Страница 4 из 4
– Ты предлагаешь сейчас опустить руки в воду?! – вытянув лицо, изумился Влад. – Ты только что сказала мне, чтобы я не опускал руки в воду, так как акулья кожа острая, а теперь хочешь, чтобы я сделал всё наоборот? Ты ненормальная! И противоречишь сама себе! Они оттяпают наши руки в то же мгновение, как только они окажутся в воде. И тогда крови будет предостаточно для команды «кушать подано».
Влад, ещё больше нагрузившись, обнял себя за плечи и задрожал. Ему было непонятно, от чего он дрожит: от того ли, что на ветру из-за сырой рубашки он продрог, от того ли, что он был зол на Свету, или от того, что он не был тем умным человеком, который бы смог найти выход в такой ситуации, но что-либо предпринимать не собирался. Владу хотелось всего лишь выбраться из страшной западни, вытащить своё никчёмное, бренное тело из лодки, пробудиться от страшного кошмара, который не отпускал его от себя, но ничего из этого в ближайшем будущем не намечалось, и только поэтому он ненавидел себя и всё в своём ближайшем окружении. Ему всё в край осточертело, и он уже не собирался подчиняться каждому приказу Светы. Она для него сейчас уже не была в приоритете. В данный момент она казалась ему его зеркальным отражением, которое он ненавидел именно из-за того, что не делал ничего для своего спасения.
– Да, именно это я и предлагаю, – сбив Влада с его растянутой и, казалось бы, важной мысли, твёрдо и убедительно кивнула Света. – Акулы ещё далеко. Плывут медленно. Пока они просто нас изучают. Дают шанс сделать хоть что-нибудь! Главное, чтобы наши движения были плавными и медленными. – На этих словах она сбавила голос, делая его именно таким, какими и должны быть движения – плавным и мягким. – В основном они реагируют на резкие действия, думая, что этим мы проявляем агрессию. При нападении они всего лишь пытаются её устранить. Если акула летит к тебе, это ещё не значит, что она голодна. Она может быть всего лишь напугана. У них тоже есть страхи. Они не бездушные убийцы, как все считают.
– Хорошо… – вздохнул Влад, запустив руки в чёрные волосы. – Но если я останусь без рук, винить всю жизнь буду тебя, а не акул! – Он, набираясь храбрости, чтобы опустить руки в воду и одновременно наблюдать за акулами, кивнул.
– Замечательно, – процедила девушка. – Если так действительно будет, виноватой я себя чувствовать буду от силы минут десять. – Света слегка улыбнулась и первой опустила дрожащие от волнения руки в прохладную воду.
Ребята осторожно, шаг за шагом стали отплывать. Настолько медленно, что иногда могло показаться, что они стоят на одном месте и не продвигаются ни на миллиметр, но скалы, которые начали скрываться из вида, говорили о противоположном. Акулы тоже вскоре остались позади. Они, правда, сперва начали плыть за лодкой, но затем передумали и почему-то остались таиться в скалах. И когда ребята осознали, что можно немного отдохнуть, на небе уже появились первые звёзды.
– Они могут вернуться в любой момент, чтобы нас слопать! – рассматривая мирную воду со своей стороны, успев по обычаю расслабленно положить руки на колени, грубо произнёс Влад. – Они могут съесть нас, пока мы спим.
– Могут, – не глядя на парня, а, наоборот, отвернувшись от него в сторону, утвердительно кивнула Света.
– И что делать? Плыть дальше? Я не смогу! Я устал! И ты, кстати, тоже! – возмутился выдохшийся, уставший от большой физической нагрузки и недостатка пищи Влад.
– Не нужно плыть дальше. Нам надо отдохнуть, – всё же посмотрев уставшими, полусонными глазами на парня, подтвердила его слова девушка. – Уставшими мы не сможем уйти ни от одной акулы. Будем спать по очереди.
– Хорошо, – быстро соглашаясь, кивнул Влад. – Тогда ты первая на страже. У тебя лучше получится справиться с акулой, чем у меня. Ведь ты же у нас всезнайка! – он усмехнулся и демонстративно сполз на днище лодки, укрываясь той самой кофтой, которую ему когда-то любезно пожертвовала Света. – И как ты умудрялась в классе строить из себя дуру? Ты же вундеркинд, блин!
– Я не такая… – как-то с грустью и неким стыдом в голосе произнесла Света.
– Ты про акул знаешь больше, чем я знаю про своих друзей! – парень приподнялся на локтях, распахивая уже было закрытые глаза, чтобы уставиться на Свету недоумённым взглядом. – И ты будешь уверять меня, что ничего не знаешь? – он с удивлением смотрел на девушку. – Это ты прогнала первую акулу куда подальше, пока я ныл, что нам каюк! Я даже сейчас не знаю, что делать, если акула подплывёт к нам. Из меня страж, как из мухи слон!
– Если это будет одна акула, справиться с ней можно на раз-два, – пожала плечами Светлана.
– И как же?
– Сперва попытаться отплыть в сторону, – опустив взгляд вниз и сворачиваясь в свой спасательный образ, разве что не пряча голову в капюшон, начала объяснять Света. – Мы можем преграждать ей путь к своей цели. Она может нас и не тронуть в этот момент. Лишь искоса посмотрит и проплывёт мимо.
– Это то, что ты сделала в первую очередь! – вспыхнув от догадки, вспомнил парень. – Но отплыла лишь одна. Вторая собиралась наброситься!
– Она была либо злой, либо голодной. Но набрасываться она на нас не собиралась. Они чем-то похожи на людей… – Света отвела взгляд в противоположную от Влада сторону и посмотрела на тёмный горизонт, туда, где уже невозможно было разобрать, где заканчивается вода и начинается звёздное небо. – Пока мы не убедимся в том, что лежащее на тарелке безопасно, мы к еде даже не притронемся. Так же и акулы. Если еда не нападёт и не окажет сопротивление, значит, можно полакомиться. И самое для неё противное, когда еда бьёт по глазам и жабрам. Это уязвимые места акулы. Без глаз она ещё как-нибудь проживёт, ведь есть ещё нюх, который приведёт её к трапезе, а вот без жабр ей уже не выжить.
– Я так понимаю, нужно целиться в жабры и глаза? – Света утвердительно кивнула. – И как это сделать в темноте?
– У тебя в кармане есть зажигалка и спички, можешь попытаться воспользоваться ими, – напомнив парню об этом, спокойно предложила Света.
– А что, если мои действия, наоборот, спровоцируют её, чтобы напасть? – Влад не пытался найти уязвимое место в знаниях одноклассницы, чтобы упрекнуть её в этом. Он старался как можно больше впитать этих знаний в себя, чтобы потом не оплошать и не стать тем самым завтраком для акулы. – Что мне тогда делать?
– С акулами главное не поддаваться панике. Нужно быть совершенно спокойным и уверенным в любом своём шаге и действии. Показать, что ты сильнее не только физически.
– Ну, хорошо… – Он, усаживаясь поудобнее, поёрзал на месте. – Но я всё равно сплю первый! – ткнув в сторону девушки пальцем, усмехнулся Влад. – Удачи тебе с акулами.
Так и решили. Всю ночь ребята, как и договаривались, дежурили по очереди, и никто не отлынивал от своих обязанностей, как предполагала Света, которая, изредка приоткрывая глаза, пыталась убедиться в искренности Влада. Кто-то спал, а кто-то, сидя с веслом в руках, сторожил сон соседа – так и проходило их поочерёдное дежурство. Это могло показаться забавным, напоминающим какую-то игру, но на самом деле всё было куда страшней и серьёзней. Всякий всплеск воды леденил душу, любой звук мог говорить о приближении хищника, но каждый раз всё оказывалось куда банальнее. За всю ночь к ним не приблизилась ни одна из тех акул, от которых они так усердно и тщательно уплывали, спрятав свои страхи куда подальше и уже не боясь лишиться рук, ведь в любой момент они могли лишиться жизни. Видимо, акулы посчитали, что Влад и Света не представляют никакой угрозы для их жизни, и лишь поэтому не стали настойчиво к ним подплывать и избавляться от лишнего мусора в своём доме.
– И вот ещё один день с бескрайними синими просторами! – лёжа на спине и вглядываясь в небо, изучая облака, прокомментировал Влад. – Смотри! Вон то облако похоже на скорпиона!
Света, сидя в своём привычном положении, задрала голову и посмотрела туда, куда указывал Влад. Она была немного удивлена, что парень сравнил какое-то там облако со скорпионом, не веря, что он способен вспомнить, как выглядит данное животное. Но парень вспомнил не только то, как выглядит скорпион, но даже то, что это один из знаков гороскопа, который составляли именно по звёздному небу.
– А мне кажется, что там цирковой медвежонок на велосипеде! – искренне улыбнулась девушка, когда поняла, на какое именно из облаков показывает парень.
– Ну нет… – слегка нахмурившись, словно пытаясь вообразить того самого медвежонка, которого заприметила девушка, протянул Влад. Он, пытаясь посмотреть на облако под другим углом, склонил правое ухо чуть ли не к плечу. – Хотя… Может быть.
– Как ты думаешь, далеко мы уже уплыли от места кораблекрушения? – посмотрев на Влада, который продолжал крутить головой в разные стороны, неожиданно поинтересовалась девушка.
– Думаю, что да, – рывком сев, слегка поджав губы и прищурившись, словно он хотел увидеть то расстояние, которое было сейчас между тонущим кораблём и их маленьким судном, подтвердил парень. – Мне иногда даже кажется, что мы давно пересекли целый океан, – посмотрев на облако в виде морды дельфина, произнёс Влад. – Мне вот больше интересно, как мы ещё не наткнулись на какой-нибудь корабль? Такое чувство, что они специально плавать перестали, лишь бы нас не искать.
– Мы просто в тех местах, где не ходят корабли, – пожала плечами Света. – И таких путей довольно много… Их не затрагивают, потому что нет смысла, ведь их главная задача – переправить людей или груз из одного города в другой, – высказала своё предположение Света. – И зачем пересекать такое большое расстояние, делая круг и затрачивая большое количество горючего, если можно не петлять, а идти по прямой? Все будут терять много времени, если станут искать новые пути для переправы.
Влад не заметил того момента, когда Света начала с ним разговаривать. Не просто делать какие-то небольшие замечания или упрекать в чём-то, а просто беседовать. Она сейчас спокойно могла говорить рядом с ним на совершенно любые темы, не боясь того, что парень над ней посмеётся. И если изначально девушка бросала всего лишь короткие фразы, малозначимые для Влада, то сейчас она без каких-либо страхов и сомнений рассказывала то, что сама знала. Девушка делилась своими знаниями с одноклассником, глядя прямо ему в глаза, лишь иногда смущённо отводя их в сторону, словно вспомнив, что раньше она была не такой и нужно как-то возвращаться к своему привычному состоянию.
Ребята разговаривали совершенно свободно, будто знали друг друга всю свою жизнь. Они за то время, которое находились в лодке, успели хорошо узнать друг друга, и сейчас между ними уже не было той невидимой преграды, которая ощущалась в первое время. Даже случайно заползающие мысли по поводу того, что не стоит так сильно сближаться друг с другом, никак не действовали ни на Свету, ни даже на Влада.
Каждый знал о другом то, чего бы он не узнал в обычный будний день: что они любят, чего боятся, как ведут себя в тех или иных ситуациях. Они не скрывали друг от друга совершенно никаких эмоций, будь то злость, печаль или радость. А самым странным Владу казалось то, что Света не боялась смотреть ему в глаза. Она смотрела ему в глаза постоянно. Она могла спокойно взглянуть в глаза парня, когда разговаривала с ним, когда что-то объясняла, да и просто так, когда разглядывала окрестности. Она уже не вздрагивала, когда её взгляд случайно попадал на Влада, который в это время смотрел на неё. Света уже не стеснялась в открытую разглядывать его и даже не всегда опускала смущённый взгляд на свои руки, когда парень замечал её пристальный взгляд.
За то время, пока ребята плыли в неизвестном никому направлении, меняя курс по мановению судьбы и подчиняясь течению, они успели побывать в двух бурях, найти способ очистить солёную воду, поймать большую, даже огромную, по их меркам, рыбу, чтобы наесться ей досыта и даже оставить что-то на следующий день. Они успели вспомнить все, хоть и детские, игры, которые спасали их от скуки. Это были гляделки, игра в слова или в города, где, на удивление Светы, постоянно выигрывал Влад. Они в один из скучных дней придумали прятать какую-нибудь мелкую вещь в лодке и пытались её отыскать. Сперва данное занятие казалось весёлым, задорным и чем-то необычным, но вскоре наскучило, потому что прятать было уже негде. Когда им не спалось, ребята на слух составляли из какого-нибудь большого слова много маленьких или разглядывали звёзды, пытаясь найти нужные созвездия. Все эти детские игры заставляли их смеяться. Они заставляли забыть о том, что нет никакой надежды на спасение, а по вечерам, когда солнце заходило за горизонт, оставляя вместо себя большие тени, ребята пытались устроить театр теней. Выходило вначале нелепо, смазано, и звери были похожи на всё что угодно, только не на зверей, но потом стало получаться гораздо лучше. Сначала хорошо смогла получиться птица. Следом за ней крокодил. И с каждым разом у ребят, не только в театре теней, но и в остальных играх, получалось всё только лучше и лучше. Они даже смогли придумать небольшую историю с участием птицы, крокодила и улитки, лишь бы не верить, что им предначертана смерть.
Ночами, пока Влад щёлкал зажигалкой, чтобы привлечь чьё-нибудь внимание, он придумывал разные страшилки и рассказывал их Свете с придыханием, подводя зажигалку опасно близко к загорелому, даже сгоревшему на палящем солнце лицу, но испугать девушку ему так и не удалось. Самым страшным кошмаром сейчас для них было то, что они могут утонуть. Никакие страхи перед учителем, когда не выучил какой-нибудь урок, или страхи перед сложным и важным экзаменом никогда не сравнятся с тем страхом, который незаметно разрастался внутри ребят, пока они плавали без какой-либо надежды на помощь в бескрайнем водном просторе. Тот страх, который они испытывали сейчас, подкрадывался со спины, незаметно, словно пытался напасть исподтишка, чтобы ребята его не заметили. Но ночами, когда голова освобождалась от мыслей о том, как выжить, у них начинало сосать под ложечкой, потому что только тогда в их голову проникал тот настоящий ужас, который ходил за ними по пятам и не давал спокойно дышать.
– Только не говори, что ты вновь хочешь зареветь! – прикрикнул Влад, когда увидел лицо Светы в один из жарких дней.
– Я домой хочу. Мне надоело здесь плавать, – проговорила она как-то совершенно спокойно, хоть на лице и засело помятое выражение, предупреждающее о том, что слёзы не за горами. – Но этого никогда не произойдёт. У нас, видимо, с тобой на роду написано умереть в воде.
– С чего ты взяла? В гадалки подалась? – усмехнулся парень. – Я вот не собираюсь дохнуть в лодке! У меня ещё вся жизнь впереди!
– Если бы можно было выбрать то, как нам суждено умереть, я бы точно не выбрала воду, – размеренно произнесла девушка. – Но мы этого не выбираем. От чего мы умрём, это написано ещё до нашего рождения.
– А знаешь! – вдруг воскликнул Влад, которому, казалось, в голову неожиданно пришла замечательная идея. – Это намного лучше, чем быть зарезанным! – с насмешкой проговорил он. – Во всём нужно искать плюсы.
– В нашем положении я вижу сплошные минусы, – вздохнула Света.
– А давай поиграем? – Влад, по обычаю расслабленно сидя на своей стороне лодки, сощурил взгляд. – Я буду говорить все плюсы, которые нас окружают, а ты минусы. Кто больше назовёт, тот и выиграл, а если плюсов окажется больше, значит, я был прав. – Он посмотрел на Свету и лучезарно улыбнулся.
Девушка была озадачена тем, что предлагал Влад, но мысленно уже начала составлять список минусов, которые выскажет Владу в первую очередь. Игра обещала быть долгой и оттого заманивала Свету ещё больше. Нужно же хоть как-то прожить ещё один день, чтобы не умереть от скуки.
– И кто начнёт? – лишь бы хоть что-то сказать, поинтересовалась она.
– Раз я предложил, значит, мне и начинать, – тут же кивнул Влад. – Но, чур, не повторяться! А то это будет нечестно. – Он почесал затылок и осмотрелся, затем усмехнулся. – Главное не забыть, что начинал я!
– Начинай, – делая скучающий вид, кивнула в его сторону Света.
– Мы живы. Банально, да, но лучше начать с самого простого и дойти до самого сложного. Твоя очередь!
– Мы плаваем слишком долго, – высказала своё мнение девушка.
– У нас есть вода! – Энтузиазм, с которым говорил Влад, в какой-то момент мог передаться и Свете, но она быстро отбросила эту нотку веселья, всё больше погружаясь в грустные мысли.
– Её недостаточно, – замотала головой Света, пытаясь отогнать наваждение, которое велело ей перейти на положительные версии всего случившегося.
– Её предостаточно, чтобы прожить сутки, – переделал под свой весёлый лад Влад.
– Рано или поздно мы доплывём до места, где нет рыбы.
– У нас есть небольшой запас её в высушенном виде.
– Мы плаваем вокруг логова акул, – уже с трудом находя аргументы, выдохнула Света.
– Дважды мы от них отбились.
– Ещё один шторм может оказаться для нас смертельным.
– М-м. Дай подумать. – Парень посмотрел на рюкзак, затем на весло и снова на Свету. – Мы наблюдаем красоту природы. И она действительно великолепна! Я раньше никогда не замечал того, насколько она идеальна. Благодаря всему тому, что с нами случилось, мы видим этот мир таким, какой он есть на самом деле. И он шикарен! Не перестаю этому удивляться. Он действительно прекрасен. Мы никогда не сравнимся с её величеством и красотой, что бы ни предпринимали.
– Мы чуть не разбились на скалах! – боясь забыть этот важный минус и едва дождавшись, когда Влад остановится, быстро выпалила Света.
– Зато ты научила меня не бояться акул!
– Рано или поздно они привыкнут к нам и откусят головы, – сухо проговорила девушка и отвернулась от Влада, чтобы посмотреть на ровную гладь воды, на которой даже перестали образовываться хоть какие-нибудь волны.
– Да как ты это делаешь? – усмехнулся Влад. – Ты каждый мой плюс выгибаешь в минус! Пусть так! Плюсов у меня всё равно припасено ещё много.
– Например? Вот этими самыми фразами ты просто пытаешься выиграть время на раздумье, – вновь поворачивая голову в сторону Влада, пожала плечами Света.
– Да пожалуйста! Я услышал твой голос! – Света, слегка смутившись, отвела взгляд в сторону. – И, как бы мне ни казалось раньше, что если ты заговоришь, то голос твой будет, как у людоеда, это совершенно не так! Твой голос, он… Он красивый! – запнулся Влад, и если бы его лицо не было и без того красным от загара, то Света бы увидела, как он на этих словах побагровел.
– Нас никто не ищет, – сведя брови, отчеканила девушка, лишь бы убрать смущение от неожиданного комплимента одноклассника. – И это самый большой минус, который можно разделить на три таких.
– Ты этого не можешь знать точно! Поэтому оставим это как один минус. А вот мой плюс: я не только услышал тебя, я увидел твои глаза, которые ты постоянно скрывала.
– У нас заканчиваются спички и газ в зажигалке. Мы не сможем по ночам щёлкать огнём, чтобы привлечь какие-нибудь корабли или есть сырую рыбу.
– Именно такую рыбу мы едим в суши и роллах. Только тут без соли! – напомнил Влад. – Хотя за соль не ручаюсь… Я не знаю, в какой воде мы плаваем, и, возможно, соли здесь предостаточно… Не будем об этом… Теперь моя очередь. Мы загорели!
– Мы сгорели! – настойчиво поправила его Света.
– Это твой минус? – хмыкнул он. – Хорошо… Мы научились делать театр теней.
– Бессмысленная трата времени.
– Благодаря этому мы не подыхаем от скуки!
Так они и беседовали, пытаясь вспомнить всё то, что их окружало за всё время, пока они пребывали в воде. Это занятие, как они и предполагали, увлекло их настолько, что ребята не заметили, как стало темнеть. Каждый из них всё ещё находил плюсы и минусы, и никто не собирался проигрывать, и ведь просто из-за того, что не хотели оказаться неправыми. Никто из них не хотел проигрывать вот так просто, когда они ушли уже настолько далеко. И сейчас, пока день плавно переходил со дня на ночь, ребята, цепляясь за каждую мелочь, всё ещё продолжали свой спор.
– Нам повезло, что при взрыве попали в лодку, – изрёк Влад.
– А могли бы остаться рядом с кораблём и ждать спасения там, – слегка закатив глаза, фыркнула Света.
– Без этой лодки мы бы не прожили и дня! – настойчиво проговорил парень. – Именно её вёсла помогли нам отбиться от акул и наловить рыбу!
– На корабле, между прочим, были нормальные удочки. А тут пришлось заниматься самодеятельностью. Если бы я не взяла и половину из тех вещей, которые были в списке, мы бы утопли в первый же день. А если бы рюкзак не попал в лодку? Между прочим, это было вполне вероятно, потому что никто из твоих друзей даже не задумывался о важности всех тех предметов. А удочки были бы всегда под рукой.
– Корабль затонул, а лодка на плаву! Где бы ты искала эти удочки?
– Там у нас была бы надежда на спасение… – едва не плача, проговорила Света.
Влад, как бы ни старался, никак не мог найти ещё один плюс. Он не мог ни за что зацепиться, разглядывая первые звёзды на тёмном небе, пытаясь отыскать в них подсказки. Неужели проиграл? Неужели Света была права, когда говорила, что в их положении нет никаких плюсов? Неужели придётся это признать? Он, уже готовый произнести «я сдаюсь», посмотрел на девушку.
– Твои волосы отросли… – тихо проговорил Влад.
– Это твой плюс? – недовольно поморщилась она и тут же быстро собрала волосы за спиной. – Тогда он очень странный.
– Нет, – мотнул головой парень. – Это так, вне игры. Просто ты с пятого класса ходила с одной и той же причёской и ни разу её не меняла. Я уж думал, что они никогда не растут.
– Давай продолжим лучше игру, – прервала его Света.
– Сколько у тебя ещё минусов? Только честно.
– Ну, не знаю. Нужно подумать. – Света сделала вид, что задумалась, но на самом деле она уже давно хотела сдаться. – Есть ещё два. Но они последние.
– Значит, у нас ничья. У меня остался последний плюс, который я просто не хочу озвучивать. – Влад поджал губы. – Мы просто доказали друг другу сейчас то, что в любой ситуации можно найти и плюсы, и минусы.
– Если есть хотя бы один минус, на него обязательно найдётся плюс! – искренне улыбнулась Света, которая всё же заразилась в какой-то момент оптимизмом одноклассника и уже не хотела рыдать в три ручья, понимая свою никчёмность в том положении, в котором они находились.
– Хорошие слова. Нужно их запомнить, – кивнул Влад, пожалевший о том, что у них не было припасено какой-нибудь тетради и хотя бы простого карандаша. – Это может оказаться девизом в нашем маленьком лодочном мире.
– Ты сейчас в глубоком заблуждении. У нас не маленький мир, а, наоборот, огромный, – Света развела руками в стороны, рисуя ими в воздухе большой шар. – Ты только посмотри вокруг. Всё, что нас окружает, является только нашим. И если правильно воспользоваться этими дарами, можно прожить здесь не один год.
– Думаешь, мы сможем плавать тут несколько лет? – вопросительно вскинул брови парень.
– Да. Но при условии, что наша лодка не развалится, а нас самих не сожрут акулы, – звонко засмеялась Света, отчего Влад расплылся в нежной улыбке, ведь такой смех он ещё долго будет помнить как нечто чистое и прекрасное, наполняющее его жизнь.
Как бы ребята ни пытались доказать себе, что могут ещё долгое время находиться в лодке, это было не так. Каждый из них мечтал, проснувшись, увидеть берег. Любой берег, будь то какой-нибудь необитаемый остров с неизведанными животными или подобие скал, на которых живут аборигены. Они хотели постоять на земле, а не раскачиваться на волнах, хотели посмотреть на деревья, а не ломать глаза, вглядываясь вдаль, хотели отведать чего-нибудь ещё, кроме полусырой рыбы. Они желали, в конце концов, услышать хотя бы какой-нибудь крик пролетающей мимо птицы. Но, просыпаясь, ребята видели лишь ослепительно-яркое солнце в небе и безграничные синие дали.
Света и Влад в какой-то момент всё же окончательно перестали надеяться на то, что кто-то их спасёт. Они перестали надеяться на то, что смогут увидеть землю. Перестали надеяться на то, что смогут вернуться домой. Мысли, которые бередили их мозг постоянно, днями и ночами, уже не скрывались где-то в закоулках подсознания, они отчаянно вылезали наружу и не давали как следует спать по ночам.
– Что ты делаешь? – сонно потирая только что открывшиеся глаза после сна, спросила Света.
Влад ползал по лодке, высчитывая пальцами расстояние от одной стенки до другой. Парень не обращал внимания на то, как судно под его весом кренилось то в одну сторону, то в другую, когда он отползал от середины и спокойно продолжал заниматься своим странным делом, которое и заприметила пробудившаяся Света.
– Ну, раз нам не суждено увидеть землю, может быть, до неё смогут доплыть дети? – продолжая своё занятие, быстро отмахнулся Влад.
– Какие дети? – не поняла Света. – Где ты видишь здесь детей?
Влад, на секунду оторвавшись от измерения лодки и всё ещё держа руки наготове, изображая пальцами циркуль, внимательно посмотрел на девушку.
– Да. Здесь нет детей. И не думай, что я сошёл с ума, – чётко и внятно проговорил он. – Нужно их родить. Я уверен, что ты знаешь, как они появляются.
Света, подтянув к себе ноги, с каким-то страхом в глазах посмотрела на парня. Вот что-что, а быть сейчас изнасилованной ей как-то не хотелось. Да и почему он уверен, что дети смогут доплыть до берега, если даже им самим не суждено увидеть сушу? А вдруг они кружат на одном и том же месте, носимые течениями, которые бьют в одну точку?
– З-зачем? Зачем дети?
– Нужно как минимум двое. – Парень нахмурился и вновь склонился, продолжая делать странные, не понятные для Светы измерения. – Тогда они смогут справиться, – совсем не замечая неподдельный испуг девушки, продолжал Влад. – Мы обучим их всему тому, чему научились сами. Они смогут выжить, если мы вдруг погибнем. Лодка рано или поздно всё же доплывёт до какого-нибудь берега, но это может случиться слишком поздно. Вот детям мы и расскажем всё, что произошло, а когда они доплывут до берега, расскажут обо всём остальным.
– Что ты измеряешь? – Света попыталась увести разговор в другую сторону, но уже знала, что ответ будет связан с предыдущей темой.
– Это? – Влад мимолётно посмотрел на девушку, показывая руки, и опять опустился вниз. – Я смотрю, хватит ли места для двух детей. Им свойственно расти… – Света сглотнула, потому что намерения парня были больше, чем просто серьёзными. Он верил в свои слова с той силой, с которой верил в самом начале их путешествия, что они трупы. – Я тут подсчитал… Мы сможем за два-три года доплыть куда-нибудь, поэтому торопиться не обязательно. Но если тогда, через три года, мы не окажемся на каком-нибудь берегу, дети будут просто необходимы.
Света с облегчением вздохнула. У неё, оказывается, есть ещё целых два года вполне свободной жизни, прежде чем парень захочет воплотить свой план в реальность. Влад не собирался насиловать её прямо сейчас, что не могло не радовать. Он всего лишь примерялся, смогут ли дети выжить в таких диких условиях, в которых они находятся. И пока, судя по всему, у него всё складывалось очень хорошо.
Даже зная о том, что у неё есть ещё как минимум два года, какой-то осадок страха всё же засел в Светлане. Раз Влад начал об этом подумывать, он мог забыть о том, что нужно подождать пару лет. Именно поэтому Света быстро стала его сторониться. Она, как и раньше, когда сидела в классе в окружении успешных и самоуверенных ребят, пыталась не дотрагиваться до него, не смотреть в глаза и не разговаривать. Она вновь отстранилась. Она вновь стала меньше говорить, а иногда и молча показывать что-то рукой. Света практически перестала подходить к Владу. Она сидела в своём углу и, по обычаю, постоянно разглядывала горизонт. Влад не мог этого не заметить. Он уже понял, что сам был в этом виноват, понял, что очень сильно напугал её. И напугал он её не столько своими действиями, сколько словами.
«В следующий раз нужно думать, что говоришь! Дебил!» – в очередной, ничего не значащий день, наблюдая за спящей девушкой, думал про себя Влад.
Но Света не спала. Она не могла заснуть, пока не была уверена, что Влад тоже спит. А если она всё же и засыпала первой, быстро просыпалась от многочисленных и порой слишком часто повторяющихся кошмаров. В последнее время они были обычным делом, и из-за этого она практически не спала. Под глазами засели мешки, лицо осунулось, а сил удерживать удочку было всё меньше, и в основном рыбалкой занимался Влад. Даже его исхудавшее и заострившееся тело не казалось настолько изнемождённым, по сравнению с тем, какой он видел перед собой Свету.
Парень, видя, как Свете тяжело с каждым днём справляться со своим состоянием, уже привык, что удочка всегда у него. Влад привык, что девушка постоянно сидит в своём углу, и знал, что причиной в её отстранении был он сам, но почему-то верить в это отказывался. Ему всё казалось, что Света всего лишь устала, опустила руки, перестала верить в счастливый исход, на который они так надеялись в самом начале, но на этот раз всё же было что-то не так. Что-то другое поселилось во взгляде Светы, которая по обычаю спрятала голову в свой огромный капюшон и закрыла тело руками. Парень не видел никаких изменений в образе Светы, всё было как обычно, но он чувствовал назревающую проблему всем своим нутром.
– Рыбы нет… – пытаясь хоть как-то вывести девушку на лёгкий и непринуждённый разговор, в котором она хотя бы что-нибудь предложит для решения проблемы, проговорил Влад. – Скорей всего, шторм будет. Да и ветер слишком сильный.
Света ничего не ответила. Был где-то полдень, но она уже лежала на своей стороне лодки, едва видимая из-за огромного рюкзака, всё ещё разделяющего судно. Лишь её приоткрытые глаза свидетельствовали о том, что она не спит, а просто лежит, о чём-то глубоко задумавшись.
– Мне нехорошо, – глядя куда-то в пустоту через прикрытые веки, очень тихо проговорила она и поморщилась, когда Влад отрубил ножом голову маленькой рыбе. Этот звук как-то резко отдался в голове девушки и эхом раскатился по всему организму.
– Что, укачало? – усмехнулся парень.
– Н-нет… – она слабо приподнялась на дрожащих руках.
Влад с ужасом подметил то, насколько её лицо было бледным. Если не знать, что её нежная кожа лица давно сгорела на палящем солнце и превратилась из нежного в ярко-розовое с красными пятнами, можно было бы не бояться, но Влад знал. Он знал, что белое лицо вместо того самого красного могло означать лишь приближение смерти. И, оторвавшись от уже бессмысленного занятия, оставив искромсанную рыбу на днище лодки, Влад с осторожностью, стараясь не делать резких движений, которые бы могли напугать Свету, подполз к ней поближе и дотронулся до её лба. Его руку будто опустили в кипяток. Девушка горела заживо, но явно не хотела ему в этом признаваться. Подумав, что она либо дура, либо настолько лишена сил, что не может даже толком говорить, парень медленно опустил руку и с нежностью заглянул в глаза девушки.
– Ты вся горячая… – едва прошептал он. – Это совсем не хорошо…
Девушке действительно было плохо. Голова, раскалываясь на множество мелких частей, едва не рассыпалась, как мозаика. Глаза слезились и побаливали на свету. Горло драло, будто она проглотила кусок акульей кожи. Света не могла даже сесть – её трясло, потому что было холодно, а кофта, в которую она укутывалась, совсем не помогала.
– Лучше отойди от меня, – шёпотом посоветовала она Владу, который снял с себя тёплую кофту и накинул её на Свету.
– Ни за что! Если ты сейчас подохнешь от грёбаной простуды, я заколю себя удочкой! Это сделать будет сложно, но я постараюсь, – зло выкрикнул Влад, у которого на этот счёт теперь были серьёзные намерения.
– Не надо… – выдохнула девушка.
– Я вообще думал, что в океане нет болезней… – прислоняясь спиной к боковине лодки, стараясь как можно лучше разместиться рядом с девушкой, поведал Влад.
– Они есть везде, – едва слышно напомнила Света и поморщилась. – Вспомни, ведь на кораблях постоянно кто-то погибал от лихорадки… Или той же цинги…
– Ты не умрёшь! – прогромыхал Влад, которому совсем не нравилось ни состояние девушки, ни её мысли. – И, если понадобится, я буду кормить тебя насильно. Зная то, что ты захочешь пожертвовать собой, чтобы не окочурился я, свяжу тебя и буду кормить. Твоя жизнь стоит больше, чем моя.
– Неправда…
– Правда! – уверенно произнёс Влад, которому захотелось как следует стукнуть кулаком по боку лодки, но он быстро передумал, потому что это могло напугать Свету. – Без тебя я не прожил бы и дня в этой лодке. Ты спасла мою никчёмную жизнь тогда, а я спасу твою жизнь сейчас. И если понадобится, отдам свою вместо твоей.
Как бы Влад ни старался, с каждым новым днём Свете становилось только хуже. Её болезнь была в самом разгаре, она кашляла беспрерывно минуты две так сильно, что Владу самому становилось нехорошо. Голова девушки болела настолько, что Света периодически взвывала, уже не боясь рядом сидящего с ней парня. Слабость оковала её тело целиком и бесповоротно, из-за чего она не могла даже глазом моргнуть, не то чтобы пальцем пошевелить, но Влад всё же не сдавался. Ночами он ловил рыбу, пока Света с трудом засыпала на каких-то несколько часов, а то и минут, а потом сидел с ней, пытаясь что-то рассказать, чтобы она забыла о боли, которая пронизывала всё её тело. Но боль не отступала даже тогда, и Влад, зная, что ей нужно как-то восстанавливать свои силы, давал Свете поесть и попить. И воды он преподносил не одну крышку, как они и договаривались, а три или даже четыре. Вода сейчас была необходима девушке гораздо больше, чем ему самому. Как бы Света ни пыталась от неё отвернуться, Влад всё же умудрялся залить жидкость в её рот, а после уже и выплёвывать обратно было бессмысленно, ведь тогда вода точно пропадёт напрасно. Света сейчас была очень сильно схожа с маленьким капризным ребёнком, который не хотел вообще ничего.
– Знаешь, чего я сейчас хочу больше всего? – осторожно, боясь, что голова вновь пойдёт кругом, спросила Света, когда ей стало немного легче.
Влад, прижимая к себе девушку, прислоняясь к её горячему лбу губами, задумался. Он вполне знал, чего может хотеть больной человек, потерпевший кораблекрушение и уже целую вечность плавающий на лодке, но почему-то ему казалось, что Света не была тем нормальным человеком, который желает банальных вещей.
– Горячего чая? – предположил он, на долю секунд отрывая губы ото лба девушки.
– Нет… Полную его противоположность. – Света слабо улыбнулась уголками губ. – Я хочу мороженое.
– Странно… – хмыкнул Влад.
– Почему? – она приподняла голову, чтобы видеть его лицо, которое тут же оказалось слишком близко, но не стала отстраняться, как это бывало раньше.
– С больным горлом и мороженое? Как-то совсем не сочетается. – Он тоже улыбнулся.
– Как раз наоборот. – Света вновь устало уронила голову на плечо парня. Сил всё ещё было недостаточно, чтобы удерживать тело в нормальном положении. – Оно мягкое и не царапает горло. Я не говорю, что хочу какого-то супер-пупер. Хочется обычного пломбира.
– Я бы тоже от него сейчас не отказался, – с лёгкостью вспоминая вкус мороженого, которое ему в детстве покупали родители, Влад глубоко вздохнул. Не было уже ни родителей, ни мороженого, которое ему так нравилось, но оставались воспоминания, которые могли наполнить его странной радостью былых дней. – Мы слишком долго плаваем по жаре. Хочется чего-то холодного. Но не погоды. Если наступят холода, мы не сможем закутаться двумя кофтами.
– Это точно, – подтверждая его слова, кивнула Света.
На следующий день Свете, на удивление Влада, стало ещё хуже, чем до этого. Кажущееся благополучие было всего лишь предсмертной иллюзией или, как подумал парень, шуткой самой Смерти, которая стояла за их спинами и всего лишь ждала удобного случая. Света не просыпалась, чем неслабо напугала его. Её не могло разбудить ни яркое солнце в небе, ни возглас парня, что приближаются акулы. Конечно, их не было, но ему пришлось это сказать, потому что она без какого-либо движения лежала недалеко от него и с трудом дышала. Влад очень боялся, что Света умрёт. Он боялся, что она умрёт вот так просто, на раз, словно её тут и не было. Парень никак не мог поверить в то, что вот только что Света вроде бы разговаривала с ним, а мгновение спустя будет лежать бездыханным телом.
Влад, медленно подползя к девушке, уселся рядом. Он дрожащей рукой дотянулся до её плеча и, пытаясь разбудить, аккуратно растормошил Свету. Лишь через несколько минут его отчаянных попыток вывести девушку из сонного состояния она с трудом приоткрыла слипшиеся глаза.
На этот раз Света спокойно могла сказать Владу, что её укачало. Её жутко мутило. Было чувство, будто желудок пытался первым покинуть её организм, не забыв прихватить с собой мозг, который давно превратился в кашу. Света хотела сказать парню всё, что с ней происходит, но не могла. Как только она приоткрывала рот, глаза тут же впадали куда-то внутрь глазниц из-за невыносимой боли, а голова сильно западала назад, словно кто-то, держа её двумя руками за виски, специально пытался оторвать.
Но парень не сдавался. Он сидел рядом, крепко прижимая девушку к себе и мягко раскачиваясь с ней взад-вперёд, что-то шептал ей на ухо. Влад и сам уже не знал, что он шепчет девушке, не знал, зачем, не знал, почему, но продолжал это делать, а из глаз катились слёзы отчаяния. Он не собирался отпускать её просто так. Он не собирался отдавать её Смерти. Но вот сама Света уже давно сдалась. Она хотела побыстрей умереть, чтобы закончились все эти муки, но именно Влад не давал ей покинуть этот мир, постоянно что-то спрашивая и пробуждая её от глубокого сна. Девушка и рада была бы уже покинуть этот бренный мир, но Влад держал её здесь цепкой хваткой, слёзно умоляя Смерть не забирать её у него.
Очередная тревожная ночь, ощущение безысходности и отчаяния с маленькой надеждой на какое-нибудь спасение. Ребята лежали в лодке валетом, хоть перед этим Влад и старался не выпускать девушку из рук. Ему всё казалось, что сделай он это, она перестанет дышать, но Света, сама того не подозревая, продолжала бороться с недугом. Девушка спала тихо, иногда покашливая, что говорило Владу о том, что она ещё жива. А вот Владу не спалось. Он очень сильно боялся заснуть. Парень думал, что если сейчас заснёт, то наутро увидит лишь остывающий труп по другую сторону от него. И сейчас он не переставал наблюдать за Светой, готовый в любой момент подорваться с места и растрясти её, чтобы она не думала умирать. При малейшей тревожной ситуации он тут же готов был подскочить к ней и вытащить с того света. И Владу уже было всё равно на то, насколько осунулось и его лицо. Ему было плевать на своё обезвоживание, на свой волчий голод, на свою внешность. Ему хотелось, чтобы Света была жива, и он готов был действительно пожертвовать собой, чтобы спасти её.
Была, как и всегда, тёмная звёздная ночь, но Влада на этот раз не покидало чувство, что это конец. Он, успев задремать, медленно открыл глаза, словно ожидая увидеть перед собой неведомые дали или врата в загробный мир. Вроде бы ничего не изменилось. Видимо, проспал он совсем немного, но что-то его всё-таки тревожило, не оставляя беспокойство, которое было на душе, далеко позади от того места, где они были сейчас. Но вот что его тревожило? Что заставило проснуться, открыть глаза и вглядываться в темноту? Глубокая, тёмная ночь, на чёрном небе яркие звёзды. Слабые волны, которые продолжали мирно, словно детскую колыбель, раскачивать лодку. Света лежала всё в том же положении, как и до того, когда Влад задремал, но она почему-то не кашляла. Вот что насторожило парня. Девушка, которая заходилась сильными приступами нещадного кашля, сейчас лежала совершенно тихо и неподвижно, подложив одну руку под голову, а вторую под живот.
Влад, дотянувшись до руки девушки, с опаской до неё дотронулся. Она была холодной, как лёд. Если где-то часом ранее Света была горячей, словно горела на костре, то сейчас она была ледяной, словно кто-то заковал её в ледяной куб. На глаза парня сразу же навернулись неожиданные для него слёзы сожаления. Он, не вставая, с силой сжал руку девушки в своей и зажмурился.
– Прошу, не умирай… – не сдерживая слёз отчаяния, просипел он. – Пожалуйста, не оставляй меня одного…
Но Света не отвечала. Владу ничего не оставалось, как закрыть глаза и тоже ждать своей смерти. Он знал, что прожить одному в этой лодке ему не удастся. Он не справится ни с одним погодным явлением без Светы. Да, он знает азы, да, он знает то, как ловить рыбу и вязать морские узлы, но разве одному возможно выжить в таких условиях? Разве без Светы он может в этом мире хоть что-нибудь? Нет. Он полный ноль, особенно сейчас, когда девушка угасла прямо на его глазах.
Всё ещё сильно сжимая руку Светы, Влад вдруг осознал, что они, спасаясь от ужасной участи, помогали друг другу. Если бы не Света, он бы давно умер, так и не узнав, как вязать крепкие узлы, как добывать чистую воду или как уйти от опасных акул. Но при этом он осознал, что девушка, зная всё это и без него, всё же нуждалась в нём. Она бы не смогла тогда закрыться в одиночку надувной лодкой и удерживать её всю ночь, чтобы не утонуть. Она бы не смогла в одиночку ловить рыбу, она бы не смогла в одиночку уплывать от акул через скалы, потому что попросту не имела глаз на затылке. Но почему-то парню в итоге показалось, что Света была гораздо проворнее, чем он сам. Она бы выжила… Если бы не заболела…
Влад, сквозь гул в ушах где-то вдалеке услышав приближающийся звук, не сразу понял, откуда он доносится. Его разум был затуманен от горя, и он мало что сейчас соображал. Звук, который настойчиво приближался, всё же заставил парня приоткрыть глаза. Всё то же звёздное небо. Бесконечные просторы Вселенной с её нескончаемым запасом то рождающихся, то умирающих звёзд немного успокоили парня, и он, разглядывая эти просторы, хотел лишь стать единым целым с природой. Он хотел умереть, чтобы больше не чувствовать душевную боль, сковавшую всё его тело. Его изнутри раздирало на части, но снаружи он продолжал быть холодным. Влад не двигался и почти не моргал, а яркие крупные звёзды отражались в его тёмных глазах таинственным блеском.
Звук работающего мотора не заставил его ни встать, ни закричать. Ему было уже всё равно, кто проплывает рядом и кто пролетает мимо, но яркий свет, который стукнул ему в уже закрывшиеся было глаза, заставил вновь их распахнуть. Над ним висел вертолёт. Самый обычный вертолёт, пилоты которого каким-то чудом заметили лодку в кромешной мгле.
Два человека, которые спускались к ним по выкинутой из вертолёта лестнице, попытались отцепить руку Влада от Светы, но у них получилось это с большим трудом. Парень не хотел её отпускать. Он чувствовал себя виноватым за её гибель. Он чувствовал, что мог сделать гораздо больше, чем делал на самом деле, но знал, что мыслями Свету уже не вернуть. Влад всё ещё цеплялся за холодную неподвижную руку девушки цепкой хваткой, поэтому мужчины долго не могли их разомкнуть, и когда у них всё же это получилось, парень, не ощутив её руку в своей ладони, стал нащупывать ближайшее пространство, чтобы вновь почувствовать такой привычный ему холодок.
«Неужели для того, чтобы нас нашли, кому-то нужно было умереть?» – подумал про себя Влад, когда двое мужчин попытались что-то у него спросить, раскачивая и без того качающуюся на волнах лодку. Но он ничего не хотел слышать и видеть. Он был убит горем и хотел сейчас лишь одного – тоже умереть. Умереть, чтобы увидеть Свету на небесах и сказать ей «прости…»
Он не помнил, как тем двум людям удалось затащить его в вертолёт. Не помнил, как они долетели до суши, не помнил и того, что происходило дальше. Но Влад хорошо помнил момент, когда они пытались увезти Свету. Он не дал этого сделать, вцепившись в неё как ненормальный. Парень обхватил её обездвиженное, висящее мешком тело с такой силой, что двум взрослым крупным мужчинам не удавалось их разъединить. Влад даже не задумывался, что они были уже на суше, не задумывался, что его могут увидеть друзья. Он не хотел отпускать от себя девушку уже никуда. Влад не замечал ни слёз, которые безвольно катились по его лицу, ни всхлипов, которые не давали ему нормально дышать, ни возгласов посторонних людей, которые всё ещё пытались у него что-то спросить. Он сидел на голой земле, прижимая к себе Свету, и рыдал, как маленький мальчик, у которого собирались отнять любимую игрушку, чтобы отдать её другому ребёнку.
Вроде бы нужно радоваться тому, что он наконец-то выбрался из воды и может насладиться обычной пищей, деревьями, домами, о которых так давно мечтал, музыкой, в конце концов, но ему сейчас было на всё это плевать. Как бы его ни пытались увести в противоположную сторону, туда, где маячило небольшое одноэтажное здание, люди всё же махнули рукой и, отойдя, оставили его сидеть рядом со Светой. Они, как понял Влад, собирались в скором времени вернуться, чтобы отобрать у него последнюю надежду на чудо, но он не собирался сдавать своих позиций.
Света, почувствовав, что лежит на чём-то мягком, не похожем на днище лодки никаким образом, открывать глаза всё же не торопилась. Она любила сперва прислушиваться к окружающему её пространству, чтобы выяснить обстановку, а уж затем открывать глаза. Сейчас она тоже не собиралась нарушать свои традиции и поэтому, чуть сдвинув неворочающуюся руку в сторону, стала прислушиваться.
Девушку окружало не так много звуков, но это были не вода, не скрип деревянной лодки и не какие-нибудь движения Влада. Это были даже не волны, разбивающиеся о бока судна, или ветер, предвещающий шторм, который привычно раскачивал их маленькое судно. Всё почему-то прекратилось. Всё было совсем не так, как привыкла ощущать Света по утрам в последнее время.
Глухие звуки голосов доносились откуда-то справа. С противоположной стороны слышались звуки улицы: пение голосистой птицы, многочисленные смутно понятные для восприятия разговоры, далёкий шум автомобилей и их же гудки. А там, где лежала Света, что-то омерзительно однообразно пищало. Размеренно, с одинаковыми промежутками, но при этом заглушая все остальные звуки, которые доносились до ушей девушки с разных сторон. И даже несмотря на всё многообразие звуков, окружающих её, было всё ещё тихо. Не так, как в воде, а так, как на суше.
Девушка очень медленно, боясь сделать даже вздох, приоткрыла глаза. Первое, что она увидела – невысокий потолок. Кое-как повернула голову. Это сделать ей помешали несколько трубочек, которые тянулись к лицу, и сильно затёкшая и, кажется, немного опухшая шея. Ощущения, которые испытывала сейчас Света, были малоприятными, но её радовало то, что перед ней не было бескрайней воды и деревянной лодки.
Она была в небольшом помещении, заполненном всего лишь кушеткой, на которой лежала, несколькими тумбами и маленьким окном по левую сторону от неё, за которым и слышались такие приятные, но всё ещё непонятные людские голоса. Света теперь знала точно, что была не в лодке. Она была на суше, на настоящей земле, где можно было встать в полный рост, не боясь рухнуть в воду. Света была там, где можно было не бояться, что закончится питьевая вода или еда. Неужели их спасли? Повернув голову, насколько это было возможным, в сторону предполагаемой двери, Света увидела дремлющего на белом пластмассовом стуле Влада и улыбнулась уголками губ. Сил всё ещё не было, но для улыбки, такой искренней, тёплой и нежной, предназначенной только для парня, она сил не пожалела.
Влад, услыхав какую-то возню неподалёку от себя, быстро, словно и не спал, распахнул глаза и тут же увидел проснувшуюся Свету. Он тоже не смог сдержать улыбки, ведь ещё несколько дней назад считал её мёртвой. Он улыбнулся не так, как Света, он расплылся в лучезарной, светящейся улыбке, показывая то, насколько он был поражён случившимся чудом.
– Мы в раю или аду? – увидев, что он проснулся, тихо прошелестела Света, чьё горло, оказывается, до сих пор сильно жгло и саднило.
– Я ещё не решил… – Влад, боясь побеспокоить девушку своими случайными прикосновениями, всё же наспех встал со стула, подошёл ближе к ней и сел рядом. Он всё ещё помнил, как она совсем недавно была напугана именно этим. – Здесь очень красиво и оказывают лечение. Это можно отнести к раю, но я не понимаю ни слова из того, что они произносят. А это уже можно считать адом.
– Может, это латынь? – сухо, закашлявшись и поморщившись от боли, предположила Света.
– Если бы я знал хоть слово на латыни, то смог бы это понять! – усмехнулся он, а потом, виновато опустив взгляд на её руку, высунутую из-под белого покрывала, к которой также шла тоненькая трубочка, как-то резко сник. – Я думал, что ты умерла… Ты не дышала и была ледяной…
– Я так понимаю, это больница? – смутившись признанием парня и не зная, как на него ответить, поинтересовалась Светлана.
– Да-а… – протянул он, словно сообразив, что следует перевести разговор на другую тему. – По крайней мере, так кажется.
Света, которая никак не могла оторваться от лица Влада, опять попыталась улыбнуться. Она помнила, как в лодке парень пытался под конец притупившимся ножом сбрить свою отросшую щетину, из-за которой часто чертыхался, и видела сейчас, что он всё же получил своё. Его ровное и гладкое лицо теперь сияло от счастья, но Света никак не могла поверить, что Влад рад именно тому, что она жива, а не тому, что наконец-то сбрил свою колючую бороду.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
