– Я перенастрою его на твою частоту и смогу подсказывать, что делать.
– А если я что-то не пойму?
– Если в твоём мозгу нет второго датчика, то понять тебе придётся. Давай я сначала покажу, как его запустить.
Солдат свернул защитный верх катера, показал мне базовое управление на сенсорной панели и объяснил, как правильно выйти из атмосферы. Он добавил, что до Земли на нём мне точно не добраться, максимум до соседней планеты. А там уже будет проще сориентироваться на месте. Я кивал и старался всё запомнить.
Мой спаситель помог мне забраться в кабину. По его просьбе я ещё раз повторил базовые команды. Перед тем, как задраились шлюзы, он добавил:
– Маркус, если всё же станешь королём, не забывай, кто тебе помог, – он впервые говорил с улыбкой.
– Но я даже не знаю вашего имени.
– Гектор.
– Спасибо, Гектор, я не забуду!
Я улыбнулся ему в ответ, затем закрыл люки, проверил герметичность корабля, и поднял эту посудину сантиметров на двадцать над землей. Катер вылетел из ангара, и я повёл его к взлётной полосе. Разогнав его до нужной скорости, я взлетел на несколько километров ввысь. Гектор велел прибавлять скорость. Мне понадобилось ещё около получаса разгона, чтобы выйти из атмосферы. Советы Гектора очень помогли. Он сообщил, что отправляется к своим товарищам, и связи пока не будет. Я направил катер к соседней звёздной системе. В космосе он управлялся автопилотом, активируя реактивный двигатель. Катер сам умело уворачивался от космического мусора в окрестности Кселона.
Глава 6. «Астра»
Я немного расслабился. Лететь предстояло около стандартных суток. Катера не оснащались огромными квантовыми двигателями, а предназначались для небольших перемещений по орбите и в атмосфере, поэтому реактивный двигатель медленно нёс меня по назначенному курсу. Я прикрыл глаза, чтобы немного отдохнуть, но быстро уснул, доверившись автопилоту.
Неожиданно панель управления замигала красным и запищала, предупреждая об опасности. Я резко проснулся и вздрогнул. В нескольких километрах от нас находился огромный огненный портал, диаметром больше десяти километров. Термодатчики говорили об опасной для жизни температуре вокруг. Я всполошился, выключил автопилот и активировал ручной штурвал. Но мы всё равно летели навстречу огненному кругу, внутри которого полыхал настоящий пожар, спирально закручивающийся внутрь пространства. Я не мог видеть, что было на другой стороне.
Катер сбросил скорость до минимума и пытался обогнуть портал. Но гравитацией его тянуло к пламени. Мощности катера не хватало даже, чтобы немного отклониться. Я схватился за голову и запаниковал. Нажимал все возможные кнопки на панели управления, как будто от этого что-то изменится. Не прошло и десяти минут, как катер засосало в огненный портал. На несколько мгновений вокруг меня образовалась кромешная тьма…
Моё маленькое судно вылетело в какую-то другую часть космоса, а портал позади мгновенно исчез. Я читал о внезапно возникающих в космосе червоточинах, но ранее их сам не видел. Их называют «кротовыми норами», но никто до меня не проходил через них, оставаясь живым и невредимым. Это своеобразные туннели, которые возникают от давления гигантских масс вещества на различные участки Вселенной. Только вот куда меня перенесло?
В непосредственной близости от меня оказалась странная планета. Она сотрясалась от мощных извержений вулканов. Континенты рушились от тектонических движений, а леса горели. Планету покрывали огромные столбы дыма. От воды в океанах исходил пар. Множество космических лайнеров друг за другом стремительно отбывали с этой планеты. Должно быть, это были спасательные корабли.
Мне хотелось улететь отсюда, как можно дальше, и я начал настраивать программу судна на новый курс. Но панель управления не слушалась, снова и снова загоралась красным. Где-то через полчаса бесполезных попыток, до меня дошло, что реактивное топливо неожиданно закончилось. Его должно было хватить ещё на два стандартных дня – минимум! Через панель управления я попытался связаться с улетавшими кораблями, но тоже безрезультатно. Топлива мне оставалось ровным счётом только на то, чтобы приземлиться. Что и пришлось сделать. Я разглядел на планете, откуда взлетают лайнеры, и направил свой катер туда.
При входе в атмосферу что-то пошло не так, и корабль полностью потерял управление. Двигатель отключился. Началось долгое падение. Но, к моему удивлению, сработала система защитного поля. Я пристегнулся к креслу тугими ремнями, и ждал рокового момента. Через пару минут катер врезался в землю.
От силы удара я потерял сознание. Когда глаза открылись, над моей головой простиралось дымное небо. Я был цел, если не считать синяков и ссадин. Поле сделало свою работу, только вот катер разбился вдребезги, оставив под собой немалый кратер. Удивительно, как я уцелел? Меня окружала груда обломков, а я лежал пристёгнутый к креслу.
Я пришёл в себя, отстегнул ремень безопасности и вылез из уцелевшего кресла. Как я позже понял, при экстренных ситуациях, кресло окружало вторым защитным реверсным полем. Я еле выбрался из ямы. Чувствовалась боль в ногах, ныла недавняя рана на бедре.
Передо мной раскинулось огромное поле с высокой зелёной травой, которую ещё не поглотило бушевавшее вдали пламя. Как же давно я не видел таких завораживающих, пугающих картин…
Ноги сами несли меня вперёд по траве, а голова жутко гудела. С одной стороны поля бушевало пламя, а с другой виднелись красные горы. Выбор пути оказался очевиден. Вокруг стоял сильный запах гари, от которого жутко мутило.
Я пробирался через высокую траву до вечера, а горы будто застыли на месте, и я не мог дойти до них. Словно это не горы, а голограмма для заманивания людей. По пути не попалось ни одного местного животного, даже дохлых грызунов не было, что странно. Я был раздражён, и мне жутко хотелось пить! Но, кроме безбрежного травяного моря, вокруг меня ничего больше не было.
К утру я почти умирал от жажды и еле волочил ноги. Выживать в подобных условиях меня не учили… Я всего-то липовый солдат, который пытался доказать что-то самому себе и удрать от громадных проблем. Ни один другой принц не сбежал бы из дворца на войну!
Мне хотелось упасть от изнеможения. Я решил прилечь ненадолго, чтобы отдохнуть, но уснуть не мог. Мне захотелось сорвать кончик одной из травинок. И я лежал, пожевывая его, словно пытаясь вытянуть долгожданную влагу.
В небе заискрилась мощнейшая вспышка света, которая чуть было не ослепила меня. Повеяло холодным ветром. Вскоре пошёл мелкий снег. Я с удивлением смотрел на небо. Свет дня исчезал, и долину мгновенно накрыла темнота. Ещё прошлой ночью я наблюдал на небе маленькие серебристые луны, а сейчас они куда-то исчезли. Средь тьмы виднелись скопления звёзд, и только одна из них светила ярче прежнего. Я непрерывно смотрел на неё, словно пытаясь заглянуть в самую душу светила. Снова послышался неразборчивый шёпот в голове, я закрыл глаза и старался прислушаться.
Перед глазами возникла картина, только это был не сон, а видение, словно всё наяву. Перед глазами стояло огромное красное светило, но оно было не похоже на самую яркую звезду неба. Скорее, напоминало красного гиганта. На безопасном расстоянии множество военных кораблей окружали звезду со всех сторон. Они выпускали леденящие голубые ракеты одну за одной, и сразу прикрывались сильнейшим защитным полем. Сначала звезда раскалилась до предела, на её поверхности происходили взрывы гигантских спикул, которые выбрасывались из хромосферы, поверхность начала трескаться. Звезду пронзали кратеры, излучавшие мощнейший свет. Корабли выпустили последние ракеты, и светило погасло…
Я вскочил посреди травяного моря и с ужасом осознал, что если звезду «осушить» от термоядерных реакций, то планета начнет стремительно остывать. Точнее, уже начала. Это значит, что через несколько дней планету накроет ледяная тьма, и температура опуститься до минус двадцати градусов, и будет дальше медленно снижаться. Все мелкие растения погибнут через несколько недель. Но страшнее всего столкновение с другими планетами системы, которые звезда больше не сможет удерживать своей гравитацией, а произойти это может, когда угодно… Шёпот в моей голове стал отчетливее, и я расслышал чёткое: «Беги!».
Я бежал изо всех сил часов шесть, пока ноги не начали неметь от усталости. Позади травяное море медленно охватывал бушующий пожар. Вокруг становилось всё холоднее и холоднее. Так и не дойдя до гор, я вышел на магнитную дорогу. Одна линия на земле и две сверху служили трассами для электромобилей. Но сейчас дорога пустовала, и только свет гидроламп на каждой полосе освещал наступающую тьму. Я сменил маршрут в её направлении. Дорога обязательно должна куда-то вывести.
Магнитные пути привели меня к небольшому населённому пункту уже через три стандартных часа. Много домов располагалось возле дороги, ведущей вдаль. Они все были похожи друг на друга: с простыми геометрическими формами и плоскими крышами, ленточное остекление, непривычная асимметричность. Пустынно… Мне слышался только бушующий во тьме ветер. Дома ещё освещались, а магнитные автомобили стояли с открытыми дверями, брошенными. Видимо, люди бежали в спешке. Двери домов никто не запирал, и я смог обойти несколько. С третьей попытки нашёл еду и воду. Люди оставили множество круп, так что, включив электричество на кухне, я смог приготовить еду. Простая каша на воде казалась мне невероятно вкусной. Меня накрывало отчаяние: как выбраться с этой планеты? Все силы были потрачены на путь сюда, потому я решил принять душ и немного поспать в комнате на втором этаже. Оставив скафандр и термобельё у кровати, я утонул в белоснежных простынях.
Сон прервался через пару часов тем же невнятным шёпотом в голове. Он не прекращался, и мне пришлось встать и одеться. Дом был полностью автоматизирован, поэтому мне удалось включить голографический экран в комнате. На всех частотах, кроме одной, были помехи. Частота этой планеты транслировала экстренное сообщение об эвакуации, которая заканчивалась вчера, если верить календарю на экране. Надежда на спасение улетучивалась. Но так я узнал, что нахожусь на планете Астра в галактике Ниберус, что в миллионах световых лет от Кселона, откуда меня и перенесла «кротовая нора». Неужели звезда Надежды хотела, чтобы я умер именно здесь? Иначе это всё трактовать я не мог.
Шёпот не умолкал, но становился отчётливее, я разобрал одну фразу: «Иди дальше», и мне пришлось продолжить путь. Я набрал воды и продовольствия на неделю вперёд, положил в рюкзак, который нашёл в вещах бывших хозяев. Голоса в голове прекратились, как только я вышел из дома.
Через несколько часов пути по магнитной дороге я увидел, что дома поселения остались далеко позади. Инфо-датчик на линзе говорил, что температура вокруг падает, и уже дошла до минус трёх градусов по Цельсию. Скафандр хорошо сохранял тепло, так что я не чувствовал холода. Несмотря на то, что это путешествие оказалось серьёзным стрессом для моего организма, вряд ли я почувствовал бы жар или холод. Я подумал, что, если снова пойдёт снег, активирую шлем для лучшей видимости. Вокруг дороги не было больше ничего, кроме высокой травы.
Ещё через несколько километров я увидел вдали на дороге что-то большое, лежащее под разбитыми гидролампами. Под ногами встречалось всё больше осколков. К подошвам прилипала светящаяся жидкость. Не спеша я подошёл ближе и понял, – это перевёрнутый автомобиль на магнитной подушке. Я почувствовал трупный запах. Внутри находилось три человека: два на переднем сидении и один – на заднем. Передние оба оказались мертвы, их тела уже покрылись трупными пятнами. А вот на заднем сидении висела сверху вниз, похоже, ещё живая девушка, пристёгнутая ремнями. Я с трудом выломал дверь и увидел, что она едва заметно дышит. Её ноги крепко застряли между сдавленными сидениями. Мне потребовалось много времени, чтобы разобраться и отсоединить одно из передних кресел с мертвецом. Голова трупа согнулась при падении, но мне удалось отстегнуть и вытащить девушку на дорогу.
Она еле дышала, а одежда на ней вся оказалась испачкана в запёкшейся крови. Сильных видимых повреждений на теле девушки я не заметил. Брюки на коленях порвались от аварии. На ногах наблюдались синяки и ссадины от сдавливания, а на лице – множество царапин от ударов о стекло. Я вытащил с десяток мелких осколков из лба и щеки пострадавшей. Длинные русые волосы девушки были заплетены в две косички и также запачканы кровью.
Я не знал, как помочь спасённой пассажирке разбитого авто. Раны от вынутых осколков кровоточили. Возможно, она не могла очнуться из-за обезвоживания. Я положил голову девушки на свой рюкзак и вытер её лицо мокрой тканью. Потом аккуратно открыл ей рот и влил немного воды. Надеялся, не захлебнётся, и это поможет. Помогло.
Девушка закашлялась, перевернулась на бок и выплюнула воду. Наконец, она широко открыла глаза, посмотрела на меня, потом на машину и застыла от ужаса. Я помог ей встать, и мы подошли к машине. Девушка в слезах упала на колени и зарыдала. Её слёзы сливались с кровью от мелких ран.
– Они мертвы, да? – в истерике спросила она.
– Да, – тихо ответил я.
– Это мои родители, – она, плача, закрыла лицо руками.
Мне стало её жаль, но я был не в силах помочь как-то ещё. Голос в моей голове более отчётливо стал повторять: «Иди дальше». Это меня настораживало, но другого варианта, как последовать за голосом, я не видел.
– Нам нужно идти, – сказал я девушке, положив руку ей на плечо.
Сквозь слёзы она закивала и указала на багажник перевёрнутого автомобиля. Дверца сработала на отпечаток её пальца, но замок заклинило. Мы с трудом смогли его открыть, и на дорогу вывалилось всё содержимое. В сумках лежало много провизии, одеяла, подушки и портативный обогреватель. Девушка сняла с тел родителей кольца и положила в карман своей потрёпанной термокуртки. Мы взяли всё, что смогли унести и продолжили путь по магнитной дороге.
Девушка шла со слезами на глазах, и я не знал, как её успокоить. В такой ситуации нельзя было бы сказать: «Всё будет хорошо». Самые близкие люди мертвы, и этого не исправить. Так что я должен был сказать? Что жизнь продолжается на умирающей планете, солнце которой уже погасло?
Мы шли молча, пока спутница не успокоилась и не заговорила первой:
– Как тебя зовут? – она говорила тихо, но уже ровным голосом.
– Маркус. А тебя? – спокойно ответил я.
– Ариадна. Но все зовут меня просто Ари. Спасибо, что вытащил меня, Маркус, – она вытирала глаза рукавом термокуртки.
– Пожалуйста. На самом деле, я рад, что встретил хоть одного живого человека, – я искренне улыбался ей.
– Какой сегодня день? Мы успеваем на последние корабли для эвакуации?
– Последний корабль отбыл вчера.
– Тогда куда мы идём? – Ари остановилась в изумлении.
– Куда-нибудь. Я не хочу останавливаться и умирать! – я обернулся к ней.
– Ты хочешь найти корабль? Не думаю, что на планете остался хотя бы один, – закричала она и снова заплакала.
Я подошёл и обнял её.
– Мы выберемся с этой планеты. Поверь мне, – я смотрел в её зарёванные голубые глаза.
– У нас нет другого выхода, – жалобно согласилась она.
– Ты начнёшь новую жизнь на другой планете и будешь вспоминать это всё, как страшный сон, – мне хотелось, чтобы в моём голосе затеплилась надежда.
Мы шли несколько дней, миновав множество брошенных поселений с такими же домиками, и останавливались в них для сна. Ари почти всю дорогу молчала, но что-то я всё же сумел о ней узнать.
Ей было восемнадцать стандартных лет, и она училась на археолога. Её отец занимался изучением древних реликвий и сделал множество открытий в истории объединения Вселенной. Ари хотела последовать по его стопам. На моё счастье, она почти ничего не спрашивала обо мне, и я смог придумать историю, будто не успел эвакуироваться, потому что находился далеко от космолёта.
В одном из домов Ари даже приняла душ и нашла новую термоодежду. Она укуталась в длинную куртку и надела шапку.
Температура на поверхности планеты опустилась до минус пятнадцати. Периодически шёл снег, заметая магнитную дорогу.
Неожиданно вновь ожил голос в моей голове. На сей раз он таким же настойчивым шёпотом твердил: «Налево». Я резко остановился и сообщил Ари, что мы должны свернуть. Не имея возможности объяснить, почему, я снова попросил спутницу довериться мне.
Мы пробирались сквозь заснеженную траву в полном мраке, пока не вышли к каменистой поляне.
– Я знаю это место, – сообщила Ари раздосадовано, – здесь точно нет космолётов.
– А что есть? – я обернулся к ней и остановился.
– Отец изучал древние каменные круги, которые, возможно, когда-то были порталами между мирами. Ты же знаешь историю?
– Порталами? – удивился я. – Да, знаю. До изобретения кораблей люди пользовались порталами, которые давно утрачены.
– Именно, – Ари отряхнулась от снега.
– Знаешь, где ближайший? Я не вижу ничего, кроме камней.
Я осветил местность карманным фонариком, найденным в одном из домов.
– Это глупая затея. Забыл? Они давно не работают, –спутница смотрела на меня, как на сумасшедшего.
– Я помню. Так покажешь? –попросил я настойчивей.
– Пошли, – Ари тяжело вздохнула и пошла впереди.
Она провела меня через гряду заснеженных валунов, которых становилось всё больше с каждым метром. Мы вышли к скоплению древних мегалитов на площадке, очищенной от мелких камней и валунов. Я увидел множество изогнутых столбов из белого камня. Все они располагались по кругу и представляли собой разрушенные массивные арки. Но только одна сохранилась целым полукругом. К ней и привела меня Ари.
– Вот единственный уцелевший, – она указала на арку древнего портала.
– По какому принципу он работает? – спросил я, разглядывая каменное сооружение.
– Этот портал был построен ещё до объединения Вселенной. Галактику Ниберус завоёвывали многочисленной армией, и эти арки предназначались именно для прохождения воинов. Даже если ты его включишь, мы не пройдём. Порталы завоевателей работали в одном направлении, чтобы пути назад не было. Уходили они с планеты через другие порталы. По крайней мере, так говорят легенды. Ты что, знаешь, как его включить?
Ари удивлённо смотрела на меня.
– Думаю, это не сложно, – я стал пристально разглядывать уцелевшую арку.
– Ты издеваешься? Если в твоих жилах не течет кровь древних планетотворцев, то пошли обратно к дороге! – прокричала она срывающимся голосом.
– Кто такие планетотворцы? – спросил я с улыбкой.
Моя спутница задумчиво пояснила:
– Те, кто брали энергию напрямую из Вселенной. Они могли создавать новые миры и звёзды. Раньше магия была другой, – Ари посмотрела вверх, на плеяды бесчисленных созвездий.
– Они могли общаться со звёздами? – спросил я, стараясь скрыть неподдельный интерес, и всё ещё рассматривал мегалит.
– Не знаю. О них, вообще, мало что известно. Планетотворцы жили миллионы, если не миллиарды лет назад. Идём отсюда? – она одергивала меня за локоть.
– Подожди пару минут. Пожалуйста…
Ари нахмурилась, отошла и села на один из невысоких каменных столбов, отряхнув с него слой снега.
Я посмотрел на безоблачное небо, где ясно виднелись огоньки дальних звёзд, и только одна светила ярче других. Мои мысли обращались к ней с просьбами о помощи. Но они остались без ответа. Шёпот, приведший меня сюда, не хотел давать дальнейших инструкций. Я простоял так минут десять, пока Ари нервно не одернула меня с призывом идти обратно.
Мы уже сделали несколько шагов в обратном направлении, как я застыл. Меня на миг осенило, и я попросил Ари достать складной нож из своего рюкзака. Она, ничего не понимая, достала миниатюрный набор ножей в одной связке и передала мне. Я снял перчатку скафандра, чтобы освободить руку, и сделал небольшой надрез на пальце. Показалась капля крови. Я подбежал к арке портала и прислонил к ней руку, так чтобы кровь попала на неё.
Белый камень арки заискрился и стал заполняться красным огнём. Я поспешно надел перчатку, и мы с Ари удивлённо наблюдали за процессом. Огонь кружил, пока не заполнил каждую частичку внутри арки портала. Я протянул моей спутнице руку, чтобы мы вместе совершили шаг в неизвестность. Но тут голос в голове резко остановил меня непродолжительным шёпотом, повторяющим: «Только ты». Я одёрнул руку, что очень смутило мою новую подругу.
– Сначала я пойду один, – виноватым голосом пробормотал я.
– Что?! Ты не можешь оставить меня здесь одну! –закричала Ари.
– Я вернусь за тобой, обещаю. Но сейчас я должен пойти один.
– Ты не можешь бросить меня! – кричала она, и на её глазах наворачивались слёзы.
– Я сделаю всё, чтобы ты жила. Прости меня, – тихо сказал я, делая шаг в портал.
В следующее мгновение меня выбросило на раскалённую поверхность космического тела с такой большой силой притяжения, что мне потребовалось немало усилий, чтобы выпрямиться. Это было раз в тридцать сложнее, чем на Земле. Поверхность напоминала застывающий металл, от неё поднимались клубы дыма, и пронизывали тысячи расселин, откуда вырывалось красное огненное свечение. Я еле поднял голову и увидел множество огней вокруг. Присмотревшись, я понял, что это космический флот. Это были те же корабли, что я отчётливо видел, лёжа среди травы на Астре. Они, похоже, наблюдали. Сразу стало понятно, что атмосферы здесь нет, и моё дыхание давно остановилось. Но никакого дискомфорта я не ощущал.
Это же не планета, а та самая звезда, термоядерные реакции которой заглушали леденящие ракеты кораблей! От удивления я даже не активировал шлем скафандра, а оно оказалось ненужным.
Я сделал пару шагов. Мои ботинки оставляли за собой застывшие следы на металле. Звезда, похоже, стала уже в несколько раз меньше той, что я наблюдал в видении. От неё остались только твёрдые элементы, а газы почти все улетучились. Поистине, пугающее зрелище. И я совершенно не понимал, почему меня забросило именно сюда.
Неожиданно инфо-датчик получил сигал от одного из кораблей, он содержал вопросы о том, кто я и как здесь оказался. При сканировании поверхности они обнаружили «нечто живое», и лишь многократное увеличение изображений дало понять, что это человек! Но у меня не было второго датчика, который отвечал за обратную связь, и я попытался объясниться жестами. Это было лучше, чем молчать и ждать, пока по мне запустят очередную ракету.
Системе жестов меня обучили на Лораксе. Так я представился: «Маркус Гиронимус». Видимо, капитан понял и повторил моё имя через инфо-датчик. В его голосе звучало изумление. Я жестом показал, что он всё правильно понял. Капитан спросил, как я оказался на звезде Немма. Я снова жестами ответил: «Не знаю». Капитан сказал, что может отправить ко мне шлюпку, но это очень рискованно. Термоядерные реакции внутри ядра не закончены, и в любой момент может произойти новый всплеск активности. Я в ответ покачал головой, и сделал жест, означающий «пять минут». В ответ я услышал только то, что я сумасшедший, и ему нужно обо мне доложить. Я закивал и сделал ещё пару шагов по раскаленной поверхности.
Звезда умирала. Ей не позволили взорваться сверхновой и не стать чёрной дырой. Я – не учёный, чтобы точно говорить о причинах, но, видимо, вероятность была высока. Немма миллиарды лет поддерживала жизнь людей на двух обитаемых планетах в её системе, одной из которых и была Астра. Немме не дали спокойно уйти на покой, решив остудить её. А что, если мой катер переместило сюда, чтобы я добрался до звезды, а не спускался на планету?
Мне было больно, я понимал чувства звезды, словно она была живая. А как может быть не живым то, что подарило жизнь планетам и всем существам на них? Эта боль была вполне реальной и терзала моё сердце. Казалось, во мне сейчас куда больше сил, чем осталось у бедного светила.
Размышления прервал привычный шёпот в голове, и на этот раз я смог разобрать всего одно слово – «кровь». И тут у меня в голове возникла безумная идея.
Я сделал ещё с десяток тяжёлых шагов. Ботинки скафандра плавились, так что ногами я ощущал раскалённую поверхность. Не было горячо, только мне угрожала опасность застыть в металле. Ещё через несколько шагов я твёрдо стоял у самого края пылающей расщелины и достал из рюкзака портативный набор ножей, прихваченный у Ариадны. Мне также пришлось снять перчатку скафандра. В этот раз я сделал большой надрез на ладони, думая, что одной каплей тут уж точно не обойтись, и, присев на колени, вытянул руку над глубокой раскалённой бездной, из которой выходил пар. Струйка крови потекла вниз из сжатого кулака. Я держал руку до тех пор, пока рана не перестала кровоточить.
Поверхность звезды резко задрожала, и вокруг меня стали образовываться новые расщелины. Одна из них открылась кругом перед моими ногами, и в ней образовался небольшой портал, не больше метра в диаметре. Звезда задрожала сильнее, так, что я не мог сохранить равновесия, и, не думая, прыгнул вниз.
Меня выбросило обратно к порталу на Астре, откуда не больше пятнадцати минут назад я переместился на поверхность звезды. Лёжа на заснеженной каменной плите, я, наконец-то, вспомнил, как дышать, и я сделал глубокий вдох, от которого сразу же закашлялся.
Ари, не обращая на меня внимания, наблюдала за вспышками света в небе. Я поспешно натянул перчатку и тихо подошёл к девушке.
Из глаз её стекали слёзы, только на этот раз они были не из-за разочарования или утраты. На лице Ари появилась лёгкая улыбка, которую я видел впервые с момента нашего знакомства. Мы наблюдали за перерождением звезды…
В небе искрили то красные, то жёлтые переливы, всполохи, испускаемые светилом. С каждой минутой их становилось всё больше. Звезда то гасла, то загоралась вновь с ещё большим свечением. Уже через полчаса мы наблюдали в небе здоровое жёлтое солнце вместо разрушительного красного гиганта, каким оно было ещё несколько часов назад. Ночь стремительно сменилась днём. На душе стало тепло, от боли внутри не осталось и следа, я не скрывал улыбки. Наши глаза щурились от вернувшего солнечного света.
– Как думаешь, она теперь будет жить? – тихо спросила Ари.
– Думаю, да.
– Куда ты переместился? – девушку, словно осенило, и она резко развернулась ко мне.
– Туда, – я указал рукой на звезду.
– Шутишь? – с её лица мгновенно пропала улыбка.
– Разве я похож на шутника? – я рассмеялся.
– Я тебя совсем не знаю!
– Однажды я расскажу тебе всё, что захочешь, и ты сама сделаешь выводы.
– Хорошо, – Ари ненадолго задумалась, – но только на другой планете!
– Ты всё ещё хочешь пройти через портал? – я удивился её рвению.
– Да, если он не выбросит меня в открытый космос!
– Понятия не имею, куда он приведёт в этот раз! –усмехнулся я.
– Так давай узнаем! Не хочу видеть, какие последствия будут на Астре после замены красного гиганта на такое маленькое солнце.
– Что ж… Давай…
Уже привычно я снял перчатку и слегка прошёлся лезвием ножа по свежей ране на ладони. На ней проступили несколько капель крови. Ари забрала свой набор складных ножей и взяла меня за здоровую руку.
Я поднёс ладонь к арке портала, и она мгновенно заискрилась от соприкосновения с кровью. Открылся новый огненный портал, и на этот раз мы сделали шаг в неизвестность вместе.
Глава 7. «Морфула»
Мы с Ариадной шагнули в туманный то ли день, то ли вечер. Портал закрылся за нами мгновенно, а видимость вокруг не превышала десяти метров. Моросил мелкий дождь. Воздух был пропитан запахом торфяных болот, смешанным с туманной сыростью.
Мы оказались на такой же каменной площадке, как и та, с которой только что переместились с Астры. Здесь сохранились невредимыми две арки древних порталов. Осмотреться вокруг не получалось из-за густого едкого тумана, и мы решили пройти по тропинке, ведущей от каменных плит вглубь леса. Она же должна была куда-то вести.
Этот мир казался серым, но не из-за отсутствия цветового разнообразия. Все оттенки любого цвета тускнели от мрачной погоды, которая навеивала только тоску и неизвестность.
Ари знала о порталах многое, но не знала, где мы находимся. Подобные постройки остались на сотнях старых планет, и гадать смысла не было. Она также не могла передать запрос через инфо-датчик из-за блокировки инфо-поля планеты. На Астре мы не могли вызвать помощь из-за полного отключения инфо-сферы и перемещения искусственных спутников к другим планетам, а тут устройство сообщало о невозможности отправить запрос во вселенскую сеть.
Тропинка под ногами была хорошо утоптана, а земля пропиталась влагой. От подошв моего скафандра почти ничего не осталось, а другой обуви не было. Потому я скользил, ступая среди невысоких деревьев с тёмной листвой. Ари не спеша шла следом.
Вокруг тропинки росли необычные деревья с высокими корнями, возвышаясь над болотами. Несколько раз дорогу перебегали грызуны неизвестных мне видов.
– Меня пугает эта планета, – с грустью произнесла Ари.
– Тут хотя бы есть солнце, и достаточно тепло, – я повернулся и попытался улыбнуться ей.
– Но мрачно, – возразила спутница, снимая с себя термокуртку.
– Мы обязательно найдём людей, которые нам помогут, – твёрдо сказал я и продолжил путь.
– Если только этот лес не тянется на сотни километров…
Не обращая внимания на грустный тон девушки, я снова пытался её приободрить:
– А если и тянется, у нас есть всё, чтобы выжить, как минимум на неделю.
Мы шли часа три, высказывая разные предположения о том, что нас ждёт. Ари выразила озабоченность лесными хищниками, но я уверил, что смогу её защитить. Тем более, какие хищники водятся в болотистой местности? Разве что куча надоедливых насекомых, жужжащих над ухом!
Мне казалось, что самое худшее уже позади, и это первый этап в наших новых жизнях. Мы свернули с тропинки на несколько метров для привала и увидели в тени деревьев крохотную поляну, густо заросшую травой. Отличное место для палатки!
Развести огонь из мокрых веток и при такой высокой влажности было достаточно сложно, но мы справились – помог походный лазер, который обнаружился в рюкзаке Ариадны. В раскладной посуде мы приготовили кашу на огне и плотно поели.
Становилось темнее, значит, всё-таки здесь был вечер. Погода была тёплой, и я снял скафандр, чтобы выспаться в плотно сидевшем на мне термобелье. На удивление, рана на бедре почти зажила и больше не причиняла боли. Ари переоделась в белую футболку и лёгкие брюки. Так мы и легли спать, закрыв палатку изнутри.
К утру туман почти рассеялся, но тучи не покидали небосвод. Мир оставался таким же серым. Мы собрали вещи в рюкзаки и продолжили путь. Вскоре вдали показался дым, и мы поспешили посмотреть, откуда он исходит.
– Расскажи мне про планетотворцев, – попросил я Ари, пока мы добирались до источника дыма.
– От них остались только легенды. И я не уверена, что они правдоподобны. Ты, правда, хочешь знать? Лично я не верю, что ты к ним относишься, – с усмешкой сказала она.
– И всё же расскажи, – снова попросил я, чуть не споткнувшись о ветку под ногами.
– Хорошо. Ты когда-нибудь бывал на Лораксе?
– Да, совсем недавно. Мне рассказывали, что это очень древняя планета, и её звёзды каким-то образом восстановили, чтобы она осталась живой, – я на мгновение обратил внимание на большую птицу, наблюдавшую за нами с дерева, но стоило мне поднять голову, как птица с криком взлетела и скрылась за густыми макушками деревьев.
– Живой? Забавное определение для материи. Миллионы лет назад одна из звёзд Лоракса растворилась в космическую пыль, её жизнь и так слишком долго продлевали искусственным образом. А вторая звезда грозила взорваться и превратиться в чёрную дыру, примерно также, как и Немма, освещающая Астру. Как гласит легенда, королевская семья нашла планетотворца, чтобы он восстановил звёзды. Причём они нашли его в галактике Альсон, где живут людоеды. По слухам, они до сих пор поддерживают жизнь на непригодных для этих варваров планетах. Тот найденный планетотворец собрал заново первую звезду и переродил вторую, продлив жизнь системы Лоракса ещё на миллиарды лет.
– Любопытно, как же он смог это сделать? – я старался скрыть свою крайнюю заинтересованность, но у меня, похоже, это плохо получалось.
– Не знаю. Никто не знает, – отвечала Ари, как ни в чём ни бывало. – Легенда гласит, что он вернул обе звезды за несколько дней, а от одной звезды до другой космолёт того времени долетал за неделю. Лоракс же огромен! С этим планетотворцем связана и другая легенда о том, что условием для восстановления системы Лоракса был мирный договор с людоедами. Именно после этого всех приговорённых к смерти стали отправлять в галактику Альсон на съедение этим нелюдям. И если когда-нибудь королева нарушит условие, они снова начнут космические разбои в поисках пищи.
– Надеюсь, мы никогда там не окажемся, – пробормотал я, передёрнув плечами, а затем уже громче спросил: – А что ещё умеют эти планетотворцы?
– Они каким-то образом питались энергией самой Вселенной и с её помощью создавали звёзды и пригодные для жизни планеты. Но они жили миллионы, если не миллиарды лет назад, и были не такими, как мы. Эволюция заменилась техническим прогрессом, который не даёт расе людей развиваться должным образом. Планетотворцы похожи на гуманоидов, но совсем не таких, как мы. Точного описания нет. А легенды гласят, что ростом они под три метра, а их кожа – золотистая. Они не дышат, как мы. Их питает энергия звёзд. Когда они умирают, где-то на краю Вселенной загораются новые звёзды.
– Получается, когда-то Вселенной не хватало своих собственных сил на создание миров, и она породила этих существ?
– Да, примерно так.
– А они могли воскрешать не только звёзды, но и живых существ, или хотя бы растения? – аккуратно поинтересовался я.
Ариадна помолчала и ответила задумчиво:
– О таком нигде не написано, так что, думаю, нет.
– Ну что ж, под это описание я не очень подхожу. Хотя, кто знает, на что ещё я способен, – предположил я с усмешкой.
– Маркус, ты – фокусник и не более того! – твёрдо заявила Ари.
Когда опустились сумерки, мы заметили, что дым исходил от выбросов энергостанции, к которой мы, наконец, подошли. Ари поведала мне, что подобные конструкции черпают энергию из недр самой планеты! Так люди могут использовать потенциал космических тел почти на сто процентов!
Лес закончился, вдали виднелись огни большого города. Я смог разобрать, что свечение исходило от огромных антигравитационных платформ, на которых парили дома. Мы решили не останавливаться, а сразу направились к поселению. По ходу расчётов инфо-датчика мы сделали вывод, что сутки на этой планете равнялись двадцати двум стандартным часам, а сила притяжения составляла девять десятых от земной.
Мы прошли мимо станции, располагавшейся на возвышенности, видимо, во избежание затоплений. Людей не было видно, и мы продолжили путь по старой асфальтно-бетонной дороге. Болотный запах усиливался. Туман опускался всё ниже, и огни города постепенно меркли. Вскоре мы вышли на пустынные улицы среди невысоких нанопластидных зданий, основания антигравитационных подушек которых подсвечивались фиолетовым. В окнах приглушённо горел свет, но никого не было видно. Очень мрачная картина.
Город построили на болотистой местности и, чтобы никого не затопило, вознесли все здания на антигравитационных платформах вокруг примитивных асфальтных дорог. Пути вели прямо к порогам многоквартирных домов.
Ари было не по себе, она боялась, что мы совсем одни. Я пытался успокоить её и тщательно высматривал людей. Но никто вокруг не ходил. А массивные двери домов были тщательно заперты, так, что мы не могли подняться к горящему в окнах свету.
Неожиданно нас окликнул тяжёлый мужской голос.
– Стойте! – повторила тёмная невысокая фигура, выходящая нам навстречу из тумана.
Сперва мы испугались, но тут же обрадовались появлению хотя бы одного человека на этой планете. Это был пожилой мужчина в свободном сером костюме, а лицо его закрывала плотная кислородная маска. Он остановился в метре от нас, и продолжил:
– Какова ваша причина нарушения комендантского часа? Почему вы без масок?
– Простите, уважаемый, мы прибыли сюда совсем недавно и ещё незнакомы с местными правилами, – спокойно ответила Ари.
– Это невозможно. Морфула уже год на карантине, любые перемещения с планеты и на неё ограничены – сюда пускают только доставку необходимого.
– Возможно, вы нам не поверите, но мы пришли через портал, – объяснил я, из-за чего Ари посмотрела на меня так, будто я сошёл с ума.
– Верно. Это также невозможно. Так откуда же вы?
– С Астры, – ответил я.
– А-а-а, это планета, звезду которой воскресили, во всей вселенской сети только о ней и говорят. Но она в миллионах световых лет отсюда, – мужчина усмехнулся.
– Так как же мы могли здесь оказаться, если только не через портал? – язвительно спросила Ари.
– Логично. Но с этим будут разбираться другие. Вам есть, куда идти? – поинтересовался он.
– Нет, – хором ответили мы.
– Тогда я провожу вас в одну из освободившихся квартир, следуйте за мной.
Мужчина повёл нас по узким улочкам города. Туман сгустился настолько, что с лёгкостью скрывал крыши невысоких зданий.
– А вы знаете, как спасли звезду Астры? – поинтересовалась Ари у неизвестного, пока мы шли за ним.
– Вы разве не знаете? Это же главная новость сегодня! – усмехнулся мужчина.
– Нет, мой инфо-датчик не принимает местный сигнал, – ответила Ариадна.
– Странно. Скажите об этом завтра тем людям, которых я к вам отправлю. Инфо-поле планеты в порядке, всё работает. Может, дело в вашем датчике?
– Возможно, – согласилась Ари. – Так, что со звездой случилось? Вы не ответили.
– Ах, да. Её термоядерные реакции почти остановили. Как вдруг на остывающем светиле появился человек, ну или он был похож на человека. Видеограмма такой дальности со спец-аппарата была не чёткой. Капитану одного из кораблей даже удалось с ним связаться. Он назвал своё имя и отказался от помощи. Дальше он сделал что-то странное, опять же, сложно было разглядеть, после чего на звезде стали стремительно образовываться новые реакции с совершенно другими элементами, а человек куда-то исчез. За звездой ещё наблюдают, но прогноз благоприятный. Хотя, скорее всего, её тепла теперь не хватит для поддержания жизни на Астре, а только на Вене, которая находится ближе к светилу.
– Поразительно! – удивилась моя спутница. – А имя этого человека назвали?
– Конечно, – подтвердил мужчина, – Маркус Гиронимус. Фамилия-то известная, вот и запомнил.
Ари удивилась ещё больше, но промолчала.
Мужчина подошёл к одному из парящих домов, со стороны парадной двери и достал большой сверток старинных ключей, пока от парадной спускался небольшой подъёмник. Неизвестный пытался отыскать нужный ключ, рассказывая нам насколько старые эти дома. По его словам, их построили несколько тысяч лет назад, и уже много раз реставрировали.
Мы поднялись на подъёмнике. После неудачных попыток старик всё-таки открыл массивную входную дверь. Она заскрипела. Гравитационного лифта в доме не было. И мы шагали наверх по лестницам из нанопластида, напоминавшего камень. На четвёртом этаже мы свернули в узкий коридор. Штукатурка с потолка обваливалась, а краска на стенах давно выцвела и полопалась. Старик привёл нас к одной из дверей в конце коридора, и та оказалась не заперта. Мы вошли в мрачное помещение со старинной мебелью. Тут было всего две комнаты, которые представляли собой маленькую кухню и спальню, не считая отдельного санузла. Наш провожатый нашёл на стене выключатель, и комната осветилась ярким белым светом. Теперь можно было различать цвета вокруг.
– Никуда не выходите. Я доложу о вас, и завтра к вам придут, заодно принесут вам еду и питьевую воду. Сейчас, к сожалению, не смогу помочь, если вы голодны.
– Спасибо. У нас есть еда, – вежливо ответил я.
– А почему нельзя выходить? – успела спросить Ари, когда мужчина уже собирался уходить.
– Ах, вы и об этом не знаете! – удивлённо воскликнул старик.
