Страница 4 из 10
Мастеринг: Кен Скотт.
Студии: «EMI», «De Lane Lea», «Sound Techniques».
Визуальное оформление: Hipgnosis.
Даже спустя несколько месяцев после 6 апреля – дня, когда был выпущен вполне однозначный пресс-релиз о выходе Сида Барретта из состава Pink Floyd – иллюзия квинтета сохранялась. (В то время как «пятый» если порой и разделял единое пространство с командой, то лишь в качестве зрителя на её концерте. Чаще всего стоя у сцены и полным укора взглядом вселяя в нового фронтмена чувство острой вины.) Наиболее весомую роль в поддержке этой иллюзии сыграл LP «A Saucerful of Secrets», материал которого записывался с августа 1967 года по апрель 68-го. Он стал единственным программным альбомом, включающим авторский и исполнительский вклад всех участников Epic Five.
К счастью, уже в самом начале актив Pink Floyd не был достоянием лишь одного автора. Этот фактор вкупе с небольшим, но заметным вкладом Сида в «A Saucerful of Secrets» способствовал проникновению в альбом элементов уже откатанной эстетики. Тем более что талант Дэвида Гилмора ещё не был раскрыт в должной мере и основой пластинки стали сочинения Роджера Уотерса и Ричарда Райта.
Находясь ровно посередине между раскрепощённостью авангарда и более солидным материалом, «A Saucerful of Secrets» развивается в этих двух плоскостях, местами довольно отчётливо перекликаясь с последующим творчеством Pink Floyd, вплоть до «The Endless River». И хотя в 68-м группа ещё не созрела для полномасштабной концепции, одноимённая альбому сюита, мастерски соединяющая четыре разные темы, стала добротным шагом и в данном направлении.
Личности музыкантов, причастных к отдельным партиям из «A Saucerful of Secrets», до сих пор остаются под вопросом. Известно, что на самых ранних репетициях Барретт играл в «Let There Be More Light», «Corporal Clegg» и «See Saw», но нет никакой уверенности, что в вариантах этих песен, попавших в альбом, присутствует его гитара. (На последнем этапе микширования, проходившем в мае в лондонской студии «EMI», многие из ранних дублей были отсеяны и заменены на более удачные поздние.) Кроме того, все основные источники, включая книгу самого Ника Мэйсона, по сей день сообщают, что ударные и бэк-вокал в «Remember a Day» принадлежат Норману Смиту. Однако стиль игры в этой песне абсолютно соответствует Нику, да и второго вокалиста там нет, тогда как в «See Saw» и перкуссия нетипична для группы, и на бэке, кроме Гилмора и самого Райта, слышно ещё один, «чужой» голос. Похоже, в данном случае мы имеем дело с одним из тех ляпов, которые даже авторитетные историки предпочитают просто тиражировать, не утруждая себя собственным аудиальным анализом (подобно «ленивым» энтомологам, долгое время «верившим» в муху с четырьмя лапами). Подтверждением такого предположения можно считать и фонограммное «исполнение» «Remember a Day» для французской телепрограммы «Samedi et Cmpagnie», где Мэйсон без проблем имитирует оригинальную партию (снимали 6 сентября 68 года, впервые транслировали – 21-го), и живые выступления нынешнего века. (Более того, согласно Ли Харрису, гитаристу из Nick Mason's Saucerful of Secrets, его босс признал, что за давностью лет вполне мог перепутать названия.)
Большая часть LP была записана в «EMI», и вновь основным продюсером стал Смит, уступив группе лишь заглавную композицию. Похоже, на его же счету и большая часть экспериментов с панорамированием, превративших буйство ползущих и мечущихся звуков в концептуальный ход стереоверсии.
Выпущенный одновременно «A SAUCERFUL OF SECRETS» (MONO) включает некоторые отличия от стерео, заметные даже при фоновом прослушивании:
«CORPORAL CLEGG». Можно расслышать несколько отличий в миксе.
«SEE SAW». Большая часть вокала расположена ближе.
«JUGBAND BLUES». Здесь разница отчётливо уловима в срединной зарисовке. В частности, не использован скэт автора.
«A Saucerful of Secrets» послужил началу сотрудничества Pink Floyd с дизайнерской командой Hipgnosis, ведомой кембриджским приятелем флойдов Стормом Торгерсоном. Именно Сторм в будущем визуализирует их классику «коровой», «призмой», «горящим человеком», «кроватями» и прочими уникальными образами. Обложка второго альбома Pink Floyd уже содержит признаки эпическо-ребусного стиля, который станет характерным для дальнейших работ гениального Торгерсона и его основного коллеги, талантливого Обри «По» Пауэлла. Стремясь создать завораживающую круговерть астральных и космических картинок, Сторм и Обри взяли за основу один из культовых комиксов «Marvel», посвящённых Доктору Стрэйнджу (иллюстратор Мэри Северин, выпуск «Strange Tales #158», июль 67-го). С трудом различимые Доктор и Волшебник, схема трансформации Земли от момента создания до появления материков, а также некоторый невнятный натюрмортный и пейзажный наполнитель – всё это будто бы кружится около маленького командного портрета участников группы. Флойды сидят на берегу реки или озера, причём лишь вчетвером, без Сида. Аморфное, снообразное фото обрамлено линией, повторяющей очертания круглого аквариума. Обратную сторону обложки украсили наложенные друг на друга чёрно-белые портреты группы, стилизованные под карандашный эскиз.
«LET THERE BE MORE LIGHT» Роджера врывается пульсирующим басом, к которому подключаются тарелки и «восточные» клавишные. Постепенно инструменты расползаются по динамикам, как бы предвосхищая вокальную стереоперекличку. Возникая справа, Райт и шёпотом подпевающий ему Уотерс под ритм в стиле детской считалки исполняют куплеты. Гилмор сменяет их в экспрессивных припевах, появляясь с противоположной стороны. Скорее всего, песня, которую репетировали ещё при Барретте, в данной версии не содержит его гитары и вокала.
Центральный образ текста – посадка НЛО на военно-воздушной базе в Милденхолле, расположенной неподалёку от Кембриджа (Великобритания). Строчки «Carter's father saw him there / And knew the Rull revealed to him / The living soul of Hereward the Wake» («Отец Картера видел его здесь / И знал, что Рулл показал ему / Живую душу Хереварда») отсылают к творчеству североамериканского фантаста-идеалиста Альфреда Элтона ван Вогта с его рассказом «The Rull», а также – к реальному историческому персонажу Хереварду, который в XI веке был лидером англосаксонского сопротивления норманнам. Что касается Картера, то Мэйсон настаивал, что здесь имеется в виду отец Иена «Пипа» Картера, одного из наиболее эксцентричных персонажей кембриджских «кислотных» тусовок. (Иен иногда работал на группу как оператор по свету и как роуди, не сумев, однако, проявить себя с наилучшей стороны. Почему в качестве одного из героев песни Роджер выбрал родственника своего приятеля – не ясно. Возможно, повлияла некая незабываемая история от Картера-младшего.) Наиболее явный иронический штрих в текст привносит появление знаменитой Люси из битловской фантазии «Lucy in the Sky with Diamonds», которая в ту пору считалась аллегорией наркотических видений.
Завершается песня джемом с двумя гитарными соло Гилмора, подкреплённым беспрестанной игрой со стерео.
Исполнялась группой с февраля по ноябрь 68 года. В 18 и 19 годах входила в сольный репертуар Мэйсона.
После паузы диск продолжает одна из наиболее известных песен Райта «REMEMBER A DAY», записанная в октябре 67-го в студии «De Lane Lea» и сохранившая в аранжировке слайд-гитару Барретта.
Мелодически композиция соединяет минор и мажор, тонко коррелируя с текстом, заряженным острой ностальгией по детству. Один из интересных моментов микса – выразительное стереоперемещение вокала на фоне инструментальной части, представленной в чистом моно. Оттенок иронии привносит проигрыш с характерным для раннего творчества Pink Floyd вычурным скэтом. Голос автора варьируется в унисон с общей полиритмией: от завышенных тембров до округло-баритональных и наоборот.
Скорее всего, в ранние годы «Remember a Day» минула живых выступлений группы. В 2008 году в шоу Джулса Холланда Дэвид и его группа исполнили отличный кавер песни в качестве посвящения ушедшему Райту. Ещё одна версия была представлена на закрытом вечере памяти автора, при участии Мэйсона, Гилмора и нескольких близких к Рику музыкантов (точная дата нигде не указывается). В 19-м и 22-м композиция входила в сет-листы группы Nick Mason's Saucerful of Secrets.
«SET THE CONTROLS FOR THE HEART OF THE SUN». Большая часть дорожек для этого сочинённого Роджером ноктюрна была записана ещё в августе 67-го в студии «EMI». Завершили работу уже при участии Дэйва. Так что здесь, скорее всего, присутствует вся пятёрка. Басовая линия – не что иное, как электрогитара Сида на максимально заниженном тембре. По признанию Ника, ритм композиции позволил ему сыграть в стиле «Blue Sands» Чико Гамильтона из фильма «Джаз в летний день» («Jazz on a Summer's Day», США, 1959 год). Впрочем, этот риффинг мало отличается от использованного в предыдущей песне.
Сочиняя слова, Уотерс ориентировался на переводы пейзажной поэзии таких древнекитайских авторов, как Ли Хо (791–817) и Ли Шанг-Инь (812–858). Титульная фраза перекликается с «Remember a Day», где звучит риторический вопрос: «Why can't we reach the Sun?» («Почему мы не можем достичь Солнца?»). Название и идея «солнечного самоубийства» заимствованы у прославленного мастера научной фантастики Майкла Муркока, из его романа «Fireclown» («The Winds оf Limbo»). И уже здесь присутствует метафорическая (если не Великая Китайская) Стена. (В разных изданиях альбома текст «Set the Controls…» печатается с двумя разными словами в первой строке третьего куплета: «waves at the Wall» («машет на Стене») и «raves at the Wall» («атакует Стену», «безумствует у Стены»). С выходом DVD «Live at Pompeii» в 2003 году появился и третий вариант – «arrives at the Wall» («достигает Cтены»).)
«Восточная» пульсация, звон цимбал, нити клавишных эффектов, трансовые, лишённые конкретики строки, которые автор произносит полушёпотом – всё это рождает в воображении некое сумрачное Царство, где герой пытается постичь мудрость самоотдачи. Дополнительный толчок воображению – крики чаек, взятые из фонотеки «EMI».
«Караванное» настроение «Set the Controls…» не оставит группу и будет неоднократно использовано как в ранний период («Careful with That Axe, Eugene», «Main Theme», «Dramatic Theme», «The Narrow Way (Part 2)»…), так и в солидные времена («Another Brick in the Wall (Part 1)», «Round and Around», «Eyes to Pearls»…).
В течение более чем шести лет – с июля 67 года до октября 73-го – «Set the Controls for the Heart of the Sun» была одним из основных концертных номеров команды. Композиция является единственной ранней работой Уотерса, разнообразившей сет-листы большей части его сольных турне, начиная с 84 года и вплоть до 16-го. С 18 по 22 год на постоянной основе исполнялась командой Мэйсона. Три раза была представлена Роджером и Ником вне Pink Floyd: 26 и 27 июня 2002 года на концертах третьего раунда турне «In the Flesh» и 18 апреля 19-го – в шоу Nick Mason's Saucerful of Secrets.
«CORPORAL CLEGG» – ещё одна песня авторства Уотерса, которую Мэйсон в будущем назовёт «юмористическим предшественником «The Gunner's Dream». Возможно, это первый опус Pink Floyd, чётко направленный в социально-антивоенную плоскость: ядрёный замес рока и фолка со словами о герое-инвалиде Второй мировой войны и его взаимоотношениях с женой и правительством не имеет ничего общего с только что прозвучавшим эмбиентом. Разухабистая аранжировка с ревущей гитарой, насыщенной перкуссионной работой и духовыми от Stanley Myers Orchestra – явный камень в огород ура-патриотизма. В данном случае – британского, на что указывает назойливая игра Гилмора на народном инструменте казу. Колючесть и сарказм усилены выразительным вокалом Дэйва и Ника: первый поёт с подчёркнутым пафосом, второй – ёрничает в поистине клоунской манере. (На бэк-вокале, вероятно, Рик и Роджер.) Интересно, что гитарный рисунок Гилмор почти вчистую снял с партии Барретта, так как песня была написана и отрепетирована ещё до того, как первый присоединился к команде.
В самом конце слышно бормотание Нормана: «Git yore hair cut!» («Бегом стричься!») – одна из тех внутренних шуток группы, чей истинный смысл доступен лишь узкому кругу «посвящённых». Композиция прерывается на шумах боя, голосах и вое сирены.
(Известно, что «Corporal Clegg» планировали выпустить в качестве сингла в начале 68 года. (В архивах по сей день ждёт своего часа монофонический сингловый микс трека.) Но, скорее всего, Смит как продюсер настоял на использовании «It Would Be So Nice» авторства Райта, что ощутимо хлестнуло по самолюбию Уотерса.)
На концертах, с большой вероятностью, не исполнялась.
Эту тетралогию четыре автора группы сочинили уже после ухода Сида. Она же является одной из первых композиций Pink Floyd с копирайтом Дэвида. По всей видимости, некоторые эпизоды были записаны в «Sound Techniques» в начале 68 года. По крайней мере, вокалистка Fairport Convention Джуди Дайбл вспоминала, что после одной из сессий Pink Floyd из строя был выведен студийный рояль. А к таким последствиям в ту пору с наибольшей вероятностью мог привести джем на тему «Syncopated Pandemonium».
Двенадцатиминутное полотно стало для растущих творцов значимым пунктом на пути к освоению крупной формы и даже симфонизма – составляющих, в той или иной мере свойственных подавляющему большинству альбомов Pink Floyd. Изрядное количество мрачных красок и шума сменяется возвышенным клавишным финалом, отражая генезис жестокого противостояния и его последствия: назревающая ссора, грянувший бой, печаль, просветление. Любопытно, что группа ориентировалась на архитектурную альтернативу нотной грамоте – графическую схему, созданную Роджером и Ником в виде чертежа из пиков и плоскостей.
Названия для отдельных частей сюиты группа впервые опубликовала только в рамках альбома «Ummagumma». Однако для удобства анализа мы используем их уже здесь:
«SOMETHING ELSE» – угрожающее начало конфликта, тёмные эмоции медленно, но неуклонно ползут к точке кипения. В аранжировке преобладают гнетущие, низкие шумы гонга, дополняемые загадочными звуками, которые, возможно, принадлежат духовому инструменту.
В основе «SYNCOPATED PANDEMONIUM» лежит закольцованный на плёнке брейк Мэйсона, возглавляющий инструментальную канонаду (безупречная концертная игра Ника доказала, что эта сложная своим интенсивным однообразием партия может быть представлена и без студийного монтажа, причём и с большей скоростью). Второй акцентированный инструмент – гитара: Гилмор отчаянно елозит по струнам микрофонной стойкой, нагнетая пугающую атмосферу. Райт при этом нещадно «избивает» клавиатуру рояля. Битва в разгаре.
С начала восьмой минуты и до середины девятой музыка представляет собой гармоничный грохот, плавно вытекающий из второй части. Это – «STORM SIGNAL» – предпоследнее звено в цепи. Битва угасла. В самом конце Дэвид оставляет клеймо мастера в виде воющего слайдового звука, который как бы возвещает переход к новому сегменту.
Финал – проникновенный готический реквием «CELESTIAL VOICES» – унисон всепоглощающих клавишных, «симфонического» слайда и характерного вокализа от Гилмора и Райта. Здесь Ричард использует настоящий церковный орган «Альберт-Холла».
Нелишним будет отметить, что идея движения от хаоса к гармонии сквозь тернии ошибок в дальнейшем станет основой ряда флойдовских сюит и альбомов. И в этом смысле «A Saucerful of Seсrets» послужила своеобразной терапией против поспешной негативной оценки таких сюжетов, как в «Echoes», «The Wall» или «Broken China», где суровые, порой пугающие темы – вовсе не ода тяготам, а лишь необходимые элементы контекста.
С мая 68 года до сентября 72-го «A Saucerful of Secrets» оставалась одним из основных концертных номеров группы, нередко звуча в масштабе полноценной сюиты, длившейся 20 и более минут. В 87 году рассматривался вариант включения композиции в сет, но от этого выбора отказались в пользу более «зрелого» материала. На четырёх майских концертах 18 года Ник со своей группой играл лишь «Celestial Voices», однако уже через четыре месяца частью их сольной программы стала полная версия сюиты. С тех пор (будучи титульной для Nick Mason's Saucerful of Secrets) композиция целиком исполнялась на каждом их концерте.
В самом мелодичном треке альбома «SEE SAW» убаюкивающая как движение больших качелей музыка и соответствующий текст передают настроение лучших моментов детства. Впрочем, не обходится и без рваных отступлений, усиленных выразительными стереоходами. Поёт Райт – автор композиции. Особенности аранжировки – своеобразная перкуссия Смита (Мэйсон не сумел сыграть в нужной манере) и его же бэк-вокал. Вокализ Дэвида (плюс Ричард?) и псевдоскрипичные пассажи слайд-гитары выдержаны в духе «Celestial Voices». Как и в случае с первой и четвёртой песнями альбома, в окончательном миксе «See Saw», скорее всего, звучит только гитара Гилмора, хотя Барретт успел приложить руку к аранжировке.
На концертах не исполнялась.
Финал альбома – грустный автодиагноз Сида в виде песни «JUGBAND BLUES», записанной в октябре 67-го в студии «De Lane Lea» наряду с «Remember a Day». Немного нервная мелодическая линия довольно быстро сменяется хаотичной звуковой картинкой, где вовсю разворачиваются приглашённые мастера духовых из Salvation Army Band, а Сид до потери дыхания выдаёт скэт в виде «ла-ла-ла-ла-ла». После трек возвращается в ровное бардовское русло. Вокал автора – в начале бодрый – в финале становится подчёркнуто притихшим, как бы усталым. Барретт явно прощается. И это не игра, не розыгрыш, он навсегда уходит как участник Pink Floyd. «And what exactly is a dream? / And what exactly is a joke?» («А что в действительности есть мечта? / А что в действительности есть шутка?»)
На концертах не исполнялась.
Удивительно, но только на родине «A Saucerful of Secrets» добился вполне солидного успеха, попав в первую десятку. В США альбом остался вне хит-парада, став единственным LP Pink Floyd, на первых порах потерпевшим полный провал за Атлантикой. И это при том что раскрутка группы в Штатах шла полным ходом: 12 апреля вышел аналог британского 7-дюймового сингла «IT WOULD BE SO NICE» / «JULIA DREAM», а 19 августа – 7-дюймовка в поддержку нового альбома, включающая сокращённые моноверсии композиций «LET THERE BE MORE LIGHT» и «REMEMBER A DAY» (эти же треки использовались для рекламы на радио). Кроме того, 22 июля был переиздан сингл «See Emily Play» / «The Scarecrow».
Не помогла и серия из двадцати американских концертов, в том числе на стадионе «JFK» в Филадельфии (Пенсильвания) в рамках Летнего музыкального фестиваля. Заокеанские выступления стартовали ещё 8 июля, почти за три недели до выпуска альбома в США, и завершились 27 августа. Тем не менее, «A Saucerful of Secrets» послужил надёжной моральной опорой для оставшихся в группе музыкантов. Теперь, выпустив хороший диск, основанный на сочинениях нового квартета, и с его же помощью достойно раскланявшись с Барреттом как c частью Pink Floyd, можно было уверенно двигаться дальше.
А пока пострегиональный коллектив пошагово превращался в звезду мирового уровня, его бывший участник исправно пожинал всё новые плоды баловства с «кислотой». Одним из таких горьких плодов стал раздор Сида с давней подругой Линдси Корнер. Девушка просто не выдержала участившихся приступов ярости со стороны своего одарённого друга. Немотивированная агрессия – один из побочных эффектов мандракса, «клубного» наркотика, на который Барретт перешёл к тому времени. Ни много ни мало, это становилось опасным для жизни, ведь в момент очередной неврастенической вспышки рок-идол запросто мог заехать своей пассии гитарой по голове.
Осевший в самых тёмных задворках шоу-бизнеса и загубивший перспективы личной жизни творец утешался разве что гарантией финансовой независимости. Продажи дисков с материалом Сида и гастроли Pink Floyd уже тогда приносили пусть ещё и скромные, но постоянные авторские отчисления.
Впрочем, довольно скоро бывший гений Pink Floyd сумел выкарабкаться на линию стабилизации: не только приложил усилия для преодоления махровой депрессии и апатии, но и вернулся в студию. Внешним толкачом стал Питер Дженнер, по инициативе которого уже в мае 68-го стартовали первые сфокусированные сессии. А позже на Барретта вышел один из новых начальников EMI, ровесник флойдов Малколм Джонс. К чести Гилмора, и он принял активное участие в сольном продвижении друга, к тому же сумев привлечь к процессу Уотерса и Райта. Более того, Дэйв был единственным из флойдов, кто воспринимал всестороннюю поддержку Сида как непреложное обязательство.
18 июля лейблом Instant в Англии был выпущен альбом с саундтреком к вышедшему годом ранее фильму Питера Уайтхеда «TONIGHT LET'S ALL MAKE LOVE IN LONDON». Как и фильм, LP включает три фрагмента «INTERSTELLAR OVERDRIVE» в моно, нарезанных с почти 17-минутной сюиты, что была записана вживую в лондонской студии «Sound Techniques» в начале 67-го. Правда, в альбомном варианте лишь первый кусок имеет более-менее приличный метраж – три минуты. Два других длятся тридцать три и пятьдесят четыре секунды соответственно.
В это время Pink Floyd работали с феноменальной интенсивностью, чередуя беспрестанные гастроли с появлениями в эфире.
11 августа и 8 сентября на радио BBC в передаче «Top Gear» впервые транслировали композиции, записанные 25 июня в лондонской студии «Piccadilly»: «LET THERE BE MORE LIGHT», «MURDERISTIC WOMAN» (одна из версий «Careful with That Axe, Eugene»), «JULIA DREAM» и «MASSED GADGETS OF AUXIMINES» («A Saucerful of Secrets»). (См. раздел «Сборники».)
10 сентября на телеканале BBC Two в рамках передачи «The Sound of Change» состоялась премьера джема, который принято называть «INSTRUMENTAL IMPROVISATION» (THE SOUND OF CHANGE). Эта соавторская композиция с базовым вкладом Ричарда записывалась вживую в сопровождении светового шоу внутри огромного геодезического купола, расположенного на юго-западе Лондона в общине Барнс. Мэйсон здесь в очередной раз играет палочками с мягкими насадками, создавая эффект литавр. Можно предположить, что более ровная первая часть отражает размеренные будни мира потребления, дисгармоничная вторая – взрыв недовольства. Цветной ролик чередует кадры исполнения с демонстрацией жёстких стычек народа с полицией, в частности, во время резонансных студенческих волнений во Франции.
8 октября бельгийская телекомпания BRT в передаче «Samedi et Compagnie» показала краткое интервью с Уотерсом (в стиле «ни о чём») и «ASTRONOMY DOMINE», исполненную с поистине яростным запалом. Это одна из немногих версий, где голос Роджера периодически выходит на первый план. Съёмка проходила 31 августа в Кастерли (Бельгия), в рамках поп-музыкального шоу «Tienerklanken – Kastival».
31 октября французский телеканал ORTF2 в цвете показал выступление группы, записанное 6 сентября в студии-арене «ORTF TV» для шоу «Tous en Scene». Прозвучали «LET THERE BE MORE LIGHT» с более коротким вступлением и переносом последнего куплета в самый финал и «FLAMING» с ведущим вокалом Гилмора и без дополняющей оригинал вставки с имитацией голоса кукушки.
Широко известную «красную» «SET THE CONTROLS FOR THE HEART OF THE SUN» 3 ноября 68 года впервые увидели зрители английского телеканала BBC Two в передаче «All My Loving». Традиционное исполнение усилено визуально: группа снята через красный фильтр, усугубляющий зловещий посыл композиции. Съёмка проходила ещё 28 марта в старинной насосной станции «Abbey Mills» (Эбби-Лэйн, Лондон, Англия).
2 декабря в Британии впервые состоялась радиотрансляция композиций, записанных на BBC в тот же день: «POINT ME AT THE SKY», «EMBRYO», «BABY BLUE SHUFFLE IN DOCTOR MAJOR», и «INTERSTELLAR OVERDRIVE». (См. раздел «Сборники».)
17 декабря 68 года в Великобритании вышел очередной 7-дюймовый сингл в формате моно – «POINT ME AT THE SKY» / «CAREFUL WITH THAT AXE, EUGENE». Каждая из композиций пластинки представила авторство Уотерса и Гилмора. Обе записывались в «Abbey Road» в начале ноября. Продюсирование – Смит.
«Point Me at the Sky». Мелодия и окраска песни отдалённо напоминают битловскую «Lucy in the Sky with Diamonds». Возможно, это первый трек Pink Floyd, где Дэвид проявил себя как автор-песенник. Ему же принадлежит вокал в куплетах и отчасти – в припеве, после партии Роджера.
В тексте Уотерса поднимается проблема возможного перенаселения Земли с идеей неизбежного выхода человечества на внешние рубежи. К сожалению, каких-либо комментариев относительно имён главных героев песни Джин и Генри Макклина от группы не последовало. (Говорят, существуют книги «Wizard McBean and His Flying Machine» и «Eugene and His Flying Machine», которые могли подсказать Роджеру не только имена, но и тематику.)
Первоначальный вариант «Point Me at the Sky» содержал картину в середине, где клавишно-гитарная абстракция создавала впечатление подъёма на заоблачные высоты. Именно в таком виде 2 декабря композицию записали для BBC. Однако из форматной сингловой версии проигрыш был устранён.
В сет-листы группы или кого-либо из флойдов песня не входила, хотя однажды и прозвучала перед аудиторией. Это была телесъёмка для ВВС, проходившая в лондонском клубе «Radio One» 20 декабря 68 года. Запись, хранящаяся в архивах, всё ещё не обнародована.
Авторами ролика, намеренно снятого старыми камерами, стали Торгерсон и Пауэлл. Съёмки проходили в лондонском аэропорту «Biggin Hill». Группе пришлось арендовать пару старинных бипланов и переодеться в старомодные лётные комбинезоны. Большая часть видео отдана кадрам отчаянного пилотирования.
Инструментал «Careful with That Axe, Eugene», сочинённый силами всех участников Pink Floyd, представляет дебют Гилмора в качестве соавтора группы. Тревожное, пульсирующее басом полотно наполнено масштабными клавишными, интенсивной перкуссией и включает уже вполне зрелый унисон вокализа и гитары, к которому Дэвид вернётся ещё не раз, в том числе и с применением ток-бокса. Из слов – лишь одна фраза, давшая название композиции, её произносит Уотерс вкрадчивым, «пустынным» шёпотом. Здесь же впервые во всю силу звучат знаменитые, исполняемые на вдохе вопли Роджера. В конце флойды насыщают аранжировку абстрактными вокальными вставками, отсылающими к их самым ранним экспериментам.
Стоит отметить, что первые наброски «Careful with That Axe, Eugene» относятся ещё к январским концертам 68 года, и к ним мог приложить руку Барретт. Также следует признать вероятность влияния на композицию группы The Nice, с которой Pink Floyd откатали целое турне в конце 67-го. Достаточно послушать трек «Dawn», включённый в дебютник The Nice, выпущенный в марте 68-го (где, кстати, присутствует песня с названием «The Cry of Eugene»).
Если говорить о смысловой нагрузке, то здесь и Топор, и Юджин явно имеют метафорический и даже метафизический смысл. Топор – любое нейтральное орудие труда или изобретение человека, Юджин – сам человек. Подсознание неспроста вновь и вновь шепчет нам: «Осторожней, осторожней с этим Топором!». Умышленное использование Топора в грязных, преступных целях, да и просто неаккуратное с ним обращение однажды неизбежно взорвут Бытие мстительным криком.
С марта 68-го до лета 74-го «Careful with That Axe, Eugene» регулярно украшала сет-листы Pink Floyd. Последнее исполнение состоялось 9 мая 77 года в Окленде (Калифорния, США), на бис, став настоящим сюрпризом для поклонников.
31 декабря на французском телеканале ORTF2 в цвете показали очередное живое исполнение композиции «LET THERE BE MORE LIGHT». Ныне широко известная съёмка группы, играющей перед танцующей публикой, проходила 7 сентября 68 года в коммуне Ле-Бурже (Париж, Франция), в клубе «St. Germain des Pres», специально для новогодней передачи «Surprise Partie».
Следующим весомым шагом Pink Floyd стал первый в их практике саундтрек к художественному фильму.
Премьера – 26 сентября 1968 года (кинотеатр «Oxford Circus», Лондон, UK).
1. The Committee (Part 1) (музыка: Райт, Уотерс, Мэйсон, Гилмор)
2. The Committee (Part 2) (музыка: Райт, Уотерс, Мэйсон, Гилмор)
3. The Committee (Part 3) (музыка: Райт, Гилмор, Мэйсон)
4. The Committee (Part 4) (музыка: Райт, Гилмор)
5. The Committee (Part 5) (музыка: Уотерс, Гилмор)
6. The Committee (Part 6) (музыка: Райт)
7. The Committee (Part 7) (музыка: Уотерс, Райт, Гилмор, Мэйсон)
8. The Committee (Part 8) (музыка: Райт, Уотерс, Мэйсон, Гилмор)
Роджер Уотерс – бас-гитара.
Ричард Райт – клавишные.
Николас Мэйсон – ударные, перкуссия.
Дэвид Гилмор – гитары.
Звукорежиссура:?
Этот причудливый чёрно-белый фильм является попыткой средствами кино исследовать модные в шестидесятых теории Рональда Дэвида Ланга, радикального шотландского психиатра. Ланг утверждал, что шизофрения – абсолютно логический ответ нашему безумному миру. Режиссёр – Питер Сайкс, сценарий – Макс Стюер и Питер Сайкс. В главной роли снялся британский поп-вокалист Пол Джонс. В центре сюжета – «сюрреалистическое убийство», символизирующее напряжение и конфликт между бюрократией – с одной стороны и свободой личности – с другой. Стиль и содержание фильма очень тонко передают атмосферу шестидесятых. Хотя сама идея выглядит не менее актуальной и в XXI веке, когда уже для большинства очевидно, что тайные комитеты, внешне демократичные или вовсе незримые, определяют основную часть жизни человечества. Не удивляет, что фильм многие годы не мог добраться до широкого зрителя. После предварительного закрытого просмотра 26 сентября 1968 года в лондонском «Oxford Circus», средства массовой информации обрушились на молодых авторов с очень неблагожелательной критикой, а после картину и вовсе прикрыли. (Лишь 4 июля 2005 года британская компания Basho Records официально издаст «Комитет» на DVD.)
Звуковое сопровождение флойды наработали за три апрельских дня и записали утром четвёртого под просмотр фильма в подвальной арт-студии художника Майкла Киднера на Бэлсайз-Сквер (Лондон, Великобритания). Это были разного рода джемы, в ходе которых Дэвид Гилмор получил одну из первых возможностей проявить себя в качестве соавтора группы.
Интересно, что Сид Барретт ещё на излёте января начал работать над музыкой к «Комитету» самостоятельно, пригласив случайных музыкантов в студию «Sound Techniques». Материал режиссёру показался интересным, однако автор заявил, что он должен играть в фильме задом-наперёд. На этом и не сошлись.
К сожалению, записи Сида будут утрачены при потопе на складе компании BlackHill Entertainment, где Питер Дженнер хранил эти и многие другие плёнки. Считается, правда, что широко известные ныне композиции «Lanky» и «Rhamadan», созданные Барреттом в мае 68-го, появились не без влияния сессий для «Комитета».
Наряду с композициями Pink Floyd в фильм вошла и песня Артура Брауна «Nightmare».
«THE COMMITTEE (PART 1)». Ядром инструментала является импровизация группы в индийском духе, запущенная в обратную сторону (видимо, режиссёр отчасти всё же проникся смелой идеей Сида). Предположительный вдохновитель композиции – Ричард Райт, в те времена увлекавшийся музыкой сикхов.
«THE COMMITTEE (PART 2)». Бодрый маленький номер, мелодия которого лежит и в основе вступительной композиции. Здесь явно слышно влияние стиля группы The Soft Machine.
«THE COMMITTEE (PART 3)». Мрачноватая, как бы извилистая музыка, сыгранная в низкой тональности (едва уловимо предвосхищает «The Narrow Way (Part3)»). Дополняется электронными фразами высокого тона, создающими диссонанс. Удачно сочетается со звучащим в фильме колокольным звоном.
«THE COMMITTEE (PART 4)». Диалог между высокими, диссонирующими звуками гитары и низкими тонами органа.
«THE COMMITTEE (PART 5)». Перекличка между приглушённой гитарой и пульсирующим басом.
«THE COMMITTEE (PART 6)». Небольшой органный пассаж.
«THE COMMITTEE (PART 7)». Эта композиция, несомненно, – прообраз знаменитой «Careful with That Axe, Eugene». Звучит несколько зловеще, формируя хороший фон к обсуждению вероятности того, что весь наш мир – безумен. В музыку удачно вплетается шум ветра.
«THE COMMITTEE (PART 8)». Реминисценция 2-й части. Длится три минуты, являясь самым продолжительным инструменталом саундтрека.
К моменту премьеры «Комитета» Pink Floyd успели завершить работу над пластинкой «A Saucerful of Secrets» и продолжали интенсивно гастролировать, набираясь опыта уже в качестве обновлённого квартета.
Новое шоу, впервые представленное публике 14 апреля 69 года в Лондоне (Англия) и свёрнутое в начале 70-го в континентальной Европе, состояло из двух циклов. Оба стали своего рода генеральной репетицией группы к полноценному сюитному мышлению. Воздействие усиливалось использованием четырёх- и шестиканальной системы подачи звуковых эффектов, а также визуальными элементами, вплоть до появления на сцене персонажа в виде фантастического водного монстра. Уже тогда любители живого общения с командой поняли, что Pink Floyd способны быть не только кино для ушей, но и музыкой для глаз.
С оркестром и хором флойды впервые выступили в рамках концерта, прошедшего 26 июня 69 года в лондонском зале «Royal Albert Hall»: финальный сегмент композиции «A Saucerful of Secrets» прозвучал при поддержке скрипичной секции Royal Philharmonic Orchestra и певиц из Ealing Central Amateur Choir. В качестве дирижёра выступил Норман Смит, с пафосом вывезенный на сцену на мобильном подиуме.
Следующим релизом команды cтал ещё один саундтрек. На этот раз – к более традиционной по стилю кинокартине.
Релиз – 1969 год: Великобритания (EMI/Columbia): 13 июня, США (Capitol): 9 августа.
Продюсирование: Pink Floyd.
Хит-парад Великобритании: № 9; хит-парад США: № 153.
1. Cirrus Minor (музыка и слова: Уотерс; композиция органной партии: Райт)
2. The Nile Song (музыка и слова: Уотерс; композиция гитарной партии: Гилмор; композиция ударной партии: Мэйсон)
3. Crying Song (музыка и слова: Уотерс)
4. Up the Khyber (музыка: Мэйсон, Райт)
5. Green Is the Colour (слова и музыка: Уотерс;
композиция флейтовой партии: Раттер)
6. Cymbaline (слова и музыка: Уотерс; композиция вокальной партии: Уотерс, Гилмор; композиция органной партии: Райт)
7. Party Sequence (музыка: Мэйсон, Гилмор, Райт, Уотерс;
композиция флейтовой партии: Раттер)
8. Main Theme (музыка: Уотерс, Райт, Гилмор, Мэйсон)
9. Ibiza Bar (музыка: Гилмор, Райт, Уотерс, Мэйсон;
слова: Уотерс, Гилмор (?))
10. More Blues (музыка: Гилмор, Мэйсон, Уотерс)
11. Quicksilver (музыка: Райт, Мэйсон, Уотерс, Гилмор)
12. A Spanish Piece (музыка: Гилмор)
13. Dramatic Theme (музыка: Уотерс, Райт, Гилмор)
Дэвид Гилмор – гитары, вокал, электроника, кахон (?), звуковые эффекты.
Роджер Уотерс – бас-гитара, акустическая гитара, тарелки, звуковые эффекты.
Ричард Райт – клавишные, бэк-вокал, электроника.
Николас Мэйсон – ударные, перкуссия, гонг.
Линди Мэйсон (Раттер) – духовые.
Звукорежиссура: Брайан Хамфрис.
Мастеринг:?
Студия: «Pye».
Визуальное оформление: Hipgnosis.
Основой третьего номерного альбома Pink Floyd стал материал, сочинённый группой для дебютного фильма французского кинорежиссёра Барбе Шрёдера (в титрах которого фамилию Дэвида Гилмора в очередной раз обозначили неверно: "Gilmore"). Сценарий: Барбе Шрёдер и Поль Гегофф. В главных ролях: Мимзи Фармер и Клаус Грюнберг.
Раскрывая порочные перспективы наркомании, "Ещё" стал жёсткой отповедью таким "радикальным" хиппи, как Сид Барретт. Сюжет фильма построен на коллизиях роковой любви, развёрнутых на лоне выразительных ландшафтов Ибицы, испанского курорта, так располагавшего к себе флойдов.
Вот как прокомментирован сюжет в буклете к ремастированной версии саундтрека, выпущенной в 1995 году:
«Ещё» рассказывает о падении молодого человека в разгар психоделической революции. После окончания учёбы Стефан уезжает из Германии путешествовать: в начале фильма он ловит машину по дороге в Париж. Прибыв, он проигрывает свои деньги в карты, но его партнёр Чарли жалеет его и берёт под свою опеку.
В тот же вечер они без приглашения приходят в дом парижских хиппи, где Стефан влюбляется в красивую и таинственную Эстелль. Чарли предупреждает его об опасности, но сценарий роковой женщины успевает вступить в силу. Когда Стефан и Чарли покидают вечеринку, Стефан набрасывается на приятеля, укравшего деньги из пальто Эстелль, требуя вернуть их. Когда Стефан находит её, чтобы вернуть деньги, она скручивает косяк, и они засыпают вместе.
Вскоре герой замечает на руке девушки следы от уколов; Эстелль признаётся, что является бывшей наркоманкой. Он злится, но слышит заверения, что подобное больше не повторится. Эстелль говорит Стефану, что уезжает из Парижа на Ибицу и зовёт его с собой. Он приезжает через неделю, получив совет поговорить с доктором Вольфом по прибытии.
Приехав, Стефан не находит девушку в отеле. Тогда он разыскивает загадочного доктора Вольфа, который также предупреждает его насчёт Эстелль. Вернувшись в отель, парень видит там доктора Вольфа и начинает подозревать, что Эстелль спит с ним. Когда, наконец, Стефан встречается с ней, его гнетёт ревность и тревожит смена её настроения. Однако их отношения исчерпываются только наркотиками и вечеринками. Эстелль явно боится Вольфа, и вот, по требованию Стефана, они уединяются в спокойном уголке острова, в доме, принадлежащем Вольфу.
Всё идёт отлично до тех пор, пока не появляется Кэти, подруга Эстелль. Он подслушивает их разговор про героин, и понимает, что проблема наркотиков для Эстелль всё ещё актуальна. Когда Кэти уезжает, он обнаруживает Эстелль «под кайфом» и приходит в ярость. В конце концов, парень сдаётся и подсаживается сам.
Скатившись до наркомании, он быстро исчерпывает запас героина, который Эстелль украла в офисе Вольфа. Когда доктор узнаёт про это, он принуждает их к возвращению в Ибицу, чтобы Стефан работал в баре и подпольно продавал наркотики растущему числу их приверженцев. Отношения Стефана и Эстелль ухудшаются из-за возрастающей наркотической зависимости, и, когда их обязательства перед Вольфом исчерпываются, они начинают программу реабилитации. С помощью больших доз ЛСД, смягчающих ломку, они постепенно преодолевают проблему. Но как только жизнь начинает налаживаться, доктор Вольф появляется снова. Стефана мучает ревность, и он вновь прибегает к героину.
Приезжает Чарли, парижский друг Стефана. Он беспокоится за Стефана и внушает ему мысль покинуть Ибицу и вернуться в Париж. Тот отказывается уезжать без Эстелль, которая, как уже стало ясно, спит с Вольфом. Стефан бродит по городу в отчаянных попытках отыскать её. Он выпрашивает две дозы героина у приятеля и, вопреки предупреждению, принимает обе. В результате он гибнет от передозировки, так и не отыскав девушку».
Хотя дебют Шрёдера получился достаточно крепким, известность Pink Floyd явно перевесила, и сегодня "Ещё" упоминают, в основном, лишь в контексте разговоров о саундтреке.
Восьми февральских дней 69-го, проведённых группой в лондонской студии "Pye", хватило не только для переноса киносюжета в музыкальную форму, нои для записи двух-трёх версий каждого из треков. (Использовались также ранее сочинённые и уже прозвучавшие живьём произведения.) В фильме почти все композиции представляют исполнение или микс, отличный от варианта LP, по обыкновению звуча лишь невнятным фоном или в виде отрывков. В том числе – соавторский инструментал "THEME" (BEAT VISION), миниатюра Дэвида "HOLLYWOOD" и песня Роджера Уотерса "SEABIRDS", которые в альбом не вошли.
В большинстве инструментальных наработок саундтрека отчётливо прослеживаются этнические корни, моментами представляя фолк в чистом виде. Интересная особенность, чего не скажешь про структуру: "More" – единственный программный диск Pink Floyd, где отсутствуют спайки между темами.
Поскольку "The Committee" и "A Saucerful of Secrets" держались, преимущественно, на идеях Ричарда Райта и Уотерса, только "More" позволил Гилмору выбраться из-под всеохватывающей тени покинувшего команду певца и гитариста. Прошло лишь полтора года с момента появления Дэйва в составе Pink Floyd, но он уже не только фронтмен на сцене, но и полновесный соавтор в студии. Красивый вокал новичка лидирует в каждой из песен третьего альбома, а его панорамная, парящая гитара становится особым местом в звучании группы.
Что касается Роджера, то "More" стал первым LP, обозначившим его стремительную эволюцию в качестве автора-песенника. Не только все или почти все слова пластинки принадлежит перу растущего творца (под вопросом лишь "Ibiza Bar"), но и музыкальная основа как минимум пяти треков.
Над обложкой вновь работали Hipgnosis, использовав кадры, не вошедшие в фильм. Картинкой лицевой стороны стало прогнанное через фильтр фото с изображением главных героев "Ещё", вызывающее неотразимую ассоциацию с небезызвестным сюжетом испанского писателя Мигеля де Сервантеса, в котором Дон Кихот вступает в борьбу с ветряными мельницами. Оформлением обратной стороны стало чёрно-белое фото Эстеллы и Стефана, медитирующих на лоне погружённого в дымку горного ландшафта.
"CIRRUS MINOR" – баллада Уотерса, аранжированная в джемовом порядке под акустические гитары, баритенор Гилмора, величественные органные пассажи а-ля храм и звонкие тремоло клавишных. Одним из неотъемлемых элементов этого умиротворяющего трека является запись птичьих трелей, взятая из монофонической фонотеки и без особого изыска плавно перемещаемая из канала в канал. На грани вступления появляются голоса кукушек и очень тихий отсчёт Роджера: "Three, four…" ("Три, четыре..."). Песня названа по разновидности облаков, и весь её краткий текст построен на грёзоподобных, усыпляющих образах, далёких от какой-либо конкретики. На подходе к отыгрышу реверберация будто бы растворяет вокал, унося отголоски в дебри лесного массива.
На концертах не исполнялась.
Жёсткая, записанная на моно "THE NILE SONG" родилась в экстазе ночного джема с существенным вкладом со стороны Гилмора и Ника Мэйсона, что, впрочем, не отразилось на копирайте – он остался за Уотерсом – автором музыкальной основы и текста. Отчаянная гитара, атакующие ударные, вокальное расщепление Дэйва, эйфоричные выкрики – всё это переполнено истинно хард-роковым накалом, резко контрастируя с медитативной "Cirrus Minor". (Спустя десятилетия столь же надрывную подачу возьмут на вооружение многие культовые команды, например, Nirvana, Linkin Park и Bring Me the Horizon.) В песне поднимается тема искушения запретными удовольствиями, где строчка "Summoning my soul to endless sleep" ("Призывая мою душу в бесконечный сон") намекает на падение главного героя "Ещё", вызванное его наркотической зависимостью.
На концертах Pink Floyd не исполнялась. С 2018 по 22 год входила во все сеты Мэйсона.
"CRYING SONG". И вновь разворот на 180 градусов – в колыбельной по духу композиции Роджера, построенной на базе вибрафона и ненавязчивого гитарного сопровождения. Один из образов философского текста – камень – впервые представлен автором в качестве символа душевной тяжести (Уотерс вернётся к этой аллегории в альбомах "Animals" и "The Wall", а также в сингловой версии "The Hero's Return"). Плотный флегматичный вокал Дэйва выдержан в духе "Cirrus Minor". (На отметке 01:07 можно расслышать бэк-вокальную вставку от Рика.) Песня дополнена последним в альбоме тэйп-эффектом – едва заметным звуком усмешки (02:16). В завершении две гитарные дорожки медленно снуют из канала в канал, окончательно убаюкивая слух.
На концертах не исполнялась.
