В озерной глади Карелии —
Глаза живые Земли.
Ее легенды овеяли,
В ней буйно сказки цвели
Про светлые чувства сильные,
Про теплый очаг и кров.
Про небо, синее-синее,
Сквозь снежную кипень веков.
Магадан
Возьми меня с собою в Магадан.
Там холодно, там белые медведи.
Закинем шмотки в старый чемодан,
И на оленях сквозь пургу уедем.
Заляжем чудо-нерпами в сугроб,
И всполохи полярного сиянья
Нас поцелуют незаметно в лоб,
Мелькнут в зрачках тоскливым ожиданьем.
Давай с тобой уедем в Магадан
Пока найдут – пересечём границу
Реальности, чтоб там развоплотиться
И снова воплотиться. Но – в туман.
Возьми меня с собою в Магадан…
***
Пушистый плед и пëстрые подушки
На кресле ждут, когда же ты придешь.
Душистый чай из трав в тяжёлой кружке,
Том Пастернака. За окошком дождь.
Ленивы незатейливые мысли:
Полить цветы, достать к обеду утку.
Давно плевать на даты. Это числа,
Им нет числа. А у тебя – минутка,
Чтоб затаиться в кресле и забыться.
Передохнуть, и вновь бежать по кругу.
…Давно облез пушистый плед. И выцвел
Том Пастернака. Обжигает руку
Душистый чай в старинной жëлтой кружке.
И в изголовье – пëстрые подушки.
***
Август кисти раздает.
Мелкий дождь целует ручки.
Легкий выдох – и вперед!
Солнце. Небо. Чайки. Тучки.
Все, на что хватило глаз
Зарисую на прощанье.
Август, в стопоследний раз,
Не давай мне обещаний…
Ожидание
Ну, что? Ещё один рывок?
Всего четыре воскресенья.
Я засекаю новый срок.
Я отмечаю оживленье:
Бодрей на кровле воробьи
На солнце прогревают спинки.
Клюют рябину снегири.
В сугробах – тёмные ложбинки.
И вроде, каждый год одно:
Капель, ручьи, гам птиц и лужи…
Но повторяю всё равно:
– Весна, скорей! Мне март мой нужен!
Нетерпеливей с каждым днём
И незатейливее строчки:
– Скорей, весна. Мы очень ждём.
В ответ:
– Спешу. Я тоже – очень.
Обратный отсчёт
До весны сто двадцать дней.
Осень в изморозь уходит.
Мир хмелеет в хороводе
Ветра, листьев, новостей.
В межреберье бьëтся гулким
Градом в профильную жесть
Беспокойная мазурка:
– Шансов нет. Надежда есть.
До весны сто двадцать дней.
Умирать совсем недолго.
А потом, – подумать только!
Никаких календарей…
…
Отсыревшим, прелым, палым
Стылым духом напитал
Ветер землю. И, усталый,
В голых ветках задремал.
Кардиограмма
Володе
На частоте сердечных сокращений
Построена мелодия любви.
Кардиограмма наших отношений
Как нотный лист. Ты помнишь?
– Раз-два-три…
Вальсируем по отсыревшим листьям,
По стрелам льда, по стрелкам на часах.
И почерк, как кардиограмма, быстрый
Мои стихи хранит в черновиках.
Ты мой
Ты мой – до дрожи в солнечном сплетеньи.
До глупых слёз. До бестолковых слов.
До трепета, до умопомраченья.
Ты – целый мир. Ты – лучший из миров.
В твоих губах Создателя дыханье.
В твоих руках – спасительный покой.
Ты – самое заветное желанье.
Со мною, без меня – навеки мой.
***
Глаз твоих синь весенняя.
Блики в апрельской сырости.
Где мне найти спасение?
Как столько счастья вынести?
Мне по любому поводу
Имя твоë мерещится.
На другом конце города
Жду тебя, твоя женщина.
Август
Тишина внутри меня.
Среди грохота железа,
Посреди речного плеска,
Треска яркого огня —
Тишина внутри меня.
Тишина внутри меня.
Нежным шелком,
Пышной ватой,
Хлопковой, голубоватой:
Розоватые края —
Тишина внутри меня.
Это Август слезы вылил,
Сбив с дороги хлопья пыли.
И, молчание храня,
Небо хлынуло в меня…
***
Я куплю себе новенький чайник,
Заварю в нём душицу и мяту.
Я сама себе буду начальник.
Я не буду ни в чём виноватой.
Нарисую пунцовое небо,
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
