Девушка придвинулась к нему ближе и с издевкой проговорила:
– На Кудыкину гору воровать помидоры.
Ждан откинул голову и улыбнулся, обнажив плотный ряд белых зубов. Поездка обещает быть какой угодно, только не скучной!
Глава 6
Сусанна откинулась на спинку и посмотрела на Ждана. Она не ожидала его увидеть, тем более в качестве своего водителя. Отец только сегодня поставил ее перед фактом своего решения. Ну и пусть! Ей же проще! Теперь не надо выстраивать маршруты по пробкам города. Теперь пусть у него об этом голова болит.
– И где эта твоя Кудыкина гора находится?
А у него красивый голос. Протяжный, с хрипотцой и как будто с еле заметным акцентом. Он приезжий что ли? Сусанна велела ехать на основную магистраль. Некоторое время ехали в тишине. Потом Ждан настроил радио, и из колонок, встроенных по всему салону, заиграла песня группы Aerosmith.
– Мне не нравится эта песня, – капризно заявила девушка.
– Она закончится и зазвучит другая.
– Я не хочу ждать окончания.
– Тогда убавь у себя звук.
– Я всё равно буду слышать ее из твоих колонок.
Ждан вздохнул:
– Послушай, что плохого тебе сделал Стив Тайлер? У него отличный голос, он классно поет. А фильм, к которому саундтреком играет эта песня, просто отпадный. Великий и могучий Брюс Уиллис спасает планету и всё человечество, жертвуя собой. Может, ты не видела? Так посмотри. Тогда и песня зайдет.
Сусанна только фыркнула в ответ и отвернулась к окну. Она смотрела «Армагеддон» и даже всплакнула в конце фильма. Да и песня ей нравилась. Это она так ляпнула, чтоб лишний раз указать парню на его место. А он, смотри-ка, не пасует.
– А вообще, по твоей внешности и не скажешь, что у тебя нелады с роком, – продолжил он, когда вырулил на главный проспект.
– И какая у меня внешность? – вскинулась Сусанна. Вся такая колючая и ершистая. Ждан повернул зеркало заднего вида так, чтобы видеть ее. Она перекинула все косы на одну сторону, и открылось ее левое ухо, сплошь усеянное пирсингом по всей раковине и мочке. Он встретился с ней глазами:
– Не попсовая.
Сусанна вздернула четко очерченную перманентным макияжем бровь, и колечко блеснуло холодом металла. Ждан вновь перевел взгляд на дорогу, но она успела разглядеть его глаза – глубоко посаженные, голубые, густого насыщенного цвета. В гараже они казались просто светлыми, а при свете дня заиграли всеми бликами топаза.
– На светофоре направо.
– Скажи, куда ехать, а дорогу я сам выберу.
Сусанна назвала адрес. Ждан снял кепку за козырек, почесал светлые, коротко стриженые волосы, слежавшиеся под кепкой, и водрузил ее обратно.
– Ну и время ты выбрала ехать на другой конец города.
– Слушай, парень. Если тебе что-то не нравится, незачем было соглашаться на эту работу.
– Ждан. Хочешь ко мне обратиться, обращайся по имени. – Он включил поворотник и перестроился через три полосы в крайний левый ряд, чтобы повернуть налево, вопреки ее указу. – За ту оплату, что предложил твой отец, только дурак отказался бы.
– Понятно. Значит, ты один из тех, кто готов трудиться на ненавистной работе, лишь бы платили хорошо, – она скрестила руки под грудью.
– Я, может, открою тебе какой секрет, но очень многие так делают, – он посмотрел на нее в зеркало. – Большая удача, когда человеку нравится то, чем он занимается, да еще и бабки нормальные за это получает. Но так повезло далеко не всем. Вот, может, чувак плотник от Бога или, там, слесарь отличный. И руки у него из того места растут, и соображает, и душу вкладывает. А платят копейки. А у него семья: жена шубу просит, сына на хоккей отдать хочет, дочку к музыке тянет. На всё это деньги нужны. Вот и приходится бедолаге устраиваться каким-нибудь менеджером по продажам. Каких сейчас как собак нерезаных. И которым быть у него нет ни желания, ни таланта. Впаривать людям в общем-то ненужные им вещи или услуги. Разводить их. И всё для того, чтобы заработать столько, сколько за любимое ремесло не платят.
Сусанна взъерепенилась:
– А я бы осталась плотником, и чихать, сколько за это платят. Главное, делать то, к чему лежит душа.
– Просто об этом рассуждать, когда ты ни разу не сталкивалась с такой ситуацией. Когда перед тобой не стоял выбор: жить в достатке или посвятить себя любимому делу, а оба эти понятия не совместимы.
– Да что ты так уцепился за эти деньги? Это всего лишь разменная валюта. Они не стоят того, чтобы ради них положить всю свою жизнь. Не в них счастье!
Ждан усмехнулся и повернул в проулок, о котором Сусанна и не подозревала.
– Легко так говорить, сидя в «Роллс-ройсе». Ты никогда не знала недостатка в деньгах. Ты бывала в таких местах, о которых люди, как я, даже не слышали. Ты училась в таких учреждениях, о которых простые смертные даже не знают. И гораздо проще говорить, что деньги – это мусор, когда их навалом. А взгляни на ту женщину. – Ждан вырулил на оживленную улицу и указал на остановку.
Там стояла молодая женщина. В одной руке она держала большой и видно, что тяжелый пакет с продуктами. Другой не отпускала от себя неугомонного мальчугана, а голосом пыталась приструнить второго сорванца, который явно не желал успокаиваться.
– Она ведь не от скуки стоит на остановке под солнцепеком и ждет общественный транспорт. Значит, лишних денег на такси нет. В ее руке огромный пакет продуктов, значит, она сама заботится о пропитании своего семейства. Либо потому, что у нее нет мужа. Либо есть, но такой, что лучше б и не было. Мелюзга выкачивает из нее последние силы. И что-то мне подсказывает, что работает она далеко не на любимой работе и уж тем более не по зову сердца. – Ждан остановился на светофоре и посмотрел в глаза Сусанне через зеркало. – Попробуй ей сказать, что не в деньгах счастье. Вот прямо сейчас опусти стекло и крикни ей это. Да она запустит в тебя пакетом, не задумываясь. Или ребенком. Тем, что покапризнее.
Ждан тронулся, когда загорелся зеленый. Сусанна заметила, что он как-то странно елозил на сиденье. Поморщился, чуть передвинув ногу в бандаже, и она ощутила укол совести. А что, если он сейчас вынужден заниматься нелюбимым делом, и не столько из нужды, сколько по ее милости? Ведь из-за нее он на некоторое время стал недееспособным.
Но она быстро одернула себя. У него всего лишь временные трудности. У него целая жизнь впереди…
– Ну, а чем ты занимался до того, как прилип здесь? Любимым, но не выгодным делом или был одним из тех мужей, что не в состоянии принести домой пакет еды?
Ждан сощурился и улыбнулся одной половиной рта. Ох, и язва же она!
– Своим любимым делом я смогу заняться еще не скоро. Благодаря некоторым, – он многозначительно посмотрел не нее в зеркало. – А работал я системным администратором.
– Для меня это что-то из области фантастики.
– Как и для многих. Приехали. – Он остановил машину и, наклонясь к рулю, через лобовое стекло окинул взглядом небоскреб с названием торгового центра.
– Прекрасно! Жди меня здесь.
– Долго?
– Сколько придется.
Она вышла из машины, закинула сумку на плечо и выплюнула жвачку прямо на асфальт. Тряхнула своими розово-голубыми косичками и пошла к зданию, виляя смайлом на заднице. Ждан вышел из тачки размять ноги и покурить. Сигарета еще не кончилась, а он уже взмок от жары. Вернулся в прохладу салона и стал ждать. Вариантов-то немного.
Глава 7
Сусанна вошла через помпезные двери торгового центра, раскинувшегося аж на семьдесят два этажа. Минуя презентабельный холл и пестрящий разнообразной рекламой первый этаж, она направилась к неприметной круговой лестнице, ведущей в «Подземелье».
– Салют, котятки! – поздоровалась она с сестрами-близнецами, совладелицами салона. За перегородкой, разрисованной граффити, жужжала машинка Стикса – тату-мастера. Темные стены салона были выкрашены флуоресцентными красками и светились, придавая сюрреализм помещению. Из колонок звучала старая добрая Wake me up when September ends группы Green Day. На гостевом диванчике в виде губ Сальвадора Дали полулежали Карась и Червяк и залипали за видеоиграми в своих телефонах.
– А вы чё тут третесь? – Сусанна бросила сумку и попала в Карася. Из-за тщедушного телосложения того согнуло пополам, когда она прилетела ему в живот. Червяк заржал.
– Им, как обычно, нечем заняться, вот и ошиваются здесь, – ответила за них Фурия, одна из сестер. Она собирала свои длинные фиолетовые с розовым дреды в пучок и смотрела на Сусанну через зеркало. Та подошла и плюхнулась в кресло рядом с ней. С другой стороны приблизилась Гарпия и стрельнула в сестру лукавым взглядом:
– А по-моему, кто-то к кому-то подкатывает свои кокосы!
– А ты и бесишься, что не к тебе!
– Да сдался мне этот… полоумный. – Гарпия посмотрела на Карася, который развалился на сиденье дивана, закинул ноги в берцах на спинку и свесил голову с зеленым ирокезом вниз. Он продолжал увлеченно играть в телефон, даже высунул кончик раздвоенного языка. Как будто не ему только что прилетело сумкой. – У меня уже есть свое счастье.
Фурия недовольно поджала губы, но развивать тему не стала. Вместо этого переключила внимание на Сусанну:
– Ну что, подруга, снимаем косы, плетем новые?
– Погнали!
Они дали друг другу «пять», и сестры приступили к работе. Одна срезала и расплетала одну половину волос, другая – другую. Они давно занимались всеми видами плетения волос, и им не было равных в этом мастерстве. А когда они работали сообща, дело продвигалось в разы быстрее.
– Сусанка, я всё хотела с тобой поговорить насчет той аварии… ну, помнишь, с мотоциклистом? – начала Фурия спустя несколько минут. – Мне дико неудобно, что всё так по-дурацки вышло! Я правда его не заметила в зеркале! Еще и тачку тебе помяла…
– Да ладно тебе. Нашла из-за чего переживать, – отмахнулась Сусанна. – Ты ж тока на права сдала. Тебе простительно. И опытные водилы не всегда их замечают. А за тачку тем более не парься – всё давно выправили.
– И еще раз тебе спасибо, что выгородила меня тогда, сев на водительское место. Это ты здорово придумала. Благородно!
– Ты, конечно, лихо сообразила! – вставила, посмеиваясь, Гарпия. – «Ну-ка сдриснула!» и сама такая хренакс-хренакс. Только и замельтешили твои ноги по всему салону! И как тебе удалось так быстро, да еще и в такой тесноте перебраться вперед?! А Фурка ко мне на колени прыг и дрожит такая вся, трясется!
– И мне тогда знатно прилетело от твоих каблуков, вишь? – пожаловался с дивана Карась, указав пальцем на бровь. – Чудом сережку не зацепила, а то порвала бы всё на хрен.
– Ничего. Тебя бы Фурка успокоила!
– Да ладно! Было и было! – почти весело заключила Сусанна.
– А помните, как мы кутили в ресторане на воде и перевернули его? – подал голос Червяк. – Вовка тогда в одном полотенце щеголял. Оно под водой спáло, а караси, что разводили в том пруду, приняли его шарик за блесну, и как давай охотиться за ним! – он рассмеялся, вспомнив, как тогда Вовку покусали за его причиндалы благодаря интимному пирсингу. С тех пор Вовка и стал Карасем.
– Смейся, смейся, – пробухтел он и ткнул его локтем в бок.
По радио заиграли техасские бородачи, и Стикс прибавил громкость.
– Интересно, что стало с тем парнем? – задумчиво проговорила Фурия.
– Он теперь мой личный водитель.
– Да ладно! – она аж присела и заглянула Сусанне в лицо. – Дела! И как так получилось?
– Ну, я сказала папаше, что ему надо помочь. Типа, скоро выборы и бла-бла-бла. Ведь из-за меня вся заваруха началась.
– Якобы, – поправила Фурия.
– И он не придумал ничего умнее, как приставить его моим водителем.
– И тот согласился?! – Червяк даже телефон отложил. Сусанна пожала плечами:
– Говорит, хорошо платят.
– Так я тоже могу быть твоим водителем! Ты закинь отцу удочку, пусть имеет в виду! – он подмигнул змеиным глазом контактной линзы ее отражению в зеркале, перевернулся и закинул ноги на спинку. И устроил целую потасовку с берцами Карася за удобное место.
– И как? Справляется? – поинтересовалась Гарпия.
– Сегодня первый день. Пока рано судить. Ему только гипс с ноги сняли. Разговорчивый больно. Но довез быстро, надо отдать должное. По каким-то «козьим тропам».
Сусанна погрузилась в воспоминания их разговора о той женщине на остановке с детьми и пакетом. А ведь он в чем-то прав. Она действительно никогда не была за чертой… да даже не то что бедности – за чертой среднего достатка. И перед ней никогда не стоял выбор: работать ради денег или по зову сердца. Да она и не работала никогда. А впрочем, чтобы иметь выбор, нужно иметь для этого время…
Вскоре сестры сняли афрокосы, как следует промыли и прочесали Сусанне волосы и принялись вплетать черные с красным зи-зи. От Стикса вышел парень с обмотанной икрой, а за ним и сам мастер. Короткие синие дреды были собраны в хвост на макушке, и его голова напоминала ананас. Под распахнутой рубашкой с черной майки показывал всем язык Кейт Флинт. Низкая мотня на красных джинсах не давала сделать нормальный шаг, зато «Гриндерсы» ступали мощно и тяжело. Он перекинулся несколькими словами с девчонками, а потом вместе с парнями ушел. Оказывается, они ждали его. Общение с тату-мастером навеяло на Гарпию воспоминания.
– Слу-у-ушайте! Я недавно видела пацика с такой наикрутейшей татухой, ну просто закачаешься! – сказала она, когда парни свалили.
Обычно, когда Гарпия видела что-то крутое, она непременно делала то же самое у себя. Так появились «туннели» в ушах, дреды с ниточками, завязочками, перышками, ракушечками и прочим хламом. Сусанна покосилась на нее. Казалось, ей уже некуда набивать новые тату: шея, руки, ноги – все видимые участки кожи были забиты. Она завязала узелок на косичке и стала показывать на себе:
– У него была татуха вот здесь, на шее сбоку, и немного рисунка выходило на контур лица. Изображение я разглядеть не смогла: то ли паутина, то ли что-то в этом роде. Но смотрелось просто отпадно!
– Ты шею свою видела, мать? Там уже точку негде поставить, – прокомментировала Сусанна.
– Да знаю, – она повертела головой, разглядывая в зеркало свою шею. – Вот бы еще одну иметь!
– У тебя же есть. Девственно чистая. У твоего Валентина.
– Вениамина, – поправила Гарпия сестру. – Не, ты что! Он никогда на такое не подпишется! Он вообще не любитель всех этих фриковых приколов.
– Не любитель?! Я бы сказала ярый противник!
– Тут есть тонкая грань. Мне-то ведь он ничего не запрещает.
– И всё равно вы слишком разные, – не унималась Фурия. Она взяла следующую пару косичек и начала вплетать. – Он же… скучный!
– Правильный.
– Он – зануда!
– Основательный.
– Он пресный бухтило! И не спорь!
– Он тщательно всё продумывает до мелочей, прежде чем на что-то решиться. Всё. Закрыли тему. – Некоторое время сестры плели молча под Big in Japan в исполнении Guano Apes. Пока Сусанна не сказала:
– Но, если у вас совершенно разные вкусы и увлечения, разве можно называть его любимым? Я имею в виду, что любимые должны поддерживать друг друга, разделять интересы, вместе идти к общей цели. А если человек не хочет делать то, что приятно его партнеру, значит, уже разногласия. Значит, вы уже на одни и те же вещи смотрите по-разному. И где-то есть человек, который по праву мог бы считаться твоей половинкой, но его место рядом с тобой занято псевдолюбимым.
– Будь он таким же чокнутым, как я, нас бы уже давно нашли вместе в какой-нибудь канаве, откинувшихся от передоза, или что-то в этом роде. У меня тормоза отсутствуют напрочь, тогда как он – мой тормоз извне. Он как грузик на другой от меня чаше весов, чтобы уравнять их. Тогда находится гармония. Соблюдается баланс. Я даю ему ту безбашенность, которой ему не хватает, а он осаживает меня, когда уже явный перебор. Мы как инь и ян – две противоположности, которые, дополняя друг друга, образуют единое целое. Я так считаю.
Ну да. Всё верно. Куда она лезет со своими взглядами? У людей всё иначе. Им не надо идти с человеком к общей цели, чтобы чувствовать себя живым…
Глава 8
Сусанна с сестрами вышла из торгового центра и попрощалась с ними. Они отправились домой, а она к машине. Ждан стоял, прислонившись бедром к капоту, и курил. Ей показалось или он едва сдерживал гнев?
– Можем ехать, – бросила она через плечо, проходя мимо. Ждан щелчком выбросил окурок. Тот выскочил из пальцев, как пушечное ядро, и шмякнулся об асфальт, разлетевшись надвое. Сев за руль, он громко хлопнул дверцей и развернулся к Сусанне:
– Я ждал тебя 6 часов! Ты не могла сказать, что тебя не будет так долго?! Я чуть с ума не сошел от скуки!
– Я не обязана перед тобой отчитываться, – она положила сумку рядом и пожала плечами. – Тебе за это платят.
– Мне платят за то, что я вожу тебя, а не за то, что жду, как сторожевой пес! В следующий раз будь человеком – предупреди, что тебя придется ждать полжизни. Я хотя бы придумаю, чем себя занять. – Тут он обратил внимание на ее новую шевелюру и потешно скривился, – это что за «доширак» у тебя на голове?
«Доширак»?!? Вот наглец!!
– Сам ты… Наташа! – огрызнулась Сусанна, но Ждан только усмехнулся и отвернулся завести двигатель. Да, гофрированные зи-зи не пользуются популярностью. Может, как раз из-за сходства с корейской лапшой. Ну и пусть! Зато ей нравится.
На следующий день Сусанна пожелала отправиться на шопинг. Ее сопровождали охранники, и, к счастью, процесс не затянулся надолго. Ждан возил ее от бутика к бутику, чья элита и помпезность просто зашкаливали. Брендированные пакеты планомерно заполняли багажник. Самым неуместным во всей этой чехарде магазинов был обычный торговый центр, который ежедневно посещают множество обычных людей. Потом ей кто-то позвонил, и она болтала по громкой связи. Самвел, что сидел впереди со Жданом, закатил глаза. Разумеется, незаметно для нее. Грайру такой трюк не удался. Из ее нехитрого трепа Ждан узнал, что девчуля приобрела аж восемь шортов от самых известных модельеров за какие-то космические деньги. Купила несколько пар обуви, одну из которых она вряд ли станет носить, а взяла, просто повинуясь порыву. И еще кучу бермудов, кюлотов, тайтсов, лонгсливов, свитшотов и прочей хренотени, названия половины из которых Ждан даже не понял.
К концу дня они подкатили к spa-салону. Сусанна вышла из машины, а Ждан опустил стекло покурить. И вдруг она неожиданно появилась рядом. Опустила руку на дверцу и, наклонившись, заглянула в салон:
– Меня не будет часа три. Не скучайте, мальчики, – обратилась она ко всем, а взглядом прожигала только одного. И они не скучали. Зацепились языками, найдя общие темы для разговора, и время пролетело незаметно.
А Сусанна вновь утопала в сетованиях своего косметолога на непостоянство в личной жизни.
– Он сказал, что пока не готов для серьезных отношений! – сказала она, усаживая Сусанну в кедровую бочку. – То есть я месяц к нему приезжала, и это были НЕ серьезные отношения, так получается?!
– А зачем ты к нему ездила?
– Ну как?? Для секса! – Каролина стрельнула в клиентку, по отношениям больше походившую на подружку, лукавым взглядом из-под слишком длинных наращенных ресниц. – В постели ему нет равных! Он такой страстный и чувственный!
– Ты так же говорила о своем бывшем бойфренде.
– Ой, тому только секс от меня и нужен был!
– То есть сейчас, ты думаешь, всё иначе? – Сусанна вздернула бровь. Она следила за тем, как Каролина подготавливает кушетку для массажа: обрабатывает дезинфицирующим средством, покрывает специальным материалом. Потом расставила масла и средства по уходу за кожей на поверхность рядом с кушеткой. Зажгла ароматические свечи. Приготовила всё для депиляции. Разложила тюбики для чистки лица.
Каролина была превосходным мастером своего дела. Она не глупа, имеет медицинское образование. А ее внешности могут позавидовать модели с мировым именем. Так почему каждый, кому не лень, пользуется дарами ее тела и потом оставляет, как надоевшую игрушку? Почему ее окружают одни мудаки, которым, кроме секса, от нее больше ничего и не нужно? И самое главное: почему она продолжает напропалую флиртовать со всеми подряд, что приводит к развитию одного и того же сценария, а потом жалуется на это? Сусанне приходили эти вопросы каждый раз после очередной Каролининой истории, которые до смешного походили одна на другую. Неужели они ничему ее не учат?
– А ты не думаешь, что и этот хочет от тебя только секса? – сказала она, и звук голоса получился приглушенным, потому что Сусанна легла на кушетку и уткнулась в нее лицом.
– Конечно же нет! Он говорит со мной о высоком, о чувствах и романтике. Простой кобелина даже слов таких не знает. – Каролина обмакнула руки в разогретое масло и принялась делать массаж. Сусанна повернула голову на бок и продолжила:
– И всё же его действия расходятся со словами. Это ли не главный показатель?
– Сусанночка, а как у тебя на личном фронте?
Вот и поговорили. Так всегда и заканчиваются их разговоры. Каролина ловко загоняла Сусанну в тупик одним единственным вопросом. Как, как? Да никак! И выходит, что может посоветовать человек, сам не имеющий к этому никакого отношения? Сапожник без сапог!
Они закончили все косметические процедуры и вместе покинули салон. Каролина попросила подбросить ее к молодому человеку, а когда узнала, что Сусанну сопровождает охрана, стала чуть ли не слезно умолять об этом. Сусанна была в курсе и, к несчастью, в самых мельчайших подробностях, что ее косметолог успела «повстречаться» с обоими ее охранниками. Но когда они подошли к машине и Каролина увидела Ждана, то сразу позабыла о своих бывших пассиях и переключилась на потенциально новую.
В облегающей футболке с четко проступающими под ней мускулами, в низко надвинутой на глаза кепке и с неизменной наглой ухмылкой на губах, он покорил ее сердце на раз-два. Она смотрела на него так, будто не могла определиться, на какую часть его тела посмотреть в первую очередь. И в чем-то Сусанна могла ее понять.
– Привет! Я Каролина, – промурлыкала она, зазывно глядя на него теплыми карими глазами.
– Салют, – он быстро оценил ее и посмотрел на Сусанну, – едем?
– Да. Завезем Каролину и домой.
– Как скажешь, – ответ был адресован Сусанне, хотя смотрел он на ее подружку. И Сусанна почти почувствовала, как Каролина растекается лужицей у его ног.
Всю дорогу она что есть мочи флиртовала со Жданом. Самвел и Грайр прятали смеющиеся глаза за стеклами темных очков, а по приезде дали парочку похабных советов Ждану, которые поневоле услышала и Сусанна. Охранники взяли по целому вороху пакетов и попросили Ждана помочь донести остальное. Он проследовал за ними на второй этаж и очутился в комнате девушки. Сложил вещи на диван к другим покупкам и зацепился взглядом за стопку рисунков на трюмо. Подошел и стал рассматривать их. Это были не неумелые каракули, а написанные профессиональной рукой картины.
– Что? – он услышал голос, но не разобрал слов.
– Что слышал! – чем-то недовольная и явно агрессивно настроенная хозяйка комнаты вошла и швырнула сумку на пол. – Много себе позволяешь! В договоре не прописано, что рыться в чужих вещах запрещено?
– Это твое? – он пропустил ее слова мимо ушей и показал рисунки.
– Тебя не касается!
– И всё же? – молчание. – Ну?
– Баранки гну! – она подошла вплотную и вырвала стопку из его рук. – Свободен!
На следующий день он вновь возил мрачную и молчаливую Сусанну по ее суперважным делам. И на следующий день. И так до конца недели. Пока однажды она не заставила себя ждать до неприличия долго. Ждан позвонил в парадные двери, и ему открыла экономка. Она же подсказала, что Сусанна в обеденной зале и что-то еще, чего Ждан уже не расслышал, сердито топая в указанном направлении.
– Долго мне тебя еще жда… – начал он, врываясь в залу. Это было неуместно и не вовремя. Несколько пар глаз оторвались от яств на своих тарелках и уставились на него. Среди всех он узнал Шустова во главе стола и его дочь по правую руку от него.
– Сегодня у меня нет никаких дел. Ты можешь быть свободен. Я сообщу, когда мне понадобятся твои услуги, – соловушкой пропела Сусанна, а глаза ой как недобро щурились. Начавший было остывать парень вспетушился по новой:
– Ты сама мне сказала быть готовым в три! Время шесть!!! Я прождал тебя три часа!!!
– Должно быть, ты перепутал дни. Я не могла назначить дела вне дома, когда они уже были запланированы здесь. – Вдруг она как-то смешно скривилась и дернулась. – Но раз уж ты здесь, с нашей стороны будет крайне невежливо отказать тебе в гостеприимстве, не так ли, папа?
– Разумеется, дорогая. Прошу за стол разделить нашу скромную трапезу. – Шустов сделал знак прислуге вынести приборы на еще одну персону. Сусанна снова скуксилась, и Ждану стало до чертиков любопытно, что с ней творится.
– Присаживайся вот здесь, со мной рядом. А Эдуард сможет пересесть к родителям.
Ждан обратил внимание на плюгавенького паренька по правую руку от Сусанны. Волосы пшеничного цвета были разделены на боковой пробор и зачесаны гелем. Серые глаза с таким сожалением посмотрели на девушку, словно она только что предала всё самое святое, что было между ними.
– Право, Эдик, я не могу оставить своего водителя без внимания. Он наверняка растеряется в столь изысканном обществе, – приторно-сладко протянула она.
– Я понимаю.
Эдуард прижался губами к руке Сусанны, и по ее лицу пробежала еле заметная тень брезгливости. Он встал, убрав салфетку с колен, поправил свой дорогой галстук на дорогой сорочке, обошел стол и сел рядом с парой в летах – его родителями.
Ждан нацепил на лицо нагловатую ухмылку. Вечер перестает быть томным! Снял кепку и взъерошил волосы. В этот раз на нем была серая футболка с принтом Бивиса и Баттхеда и широченные джинсы с большими накладными карманами. Он прохромал к столу и с шумом выдвинул стул, не приподнимая его над полом. Резкий звук по паркету полоснул слух, никак не вписываясь в звучащее фоном музыкальное сопровождение симфонического оркестра.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
