Искушение для нечисти

Просто очень не хотелось услышать очередное Гык, Пык, Шмыг, Пшик… У такого красивого парня и имя должно было быть красивое. Что-то типа…

– Чуть-чуть ошиблась, не Натаниэль, а Габриэль, – с игриво-соблазнительной безмятежностью представилось искушение. – Многие зовут меня Габри, – с вызовом добавил мальчишка.

– Ну, не Габ или Бри… – хмыкнула Инга и, вытерев руки, вновь полезла в папку с документами.

– Я редко общаюсь с теми, кому сложно запомнить Габри, – презрительно процедил парень, а потом, встав, принялся убирать со стола, расставляя все по местам. Напоследок даже посуду ополоснул, благо ее и было немного – миска, пара тарелок и пара кружек.

– Что ж, все идеально. – Магичка потянулась, выгнувшись в пояснице, и с удовольствием поймала заинтересованный взгляд соблазна на ее груди. В восхищении этого мальчишки было гораздо больше мужского, чем в щенячьих восторгах Санчо. Габриэля хотелось… соблазнять, как бы это странно ни звучало. – Осталась самая малость. Заверить нашу договоренность.

– Ужасно интересно, как именно это происходит. – Соблазн пытался оставаться спокойным, но Инга ощутила легкую нервозность и напряжение. Парень переживал или потому, что действительно не знал, как именно проходит последний этап заселения в город Ингибитров, или как раз потому, что знал.

– О, это старинный метод подписания договоров, древний, почти как сама планета. – Хищно сверкнув глазами, женщина достала из пристегнутых к ноге ножен небольшой кинжал. – Я сделаю два пореза на запястьях, у тебя и у меня. И потом ты языком залижешь мою ранку, а я – твою…

– Хорошая прелюдия перед сексом, – все еще немного напряженно фыркнул Габриэль, усаживаясь обратно на свой стул.

Да, вся нечисть немного вампиры, и человеческая кровь для них изысканное лакомство. Но только не кровь дененсиров. Тут чем мощнее проклятие, тем непредсказуемее будет реакция.

Низшие хмелеют от маленькой капельки и засыпают на час-полтора. Тех, кто посильнее, порой тошнит. А вот того же Рузена скручивало от боли минут десять, он себе все пальцы сгрыз, чтобы не заорать. Габриэль старше, выше, чаще, дальше… и как все пойдет с ним – неясно. Инга сама волновалась, хотя и пыталась это скрыть.

– Надеюсь, мне не придется вызывать некромантов, – слегка цинично пошутила женщина, делая надрез у себя на запястье и протягивая искушению руку…

Глава 6. Тайны и хитрости

У этого ритуала была небольшая хитрость, иногда облегчающая высшим проклятиям закрепление договора.

Если вначале залечить ранку обратной проклятой магией, а потом слизать оставшуюся на руке кровь, немного подержав во рту, прежде чем проглотить, то входящее в ее состав вещество, вызывающее у проклятий отторжение, заметно выветривается.

Судя по быстро промелькнувшей улыбке, Габриэль успел уловить размышления Инги и воспользовался той самой хитростью: сначала залечил рану, потом дразняще щекотно, едва касаясь языком, облизал запястья женщины и почти секунду смаковал ее кровь во рту, словно редкое вино.

– Знаешь, есть какая-то несправедливость в том, что ты можешь слышать мои мысли, а я твои – нет.

Конечно, Инга знала, как возвести щит, через который не сможет проникнуть даже этот загадочный древний мальчишка, но пока не собиралась этого делать. Ничего таинственного и секретного она не обдумывала, разве что о послезавтрашнем, то есть, наверное, уже завтрашнем, столкновении с демонопоклонниками. Но эти мысли болтались в глубине, а не на поверхности сознания и уж явно не предназначены Габри.

Уголки рта парня едва заметно приподнялись, вновь лишь обозначая, намекая на улыбку. Но вся остальная мимика выдавала попытку скрыть неприятные ощущения. Похоже, в случае с Габриэлем хитрость не сработала.

– Еще как сработала… – куснув нижнюю губу, а потом стерев тыльной стороной ладони капельки пота с верхней, признался соблазн. – Был у меня лет так семьдесят – восемьдесят назад печальный опыт: решил попробовать кровь еще живого дененсира, перед тем как превратить его в мертвого. – Искушение зло ухмыльнулось, глядя в резко заледеневшие глаза магички. – Ты же не думала, что я всегда был хорошим мальчиком? И лучше ты узнаешь об этом от меня, чем от какого-нибудь доброжелателя.

– Главное, чтобы последние пять десятков лет ты провел без человеческих жертв. – Инга быстро справилась со вспыхнувшим внутри осуждением.

Габриэль рассуждал совершенно верно. Против природы идти сложно, и вся нечисть предпочитала вредить людям, а не дружить с ними. Со временем к заложенной от рождения антипатии добавлялись желания отомстить за друзей, за подобие семьи…

– У меня было не подобие, а настоящая семья. – Габри протянул руку ладонью вверх, позволяя Инге провести ножом по пульсирующей венке на его запястье. Совсем как у человека. – Конечно, родители были приемными, но вырастили меня как родного. Подобрали с улицы, научили мимикрировать под людей, отправили в школу, потом в колледж.

Инга тоже воспользовалась магией, чтобы залечить рану соблазну, но перед этим лизнула его свежей крови, чтобы прочувствовать ее истинный вкус. Горьковато-хмельной, как и витающий вокруг мальчишки запах. Знакомый до зуда, но неуловимый, отказывающийся всплывать в памяти.

– Они никому не делали ничего плохого несколько сотен лет, но дененсиры все равно убили и их, и моих младших братьев и сестер. Всех!

Голубые глаза мальчишки на миг напомнили две колючие льдинки, искрящие ненавистью. Но почти сразу растаяли, превратившись в теплое летнее озеро.

– Тогда я убивал магов в первый и последний раз. – Резко повзрослевший Габри выжидающе-серьезно взглянул на женщину, ожидая ее реакции. – И пришел в твой город потому, что только ты обещаешь защиту таким, как я. Не только обещаешь…

– Да, не только. – Инга нежно погладила указательным пальцем вдоль руки парня, от запястья до локтя, потом уселась мальчишке на колени и резко стянула с себя футболку. Соблазн, притянув женщину к себе, ловко расстегнул застежки сжимающего грудь бюстье и, исподлобья глядя Инге в глаза, очень бережно сжал губами и чуть пососал сначала один, потом другой сосок. Провел по ним языком, играя, возбуждая и дразня.

– Сначала в ванную, – ощутимо расстроенно выдохнула женщина.

Сегодняшний вечер был настолько активным, что даже хваленый сухой дезодорант от «Уайкотена» практически не справлялся. Инга уже чувствовала легкий запах пота, выделяемого ее телом. И пусть во время секса она вспотеет снова, в кровать хотелось лечь чистой. А еще убедиться, что партнер тоже не влажными салфетками некоторые части тела последние несколько дней протирал.

– Как пожелаете, госпожа. – Габриэль, подхватив сидящую на нем женщину под колени, без малейшего усилия привстал, подождал, пока Инга повиснет на нем, как обезьянка, обхватив руками за шею, а ногами за талию, и уверенно направился в сторону ванной комнаты.

Там он дождался, когда хозяйка дома спрыгнет на пол, включит и настроит воду, найдет подходящие, по ее мнению, крем-гель и шампунь, а потом послушно позволил снять с себя одежду, мягко улыбаясь и с теплотой глядя на женщину. Вот только стоило ей раздеться, как Габриэля словно подменили. Одной рукой он притянул Ингу к себе и поцеловал, жадно сминая ее губы. Пальцы другой руки точно так же уверенно и властно скользили по клитору, иногда проникая внутрь. Причем, несмотря на агрессивную напористость, искушение было очень осторожным. Это было почти изнасилование, только бережное. Ровно то, что Инге нравилось, когда она ненадолго позволяла мужчине перехватить инициативу. Сама она тоже любила быть агрессивной, стараясь не делать больно…

Партнер, чувствующий, чего тебе хочется именно сейчас, в эту секунду, в это мгновение, – редкость, о которой раньше приходилось лишь мечтать. Опыт, красота, соблазнительно-возбуждающая энергетика – это потрясающе, но умение слышать и реагировать на услышанное – бесценно. Все же вместе…

– Рад, что тебе со мной так нравится. У меня от тебя тоже крышу сносит, – шепотом признался Габри, уже успевший уложить Ингу в ванну, устроиться сверху и ласковыми массажными движениями начать втирать крем-гель ей в кожу.

Женщине казалось, что на какое-то время она вся превратилась в эрогенную зону, чутко реагирующую на прикосновения искушения. Грудь, низ живота, клитор – тут все ясно, но на возбуждающую ласку откликались и плечи, и руки, и бедра… А когда удавалось не выгибаться, сладко постанывая и инстинктивно раздвигая ноги, мальчишка, проказливо улыбаясь, целовал Ингу в шею, или в розовые горошинки сосков, или в пупок… Причем гель его совершенно не смущал, наоборот, судя по тому, как Габри облизывался, ванильно-клубничный вкус ему даже нравился.

Отталкивать от себя человека, Санчо, боясь, что у того сорвет крышу, и наслаждаться тем, как ее срывает у едва знакомого соблазна? Неудивительно, что многие мужчины не понимают женщин, если женщины настолько противоречивы, что порой не понимают сами себя.

Эти мысли промелькнули в голове Инги не задерживаясь, их вынесло оттуда ураганом.

– Ты вся такая сладкая, как ягодка. – Габри засмеялся, обволакивающе уютно, как теплое полотенце, в которое он бережно завернул магичку, после того как помыл ее и быстро ополоснулся сам.

– Я уставшая, а ты этим пользуешься, – немного недовольно проворчала женщина, отвечая на нежный, едва ощутимый поцелуй. – Ничего, в следующий раз…

– О! Ты мне льстишь заранее? Вдруг я тебя сейчас разочарую? – Габриэль снова рассмеялся, уверенно, чуть горделиво.

– Завязывай кокетничать, лучше неси меня на кровать! – усмехнулась Инга, обнимая парня. – У меня уже просто нет сил терпеть… еще чуть-чуть – и мы начнем прямо здесь, на коврике под ванной!

– Не то чтобы я сильно был против. – Бархатисто-нежный смех соблазна отозвался щемяще-щекочущими волнами во всем теле женщины. – Но согласен, на кровати будет удобнее.

Глава 7. С добрым утром

На кровати действительно было удобно – там лежали мягкий матрас и подушки. Зато полотенце, как, впрочем, и одеяло, почти сразу оказалось на полу. Инга не стыдилась своего тела, пусть она и не совсем соответствовала модным стандартам. Невысокая, с поджарой фигурой, но с большой пышной грудью, радующей глаз мужской половины ее команды. Соблазн вообще не знал, что такое стыд, это была исключительно человеческая эмоция.

Инге уже давно ни с кем не было так хорошо. Она наслаждалась близостью с этим искушением, растягивая удовольствие, смакуя его, как дорогое вино.

Габриэль умело использовал и свой опыт, и возможность улавливать плавающие на поверхности сознания мысли женщины. Конечно, ему все равно приходилось что-то угадывать, экспериментировать, подстраиваясь под желания партнерши.

При этом Инга не ощущала себя сексуальным агрессором рядом с послушным бревном, не чувствовала себя экспонатом для тестирования всех описанных в очередном пособии советов и сама не разленилась до стадии бревна, а иногда вполне успешно перехватывала инициативу, несмотря на усталость.

– С тобой потрясающе легко, ты сама подсказываешь, чего хочешь!

– И чего же я хочу? – Вывернувшись из соблазнительных объятий, Инга уселась, облокотившись на подушки, и с вызовом уставилась на парня, устроившегося на боку рядом с ней.

– Конкретно сейчас? Тебе вдруг стало интересно узнать меня поближе. – Габриэль стрельнул голубыми глазами, как заправская кокетка на балу, и потерся щекой о бедро женщины, жадно вдохнув запах ее возбуждения. – Знаешь, обычно я не люблю болтовню после секса. Но для тебя готов сделать исключение. – И мальчишка, склонившись к женскому лону, лизнул языком влажную розовую кожу, а потом, подняв голову, взглянул магичке в глаза и облизнул губы, даже не скрывая довольной хитрой улыбки.

Инга тоже улыбнулась, чуть снисходительно, потому что Габриэль сейчас вел себя как обычный мужчина, старающийся увильнуть от разговора по душам. На самом деле никто не собирался беседовать с ним на философские темы. Женщина действительно хотела просто поболтать перед сном. Но, оценив очень недвусмысленный намек, позволила искушению очередной раз доставить ей удовольствие, наслаждаясь нежными, но уверенными прикосновениями.

– Ты прав… твои язык и губы могут приносить гораздо больше пользы, если ты молчишь…

Габриэль лишь усмехнулся на это признание, заставив Ингу застонать, когда теплое дыхание щекочуще-ласково погладило ее разгоряченное тело.

А потом сам излился в нее жарко-терпким возбуждением, расслабленно доступный и на несколько секунд практически беспомощный. Полностью доверившийся, открытый и вызывающе соблазнительный в этой своей беззащитной самоуверенности. Датчик на браслете предупреждающе замигал красным, намекая, что искушение слишком щедро поделилось проклятой магией.

– И что бы ты сделал, если бы я решила тебя убить? – поинтересовалась Инга, кутаясь в одеяло, которым Габриэль накрыл их двоих, после того как немного восстановился.

– Умер бы от руки прекрасного легендарного дененсира, – рассмеялся соблазн, целуя женщину в щеку и прижимая к себе. – Спокойного утра, госпожа маг.

Инга лишь сонно улыбнулась. Конечно, оставлять дома нечисть, да еще и в собственной кровати, когда сама собираешься спать, противоречило всем нормам безопасности. Габриэля полагалось выпинать прочь, причем он сам в какой-то момент ожидал чего-то подобного, даже нашел взглядом свою одежду. Но магичка решила рискнуть.

Да, велика вероятность перекачки силы во сне, когда контроль ослаблен, тем более у двоих. Только они так ярко и страстно отрывались вместе несколько часов, что выставлять засыпающего парня пусть не на улицу, а в квартиру выше на пару этажей было просто несправедливо. К тому же за все время их многочисленных соитий и оргазмов ничего плохого не случилось, энергия извергалась и возвращалась обратно, магия тоже. И главное, ужасно хотелось спать.

Разбудил Ингу звонок в дверь, назойливый, как комар. Габриэль, уже проснувшийся, раскинулся на кровати, обнаженный и соблазнительный. Правда, смотрел он на женщину серьезно и выжидающе, пытаясь уловить, как правильнее действовать – остаться лежать или одеться и отправляться на кухню. И этот вопрос так настойчиво крутился у него в голове, что стена, мешающая Инге общаться телепатически, рухнула, позволяя услышать обращенный к ней вопрос.

– Скрывать, что мы переспали, я не собираюсь. Но и хвастаться этим по всему городу не рекомендую, – ответила женщина.

Вроде бы расслабленно лежащий Габриэль тут же уселся, нахмурился и озабоченно посмотрел на Ингу:

– Мне уже пора начинать бояться? Ты теперь не просто командуешь у меня в голове, но еще и мысли мои улавливаешь?

– Ты же думал это целенаправленно, подбирая правильные слова, чтобы спросить у меня, как поступить. Вот я и услышала. Точно так же, как ты слышишь только то, что я думаю для тебя.

На самом деле обычно телепатическая связь работала чуть иначе. Инге приходилось сосредотачиваться и направлять предложения, произнося их в голове почти как в нормальном диалоге. Габри же улавливал ее еще неоформленные, не полностью осознанные мысли, и сейчас она подслушала не готовую фразу, а обдумывание, как бы получше эту фразу сформулировать. Уловила суть и ответила…

– То есть для тебя такое общение вполне нормально? – Габриэль, решив, что раз уж все равно поваляться не получилось, принялся одеваться.

А Инга, натянув трусики, накинула на себя рубашку, едва прикрывшую ее широкие бедра, и направилась к двери, на ходу мысленно ответив искушению: «Да, я могу телепатически общаться с такими, как ты, нечистью, созданной из проклятой магии».

– Я чистый, ты меня сама вчера мыла, – рассмеялся ей вслед Габриэль после очередной долгой настойчивой трели звонка. Мальчишке действительно было весело, он не чувствовал себя обиженным или оскорбленным, его ничуть не смущало, что он – нечисть. Скорее даже, он этим немного гордился и не претендовал на звание «нового человека».

– Кэп, мы тебя потеряли! Уже стемнело, а ты обычно… – Влетевший в квартиру взволнованный Санчо облегченно выдохнул, убедившись, что с драгоценным начальством ничего плохого не случилось. Капитан просто проспала, хотя раньше даже после самых страшных мясорубок являлась в особняк не позже четырех. Даже в те времена, когда Инга пыталась наладить семейную жизнь, работа для нее стояла на первом месте. И вдруг…

– Семь вечера? – Женщина попыталась осознать, как так вышло, что она не вскочила, как обычно, в полдень. И почему буквально переполнена проклятой магией, хотя вчера ей пришлось поделиться с Захаром для лечения двух раненых охотников. Да и, учитывая буйную ночь с искушением, гораздо более вероятным было бы пробуждение обессиленной и с нулевым магическим запасом.

«Обидеть хочешь?» Инга буквально увидела насмешливо-нахальную улыбку Габриэля, услышала действительно немного обиженные интонации в его голосе.

«Я понял, как это работает! – с гордостью оповестил ее соблазн. – Мне можно выходить?»

Инга не решилась сразу уверенно ответить «да», глядя в восторженно-щенячьи глаза Санчо, но тут ледяной маг заметил отражение Габриэля в зеркале, висящем в коридоре, и, зло прищурившись, как и полагается щенку, заметившему соперника на своей территории, прорычал, сжимая кулаки и готовясь к драке:

– А что эта нечисть делает в твоей спальне, кэп?!

Глава 8. Прояснение отношений

Пока Инга пыталась сформулировать более-менее вежливый ответ на этот ревнивый выпад, Габриэль вышел в коридор, спокойно оглядел злющего Санчо, потом, обозначив намек на вежливую улыбку сразу двоим магам, поинтересовался:

– Значит, я теперь полноправный гражданин? Раз все документы в порядке и ритуал прошел без проблем?

Инга мгновенно уловила, что все это сказано не просто так, а в качестве оправдательного алиби, чтобы объяснить присутствие нечисти у нее в спальне. Искушение ненавязчиво подсказывало, как успокоить разбушевавшегося соперника.

Вот только женщина действительно не собиралась скрывать свои отношения с Габриэлем, рассчитывая на повторение совместной ночи. Конечно, не сегодня, ведь завтра у них очередная схватка с демонопоклонниками. Из-за этого очень не хотелось осаживать Санчо слишком грубо, ведь им же придется вместе рисковать своими жизнями. А влюбленные, но отвергнутые щенки могут натворить множество глупостей.

– Да, ты полноправный гражданин, и через пару дней мы можем это отметить очередным… чаепитием. – Инга уже готова была упомянуть про ночь, но Габри едва заметно помотал головой и опять изобразил намек на улыбку, теперь уже лично для магички.

Санчо, не сводящий взгляда со своего капитана, этот быстрый мимически-жестовый разговор пропустил, так как, повернувшись к нечисти, успел заметить лишь кивок на прощание.

– Ты пьешь с ним чай?! – Едва за Габриэлем захлопнулась дверь, парень повернулся к Инге, явно настроенный на выяснение отношений, которых на самом деле никогда не было.

– Да. Могу и с тобой попить. Иди на кухню, я сейчас подойду.

Заострять внимание на том, что ей надо закончить одеваться, Инга не стала. Как и на том, что она еще не умывалась и это тоже было бы неплохо исправить.

Пока магичка приводила себя в порядок, Санчо, прекрасно ориентирующийся на кухне, где бывал уже много раз именно как гость, быстро соорудил утренний чай и даже храбро сделал яичницу. Вот только взгляд появившегося в проходе капитана вместо благодарности излучал серьезную озабоченность.

Парень почти сразу догадался, что он, похоже, перегнул палку, причем не с яичницей, и на него сейчас выпустят целую свору огненных шикигами.

– Я тебе хоть раз давала повод рассчитывать на что-то, кроме дружбы?

Инга решила начать не то чтобы совсем издалека, но все же озаботиться некоторой прелюдией, прежде чем дать щенку ложкой по лбу. И то, все эти вальсирования вокруг да около были исключительно из-за завтрашней мясорубки. У Санчо просто может не оказаться времени морально восстановиться. А Инга, как настоящий капитан, всегда старалась, чтобы внутренний настрой членов команды был более-менее в норме.

– Прости, кэп. Я закатил сцену перед нечистью… – Начав оправдываться, парень тут же сбился, сообразив, что не имеет значения, кто именно был в спальне безумно нравившейся ему женщины. – Перед посторонним, – быстро исправился он, – словно у меня есть на это право.

– Вот именно! Даже если я провела с этим соблазном ночь…

– Но ты ведь не провела? – Даже не скрываясь, голосом, взглядом, мимикой Санчо излучал одновременно осуждение и надежду. – Заводить отношения с нечистью опасно! – На его лице промелькнуло облегчение, едва он вспомнил правила, всверливаемые в головы всем молодым дененсирам. Теперь его озабоченность выглядела не как сцена ревности, а как искренняя тревога за своего капитана.

– Отношения вообще опасны, они расслабляют, – ухмыльнулась Инга, оценив, как ловко мальчишка выкрутился, найдя уважительное оправдание своему поведению. – Но мне уже достаточно много лет, чтобы я могла заводить эти отношения с кем хочу. И это мои подчиненные должны передо мной отчитываться, а не я перед ними. – Женщина строго взглянула на слегка разрумянившегося мага льда. – Тебе бы самому уже пора завести отношения хоть с кем-то, – намекнула она Санчо.

Мальчишка раскраснелся еще сильнее, от волнения сделал слишком большой глоток чая, закашлялся…

– Ты молодец, что пришел проверить, в порядке я или нет. – Инга, встав, похлопала парня по спине, потрепала его по макушке и снова уселась напротив. – Мало ли, у меня случилось магическое истощение после вчерашнего, или напал какой-то неучтенный Хряпус. Так что тут ты абсолютно прав. К тому же я не реагировала ни на телефон, ни на рацию. – Переодеваясь, Инга успела проверить свою технику и убедиться, что спала она действительно очень крепко. Хорошо хоть, на дверной звонок среагировала.

– А вот дальше ты повел себя очень непрофессионально. Может быть, я пыталась завербовать информатора? – Конечно, это была довольно смешная и совершенно неправдоподобная версия. Информаторов вербуют не в спальнях. – Или действительно провела ночь с искушением…

В этот раз Санчо уже не стал возмущаться, а просто нахмурился, пристально уставившись на капитана.

– То есть ты правда… с соблазном?.. Зачем?! – Расстроенное недоумение, сменившее агрессивную ревность, совсем не обрадовало Ингу. В таком состоянии еще легче не успеть среагировать и пропустить что-то важное, и, что самое обидное, от сотворения глупостей пассивно-печальный настрой не защищает. Глупости такие разнообразные!..

– Потому что отношений я уже не хочу, понимаешь? – Инга даже подсела поближе, чтобы можно было быстро погладить Санчо по руке, успокаивая загрустившего мальчишку. – Хочу просто секс без обязательств, но на постоянной основе, а не как в борделе.

– И почему ты выбрала его, а не… – Чуть не проговорившись, парнишка снова смутился и покраснел.

Инга, как обычно, ощутила себя рядом с этим ребенком опытной, умудренной жизнью женщиной. Не старухой, конечно. Просто отчетливо прочувствовала размеры временно́й пропасти, лежащей между ними.

Странно, но, пока она была с Габриэлем, ничего подобного не происходило. Наоборот, Инга вновь словно вернулась в прошлое, помолодела. Вернулось желание побезумствовать, пусть и не надолго. И этот совместный срыв крыши был потрясающим! Энергия до сих пор бурлила в теле, искрясь и сверкая, как мыльные пузыри из далекого детства. Только привкуса сладкой ваты на губах не хватало и запаха свернутых листиков полыни, спрятанных в сплетенном матерью из тонкой проволоки маленьком шарике-кулончике.

Ингина мать была ясновидящей травницей и искренне верила, что полынь – самое надежное средство от всех болезней, а также защита от сглаза и нечисти.

Полынь… Точно! Магичка едва удержалась, чтобы не шлепнуть себя по лбу в такой напряженный момент. Тут парень из ее команды страдает, а она думает совсем о другом.

Но от искушения действительно пахло полынью! И это было очень странно… Потому что в каждом суеверии есть крохи истины. Проклятая магия не любит запах полыни, слабея от него, особенно если вдыхать его постоянно. Поэтому теперь Инга набивала материнский амулет листьями мяты и надевала его лишь изредка, только чтобы почтить память родителей.

Получается, Габри на самом деле еще сильнее, раз он рассеивает часть своей магии с помощью полыни?!

Глава 9. Работа над ошибками

– Потому что с тобой без обязательств не получилось бы. – Инга сдобрила довольно резкий ответ добродушной улыбкой. И даже удосужилась пояснить: – Мы же в одной команде. А когда люди много времени проводят вместе, простой секс может перерасти в нечто большее.

Судя по нахмурившимся бровям и упрямо поджавшимся губам, Санчо не понимал, насколько это большее может стать опасным. А его более опытная собеседница, хоть и понимала, не представляла, как объяснить это, не обидев парня.

– У нас и так никакой субординации в команде, сплошная неформальность. – Энергично наматывая на палец прядь своих распущенных волос, Инга поняла, что злится, причем на себя. Вроде бы не так уж и сложно донести до юного наивного мальчишки, что среди постоянно рискующих жизнью магов нет места влюбленностям. Дружба и доверие, все остальное лишнее.

– К тому же я и так тебя выделяю. – Импульсивно признавшись, Инга тут же куснула себя за язык, чтобы не ляпнуть еще что-то.

– И боишься, что станешь выделять еще больше?

Санчо, умудрившись уловить самые глубинные страхи своего командира, немного расцвел и даже улыбнулся. А потом начал с аппетитом уничтожать чуть подостывшую яичницу.

Магичка тоже принялась за еду, решив, что иногда лучше жевать, чем говорить. Пусть мальчишка немножко погордится. Тем более вывод-то он, по сути, сделал верный.

Мать, постоянно притаскивавшая домой раненых или больных птичек и животных, всегда твердила, что люди в ответе за тех, кого приручили. И Инга впитала это чувство ответственности с детства, с материнским молоком. Поэтому она так оберегала свой город и готова была убить любого, кто навредит кому-то из ее команды. Именно поэтому так тщательно выбирала себе подчиненных, стараясь не заводить среди них любимчиков.

Вот только Санчо уже отличался своей излишней щенячьей привязанностью. И пусть Инга не соблазняла его специально, не поощряла, но ведь и не отталкивала. Надеялась, что сам переболеет.

– Я считаю, что это будет неправильно и несправедливо по отношению к другим ребятам. – Высказавшись, женщина встала из-за стола, собрала пустые тарелки и закинула их в раковину. Потом, подумав, ополоснула и их, и чашки из-под чая.

Ночь до схватки с демонопоклонниками она проведет в особняке, потом, скорее всего, вернется туда же. А за это время из остатков яичницы зародится какая-нибудь зеленая или черная плесень и под влиянием витающей по квартире проклятой магии переродится в порчу. Спрячется где-нибудь в укромном месте и начнет вредить, настроение портить, под руку дуть, за язык тянуть. Поймать такое сложно, потому что мелкое, юркое. Скроется в щелочке или за плинтусом – и не найдешь, если настоящую охоту не устроишь.

– Пойми, я очень серьезно к тебе отношусь. И к остальным – тоже. – Инга все же решила внести еще немного ясности. – Вы для меня все как… – замолчав, она сделала вид, что прервалась исключительно из-за посуды, которую надо было расставить по местам, а потом подменила пришедшее первым на ум слово «дети» на более приемлемое, – родные.

– Даже Хенкель? – Довольно усмехнувшись, Санчо ловко прошелся по столу влажной тряпкой, стряхнув крошки в ладонь, а потом в раковину. Судя по радостному блеску в глазах, мальчишка окончательно успокоился, вычленив отдельные фразы, из которых составил удовлетворяющее его оправдание для любимой женщины.

Зато Инга выдохлась, словно пару часов сражалась с нечистью. И ведь это было даже не расставание с бывшим, не выяснение отношений, а попытка объяснить, почему отношения невозможны.

– Даже Хенкель. – Тяжело вздохнув, магичка оглядела кухню и удовлетворенно кивнула. – Ладно, сваливаем в особняк. Надо план захвата проработать.

Санчо не застал Хенкеля молодым и трезвым, а вот Инга прекрасно помнила мага еще до того, как взбесившаяся нежить перебила его семью. Тогда все звали его по имени, Тор. И для усиления сходства с божественным тезкой он на все заварушки ходил с огромным металлическим молотом.

Хенкель был магом земли, владеющим поднавыком управления камнями и металлами, а его жена – природницей. Идеальное сочетание. Их дом с ранней весны утопал в цветах и зелени, а осенью все Ингибитры лакомились сочными сладкими фруктами и ягодами. Тор притаскивал их корзинами, сам аккуратно раскладывал по фарфоровым вазам и гордо улыбался каждому «спасибо».

Когда появились дети, Хенкель начал иногда заводить разговор об уходе на заслуженный отдых, а в тот день как раз решился, попросил оформить бумаги, и…

Конечно, вся команда сразу примчалась на помощь. Но нежить уже была развеяна, так что Инга лишь вызвала полицейских, чтобы засвидетельствовать смерть людей. С тех пор трезвым Тора больше никто не видел.

Эту историю знали лишь старые члены команды. А такие, как Санчо, относились к Хенкелю снисходительно и одновременно побаивались мрачного непредсказуемого мага. Сам он предаваться воспоминаниям о прошлом не любил, а свидетели его счастливой жизни считали бессмысленным знакомить молодняк с прежним Тором. Хотя нового, в отличие от молодых, уважали. Ведь не сорвался в вольные охотники, не скатился до беспробудного пьяницы. А это не каждому под силу.

В особняке Ингу уже ждали и волновались.

– Ну, кэп, ты даешь!

– Ну ты спать!

– Мы уж думали, что без тебя придется идти!

– Да ладно, кэп бы такую крутую зачистку не пропустила!

Радостные возгласы и довольные улыбающиеся лица. Вкусный запах еды из азиатской кафешки напротив. Кто-то посторонний ни за что не догадался бы, что здесь собрались люди, у которых запланирована жестокая битва с нежитью.

Инга тоже отшучивалась, хлопала кого-то по плечу, улыбалась в ответ. Рассмеялась над предложением захватить с собой на битву Хряпусов, чтобы те посмотрели на работу настоящих профессионалов. Понимающе кивнула сладко позевывающей Гюрзе.

Но потом, устроившись за большим столом, резко стала серьезной и, включив проектор, объявила:

– А сейчас все дружненько обмозгуем нашу прошлую операцию и учтем ошибки.

На проекторе мелькали немного корявые рисунки, сделанные Ингой наспех, по памяти, на следующий день после сражения.

Конечно, среди репортеров нашлись бы желающие запечатлеть и осветить событие подобного масштаба, но их никто не пригласил. Поэтому в местных газетенках статьи о разгуле нежити украшали снимки пустого алтаря. Снятую с него мертвую девушку полицейские успели увезти до нашествия любителей сплетен.

А чтобы потом, на свежую голову, разобрать всю операцию, Инга делала быстрые наброски и проводила первый разбор полетов сразу в тот же вечер. Уточняла, где кто стоял, куда бежал, что сделал правильно, а что исправил бы, если бы мог. И не запомнилось ли каких бы то ни было странностей.

– Так, в прошлый раз мы где-то прокололись, человек погиб, – после этих слов маги мрачно насупились. До захвата алтаря, судя по разбору, всё шло отлично. – Смотрите, ритуал прерван, но жертва все равно принесена. Причем непонятно, кто ее убил, ведь нечисть вся уже развеяна. В этот раз надо предотвратить убийство, ведь мы не знаем, сколько их уже было.

Инга не любила пафосные слова о ценности человеческих жизней, о том, что невинные не должны погибать, и прочую туфту. Это и так всем ясно. И для нее ценнее была жизнь ее ребят, а уже потом какого-то незнакомца. Но завтра им всем придется рисковать, потому что иначе на волю сможет вырваться демон, и тогда погибнет не один-два человека, а гораздо больше. И заранее остановить этих демонопоклонников не удастся: старый призрак знал лишь время и место, но не смог назвать никого из участников.

– Непонятно, почему эти твари выбрали именно наш город. – Инга процедила эту фразу, сжав кулаки от злости. – И удивляет настойчивость, с которой они пытаются провести ритуал.

«Удивляет» – это было еще мягко сказано. Напрягало, раздражало, беспокоило… Бесило! И то, почему демоническая дрянь так рвалась именно в Кегрихору, находящуюся под защитой Ингибитров, и то, как активно она прорывалась, наплевав на потери среди своей нечестивой паствы.

Призрак даже не сумел выяснить, какого именно демона хотят вызвать. И Инга уже сто раз пожалела, что убила следящее за ним проклятие. Вдруг оно знало чуть-чуть побольше, чем старое привидение?

Глава 10. Экстренные сборы

Ритуал по вызову демона был назначен на три часа ночи. Так что вся команда расползлась по особняку. Непредсказуемость жизни быстро приучает спать впрок, потому что никогда не знаешь, когда тебе снова представится возможность отдохнуть.

Инга устроилась у себя на диванчике, закрыла глаза и задремала. Правда, встроенная жизненным опытом паранойя мешала расслабиться, активно намекая на подозрительные совпадения. «Последнее время мой город как медом намазанный», – с этой мыслью, перевернувшись с одного бока на другой, женщина ощутимым усилием воли заставила паранойю заткнуться.

Практически одновременное появление такой сильной нечисти, как Габриэль, и нахальных Хряпусов могло быть простой случайностью, совсем не связанной с попытками демона проникнуть в Кегрихору. В любом случае с охотниками будет разбираться суд, а за искушением и так придется понаблюдать. Слишком уж загадочная личность.

Ну а демону воздастся по полной. Жаль, убить не получится. Мелких любопытных бесов еще можно уничтожить, выкачав из них всю силу, а их высших собратьев – только изгнать, причем с большим трудом.

Поэтому к каждой команде дененсиров кроме целителя прилагался еще и священник. У Инги их имелось целых два, братья Денни и Вито. Старший – маг огня, младший – воды. Причем Денни был высоким, тощим и невозмутимым до равнодушия ко всему, кроме музыки. Пламя, готовое без угрызений совести спалить мир. А Вито, маленький и круглый, как чайничек, постоянно кипел и бурлил, пытаясь направить нечестивую нежить на светлый путь.

– Кэп, информатор сообщил, что в месте для ритуала повышенная активность!

Присев на диване, женщина покосилась на виноватое лицо дурного вестника. Оглель, как всегда, когда нервничал, почесывал щеку. Инга и сама, прыснув в глаза магией, чтобы не умываться, растрепала волосы, прежде чем взмахом руки уложить их в подобие прически. Она тратила магию на мелочи, с которыми справятся вода, мыло и расческа, только когда время оказывалось более ценным ресурсом. Сейчас надо было спешить.

– Отправь туда парочку ребят пободрее и Денни или Вито, чтобы не упустить ничего, связанного с демоном. И буди остальных.

– Да, кэп! Самый бодрый – я, – ненавязчиво намекнул Оглель, но Инга помотала головой.

– Ты сегодня дежурный по связям. Нога еще болит?

Маг раздраженно скривился, но настаивать не стал. Четыре дня назад он в одиночку сцепился с десятком зомби, и один из мертвецов успел укусить его за щиколотку. Конечно, Захар сразу продезинфицировал рану и выжег заразу из крови, но яд успел задеть кость, так что еще пару недель боец из Оглеля был никудышный.

– Будешь знать, как нарушать технику безопасности, – беззлобно проворчала Инга вслед мужчине, уже почти скрывшемуся за дверью.

В команде Ингибитров не так давно погиб некромант. Конечно, им сразу прислали нового, но он не сработался с командой. И как назло, именно в это время зомби решили вылезти на прогулку.

Дежурящий у кладбища Оглель, не став дожидаться вызванной подмоги, возомнил себя великим зомбиумервщлятелем и ринулся в бой. Причем так торопился, что даже обувь не переодел, хотя по правилам должен был сразу стоять в высоких берцах из толстой кожи.

Во многих командах за такие фортели выкинули бы со свистом, но Инга лишь отчитала, громко и не выбирая выражений. Безо всякой ментальной магии было видно, что парень винит себя сам так, как никто другой не сумел бы. А на ошибках учатся, выжившие.

Теперь Оглель и берцы снимал, лишь ложась в кровать, и без перчаток никуда не выходил, несмотря на подкрадывающуюся летнюю жару. Инга знала, что со временем его слегка отпустит, в конце концов, стычки с ядовитой нежитью типа зомби или вампиров случаются нечасто. Но зато сейчас вырабатывается хорошая привычка. Берцы и в драке с нечистью помогают, да и перчатки еще никому не помешали. Магия и через них прекрасно работает.

– Отправил Санчо и Гюрзу, – отчитался Оглель, когда Инга вышла из своего огромного кабинета и столкнулась с ним в коридоре. Учитывая бешеную активность в особняке, столкнуться с кем-то можно было не только фигурально – все торопливо собирались, стараясь ничего не упустить.

Выход намечался позже на два часа. Но экстренные сборы у команды бывали чаще, чем запланированные. Поэтому никто не возмущался, четко зная, что надо делать.

Ингибитры рассчитывали подкрасться к дому, в котором должен был проходить ритуал, а не промаршировать по улицам с ружьями наперевес. Так что уходили из особняка парами или тройками, тихо и бесшумно, вооруженные до зубов, вот только не огнестрелами.

При охоте на нежить бомбочки со святой водой и освященная сталь гораздо полезнее. А против нечисти нет ничего надежнее старой доброй проклятой магии.

Инга выбралась одной из первых, чтобы координировать нападение, если понадобится. Не потому, что в ее команде отсутствовало понятие иерархии – когда надо, ребята умели и решения принимать, и сражаться слаженно, как единое целое, – а из-за ответственности. Все же высший демон прорывается, а не облезлый бес какой-нибудь.

Пока авторазвозчик мчался по темным ночным улочкам, Инга вспоминала прошлую ночь. Ей очень не хотелось думать о своих плохо, даже о тех, кого она выгнала из команды. К тому же сдать заброшенный завод Хряпусам мог любой городской житель, принявший Хряков за приличных. Но все же сегодня следовало быть вдвойне внимательнее. Вдруг предатель среди них?

А задачка и так предстоит нелегкая…

Среди дененсиров было несколько команд экзорцистов: священники, обычные маги и даже люди. Практики и теоретики-демонологи, вдумчиво изучающие все демонические хитрости, изобретающие новые средства борьбы и защиты. Постоянного единого центра у них не было, но их вызывали на все масштабные вторжения. И Инга, хоть и относилась к таким спецам с уважением, предпочитала встречаться с ними на съездах магов, а не в своем городе.

Поэтому сегодня надо было сделать все возможное и невозможное, чтобы демон остался там, откуда пытается вылезти или его зачем-то хотят вызвать. А еще придется напрячь всех информаторов и даже Рузена, чтобы вычислить и выгнать из города всех подозрительных. Возможно, даже придется закрыться на время.

Адрес у авторазвозчика был вбит за несколько домов от цели. Это было уже на уровне инстинкта – подкрадываться к нужному зданию пешком, чтобы тщательнее оглядеться вокруг. Да и бесшумность автоматических машин довольно условна, а тут вроде как народ в засаде сидит, внимание старается не привлекать.

Едва командир просочилась через щель в калитке, к ней тут же подбежал Санчо, мрачно сверкая голубыми глазищами:

– Кэп, там трое незнакомых проклятий и Гиз.

Инга понимающе вздохнула, успокаивающе потрепав парня по плечу.

Близнецы постоянно крутились в «Луне», так же как и маги, поэтому воспринимались хорошими знакомыми. Осознавать, что один из них ведет себя как и положено нечисти, было грустно.

– Жертва тоже там?

Закрыв глаза, Инга внимательно вслушивалась, пытаясь уловить что-то необычное.

Человек услышал бы лишь шелест листвы, далекий собачий лай, скрежет болтающейся на несмазанных петлях двери, дребезжание стекол в окнах, треск ветки под ногами у кого-то из ребят. Но если подключить магию, звуков вокруг становилось гораздо больше.

Глава 11. Несоответствие обстановки

– Не разобрать, – со вздохом признал Санчо. – Доран сказал, что людьми пахнет, но это может быть запах прежних хозяев.

Доран был анимагом, способным принять вид волка или крупной овчарки. Со временем он надеялся освоить какой-нибудь третий облик, само собой тоже из псовых.

Так уж у анимагов заведено. Развивать получалось лишь одно направление, схожее с тем, что заложено при рождении. То есть мышке никогда не стать птичкой. Зато можно стать крысой размером с буйвола.

– Он уже внутри? – Женщина вгляделась в темноту, выискивая низенького и сухонького в человеческом облике мага.

– Да. С ним Гюрза и Денни. Подмоги пока не запрашивали. Ден только брюзжал что-то про несоответствие обстановки. Отправлять следующую партию?

Инга кивнула, одобрительно улыбнувшись. Санчо, хоть и был одним из самых молодых в команде, довольно часто замещал капитана. Официально заместителя у главы Ингибитров не было. В отсутствие командира командовал тот, кто чувствовал в себе уверенность и силы, а еще был готов принять на себя ответственность. И вот последнее многих отпугивало, а Санчо относился к обязательствам спокойно. Возможно, как раз потому, что был еще слишком молод.

– Отправляй. – Инга решила не вмешиваться, а понаблюдать. Идея послать анимага и мага иллюзий для прикрытия священника была отличной. Ведь основная цель у троицы – остаться незамеченными.

Следующую тройку парень скомпоновал тоже довольно продуманно: Хенкель, Сусанна и Цицерна. Два мага земли, причем один умеет работать с камнями, и ветерница на десерт. Идеально, чтобы оглушить без шума и вынести жертву, например, если она там есть.

Но как раз перед тем, как дать отмашку, Санчо получил запрос о подмоге и, не успев спрятать рацию, свободной рукой подал знак разделяться и выступать.

Инга, влетев в дом первой, сразу рванула в подвал. Именно оттуда доносился сочный мат Тора, рычание Дорана и такой привычный бас Гиза.

Но тут кто-то вскрикнул, вроде бы женщина, и тут же Санчо, чуть не сбив командира, пролетел по льду вниз, подгоняемый ветром Сусанны.

Судя по шуму, магов в подвале прибавилось. На крик ускорились и ворвались отправленные на крышу. Само собой, часть дененсиров осталась во дворе, охранять дверь и окна. Но у проклятий уже не было ни единого шанса выбраться. А ведь хотелось бы взять хоть одного живьем.

Вот только, влетев в подвал, Инга быстро оценила обстановку и громко рявкнула:

– Стоп!

Когда все замерли, магичка быстро нашла взглядом одно уцелевшее проклятие и Гиза, хорошо потрепанного, возможно даже слегка деградировавшего. Но это поправимо.

– Кто мог вас подставить? – Инга как следует встряхнула мощное плечистое искушение, словно утрамбовывала вливаемую в него энергию. – Давай, думай, громила проклятый!

Подвал подходил для проведения ритуала, но гораздо больше напоминал склад с дурманом. Им-то он и являлся. Не зря Денни упоминал о несоответствии обстановки.

– Санчо, кто прислал запрос о подмоге?! – Пока Гиз хлопал глазами, приходя в себя и восстанавливаясь, Инга перекинулась на своего зама.

– Хм-м-м… – Парень с обвиняющим видом уставился на рацию, но та предательски молчала. – Высветилось, что кто-то из наших, координаты совпали…

– Ясно. Не переживай, я бы так же попалась. – Магичка успокаивающе потрепала Санчо по плечу. – У кого-то зуб на Рузена. Этот кто-то вычислил моего информатора и подсунул ему дезу. Возможно, этот же кто-то слил Хрякам адрес завода, но тут я уже не уверена. Главное, мы в заднице! – выразительно закончила свою речь Инга. – И нам надо быстро найти иголку в стогу сена…

Конечно, вероятность, что именно сейчас где-то в городе происходит ритуал вызова демона, была не совсем стопроцентная. Но сильно рядом, девяносто девять целых и девять десятых процента.

Это же идеально – подсунуть координаты склада, указать время чуть попозже, чтобы добавить суеты, проследить, чтобы все Ингибитры рванули на обычную встречу двух банд, торгующих дурью, перебили всех и огребли бы проблем по самые уши.

Проблем, конечно, никто не отменял. Но масштабы не такие крупные, как задумывал неизвестный организатор.

– Так, выбейте из Гиза информацию о врагах, только нежно. Нам его еще в бар к своим возвращать. А этого, – Инга махнула рукой на незнакомое проклятие, – тоже допросите, выясните, кто и откуда… ну и пришлите цветы их главарю в качестве извинений. Пусть тоже среди своих пороется, вдруг подставить хотели его, а не Рузена.