– Его Величество уехал на охоту, госпожа, и будет отсутствовать до завтрашнего утра.
– И давно он уехал?
– Нет, госпожа, – продолжил он спокойным тоном, по-прежнему не поднимая головы, – Его Величество покинул дворец сегодня, рано утром. Я распоряжусь, чтобы Вас должным образом приняли и приготовили комнату для почётных гостей. Как только Его Величество явится, ему тут же доложат о Вашем визите.
– Благодарю.
Вновь поклонившись, дворецкий открыл двери, впуская нас в замок. Меня тут же обдало холодом дворцовых стен. В холле, что удивило, светили яркие люстры, и сей факт кардинально разнился с моими воспоминаниями. Дворец двора Теней запомнился мне, как мрачное зловещее место, где всегда царит кромешная тьма – но, похоже, за долгие годы здесь многое изменилось. Преобразилось убранство, стало более вычурным – на каждом шагу на глаза попадались фарфоровые статуэтки всевозможных форм и картины, написанные маслом; только весьма мрачного характера.
Но хоть место и изменилось внешне, от него по-прежнему веяло зловещим холодом, от которого тело покрывалось гусиной кожей. Мрачнее места на земле не сыскать, это точно.
Я коротала время за чашечкой чая и лёгкими закусками в комнате для приёмов, пока мне готовили спальню. Глаза то и дело бегали по убранству, изучая его. Справедливости ради стоило отметить, что у Камиана оказался довольно хороший вкус. Что бросилось в глаза не сразу – небольшой стеклянный шкаф, а в нём… множество бутылок. Интереса ради я потянула на себя дверцы и достала одну – по названию поняла, что её содержимое когда-то было вином редкой марки. На полке в лёгком слое пыли также отпечатались круглые следы; их я насчитала семь штук. Бутылки на тех местах будто недавно кто-то забрал.
Я нахмурилась.
Спустя какое-то время меня наконец проводили в отведённые покои, и я осталась одна. Приняла ванну, переоделась в лёгкую шёлковую сорочку и укуталась с головой в тёплое одеяло. Дорога была длинной и тяжёлой – меня сразу сморил крепкий сон.
* * *
Когда я открыла глаза, уже было позднее утро. Сперва мне показалось обратное, словно я проспала от силы пару часов – не было ни лучей солнца, пробивающихся через шторы, ни ясного голубого неба. Ах, да… В этом краю царила бесконечная ночь, что сразу навеяло на меня тоску. Мне не терпелось как можно скорее разобраться с причиной королевского визита и уехать обратно в свои залитые теплым солнечным светом просторы. Здесь я ощущала себя, словно в каком-нибудь подземелье, и не представляла, как люди живут тут всю свою жизнь.
Наскоро приведя себя в порядок с помощью дворцовой прислуги и отказавшись от завтрака – кусок в горло не лез, – первым делом я поинтересовалась, вернулся ли хозяин дворца. Как оказалось, вернулся он ещё глубокой ночью и до сих пор спал как убитый. Я с натянутой улыбкой попросила привести ко мне его слугу. Вскоре в дверь аккуратно постучал высокий парень, представившийся Дорианом – взгляд безошибочно узнал в нём мальчишку, приставленного к Камиану ещё в далёком детстве.
– Ваше Величество, доброе утро, – Дориан поклонился и одарил меня своей сдержанной улыбкой. Крепкий, миловидный светловолосый юноша, безупречно соблюдая дворцовый этикет, сложил руки за спиной и выпрямился. – Для нас честь видеть Вас во владениях Его Величества.
– Доброе утро. Рада видеть, Дориан, – я тоже улыбнулась ему в ответ. – Много лет прошло с нашей последней встречи.
– Сколько бы лет не прошло, Вы, госпожа, всё так же прекрасны, как и прежде. Поздравляю Вас с помолвкой. Во всех Пяти королевствах не найдётся того, кто б не говорил о Его Величестве Армунде, о его доблести, мудрости и чистом благородстве. Репутация Вашего будущего супруга поистине исключительна.
– Благодарю, Дориан.
– Вы посылали за мной. Чем я могу служить Вам?
– Камиан, – отрывисто бросила я. – Ты ведь знаешь, что он сделал?
Дориан тут же отвёл взгляд в сторону и неловко поджал губы, словно эта тема была последней, на которую он хотел бы когда-либо со мной говорить.
– Слышал, верно. Господину Камиану… С ним нелегко, хоть я и не имею никакого права говорить подобное.
– Под «нелегко» ты имеешь в виду?..
– Он вырос очень сложным человеком. Я пытался отговорить его от того необдуманного решения, Ваше Величество, но Вы ведь знаете его упорный нрав – если господину Камиану что-то в голову взбредёт, он мир перевернёт, но всё равно поступит по-своему.
– Могу я узнать причину? – внутри нарастало раздражение. И ведь я этого безрассудного ещё даже в глаза не видела!..
– Не могу знать, Ваше Величество. Господин не обсуждает со мной решения, касающиеся королевства.
На короткий миг почудилось, что Дориан недоговаривает, и что ему прекрасно известна причина подобного поведения своего хозяина, но это смутное ощущение пропало так же быстро, как и появилось. Допытываться я не стала, лишь отдала короткое распоряжение:
– Проводи меня к нему. Я хочу лично обсудить с ним вопрос о разрыве торговых соглашений.
– Беспокоить Его Величество в личных покоях наутро после ночной охоты противоречит приказу. Слугам нужно немного времени, чтобы привести господина в порядок к приёму, да и…
– Я сказала: отведи меня к нему.
Дориан, помедлив, взглянул на меня и понял, что единственным разумным решением будет повиноваться. Юноша вновь низко склонил голову.
– Конечно. Я покажу Вам дорогу.
На удивление, комната правителя двора Теней оказалась совсем недалеко от той, куда поселили меня. Дориан шёл впереди, пока коридор не свернул прямо к королевским покоям. Юноша тихонько отворил дверь, вошёл сам, а затем пропустил и меня.
В нос сразу ударил мерзкий запах спиртного – это было первое, чем встретил нас просторный рабочий кабинет. Бо́льшую его часть занимали резные книжные стеллажи, забитые до отказа всевозможной литературой, но что сразу бросилось в глаза – немалая часть книг в раскрытом брошенном виде лежала просто на полу. Дорогой диван, расположенный возле тлеющего камина, грубо сдвинула в сторону чья-то тяжёлая рука, а ваза со свежесрезанными тюльпанами – моими любимыми цветами, – валялась возле кофейного столика. Здесь царил настоящий хаос, на фоне которого выделялась лишь аккуратно поставленная в угол комнаты скрипка с выгравированными инициалами «К.Х.». А у широкого окна стоял рабочий стол, за которым и спал хозяин всего этого безобразия. Вокруг него было множество бутылок из-под вина, содержимое одной из которых пролилось на светлый изысканный ковёр.
Так вот кто опустошил те винные запасы.
В груди начала закипать ярость; ладони мелко задрожали, сбилось дыхание. Спиной я ощутила на себе сочувствующий взгляд Дориана, словно тот как раз и пытался предостеречь меня от подобной картины.
Камиан – молодой парень; он был лишь на два года старше меня – ему исполнилось двадцать три. Но во что правитель двора Теней уже успел превратить свою жизнь? Неужели жизнерадостный мальчик, которого я когда-то знавала в детстве, которому была лучшим другом, превратился в заядлого пьяницу?! Вдобавок ко всему, свежа ещё его выходка о прекращении торговли между нашими землями. Уму непостижимо!
Переступив через разбросанные бутылки, Дориан потянулся и аккуратно коснулся чужого плеча ладонью, надеясь, что прикосновение выдернет Камиана из объятий сна. Но юноша спал так крепко, что даже не отреагировал на касание. Я сморщила в отвращении нос.
Тогда, не видя иного способа разбудить его, я рукой подала Дориану знак, чтобы тот прекратил напрасные попытки привести хозяина в чувство, а затем достала из комода чистый бокал, наполнила его до краёв вином и, задумавшись на мгновение, плеснула ним в молодого короля. Реакция последовала моментальная: слуга отпрянул к стене, едва не угодив под плеснувшийся в их сторону напиток, а сам Камиан с громким вздохом вскочил с места и едва не рухнул на пол, успев ухватиться ладонями за стол. Карие глаза хозяина комнаты посмотрели на меня с такой яростью и ненавистью, что на мгновение невольно стало не по себе. Казалось, в таком состоянии он готов был наброситься на меня.
Вести себя подобным образом я считала ниже своего достоинства, однако этот случай вынудил меня пойти наперекор своим убеждениям. Другого выхода просто не нашлось.
– Ты что творишь?! Совсем рехнулась, ненормальная! – прокричал он хриплым ото сна голосом, стряхивая вино с волос цвета вороньего крыла. Начавшийся со злобы взгляд его, напротив, быстро прояснялся. В одночасье разъярённый подобным пробуждением парень превратился в растерянного юношу. Он в недоумении захлопал ресницами, пытаясь проморгаться. – Элла?.. Глазам не верю… Это ты!
Мгновением спустя Камиан сорвался с места и сгрёб меня в крепкие объятия. В нос ударил стойкий запах спиртного, пропитавшего одежду: я не удержалась и вновь случайно сморщила в отвращении нос. До ушей донёсся звук тяжёлого дыхания от охватившего юношу волнения; грудной клеткой явно ощущалось его учащённое сердцебиение. Признаться честно, я тоже волновалась перед встречей с ним, ведь последняя наша встреча была примерно десять лет назад. С тех пор утекло много воды, многое поменялось. И я не могла не сравнивать то, каким он запомнился мне и каким стал сейчас. Юноша возмужал, и в его внешности проявились необычные, цепляющие черты, хоть я и не могла назвать его красивым. Скорее, довольно симпатичным.
Было сложно поверить, что парень передо мной – тот самый Камиан, с которым я так крепко дружила в детстве.
– Доброе утро, Камиан, – неловко приобняла его за плечи и постаралась натянуть на губы дружелюбную улыбку. Взгляд неосознанно упал на неловко переминающегося с ноги на ногу Дориана.
– Вот уж действительно доброе, – молодой правитель продолжал сжимать меня в руках, даже и не думая отпускать. От сильной хватки уже начинало болеть тело. – О, небеса, вот так неожиданность! Как же ты изменилась, милая Элла, тебя просто не узнать! Какой красавицей стала!
– Отпусти, пожалуйста, мне больно.
Словно опомнившись, он выпустил меня из объятий, бубня под нос извинения. Быстро оправившись от неловкости, Камиан нежно коснулся моей ладони губами, после чего отдал слуге распоряжение на скорую руку привести кабинет в порядок и разложить разбросанные вещи по своим местам.
– Когда ты приехала? Если бы я знал о твоём приезде, я бы распорядился подготовить всё для тебя.
– Господин, я ведь говорил Вам о прибытии Её Величества, когда Вы вернулись с охоты… – не совсем уместно встрял Дориан, пытаясь объясниться. Камиан тем временем как раз направлялся в ванную комнату, где слуга торопливо наливал своему хозяину воды в позолоченный таз для умывания.
– Говорил? – переспросил Камиан, стрельнув в юношу раздосадованным взглядом. Дориан кивнул. Взяв в руки махровое полотенце, король двора Теней протёр влажное лицо и сощурился. – Уж новость о прибытии Аирэллы я бы точно запомнил.
Видимо, он был столь пьян, что совершенно пропустил эту новость мимо ушей. Но, всё же отвечая на заданный вопрос, я коротко заметила:
– Вчера вечером.
– Элла, ночью ведь опасно. Тебе нужно было предупредить меня о своём визите, я бы сам тебя встретил.
«Элла». Это нежное сокращение моего имени вновь навеяло воспоминания из детства, когда мы были беззаботны и юны. Камиан был единственным, кто звал меня так.
– Аирэлла, – поправила его я, но, кажется, на замечание он не обратил особого внимания. – Очень мило с твоей стороны, Камиан, но я не в гости. Я приехала поговорить.
– Слушаю тебя, – хозяин комнаты распахнул платяной шкаф, достал свою одежду, а затем зашёл за высокую тёмную ширму, принимаясь стягивать с себя охотничий наряд – конечно, не без помощи своего ближайшего помощника. – Так о чём ты хотела поговорить?
Подбирая нужные слова в голове, я скрестила руки на груди, готовясь к предстоящему разговору. Привычка доверять собственным ощущениям теперь подсказывала мне, что этот диалог окажется весьма тяжёлым для нас обоих.
– Объяснись, будь так любезен. По какому праву ты смеешь прекращать торговые отношения, не обговорив это со мной? Да ещё и накануне моей свадьбы!..
На мгновение в комнате воцарилась тишина: мой собеседник выдержал паузу. А затем тон Камиана неожиданно стал холодным, и в словах прорезались нотки стали.
– А… – голос юноши прозвучал разочарованно, отстранённо. – Об этом ты хотела поговорить.
Правитель двора Теней вновь замолчал, будто назло оставляя меня в неведении – было слышно лишь шуршание одежд. Необыкновенно раздражало то, что я даже не могла видеть его лица, на котором обычно отражалось всё, о чём тот думал. Парень равнодушно бросил из-за ширмы несколько слов:
– Я уж думал, ты решила в кои-то веки навестить старого друга.
Словно камни в студёную реку.
– Не переводи тему. Зачем ты это сделал?
– Я счёл такое решение разумным. Это всё.
Меня словно обухом по голове ударили. В крови начала закипать ярость.
– Ты с ума сошёл? Чего ты этим добиваешься? Тебе не пришло в голову обговорить своё разумное решение со мной? Кто вообще допустил тебя к власти, когда ты творишь такое?!
За ширмой послышался тихий шелест, а пару мгновений спустя Камиан уже прошёл мимо меня, одетый в красивую, заправленную в брюки чёрную рубаху. В полумраке на чужой шее блеснула золотая цепочка – мой подарок ему на десятилетие. Он окинул меня холодным, бесстрастным взглядом, где от прежнего радушия и восторженности не осталось и следа.
– Не стоит срываться на крик, недостойный королевы, Элла. Гнев не идёт такому чудному личику. У этого решения была причина.
– Так расскажи же о ней!
– До меня дошли слухи, из-за которых я и принял такое решение.
– Что ещё за слухи?
– Ты ведь скоро выходишь замуж, – с последним произнесённым словом он скривил лицо в недовольной гримасе. Этот жест показался мне очень странным: чем же была вызвана такая реакция? – Твои земли объединятся с землями твоего муженька. Всё предельно просто, милая Элла, ведь торговлю я начну вести с ним. Конечно, если будет подписана новая договорённость. Клянусь, с этим браком от былого величия Инверии и следа не останется.
– Что за чушь ты несёшь? Ты с ума сошёл! – я раздражённо всплеснула руками, чувствуя нарастающий внутри гнев. – Никто не собирается объединять наши земли! Всё останется как есть!
– Надо же, вот досада! А я слышал обратное!
– Я не знаю, что ты слышал, но всё совершенно не так. Никто не собирается присоединять Благой двор к Мериану, это несусветная чушь! Армунд предлагал мне это, но я категорически отказалась, сказав, что двор Теней такого не потерпит. Я по-прежнему останусь правительницей своих земель. Но даже если это было бы и правдой, ты обязан был обговорить своё решение со мной!
Камиан пробубнил что-то неразборчивое себе под нос и потянулся к бутылке с вином. Дориан, о чьём присутствии, кажется, успели позабыть мы оба, хотел было что-то возразить, но, поймав разгневанный взгляд господина, тут же осёкся. Прильнув губами к горлышку, молодой король сделал несколько больших глотков; по бледной коже скатилось несколько капель, которые парень тут же вытер рукавом рубашки.
– Что сделано – то сделано, душа моя.
– Камиан, не глупи. Ты по-прежнему будешь вести торговлю с Благим двором, и Мериан не будет иметь к этому никакого отношения. Поверь, Камиан, никто не собирается это делать. Я бы этого не допустила. Неужели слухам ты веришь больше, чем мне?.. Ты ведь меня знаешь, я бы не стала тебе лгать.
– Нет, – он неожиданно зло оборвал меня на полуслове, вскинув руку. – Нет, не говори так. Я не знаю тебя. Не повзрослевшую тебя, по крайней мере. Я зол на тебя. Ты меня забыла. Увидев тебя здесь, я уж подумал: «моя милая Элла вернулась ко мне, после стольких лет»!.. Не думал, что наша с тобой встреча состоится только тогда, когда по глупости своей тебе поперёк горла встану. Я… Признаю, я поверил слухам, да, сглупил. И, так и быть, я восстановлю торговую договорённость между нашими дворами. Но, Элла… По отношению ко мне это в каком-то смысле подло, не находишь?
Я стояла столбом, даже не зная, как реагировать на подобное откровение. В глубине души моя уверенность в себе пошатнулась: Камиан был прав, хоть и не во всём. После появления в моей жизни Армунда я действительно стала проводить с Камианом намного меньше времени, а затем наше общение и вовсе сошло на нет. Неправ он был только в одном, но очень… важном моменте.
– Я ни-ког-да о тебе не забывала, – только и смогла негромко вымолвить я.
Камиан демонстративно фыркнул себе под нос в ответ на мои слова.
– Когда присылала коротенькие письма по праздникам и на дни рождения? Хорошо же ты обошлась со старым другом.
Гнев юноши, его раздражение были вполне обоснованными и справедливыми. Я не могла и слова возразить, ведь знала, что он прав – в прошлом глупышка Аирэлла и вправду бросила мальчика Камиана после долгих лет дружбы, не сказав и слова, и столько времени о нём не вспоминала… Многие годы не зная, как себе в этом признаться, всегда находила какие-то оправдания. Теперь же, сделав это, я ощутила болезненный укол совести.
– Поэтому ты не ответил ни на одно письмо с приглашением на свадьбу?
– Я не приду. Могу теперь сказать тебе это лично, лицом к лицу.
– Почему?
– Ты прекрасно знаешь, почему я не приду. Зачем бередишь раны?
Мы встретились взглядами, и я ужаснулась от того, какой гнев полыхал в них. Но, вопреки утверждению Камиана, я не понимала, о какой такой веской причине шла речь. Возможно, её и не было вовсе. Всё, что мне было ясно – это то, что передо мной стоял обиженный мальчик, который не смог справиться с потерей друга и впал в отчаяние, глуша собственные эмоции алкоголем.
Он вновь поднёс горлышко к губам, и тогда, не раздумывая, я вырвала бутылку из его рук, едва не расплескав дорогущее вино на пол. Глаза Камиана округлились в удивлении, тогда как меня объяла злость от абсурдности этой ситуации.
– Не знаю, что за причина заставила тебя начать пьянствовать, но послушай сюда, пьянчуга!.. Ты сейчас же пойдёшь в свой кабинет и подпишешь бумагу о восстановлении наших торговых отношений!
– Пожалуйста, отдай мне бутылку, Элла, – пугающе спокойным тоном ответил правитель двора Теней, протягивая ко мне руку. Мои слова он, похоже, вообще мимо ушей пропустил.
– Ты слышал, что я сказала?
– Элла, душа моя, верни её.
– С каких пор ты пьёшь?.. Что такого у тебя случилось, что ты стал заядлым пьяницей?! Только не говори, что из-за конца нашей дружбы! В жизни не поверю, что ты опустился до такого из-за этого пустяка!
– Времена меняются, душа моя. И в моей жизни произошли большие события.
– Настолько большие, что ты пьяницей заделался?!
– Лечить утрату вином – не значит быть пьяницей. А теперь, будь так любезна, милая Аирэлла, отдай мне мою бутылку.
Камиан протянутой рукой едва не вырвал сосуд из моих ладоней – я успела вовремя отдёрнуть руку. Худое бледное лицо юноши исказилось в немом гневе; от него прямо-таки исходили волны ярости. Молодой правитель угрожающе двинулся в мою сторону, намереваясь ступить в противостояние; Дориан же ринулся на мою защиту.
Внезапный стук в дверь заставил нас обоих замереть на месте. Повисла гробовая тишина. Однако спустя несколько секунд стук повторился, стал более настойчивый и громкий, и тогда Камиан в бешенстве подлетел к двери и распахнул её, яростно взревев по направлению к стоящему гостю:
– Пошёл вон отсюда! Убирайся!
За дверью оказался молодой парень, на загорелом лице которого не дрогнул ни один мускул – кажется, он уже привык к вспышкам гнева своего господина. В этом тёмном, лишённом солнечного света месте было странно увидеть человека с загорелой кожей. Его мрачная военная форма навела меня на мысль, что, возможно, этот человек – приближённый Камиана. Он коротко поклонился своему господину, тотчас заговорив:
– Ваше Величество, есть срочное донесение.
– Я сказал, пошёл вон, Генри! Слов не понимаешь?! Я занят!
– Всенепременно, Ваше Величество, однако у меня срочные новости, и они действительно не терпят отлагательств.
Правитель двора Теней бросил на меня короткий взгляд.
– Говори, быстро, – обратился он уже к Генри, отчего-то старательно закрывая собой дверной проход и мою фигуру на фоне.
– Западные земли Благого двора охвачены огнём, Ваше Величество. Мне было доложено о неких мятежниках, учиняющих этот произвол. Они убивают любого, кто пытается им помешать, и захватывают всё на своём пути. А ещё… Небо над Пятью королевствами полностью окутало беспросветным мраком. Люди напуганы, никто не знает природу сгустившейся тьмы.
Глава 3
Кровь отлила от моего лица, едва я услышала принесённые молодым человеком вести. Ощутила, как ноги задрожали, практически сразу становясь ватными, и, если бы я не опёрлась рукой о книжный стеллаж в спальне Камиана, то обязательно бы рухнула на пол. Дориан аккуратно коснулся моего локтя рукой, придерживая, чтоб я не упала. Правитель двора Теней пришёл в замешательство и замолчал, переваривая услышанное из уст Генри. Злость его сошла на нет, уступив место недоумению.
Камиан молча пригласил своего приближённого войти в комнату, что тот и сделал. Только тогда Генри заметил, что господин в комнате не один, и, встретившись со мной глазами, учтиво поклонился.
– Прошу простить меня, Ваше Величество, я Вас не заметил. Приветствую Вас.
– Аирэлла, это Генри, мой главнокомандующий и моя правая рука, – Камиан выглядел непоколебимо, но от моего слуха не ускользнула едва слышная дрожь в его голосе. – Генри, это Аирэлла, правительница Благого двора.
Молодой человек вновь склонился в поклоне.
– Ни одна девушка в королевстве не сравнится с красотой Её Величества. Я сразу узнал госпожу Аирэллу. Мне очень жаль, что накануне Вашей свадьбы Вы узнали такие ужасающие новости, но дело не терпит отлагательств – необходимо как можно скорее выдвинуть войска на защиту земель Благого двора.
Со стороны Камиана послышалось тихое бормотание:
– Пропадом пропади эта свадьба.
– Что произошло, Генри? – воскликнула я. Камиан, на мгновение встретившись взглядом с Дорианом, кивком указал ему на двери, а затем выпрямился и встал со мной рядом, выжидающе глядя на своего главнокомандующего. – Расскажи поподробнее!
– Доподлинно неизвестно, Ваше Величество. Я выполнял поручение господина Камиана в Благом дворе, когда наткнулся на сгоревшую дотла деревню. В ней случилось нечто страшное, что и привело к пожару; выжившие с широко открытыми от ужаса глазами рассказывали, что видели некоего Чёрного жнеца, всадника на коне. Его многочисленному войску никто не смог противостоять.
– Что ещё за Чёрный жнец? – юноша нахмурился, кривя рот в гневной гримасе. – Ты разузнал, кто он такой, этот мятежник?
– Нет, господин, – Генри качнул головой, обеспокоенно переводя взгляд с Камиана на меня. – К сожалению.
Склоняясь к правителю Тёмного двора ближе и тем самым привлекая к себе его внимание, я негромко поинтересовалась:
– Что за поручение для Генри у тебя было в Благом дворе?
Словно отвечая на мой вопрос, главнокомандующий выудил из-под плаща бутылку с вином, отдав её в руки Камиану. Тот удовлетворённо кивнул, выражая благодарность, а затем поспешно проговорил:
– Никогда не устану повторять, что в Благом дворе ви́на просто волшебные.
Но, прежде чем я успела вновь упрекнуть друга за излишнее пьянство, Генри продолжил:
– Каковы будут Ваши распоряжения, господин?
– Собери войско, Генри. Нельзя позволить этой заразе подступить к краям столицы. Солдат веди на западные земли. На разведку прямо сейчас отправляй своих лучших бойцов, если их недостаточно – хоть сам отправляйся с ними. Нам нужно больше сведений.
Я поспешно проговорила прежде, чем тот ушёл:
– Генри, одна просьба.
Тот коротко кивнул, готовясь выслушать поручение.
– Слушаю, Ваше Величество.
– Отправляйся в Благой двор и найди моего главнокомандующего. Сообщи ему о случившемся от моего имени, пусть войска под его управлением присоединятся к войскам двора Теней.
– Будет исполнено, ни о чём не беспокойтесь.
Генри тотчас же покинул комнату Камиана, оставляя нас наедине друг с другом. Мы оба стояли, не решаясь произнести и слова – в голове бушевал настоящий хаос.
«Мятежники на моих землях», всё крутилась в голове мысль, раз за разом словно вгоняя нож тупым остриём в сердце. Чуяла моя душа, что случится что-то нехорошее. Знала ведь, что что-то грядёт, оттого и на сердце было неспокойно. Я ощущала, как оно бешено стучит, как волнение и страх за близких мне людей ударяет в голову, и меня затошнило. Весь мир погрузился во мрак, если верить словам Генри… В голове не укладывалось.
Тонкие пальцы Камиана коснулись моей руки, выдёргивая из оцепенения.
– Ты побледнела, – несмело прошептал он, блуждая по лицу обеспокоенным взглядом. – Тебе нехорошо?..
– Нет, – вопреки утверждению мой голос дрогнул, что только укрепило предположение старого друга. – Нет, всё в порядке.
– Иди сюда, – Камиан аккуратно притянул меня к себе и заключил в крепкие объятия. Его тонкие пальцы зарылись в светлые кудри, сжимая их у основания. – Говоришь, что всё в порядке, а на самой лица нет.
Я обняла его в ответ, неловко обвивая руками чужую талию.
– Что это, Камиан? Что сейчас творится?..
– Не знаю. Что бы это ни было, мы обязательно с этим справимся, Элла, вот увидишь.
Мы простояли в объятиях друг друга довольно долго, прежде чем я, наконец, успокоилась и сумела взять себя в руки. Раз в нашем королевстве вспыхнули мятежи, важно прежде всего сохранять спокойствие и принимать верные решения для подавления восстаний. Слабость и страх делу не помогут – отец учил меня преодолевать жизненные преграды с достоинством, высоко подняв голову.
«И чем сквернее, тем выше поднимай – вот увидишь, всё образуется, Аирэлла. Удача сопутствует смелым.»
Хозяин комнаты выглядел весьма озадаченным – брови его были хмуры, а губы поджаты в задумчивости. Он ходил по комнате взад-вперёд, мельтеша перед моими глазами.
– Странно, – неожиданно пробормотал он.
– Что?
– Я уже видел что-то подобное несколько дней назад.
– То есть как это, «видел»?
Юноша плюхнулся на край кровати, обдумывая, как преподнести свою мысль. Он нервно заламывал пальцы, чем сильно раздражал, а затем, спустя несколько секунд раздумий, заговорил:
– Несколько дней назад я выпил больше, чем планировал. Мне было так паршиво, что я не мог встать с кровати – всё перед глазами кружилось, будто в водоворот провалился. А затем… у меня случилось некое видение.
Внимая его словам, я села напротив, лицом к лицу, опустившись на жёсткий стул.
– Что за видение, Камиан?
– Клянусь, я списал это на сильное опьянение. Прежде у меня никогда такого не было. Голова заболела пуще прежнего, а затем собственными глазами я увидел сцены сражения… Пожары… Беспросветную мглу над нашим королевством… И кровь. Много крови, Элла. Такого ужаса мне ещё не доводилось испытывать.
– Так всё и случилось… – негромко пробормотала я, после чего Камиан кивнул. – Это мог быть вещий сон?
– Думаю, мог. И вот ещё одно, что вспомнил. В видении я видел мужчину, и, полагаю, это и был Чёрный жнец. Только вот…
– «Только вот» – что?
– Где-то я уже видел его прежде. Только не могу вспомнить, где.
В недоумении я захлопала ресницами. В попытках принять услышанное резко заходила по комнате, время от времени ощущая на себе пристальные взгляды молодого правителя.
– Где, например?
– В библиотеке, может, и найдём ответ на этот вопрос. Но это может занять больше времени. Не забывай: мне ещё нужно подписать указ о восстановлении торговли между нашими дворами.
– Сейчас это меньшее из двух зол. Иди ищи.
– Разве ты не пойдёшь со мной? – удивился юноша, вскинув густые брови.
– Позже присоединюсь. Мне нужно написать письмо.
– Главнокомандующему? Генри ведь сказал, что передаст всё, что нужно.
– Не ему. Письмо для Армунда.
Выражение лица Камиана вмиг стало жёстким, и он, фыркнув себе под нос, с демонстративным видом вышел из покоев, хлопнув дверью. Причина такого поведения при каждом упоминании моего жениха была для меня неясна, и я отметила в мыслях, что нужно обязательно провести с Камианом беседу на этот счёт. Только позже.
* * *
Я несколько часов сидела в комнате, в которой провела ночь, и пыталась подобрать правильные слова для письма. На столе уже лежало множество скомканных набросков, а нужные слова всё не шли в голову. Что сказать и как изложить мысли на бумагу стало для меня настоящей загадкой. Я писала о том, что услышала из уст Генри; делилась своими переживаниями и выражала сожаление о том, что свадьбу придётся отложить. Если в наших краях действительно творится хаос, методы борьбы с которым пока малоизвестны, это будет правильным решением.
Наконец, после бесчисленных попыток написать в письме что-то стоящее, я написала также письмо и дяде Марку, запечатала конверты королевской печатью и передала их посыльному, наказав отдать адресатам лично в руки. Поклонившись, тот ушёл восвояси.
Камиан же нашёлся в библиотеке, где тот по-хозяйски развалился в кресле и листал книгу. Рядом на слегка покосившемся стуле стояла высокая стопка из просмотренных им справочников и книг по истории Пяти королевств. Должна сказать, размеры библиотеки были внушительными, и на прочтение хотя бы половины из имеющихся здесь сборников ушло бы, по меньшей мере, несколько месяцев. Книжные стеллажи, расставленные в хаотичном порядке, больше напоминали лабиринт, а в углу комнаты горел камин, треск которого в гробовой тишине ласкал слух. Моё скованное холодом двора Теней тело тут же почувствовало тепло.
Взгляд упал на большой резной стол, на поверхности которого была расстелена карта нашего королевства – карта Инверии.
– У тебя здесь красиво, – проговорила я, продолжая оглядывать помещение. Оно так пришлось мне по душе, что я сразу определила его для себя как любимое место в этом холодном дворце.
– Спасибо, – без особого энтузиазма буркнул Камиан в ответ, не отрываясь от книги. Под глазами его залегли тёмные круги, чудом я сумела их углядеть. – Ты закончила?
– Закончила. А как у тебя продвигается работа?
– Медленно, – Камиан пожал плечами, тут же поморщившись от тянущей боли в шее. – Сведений немного, но кое-что стоящее я всё же нашёл. Вот, посмотри.
Выпрямившись, юноша наскоро размял мышцы и схватился за верхнюю книгу из стопки. Поиск нужной страницы занял у правителя двора Теней считанные минуты, и вот, наконец, он поманил к себе рукой поближе, приглашая сесть рядом. Тишину вновь разрезал его бархатный голос:
– Это же было и в пророчестве.
– В каком пророчестве?
– Вот, посмотри, – он сунул мне под нос толстенную книгу. Страницы её выглядели такими ветхими, словно могли рассыпаться от одного лишь прикосновения к ним. Похоже, книге была не одна сотня лет.
«И вернётся на землю проклятую верховный властитель, и мир по его возвращении окутает вуаль мрака. Вспыхнет пламя до небес, заплачет кровью небосвод и смерть встанет на пороге домов. Весь мир падёт пред тем величием, прогнётся под силой, а меч в его руках, выкованный под священным лунным светом, станет погибелью всего живого».
На этом Камиан прекратил чтение пророчества, которое, кажется, уже выучил наизусть, и просто развёл руки в стороны. Сказанное им в точности повторяло то, что происходило в королевстве – пожары и охваченные мглою небеса. Тогда получается, что…
– Значит, верховный властитель – это и есть тот Чёрный жнец?
– Полагаю, что да, – юноша кивнул, задумчиво кусая тонкие губы. – А знаешь, что любопытнее всего? Кого, по-твоему, зовут верховным властителем?
Я мысленно перебрала имена всех великих полководцев и правителей Инверии, но даже мои глубокие исторические познания не дали ответ на его вопрос. Досадливо покачала головой в ожидании ответа.
– Не имею ни малейшего представления.
– Норриса, – негромко, почти шёпотом, отозвался Камиан, и лицо его вмиг помрачнело. – Смотрю, историю ты учила из рук вон плохо.
– Хватит паясничать. Ты говоришь о том самом Норрисе, который развязал Великую войну?
– О том самом. И именно его я видел в своём видении.
С этими словами Камиан начал листать книгу и остановил ладонь только ближе к концу, почти у самой обложки. На странице красовался большой выцветший портрет, от одного лишь взгляда на который моё тело покрылось холодными мурашками. На нём был изображён – в прошлом даже, возможно, довольно красивый – мужчина, которому едва ли перевалило за сорок. На квадратном лице вились глубокие морщины, особенно в области прищуренных глаз. И ведь не зря говорят: глаза – зеркало души. Глядя в глаза портрету бывшего правителя Инверии, я ощутила на себе всю тяжесть его взгляда, всю злость и ненависть, на которую он был способен; и это несмотря на то, что глаза Норриса всё еще оставались неживыми, всего лишь написанными кистью неизвестного художника.
Я медленно провела кончиками пальцев по изображённым светлым волосам, уложенным в аккуратную причёску, по острым скулам и длинному носу с небольшой горбинкой.
На самом деле, меня ничто не поразило так сильно, как тот факт, что Камиан был… похож на властителя. Отдалённо, и лишь некоторыми чертами, но я почти сразу приметила это сходство.
По коже вновь пробежались мурашки.
– Вы с ним похожи, – высказала я свою мысль, на что услышала тяжёлый вздох со стороны Камиана.
– Да, фамильные черты… Это мой предок. Думаю, поэтому я вижу эти видения.
– С ума сойти…
– Да, его сын Дэмиан основал новую Инверию, которая и тебе, и мне так отлично знакома. Он же и поделил наш дом на Благой двор и двор Тьмы.
– В пророчестве ещё сказано про меч, выкованный при священном лунном свете. Речь идёт о Мече Всевластия, полагаю?
Юноша призадумался на мгновение, а после утвердительно кивнул.
– Полагаю, что так. Меч Всевластия – мощное оружие, выкованное специально для Норриса. Его создавали в условиях, которые, как по мне, больше похожи на чётко выверенный ритуал; в процессе создания кузнецы также запечатали в мече кровь, взятую у властителя. С помощью того клинка ему и удалось создать былую Великую Инверию; он пошёл войной на остальной мир, но собственное же оружие Норриса стало причиной его гибели. Какая ирония, согласись? Что ж, властитель вернулся, и, полагаю, он будет охотиться за Мечом. Здесь говорится, что каждые сто лет меч наполняется священным лунным светом, из которого он был выкован, и этот свет наделяет его необъятной силой. В таком случае, если Норрис завладеет им, нам всем крышка. И тебе, и мне, и всем Пяти королевствам. Эти предзнаменования тому подтверждение.
