опошляла их.
Синдира выглянула из повозки и хихикнула при виде выражения Фуэго. Дебер поспешил к ней.
– Иди и поговори. Мы подождем,– шепнула мне девушка.
Я так и сделала. Через пару минут мы уже шли по тропинке вместе с Фуэго, отходя от места привала.
– Ты восхитительно выглядишь, моя королева, – он принял знакомое выражение лица.
– Ты не можешь так поступать, – я остановилась, – каждый вечер делать мне больно, а на утро даже не вспоминать об это. Или отделываться извинением.
– Неужели тебя задело вчера что-то? – неужели он, правда, не понимал этого?
– Я думала мы друзья, – я прикусила губу.
Все это время я смотрела прямо на него, но теперь, после этого признания я опустила глаза. Я перестала дышать. Мне показалось, или даже в лесу стало тише? Птицы перестали петь, остановилось шуршание. Даже река старалась плыть тише.
– Ты моя королева, Елла. Я не…
– Что ты не? – ох, эта хрупкая надежда в вопросе была слишком явной.
Ябыникогданесталобременятьсебяузами.Нискем.
Я завела руки на спину и впилась ногтями в ладони. Магия почти была готова взорваться от напряжения, но она ожидала его ответа.
– Я не думал, что ты захочешь быть мне другом, – Фуэго выдохнул, а затем снова набрал воздуха, – но хотел бы быть тебе не только советником.
Несмотря на жаркую погоду, воздух между нами приятно нагрелся. Я ожидала услышать все, кроме этого. Улыбка не смогла не показаться. А магия… Мы будто оказались в зимнем лесу. Заснеженные деревья. Листья и ветки, покрытые инеем, свисали, не привыкнув к тяжести.
Фуэго рассмеялся и обнял меня. Аккуратно, спрашивая на это позволение.
– Тогда мы друзья, – я прошептала и обняла его крепче. Он был горячим огнем, согревая мое сердце. Я так к нему привыкла. К тому, что, хотя Фуэго и был древним магом, его эмоции тоже иногда брали верх.
Он оберегал меня. И пусть мы часто ссорились, всегда понимали друг друга.
Когда мы вышли на поляну, семья ждала нас. Особенно Синдира. Увидев улыбку на моем лице и благодарность, она передала ребенка мужу и побежала ко мне.
– Я буду ждать от тебя рассказа, – она кинулась мне на шею и заговорщически шепнула мне на ухо.
Я пересказала ей наш разговор, когда мы уже ехали. Фуэго и Дебер сидели снаружи на месте кучера. Я не спрашивала, о чем их разговоры, Синдиру это тоже не интересовало. Зато у меня появился к ней вопрос.
– Почему вы не дали имя сыну?
Синдира посмотрела на него, словно сама искала ответ.
– Честно, мы не придумали. Я не знаю, каким он вырастит, что ему понравится. Вдруг имя не подойдет ему.
За все время поездки Синдира впервые была в замешательстве.
– Разве имя должно отражать суть человека? – глупый вопрос для ведьмы холода, чье имя означает лед.
Синдира улыбнулась:
– Да, я так думаю, – она посмотрела на меня, как будто обдумывала то же, что и я, – я бы хотела, чтобы у него был выбор самому стать тем, кем он хочет.
Я задумалась. Прошло уже несколько минут, когда я воскликнула:
– Элек!
Синдира подняла бровь.
– Его имя может быть Элек. Элек – значит выбор, – я пояснила.
– Элек… – Синдира почувствовала на языке это имя, задумалась, – Элек.
Ребенок посмотрел на мать. Он радостно засмеялся, соглашаясь и признавая имя.
– Дебер! Нашего сына будут звать Элек! – девушка крикнула мужу.
Мужчина заглянул в повозку и радостно улыбнулся, повторяя имя.
Фуэго тоже посмотрел на нас. Потом на меня и подмигнул.
– Элек! Элек! – Синдира повторяла его имя, а малыш радостно угукал в ответ.
Выбор. То, чего не было у меня. То, что у меня отобрали. Сначала Ниев, превратив мое сердце в нерабочий аппарат, затем отец, лишив права на трон. Выюор – это то, что каждый раз старалась отнять мать, приказывая следовать по ее же пути. Но Фуэго дал мне выбор. Идти и сражаться за трон или остаться в том доме. Добиться того, чего я заслу- живаю, или наслаждаться тем, что имею. Остался ли он со мной, выбрав я второе?
Мы ехали уже около недели. Каждый день был лучше предыдущего. Фуэго действительно стал относиться ко мне, как к другу. Синдира рассказывала все больше подробностей из жизни. Даже Дебер потеплел и активно вступал в беседы. Мы потихоньку сближались друг с другом, превращая случайную попутку в компанию друзей.
Я только совсем забыла об одном. Пустяк, о котором я не хотела никому говорить. Мой день рождения.
17
Я проснулась еще до того, как солнце осветило место нашей остановки. На этот раз мы ночевали недалеко от лесной дорожки. Вечером мы сильно устали, когда деревья милостиво «расступились», показывая укромное местечко.
Я вышла из повозки. Мне кажется, или тропинка к дороге стала менее заметной? Будто природа леса решила защитить нас.
Пока все еще спят, я подумала, что было бы неплохо принести что-нибудь к завтраку. Я поздоровалась с Рапидой, она в ответ фыркнула на меня.
Я медленно отходила от кибитки, оставляя за собой ледяную тропинку. В лесу было так тихо! Молчание нарушали пташки, что скорее перескакивали с ветки на ветку, чем летали, и тихие, почти не слышимые, шаги зверей. Наверное, и они наслаждались покоем.
Я вышла к небольшому кусту с ягодами. Большие, красные, созревшие. Я не знала название ягод, но точно помнила, как отец приносил такие нам с мамой. Они были приятно-сладкими, особенно приятными, когда есть было нечего. Сейчас же я просто хотела порадовать моих друзей. Я набрала ягод в мешочек, который предварительно захватила, и пошла по помеченной мной тропинке обратно.
Фуэго умывался. Я моргнула. Он был в одних штанах! Я остановилась за деревом. У него было прекрасное тело, если нельзя сказать еще более бесстыже. Ярко выделялся пресс на животе. Плечи будто стали больше, без рубашек и блуз. Кожа была бронзового оттенка. Неожиданно для себя я зависла и не смогла предотвратить вздох.
Фуэго обернулся на звук. Я не успела придать лицо скучающий вид, когда он хищно улыбнулся.
– Моя милая льдинка не спит? – он наклонил голову, и мокрые волосы перекинулись на другую сторону.
Я подбежала к нему и потрепала по голове, из-за чего его огненная грива спуталась еще сильнее.
– Придурок!
Прозвище он придумал мне несколько дней назад, когда я украсила очередное место остановки. Утром мы просто упражнялись с ним в магии и ударах. Он отлучился на несколько минут, а я, от скуки ожидания, подарила веткам ледышки и иней. Затем наколдовала снег для Элека. Мне показалась, что сделала всего лишь пару штришков, но, кажется, перестаралась. Когда Фуэго вернулся, то затаил дыхание. Он аккуратно оглядывал полянку, которая еще несколько минут назад была летней.
Льдинка. Это было даже очень мило. Сначала я краснела каждый раз, когда он так называл меня. Сейчас я почти привыкла, но это все равно немного смущает меня.
Я высыпала ягоды на тарелку и сама пошла умываться. Вскоре послышались крики Элека. Сразу после встали его родители. Синдира осталась внутри повозки, чтобы накормить его, а Дебер вышел к нам.
– Ого, откуда у вас эта прелесть? – он увидел ягоды, и его глаза заблестели.
– Скажи спасибо Копе, – Фуэго усмехнулся и указал на меня.
Я повернулась к нему, когда он уже подходил одетый в блузу. Мы так и не рассказали наши настоящие имена и цель путешествия. Иногда мне было слишком совестно, и я почти решалась сказать правду Синдире. Она же была моей подругой! Фуэго все же приводил убедительные доводы, чтобы я молчала и поддерживала легенду о том, что в Сорвисе живет его брат, которого Чисп давно не видел и решил навестить. Я увязалась с ним за компанию, как старая знакомая.
– Это удивительно! Я сто лет не ел Байю, – Дебер кинул себе в рот пару ягод. – Милая! Выходи скорее, Копа принесла Байю!
Через пару мгновений Синдира уже стояла с нами и поедала ягоду, отдавая несколько сыну. Значит, Байя – это ее название. Хорошо.
– Я думаю, угощение достойно праздника, – Фуэго положил мне руку на плечо.
Все посмотрели в его сторону, не понимая о чем речь, я же повернулась к нему, надеясь мысленно ему передать, чтобы он не смел этого говорить. Он посмотрел прямо в глаза. Он понял! Когда я облегченно выдохнула, Фуэго неожиданно проговорил:
– У нашей ледышки сегодня день рождения, – даже слишком сладко он сказал это.
Я нахмурилась на него, но не успела начать словесную атаку, как Синдира воскликнула:
– Как ты могла скрыть это от меня! Почему не сказала?
Я виновато посмотрела на нее. Почему не рассказала? Ответ был мне хорошо известен. Потому что родители не отмечали последние восемь (уже девять) лет дни рождения. Не мой, не мамин, не папин. Потому что нам было не до праздников. Крики и ссоры не могли прекратиться даже на день, а портить веселье было хуже, чем устраивать его.
– Извини, просто нам было не до этого.
Она махнула рукой. Поверить невозможно. Ей было тридцать четыре, но порой она вела себя как ребенок. Наверное, ее жизнь и в правду была чем-то сказочным и добрым.
– Синдира может устроить праздник всегда и везде, – Дебер тепло улыбнулся жене, – если бы была ведьма праздника, то она была бы самой сильной из них. Так что готовься, Копа.
– Перестань ее пугать. Тебе… – Синдира задумалась, – сегодня тебе девятнадцать! Это великолепный возраст. Дебер, сегодня никакой дороги. Сходи с Чиспом за водой и грибами, мы должны отметить этот день.
– Сегодня мы задержимся, но, – улыбка немного спала с лица мужчины, – но завтра будет наш последний день в дороге вместе.
Неужели! За эти дни я так привязалась к этой семье. Грусть и тоска так глубоко проникли в меня, что глаза заблестели. Я повернулась к Фуэго, на лице было не только разочарование, но и страх. Вдруг мы больше никогда не встретимся.
