Страница 3 из 4
– Папа сказал… ну так, вскользь… что ты давно живешь с девушкой. Может, пора собирать на свадьбу?
Яр задумчиво посмотрел в ответ.
– Может, и пора.
– В любом случае, у тебя я точно денег брать не буду, – перевела тему Искра. – Но спасибо, что предложил. Это очень приятно. И неожиданно.
– Знаешь… вернее, я и сам знаю и помню, что у тебя не очень ситуация с родителями была, шестой ребенок как-никак… но бывают и другие отношения. Отец совсем другой. Просто ты слишком долго жила с мамой и отчимом. Вообще финансовые вопросы – не проблема.
– О да, его фамилию узнали даже на собеседовании, когда я ходила в «Мокшу». Оказывается, я дочь какой-то знаменитости в бизнес-кругах… или магических, – улыбнулась Искра, взяла клубничку и с намеком подняла бокал. – Давай вообще за нас. За встречу. И за папу… нашего общего, получается.
– Давай, – согласился Яр и наполнил бокалы.
Вскоре принесли заказ: филе утиной грудки с булгуром для Искры и стейк из тунца и мини-картофель для Ярослава. Рыбу, как выяснилось, он всё же ел.
Тихий плеск воды всё время отвлекал Искру, словно она что-то ей нашептывала, только вот Искра не могла разобрать слов, как ни пыталась.
Яр оторвался от ужина и полез в свою сумку-планшет, лежащую в соседнем кресле. Выглядел при этом странно – то ли смущенно, то ли задумчиво, то ли словно чего-то опасался.
Потом резко положил на стол белую коробочку с серебристой лентой.
– Подарок? В честь чего? – удивилась Искра.
А Ярослав с досадой подумал, что так и не купил чертов букет ромашек. И вообще не подумал о каком-либо подарке. Он настолько привык, что его девушка рада самому факту его присутствия рядом и любому мелкому знаку внимания, что отучился планировать сюрпризы, да и вообще чувствовать в себе желание побаловать близкого человека.
– Это… не от меня, – замялся Яр.
Искра удивилась ещё сильней и даже наклонилась над коробочкой.
– А от кого?
– От Лидо.
– Кого?
Чувствуя себя максимально странно и неловко, Ярослав принялся объяснять:
– У нас на работе есть Лидо. Бывшая ведьма. Или шаманка. Или жрица языческая. Или всё это вместе. В общем, очень старая… душа. Сегодня она пришла ко мне в обед и попросила передать это тебе. В нем нет магии. Я чувствую. И твой отец тоже не увидел её следов.
– Это очень странно.
– И не говори.
Искра, улыбаясь, взяла в руки коробочку, изящным движением развязала ленту и замерла, немигающим взглядом уставившись на подарок на атласной подушке.
Это действительно можно было подарить в подарок – девушке в двенадцатом веке.
Только вот этот подарок был знако́м, вернее, полностью дублировал внешний вид её праздничного украшения – косника. Искрин косник, из той, прошлой жизни, выглядел как плоский треугольник, расшитый лентами, красным и прозрачным бисером и несколькими более крупными яркими бусинами. Казалось, Искра помнила каждую деталь своего украшения, который вышила для себя собственноручно, чтобы нарядиться на сватовство или свадьбу.
Матушка настойчиво тычет малюсенькое блеклое зеркало прямо в лицо. Тусклый металл слабо отражал лицо девушки, но мать не унималась, не зря же вытащила чертову вещичку из тайного сундука.
– Куленька, ну взгляни ж ты на себя. Любо смотреть!
– Не хочу, – Акулина вертится, вырывает зеркало.
Но мать не сдается. И прямо на глазах Акулины лезет в её тайник – маленький деревянный сундучок, откуда споро достает косник.
Начинает прилаживать его к толстой золотой косе, но Акулина вертится, крутится, только бы не получилось.
– Что ты как егоза. Для чего ж ты его шила-выживала, как не для суженого?
– Для суженого, матушка, а не для всех этих… – она гордо откинула косу, в очередной раз мешая нацепить косник. – Зачем мне туда идти?
– Ты видела, сколько их там на пире собралось, суженых ентих? Сама боярыня шепнула, чтоб я тебя позвала. Тут медку нальешь, тут посмотришь ласково…
– Да зачем мне боярин заезжий? – вздорно ответила Куля. – Меня и сын старосты возьмет! Или воин из княжьих дружек, вон глазеют на меня сколько, зеньки скоро протрут. Да хоть за Первака, вековухой не станусь!
– Молчи, молчи уже о своем Перваке, скажешь тоже!
Тут ей всё же удалось приладить косник. Она отошла и нарочито залюбовалась, ахая и разводя руками:
– Ах красу какую мы с батькой вырастили. Приглянешься кому и увезет тебя из нашей деревни. Неча тута сидеть, далече базара не выезжала, мира не видала!
– Это что такое? – заглянул в коробку Первак… Яр. – Украшение какое-то?
Иска словно выплыла из забытья и взглянула на него рассеянным взглядом. Потом поежилась и растерянно спросила:
– И зачем это мне?
– Тебе эта штуковина знакома? Хотя есть что-то…
– Похоже на моё украшение, только имитация, конечно. Тогда такого аккуратного бисера и бусин не было. Или были… но не для нашего кармана.
– Может, вы были знакомы? – недоуменно спросил Ярослав и взял коробку из руки Искры. Провел над ней рукой, прислушался к чему-то в себе, но не высказал опасения.
– Или это угроза? Предупреждение? – хмуро и тихо сказала Искра. – Или… напоминание?
– Это какой-то важный предмет? – Яр немедленно впился в неё глазами, но Искра задумчиво смотрела вдаль, словно обращалась к памяти.
– Кто вообще эта Лидо? Чем сейчас занимается?
– Она из отдела контроля качества.
– И что там делает?
– Прогнозирует последствия применения партии препарата, изымает неудачные партии.
– Применяет дар, получается?
– У неё больше уклон в прогнозирование, гадание, спиритизм… что-то такое.
– Интересно, встречались ли мы… У меня больше нет каких-то значимых связей в том периоде, да ещё и с женщиной… мать, девчонки с улицы, боярыня, дочки её? Хотя нет. Ты говоришь, она связана с прогнозами, да? – осенило Искру.
– Ну да, – непонимающе подтвердил Яр.
– Да она могла быть кем угодно. Холопом, «вангующим» дождь и засуху. Удачливым воином, предсказывающим исход битвы или угадывающим расположение противника. Или охотником с отличной интуицией…
Ярослав отчего-то поморщился.
– Не хочется представлять её мужиком? – ехидно спросила Искра, но это была отнюдь не веселая язвительность.
Яр закатил глаза.
– Я пообщаюсь с ней поближе.
Искра пожала плечами и сказала:
– Знаешь… не надо быть пророком, чтобы понять, что подарки просто так не дарят. Тем более из времени чуть ли не с десяток веков назад. Может, она косник в каком-нибудь сеансе увидела, может, мы знакомы были… Она и сама объявится. Она сказала «А», будет и «Б».
– Ты так уверена, – скептически прозвучало.
– Поверь пиарщику, – с насмешкой сказала Искра.
Косник продолжал лежать на столе и гипнотизировал взгляд. Искра не выдержала, поднялась и выкинула его в урну. Она так долго бежала от прошлого… а потом смирилась и приняла его. Но этот переезд всё перевернул с ног на голову, как будто начал зарождаться крошечный вихрь, чтобы позже несокрушимо снести всё на своем пути и превратить всю её спокойную размеренную жизнь в руины.
Однако она улыбнулась, пусть сначала и через силу, и просто выпила ещё шампанского. В конце концов, клубника прекрасна, легкий ветерок нежно шепчет в уши шутливые комплименты, Яр рядом, а завтра и вовсе начнется новая жизнь.
Уже на третий день работы Искра осознала, что столкнулась с совершенно другим уровнем работы с общественным мнением. Учредители «АДС групп», все эти «Авдеев, Дмитриенко, Соболев и прочая веселая компания» были отнюдь не простыми людьми. Бывший министр юстиции, профессор МГУ, известнейший адвокат – это трио не только занималось юридической поддержкой крупных компаний и VIP-клиентов, но и периодически выступало с законодательными инициативами по вопросам реинкарнаций.
АДС могли бы быть просто известной фирмой, топом из топов, если бы у них не было особой компетенции – тридцатипятилетнего стажа в области преемственности душ. Они занимались спорами по наследству внутри семейных кланов – объединений кровных и духовных родственников, оспаривали записи в семейных реестрах, однако самые громкие их дела были связаны с правами на интеллектуальную собственность, архитектурные наследия и художественные ценности. Все эти воплотившиеся вновь Васнецовы и Репины, Бунины и Куприны хотели получать роялти со своих произведений, доказать право на доход со своего создания: от стоимости аренды полотна в музее до денег от продажи тиража книг.
«АДС групп» тесно сотрудничали с «Мокшей» и консультантами по искусству, архитектуре, литературе, музыке для подтверждения связей известных личностей. Казалось, именно так выглядит рай для специалиста по PR, ведь инфлюенсеры с такой гигантской аудиторией способны затмить любого блогера.
Однако Искре не передали работу с известными личностями. Во-первых, ими занимались другие специалисты и совсем не хотели отказываться от лидеров мнений с многовековым влиянием. Во-вторых, назревал срыв всех сроков по «Мокше». И отсутствие с её стороны пиетета перед компанией, спокойное отношение к задачам стало плюсом при включении девушки в команду проекта.
После обеда Икра взглянула в зеркало и не узнала себя – лихорадочный блеск глаз, напряженно сжатые губы. Она и так не была красавицей в этой жизни – тонкие черты лица, слегка припухшие губы, миндалевидный разрез серых глаз, мягкие, слегка волнистые волосы без различных окрашиваний. Ноль постороннего вмешательства во внешность – никаких искусственных губ, ресниц и скул.
Если там, наверху, кто-то всё же был – он наконец решил сделать Искре подарок, забрав яркую красоту.
Сразу после обеда была планерка рабочей группы PR-отдела по освещению сотрудничества с «Мокшей». Карина убедилась, что новый менеджер подписала соглашение о конфиденциальности, и только после этого позвала её на встречу.
За овальным столом «под дерево» был и неожиданный гость – PR-директор Мокши Владимир Орлов.
Он её сразу узнал – удивленно приподнял брови и улыбнулся:
– Так значит, всё равно вместе поработаем.
– Вы знакомы? – удивилась Карина, перелистывая слайды презентации на пульте и проверяя содержимое.
– Да, – подтвердил Владимир, придвигаясь поближе к столу и немного наклоняясь в сторону Искры. – Девушка с необычным именем, которая не пользуется нашим приложением…
– Немного пользуюсь, – возразила Искра и запоздало спохватилась: – Здравствуйте.
– Привет, – ответил Орлов. – Мы тут все на «ты», без формализма.
– Окей, – улыбнулась Искра и перевела взгляд на первый слайд с заголовком «PR кейса по новой фиче приложения «Мокша».
Как хорошо, что Владимир не стал уточнять детали их знакомства, а Карина не стала расспрашивать. В принципе, в их знакомстве не было ничего удивительного: многие в среде маркетинга и PR так или иначе знали друг друга, это просто Искра была новичком в городе.
– Так, давайте приступим, – Карина села прямо и немного строго на всех посмотрела, и даже Владимиру досталась толика строгости. – Я повторю информацию о новом функционале и напомню о коммуникационной стратегии. В нашей команде есть новенькие.
Искра немного смущенно улыбнулась, когда все посмотрели на неё, впрочем, вполне доброжелательно.
– При обновлении появится новая категория в каждом цикле: Кармический долг. Будет только две позиции для поиска: Обидчик (или Враг, я так понимаю, еще нет определенности с названием) и Жертва.
– Пострадавший, – поправил её Владимир. – Переименовали. По опросам, слово вызывает негатив и пользователи не хотят себя ассоциировать с жертвами. По первой вот-вот решим. Может будет просто «Должник».
– Да, так будет лучше, на мой взгляд, – одобрительно кивнула Карина. – Однако при образовании связи по категории «Кармический долг» и при сохранении функции проверочных вопросов по умолчанию чат будет закрыт, пока одна из сторон не решит изменить настройки приватности. Также будет недоступен аватар и информация по текущему воплощению той стороны, которая предпочла закрыть профиль. Вместо чата будут функции «Вернуть долг» и «Получить долг» с позициями для выбора: деньги, недвижимость, движимое имущество, конкретная вещь или свой вариант.
Чем дальше говорила Карина, тем сильнее шок накрывал Искру.
– Искра, тебя что-то смущает? – её реакция не укрылась от взгляда Владимира.
Она помолчала, не зная, как сформулировать мысль относительно этой дикой идеи.
– А если… долг деньгами не вернуть?
– Можно предложить свой вариант, – напомнил Владимир. – В любом случае, можно открыть чат для диалога. Возможно, вместо конкретного долга будет достаточно искреннего «Прости, я сожалею». Не всё же в мире сводится к деньгам.
– Понятно, – кивнула Искра, хотя ей было совсем ничего не понятно.
– АДС со своей стороны отлаживает механизм возврата материального долга, выступает посредником. Поскольку приложение сохраняет инкогнито сторон, если те решили скрыть профиль текущего воплощения, долг можно будет перечислить или передать посреднику – «Мокше» – а далее он отправится жертве… пострадавшему. Те, кто участвуют в поиске по новой категории, должны будут добавить в профиль адрес для пересылки физических вещей или банковские реквизиты. Вот, собственно, и всё.
– АДС помогает нам в оформлении дарственных либо переводе средств в качестве пожертвований. А также предусматривает ограничения, чтобы приложение нельзя было использовать для отмывания денег или прочих незаконных операций, – пояснил Владимир.
– Мы ожидаем большого резонанса и много громких дел, – добавила Карина. – Однозначно, в начале по-любому будут вылезать баги, первый год мы будем их исправлять и всячески подчищать негатив по юридическим вопросам. Давайте обсудим план мероприятий на первый месяц. Сначала мы выпустим пресс-релизы в интернет-издания и печатные сми, здесь вы можете увидеть список планируемых с нашей стороны публикаций…
На негнущихся ногах Искры вышла с презентации после завершения собрания. Ей обозначили план задач на текущий месяц, но его определенно нужно будет ещё раз перечитать.
Все революционные идеи проходят период неприятия и отторжения. Кажется, у этого даже есть специальный термин – окно Овертона. Для Искры происходящее было в стадии «немыслимо», однако в «Мокше» как будто шагали сразу семимильными шагами в будущее – принимали идею как единственно верный путь в популяризации концепции погружений.
Может она какой-то старовер? Правда сказал тогда тот директор, она – консерватор?
В горле пересохло, и Искра остановилась возле кулера с водой, чтобы налить себе стаканчик.
Потом повернулась в сторону переговорных и чуть не выронила стакан.
Из другого кабинета выходил владелец «Мокши» в сопровождении исполнительного директора и ещё какого-то мужчины. Их сопровождал один из учредителей АДС, однако Мстислав скользнул по ней взглядом, а потом и вовсе остановился рядом, весело приподнимая бровь:
– А вы… эта пиарщица… Искра?
Надо же, запомнил.
Она ухватились обеими руками за пластиковый стаканчик и выдавила:
– Здравствуйте.
Остальные недоуменно посмотрели на них, однако Северский махнул им рукой в смысле «идите». Искра растерянно проводила их взглядом.
– Тут теперь работаешь?
– Да. На вашем проекте.
– Надо же, – улыбнулся уголками губ Мстислав. Светло-карие глаза смотрели со спокойным интересом вместо привычной хмурой сосредоточенности, как его обычно изображают на фото. – И как тебе обновление? Интересно, как его воспринимают консерваторы.
Подколол, не удержался.
– Ну… – Искра хотела бы выглядеть продвинутой, идущей в ногу со временем, но шок затмил все способности к лицемерию. Вместо этого она неопределенно повела рукой. – Как-то это… немного… слишком.
– Почему?
– Не знаю. Словно противоестественно.
– Узнаю Покровских-Розиных, – хмыкнул он.
Точно. Он же знает её отца. Здесь куча народа знает её отца.
– Михаил тоже не был в восторге, – пояснил Мстислав. – Но я всё равно его позвал на презентацию. Может, впечатлится… изменит мнение. Поддержка магического сообщества важна, хотя он вроде не ярый противник.
– Не знаю, – пожала плечами Искра.
– Не обсуждал с тобой? – удивился Мстислав.
– Нет, – подтвердила Искра. Отец в вопросах конфиденциальности был надежен как скала, даже если и знал об обновлении лишь по устному неформальному разговору.
– Впрочем, другого я от него и не ожидал, – Северский словно озвучил мысли Искры вслух. – Приходи с ним. Мы ждем бури.
При этом обеспокоенным он вовсе не выглядел, так что Искра начала сомневаться в своем адекватном восприятии реальности. Правда же, что в обновлении такого страшного?
Не дожидаясь её ответа, Мстислав пошел к лифту. Там его ждала его компания, не стали спускаться. Искра поймала взгляд учредителя своей компании – пожилой мужчина задумчиво смотрел на неё, а потом переключил внимание на подошедшего Северского.
В понедельник небо было затянуто тучами, весь день накрапывал дождь. Яр поморщился, что выбрал не самый удачный день, чтобы сдать машину на техобслуживание. Однако не стал отменять запись – отвез её перед работой, а теперь надо ещё ехать забирать.
Такая же погода была и все выходные. Искра развела бурную деятельность – попросила маму сфотографировать квартиру, обсуждала условия продажи с риелтором, просматривала сайты с квартирами на продажу. Искала новую с ремонтом, чтобы поскорей переехать и не заморачиваться.
В другие выходные отец уехал бы за город, на любимую дачу на живописном берегу Оби, где, как и в прошлой жизни, хранил запасы трав, разные ингредиенты животного происхождения и прочие компоненты для лечения.
Впрочем, лечил по-старинке он редко, только знакомых. В этой жизни он был руководителем отдела известного на весь мир предприятия, ему пригодились магические знания и силы в работе, однако использовал он их только при закупке товара. Руками для продажи больше ничего не изготавливал, разве что иногда дарил какие-то вытяжки друзьям-знакомым по праздникам или без оных, если чувствовал, что им это нужно. И всегда попадал в точку.
Эти выходные он полностью посвятил Искре и привлек ещё Ярослава. Да, Таня была недовольна, что Яр занимался чужими, на её взгляд, делами, но ему было все равно. Надоели её упреки и кислое лицо.
Отец, конечно же, не стал слушать бредни Искры про ипотеку и даже разозлился, когда она попыталась позвонить в банк. Хотел полностью оплатить выбранную дочерью квартиру, но она ни в какую, договорились, что он доплатит часть до необходимой суммы, когда Искра продаст свою квартиру.
Один день общались с риелтором, во второй уже посмотрели пару вариантов в соседнем районе, но сильно не спешили, так как Искра упрямо ждала, когда продаст свою однушку в Кемерово.
Яр вышел из офиса и направился к парковке, чтобы вызвать на неё такси. Можно, конечно, было вызвать ещё внутри здания, но хотелось подышать свежим воздухом, пропитанным запахом мокрого асфальта.
Лидо тоже была на парковке, рядом со своей машиной – красным двухместным спортивным кабриолетом, в котором по случаю мелкого накрапывающего дождика крыша была прикрыта.
Сегодня она выглядела не так вызывающе – черные, расклешенные к низу брюки, кожаный ремень, нейтральный светлый топ и легкий пиджак. Облокотившись на авто, Лидо курила сигарету, задумчиво глядя на вход.
Яр кивнул ей и полез в приложение для заказа в такси.
– Твоей машины здесь нет, – вместо приветствия утвердительно выдала Лидо. – Давай подвезу.
– Я уже вызываю такси. Мне нужно забрать машину с ТО.
– Я тебя подвезу до сервиса, – предложила Лидо, бросая сигарету прямо на парковку и плавно подходя к нему.
– Я вызову такси. Спасибо, – вежливо отказался Яр, чувствуя себя загнанным в угол прямым немигающим взглядом и коварной полуулыбкой- полуухмылкой.
– Не ломайся, – она его явно провоцировала. – Ты меня боишься что ли?
Яр сдался:
– Если тебе нечего делать, окей, поехали, – и пошел к её машине.
Хищница разблокировала двери, и он послушно сел на пассажирское сиденье.
Автомобиль изнутри был так же хорош, как и снаружи – красивый салон из молочной дорогой кожи, черный кожаный руль с лого известного бренда, современная мультимедиа-система. Слегка пахло её духами – цитрусовая свежесть с легкими восточными нотами.
– Куда?
Ярослав назвал адрес.
Машина мягко заурчала, Лидо легко тронулась и поехала, не вбивая адрес автосервиса в навигатор. Она гибко лавировала между полос, спокойно шла на обгон, словно точно рассчитывающая свои силы пантера. Никакой агрессии в вождении, однако стремительность и ловкость были синонимами её манеры езды.
Яр ждал, что она заведет о чем-либо разговор, приготовился к её атаке – но её не было. Лидо довезла его до сервиса, лишь иногда комментируя с насмешкой ситуации на дороге – затупившего водителя, громыхающую музыку из понтового автомобиля, задумавшегося посреди перехода пешехода.
Когда они казались у серого здания сервиса, Яр её вежливо поблагодарил и вышел.
Однако мастер сказал подождать ещё минут пятнадцать, поэтому он направился в кафе при сервисе, чтобы выпить кофе.
Его догнала Лидо – он сразу понял, что это она по мелодичному цоканью каблучков.
– Я тоже хочу кофе, – сказал она.
Яр не стал комментировать. Заказал два кофе – американо для себя и эспрессо для неё.
Они расположились на диванчике на втором этаже, откуда открывался отличный обзор на происходящее за стойками сервиса.
Лидо задумчиво сделала глоток эспрессо, и Ярослав неожиданно для себя обратил внимание на её губы – красиво очерченные, необычной формы – верхняя губа была немного полнее, чем нижняя. Именно про такие говорят – чувственные, и Яр теперь понял, почему.
Она хитро улыбнулась, заметив его взгляд, прищурилась и подалась ближе.
Яр удивленно посмотрел на её руку, которую она положила ему на бедро, намного выше, чем могли позволить приличия.
Стараясь быть вежливым и спокойным, он взял её ладонь и вернул обратно на стол.
Лидо лишь насмешливо ухмыльнулась, ничуть не смущаясь и не расстраиваясь.
– У меня есть девушка, – зачем-то посчитал нужным объяснить он.
– И ты ее любишь, да?
– Может, люблю.
Ведьма понимала больше, чем он мог сказать. На сколько она его старше? Сколько у неё было циклов? Шесть, семь? Если так, получается, она прожила лет на двести пятьдесят – триста дольше. Хотя, конечно, это всё условно – погружение нельзя сравнить с проживанием жизни, это лишь отголоски воспоминаний и сильных эмоций о значимых событиях. Хотя кто знает, сколько погружений проходят ведьмы… Все магические больше зациклены на восстановлении навыков, а не на каких-то эмоциональных переживаниях.
В любом случае, цифра значительная. Он по сравнению с ней щенок. Двадцать восемь в текущем цикле плюс несколько погружений в его предыдущие пятьдесят с хвостиком.
– Или просто с ней живешь? – не унималась Лидо, не обманываясь его «люблю». – Зачем тогда мучаешь? Может она замуж хочет, детей…
– А кто сказал, что я не женюсь? – разозлился Яр.
– Тогда чего тянешь?
Ему было нечего сказать. Привык? Удобно? Всё шло по накатанной и не было смысла торопиться?
Он просто промолчал, допивая американо и переводя взгляд на зал внизу.
– Это честно по-твоему? – заноза не унималась. – Не боишься, что в следующей жизни по тебе шарахнет?
Яр вздохнул.
– Нет, я соблюдаю обязательства.
– Какие ещё обязательства?
Он снова промолчал. Не хотелось грубить. Но и отчитываться перед какой-то там ведьмой тоже.
– Имитируешь семью?
Молчит.
– А не честнее не сопротивляться?
Ярослав удивленно на неё посмотрел.
– Чему?
– Ты знаешь.
– Нет, – соврал он.
– Ты меня хочешь, – уверенно заявила Лидо, вызывающе глядя ему в глаза. – Зачем делаешь вид, что нет?
– Зачем меня преследуешь? – вместо ответа спросил он, переводя стрелки.
Ведьма с ним играла, но в простое увлечение верилось слабо. Он не того полета птица, а она – не его поля ягода. Он усмехнулся своей тяге к поговоркам. Чувствовалось присутствие старины рядом.
Лидо лениво откинулась на спинку дивана, задумчиво обводя пальцем стенку чашки. Её жгучие карие глаза, казалось, пронизывали его насквозь, даже когда она вовсе не смотрела на Яра.
– Где она работает?
Он сказу понял, о ком спрашивает женщина. Однако… странный вопрос.
– А то ты не знаешь, – недоумение явно читалось в его голосе. – Ты о ней знаешь не меньше, чем я.
– Но и не больше, – возразила Лидо.
Яр поморщился.
– Это предлог что ли? Уверен, у тебя есть масса приемчиков, чтобы понять, где она живет и работает. Если ты даже в её прошлом покопалась.
Она обезоруживающе улыбнулась и промолчала.
– А по нормальному общаться не можешь? – разозлился Ярослав, устав от недомолвок и загадок. Он не мог понять, что она вызывает в нем больше – раздражения или тяги.
Лидо рассмеялась. Смех у неё был тягучий, как деготь, обволакивающий, как густой туман.
– А если я ненормальная?
Ярослав не нашелся с ответом, но тут к ним подошел мастер и пригласил принимать машину. Яр отправился подписывать и оплачивать заказ-наряд, а Лидо весело попрощалась и ушла пружинящей походкой.
Подписывая бумаги, Яр наблюдал сквозь стекло шоу-рума, как она плавно садится в свой кабриолет, включает фары и медленно трогается, постепенно набирая скорость.
