С тихой жалобой в траву.
Бабье лето перепахано
И покоится в лесу.
Я не жалуюсь. Я праздную
Осень светлую мою.
В это время мы все разные:
Я, как в юности, пою.
Этот случай
« Этот случай совсем был недавно…»
Под колёсный неслось перестук,
И скрипела вагонная рама –
Колыбельною был этот звук.
Сколько здесь ребятни разноокой
Промышляет дорогой, живёт…
Спекулянтка стрекочет сорокой
И румяное сало жуёт.
Не отнять мне голодного взгляда
От горбушки и дрожь не унять!
Вы скажите той тётке: не надо
При голодных, так чавкая, жрать!
И она, оглянувшись волчицей,
Затянула шнурком узелок
Мне на память. Могу поделиться
И с тобой, одураченный рок!
Сказка
Сквозь грохот отдалённой канонады
Проникла сказка в маленький подвал,
Как выручил пастух из плена Ладу,
Как конь его в бою с врагами пал.
И, засыпая в грохоте военном,
Казалось мне, что скачет всадник мой,
Он вырвет нас из проклятого плена
И унесёт, как птица, всех домой.
Последний снег
Шёл снег слепящей полосой
На зелень искрой голубой,
И, словно добрый человек,
Спешил обнять суровый век.
Он тихо таял на губах,
А я в растерянности: ах!
Уже весна! Зачем же снег?
Зачем с ума он сводит всех?
До боли жаль напрасный взмах
Зимы, что тает на губах!
В преддверье лета с ливнями
Хватило б пряжи инея!
В Анапе
К штормовому морю безмятежно
Торопился крохотный ручей
Знойным летом берегом песчаным
Под присмотром солнечных лучей.
В штилевые, робкие закаты,
В жаркий полдень, в синюю волну,
В пестроту наречий, в белый катер
Я влюбилась сразу. Не в войну
Здесь играют мальчики босые –
Милые строители – дворцы
Воздвигали из песка простые
Новостроек будущих творцы.
Зодчеству отдавшись всей душою,
С целою ватагою ребят
Каждый день под музыку прибоя
Воздвигала дивный Солнцеград.
Но незримо в бронзовости лета,
Где-то в глубине моей души
Полыхали чёрные рассветы,
Дым Хатынь безжалостно душил:
В каждом сне той девочки вчерашней
Громыхала прошлая война,
Падали солдаты в рукопашной,
Билась в берег алая волна.
Злобен враг! На голубой планете,
Где-то вновь кормилица земля
Плавится и гибнут чьи-то дети,
Словно гибнут дети у меня…
Я хочу, чтоб в бронзовости лета
Детям на планете голубой
Было вдоволь хлеба, ласки, света
Мирным, светлым был морской прибой!
Загадка времён
Пейзаж пустынь смертельно бледный.
На медной жухлости песка
Стоит селим свечой победной
И чуть дрожит от ветерка.
Неуловимое дыханье
Томит июля тяжкий зной,
Но птичье слышится признанье
В любви обители земной.
Барханов груди золотые
Покрыты рябью знойных волн
И, ослепительно седые,
Лежат загадкою времён.
Весенний разлив
Всё в природе оживает:
Стаял под рябиной снег,
А река, совсем шальная,
Подняла на ноги всех!
Затопила луг и рощу,
Огороды залила,
Подступила к дому ночью,
Где Прасковьюшка жила.
Мост, казалось вечный, смыла,
Кур с насестом унесла…
Сколько нужно будет мыла,
Чтоб отмыться добела?!
Улеглась на день четвёртый,
Возвратилась в берега.
Только след остался жёлтый
Да разбойные дела.
Мне бы
Как станок грохочет улица.
Дождь иль снег – ей всё равно!
Вдоль неё дома сутулятся,
Постаревшие давно.
Надоели стены серые –
Нет в них солнца даже днём!
Мне бы домик да под вербами
И с речушкой под окном.
Чтобы день весёлым молодцем
Подымался на крыльцо,
Снег и дождик за околицей
Чистым падал на лицо!
Утопаю
Дивлюсь я луне безмятежной,
Её равнодушному блеску
И тучам скользящим небрежно,
Рисующих гибкие фрески.
Так льются мгновений творенья
Легко в её призрачном свете,
А я погибаю в сомненьях
На грани тысячелетий.
Февральская стынь
Белая скатерть под вазой пустою,
За окошком февральская стынь,
Спит земля под опавшей листвою,
А над нею продрогшая синь.
Дремлют горы под снежным покровом,
Ветер лижет сосульки огней,
Горный барс пробирается снова
Вдоль хребта за добычей своей.
Там на снежных тропинках с рассветом
Диких кошек синеют следы,
В них ищу на вопросы ответы,
Как пчела, облетая цветы.
Расступаются снежные дали,
Первый луч затерялся в снегах…
Сколько дней мы ещё пролистаем
До зелёных побегов в горах?
Буду каяться
Над строкой, забитой до смерти,
Буду каяться я слезами,
Искусаю губы до крови
И в конфликт войду с небесами.
Устыжусь ли этой близостью
И с молитвою, со свечами
Бог не даст мне дойти до низости
Упрекнуть тебя не венчанием.
Под Асбестом
Топорщится старая хвоя
В весенних снегах под Асбестом,
И небо уже голубое
Пропитано солнцем и блеском.
Проталины в поле чернеют,
Грачи поутру прилетели,
На солнышке пёрышки греют,
И что-то решают артелью
То вдруг подымаются стаей,
Иную наметив дорогу,
Их крики в округе блуждают,
Весеннюю полня тревогу.
https://seekpng.com/ipng/u2w7a9e6r5w7u2a9_picture-transparent-library-line-art-free-on-dumielauxepices/
Здесь нет меня!
… И снова буду я седеть,
