– Жалоба чья?
– А вы кто?
– Представьтесь, – потребовал я.
– Александр Александрович Вяземский, – задрал нос парнишка.
– Слушай меня, Сан Саныч, ты ж умный парень. У тебя два варианта. Первый – ты рассказываешь мне, кто анонимку настрочил на кофейню, пишешь в своих бумажках, что тут все ОК, и мы расстаемся друзьями. Или я звоню твоему начальству. У господина Киреева сын боксом занимается, знаешь? Теперь знаешь. Тебе нужны лишние проблемы со мной и директором? Вот и я думаю, что нет. А то расстроится еще, тебя уволит, а ты парень неплохой, жалко тебя. Давай, быстренько фамилию дятла мне назови.
Парень молчал, а я надавил:
– Сан Саныч, не беси.
– Попов. Мы только начало, госпожу Преображенскую заказали. Приказ кофейню прикрыть.
Епта, она Преображенская. Что ж меня на интеллигенцию потянуло?
– Думаю, сегодня к ней еще пожарный инспектор заглянет, а потом и налоговый.
– Хороший ты парень, Сан Саныч, душевный, – хлопнул я его по плечу, – давай, зови друзей и иди. Я твоему начальству сам позвоню, все порешаю.
Ильицкий меня бесил заочно, теперь бы выяснить, кто такой Попов.
Не глядя больше на паренька, вошел в кофейню. Аристарховна варила кофе, стоя спиной ко мне, а Диночка испуганно сидела за стойкой.
– Пучило его, ты посмотри, – зло бурчала Аврора. – Может и правда отравить?
– А ты, Аристарховна, бесстрашная. Наверное, и манту в детстве мочила, да?
Она медленно развернулась, чашка в ее руке ощутимо подрагивала, а губы сжались в тонкую ниточку.
Ну, зато умру счастливым. В конце концов, из рук любимой даже яд – нектар, да?
Глава 8
Аврора
«Я профессионал! Профессионал! – как мантру мысленно повторяла я, глядя в наглые карие глаза. – Профессионалы клиентов не бьют и не травят, даже если очень хочется!»
Сеанс самовнушения не сработал, а на мои возмущенные взгляды самоуверенному Роберту было плевать.
Кажется, у меня дергался глаз, а остатки терпения улетучивались со скоростью звука. Боже, если он еще хоть слово скажет, я забуду, что я воспитанная женщина, которая никогда в жизни ни с кем не дралась. Наплюю на все и просто побью его!
Может, я была права и Роберт – местный сумасшедший? Ничем иным я его нездоровое желание ходить ко мне в кофейню, как на работу, объяснить не могла. Боже, чем я так провинилась в этой жизни, что мою машину подпер именно этот индивидуум с полным отсутствием такта и чувства юмора? Еще и язык без костей. Мне кажется, он даже мертвого уболтает подняться из могилы, чтобы посмотреть, у кого рот не закрывается.
– Спокойствие, только спокойствие, – поняв, видимо, по взгляду, что сейчас его будут бить, поднял ладони вверх Роберт, – я все порешал, Аристарховна, выдыхай. Травить меня не нужно, тебя быстро поймают, потом посадят, да и хоронить меня дороговато, я для обычного гроба крупноват.
Я заозиралась по сторонам, вспоминая, куда спрятала отраву от тараканов. На крайний случай – дихлофос, потому что этого вредителя срочно нужно было как-то вытурить за пределы моей кофейни.
С громким стуком поставила чашку на барную стойку. Несколько капель вылилось, растекаясь по столешнице, а Роберт продолжил:
– Диночка, раз проверка ушла, помещение закрывай на учет. Выходной у вас сегодня. Возможно, даже завтра.
Я молча взяла салфетку, вытерла лужу.
– Уволю, – не своим голосом предупредила я подскочившую на ноги Дину.
– Диночка, не слушай ее, Аврора Аристарховна просто немного перенервничала.
Я смяла мокрую салфетку, представляя, что это его голова, и процедила:
– Роберт, вы ничего не перепутали? Напомните мне, когда я принимала вас на работу?
– Я временно взял командование на себя, – пояснили мне. – Заказали тебя, Аристарховна, сейчас проверками замучают.
– Я уже и без вас догадалась, – закатила я глаза.
Шикарный вечер вдвоем с подругой, сплетнями и бутылкой вина, и спокойное утро у нее же дома было безбожно испорчено звонком Дины, которая дрожащим голосом сообщила, что у нас проверка.
Игнорируя головную боль, я срочно выехала в кофейню, где проверка началась в катастрофических масштабах. Судя по ответам господина Вяземского, он ко мне не просто так нагрянул. Осталось понять, кто конкретно потратился – обиженный Ильицкий или все-таки Попов, который перешел от угроз к делу.
– Тогда что стоим? Кого ждем?
– Я не могу вот так взять и просто закрыть кофейню на один день.
– Тогда придут серьезные дяди и прикроют ее навсегда, – не согласился со мной Роберт. – Пожарка работает? Двойную бухгалтерию хорошо спрятала?
Он поднялся и, не обращая внимания ни на кого, запер дверь кофейни. Подумал, нашел картонку, вытребовал у Дины маркер и кривыми буквами нацарапал: «Закрыто на переучет!»
Выставил табличку и потер ладони.
– Переучет? – взорвалась я. – Мы что, в «совке»? Немедленно прекратите тут командовать! Я сама разберусь со своими проблемами!
– Да ну? Ладно, открывай кофейню, пожарной безопасности скажешь, что у датчиков выходной, а у лампочек ПМС, поэтому они работать не хотят.
– У каких датчиков? – не поняла я.
Роберт поднял голову, взглядом указывая на датчики пожарной безопасности.
– Как минимум три не работают, – объяснил он.
– Я же… Месяц назад представитель фирмы приезжал, – растерялась я.
– Ну вот я и говорю, выходной у них просто. Так дяде инспектору и скажешь, он поймет. Дима где? Диночка, зови Диму или любого мужчину, кто в курсе, где хранятся инструменты.
– Это еще зачем? – нервно хмыкнула я.
– Ты пока думаешь, я посмотрю, что с твоими датчиками. Где Дима?
Я гордо прошла мимо Роберта, вошла в подсобку и, кряхтя, попыталась выдвинуть большой ящик с инструментами.
– Куда тяжелое? Аристарховна, вирус «все сама» лечится присутствием нормального мужика рядом. Да отойди ты, сам возьму.
Меня осторожно отодвинули, подхватили ящик, который мы с Катей вдвоем с трудом могли сдвинуть с места и тащить только волоком, подмигнули и утопали в общий зал.
– Что вы собираетесь делать? – сдувая с лица прядь волос, промямлила я.
Он не человек! Медведь гризли в человеческой шкуре. Даже не запыхался, пока пер тяжеленный ящик. Еще и осматриваться по сторонам успевал.
– Пойти поискать стремянку, – Роберт поставил на пол инструменты, развернулся ко мне и пригрозил: – Пойдешь тащить сама – выгоню до полного устранения всех неполадок.
– Вы… Диверсант! Скажите честно, вас Попов послал, да?
– Ху из Попов? Диночка?
– Конкурент наш, у него кофейня за углом, – мгновенно сдала меня Дина, только укрепляя подозрения, что диверсантов тут два.
– Аристарховна, чтоб тебя, извольте присесть, а? Вот тебе стульчик. А если ручки занять нечем, то свари мне нормальный кофе, а не ту бурду, которую ты мне подсунула десять минут назад. Я кофе пить люблю, а не жевать. Дима, ну наконец-то! Стремянку тащи!
Я обессиленно опустилась на стул и спрятала лицо в ладонях. Все мои подчиненные единым фронтом выступили за этого неандертальца, выполняя все его распоряжения и не советуясь со мной.
Может, Славик был прав и у меня нет авторитета? Бывший считал, что я слишком мягкая и не единожды говорил, что рано или поздно это выйдет мне боком.
Роберт разошелся вовсю, припахав к делу всех, кроме обалдевшей меня. Дима принес ему старую стремянку, поставил у стены и радостно возвестил:
– Вот!
– Не смейте ничего трогать! – снова попыталась я навести порядок. – Я сейчас в фирму позвоню, они приедут и все проверят!
– Через неделю они приедут, как в тот раз, – пробурчала Дина, – на восьмой день соизволил явиться, и даже без инструментов.
– Почему ты мне не сказала? – развернулась я к Дине.
– Забыла, – смутилась Диночка.
Я готова была биться головой о барную стойку, а Роберт продолжал веселиться.
– Дима, давай сам на стремянку, меня не выдержит. Другой нет?
– Сломали, – косясь на меня, признался Дима.
– Лезь на эту, я подстрахую. Знаешь, что делать?
– Нет, я в пожарной безопасности ничего не понимаю.
– Ой, деятель. Бери отвертку и делай только то, что я говорю. Аврора, где мой кофе?
– Вы и так чересчур бодры, боюсь, что после еще одной порции кофе вы предложите здание разобрать и построить заново, а я к таким потрясениям не готова.
– Диночка, – очаровательно улыбнулся он моей бариста.
– Сейчас все будет, – пообещала она и дунула к кофе-машине.
Роберт посмотрел на себя, оттянул футболку, подумал и снял ее, отбрасывая на стул.
– Немедленно оденьтесь! – подпрыгнула я, когда он стал разминать плечи, словно боксер перед боем.
– Я в твоей кофейне уже испортил одну белую футболку, – подмигнул мне Роберт, окончательно лишая дара речи. – Дима, твою мать…
И снова вернулся к инструктажу строительного новобранца, матом объясняя, какую конкретно деталь трогать не надо.
Дина, виновато отводя взгляд, подвинула ко мне стакан:
– Кофе, – заговорщицким шепотом произнесла она, – успокоительный.
Я машинально потянулась за чашкой и залпом выпила. Закашлялась, потому что гордо назвать «кофе» чуть разбавленный коньяк могла только Дина.
Зато спустя пять минут действительно почувствовала себя лучше. В груди уже не вибрировало от гнева, руки не тряслись, а правый глаз почти не дергался, в отличие от левого.
Я спокойно смотрела, как Роберт, играя мускулами, достал дрель, проверил и передал ее Диме.
Почти не напряглась, когда Дима начал сверлить стену прямо над неоновой вывеской и даже согласно кивнула, когда Роберт авторитетно заявил, что ее нужно снять. Временно. Потому что там какие-то провода, до которых ему нужно добраться.
Я подперла щеку кулаком и уныло решила, что еще пара встреч с Робертом Багровым, и я сопьюсь!
Глава 9
Роберт
В свои сорок лет я понял, что ни хрена не понял. До того дня я мог с уверенностью сказать, что навыки дипломата у меня врожденные, в людях я разбирался, а подход смог найти даже к Инге Сергеевне.
С женщинами я обращаться умел. Ювелирно и тонко, всегда оставаясь в приятельских отношениях со всеми. Но с Авророй, мать ее Аристарховной, чтоб меня, Преображенской, все сломалось. На все мои знаки внимания и проявления дипломатии злючка почти не реагировала.
Я косился на нее и понимал, что маленько перегнул и, кажется, Аристарховну немного сломал. Она пила кофе, мечтательно рассматривая стену. И с каждым глотком ее взгляд все сильнее мутнел, а на губах блуждала романтическая улыбка.
В тот конкретный момент я варварски рушил ее выстроенную картину мира, где женщина «все сама, всего добилась, сама все порешает». Может, и перегнул немного, но в моей семье все проблемы решали мужчины. И ни одна женщина семьи Багровых не могла пожаловаться на вопиющий патриархат. Ну, может, только в самом начале, но быстро привыкали.
Смотрел на злючку и умилялся. Не мог не умилиться от растерянного выражения ее лица. Я видел, что стервочка косится на мой торс, прикусывает губу, рассматривая татуировку на груди. Ее дыхание сбивалось, а жилка на шее нервно пульсировала, сдавая Аристарховну с потрохами.
Просто она сама не знает, чего хочет. Галантного ей надо? Не верю! Из всего, что наболтала мне Дина, я мог с уверенностью сказать, что Авроре нужен мужик с ушами, потому что мужик без ушей – это некрасиво. Во всем остальном она точно ошибалась, а я выбрал верную тактику варварского завоевания.
И пусть она краснела и возмущенно охала каждый раз, когда я выдавал заковыристый мат, сопротивлялась любой помощи и негодовала от того, какой я хам, я видел – ей это нравилось. А значит, все ее галантные чистоплюи – тот же обман самой себя, как и ее бесящее «все сама». Просто мужики ей до этого попадались не фонтан, вот и пришлось надеть на себя маску холодной и высокомерной стервы.
– Дима, твою ж в Австралию! Иди, болезный, отдохни, – посоветовал я подрастающему поколению, которое тяжелее компьютерной мышки в руках ничего не держало.
А сам пошел на Аристарховну. Моя злючка переместилась на диванчик у окна, любовно прижимая к груди большую чашку кофе.
– Что скучаешь, барышня? – подмигнул я, садясь напротив.
Она вздохнула и снова сделала глоток, а до меня дошло:
– Аристарховна, ты что, пьяная?
– Угу, – согласилась она.
– Алкоголик ты мой начинающий. Я смотрю, ты по кривой дорожке вредных привычек пошла, да, злючка? Сначала сигарета, теперь… Что пьешь-то?
– Кофе. Успокоительный, – очередной вздох.
Подумал и переместился к ней поближе. Упал на сидение, вызывая монарший гнев, и принюхался:
– Хера себе. Коньячок?
– Хотите? – Аврора повернулась ко мне и протянула чашку.
Отобрал у начинающего алкоголика допинг, отставил в сторону и наигранно возмутился:
– Не стыдно тебе потом к детям в таком виде идти? Муж не заругает?
– Скажите честно, Роберт, – теперь она развернулась ко мне всем корпусом и нетвердо ткнула пальчиком мне в грудь.
Нахмурилась и точно оценила мою физическую форму, вылепленную потом, кровью и часами в зале.
– Что вам от меня нужно? – жалобно прошептала она, сглатывая.
Все, злючка, ты попала. И я, видимо, тоже. Все, что должно было отреагировать на ее касание, поднялось по стойке «смирно», вызывая красные круги перед глазами.
В нос ударил ее запах, едва ощутимый. Я завелся. Крышу двинуло, как никогда раньше. Меня так даже в бурной молодости не накрывало.
– Роберт, уходите, а? – взмолилась Аристарховна.
– Нравишься ты мне, – честно признался я.
– А вы мне – нет, – вспыхнула она.
– Это временно, злючка. Скоро ты в меня влюбишься по уши, – ободрил я.
– Роберт, ваша корона все-таки расцарапала мне потолок и сломала датчики.
– Я все исправлю! – с улыбкой пообещал я.
– Я вижу, как вы исправляете. И прекратите мне «тыкать»! Свалились на голову как снег летом, все нервы вымотали, потолок сломали, кофейню мне закрыли и разобрали! Вы что о себе возомнили? Что без вас я не справлюсь? Тридцать лет справлялась, а тут разучилась, да?
Спокойно, Роб, спокойно. Злючка просто еще не поняла, что она уже моя. В конце концов, если женщина не может довести тебя до нервного срыва, – это не твоя женщина.
– Значит, тебе тридцать? – обрадовался я. – Аристарховна, прекрати смотреть на меня матом, очень прошу. Уверен, если ты присмотришься внимательней, то найдешь во мне кучу достоинств. Смотри – уши есть, пресс есть, улыбка – само очарование, и вообще я идеальный.
– Не идеальный, – задрала она носик. – Руки некрасивые.
– Чего? – не понял я.
– Ладони слишком широкие и пальцы слишком длинные. На лопату похожи.
Я посмотрел на свою ладонь, сжал ее в кулак и обалдело уставился на злючку:
– А у ВАС, Аврора Аристарховна, характер отвратительный – я же не высказываюсь?.. Как вас муж терпит? И, кстати, где он?
– На работе. Он, в отличие от вас, уважает мои границы и не лезет со своей помощью, когда его не просят.
– Границы? Аристарховна, какие, нахрен, границы? Ты республика?
– Личные! – взвилась она.
– Так, этому столику больше не наливать, – решил я, когда Аврора потянулась за чашкой, – я с твоими тараканами в голове и трезвыми общий язык найти не могу…
Перехватил ее ручку на лету и вернул на место. Аврора вспыхнула и надулась, а я снова умилился. На губах сама собой появилась улыбка, а независимую и гордую республику с личными границами очень захотелось обнять, прижать к себе и мягко завоевать все, мать их, территории.
Или не очень мягко – как пойдет. Но то, что злючке понравится, сомнений нет. Я не стал отказывать себе в удовольствии, приобнял ее за плечи, притянул к себе и прижал к груди.
Злючка напряглась и засопела.
– Не сопи, – посоветовал я.
– Я на вас мужу пожалуюсь!
– Да нет у тебя мужа. Тебя с таким характером только я выдержать смогу. И детей тоже нет. Врушка ты, Аристарховна.
И сильнее к груди прижал, когда она начала вяло сопротивляться.
– А вы… вы… Варвар! – нашла она подходящее ругательство.
– Есть такое, – согласился я, – а как иначе с твоими границами договариваться? Только завоевывать.
– Непрошибаемый какой-то, – пробурчала она мне в грудь.
А я млел, держа ее в своих руках. Кроха такая, худая, маленькая и уютная, хоть и колючая. Ее бы откормить немного, а то совсем себя загнала со своим бизнесом.
– Роберт, а вам сколько лет? – вдруг спросила она, на мгновение расслабившись в моих руках.
– Сорок.
– Сорок, и вы не женаты? – изумилась злючка.
– Не-а. И никогда не был. Просто боженька, Аристарховна, создал каждой твари по паре, а я свою долго искал.
– Нашли?
– Нашел. И не отпущу.
– А от меня вам что нужно? Идите свою тва… пару очаровывайте.
Я с трудом сдерживал смех, потому что ругалась Аристарховна очень забавно.
Прижал ее к груди потеснее и прикрыл глаза от удовольствия, но ненадолго. Вредная злючка все-таки вырвалась, выпрямила спину и фыркнула как кошка, даже нос сморщила.
Правда, шатало Аристарховну не по-детски. Злючка явно перебрала с «успокоительным».
– Аврора, может, тебе поспать? Есть у вас тут диванчик? Диночка?
– Роберт, может вам прекратить уже решать за меня, что мне делать? – вздохнула злючка.
– Я для тебя стараюсь, Аристарховна. Тебя шатает как мачту корабля.
– Это все вы виноваты! – указательный пальчик злючки снова прилетел мне в грудь.
Я осторожно перехватил ее запястье и медленно поднял к губам, ни на секунду не отпуская ее взгляд. Зрачки злючки расширились, а когда я поцеловал ее кулачок. Она со свистом выдохнула и машинально облизнула губы.
Так-то!
– Пошел я, страх поищу, – подмигнул ей, поднимаясь.
Злючка приходила в себя, а я вернулся к починке, когда в дверь постучали, Диночка дунула открывать, а с порога донеслось:
– Рори, я договорилась, завтра к Попову самому тысяча проверок нагрянет, а там и Ильицкого зацепим! Не поняла…
Холодные голубые глаза новоприбывшей остановились на мне.
Глава 10
Аврора
Я явно перебрала с «кофе», потому что в какой-то момент Роберт даже стал казаться симпатичным и очень милым человеком.
Тряхнула головой и перевела не самый твердый взгляд на подругу. Онаопасливо рассматривала психа, который как заведенный продолжал что-то чинить. Нужно будет спросить у Дины – может, она и ему чего в кофе добавила? Бодрящего.
Катя кашлянула, подняла брови и подошла ко мне. Села рядом, поцеловала в щеку и сочувственно поинтересовалась:
– Ты как? И кто этот Годзилла?
– Строитель, – выдохнула я, замечая, что взгляд Роберта то и дело возвращался к моей скромной и не совсем трезвой персоне.
– Мужчина, – засмеялась Катя, – вас на каких лугах так хорошо откормили?
Роберт развернулся к нам, но смотрел исключительно на меня. Улыбнулся, сверкнул глазами и решил присоединиться к нашей компании, на время забыв о самовольно взятых на себя обязанностях строителя.
Сел напротив, сложил локти на столешницу и по очереди рассматривал нас с подругой.
– Меня-то? Никто. Сам кушал. А вас, милая барышня, как зовут? – пристал он к моей подруге.
– Катерина. Для вас – Катерина Романовна.
– Еще одна важная пи… персона, – снисходительно хмыкнул Роберт, а я тоскливо развернулась в сторону Кати и пожала плечами – мол, вот так у нас. – А я просто Роберт. Без регалий.
– Просто Роберт без регалий, не могли бы вы оставить нас с Авророй Аристарховной наедине? – вежливо потребовала Катя.
– Мама мия, я думал, Аристарховна такая одна, а вас две, – непонятно чему обрадовался Роберт. – Диночка, сделай Катерине Романовне тоже успокоительного кофе, что ли? За мой счет, разумеется.
С шальной улыбкой он поднялся на ноги, подмигнул мне и вернулся к починке.
– Ро, ты где его нашла? – обалдела Катя.
– На парковке у кофейни позавчера, – тоскливо протянула я, заглядывая в пустую чашку.
– А зачем взяла? Лежал бы себе спокойно.
– Он сам увязался и не отстает, – пожаловалась я. – Катя, этот оккупант просто пришел, отправил СЭС восвояси, разгромил мне всю кофейню под видом починки пожарных датчиков и командует.
– М-да… – потерла подбородок подруга, – экземпляр, конечно, интересный.
– Хам, нахал, мужлан и варвар! – припечатала я. – Короче говоря – Иннокентий. И уши у него некрасивые.
– Рори, ты сейчас серьезно? – осторожно поинтересовалась Катя. – Ты присмотрись, какой генофонд пропадает.
– Тебе понравился? – оживилась я. – Я ради такого случая даже прогуляться схожу, поболтаете наедине.
– Рори, ты мне ближе, чем сестра, и я для тебя в огонь и воду, но на такие подвиги не согласна, прости, – хмыкнула Катя. – Ему явно нравишься ты. Я, знаешь, что успела заметить? Когда мужик влюбляется, у него взгляд глупеет. Судя по твоему, ты ему ну очень нравишься. А если присмотреться чуть пониже, то доказательства налицо.
Последнее предложение Катя прошептала, прикрыв рот ладонью, и отвела взгляд.
– Не буду я никуда присматриваться, – буркнула я и покраснела.
– Дело твое, – пожала плечами Катя, – хотя да, кушает он много и с удовольствием, ты со своей доставкой правильного питания не потянешь.
– Доставка – это удобно. Мне некогда готовить, к тому же я живу одна, – попыталась оправдаться я за свою женскую несостоятельность.
– Ладно, оставим пока тему Годзилл и твое питание. Ты в состоянии разговаривать?
Катя отвлеклась на подошедшую Дину, которая поставила перед ней кофе. Успокоительный. Девушка развернулась и убежала за стойку, а я нервно хмыкнула:
– Это рейдерский захват. Он всех моих работников очаровал, – пожаловалась я.
– М-да… Надо что-то делать с твоим варваром-завоевателем, – согласилась со мной Катя, косясь на Роберта.
Он стоял к нам боком, давая очередные ценные указания довольному Диме. Заметив, что мы обе пристально на него смотрим, встал покрасивее и выдал нам свою лучшую улыбку.
Я дернулась, Катя нахмурилась и отодвинула подальше чашку с кофе, пояснив:
– Я за рулем. Слушай, я позвонила Майе, это жена одной важной шишки из налоговой и моя постоянная клиентка. Так вот, ее уважаемый супруг подтвердил, что тебя заказали. У тебя с бухгалтерией все нормально?
