С. Н. Дурылин "От «Дон-Жуана» до «Муркина вестника “Мяу-мяу”»"

Но вот открыл, перевернул страницу,

Прочел пять строк – и, боже! как старо,

Как скучно все, изведано, известно —

И помнится, что где-то ты читал

Такие же слова, стихи, признанья,

И, проскучав над книгой полчаса,

Зевнешь лениво и закроешь книгу.

Все читано. Чем новые искать

И старое в них вечно находить —

Не лучше ли, о друг, перечитать

Знакомые и милые страницы

Уже изведанных, но сладких

былей,

Затверженных волнующих стихов

И старых, но нескучных повестей?»

В Кастилии поется в песне старой,

И я люблю ее напев старинный,

Немудрый и простой, нелживо-милый.

1-й

Да, признаюсь, та песня хоть куда.

И я не прочь ее мотив запомнить.

Дон-Жуан

Жалею лишь, что я не напеваю

Ее в полях ночных, как тень

блуждая;

Тогда б сюда, я верю, не замедлил.

(К Агате)

Затверженных стихов прелестна

быль —

И в сердце сладкий не умолк сонет:

Как эхо, в нем взаимно повторяют

Созвучья рифму старую: любовь,

Ее живя другою рифмой: вновь[16 - Ср. с репликой А. С. Пушкина из лирического отступления в IV гла-ве «Евгения Онегина»:И вот уже трещат морозыИ серебрятся средь полей…(Читатель ждет уж рифмы розы;На, вот возьми ее скорей!) (IV, XLII).].

3-й

Жуан – поэт. Стихи б, писать Жуану.

Дон-Жуан

Оставим юношам влюбленным

их —

Созвучия, сонеты и стихи:

Для них любовь – созвучья[17 - Ср. с пушкинским «Каменным гостем». Первый гость на ужине у Лауры благодарит ее за песню, сочиненную Дон Гуаном:Благодарим, волшебница. Ты сердцеЧаруешь нам. Из наслаждений жизниОдной любви музыка уступает;Но и любовь мелодия…(Пушкин А. С. Собрание сочинений в десяти томах. М.: Художественная литература, 1975. Т. 4. С. 297.)], рифма,

звук —

Им – поцелуи, клятвы и стихи,

Весенний жар, весенние мечтанья.

Им – сев весенний, жатва – нам,

Любовь – им рифма, нам – мгновенный яд,

Обет – для них она, нам – исполненья,

Для них она – мечтаний светлый ряд —

Для нас – лишь Смерти темное забвенье.

(Поднимая бокал)

Вино в бокалах темное играет

И пенится, волнуясь, пеной светлой,

И чем старей – тем аромат сильнее[18 - Пушкин в IV главе «Евгения Онегина» в лирическом отступлении о винах развивает поэтическую метафору неотвратимого бега времени: юность отождествляется у него с игрой и пеной шампанского «Аи», тогда как зрелый возраст и жизненный опыт внутренне сродны «благоразумному Бордо» – красному вину из смеси темного и зеленого винограда, не столь крепкого, как шампанские вина: «Вдова Клико», «Моэт» или «Аи», которые пьет Онегин.Аи любовнице подобенБлестящей, ветреной, живой,И своенравной, и пустой…Но ты, Бордо, подобен другу,Который, в горе и в беде,Товарищ завсегда, везде… (IV, XLVI)],

И тем скорей оно нас опьяняет,

Так будем ли мы думать о любви,

Когда нам время смерть дала любить?

Поплачем ли над кубком полным с думой,

Когда его мы в силах осушить?

Безумец тот, кто думой о любви

Саму любовь из сердца прогоняет.

Безумен тот, кто с думой о вине

Томящей жажды им не утоляет.

Агата

(кидаясь к нему)

Ты – мой, ты – здесь, ты – прежний

Дон-Жуан!

Дон-Жуан

(отвечая ей с улыбкой)

Ты – прежняя, прелестная Агата!

Твои глаза – как звезды – те же тени —

В них тот же свет мерцающий

упорный,

Над ними – прежние ресниц извивы,

Как кипарисов ветви ночью темной,

И тот же голос – с лютней звонкой

схожий,

И те же руки – мрамора изгибы,

И та же прядь чернеющих волос —

Подобных горнему потоку ночью,

Когда он вьется черною змеей,

В волнах меж скал прерывно извиваясь.

Ты вновь моя, ты прежняя Агата!

1-й

(ко всем другим)

По старому обычаю, мы привыкли

Наш поздний пир без ссоры заключать,

И, подчинясь решению Агаты,

Мы покидать привыкли этот дом,

Оставив одного, кто выбран ею.

На этот раз тот выбор совершен

Не ей – судьбой указан он. Жуан

Самой судьбой направлен был сюда

В глухую ночь – и солнце пусть увидит,

Как он оставит дом Агаты. Я

Седлать велю коней, чтобы поспеть

В Севилью на рассвете.

2-й

Я согласен

И думаю, что выбор справедлив.

5-й

В последний раз за здравие Жуана!