Рюкзак жизни

– А-а… – протянул парень. – Теперь ясно, почему ты не хочешь отрезать мне пальцы… – Он хмыкнул. – Ты просто не хочешь вновь столкнуться с акулой. – Парень, разглядывая забинтованную руку, растопырив пальцы веером, засмеялся.

Света ничего не ответила. Она знала, что Влад ей не очень-то и верит. Ей не было до этого никакого дела, потому что нужно было придумать, как насадить на удочку рыбу. Обращать внимание на упрёки Влада не было ни сил, ни времени, ни желания. Он мог ныть целыми сутками по поводу того, что их дни предрешены, отчего мозг переставал соображать окончательно, поэтому слушать его невнятное бормотание себе под нос было бессмысленным занятием.

Но на что будет клевать рыба? Когда стемнело, а в рюкзаке так ничего и не нашлось, предложение отрезать пальцы Владу уже не казалось таким безнадёжным. Понимая, что тогда на запах крови приплывут акулы, Света всё же искала более гуманное решение. Даже если они снова смогут отбиться, акула поест всю рыбу в округе, а это равнозначно тому, что ребята могут считать себя обедом. Да и отрезанные пальцы не дадут никакого результата, кроме невыносимой боли и моря крови.

Всю ночь ребята просидели на своих местах. Сна не было ни в одном глазу ни у Влада, который рыскал по тёмной, немного взволнованной глади воды, ни у Светы, которая отчаянно стремилась узнать, чем бы прикормить рыбу. Она всё ещё пыталась что-то придумать, чтобы поймать рыбу, а Влад, периодически отрываясь от созерцания темноты, щёлкал зажигалкой в надежде, что в темноте кто-нибудь заметит его сигнал. Но заметить его могли лишь жители данной местности – рыбы и акулы. И больше никто.

Когда на горизонте вновь появились первые солнечные лучи, окрасившие воду в желтовато-оранжевый цвет, Влад убрал зажигалку обратно в карман и решил немного вздремнуть. Лишь ночью он мог надеяться на спасение. Утром огня не будет видно даже пролетающим над ними самолётам, что он понял буквально на третьи сутки своего пребывания в лодке и старался как можно правильней распланировать запас газа, который мог иссякнуть в любой момент.

Света, которая видела, что Влад уже давно сдался и не верил в спасение, не собиралась следовать его примеру. На этот раз она, как это делал несколько дней назад парень, изучала лодку одним лишь взглядом. Она осматривала каждый её уголок, пытаясь зацепиться хоть за что-то. Иногда девушке казалось, что она вот-вот должна найти то, что нужно, но это быстро ускользало от неё, играя в прятки. И тут её неожиданно осенило.

Влад, услышав странный звук то ли шкрябания, то ли царапания, приоткрыл глаза и тяжело сел, потому что тело болело ещё больше, чем раньше. То, что увидел Влад, немного его насторожило. Он, дотронувшись до лица руками и словно умывшись жарким воздухом, жалобно замычал.

– М-м. Что ты опять делаешь? – жалобно протянул Влад, а Света, продолжая соскабливать поверхность боковины лодки ножом, не обратила на него никакого внимания. – Ты реально хочешь нас угробить? Если ты сейчас проделаешь дыру в ней, вода хлынет и затопит нас! Ау!.. Ты меня хоть слышишь?

Она слышала и именно поэтому не останавливалась. Нет. Она не проделывала отверстие насквозь. Света пыталась найти какие-нибудь личинки, которые любят обитать в дереве. И пока ей везло. За то время, пока Влад спал, ей удалось достать несколько штук. Сейчас они спокойно лежали в кармане её брюк, пытаясь выбраться наружу, что не давала сделать молния. Но об этом Влад даже не подозревал. Он видел странную картину, из-за которой запросто мог захотеть швырнуть Свету за борт. Девушка была такой хрупкой и миниатюрной по сравнению с ним, что идея не казалась такой уж и абсурдной. Но то, что без Светы ему не выжить, парень знал наверняка, именно поэтому он всё ещё терпел ведьму, которая в данный момент делала всё, чтобы они оба, по его мнению, пошли ко дну.

Как это было ни странно, Влад так и не остановил девушку. Он сидел со своей стороны и просто наблюдал, словно решив, что пусть будет то, что будет. Парень наблюдал за Светой точно так же, как психологи наблюдают за людьми, чтобы потом поставить точный диагноз. Он будто чего-то выжидал. Может быть, своей смерти? Спустя столько дней блуждания по воде эта мысль казалась самой логичной.

Когда Света, перестав ковыряться ножом в стенке лодки, вытащила рукой что-то белое и очень маленькое, парень всё же подполз ближе и начинал внимательно разглядывать то, что девушка протягивала ему на раскрытой ладони. Она не смотрела на парня, но почему-то была уверена, что он ошарашен. Если Влад недавно был удивлён бутылке воды и яблокам в рюкзаке, то сейчас, как была уверена Света, он молчал больше от шока, чем от удивления, что в лодке кроме них есть и другие живые её обитатели.

– Невероятно! – разглядывая личинку на руке у девушки, проговорил Влад, едва сдерживаясь, чтобы не прикоснуться к ладони Светы, дабы приблизить живность поближе к глазам. – Просто поразительно!

– Если очень постараться, на неё можно поймать рыбу, – так и не взглянув на парня, складывая личинку в карман, проговорила Света.

Влад, чтобы хоть чем-то помочь, попытался взять у девушки нож, но она не отдала. Девушка просто молча отползла в другую часть лодки и стала шебуршить ножом уже там. Она не доверяла такую тонкую работу парню, ведь именно он и смог бы сейчас проделать дыру в лодке, нежели отыскать маленькое существо. Света была уверена в том, что Влад не знает принципа снимания верхнего слоя дерева и поиска личинок в конкретном его слое. Она была готова проделывать всю самую сложную работу день изо дня, но желала одного: чтобы Влад перестал ныть и просто помолчал.

Дни для них тянулись ужасающе медленно. Настолько медленно, что все они слились в один сплошной мрачный, хоть и яркий от палящего солнца, предсмертный день. И каждый такой день был наполнен страхом и отчаянием, но ребята не сдавались. Они были сильнее, чем казались друг другу. Они могли противостоять сейчас самой смерти, которая гонялась за ними по пятам.

– Это бесполезно, – наблюдая за опущенной в воду нитью с прицепленной к ней личинкой, проронил на выдохе Влад. – Если здесь и водилась рыба, она давно была съедена акулой.

Света молча наблюдала за спокойной водной гладью, будто приманивая взглядом хоть какую-нибудь крохотную рыбёшку, но так и не решалась взглянуть в сторону Влада, который надеялся услышать от неё хоть что-нибудь. Он и не ожидал, что Света что-нибудь ответит. Её фразы были маленькими и такими редкими, что парень иногда задавался вопросом, а не сошёл ли он с ума, придумав её голос? Он продолжал сидеть, придерживая руками самодельную удочку, надеясь только на то, что сегодня или завтра он всё же что-нибудь поест. Яблоки, которые Света доставала из рюкзака, давно закончились, а воды оставалось где-то на несколько дней, и надо было хоть как-то выбираться из отвратительного положения, в котором они оказались на данный момент.

Ребята в таком положении сидели уже довольно долго, а тишина, которая их окружала, резала уши похлеще медицинского скальпеля. Но если они хотят поймать рыбу, то придётся привыкнуть к этой угнетающей обстановке, в которой слышно было только дыхание и мягкий плеск воды.

Когда нить наконец-то дёрнулась, оповещая о том, что личинка была захвачена, Влад, не думая, быстро натянул удочку на себя и резко поднял её вверх. Света придумала неплохую хитрость, чтобы рыба не ускользнула. Она, будучи ещё на корабле, когда мыла полы по указанию самого капитана, нашла небольшой кусок проволоки, бесхозно валяющийся на полу, и вспомнила об этом именно тогда, когда Влад решил проявить инициативу помочь в ловле рыбы. Девушка скрутила проволоку в самодельный крючок и поместила на конец удочки. Когда рыба заглатывала добычу, она заглатывала её вместе с крюком, но Влад до последнего не верил, что это им хоть как-то поможет. Но произошло именно то, что и предполагала Света, и через пару мгновений в лодке прыгала, пытаясь ухватиться за жизнь, небольшая рыбка.

Девушка, недолго думая, схватила нож и с силой ударила рыбу в районе жабр, отчего рыбья кровь хлестнула ребятам в лица. Ещё немного попрыгав по деревянному днищу лодки, голова рыбы под ещё несколькими ударами ножа отцепилась от тела и успокоилась. Рыбка была мертва и слегка изуродована, а из ран струились остатки крови.

– Ну ты даёшь! – всё ещё держа удочку в руках и наблюдая за жестокой расправой над животным, с каким-то восхищением проговорил Влад. – Так безжалостно даже я бы убить не смог…

Но Света, с растрёпанными волосами, с заляпанными кровью лицом и кофтой, не наградила его даже мимолётным взглядом. Она распорола брюхо добыче, отчего органы вывалились на днище лодки, оставляя за собой въевшийся мокрый след. Влад поморщился и немного отвернулся. Ему было противно наблюдать за этой картиной. Каким бы жестоким его ни считали, за всю свою жизнь он не покалечил ни единого существа и поэтому просто смотреть, как это делают другие, тоже не собирался. Но он привык именно смотреть и ничего не делать для устранения жестокости. Он привык наблюдать со стороны, но не участвовать. Он привык к этому, потому что его друзья как раз любили жестокость. Если бы он не шёл за ними, то, скорей всего, он бы сам был мишенью. Тут либо одно, либо другое. Именно ребята, с которыми и дружил Влад, всеми силами пытались приучить его наслаждаться криками боли, к которым он до сих пор так и не смог привыкнуть.

– Мерзость… Ты распластала её по всей лодке! – ещё раз взглянув на действия Светы, поморщился парень. – Что мы есть-то будем? Ошмётки, которые останутся?

Света молча продолжала ковыряться ножом в рыбе. Она уже разделила её на несколько небольших кусков и пыталась сообразить, что делать дальше. В сыром виде есть рыбу не захочет ни один нормальный человек, а именно сейчас они могли позволить себе только это – съесть скользкие органы и закусить слизистой чешуёй, давно пропитавшейся кровью. Эти мысли в данный момент вызывали лишь отвращение к рыбе и подступившую тошноту к горлу. И тут девушку в очередной раз осенило. Она разделила рыбу на совсем небольшие кусочки и стала по одному-два раскладывать на ноже. Стараясь быть очень осторожной, чтобы не лишиться еды вообще, девушка положила нож с кусками рыбы на ровную, открытую солнцу поверхность лодки и стала ждать, когда они поджарятся. Результат не заставил себя долго ждать. Уже через несколько минут рыба начинала белеть, оповещая о своей готовности.

Так ребята и просидели некоторое время, жаря каждый кусок рыбы, но не ели. Они складывали их рядом, вдыхая свежий аромат еды, отчего лишь сильней вырабатывалось слюноотделение. Откуда только столько воды в их опустошённых и обезвоженных организмах? Света, наблюдая за пищей, ни о чём не думала. Влад же, наоборот, был погружён в свои мысли. Он всего лишь хотел понять, почему в лодке оказалась именно Света, а не кто-нибудь другой. И как бы сложилась судьба, если бы этим человеком оказался кто-нибудь из его друзей или из команды.

И вот, наконец, все куски рыбы были более-менее прожарены. Теперь оставалось только схватить эту аппетитную еду и, медленно жуя, пытаться растянуть удовольствие. Они оба знали, что вкус у неё будет отвратный, но это была единственная еда, которая могла спасти их от голодной гибели. Поэтому, преодолев всё отвращение, которое таилось в их подсознании, они съели её. Так медленно, как только могли.

– Ну-у… Не так противно, как казалось на первый взгляд, – облизывая пальцы, довольно протянул Влад. – Не хватает лишь соли, специй и вкуса рыбы… Странный у неё вкус был. Эта рыба вообще съедобна?.. Ай, пофиг! Если завтра не проснёмся, то это будет точный ответ на мой вопрос.

Они вновь разбрелись каждый по своим сторонам. Света очищала нож от слизи и пригоревших остатков рыбы. Влад же, лёжа на спине, смотрел в тёмное ночное небо, на котором было столько звёзд, сколько невозможно было увидеть ни в одном городе. Тут не мешались ни деревья, ни большие здания. Кажется, только здесь, лёжа в лодке, можно было увидеть весь космос. Именно этим он сейчас и занимался. Он лицезрел ту первозданную красоту, которая существовала ещё до образования их великой и такой ещё молодой планеты.

– Я даже не в курсе, где какое созвездие, – наткнувшись на одну из самых больших и ярких звёзд, невесело хмыкнул парень. – А ведь мы, зная звёздное небо, могли бы плыть в одном направлении. И почему только тогда, когда люди оказываются в безвыходном положении, они понимают, что стоило бы учиться? Я безнадёжен…

Ещё один день, и ещё, и ещё… У ребят уже нет сил верить в то, что их когда-нибудь найдут. Нет сил думать, что они когда-нибудь увидят сушу. У них практически ни на что не было сил. Они вымотались морально. День-ночь, день-ночь… И так повторяется уже неизвестно сколько времени. Если первые дни они ещё и могли сосчитать, то сейчас окончательно бросили эту затею. Яркое утреннее солнце, колпачок воды, одна рыба на три дня, боязнь набрести на акулу. Вот и всё, что происходило изо дня в день. И напоминанием о каждом из этих дней служили их сгоревшие на солнце лица, исхудавшие тела и то, что они были ещё живы.

– Скучно… – разглядывая темнеющее небо очередного вечера, жалобно простонал Влад. – А знаешь, меня даже искать некому…

Он посмотрел на Свету, которая, перекинув ноги за края лодки, разглядывала горизонт. Она не обращала внимания на Влада, будто его не существовало. Ей вполне нравилось её нынешнее положение хотя бы потому, что рядом нет противных одноклассников и их извечных насмешек. Ей не нравился только Влад, но поделать с этим она ничего не могла.

– Почему? – не отрываясь от созерцания широких просторов, соизволила спокойно поинтересоваться девушка.

– Я живу с тёткой, а ей плевать, где я ошиваюсь, лишь бы не мешался под ногами. Она старше меня всего на шесть лет… – Влад не знал, почему он это рассказывал Свете, о которой забудет в тот же миг, как только его ноги коснутся земли, но слова сами лились наружу, будто ему нужно было освободить свой организм для какой-то новой и очень важной информации. – Вечно приводит какого-то мужика лет под сорок… А если я оказываюсь дома, уводит его куда-то и не появляется примерно неделю.

– А родители? – Света продолжала разглядывать горизонт в одном направлении, словно знала, откуда им ждать спасения.

– Три года назад их зарезал какой-то маньяк, когда они решили вечером прогуляться. У меня с того момента тётка опекуном является, но заботы от неё я так и не получил. – Влад ненадолго замолчал, в это самое время поворачивая голову в сторону Светы. – А тебя кто-нибудь искать будет?

– Нет, – продолжая разглядывать мягкие волны, спокойно мотнула она головой.

– Знаешь, даже если бы были те, кто мог бы нас искать, они бы ещё не паниковали, потому что их предупредили, что мы будем отсутствовать долгое время. Они сами послали нас в этот круиз, – запустив руки в волосы, горько усмехнулся Влад. – Знаешь, чего больше всего мне сейчас не хватает? Телефона? Нет! Компа? Тоже нет. Мне не хватает музыки и знакомых голосов. Не хватает вида обычных зданий. Странно, не правда ли? Раньше казалось, что они надоели, но это вовсе не так…

И снова ночь. Тёмная, бесконечная ночь. Влад, в отличие от Светы, спать совсем не хотел. Он наблюдал за девушкой, которая, свернувшись на своей части лодки, мило посапывала. Её волосы прикрывали лицо, и иногда парню казалось, что она точно так же сейчас наблюдает за ним. Но она спала. Девушка спала так крепко, как не спала очень давно. Все её силы были истрачены на сохранение спокойствия в ужасающих условиях. Все её силы словно впитывал парень, который даже не заметил, как в какой-то из дней перестал трястись.

Несколько раз Влад подползал к середине лодки, чтобы посмотреть, что осталось в рюкзаке, который до сих пор был набит чем-то непонятным, чудом не лопаясь по швам, но сразу же отползал обратно. Ему было почему-то стыдно за свои действия и мысли, но он не знал, почему. Раньше с ним такого никогда не было. Он мог спокойно что-то украсть для своей выгоды или забраться в чужой дом, но сейчас его будто кто-то останавливал. Словно невидимая рука, преграждая ему путь, тянулась из одного бока лодки в сторону другого прямо перед рюкзаком. Может, Света всё же ведьма, которая заколдовала свои вещи так, чтобы их никто не трогал?

Света, так и не узнав желания Влада влезть в её рюкзак, почему-то проснулась очень рано. Солнце только прорезалось тоненькой полоской на горизонте, не успев осветить весь божий свет своим сиянием, но не солнце разбудило её, как это бывало обычно. Разбудило её пение. Посмотрев на Влада из-под опущенных на лицо волос, она про себя усмехнулась. Каждый с ума сходит по-своему.

Влад, сидя на своей части лодки, крутил в руках зажигалку и напевал себе под нос какую-то мелодию. Не было ни рифмы, ни ритма, ни голоса, но он пел. Тихо, хрипло, но это было лучше, чем та угнетающая тишина, в которой находились ребята.

Света, усевшись поудобнее, взяла самодельную удочку, нацепила последнюю личинку, которая обитала в её кармане, на крюк и запустила в воду, попутно вслушиваясь в тихое пение парня. Песня была знакомой, но девушка никак не могла вспомнить, где её слышала. Может быть, Влад с друзьями включали её в школе, может быть, она случайно услышала её где-то в магазине. Это на самом деле не казалось ей таким важным, но делать всё равно было в основном нечего, а так хоть мозг можно было занять чем-то, чтобы он не выдавал страшные предзнаменования.

– Знаешь, нам нужно экономить, – прервав пение, проговорил Влад, выдавая, на удивление девушки, правильную мысль. – Нужно поймать сегодня не одну рыбу. Можно их засушить. Мы не сможем питаться свежей, потому что жуки заканчиваются. Мы просто не сможем поймать рыбу, если не будет, на что. Да и мы можем доплыть до такого места, где рыбы вовсе нет. Тогда нам точно не выжить.

Светлана была с ним согласна. Именно поэтому, запустив руку в другой карман, она выудила оттуда столько же личинок, сколько было в первый день их сбора, и показала их Владу. Парень в недоумении уставился сперва на Свету, а затем и на её руку с личинками.

– Ты серьёзно копошилась в органах рыб, чтобы их вытащить? – с отвращением поморщился Влад. – Ты ненормальная! Как я вообще с тобой выживаю здесь? Почему я всё ещё не труп?

Света лишь незаметно для парня улыбнулась уголками губ, складывая опарышей обратно в карман, чтобы спокойно заняться рыбалкой. На этот раз они, меняясь местами, поймали достаточное количество рыбы, чтобы суметь выжить в ближайшие дни. Они могли насытиться ей до отвала, могли прожить на неё очень долго, но сделали совершенно другое. Они решили её засушить, как и предложил Влад, чтобы в день, когда клёва совсем не будет, а жизнь из-за отсутствия еды будет висеть на волоске, они смогут съесть то, что поймали сейчас. Так же, по маленьким порциям, но этого будет достаточно, чтобы продержаться несколько дней.

Ещё один день. Они снова выжили, ответив на вызов природы. Они выигрывали каждый день. Находили то, что им было необходимо, проявляли смекалку. И то, что они были вдвоём, помогало им всё это время выживать. Попади они в такую ситуацию поодиночке, выжить точно бы не удалось. Даже тогда, когда кажется, что так было бы лучше, происходит то, что в одиночку нельзя было бы преодолеть. И именно сейчас, когда нужно было разрядить эту нагнетающую тихую обстановку, они нуждались в поддержке друг друга.

– Как же всё осточертело, – лёжа на спине и по обыкновению вглядываясь в чистое голубое небо, произнёс Влад. – Эта чёртова вода, это грёбаное небо! Как же хочется зайти в какое-нибудь помещение и закрыться там.

У Светланы на душе было такое же чувство, но она оставляла его при себе. Она привыкла держать всё внутри себя. Жизнь научила её не делиться своими мыслями. Девушка привыкла молчать. Всё, что ей приходилось преодолевать в этой жизни в одиночку, не позволяло доверчиво относиться к людям даже в той ситуации, в которой они сейчас оказались на пару с Владом.

– Скучно! – приподнявшись на локтях и посмотрев на девушку, недовольно простонал Влад. – Давай поиграем? Хоть что-то вместо созерцания воды. Пожалуйста…

– Во что? – разглядывая почти опустевшую бутылку с водой, тихо поинтересовалась девушка.

– Давай поиграем в… Ну, не знаю… В гляделки, – осторожно, словно боясь спугнуть Свету, подползая к середине лодки, произнёс парень. – Кто первый моргнёт или отведёт глаза в сторону, выполняет желание победителя. Это лучше, чем наблюдать за водой.

К удивлению Влада, Света, кивнув, согласилась. Девушка точно так же подползла к середине лодки, и сейчас они, сидя по-турецки друг напротив друга, первый раз за всё время оказались так близко. Ребята были практически нос к носу, заставляя друг друга видеть лишь лица, не замечая ровной, слегка ребристой на лёгком ветру глади воды. Те моменты, когда они подходили друг к другу, чтобы помочь или отобрать что-то, можно было не считать. Сейчас первый раз в своей жизни они просто сидели рядом.

Когда Света, подняв взгляд вверх, взглянула в глаза Влада, он с удивлением подметил, что никогда не видел её глаз. Он даже никогда не подозревал, что они у девушки такие красивые. Её глаза были нежного песчаного цвета с каким-то волшебным блеском. Они зачаровывали. Сколько бы раз она на него ни смотрела за то время, пока они находились в лодке, он ни разу не видел этих прекрасных, лучистых глаз.

Света, преодолев все свои страхи, пыталась, не мигая, смотреть в глаза Влада. Она не хотела выполнять его желания. Девушка знала, что желания у него могут быть слишком жестокие и странные, поэтому старалась не отворачиваться ни под каким предлогом. Она смотрела в его карие глаза, которые щурились от солнца за её спиной, и понимала, что выигрывает не очень честно. Да и если бы она захотела, такого протяжного взгляда парня не смогла бы выдержать очень долго, если бы сам парень не щурился от яркого солнца. Именно это заставляло девушку поверить, что Влад не замечает её собственных глаз. Она не любила, когда в глаза кто-то заглядывает. Девушке всегда казалось, что под пристальным взглядом прячется чтение её души, а душа у неё была невинной и чистой. Именно такой, какую хочется прятать всегда и ото всех.

Света, отведя взгляд в сторону, зажмурилась, но не от того, что проиграла и нужно выполнять желание Влада. Она просто не привыкла смотреть в глаза людям. Куда угодно, но лишь бы не в глаза, ведь через них видно всю душу насквозь.

– Ты проиграла! – счастливо улыбнулся Влад. – С меня желание. Что же такого тебе загадать? Выбор невелик… Будем банальными. Прокукарекай!

Света, кинув на него мимолётный вопросительный взгляд, выполнила задание, хоть и в своей манере – очень тихо, едва слышно. Стесняться сейчас было некого. Кроме них на огромные мили не было совсем никого. Ни единой души, которая могла бы посмеяться над её положением. И снова, сидя друг напротив друга, они начали играть.

Время стало тянуться чуть быстрее за весёлой игрой. В основном проигрывала Света, выполняя однотипные желания парня, но пару раз не посчастливилось и Владу. В первый раз он выступил в роли клоуна, рассказывая небольшое детское стихотворение с зажатым рукой носом. В следующий раз стоял, как цапля, пытаясь не рухнуть в воду и попутно напевать под нос всё ту же мелодию.

Когда Света выполняла своё действие, пытаясь сказать предложение с закрытым ртом, чтобы его понял Влад, она начала улыбаться. Её улыбка была невероятно красивой, нежной и искренней. Не такой, как у всех. Она была особенной. И Влад, засмотревшись на неё, тоже не смог сдержать улыбки. Парень, улыбаясь, напрочь забыв про игру, смотрел на Свету. Ему вдруг показалось, что он готов провести в лодке всю оставшуюся жизнь лишь ради того, чтобы каждый день видеть вот эту самую, такую искреннюю и чистую улыбку. Он готов был отдать всё на свете, чтобы взгляд светлых глаз девушки чаще попадал на него. Влад не знал, что это было за странное, не привычное ему состояние, но он был готов поклясться, что Света прятала всё это не просто так. Она словно сирена, которая манила волшебной красотой, открыв её лишь сейчас и почему-то именно перед ним.

Ребята даже не заметили, как потемнело. Они так увлеклись игрой, что удивились первым звёздам на небе. Игра смогла помочь им прожить ещё один день. Помогла не сойти с ума. Благодаря ей они забыли о своём несчастье. Они просто наслаждались жизнью. Наслаждались этими мгновениями, пытаясь запечатлеть их в памяти, как хорошую фотографию.

А вот следующее утро не задалось у них с самого начала. Сначала закончилась вода. Света даже колебалась, размышляя, стоит ли тратить воду сегодня или всё же попытаться дожить без неё до завтра. Затем перестала клевать рыба, будто её кто-то спугнул. Не было вообще ничего. Были лишь те сушёные рыбёшки, которые они наловили заранее, но пока решили не трогать неприкосновенный запас. Следом за этим, пытаясь хоть что-нибудь придумать, Влад, в отчаянии метавшийся по лодке, случайно встал на крюк самодельной удочки и распорол себе ногу. Закровоточила она нехило, а когда Света попыталась промыть рану водой, зачерпнув её опустевшей бутылкой, парень, поджав конечность к себе, завыл как волк на луну.

– Не надо. Само пройдёт, – сквозь зубы настойчиво процедил Влад, потирая раненое место, из-за чего лишь размазывал кровь по ноге. – От акул мы отобьёмся. Второе весло всё ещё целое. Пока что…

Но Света всё равно смогла придумать, как промыть парню ногу. Она, сев около Влада, как бы он ни брыкался, крепко сжала его в районе лодыжки и подтянула к себе. Парень, сжав изо всех сил челюсти, пытался хоть как-то утихомирить боль, пронизывающую его ногу. Вскоре рана была промыта и забинтована. Оставалось лишь ждать, чтобы она не стала гноиться. Но всё же самым страшным в этот момент оставались акулы, которые, наверное, блуждали где-то в ближайших окрестностях, зная воду явно лучше, чем сами ребята. Хищники могли почуять кровь, находясь далеко от этого места, и сразу же навострить свои серые морды в нужном направлении. Для них нет никаких преград, для них есть лишь один путь – путь к еде. Но пока их не было видно и можно было сидеть более-менее спокойно, изредка оглядываясь по сторонам, подсознательно подразумевая, что они могут выплыть в любой момент. Ребята просматривали горизонт, надеясь, что не увидят острого плавника хищника, медленно рассекающего воду в их направлении, и верили только в чудо.

Вечер наступил, как и все предыдущие дни, совсем неожиданно. Каждый раз ребятам казалось, будто он никогда не наступит. Каждый раз, наблюдая за высоким и ярким солнцем, ребята одинаково думали, а увидят ли они закат? А увидят ли они сегодня звёзды? А будет ли следующий день? И вот вечер, который, как они и предполагали, ничего не изменит, всё же настал.

Но на этот раз, несмотря на все их предположения об однообразии каждого дня, что-то было совсем не так, как обычно, и это немного насторожило ребят. Они сидели, по обыкновению, каждый со своей стороны и внимательно разглядывали горизонт. Солнце, которое несколько минут назад светило ещё где-то высоко в небе, в один миг заволокло серыми тучами. Спокойные, мягкие, голубые, с желтоватым отливом, отражающие солнце волны стали с силой биться о лодку, отчего её стало расшатывать с удвоенной силой. И ветер. Он дул со всех сторон. Холодный, влажный, он набирал свои обороты, будто хотел перевернуть маленькое, незаметное судно вверх дном.

– Смотри! – громко воскликнул Влад, привлекая внимание девушки, потому что Света, накрыв голову большим капюшоном, вновь успела спрятаться в кофту.

Он указывал куда-то за спину девушки, которая медленно крутила в руках бутылку из-под воды, и Света, ожидая увидеть там плавник акулы, обернулась. Но то, что она сейчас увидела, было куда хуже десятков акул. Она готова была отбиваться от хищников, готова была увидеть какой-нибудь пиратский корабль, готова была даже быть заклёванной чайками, но не желала видеть то, что надвигалось в их сторону.

Горизонт в том месте, где небо плавно переходило в воду, был окрашен в алый цвет. Даже не алый, а скорее багровый, такой сочный, словно кто-то невидимый только что махнул огромной кистью в небе яркой свежей краской. Это явление показалось ребятам похожим на пожар. Оно напоминало алое пламя, которое длинными языками стремилось спалить небо. Но это было всего лишь заходящее солнце, которое ребята наблюдали изо дня в день, монотонно плавая в лодке по воде. И такое солнце не предвещало ничего хорошего. Не с этими высоко поднимающимися на усиливающемся ветру волнами и ветром, который успел принести первые мелкие капли дождя.

– Будет шторм, – неотрывно глядя вдаль, тихо, но отчётливо и спокойно сообщила девушка.

– Ну всё. Приплыли! – горько хмыкнул Влад. – На этой лодке нам в шторм точно не выжить!

И он, зная, что обречён на погибель, просто лёг и закрыл глаза. Парень подумал, что умирать во сне не так страшно и больно, как умирать наяву. Он не был готов к настоящей смерти, хоть постоянно и твердил о ней. Влад боялся. Боялся так, как никогда раньше не боялся. Но вот Света сдаваться, как это сделал Влад, не собиралась. Она почему-то знала, что рано или поздно это произойдёт. Они слишком долго наслаждались хорошей погодой. Девушка уже понимала, что всё самое сложное переваливается на её бедные хрупкие сгоревшие плечи.

Вместо того чтобы последовать примеру Влада, девушка дотянулась до рюкзака и что-то начала из него доставать. Вещь совсем не хотела выходить из своего укрытия, и Свете пришлось приложить немало сил, но вскоре она выудила из рюкзака что-то довольно большое, даже огромное, что не помещалось в одной части лодки и сильно пахло резиной. Запах, который в одно мгновение разнёсся по округе на многие мили, заставил Влада открыть глаза и посмотреть, что же такого делает Света, вместо того чтобы заснуть и не чувствовать боль, когда к ним явится Смерть.

Он, увидев, как Света расстилает надувную лодку, сложенную в несколько раз, закатил глаза и про себя усмехнулся. Что только не найдёшь в сумке у девушки, но вот чтобы надувную лодку! Влад понимал, что девушка не совсем была сообразительной, но не стал это комментировать. Он собирался язвить, но не знал пока, с чего начать, ведь поводов оказалось гораздо больше, чем он предполагал изначально.

– У тебя в рюкзаке и насос есть? – одним движением вернув тело в полувертикальное положение, чтобы лучше рассмотреть действия девушки, наконец-то улыбнулся он. – Ты думаешь, нас это спасёт? Спасёт то, что мы будем сидеть по разным лодкам? Да никогда! Эта лодка потонет, как только в неё попадёт вода. А твоя резиновая просто лопнет! – возмущённо говорил Влад, пытаясь вразумить Свету, и поэтому голос с каждым слогом становился всё громче и громче. – Ты будешь плавать на куске дерева или резины. Мы трупы! И лодки нам ничем не помогут. Даже если ты вытащишь из своего рюкзака тот же вертолёт, мы всё равно трупы! Смирись уже с этим и успокойся. Шторм – самое страшное, что могло с нами случиться, и это случилось.

– Я не собираюсь спускать её на воду, – медленно подползая ближе к парню, чтобы растянуть надувную лодку от одного края до другого, невозмутимо проговорила Света.

– Сделаешь себе гробик? – приподняв ткань лодки, которая закрыла его ступни, усмехнулся Влад. – Накроешься ею? Это вместо спального мешка, да?

– Видишь пластмассовые выступы на ней? – показав на несколько таких выступов по всей поверхности сдутой и помятой лодки, всё ещё не глядя в глаза парню, поинтересовалась Света.

– Ну да. И чем они нам помогут? – осторожно проследив за взглядом девушки, спросил Влад. – Ты их заколдуешь, и буря пройдёт стороной? Что-то я в этом сомневаюсь…

– Нет, – начиная ползти уже по мятой надувной лодке в обратном направлении на четвереньках, стараясь не сильно раскачивать судно, которое на усиливающемся ветру уже почти черпало воду внутрь, пожала плечами Света. – Это держатели леера…

– Чего? – резко перебил её громогласный голос Влада, который с силой выпучил глаза. – На каком языке ты сейчас сказала? – наморщив лоб, добавил парень.

– Неважно, – чуть дрогнувшим то ли от обиды, то ли от замечания Влада голосом буркнула Света. – Нам нужно всего лишь проделать ножом небольшие отверстия в боковых стенках деревянной лодки, чтобы привязать за держатели надувную лодку. – Девушка смахнула пару крупных капель дождя с лица. – Она по размерам как раз подходит, чтобы накрыть всю нашу лодку. Если её, надувную лодку, перевернуть вверх ногами, то будет легче привязать.

– И чем нам это поможет? Мы же задохнёмся. Это нам даст шанс лишь задохнуться! – ошеломлённо выпадал Влад в сторону девушки, которому казалось, что Света сошла с ума.

– Нет, – вполне в своём спокойном духе кратко ответила Света. – Это, наоборот, спасёт лодку от затопления. Резина не даст воде попасть внутрь. Вся вода, которая хлынет с неба, – она показала пальцем вверх, – вместо того чтобы оказаться в лодке, будет стекать вниз по резиновой поверхности.

– Это можно было бы провернуть, если бы лодка была надутой! – попытался вразумить её Влад. – А из-за того, что она сдута, вся вода будет собираться в центре, и вскоре она прорвётся. Это бесполезная трата времени! – Он всё кричал и кричал, отчего девушка лишь больше вжимала голову в плечи.

– М-можно ведь попробовать, – дрогнувшим голосом проговорила Света. – Если есть хоть малейший шанс на спасение, почему им не воспользоваться?

– Да потому что это бессмысленно! – продолжал громко восклицать Влад. – Это нас не спасёт! Пойми ты наконец! В шторм даже большие корабли идут на дно. Что говорить о нашей лодке?! Да мы в самом начале уже будем утопленниками. Или просто задохнёмся от твоей дурацкой затеи!

Он видел, что очень сильно напугал Свету. Он знал, что так нельзя, но не хотел в одиночку думать, что умрёт. Ему нужен был тот, кто думает точно так же, ведь тогда будет не так страшно. Не так страшно умирать в одиночестве.

Девушка, начиная переворачивать надувную лодку вверх дном и пытаясь сдержать слёзы в глазах, отвернулась. Если Влад не собирался ей помогать, она сделает всё сама. В отличие от него, она верит в спасение. Она верит, что выживет в этот шторм.

– Мы не сможем задохнуться, – ковыряя ножом небольшое отверстие в их лодке где-то возле края борта, чтобы в него проделась толстая нить, тихо прошелестела Света. – У нас будет много отверстий, через которые будет поступать воздух.

– Давай сюда нож! – подходя ближе к девушке и настойчиво протягивая руку ладонью вверх, неожиданно воскликнул Влад. – Какая разница, затопит нас так или с резиновой крышей… Что за дырки ляпать?.. И где?

Света показала ему места, в которых Влад должен был проделать отверстия, и отползла к рюкзаку. Ей нужно было достать из него шпагат и посмотреть, хватит ли его, чтобы зацепить всю лодку над ними. Взяв моток ниток, она осторожно, не обращая внимания на крупные капли, которые текли за шиворот, ползала по сдутой надувной лодке и раскладывала нить по окружности. Шпагата вполне хватало. Только вот надежды, что он не порвётся от сильного ветра, совсем не было.

Влад, сделав несколько отверстий в лодке, взял из рук Светы нить, случайно дотронувшись до её ладони. От этого случайного прикосновения рук парня Света вздрогнула и, сложив руку в кулак, наспех отползла в середину. Что делать с нитью, парень не знал. Что привязать две лодки друг к другу, да, это ему было вполне понятно, но вот как это сделать, он так и не понял.

– Морскими узлами, – даже не пытаясь дождаться каких-либо вопросов со стороны Влада, пояснила девушка. – Они крепкие. Даже если нить порвётся, узлы останутся.

– Я прям такой гений, что знаю, как они плетутся! – резко бросая все нити, которые путались в руках, на дно лодки, чертыхнулся парень.

Света, пожав плечами, подползла ближе к парню, взяла одну из нарезанных ею нитей и, наморщив лоб, показала ошмётки Владу так, будто он ни разу их не видел. Медленно складывая шпагат, девушка надеялась на то, что парень запоминает правильную последовательность. Она в этот момент была похожа на учителя, оставшегося после уроков с нерадивым учеником, который не может никак запомнить самое простое решение. Но запомнить с первого раза Владу всё же не удалось. Он правда старался, но никак не выходило. Вскоре, всё же сообразив, по какому принципу Света плетёт узлы, Влад сам смог крепко привязать два угла лодок друг к другу. Успев немного порадоваться своему таланту, пока на голову не упали две большие капли расходящегося дождя, парень всё же стал серьёзней в сложившейся ситуации.

Ребята, стараясь не обращать внимания на темноту и вдруг резко хлынувший дождь, держали над головами надувную лодку. Пытаясь как можно крепче её привязать, они уже напрочь забыли о той опасности, которая буквально повисла у них над головами. Влад привязывал с одной стороны, Света с другой. В итоге они оказались практически в кромешной темноте, где не было видно ни друг друга, ни дыр в лодках, ни нитей в руках. Если бы они сейчас закрыли глаза, вряд ли бы что поменялось.

Влад закончил быстрей, как бы странно это ни казалось. Он очень быстро всё схватывал на лету, но не это придало ему сил. Он желал побыстрей избавиться от балласта какого-то бессмысленного дела, чтобы спокойно лечь на дно лодки, закрыть глаза, прижать руки к груди и умереть. Света в это время возилась с последним узлом. Её руки дрожали от холода, верёвка в руках насквозь промокла и выскальзывала из них, а на удивление лёгкая ткань верхней лодки постоянно пыталась вырваться из рук девушки, и иногда ей это удавалось. Света в такие моменты надеялась лишь на одно – чтобы не сорвались остальные части лодки под сильными порывами ветра. Она знала, что может такое случиться, даже если Влад как следует её закрепил. Такой сильный ветер, как сейчас, мог запросто вырвать крепления с корнем, оставляя вместо деревянной лодки несуразный плот.

– Давай помогу! – подползая к девушке по-пластунски на животе, сквозь гул ветра где-то рядом крикнул Влад.

– Не получается! – так же громко, стараясь перекричать ветер, ответила девушка. – Нить распушилась… И неудобно! Слишком скользкая поверхность. Слишком сильно качает. И лодка надувная не дотягивается до отверстия!

Её голос дрожал так же, как и руки. Она понимала, что если сейчас не привяжет лодку, к ним попадёт вода. Но, на удивление Светы, Влад на этот раз не хотел сдаваться. Именно сейчас он понял, как сильно ошибался, когда в гневе говорил, что они умрут. Неужели они так долго плавали по воде, чтобы вот так просто сдаться? Неужели они так много накопили рыбы, что лишатся её в одно мгновение? Нет уж! Если надо доказать Вселенной, что он имеет право на жизнь, он сейчас сделает невозможное. Влад знал, что, возможно, это говорит уже не разум, а адреналин, который вырвался в его кровь в тот момент, когда сверкнула первая молния на горизонте, отдаваясь сильным раскатом грома где-то вдалеке, но почему-то верил в обратное. Он был неглупым парнем.

– Я не для того выживал все эти дни, чтобы сдохнуть в несчастную бурю! – прокричал он в сторону Светы, которая лежала возле него, цепко держась двумя задубевшими от холода руками за улетающий край надувной лодки. – Будем сами держать лодку с этой стороны!

– У нас не хватит сил! – громко, пытаясь его вразумить, крикнула Света.

– По отдельности – да! Но не вместе! Ты держи с того края, а я с этого! – Влад уверенно перехватил непослушными от холода руками край лодки, ненароком положив руку на запястье девушки, но она, кажется, этого даже не заметила, быстро перехватив другую часть ткани. – Это нос лодки. Самая маленькая её часть. Мы справимся! Главное не отпускать! – Совсем близко сверкнула яркая белая молния, стукнувшись об воду, отчего на резиновую поверхность посыпались большие брызги, тарабаня громкой дробью. – Главное не сдаваться!

Преодолевая всю мощь и силу природы, ребята пытались удержать крепкой хваткой ту часть лодки, которую не успели привязать. Они, лёжа на животе и касаясь плечами друг друга, старались не дать разбушевавшейся буре окунуть себя в воду. Если им повезёт и лодка останется на плаву, то, возможно, они действительно останутся живы. Только вот то, как сильно раскачивалось их маленькое судно, не давало ребятам никаких надежд. Молнии, которые сверкали с разных сторон, блеском влезали через все щели, которые остались по бокам. Именно те щели, которые помогали ребятам не задохнуться, могли стать и их погибелью. Вода хлестала отовсюду, практически беспрерывно вливаясь внутрь. Волны раскачивали лодку так, что иногда казалось, что её вот-вот перевернёт, но они до сих пор были на плаву. Иногда ребята, не в силах противостоять сильному ветру, на несколько мгновений выпускали край надувной лодки из рук, но вновь хватали её и закрывались, уже не замечая, что они полностью вымокли. Одежда приклеилась к телу, грязные сырые волосы ровными прядями закрывали лица липкой пеленой, а руки жгло, так как на них были солнечные ожоги. Как бы ребята ни старались, внутри лодки было много воды. Вода, которая всё прибывала и прибывала, утопив все их запасы рыбы, даже не собиралась останавливаться. Вода, которая лилась нескончаемым потоком, могла бы их спасти от обезвоживания, но в то же время могла и убить их, потопив лодку.

Ребята пролежали в таком положении всю ночь. Буря стихла быстро, но никто из них не собирался отпускать надувную лодку. Они, стиснув зубы от холода, от напряжения, от усилия, продолжали держать их на весу и удерживать свою крышу как можно дольше. Им было страшно. Было темно, а буря могла вернуться в любой момент. Отпусти ребята лодку сейчас, то, быть может, они уже никогда не увидят рассвет. Но, в какой-то момент всё же ослабив хватку и перестав сопротивляться усталости, Влад со Светой уснули.

– Свет. Света! – услышала девушка радостный крик где-то далеко от себя и, открыв глаза, тут же зажмурилась от яркого солнца. – Мы живы!

Света медленно села и покрутила головой по сторонам. Влад уже сидел на своей стороне лодки и пытался запихнуть в рюкзак небрежно сложенную надувную лодку, которая никак не хотела туда помещаться. Он чертыхался, плевался, ругался всеми известными ему бранными словами, но не сдавался, продолжая пихать до сих пор сырую лодку в рюкзак. Парень сидел по колено в воде, такой жалкий, что девушка невольно сравнила его с цыплёнком, который не успел спрятаться от дождя. Для Светы Влад на мгновение перестал быть похожим на авторитетного лидера, которым позиционировал себя, пока был в школе. Сейчас он был наравне со Светой в любой ситуации, а иногда и сдавал свои позиции, предоставляя девушке командовать его жизнью.

– А где нитки, которыми мы связывали их? – пытаясь выжать рукав, настороженно поинтересовалась Света.

– Вот, – Влад наспех, словно Света отвлекла его от самого важного дела в его жизни, достал из нагрудного кармана ошмётки бечёвки и тут же засунул их обратно. – Я не дебил, чтобы выбрасывать вещи, которые спасают мой зад! А что с водой в лодке делать? Вряд ли будет хорошей идеей оставить её здесь…

Света, вновь покрутив головой, наткнулась взглядом на пустую бутылку, в которой совсем недавно была питьевая вода. Вода, которая спасала им жизни ровно до того момента, как начался шторм. И тут девушка неожиданно подумала, что Вселенная вовсе не хочет избавляться от них. Она, наоборот, делает всё возможное, чтобы ребята остались живы. Все их неслышные молитвы были всё же услышаны там, где надо. У них появилась возможность набрать пресной воды как раз тогда, когда она благополучно закончилась.

Девушка, рассекая воду на дне лодки коленями, подползла к бутылке, которая лежала практически посередине. В неё набралось немного воды, но совсем мало, чтобы напиться. Взяв её, девушка попыталась собрать воду со дна лодки внутрь, но ничего не вышло. Она лишь вылила всё, что уже находилось в бутылке.

– Идей нет, – закрывая бутылку, она спокойно развела руками и поджала губы.

– Попробуй собрать крышкой, – предложил Влад, который чудом умудрился уместить надувную лодку в большом рюкзаке и сейчас, всё ещё не смотря на Свету, пытался застегнуть молнию. – Это лучше, чем ничего. – Констатировал он факт, всё же наконец управившись со своей задачей.

Всё ещё не доверяя словам парня так, как это надо было делать в их положении, Света медленно последовала его совету. Она до сих пор верила в то, что парень шутит над ней, издевается, пытается насмехаться, но отголоски здравого смысла всё же говорили ей, что Влад не такой, что он не станет мучить её, когда сам находится на пределе своих возможностей. Но даже несмотря на то, что его предложение сейчас звучало насмешливо и слишком легко, задание оказалось весьма трудным и требовало времени. Даже несмотря на то, что сам Влад помогать девушке не торопился, глупо собирать воду крышкой из-под бутылки было всё равно лучше, чем просто сидеть в огромной грязной луже и ждать спасения.

Вода зачерпывалась очень маленькими порциями и постоянно выливалась через края, не давая нормально перенести жидкость через горлышко в бутылку, пока Света не сообразила соорудить что-то наподобие воронки. У неё ушло очень много времени, чтобы собрать воду в бутылку, а потом, соображая, как избавиться от оставшейся воды в лодке, решила вылить всё содержимое за борт. Влад, который черпал воду руками, сидя на коленях по другую сторону от девушки, этого не заметил и лишь поэтому не закричал. И вот, когда воды осталось действительно мало, Света начерпала её до краёв в бутылку и закрутила крышку. Теперь у них есть все шансы прожить ещё столько же дней, если не погибнут от чего-нибудь другого.

– Буря может вернуться, – уже сидя на своей части и осторожно наблюдая за тем, как Влад пытается собрать остатки воды руками, задумчиво проговорила Света.

– С чего ты взяла? – вспомнив, как трудно было складывать лодку в рюкзак, и кинув на девушку недоумённый взгляд, напрочь забыв о своей миссии черпать воду, пропыхтел парень.

– Мы кружим рядом, – отводя взгляд в сторону и заправляя влажный локон за ухо, пожала она плечами.

– Мы даже если попробуем уплыть, не получится! – отползая в свою часть лодки и разлохмачивая сырые волосы руками, отчего брызги полетели во все стороны, зло бросил Влад. – С одним веслом только вокруг своей оси будешь плавать! – усмехнулся он.

– Мы не знаем, в какую сторону ушла буря. – Света невероятным усилием заставила себя посмотреть на Влада, но тут же взяла в руки бутылку и начала разглядывать давно порванную и отсыревшую этикетку. – И если бы поплыли, с лёгкостью могли бы вновь оказаться в ней. Бури непредсказуемы. Они могут так же ходить кругами возле одного и того же места, а могут и уйти на многие мили от того места, где были вчера, – пояснила девушка. – Будь у нас два весла, это бы не помогло… – горько добавила она и оторвала кусок этикетки, который нервировал глаз.

– Ну да, – невесело хмыкнул парень.

Ночью они спали тревожно, постоянно просыпаясь. То кому-то из них казалось, что завывает ветер, предвещающий шторм, то кому-то казалось, что волны вновь неспокойны и слишком сильно бьются о борт. Изредка сон их прерывался от того, что во сне они тонули. Но каждый раз, когда просыпались, быстро успокаивались и вновь пытались заснуть. Их страхи были вполне понятны, ведь не каждому дано пережить шторм на хлипкой деревянной лодке.

Утром, когда солнце только-только прорезало горизонт яркой оранжевой полосой, Света проснулась первой. Её всё ещё что-то тревожило, но девушка никак не могла понять, что именно. Она, обняв свои коленки, о чём-то размышляла. Она будто предчувствовала то, что им не удастся избежать. Что-то очень страшное и опасное. То, что неподвластно кому-либо пережить. Что-то напоминающее конец света чувствовалось рядом с ними. Оно было так близко, что уже ощущались первые нотки беспокойства, но пока не виделось настоящего повода.

Влад, который не спал практически всю ночь, пытался сейчас, завернувшись и закрывшись от солнца кофтой, заснуть, но что-то заставило его встать. Будто какая-то невидимая сила подсказала ему, что спать на сегодня уже предостаточно. И как только он сел, понял, почему.

Сперва он не сразу обратил внимание на Свету. Она сидела в обычном положении, боком к нему, положив голову на руки, которыми обнимала колени. Девушка по обыкновению прятала голову в капюшон, опустив его на глаза, и не смотрела на Влада. Он привык видеть её такой, поэтому даже как-то не зацепился за неё взглядом, но, когда хотел что-то спросить, всё же посмотрел в её сторону. Света как раз в этот момент прижала руки по бокам головы и, положив локти на колени, задрала её кверху. По её лицу катились слёзы. Издалека было трудно их увидеть, но Влад всё же их заметил. У него в этот самый момент сжалось сердце, но он не мог понять, почему. Света для него была не больше какой-нибудь ненужной игрушкой, которую он запросто мог выбросить, как только рядом появится что-нибудь стоящее.

– Я думал, ты никогда не плачешь… – тихо произнёс Влад, отчего Света слегка дёрнулась и попыталась смахнуть слёзы, но они вновь выступили на глазах. – Эй… Ты чего?..

Он подполз к ней поближе и говорил всё это с улыбкой на лице, но всё же дрогнувшим, обеспокоенным голосом. Влад никогда не умел успокаивать. Он всегда находился там, где веселье. А где веселье, слёз точно не должно быть. Парень ненавидел те места, где нужно было плакать. Он не любил ходить на кладбище, потому что там обязательно кого-нибудь надо было успокаивать. Он не посещал больницы, особенно те их места, где на последних издыханиях лежат безнадёжно больные люди. Он не любил находиться рядом с отбывающим поездом или самолётом, потому что там обязательно будут провожатые, которых потом придётся успокаивать и говорить, что всё будет хорошо. Но сейчас, видя, как Света, та самая Света, которая ни разу не проронила и слезинки, пока над ней издевался весь класс, плачет, ему вдруг стало понятно, какие слова надо говорить.

– Нас никогда не спасут… – заплаканным, слегка хрипловатым голосом произнесла девушка.

– Нас обязательно найдут. Вот увидишь! – он попытался улыбнуться, но при виде слёз Светы хотелось лишь зарыдать. – Ребята остались на корабле. Я чувствую, что их уже нашли. Не нашли только нас! Они скажут, что мы были там… Обязательно сказали, – поправился Влад. – Не они, так капитан или кто-нибудь из команды… – Он сидел напротив Светы в той же позе, что и она, за единственным исключением – он не обнимал свои колени, а расслабленно положил руки на них. – Нужно продержаться ещё чуть-чуть. Давай попробуем, да? Нас найдут, вот увидишь…

– Они… Они будут искать там… Где произошло крушение… – тут же замотала головой девушка.

– Ребята скажут, что была лодка. Они же видели её. Они объяснят, что…

– Они мертвы! – в сердцах воскликнула Света, отчего слёзы брызнули из глаз с удвоенной силой. – Они не смогут ничего сказать!

– Они живы! – сжав челюсти и пытаясь скорее убедить в этом себя, нежели Свету, рыкнул Влад. – Не говори так! В отличие от нас, они остались на корабле. Их спасли! – тон становился всё выше, а Света всё больше вжимала голову в колени, стараясь спрятать в них глаза. – Их было легче найти!

– Нет. – Слёзы уже было не остановить, но не из-за сочувствия или сожаления, а из-за того, что некому было сказать про деревянную лодку, которая сейчас так спокойно раскачивалась на волнах, будто ничего страшного вовсе не произошло. – Я видела, как при взрыве было много крови… Кто-то кричал! – Она резко подняла голову и заплаканными, покрасневшими, опухшими глазами посмотрела на Влада. – Они не смогли бы там выжить. В этой мясорубке никто бы не выжил…

– Они смогли бы выжить! – как-то слишком уверенно произнёс Влад. – А кровь могла быть рыбья… Акулья там… Ведь взорвалось что-то внизу! – не унимался он. – Почему они должны быть мертвы? Почему ты так говоришь? Если они тебе не нравились, то это не значит, что нужно желать их смерти! И почему тогда ты не желаешь смерти мне? Чем я лучше всех остальных? Я… Я ненавидел тебя не меньше, чем все они вместе взятые, что же я такого успел сделать, что заслужил твоё прощение, а они нет?

– Да потому что они потревожили духов! – уже не пытаясь спрятать глаза от Влада, удивительно громко воскликнула девушка.

– Каких, на хрен, духов? – смотря на Свету тем взглядом, которым смотрят на умалишённых, процедил парень.

– В школе! – настойчиво пробасила она тоненьким звонким голосом. – Они смеялись над ними. Нельзя этого делать! – уже не пытаясь остановить слёзы, которые будто без её ведома катились по лицу, проговорила Света. – Они разозлились. Духи разозлились. Твои друзья их потревожили той ужасной игрой! Нельзя играть с духами, нельзя тревожить мёртвых. Это чревато опасностями!

– Мы тоже в неё играли, – уже спокойно напомнил Влад, пытаясь уцепиться хоть за какую-нибудь соломинку, чтобы показать Свете, что она ошибается. – Но мы ведь живы! Почему тогда они должны быть мертвы?

– Мы не играли! – настойчиво прошипела Света. – Мы только наблюдали!

– Ты играла, – сдаваясь и уже теряя всю свою бдительность, сквозь зубы проговорил парень. – На тебе закончилась игра, между прочим. Так почему же ты всё ещё жива?

– Условием игры было то, что нужно вызвать призрака и с кем-то поцеловаться, – густо покраснев и пряча взгляд в коленях, пояснила девушка. – Я ничего из этого не сделала. – Она вновь кинула быстрый взгляд на Влада, который отчаянно пытался придумать, чем бы ему покрыть этот выпад со стороны Светы.

– Но стрелка закрутилась именно на тебе! – припомнил Влад. – Если ты вызвала призрака мыслями, это тоже считается. Мы не уточняли, как именно нужно было вызывать их. Условием было как раз то, что можно было выбрать любой из своих вариантов.

– Я не вызывала! – в отчаянии закричала Света, а слёзы вторым потоком хлынули из глаз. – Я всего лишь попыталась извиниться за твоих друзей… Я хотела сказать духам, чтобы они ничего им не сделали…

– Но почему же тогда стрелка крутилась, если ты их не вызывала? – самодовольно улыбнувшись и слегка расправив плечи, поинтересовался Влад. Ему почему-то вдруг стало забавно слушать оправдания девушки. Они казались ему глупыми, наивными, наигранными, но парню хотелось слушать их бесконечно. – Она показала на слово «да». А это всего лишь ответ на вопрос: «Ты здесь?»

– Нет, – снова попытавшись вытереть слёзы с лица, но лишь грязно размазав их по сгоревшему лицу, уверенно произнесла девушка. – Я подумала о том, что все получат по заслугам. И призраки ответили, что так оно и будет. Поэтому сейчас мы и отвечаем за свои действия! Мы всегда отвечаем за свои поступки, осознаём мы это или нет.

– Хорошо! – Влад поёрзал на месте и, выбрав более удобное положение, наконец-то придумал, что сказать. – Допустим, что ребята, играя, смогли разозлись духов, за что поплатились жизнями, хоть я в это и не верю… Но предположим!.. Ты плаваешь здесь, потому что тоже хоть как-то участвовала в игре. Но тогда что здесь делаю я? Я не участвовал в игре. До меня даже очередь не дошла! Я никого не вызывал, я никого не целовал. Я просто был наблюдателем!

– Может, именно то, что ты просто наблюдал за игрой, спасло твою жизнь? – отворачиваясь от парня и окончательно успокаиваясь, предположила Света.

– Я в этот бред ни за что не поверю! – парень, пытаясь не смотреть на задевшую его за живое Свету, отполз на свою сторону лодки.

Весь день ребята вот так молча и просидели по своим углам. Света, иногда вновь припускаясь плакать, а иногда успокаиваясь, наблюдала за блестящей на солнце водой. Но от мыслей нельзя было убежать, и именно из-за этого слёзы вновь проступали на её глазах. Влад, борясь сам с собой, хотел подойти, подползти и хоть чем-то её утешить, но незнание того, как это сделать, заставляло его просто отворачиваться. Он был со стороны похожим на эгоиста, на жестокого человека, но в душе он чувствовал себя ещё хуже. Он чувствовал себя тем самым подонком, который может запросто убить самым жестоким образом. Это ощущение было настолько ему противно и омерзительно, что парню из-за этого хотелось побыстрей свести концы с жизнью. Ему казалось, что только мёртвые не умеют чувствовать. И сейчас это было для него лучшим из вариантов.

На этот раз, к удивлению ребят, темнело невероятно медленно. Солнце никак не хотело покидать небо, не давая Владу уйти хотя бы в сон от своих никчёмных и, как ему казалось, никому ненужных мыслей. Но всё же луна смогла, наконец, проявиться своим блёклым полумесяцем на слегка потемневшем небе. Влад, засмотревшись на неё в какой-то момент, сидел с выражением безнадёги и наслаждался красотой белого неровного круга. Он словно ни о чём не думал, чуть задрав голову вверх и расслабленно положив локти на согнутые колени, но на деле его мысли бегали в отчаянном ритме, словно кто-то в голове быстро бил в барабаны или играл беглую симфонию.

– Утопи меня, – услышал он тихий, но всё же вполне требовательный голос Светы и повернулся к ней, но не из-за того, что собирался выполнить её просьбу, а от того, что она его поразила своими словами. А он-то тут сидит и думает, что хуже, чем ему, никому и быть не может! – Тебе жить будет легче.

Владу ничего не оставалось, как вновь подползти к девушке, которая выглядела именно так, как выглядят люди, собирающиеся от отчаяния сделать неверный шаг. В её глазах, которые смотрели куда-то то ли вперёд, то ли в никуда, зияла невероятная пустота. В них была огромная непроглядная бездна. Пустота, которую можно едва ли не осязать. Та пустота, которая обволакивает людей и не даёт им спокойно сделать вдох, чтобы выползти из темноты, в которую их загнала какая-нибудь страшная ситуация. Но Влад не полз для того, чтобы вытолкнуть Свету из этой пустоты или выполнить её страшное желание. Он полз к ней для того, чтобы попробовать успокоить. Парень знал, что это безнадёжней, чем все эго попытки завлечь хоть какой-нибудь дальний самолёт обычной зажигалкой, но всё же решился. На всю округу кроме них двоих никого, и если он сейчас не поможет Свете, ему придётся быть одному. Только вот одному Владу быть никак не хотелось. Он не знал, каково это – быть без людей, быть в гордом одиночестве, лишь в сопровождении своих мыслей. Хоть как-нибудь, но Свете ему нужно помочь. Любыми возможными в их ситуации способами, лишь бы она не умерла и чтобы не оставила его в одиночестве.

– Зачем? – осторожно поинтересовался Влад, как только уселся напротив неё, по обыкновению расслабленно опустив запястья на колени согнутых ног.

Он посмотрел ей прямо в глаза и снова увидел там безысходность. Девушка уже не боялась вот так прямо заглядывать ему в лицо, потому что была сейчас готова ко всему. Она не боялась Влада, как это было раньше, до того, как они оказались в одной лодке. Парень видел, насколько ровное и спокойное выражение лица было у Светы, когда она пронзительно и настойчиво смотрела прямо на него, в его гниющую по маленьким кусочкам душу, но при этом он ощущал какое-то трепыхание в потаённых уголках души девушки, означающее то, что она ещё не вся была пропитана ядом.

– Я не хочу вечно обитать в этой лодке, – без какой-либо интонации поведала девушка.

– Ты не будешь вечно обитать в этой лодке. – Влад подполз совсем близко и тут же понял, что совершил ошибку. Девушка мгновенно зарделась, сжалась, ещё больше ссутулилась, а ровное, спокойное дыхание спёрло, и оно в одно мгновение стало прерывистым и поверхностным. Влад осторожно уселся возле девушки, случайно прикоснувшись локтем к её руке, и, чтобы не смущать Свету ещё больше, посмотрел вперёд. – Нас обязательно спасут. Я обещаю!

– Никогда не обещай того, чего не сможешь выполнить. – Как бы Света ни старалась сдержать слёз, они вновь вырвались из-под контроля и выступили на глазах.

– Я уже пообещал. – Он на мгновение повернулся в сторону девушки, но тут же вновь посмотрел на такие одинаковые и в то же время такие разные мягкие волны, которые их окружали. – Мне придётся выполнить своё обещание.

К его удивлению, Света, пытаясь спрятать слёзы, уткнулась в его грудь лицом. Владу ничего не оставалось, как приобнять её и просидеть так до следующего утра в гордом молчании, которое, словно самая приятная колыбельная, убаюкало их, как малых детей с их чистейшими душами. Только из-за того, что в лодку ударялись волны, заставляя судно всё сильней и сильней раскачиваться на воде, наутро они уже не сидели, а лежали в объятиях друг друга.

Если бы Влада не разбудил какой-то стук, он бы так и лежал, обнимая Свету, даже не догадываясь об этом. Для него всё было настолько комфортно и привычно, что он не сразу вспомнил, где находится, по обычаю сильней прижав рядом лежащую девушку к себе. И когда стук снова донёсся до его ушей, он тут же подумал, что это Света вновь что-то придумала и пытается спасти их никчёмные жизни. Тут же открыв глаза, Влад сразу же передумал, потому что девушка лежала рядом, прямо в его объятиях, и мирно спала. Тот стук, который до него доносился, был за их головами. Боясь увидеть там что-то страшное или, наоборот, слишком радостное, Влад осторожно, чтобы ненароком не разбудить Свету, привстал и медленно обернулся. Но именно этим он и разбудил девушку, которая тут же последовала его примеру и, уже сидя, разворачивала корпус в сторону звука.

– Лодке что-то мешает плыть, – сообразив, что к чему, Влад поджал губы.

Света, недолго думая, не вставая с места, схватила весло и хотела ввести его в воду по самую рукоятку, но оно тут же во что-то упёрлось. Девушка, не ожидая такого сильного напора, отшатнулась, втянула воздух через сжатые губы, пытаясь не закричать от боли, пронзившей её ладонь, и только тогда отложила несчастное весло в сторону.

Под ними что-то было. Что-то, что мешало лодке плыть вперёд. И, как только девушка издала сама себе этот вердикт, она, не дожидаясь какого-то подтверждения от спокойно стоящего, словно не в лодке, с упёртыми руками в бока и сильно выдыхающего воздух Влада, подняла взгляд вверх. Она пыталась просмотреть весь горизонт, и в одно мгновение её взгляд наткнулся на несколько небольших бугров впереди. Они были настолько далеко и казались такими маленькими и никчёмными, что ценности ни для неё, ни для Влада не имели. Но так только казалось на первый взгляд.

– Это скалы, – указывая пальцем вдаль, туда, где Влад едва различал небольшие холмики, выделяющиеся на ровной глади воды, почему-то со скорбью и грустным вздохом оповестила девушка.

– Если здесь есть скалы, значит, берег близко! – с улыбкой радости и облегчения, что они скоро окажутся не на раскачивающемся судне, а на ровной, твёрдой земле, подметил парень.

Как только Влад это сказал, он со всем своим спокойствием уселся на свою сторону лодки и вздохнул. Ему бы сейчас предложить Свете что-нибудь правильное, то, что поможет им подплыть к тому берегу, к которому они могут приплыть уже в ближайший час, но в голове была настоящая глубокая, чёрная пустота. Не та, которая недавно поселилась у Светы, но похожая. Именно та пустота, которая приходит к готовому к уроку ученику, уже вызванному к доске.

– Не тот, который ты ожидаешь увидеть, – тут же прискорбно оборвала его радость Света. – Здесь нет пышного берега с домами и людьми. Скалы уходят далеко вперёд. – Она, стараясь внимательней разглядеть скалы, к которым их несло течением, положила ладонь козырьком ко лбу. – Возможно, мы не сможем доплыть до берега, о котором ты так мечтаешь. Мы можем наткнуться на острые скалы, которые распорют днище лодки, и тогда нам точно конец. Нужно уплывать отсюда. И как можно скорее.

– И как мы это сделаем с одним веслом? – фыркнув и показав на остатки от двух вёсел, напомнил Влад.

– Будем им отталкиваться от скал, – разворачиваясь к парню, пожала плечами Света. – Нужно их как-нибудь обогнуть. – Она, показывая это на примере, вновь взяла весло и, медленно введя его в воду, дотронулась до выступа и слегка отвела лодку в сторону. – Но нужно быть очень осторожными. Мы не знаем, что может оказаться под водой.

– Я могу воспользоваться обратной стороной нашей удочки, – схватив их самодельную удочку и начиная самодовольно раскручивать её в своих руках, с насмешкой произнёс парень. – Опущу в воду, буду ей прощупывать дно… – ехидно сверкнув глазами, протянул он. – Если под водой окажется скала, попытаюсь от неё оттолкнуться. – В этот момент Влад переменился во взгляде, словно сообразив, что логика в его словах действительно есть, и серьёзно посмотрел на удочку, которую тут же перестал крутить. – Вместе мы должны справиться, но я всё равно не верю в этот бред. Это же всего лишь скалы! Течение как раз и несёт нас мимо них. Зачем пытаться усложнить себе задачу, а не повиноваться самой природе, которая и без того знает, как правильно?

Света согласилась, кивнув, но всё же не стала повиноваться судьбе или природе. Она знала, что если бы они ничего не предпринимали, то сейчас бы уже были либо трупами, либо обглоданными скелетами, либо сгоревшими от удара молнии угольками. Не пытаясь в этом заверить Влада, который с гордо поднятой головой наблюдал за ней, девушка начала действовать.

Когда Владу надоело смотреть на все мучения Светы, он вдруг осознал, что девушка права. Она ещё ни разу не ошибалась, и сейчас, если он не подчинится её воле, то, возможно, те духи, которых разозлили его друзья, дойдут и до них. Не из-за страха привидений, а из-за страха за свою жизнь Влад встал со своей стороны на колени и осторожно опустил удочку в воду.

Ребята, не сговариваясь, очень медленно и со всем своим вниманием работали в сплочённой команде. Они преодолели несколько выступающих над водой острых скалистых верхушек и проплыли над скалами под водой, которые нащупывал Влад то удочкой, то голыми руками. Они справлялись неплохо, и всё шло хорошо, но у ребят глубоко в душе затаились странные подозрения. У них не было никаких поводов для отчаяния или переживаний, но ничего с собой никто из них поделать не мог. Каждый молча сжимал покрепче челюсти и в любую секунду был готов узреть что-то из ряда вон выходящее. Все страшные мысли приходили им в голову именно из-за того, что всё было слишком хорошо. До места, где заканчивались скалы, было рукой подать, и можно было бы выдохнуть с облегчением, но, как чувствовали Света и Влад, всё же случилось ужасное. Судьба – штука сложная. Она любит делать неожиданные повороты в своей игре, но когда человек ждёт чего-то плохого, она обязательно удвоит его мучения.

– Влад, вытащи удочку из воды, – смотря стеклянными глазами куда-то вдаль, тихо, но настойчиво и ровно потребовала Света.

– Что? – не понял парень, но всё же убрал руки, которые только что нащупали в воде очередной острый скалистый выступ.

– Акулы! – таким же острым, как скалы, голосом пояснила девушка и показала рукой на скалы, которые они недавно обогнули.

– Вот только их тут сейчас не хватало! – чертыхнулся Влад. – Откуда они взялись?

– Акулы очень часто обитают там, где скалы, – пояснила Света уже более ровным голосом без резких интонаций. – Не знаю, что их к ним тянет, но это так.

– Давай весло, – парень, всё ещё сидя со своей стороны, протянул руку в сторону девушки, и Света, продолжая непрерывно следить за несколькими плавниками, выступающими из-под воды, послушно отдала предмет парню. – Попробуем от них уплыть. Нам осталось преодолеть всего несколько скал и всё. Главное не напороться на острые…

Света, боясь пошевелиться, продолжала внимательно следить за действиями акул. Она сидела, едва ли не вжимаясь в дно лодки, словно пряча голову, чтобы акулы её не заметили, но продолжала их хорошо лицезреть. Хищники пока не замечали лодки, которая вторглась в их владения. Самыми опасными оказывались те моменты, когда хотя бы одна из акул уходила глубоко под воду, потому что она могла распороть лодку не слабее острых скал, окружавших её, но всё проходило, на удивление, благополучно. Ребята, действуя нежно и осторожно, не делая никаких резких движений, старались не привлекать к себе никакого внимания. Оставалось совсем чуть-чуть, и можно было попытаться уплыть подальше от этого места, но всё могло пойти наперекосяк в любой момент.

– Их всего четыре, – увидев плавник четвёртой хищницы, только что показавшейся из воды, очень тихо, словно боясь, что акулы её услышат, проговорила Света.

– Поверь, их гораздо больше, – осторожно приподняв весло из воды, на уверенном вздохе проговорил Влад.

– То есть? – стараясь не отвлекаться от наблюдения за акулами и не привлекать к себе их внимание, немного дёрнув головой в сторону Влада, поинтересовалась девушка.

– Если с твоей стороны их четыре, это не значит, что с моей стороны их вообще нет, – растянуто ответил Влад. – Мы в западне… И, в отличие от тех, которые сзади, штук пять направляется прямо к нам.

Света, с трудом оторвавшись от наблюдения за своими акулами, которые изредка скрывались за скалами или в воде, повернулась в сторону Влада. Он был прав. К ним очень быстро, словно моторные лодки, рассекающие воду, приближались пять плавников. Они действительно их заметили. Нельзя не заметить чужака в своём доме.

– Нужно что-нибудь придумать, – тихо и перепугано произнесла девушка, надеясь только на то, что акулы не разбредутся в разные стороны, ведь это будет самым печальным в их сложившейся ситуации.

– Ты уже отбилась от одной веслом, – всё ещё со скептицизмом относясь к методам девушки, напомнил Влад. Он помнил, что её идеи работают намного лучше, чем его, но никак не мог в них поверить. – Стоит попробовать…

– Нет, – спокойно перебив Влада, замотала головой девушка. – Тогда она была одна, и нужно было показать, что мы несъедобны. Сейчас это не поможет. Их много. Пока будем отбиваться от одной, вторая нападёт. Это бессмысленно. И глупо! – Она, вглядываясь вдаль, нахмурилась. – А если остальные прячутся в воде, шансов у нас один на сто… Тут уже кто кого, и, судя по всему, не мы их…

– А руки для чего? – закатывая рукава рубашки, чтобы предпринять хоть какие-то действия, хмыкнул Влад. – Они ведь точно так же будут кружить возле нас, выискивая нужный момент для нападения, как и та. Изобьём их руками, – предложил он. – Покажем им, что мы тоже настроены агрессивно!

– Их кожа, как наждачная бумага! – тут же, прежде чем парень опустил свои руки в воду, одёрнула его Света. – От её избиения ты получишь лишь кровоточащие раны. А когда акула почувствует твою кровь, она уже точно не уплывёт.

– Откуда ты всё знаешь? – не переставал удивляться познаниям одноклассницы парень.

– Попробуем просто уплыть, – по обычаю, словно не слыша вопроса в свою сторону, продолжала девушка свои предположения. – Это может сработать. – Она, не глядя на парня, пожала плечами. – Они ещё далеко. Мы, возможно, спокойно сможем отплыть в сторону.

– Мы не сможем отплыть в сторону! – вдруг хохотнул Влад. – Не с одним веслом! – настойчиво приподняв брови, напомнил он. – Мы могли бы отталкиваться от скал, но они остались позади! Мы поданы акулам на блюдце с золотой каёмочкой!

Было видно, что он опустил руки, но как хорошо, что не в воду. Парень готовился к тому, что в него сейчас вонзятся акульи зубы, перекусывая его пополам, но Света не разделяла его точку зрения. Ей вот почему-то никак не хотелось становиться обедом каких-то там рыб, которые решили узнать на зуб, вкусные ли ребята.

– Если мы не сможем отплыть, имея лишь одно весло, мы можем отплыть, имея по две руки, – когда Влад, положив весло на место, грузно уселся в своём углу, неожиданно, с долей сомнения и неверия в свои же слова, проговорила девушка.

– Что ты имеешь в виду? – не веря своим ушам, поинтересовался Влад, встрепенувшись и задрав голову, чтобы полностью лицезреть Свету.

– Грести руками, – неохотно, чуть ли не шёпотом ответила она. – Освободить им дорогу. Дать проплыть мимо, – пытаясь как можно убедительнее повторять похожие слова, Света больше убеждала в правильности своих мыслей себя, нежели Влада. – Показать, что у нас нет злых намерений. Как бы все ни думали, но акулы очень умные. Они не станут есть первого попавшегося на пути человека, пока не поймут, что он не опасен. У них интеллект иногда превышает тот же у какого-нибудь деградирующего человека…