– Какой рыбак? Полина, какого черта у тебя там происходит? – недоумевал Олег. – Где ты находишься? Куда вызывать?
Полина понеслась на огромной скорости к озеру. Она уже видела, что лед от веса второго рыбака крошится и он, взмахнув руками, уходит под воду.
– Олег! Они оба провалились под лед! Вода ледяная же! Я не уверена, что смогу им помочь. О боже… как же так?! – кричала она в телефон. – Я тебе сейчас скину координаты! Скорее! Они долго не продержатся!
– Не смей! Полина, не лезь туда! – кричал Олег, но девушка, уже не слыша его, скользила к разворачивающейся трагедии. Нажав «отбой», сразу же скинула Князеву свои координаты GPS в СМС.
От испуга сердце стучало как сумасшедшее. Не сбавляя скорости, она выехала на лед. Метрах в десяти от бултыхающихся рыбаков Полина остановилась. Сняла лыжи, отбросила палки и закричала, обращаясь к ним:
– Держитесь! Спасателей уже вызвали! Вам помогут! Попытайтесь выбраться все же сами из воды! – Полина, схватив в обе руки лыжи, поползла на животе в сторону мужчин.
Один из рыбаков резко воткнул что-то в лед перед собой. Нож? Скорее всего. Молодец! Он пытался всем телом подтянуться. Но у него не получалось выбраться. Лед крошился под ним. Второй мужчина то пропадал под водой, то вновь выныривал. В какой-то момент Полина поняла, что не видит больше его головы.
«О нет! Только бы не утонул!» – застонала про себя Полина.
– Хватайтесь! – подползая ближе, Полина выбросила в сторону мужчины свои лыжи, удерживая их с другого конца. Рыбак ухватился за них и, принимая горизонтальное положение, уперся локтями в кромку провала. – Вот так! Потихоньку, полегоньку! Теперь подтягивайтесь!
* * *
– Игнат! Давай прокатимся по окрестностям! – решение вырваться из усадьбы возникло неожиданно, хотя и закономерно.
Александр с самого утра не мог найти себе места, мутило его и выворачивало наизнанку. Недовольство собой и что-то муторное грызло его изнутри. Сам извелся и других извел.
Да еще и барышня, приехавшая к нему из города накануне, начала зверски доставать своим присутствием. Дамочка отзывалась на имя Маргарита, двадцати пяти лет от роду, сестра здешнего уважаемого и значимого бизнесмена. Соболев познакомился с ней на каком-то банкете в прошлый свой приезд. Девица обладала модельно-натренированной внешностью и поблескивала все понимающим цинизмом в глазах. Она предложила скрасить столичному гостю досуг в их «глуши», а он и не отказался. Они неплохо провели время в тот раз.
Вот и вчера, ответив на входящий звонок от Марго (как только узнала о его приезде?), он также рассчитывал на приятное времяпрепровождение.
Ночью красотка старалась поразить его воображение изобретательностью, близкой к профессионализму, повышенной активностью и напором. Хотя поразить Александра было трудно, ближе к «невозможно», и он после парочки заходов подумывал, не вызвать ли Игната и не отправить ли неугомонную дамочку домой, чтобы спокойно доспать оставшуюся часть ночи. Но решил, пусть остается, развлекает его буйством молодого тела.
Девица терлась рядом с ним все время, поактивничала пару раз сексом в перерывах между плаванием и разговорами ни о чем. И как-то быстро начала его раздражать.
Определенного маршрута поездки Александр с Игнатом не наметили, просто водитель ехал по дороге вперед. Этого было достаточно. Мелькали в окне заснеженные деревья. Приглушенно из динамиков доносились звуки гитары. Александра потихоньку отпускало.
В какой-то момент Игнат напрягся, глядя сквозь деревья на озеро, скованное льдом и покрытое снегом. Открыл бардачок и достал бинокль. Пригляделся. Он настороженно, сосредоточенно осматривал водоем.
– Что там, Игнат? – спросил Александр, выпрямившись на сиденье, пытаясь тоже что-то разглядеть в той стороне.
– Кто-то неудачно провалился под лед, – сообщил Игнат, – девчушка помогает двум мужикам. Они-то здоровые, а она малышка по сравнению с ними. Вот черт! Спасателям надо сообщить, только не успеют они.
Александр перестал вглядываться в озеро, повернулся к Игнату:
– Надо помочь! – принял решение Соболев и, обращаясь к водителю, продолжил: – Алексей, ищи, где остановиться как можно ближе. Игнат, ну что там?
– Она молодец, все правильно делает, но мужик тяжелее ее! Умница девочка, давай, поднапрягись еще немного. Далеко мы. Пока доедем до удобного места, через лес к озеру пройдем, потом по льду. Только она и может успеть! Ах ты черт!
* * *
– Давай, потихонечку! – подбадривала Полина, стиснув зубы, изо всех сил держала лыжи и медленно тянула на себя их. Она сможет! Главное – продержаться! А там и спасатели прибудут! Олег не подведет, организует помощь! Она вновь потяну-у-ула! О да!
У мужчины получилось вытащить сначала одну ногу. Потом вторую. Как только большая часть тела оказалась на льду, он перекатился и стал отползать подальше от места провала.
И в этот момент вынырнул второй. Слава тебе господи! Живой! Его действия были замедленными.
– Эй, вы как там? Цепляйтесь за палки! – прокричала Полина, обращаясь к замерзающему в ледяной воде. Она вновь выбросила вперед лыжи. – Главное – ухватиться! Ну, давай же!
Мужчина, среагировав на Полинин окрик, активнее заработал руками и ногами. Попытался ухватиться за концы лыж, но не мог сжать пальцы. Они задеревенели.
– Серега, ухватись за палки! Мы тебя вытянем! Вот черт! – Спасенный мужчина, придя в себя, поспешил на подмогу Полине. Но, заметив, что друг не может уцепиться, прорычал, обращаясь к Полине: – Давай проползи ближе к провалу, ты легче. Я тебя держать буду, а ты попытайся вытянуть его!
Полина, кивнув, поползла по мокрому ненадежному льду. Вытянув руки, она крепко схватила за рукава куртки тонущего рыбака. И что есть силы потянула на себя. Ее надежно держали за ноги и также тянули на себя.
Она плохо соображала, что делает, но не отпускала из рук ткань. И тянула, тянула. От усталости почти ничего не видела и не ощущала. У нее поплыли фиолетовые круги перед глазами. От переохлаждения начало сводить руки. Но Полина не отпускала и упорно тянула на себя.
Каким чудом им удалось выдернуть мужика из воды, она не поняла. Но что это было чудо – уверена! Вытащив совместными усилиями незадачливого рыбака, они откатились как можно дальше от провала. И замерли.
Полина распласталась на льду, раскинув руки и ноги в стороны. Тяжело дышала, с хрипом втягивая в себя воздух, попутно понимая, что именно чувствует и как дышит загнанная лошадь. Грудь ходила ходуном, делая больно легким и ребрам. Сердце тяжело колотилось. Перед глазами плыли, переплетаясь, круги.
Кто-то ее слегка потряс. Накрыл чем-то теплым. Она и не осознавала до настоящего момента, что замерзла. Замерзла до трясучки.
– Не стоит лежать на льду! Вы можете подняться? Вам плохо? – услышала она мужской хриплый голос.
И в следующий момент, не дождавшись ответа, ее подхватили на руки. С трудом подняв голову, она увидела мужественный подбородок, отмеченный легкой небритостью. Закрыв глаза, глубоко вздохнула. Она доверчиво прижалась к своему носильщику.
– Игнат! Где там спасатели? Нужен врач! Срочно! – жестоким командирским тоном распорядился тот, кто нес ее. Все это она слышала как бы издалека.
Несли ее все дальше от опасного озера к дороге, где, извещая звуковым сигналом, мчалась спецмашина на помощь.
– Уже на подходе! Скорая тоже близко! – прозвучал ответ.
«Спасатели! Хорошо! Теперь все будет отлично!» – думала Полина, усыпляющее покачиваясь в такт движениям незнакомца. Круги стали терять яркость и растворялись. Только сердце все ухало и ухало.
– Дай этим утопленникам коньяка. В машине же есть!
Поставив ее на ноги и положив руки ей на плечи, незнакомец поправил сползающей плед.
– Девушка! Вы молодец! Если бы не вы, они бы утонули! – обратился он к ней.
И улыбнулся, глядя на нее своими синими-синими, чуть с прищуром глазами!
У Полины остановилось дыхание. Сердце сбилось с ритма, пропустило несколько ударов и понеслось вскачь, как полоумное. Она тонула в омуте его глаз.
«Помутнение какое-то», – вскользь подумала Полина.
– Вы в порядке? – спросил, немного нахмурив брови, красавец.
Он замер, пристально всматриваясь в ее лицо непонятным взглядом. Почему он так смотрит? Что за буря происходит внутри него, отблеск которой так заметен в его чудесных глазах.
– Спасатели прибыли! – прогремел голос над ее ухом.
Странный незнакомец, сильно сжав Полинины плечи, кивнул в сторону. И нехотя отпустил девушку. Бросив снова свой непонятный взгляд на нее, передал ее в руки спасателей. Сразу стало ощутимо холодно без его глаз и крепких рук.
– Как вы себя чувствуете? – задал дежурный вопрос фельдшер.
– Все хорошо, – отрапортовала Полина.
Врач осмотрел госпожу Шумову, померил температуру, давление, обработал длинную красную полоску содранной кожи на руке, предложил сделать успокаивающий укол.
– Не надо, – отказалась Полина, – со мной все в порядке.
Потом еще о чем-то ее спрашивали, что-то говорили. Крутили, вертели, укутывали в одеяла. Она не могла согреться, не могла перестать трястись мелкой, противной дрожью перепуганного, замерзшего тела. До Полины стало доходить только сейчас, во что она влезла! Она никогда не чувствовала в себе потребность геройствовать.
О господи! Она же могла погибнуть!
Бросила взгляд на своих спасенных рыбаков, которыми занимались спасатели. Вроде вполне себе бодренькие. Ну и ладно! Правильно она поступила, они действительно могли утонуть, не дождавшись помощи. Но она потом об этом подумает. А сейчас хотелось в уютный домик в деревне Тягучево.
– Полина! – услышала она крик Олега, который выскочил из своей едва остановившейся машины. – Ты как? Ты все-таки полезла спасать их! Зачем? Ты же могла пострадать!
Он подскочил к ней и крепко прижал к своей груди. Он еще что-то говорил и хаотично водил своими руками по ее спине и плечам.
Что-то тяжелое справа резануло по ней. Полина слегка повернула голову в сторону, откуда шла неприятная волна. Синеглазый незнакомец смотрел на нее в упор и с силой сжимал пальцы в кулаки. Он просто полыхал неудержимой злобой. Прищурив свои сверкающие пламенем глаза, он словно ее упрекал. Но в чем?
Потом резко развернулся и направился широкими, стремительными шагами к огромному черному джипу, на ходу проорав:
– Игнат, поехали!
От звука захлопнувшейся дверцы Полина вздрогнула. Какой-то он нервный!
– Олежек! – перебила Полина поток красноречия Князева, по большей части упрекающий ее в бестолковости. – Отвези меня в гостевой дом в деревню. Пожалуйста. Я очень устала.
* * *
«Она его не узнала! НЕ УЗНАЛА!» – большей злости и горечи Александр Михайлович в жизни не испытывал.
Его так шибануло, когда он понял, кто перед ним! Под дых, в голову, в пах, перекрывая дыхание, сбивая сердечный ритм.
Она! Его Поля! Изменившаяся, повзрослевшая. Другая! И красивая!
И. Она. Его. Не узнала!
Он даже зубами заскрежетал, перевел дыхание, приказал себе «успокойся!», добавив попутно несколько крепких матерных слов в свой адрес.
Девушка его заинтересовала сразу, еще когда лежала звездой рядом со спасенными, невзирая на непростую ситуацию. Заинтересовала своей смелостью и самоотверженностью.
Она сильно устала и замерзла – ее трясло, она лежала на льду и хрипло дышала. Лицо он толком не разглядел. Не дождавшись от нее вразумительного ответа, Александр подхватил ее на руки, стремясь отнести на берег. У нее была потрясающая фигура настоящей женщины, легко угадывающаяся под верхней одеждой, – очень стройная, потрясающая грудь. Он ругнулся про себя! О чем он думает, рассматривает ее по-мужски?! А девчонке совсем плохо, ее всю колотит!
А когда он вгляделся в ее усталое лицо, в посиневшие губы, разметавшиеся из-под шапки светлые волосы, заглянул в серые с серебристым отливом глаза – его шибануло! Поля!
Он обалдел! Даже двигаться не мог какое-то мгновение! Он не помнил, что говорил, а говорил ли? Смотрел на нее и чувствовал, как громыхнуло сердце и ударило в пах, в голову. Он вспыхнул от силы этого чувственного удара. И волна горячего желания мгновенно прокатилась по всему телу, отключая разум. Забыв про все на свете, он рассматривал ее, уже почти протянул руку, чтобы провести пальцами по щеке, испробовать шелковистость… И опомнился, когда Игнат, остужая, сообщил о прибытии спасателей. Внутри него все звенело. Звенело, как туго натянутые струны гитары: вот-вот лопнут.
Муть душевная, с которой он был уверен, что справился, поменяв окрас, содержание и получив конкретный объект для нападения обвинением, зашевелилась внутри, тяжело, по-звериному зарычав.
Как она могла не узнать его?!
«И что это за мужик тебя обнимал? – вопросила муть темная. – Муж? Любовник?»
– Игнат! – прорычал мужчина, вновь закипая злобой.
Безопасник слишком хорошо, иногда лучше самого Соболева, знал и чувствовал Александра, замечая детали.
– Пострадавшие – закадычные друзья из ближайшего города Сергей Седов и Павел Никонов. Девушка – Полина Шумова. Неместная. Не знакома с пострадавшими. Она их случайно увидела, решила помочь. Мужчина, вызвавший спасателей и скорую, – Олег Князев. Местный. Подробности выяснять?
Соболев в раздражении откинулся на спинку сиденья:
– Да! Мне нужны подробности!
Полина Шумова, первая любовь и первое разочарование, давно забытое прошлое, разожгла его чувства, как много лет назад. Он понял, что непросто будет выбросить ее из головы. Александр Михайлович Соболев умел быть честным с самим собой, видел свои мысли, страхи, комплексы, не прикрывался иллюзиями и не допускал самообмана, трезво оценивал обстоятельства и проблемы. Иначе он никогда не стал бы предпринимателем такого уровня.
И Полина Шумова, внезапно вновь появившаяся в его жизни, является проблемой, которую следовало решить так, как он привык решать любые проблемы, – оценив все плюсы и минусы, просчитав варианты, изучив информацию…
Но для начала необходимо решить, отпустить ее на все четыре стороны и выскрести из головы или…
Ему надо встретиться с ней еще раз, присмотреться, прочувствовать, понять, какая она нынешняя, и тогда он решит, что делать…
Двадцать лет назад он уже принял решение. Когда-то он ее отпустил. А что сейчас? Что решит?
Глава 5
Утро началось с сюрприза.
Накануне повздыхав над событиями дня, Полина, еле выпроводив переживающего за нее Олега Князева, расположилась с ноутбуком в гостиной перед камином, любезно затопленным Дмитрием Торокиным. Она решила поработать в тишине. Ей необходимо было доработать некоторые пункты стратегии развития StarkPlus на перспективу в связи с изменившейся внешнеполитической обстановкой. Сроки давно поджимали. Полина проработала до глубокой ночи. В итоге еле-еле встала в одиннадцать утра.
Умылась, оделась и спустилась на первый этаж. Екатерина Тимофеевна, решив не будить гостью, оставила приготовленную кашу с фруктами и оладьи на кухне. Полина завтракала еще сохранившей тепло едой благодаря тому, что та была помещена в термо-ланч-боксы, когда раздался звонок, извещающий, что кто-то пришел и ждет.
Накинув на себя теплую куртку, Полина прошла через двор и открыла дверь в железных воротах. Ее взору предстал парень в форме какой-то службы доставки с замысловатым букетом гигантских размеров в руках.
– Полина Дмитриевна Шумова? – уточняющее произнес неожиданный посетитель.
– Да, это я!
– Отлично! Это вам! – и протянул ей букет.
– Да что вы?! – оторопев, Полина приняла цветы со всей осторожностью, боясь быть погребенной под этой клумбой, и подумала: «Это кто ж такой щедрый?»
Не успев даже открыть рот, чтобы спросить у курьера, от кого цветы, Полина наблюдала, как шустрый паренек уже садится в машину и стартует дальше по своим делам.
Теряясь в догадках о таинственном дарителе, ведь карточки не оказалось, девушка вернулась в дом. И стараясь поскорее отделаться от тяжести, положила букет на обеденный стол. Она рассматривала цветочки и прикидывала, куда бы это чудо пристроить. Емкостей таких размеров в кухне не наблюдалось. Вспомнила, что в коридоре у лестницы видела напольную вазу необычной фактуры, наполненную оригинальными сухоцветами. Она надеялась, что владельцы гостевого дома не будут против того, что она использует вазу для подаренных цветов.
По поводу дарителя она решила не напрягаться, сам обозначится и похвалится своим даром, желая получить благодарность. Пристроив цветы, полюбовалась ими, прошла в спальную комнату к большому зеркалу и критически себя осмотрела, крутясь во все стороны.
– Так, сейчас… – она посмотрела на настенные часы, – начало первого. У нее четыре часа, чтобы собраться и быть готовой к приезду Князева, который вызвался ее сопровождать.
Полина не хотела давать напрасную надежду Олегу на продолжение их оконченного романа, но уж очень он был настойчив в желании составить ей пару на этом званом ужине. Помнилось, до нее доходили слухи о его близких отношениях с некой Мариной, бухгалтером из финансового отдела завода. Что ж он ее-то не пригласил? Надо будет в течение вечера держать Князева на расстоянии, чтобы до него дошло наконец, что они окончательно расстались, раз слов ему мало.
Неожиданно для себя она вспомнила странного незнакомца с озера. Его сильные руки, обнимающие крепко, мужественное лицо, синие глаза, от которых перехватывало дух. Кто он такой, интересно? Жаль, что так быстро уехал. Вот с кем бы она хотела познакомиться поближе с продолжением… Хотя о чем она? Не нужны ей никакие отношения ни сейчас, ни в будущем.
Полина Дмитриевна отбросила ненужные мысли и пошла собираться на торжество.
* * *
– Завтракать? – спросил Игнат у Соболева.
– Нет. Позже.
Александр не выспался, ему необходимо было взбодриться в тренажерном зале, а потом он еще поплавает в бассейне.
Всю ночь ему снились эротические сны, как юному мальчишке. Томящие, невероятные, яркие сны с Полиной в главной роли, так что он проснулся перед рассветом вспотевшим, неудовлетворенным, возбужденным и поплелся в душ смывать растревоживший сон, чувствуя себя разбитым.
У него даже возникла мысль, что зря он отправил девицу, как только вернулся с вчерашней прогулки злой как черт. Хотя нет, не удовлетворила бы его Маргарита. Полина растревожила – ей и успокаивать.
В который раз Соболев приказал себе: забыть, очистить сознание от непродуктивных мыслей о Полине. Он встретится с ней, просчитает ее, поймет, какая она, примет решение, тогда и… В зависимости от решения.
Изгоняя из тела остатки эротического сна силовыми нагрузками в тренажерном зале, он обдумывал, как устроить эту встречу. Обязательно что-то легкое, невзначай, «случайно», без тени какого-либо намека на его заинтересованность и намеренность встречи.
Ему хватит минут пятнадцати, чтобы все понять про нее, что она сейчас за человек. Он усмехнулся, громыхнул штангой, опуская ее на стойки.
Хотя можно послать охрану – где она там живет? Пусть передадут «приглашение» от него без возможности отказа и привезут Полину сюда. Посидят они, полюбуются открывающимися красотами из окна столовой, выпьют-закусят, поговорят. Тогда он и решит все. Но нет. Не хотелось так с Полиной. Как-то по-особенному хотелось встретиться!
По окончании завтрака Игнат неторопливым жестом промокнул салфеткой губы и спросил:
– Подробности?
– Давай! – разрешил Соболев.
– Он. Олег Сергеевич Князев, сорок пять лет, два года как разведен, имеет двух сыновей – подростков одиннадцати и четырнадцати лет, проживает в областном городе, в настоящий момент директор завода «ПриборРегион», должность занял после увольнения всего предыдущего руководящего состава завода…
Александр слушал внимательно, продолжая завтракать и анализируя информацию, отбрасывая лишнее.
– Она… – закончив жизнеописание и трудовой путь господина Князева, перешел к следующей персоне Игнат, – Полина Дмитриевна Шумова, тридцать шесть лет…
– Не надо, – остановил его Александр.
Игнат поднял бровь – вопросительное, редкое выражение лица начальника службы безопасности.
– Сначала я хочу послушать, что она сама о себе расскажет. Что их связывает?
– В прошлом быстротечный роман. Она курировала завод в течение года, тесно взаимодействовала с сотрудниками, руководством завода. Служебный роман.
– Понятно, – Александру было неприятно слышать о ее взаимоотношениях с другими мужчинами. – Где она сейчас?
– Возникла загвоздка, – протянул Игнат, – с определением места нахождения госпожи Шумовой в данный момент. Прописана и проживает в Москве. А что делает здесь, в регионе, не выяснили. Возможно, отдыхает. В квартире Князева ее нет. Проверили. На расспросы моих людей местные в Тягучево и Вяземке, ближайших населенных пунктах к месту ее лыжной прогулки, отвечают настороженно и нехотя: мол, не знают такой, никогда не видели. Явно врут. Она почти год здесь прожила, периодически мотаясь в Москву, – должны знать ее, тем более она вытащила из пропасти своими действиями завод, который для многих единственный источник существования. Можно по базам местных органов пробить, есть договоренности, камеры проверить…
– Не стоит. Домой-то же она вернется. Московский адрес есть? Место работы?
– Информация вся в папке. Я оставлю в кабинете.
Посмотрит он папочку обязательно. Потом. Вот значит как! В Москве живет. Значит, в столице они и встретятся. «Случайно». Игнат организует. Он умеет.
Жаль, что сейчас Александр не может рвануть в Москву, обещал губернатору присутствовать на каком-то званом вечере в отеле «Империя». А слово Соболев держит. К тому же может что-то выясниться на этом приеме, ведь юбилей-то празднуется именно завода «ПриборРегион».
* * *
Потратив кучу времени на сборы, спустя несколько часов Полина встала к зеркалу. Отражение радовало и стоило потраченных усилий. Длинное платье в пол, без рукавов, из бордового шелка, широкой полосой, имитирующей пояс, стянутое в талии, мелкими складками широкой юбки шелестело вокруг бедер. Туфли в тон платью на высоком каблуке, по которому снизу вверх к пятке поднимались витиеватые серебристые побеги и лепестки, складывающиеся в красивый узор. Сумочка к ним, оформленная также в бордово-серебристых тонах.
Бордовый был ее любимым цветом. Она и остановилась на этом платье, чтобы чувствовать себя более свободно, защищенной, что ли.
Никаких украшений. Волосы она завила и подняла, закрепив двумя серебряными заколками с легкой россыпью граната. Казалось, что изящный рисунок заколок повторял узор каблука. Они с Иришкой долго искали подходящие туфли, чтобы добиться такого эффекта.
Полина покрутилась, всмотрелась в свое лицо – легкий, профессиональный вечерний макияж, которому научилась на специальных курсах, что с завидной регулярностью посещала во время своего замужества, пытаясь поразить ум и сердце Рогозина и его «великосветское» окружение. Девушка усмехнулась. Все не зря.
Присмотревшись, Полина Дмитриевна освободила пару локонов из прически, грозящих выпасть самостоятельно, накрутила на палец, придав им правильную форму. Ве-ли-ко-леп-но!
– Ну что, Полина Дмитриевна! Ты красивая, уверенная в себе женщина! Помни главное! Вежливость! Дистанция! Манеры! И все такое! Ну все, – выдохнула она и почему-то перекрестилась. – Пошла!
Заехавший за ней Олег Князев подтвердил ее потрясающий внешний вид своим восхищенным взглядом и непрекращающимися всю дорогу до города восторженными комплиментами. Как выяснилось, цветы прислал Олег в знак признания ее героизма и смелости, хотя и добавил, что было глупо и опасно кидаться в ледяной омут в прямом смысле слова. Уткнувшись в ворот своей белой короткой шубки, Полина благодарно кивала, особо не вслушиваясь в слова Князева.
Водитель остановил автомобиль возле самого шикарного отеля города «Империя», если Полина не ошибалась, принадлежащего жене губернатора. Торжество должно было пройти в банкетном зале на самом верхнем этаже, откуда через панорамные окна открывался замечательный вид на город.
– Прошу сюда, – указал рукой Князев направление и пристроился рядом, чтобы сопроводить Полину, отдав ее шубу служащему отеля, когда они поднялись на лифте.
Полина специально шла медленно, рассматривая убранство помещения. Дорого и пафосно! Она даже приостановилась на мгновение. Ничего такого Полина Дмитриевна не ожидала, уверена, что будут губернатор, кто-то из его окружения, несколько значимых фигур города, высшее руководство завода, тесный, так сказать, круг.
А тут! Хорошо, что большую часть расходов по организации банкета взяли на себя местные власти, это был их подарок на юбилей завода, вокруг которого крутится почти вся экономика области. Понятно, что пиар губернатора никто не отменял, почему бы не воспользоваться такой отличной возможностью, не завести определенные выгодные знакомства для чиновника и укрепить существующие связи. В этом можно было легко убедиться, лишь бросив взгляд через стеклянные двери на длинный накрытый стол, на гостей званого ужина. Богатые и успешные мужчины в сопровождении своих не менее блистательных дам!
Бежать поздно, тянуть время бесполезно, и, попросив мысленно: «Господи, помоги!» – набрав воздуха в грудь, она шагнула вперед, в раскрытую охранником перед ней и Олегом дверь.
– А вот и Полина Дмитриевна и Олег Сергеевич! – обрадовался губернатор Алексей Валентинович Макаров и поспешил к ним навстречу.
Все собравшиеся повернулись в их сторону и пристально наблюдали, как господин Макаров подошел к вновь прибывшим. Губернатор быстрым движением ухватил ее ладонь и приложился к ручке поцелуем:
– Полина Дмитриевна! Рад, безмерно рад вас видеть! Выглядите божественно!
– Благодарю, Алексей Валентинович! – смущаясь, ответила Полина. – Великолепный прием! Как всегда, на высшем уровне!
– Олег Сергеевич! Приветствую! Позвольте похитить вашу спутницу, – пожав руку Князеву, губернатор с пафосом продолжил, увлекая ее вперед, поддерживая под локоток. – Если бы не вы, этот прием мог бы и не состояться никогда! Сколько проделано работы! Если бы не ваши настойчивость и профессионализм, мы давно похоронили бы завод и наше светлое будущее!
Полина засмеялась. Так естественно и легко. Господин Макаров даже в пору их противостояния всегда был обходителен и разговорчив. Вот что значит политик! Даже когда она обивала пороги правительства с тем или иным предложением – то выбивала снижение налоговой ставки на региональном уровне, то обращалась с заявкой на субсидию, – он неизменно оставался вежливым. На любое ее предложение или запрос сначала был категорический отказ. Только спустя множество телефонных звонков, несчетное количество писем губернатор нехотя встречался с просителями. Только когда завод начал выходить из долговой ямы, местное правительство присоединилось к спасательной операции. И губернатор лично взял под контроль финансовое оздоровление завода «ПриборРегион», всячески помогая и освещая в прессе успехи.
– Финансовое оздоровление завода – это совместная работа многих специалистов. И ваш вклад в это дело огромен, Алексей Валентинович! – Полина попыталась вернуть похвалу чиновнику.
– Ну что вы, дорогая Полина Дмитриевна! Это именно вы совершили подвиг! Вы героиня вечера! И не вздумайте скромничать! Идемте, идемте! Я познакомлю вас с гостями!
Первыми на пути знакомства оказались двое мужчин представительного вида. Дорогой костюм, обувь, часы на руке. Все кричало о достатке и баснословном богатстве. Переведя взгляд на лицо мужчины, что стоял чуть впереди второго, Полина споткнулась. Ее сердце зашлось в бешеном ритме.
«Какая удивительная штука жизнь!» – думала Полина, улыбаясь вчерашнему незнакомцу, синеглазому красавцу с озера. Он, казалось, замер и, наблюдая за их приближением, не дышал.
– Не знаю, встречались ли вы ранее? Возможно, знакомы с нашим московским гостем? – осведомился Алексей Валентинович, подводя Полину к мужчинам, которые рассматривали ее со странным выражением лица.
В глазах синеглазого пылал огонь такой силы, что грозился спалить всех к чертям, а в глазах его друга, кажется Игната, угадывался какой-то исследовательский интерес и радость, определенно радость.
– Встретились накануне случайно, но, к сожалению, не познакомились, – призналась Полина, лукаво смотря на синеглазого. Она старалась не рассматривать его совсем уж откровенно. – Встреча как-то не располагала к взаимным представлениям.
– М-м-м… Как интересно! Александр Михайлович, Полина Дмитриевна, – представил их друг другу губернатор.
Руки потянулись для рукопожатия. И этот момент, когда их ладони соприкоснулись, в Полину ударила молния! Электрический разряд вошел в ладонь, стремительно пробежал по всей руке через плечо, шею, шибанул в голову и взорвался, распадаясь на множество искр.
Полина выдернула руку.
– Очень приятно познакомиться, Александр Михайлович! Пользуясь случаем, хотела бы поблагодарить вас за помощь, которую вы оказали вчера мне, – она пыталась взять себя в руки и скрыть волнение, глядя куда-то ему в грудь.
И не дожидаясь ответа, сделала шаг вправо. Открыто улыбаясь, она протянула руку расположившемуся за спиной и чуть сбоку от синеглазого уже не незнакомца мужчине.
– Полина Дмитриевна, – представилась она.
* * *
Игнат Ланге удивился, хотя удивления своего ничем не выдал. Вроде очевидно же, что он охранник при начальнике, хоть и лицо приближенное. С ним не обязательно знакомиться, как-то не принято это. Игнат хмыкнул. Ни одна из соболевских дам не знакомилась с ним лично и не здоровалась за руку.
– Игнат Карлович, – пожал он протянутую руку. – Приятно познакомиться с такой смелой и отважной девушкой.
А Полина неожиданно смутилась:
– Да бросьте вы! Мне самой ужасно неловко от своего геройства! На самом деле я большая трусиха. Только не рассказывайте никому. Прошу вас, – понизив голос, как заговорщица, попросила она.
Какая интересная девушка! Игнат развеселился! От души, так, как давно не веселился, получая искреннюю радость! Конечно же, про себя.
– Раз таково ваше желание – буду молчать! – вступая в заговор, тихо ответил он.
– Ох! Спасибо! – вздохнула Полина и двинулась дальше знакомиться с остальными гостями, уводимая высоким чиновником под локоток.
Вот и нашлась причина присутствия Полины в регионе – юбилей завода. Почему он не обратил внимания на такие очевидные вещи? Но судьба сама расставила главные фигуры на доске, начала игру, двигая их друг к другу.
Он перевел взгляд на Соболева и еще больше развеселился. Исключительно все так же, про себя. То, что Александра зацепила эта девушка и всерьез, было видно и невооруженным взглядом. Интерес Соболева Игнат заприметил еще там, на озере. Осторожный Ланге попридержал все свои одобрения или неодобрения до полного выяснения информации о девушке, а изучив, радовался и посмеивался, предвкушая развитие событий, а то, что развитие будет, он не сомневался ни на миг!
Игнат прочел по лицу и напряженной позе друга, да и взгляд, которым он наблюдал за Полиной Дмитриевной, выдавал Соболева с головой: Александр завелся и строил планы в голове. Да и сама Полина напряглась, занервничала и поглядывала на Соболева не просто так. Ох, не просто так!
«Дай-то бог!» – горячо пожелал Игнат.
За последние месяцы у Соболева уже третий раз случается душевная маета. Александр справлялся с ней, очищаясь от тянущей, тревожной мути, забывал и шел вперед. А вот Игнат все помнил, анализировал, переживал за него.
Женщина Александру нужна. Любимая. По сердцу и душе. Хоть и много было женщин рядом с Соболевым, да все не те. Не горел друг.
А вот Полина! Это другое!
Между ними так полыхнуло что-то, как разряд электрический пробежал. Игнат увидел, почувствовал, и это «что-то» очень непростое! Особенно со стороны Александра!
– Не спускать с нее глаз! – прищурившись, распорядился Соболев. Он продолжал наблюдать за смеющейся над очередной шуткой губернатора Полиной.
Игнат кивнул и тихо отдал приказ в микрофон своим людям.
«Ага! Зацепила! Ой как зацепила!» – порадовался подтверждению своих умозаключений, чувствований и выводов Игнат Карлович.
* * *
«Ни хрена я ее не отпущу!» – понял Александр, как только увидел Полину. Словно плеснул бензинчика в еле тлеющий костер чувств и интереса. Костер вспыхнул в паху и обдал жаром до головы.
За всю его теперь уже сорокалетнюю жизнь Александр так и не испытал ни к одной женщине такого яркого, ошпаривающего желания как к ней, к Полине.
Он хладнокровный, циничный, расчетливый, жестокий мужик, отстраненный и закрытый для душевной близости, много чего видевший и прошедший, битый-перебитый, побеждающий почти всегда. Да за его жизнь прошло огромное количество самых разных женщин. Но то, что он испытывал, переживал, прочувствовал к Полине, – иное, единичное, неповторимое!
Потому что она его! Вся! Только его!
До момента, как увидел ее входящую в зал под руку с Князевым, он был уверен, что сможет отпустить ее, в случае если она стала другой – чужой. Но сейчас отчетливо понял – не сможет! Не отпустит! Она всколыхнула в нем такие яркие чувства, так шарахнула в тело, в разум, зашипела кровью в венах, проорав о своем присутствии.
Он откровенно рассматривал Полину – серебро глаз, профессионально оттененных легким макияжем, подчеркнутая естественная красота лица, точеные ножки на каблуках, угадывающиеся при движении, когда шелковистое платье ее облепляло, тонкая талия, подчеркнутая широким поясом, поднятая копна светлых волос, открывающая изящную шейку, отсутствие украшений, лишних при данном одеянии.
Настоящий шик! Не приобретенный годами уроков и специального глубокого изучения и прививания вкуса – естественный! Как дыхание.
Он почувствовал удар тока, когда здоровался с ней за руку, пришлось приказать себе остыть, по крайней мере не разогреваться до поры.
И тогда Соболев решил – не отпустит! Понять бы еще, будет это непродолжительная интрижка для удовлетворения его телесного жара или нечто более продолжительное, интересное.
Ему понравилось, что она представилась Игнату и говорила с ним. Полина вела себя естественно – смутилась от преувеличенного внимания. Призналась, что трусиха, а вовсе не герой, которым ее все считают. Где-то под горлом у Александра Михайловича, не обращая на его попытки контролировать эмоции, зашевелился теплый комок нежности.
Представив Полину Дмитриевну гостям, губернатор широким жестом пригласил всех присутствующих к столу. Почетным гостям отвели центральные места от господина Макарова за длинным столом: Полина Дмитриевна со своим кавалером – директором завода Князевым – слева от Соболева, Игнат Карлович справа, а сам губернатор с женой и дочерью расположились напротив.
Александр с удовольствием принялся за еду, обнаружив, что проснулся зверский аппетит. Он теплел левым боком от постоянного осознания Полининого присутствия рядом, не забывая подавать малозначительные реплики ни о чем, сопровождающие, как правило, любой банкет до третьей рюмки и первого насыщения присутствующих.
Организаторы расстарались, надо отдать им должное – стол был богат и изыскан, обслуживание на самом высоком уровне. Банкет двигался своим курсом, постепенно гости разбились на группы до следующего, призывающего к объединению тоста. Полину часто восхваляли, поднимали бокалы за нее, за ее талант, профессионализм, за прекрасные глаза и неподражаемую красоту.
Полина Дмитриевна искренне смущалась и краснела от непрекращающегося внимания. Она с энтузиазмом рассказывала про специалистов, которые работают на заводе, про самородков, что трудятся всю жизнь на благо предприятия, про чиновников, которые поддерживают все проекты, шутила. Она действительно уважала людей, с которыми пришлось работать и достойно пережить трудное время для «ПриборРегиона», – это чувствовалось в каждом ее слове.
«Нет! Никакой интрижки, никакого легкого постельного романа не будет!» – понял Александр Михайлович, засмотревшись на увлекающуюся разговором, разрумянившуюся Полину, чувствуя ровное гудение полыхающего внутри костра.
– …Всегда бросаетесь, ни на минуту не задумываясь, на подмогу: хоть тонущего завода, хоть тонущих рыбаков! За вас, Полина Дмитриевна! – озвучил очередной тост Олег Сергеевич Князев.
– Благодарю вас! – ответила Полина и, наклонившись к директору завода, что-то шепнула ему на ухо. И так это интимно получилось, что Соболева полоснуло острым приступом ревности.
«Моя!» – яростно, неистово, как наваждение, полыхнул в нем, сметая все запреты, удерживаемый, контролируемый до сих пор костер.
