– А что еще узнали?
– Вообще-то… больше ничего.
– И что вы втроем тут столько времени делали?
Максим уже собрался возмутиться, но наемник его перебил:
– Арсений, подойди сюда.
Наемники вышли в коридор. Инквизиторы проводили их недовольными взглядами.
– Ведьма? – шепотом спросил Арсений.
– Да. И похоже такой силы, что ее либо превратят в источник, либо убьют, – ответил Алексей, кивая на инквизиторов, продолжавших ковырять след на стене.
– Жаль девочку, – ухмыльнулся Арсений.
– Тут что-то еще.
– О чем ты?
– Я чувствую след хаоса.
– Это из-за того, что мы пробудили Твиста? – нахмурился Арсений.
– Я не знаю. Его знакомство с хаосом было слишком давно. Тем более сейчас он заперт в теле ребенка – пока мы его полностью не пробудим, он точно не сможет ничего сделать. Это что-то другое.
– Что надо делать?
– Ребят, мы тут еще кое-что нашли, – сказал Данила, указывая на пыльную шаль, которая валялась в углу.
– Найди ее и следи за ней. Но только незаметно, – шепотом сказал Алексей.
Наемники подошли к Даниле.
– Да, это якорь иллюзии, – сказал Арсений безразлично.
– Чего? – удивленно спросил Петр.
– Так сейчас мало кто делает. Берется какой-то предмет, то есть якорь, который вызывает ассоциации с нужным образом, и жертва должна его все время видеть, чтобы иллюзия держалась. Сложное заклинание, тратит много сил.
– Иными словами, это – его вещь? – спросил Максим, указывая на останки вампира.
– Думаю, да. Мы проверим, кто это был, и пришлем вам всю информацию. Как обычно, – сказал Алексей и, потянув Арсения за рукав, кивнул в сторону выхода.
– Ладно. Спасибо за помощь! – сказал Максим. – Мы еще тут покопаемся.
– Хорошо. Только в Астрал не выходите, – сказал Алексей.
– Почему? – удивился Максим, и, судя по его лицу, это было именно то, что он собирался сделать.
– На вспышку могли сбежаться демоны. Они очень любят собирать энергию в таких местах.
– В каких «таких местах»? – в недоумении спросил Данила.
Арсений удивленно взглянул на него и сказал:
– Ты вообще хоть что-то о демонах знаешь?
– Ну, я… я новенький, еще не все изучил, – ответил он.
Алексей посмотрел на двух других инквизиторов. Судя по их взгляду, им тоже о демонах было мало что известно.
– Демоны – одна из высших рас. Есть легенды о том, что Астрал был изначально создан как тюрьма для них, – сказал Арсений.
– Кем создан? – спросил Петр.
Арсений взглянул на Алексея, тот еле заметно покачал головой.
– Не знаю. Может, вампирами. Сейчас это уже не выяснить. От всех других высших рас демоны отличаются агрессивностью и жестокостью. Источником их силы всегда была энергия живых существ. Но в отличие от вампиров демоны предпочитают энергетические выбросы, которые провоцируются страхом, гневом и прочими не очень позитивными эмоциями. Когда все расы заключали договор о том, что люди абсолютно неприкосновенны, демоны отказались принять его – для них это означало практически полное лишение силы. Они не перешли в Вавилон, а остались в Астрале.
Инквизиторы завороженно слушали Арсения. Он продолжал:
– После отказа остальные расы ополчились на них. По сей день их стремятся истребить, хоть это и не так просто. А сами же эти твари периодически нападают на людей. Пугают, мучают, влияя на их психику через Астрал. Они являются во снах, внушают несчастным, что те слышат стуки, скрежет когтей, чьи-то шаги. Иногда используют галлюцинации, заставляя видеть всякие тени, мерцающие огни и вообще все, что может привести в ужас. Демоны способны подчинять разум человека, если он ослаблен горем или страхом.
– Так, может, не стоит давать им шанса обосноваться здесь? – спросил Максим, потрясенный рассказом наемника.
– Вы с ними не справитесь, – сказал Алексей.
– А вы?
– А нам за это не платили, – усмехнулся Арсений. – Они соберут остаточную энергию и разойдутся. Могут, конечно, пойти по следу и прицепиться к девочке. Но мы, если надо, за ней присмотрим.
– Мы сами присмотрим, – сказал Петр.
Алексей пожал плечами.
– Как знаете. Ладно, нам пора. Звоните, если будем нужны.
– Постойте, – сказал Максим. – А как же экзорцизм и прочее? Они этого правда боятся?
– Вообще-то первыми охотниками на демонов были как раз инквизиторы. Вам даже как-то позорно этого не знать, – сказал Арсений, усмехаясь.
– И все-таки? – не унимался Максим.
– Все эти обряды и предметы, вроде крестов и прочего, – это символы веры людей, их истинной силы. Если человек, использующий эти символы, верит в то, что они помогут, вокруг него формируется энергетический щит, который блокирует и отгоняет демонов.
– То есть справиться с ними могут только люди? – спросил Петр.
– Да, только людям подвластна сила веры. Во что бы они ни верили.
– Всего этого в книгах нет. Так что это, как говорится, еще не факт, – сказал Данила, глядя на наемников с подозрением.
Арсений пожал плечами и сказал:
– Сам решай, чему верить.
Наемники попрощались и направились к выходу. Спускались на первый этаж они в полной тишине. Алексей что-то сосредоточено обдумывал. Его точно не демоны беспокоили.
– 170 лет – не такой большой срок для хаоса. Думаешь, опять с ним столкнемся? – спросил Арсений, проходя по полуразрушенному коридору.
– Не знаю. На то он и хаос, его появления непредсказуемы и опасны. Будем надеяться, что это – единичная вспышка.
Они вышли на улицу. Пройдя через оцепление и старый, потрепанный временем и суровым питерским климатом забор, наемники оказались на набережной. Вдруг Алексей остановился и посмотрел куда-то в сторону забора. Арсений попытался проследить его взгляд, но не увидел ничего необычного.
– Аспид, пойдем. Что-то есть, – сказал Алексей.
Они подошли к забору. Арсений осматривал место, заинтересовавшее его напарника, но не мог понять, что тот там увидел.
– Что не так? – спросил он.
– Вот это уже странно, – сказал Алексей, проводя рукой по забору.
– Опять хаос?
– И да, и нет. Похоже на зеркальный след от вспышки, поджарившей того вампира, – сказал Алексей задумчиво. – Ладно, время покажет. Займись девочкой, а Драго пусть ищет источник. Пора вернуть Твисту его нормальный облик.
Глава 1. Недоброе утро
«В аду точно есть особое место, где каждые пять минут звучит будильник», – с этой мыслью я нажала на кнопку ненавистного аппарата, переведя сигнал еще на пять минут позже, хотя уже окончательно проснулась. Но мне все же требовались дополнительные пять минут, чтобы смириться с необходимостью вылезать из теплой постели в неприветливый, сырой и холодный февральский день.
Где-то в сумке в очередной раз подал жалобный сигнал разряжающийся телефон. «Блин, снова я забыла его на зарядку поставить. Придется брать шнур на работу, а то опять рискую остаться без музыки». Настроение было ужасным. Вчерашний вечер, проведенный в поисках очередного потерявшегося кота, меня вымотал. Вишенкой на торте разочарования был страх животного перед хозяином, который я почувствовала сразу. Я присмотрелась к подростку, который запихивал брыкающегося кота в переноску, и увидела, как он бьет своего питомца при любом удобном случае. Да, конечно, я незаметно отодвинула щеколду на переноске, и котяра смылся. Не думаю, что его теперешняя судьба будет сильно лучше – как может выжить домашний кот на улице, да еще в феврале? Но не забирать же всех к себе домой, а оставить его в руках садиста было бы еще хуже. В конце концов, это выбор кота – умереть от холода и голода, но не быть забитым до смерти вонючим мелким говнюком.
Под эти мысли я достала телефон и пошла в сторону розетки, попутно проверяя сообщения. «Так, что мы имеем… Просьба начальника выйти в выходной. Да, конечно. А то он меня не знает. Удалить. Закончилась подписка на онлайн-библиотеку. Да, я очень рада. Потом продлю. Спам, спам, спам… И три сообщения с незнакомого номера». На пару минут я задумалась – смотреть сообщения или сразу удалить. Все же любопытство взяло верх. Лучше бы я этого не видела. Я вечно блокирую номера этих зануд из ОРНС, но телефонов в их отделе больше, чем мозгов у всех работников вместе взятых.
В сообщениях говорилось, что им в очередной раз нужна моя помощь и они, конечно же, умоляют меня прийти к ним. Однако мне вполне очевидно намекали, что, если я продолжу их игнорировать, они могут с легкостью отозвать свое заявление, направленное в Инквизицию, чтобы защитить меня от излишнего внимания последних к моей родословной и моим способностям. В ответ на их длинное мотивационное письмо на тему «Как мы все должны помогать друг другу» я написала, что заеду после работы, и оставила телефон на зарядке.
ОРНС вечно таскает меня по всяким мерзким местам, заставляет осматривать места преступлений, изучать фотографии жертв и искать проклятые предметы. И все дело в том, что я чувствую энергетические следы, порой могу разматывать прошлое, как клубок ниток, и слышать отголоски давно минувших событий. Мой странный дар проявился еще в детстве. Родители затаскали меня по психиатрам. Сначала считали, что у меня богатая фантазия, потом начали пичкать таблетками. И да, они заглушили на время все голоса в моей голове. Я стала, по меркам моих родителей, наконец, почти нормальной, но при этом какой-то все же очень своенравной, очень непослушной. В их картине мира я должна была быть спокойной, милой и вежливой, делать только то, что они считали правильным и никогда не высказывать недовольство. Они все время сравнивали меня с бабушкой по маминой линии, считая ее паршивой овцой в идеальном семействе. Моя бабушка предпочитала компанию стиляг, вела веселую и яркую жизнь. Как-то раз она забеременела и не захотела назвать отца ребенка. Семья практически отказалась от нее. Ребенком была моя мама. Бабушка пропала вскоре после родов. Ее так и не нашли. Да и не особо искали, если честно.
Судя по всему, мой дед не был человеком. Это мне объяснили в Инквизиции, когда поймали на воздействии на одного подонка. Гаденыш лупил собаку прямо на улице. Я решила, что будет забавно, если он сам будет ходить на четвереньках и делать те трюки, которым так бездарно учил пса. Тут меня и повязали. Расу моего деда определить очень сложно – мои способности могут проявляться у большого количества представителей нелюдей. Вызволили меня эти странные ребята из ОРНС, потом пытались затащить в свою конторку, но я отказалась. Не хочу, чтобы меня переделывали, даже если это мне и дало бы больше сил и способностей. Я не для того сбежала от тиранов-родителей, постоянно пытавшихся подогнать меня под какой-то норматив. Теперь я у них вроде как внештатный сотрудник. Они мне даже иногда платят за спасение их бездарных задниц от полнейшего провала.
Посмотрев на чашку, я поняла, что погрузилась в свои мысли слишком глубоко –кофе остыл. И еще – я должна была выйти из дома пять минут назад. Вместо этого сижу за столом в рубашке и одном носке, вспоминая своих паршивых родителей, которые с того самого дня, как я с парой сумок в руках заявила, что переезжаю в другой город и даже не собираюсь им говорить, куда именно, мне ни разу не позвонили. Я теперь для них официально «позор семьи» – не то что Афиночка. Имя-то какое дурацкое! Это ж надо было дочерей назвать Ригель и Афина. Просто вдумались бы, как это звучит – Орлова Ригель Сергеевна. Я с детства всегда представлялась Евой. А вот Афина гордится своим необычным именем и всячески показывает родителям, как рада быть их дочерью. Но меня-то не обманешь. Я знаю, что она так же несчастна, как и я. Просто сестра выбрала путь конформизма и ненависти к себе за то, что она на самом деле совершенно не такая, какой хочет казаться, но ничего не может с этим поделать. А я отказалась от такой жизни. И теперь у меня нет семьи. От них остался один след – мои фамилия и отчество.
«Опять я со своими размышлениями! За опоздание на работе штрафуют». Я вылила холодный кофе и побежала собираться. Внезапный звонок в дверь словно выдернул меня из реальности, существовавшей в моей голове и распространявшейся на окружающий мир только в границах моей крохотной съемной однушки, но не на серый, мерзкий и холодный мир за ее пределами. Я продолжила одеваться под повторяющиеся нетерпеливые звонки в дверь. «Блин, да хоть пожар там, я все равно не выйду голая. Пусть ждут».
Внезапно в дверь постучали, и послышался знакомый мужской голос:
– Ева, открой. Это срочно.
– Ждите, Николай Петрович. Я не одета, – крикнула я.
Звонки прекратились. Глава ОРНС по Приморскому району нетерпеливо переминался с ноги на ногу за дверью. Старушка из соседней квартиры уже точно подошла к своей двери, чтобы глянуть в глазок на громкого утреннего гостя странной девочки, которая обычно никогда не приводила гостей и вообще выглядела, по мнению пожилой учительницы пения, очень вычурно и вызывающие. Этой милой, но ворчливой даме вечно было нечем заняться, и она практически жила попеременно то у глазка, то у окна, выходящего во двор, а потом во весь голос обсуждала подсмотренное и подслушанное с соседками на лавочке у парадной.
Я кинула вещи в сумку и пошла обуваться. «Черт, телефон!» – подумала я и поскакала в одном ботинке через всю комнату за мобильником и зарядкой. Небрежно запихнув его вместе с проводом в сумку, я натянула второй ботинок, накинула на плечи куртку и открыла дверь. Николай Петрович стоял на пороге. Я пошла прямо на него, оттесняя в сторону, чтобы выйти и запереть дверь.
– Ты не пригласишь меня? – с некоторым раздражением спросил Николай Петрович.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
