Страница 3 из 4
Он не отвечает, а у меня почему-то резко портится настроение и снижается работоспособность. Вернее, способность собирать чемодан.
Глава 8.
– Ну, извини, я был не прав. Давай уже закончим эти рассуждения и пойдем спать. И розы забери.
Лёша стоит в коридоре, рядом с моим собранным чемоданом. Он, видите ли, передумал.
А я вот совсем нет.
Я пытаюсь обойти его как-нибудь, чтобы сесть в такси и уехать к Ане.
Да где это видано, после трех лет отношений выгонять свою девушку на улицу? А ведь в его квартиру разве что официальное приглашение выдано не было. И я переехала сюда после его долгих, дооооолгих упрашиваний и уговоров. Даже небольшого шантажа. Выдать мне чемодан, вечером, после возвращения с работы. Да еще и какой повод! Просто сюрреализм какой-то.
– Я на тебя не просто обижена, я в ярости. И этот веник в твоих руках ничего не исправит. И твое «ну, извини» тоже. Ты уже несколько месяц пропадаешь на работе, я тебя почти не вижу, а когда это, наконец, происходит, мы ссоримся. Вот до выселения уже дошли. Мне не нужны такие отношения!
– И куда ты пойдешь? В ипотеку свою, ночевать на голом бетоне? Хотя нет, твой этаж еще не возвели.
Моя челюсть, и без того отвисшая, теперь грозится пробить пол. Ну, надо же, какой интересный человек у меня под боком был целых три года. И сарказм тут, и злорадство, и обесценивание. Ну, куда ни плюнь, вылитый рыцарь.
– Да ты хам, Лёш. Тебя не должно волновать, куда я пойду. Тебя, собственно, час назад это и не волновало. У меня друзей достаточно.
Я прокручиваю в голове, к кому бы могла пойти, кроме Аньки, но итог неутешителен. Знакомых у меня – горы, а вот близких друзей, к которым бы я завалилась ночевать – только она одна.
Лёша тем временем стоит посреди квартиры, и сарказм его куда-то пропал, уступая место вселенской грусти. Такой весь уставший от жизни Лёша.
– Ну, заканчивай уже, детка. Поздно, я устал, ты устала. Ну, прости, что психанул, очень сложное время сейчас, работы по горло, одни проблемы. Ты слишком близко к сердцу всё воспринимаешь. Я же вернулся, цветы принес. Не нравятся?
Он искренне недоумевает, почему его привычным способом ничего не решается. Обычно комбо «извини» плюс цветы дает хороший результат, возможно даже бонусные баллы. Но сейчас я слишком обижена.
– Лёш, я люблю цветы. Но они ничего не смогут исправить. Ты ведешь себя по-свински, я к такому не привыкла и никогда не привыкну. Нам лучше сделать паузу.
Он подходит ко мне, садится передо мной на колени и берет за руки. Со стороны выглядит как сцена из мелодрамы, и я немного смягчаюсь. Что-то щемит в груди. Лёша не умеет извиняться, но это не значит, что не пытается. И это, наверное, делает ему честь.
– Я извинился уже раз сто. Тебе мало? Давай еще десяток скажу? Просто дай мне немного времени, не уходи. Я уверен, всё исправится. Я тебя люблю, детка. Давай попробуем еще раз?
Я выдыхаю и сдуваюсь, как проколотый шарик. Прямо возле Лёши и своего собранного чемодана, я теряю боевой настрой и просто хочу, чтобы жизнь вернулась в привычную колею. В конце концов, я не планировала расставаться с Лёшей. Я планировала выйти замуж и родить детей.
– Ладно. Но медленно и с самого начала.
Я плетусь в спальню. За мной идет Лёша и катит тот самый чемодан.
. . .
Следующим утром я сижу в кресле, в своем кабинете и перебираю бумажки, чтобы занять руки. Рядом сидит Аня с чашкой кофе и выразительно на меня смотрит. Мы только что обсудили вчерашний вечер, и она сетует, что я до нее не доехала. Говорит, давно пора проучить одну токсичную свинью. А я не знаю, что делать. Перемены это всегда очень сложно. Под кожей зудит, живот скручивает чем-то вроде предвкушения. Раньше мне нравилось это ощущение, но сейчас оно совсем не радует.
Сообщение пищит:
«Ты сегодня очень красивая».
Фёдоров. Мы виделись на совещании, и он был предельно корректен, всё только по делу, никаких шуточек и сарказма. Я уж было решила, что все стабилизировалось, но, видимо, поспешила с выводами.
Сердце бьется быстрее. Почему-то не могу оставаться равнодушной к тому, что он мне пишет, хотя это просто сообщение. Ну, сотри его и не отвечай больше. Сделай вид, что никакого сообщения вообще не было.
Но руки сами набирают ответ:
«Легкие пути не для тебя?»
Аня наблюдает за мной с приподнятой бровью.
– Герой-любовник не сдает позиций?
Я давлюсь воздухом. Мне не нравится слово «любовник», да и слово «герой» тоже ему не очень подходит.
– Виртуальный поклонник, скорее. Почему любовник-то?
– Да просто к слову пришлось. Перестань думать о мужиках и сосредоточься на важных вещах. У тебя зубной сегодня.
О, как я боюсь зубных! Прямо до обморока. Я из тех людей, которые трясутся у кабинета с видом сумасшедших и все время пытаются сбежать. Поэтому Лёша всегда довозит меня до зубного и доводит прямо до нужной двери. Довозил. Но что-то уже десять минут он не берет трубку.
– Ань, у тебя случайно не получится поехать со мной, если я до Лёши не дозвонюсь, а? Прости. Я большая девочка, но так боюсь. Вот на тарзанке через пропасть не боюсь, с аквалангом не боюсь, а тут ступор и чистый ужас. Прямо какая-то ахиллесова пята.
– Вообще у меня сегодня все грустно с расписанием, я через пятнадцать минут еду мелкого забирать, потому что больше никто не может. Сейчас Жене позвоню, может, получится переиграть.
Но ничего не выходит, все заняты, няню искать поздно. Я заверяю Аню, что все обойдется, и я найду себе компанию на неприятную поездку. Ну, в конце концов, можно попробовать побороть свой страх, хоть он и очень, очень давний. Я и так хожу только к одному врачу, который носится со мной, как с хрустальной вазой, все делает правильно и не больно, но страха моего это не убавляет.
Я судорожно набираю Лёшу снова и снова, но длинные гудки никак не заканчиваются, а потом его телефон вообще уходит в оффлайн. Ну, чудесно. Я же его предупреждала вчера… Наверное, забыл из-за ссоры.
И тут, неожиданно даже для самой себя, я открываю совсем другой контакт.
«Отвезешь меня к зубному через полчаса?»
Ох, о чем я думала, когда писала сообщение Фёдорову? Зачем я его попросила, раз сама упорно хочу прекратить это общение. Да и ему это явно не нужно. Сейчас выставлю себя полной дурой… Однако, экран телефона загорается ответным сообщением спустя полминуты:
«Буду ждать тебя у входа».
Когда я спускаюсь на улицу немного заранее, через двадцать пять минут, у входа меня, в самом деле, ждет Фёдоров.
У него оказывается пижонская машина, черный Porsche Panamer, с золотыми дисками. Да уж, видимо его мечты сбываются, а бизнес идет хорошо. Тут же вспоминаю свою ипотеку и слегка хмурюсь. Я ведь тоже, типа, большой босс, а на карте денег кот наплакал, вот выгнал бы меня Лёша – не хватило бы денег квартиру снять.
По дороге Фёдоров развлекает меня разговорами. Вернее, пытается. Я сижу бледная и зажатая, в ожидании призрачных мучений, так что не особенно разговорчивая. И, как только мы подъезжаем к зданию клиники, я в ужасе замечаю знакомую фигуру.
Глава 9.
Мой стоматолог ждет меня прямо у клиники. Наверное, Аня ему позвонила, чтобы он встретил и довел меня до места, где я расплачиваюсь за грехи юности раз в квартал. Не так давно мне сняли брекеты, теперь дело за мелкими недочетами. Да, многие говорили, что у меня ровные зубы и незачем их править, но у меня были свои мысли на этот счет. Осталось совсем немного и улыбка мечты будет у меня в кармане. Вместо большой пачки денег и километров нервов.
Сергей Шамилевич – мужчина без возраста, очень трепетный и аккуратный стоматолог. Я ему доверяю, он со мной уже несколько лет, но иррациональный страх не проходит. И вот сейчас он за руку, как маленькую девочку, поведет меня в свой кабинет.
Фёдоров улыбается и кивает мне на прощание. Окей, сейчас я соберу все свои силы и не впаду в истерику.
Я выхожу их стоматологической клиники спустя час, вполне адекватная и даже в приличном настроении. У меня еще не отошел наркоз, так что губа двигается плохо. Большим сюрпризом становится знакомая машина на парковке. Он меня дождался. Неожиданно.
Фёдоров выходит, чтобы открыть мне дверь. Сама галантность, надо же. Мне всегда казалось, что для него это слово неприменимо, но, видимо, люди меняются. Я ищу в нем того самого парня, каким он был десять лет назад и сюрпризом становится то, что в нем очень многое осталось неизменным, но столь же многое стало совсем другим. Я узнаю его и не узнаю.
Тяжело опускаюсь на сидение и тяну на себя ремень безопасности ровно в тот момент, когда он решает мне с этим помочь. Мы неуклюже сталкиваемся лбами, и я страшно смущаюсь, как самая настоящая школьница. Немая губа, шишка на лбу… Но, в мое оправдание, смущаемся мы оба. Фёдоров даже розовеет немного, впервые такое вижу.
– Куда тебя отвезти? Только не говори, что на работу, тебе бы домой, отлежаться или выспаться. Я видел, как тебе сложно дался этот поход к врачу. Есть какая-то особая причина?
Он выглядит заинтересованным, заботливым и взволнованным одновременно. Это приятно, но своими скелетами в шкафу я делиться не готова. О чем и говорю медленно, с трудом.
– Давай не сейчас. Это долгая история, у меня не то настроение и рот не в самом разговорчивом состоянии, – указываю пальцем на онемевший угол губ. – Может, когда-нибудь потом.
– Это меня очень устраивает. У нас, наконец, появилось «потом».
Он улыбается, я тоже, как могу. Наверное, очень криво, но прямо сейчас это не важно. Да, у нас появилось «потом», некоторое отложенное будущее. Какое-то подобие приятельства. С этим вполне можно жить. Я обдумываю, а не попробовать ли мне звать его по имени, но ни к чему не прихожу.
Дальнейшая дорога проходит в уютном молчании.
Лёша является домой к вечеру, опять раздраженный и хмурый. Я не пытаюсь спросить его, что произошло, но он сам рассказывает, какой сложный был день, как партнеры прогибают его с контрактами, как строители не умеют строить, а бухгалтеры – считать.
– Да я на объекте был, орал там как потерпевший, всё не так, плевать они хотели на план, на сроки. И тут мне названиваешь. Я итоге телефон упал с третьего этажа и умер. Вот новый купил, но еще не разобрался с ним. А у тебя как дела? – и Лёша погружается в новый аппарат.
– У меня был зубной. Ты обещал повезти меня, но не приехал.
– Забыл совсем с этой свистопляской. Ну ты же нашла с кем съездить? – пожимает плечами он.
Ну да, нашла. Но тебе не понравится, кто сработал заменой. Вслух я этого, конечно, не говорю.
. . .
Неделю у меня все стабильно. Целую неделю, подумать только! Все ведут себя понятно и предсказуемо, никаких сюрпризов и вольностей. Как я люблю эту жизнь.
Сегодня вечером большая вечеринка в честь открытия нового филиала, туда позвали всех партнеров и крупных клиентов. Я купила потрясающее платье еще месяц назад, так что теперь не мучаюсь выбором, как Анька.
– Господи, это самый настоящий кошмар. Ну как можно выбрать? Три платья, в каждом какая-то засада. В этом у меня жирные ляжки, тут декольте до пупа, а в этом я вся становлюсь одноцветной. Смотри, от носочка до макушки один красный цвет.
Аня стоит перед зеркалом в моей спальне и заламывает руки, а я выгибаю бровь. Угу, передо мной женщина, которую и словом женщина-то не называют, только девушка, да в основном в паре с каким-нибудь чудесным эпитетом. Девушка, к слову, с идеальной, на мой взгляд, фигурой и рыжими волосами.
– Эй, подруга, ты издеваешься? Где там жирные ляжки, можно мне такие же? Вот уж кто-то нарывается на комплименты и получит их. Прямо по попе и получит.
Аня смеется так заразительно, что я и сама еле сдерживаю улыбку. В итоге решаем, что зеленое платье с декольте – лучший вариант, если под него надеть чуть более закрытие боди. Тогда и волки сыты, и овцы целы, и муж Женя спокоен. Моё платье – черное, все переливается, где-то просвечивает, но, самое главное, у него есть карманы. Обожаю карманы.
Мы едем на одном такси, чтобы не скучно было провести целый час в пути. Раньше мы ездили вместе, чтобы экономить деньги, потом перешли на индивидуальное такси, чтобы не подстраиваться друг под друга, а теперь вот вернулись к истокам. Встречаемся у меня утром, перекапываем гардероб, готовимся, а потом радостно едем на место.
Лёша должен подъехать через час, а Анькин муж уже ждет нас на празднике. Он иногда еще недоумевает, почему его жена вдруг уезжает собираться к подруге, но, по-моему, уже смирился. В конце концов, хаос происходит не у него дома, мы приезжаем красивые, расслабленные и довольные. И главное – не дергаем его целый день. Однозначно, это обоюдная выгода.
В зале всё сверкает и переливается настолько, что любое строгое и сдержанное платье тут же превращает его обладательницу в бедную сиротку. Я бывала тут раньше, так что успела оценить эффект помпезной, тяжелой красоты. И платье мое так переливается только по этой причине.
Обычно я предпочитаю совсем другие вещи. Оказаться тут в платье принцессы – не моя мечта, но довольно интересная роль на один вечер.
В толпе замечаю Фёдорова и сбиваюсь с шага. Аня смотрит на меня вопросительно, пока я пытаюсь справиться с неприятными ощущениями. Он очень хорош в своем черном костюме. Он красив, высок, но есть одна вопиюще неправильная деталь: на его руке буквально висит сочная девица в розовом платье.
Глава 10.
– Смотри-ка, а герой-любовник притащил какую-то девицу. Пойдем, поздороваемся! – не успеваю я среагировать на предложение, больше похожее на приказ, как Аня бодро тащит меня к Фёдорову и ее пассии. Ну, отлично, теперь мне еще лицо держать и с бабой его знакомиться.
Хотя, с чего, вдруг, мне должно быть дело до его девушки? Просто неприлично так цепляться за локоть мужчины, вот и всё.
– Дмитрий, день добрый! Отличный вечер, не правда ли? – Аня улыбается во все свои тридцать два зуба и эта улыбка совсем не походит на оскал, которым их награждаю я. Да, тридцать три вида улыбок – это обо мне. Секунда на разгон от вежливой холодной улыбки, через искреннюю и милую, до хищного акульего оскала.
Наши новоиспечённые собеседники синхронно поворачиваются. Фёдоров тоже расплывается в улыбке. Они с Аней хорошо поладили, весь наш совместный ужин подтрунивали друг над другом, обсуждали дела, свежие новости и то общее, что у них оказалось – меня. Это был странный вечер, одним словом, а потом мне было сказано – «хороший мужик, была бы ты свободна – я бы за него болела». Ну, судя по всему, в итоге Аня за него и так болеет, и это я еще не рассказала ей о Лёшиной выходке. И не расскажу, чтобы не убавить очков Лёше в их невидимом соревновании.
– Добрый день, дамы! Вы прекрасно выглядите. Позвольте представить мою спутницу. Это Алина, моя сестра. Алиса, вы раньше были знакомы.
Я банально теряю дар речи. Вот эта красивая взрослая девушка – его сестра? Я ее знаю, это правда, но я помню ее совсем малышкой. Она училась в младших классах десять лет назад, носила два хвостика, а портфель был большее раза в два! А теперь поглядите, я приняла ее за новую пассию моего бывшего.
– Алина, как приятно тебя увидеть! Я помнила тебя совсем еще ребенком. Ты просто потрясающе выглядишь! И, кстати, отлично платье.
Оказывается, что она помнит меня. Мы обсуждаем ее платье, поступление в университет и немного подтруниваем нам ее братом. Но через некоторое время мое чудесное настроение начинает портиться. Леша должен бы уже приехать, но его все еще нет, а телефон молчит.
– Мне кажется, Лёша опять решил меня подвести, – негромко говорю Ане. – Это уже входит в привычку. Очень и очень неприятную привычку.
– А ты забудь, что он должен был приехать. Давай просто развлекаться, насколько это вообще возможно на таком мероприятии. Вон, герой-любовник несет напитки. В таком контексте вечер становится очень неплохим!
И вечер, в самом деле, получается хорошим. Мы разговариваем, шутим обо всем на свете, слушаем речь президента компании и даже смотрим файер-шоу.
– Тебе очень идет это платье, главное не подходи к артистам слишком близко, я не переживу порчу эдакой красоты.
– Переживешь. Тут вообще не так уж хорошо видно, я как раз планировала подобраться поближе
– Тогда я иду с тобой. Буду спасать тебя от огня ценой своей жизни и твоего платья. Чтобы в последний миг посмотреть на тебя в неглиже!
Как только перестала бурно реагировать на такие шуточки, наше общение стало значительно более комфортным. Мы все-таки не совсем чужие люди. Мы – бывшие. Со своей историей, своей болью и своей радостью. Скорее всего, я не смогу простить ему измену. Но мне и не нужно этого делать, чтобы хоть иногда расслабиться и плыть по течению. Мы можем просто общаться, раз это приятно и приемлемо для нас обоих.
– Не мечтай увидеть меня в неглиже. Фу, Фёдоров, это же удел подростков.
– Ну, извините, Ваше Высочество! Любви все возрасты попкорны.
Он улыбается опять, видимо эта детская игра слов показалась ему удачной. А я опять впадаю в ступор, потому что не знаю, что и думать. Что я говорила про приятие его шуточек? Забудьте! Он опять вышиб меня из зоны комфорта, и я превратилась в колючего ежика. Мне очень трудно опять поднимать эту тему, даже намек на нее сбивает, заставляет судорожно искать хороший ответ и впадать в панику. Это я, считающая себя взрослой женщиной, да. Опять провалилась в выпускной класс. Понять бы еще, зачем он так шутит, понимает ли, что это мое слабое место?
Нет, однозначно нужно это выяснить.
– Ты специально так шутишь?
– Конечно. Когда я говорю что-то, что напоминает тебе о школе, ты очень забавно реагируешь. Как будто у тебя остались ко мне чувства. Как думаешь, есть такой шанс?
– Конечно, Фёдоров! У меня остались к тебе чувства – это раздражение и желание дать тебе подзатыльник! А еще одному чувству я даже названия не знаю, но оно тоже подбивает меня делать всякие гадости. Так что не нарывайся.
У него такой красивый смех, кто бы знал. Низкий, с хрипотцой, хочется и самой улыбнуться.
Но я не стану, потому что он ведет себя нечестно, не просто двигает мои границы, не пытается их разрушить, а вообще их не видит. Возмутительно.
Телефон вибрирует в сумочке, оповещая о новом сообщении. Надеюсь, это Лёша пишет, что уже приехал. Опоздать на два с половиной часа – это сильно.
«Не получается приехать, детка, развлекись там хорошенько».
Раздраженно блокирую телефон, а потом решаю его вообще выключить. Ну, Лёша, ну молодец. Развлекись, говоришь? Хорошо, милый, я развлекусь! Я планировала гулять с тобой до ночи, вот и без тебя погуляю.
– Фёдоров, ты на машине?
Он стоит в двух шагах и явно не понимает, к чему я веду. Логично, ведь еще пару минут назад я рассказывала, как он меня раздражает.
– Да, планирую вернуться домой на ней. За Алиной заехала мама, они решили совместить приятное с полезным и заказали фотосессию, так что я совершенно свободен.
– Отлично. Поехали смотреть вечерний город!
Глава 11.
Я возвращаюсь домой далеко за полночь, расслабленная и довольная. Если честно, очень, очень далеко за полночь, уже и рассвет занимается.
Мы с Фёдоровым объехали весь город, ели потрясающую пиццу, примостив ее прямо на капот его пафосной машины, заезжали в один мой любимый ресторан, чтобы взять десерт с собой, искали самую красивую клубнику, а потом фотографировали меня на смотровой площадке. В итоге, домой я зашла в потрясающем настроении.
Лёша вышел ко мне еще более злым, чем я когда-либо его видела. И вот опять сцена на пороге, с выяснением отношений и повышенным тоном.
