Читать «Дедуктика напротив сомнения свободы разума» — Анна Атталь-Бушуева онлайн
Страница 10 из 15
Природы отблеска коварного прибоя,
Еле послышалось Вселенной от раздолья,
Что думает король на этом веке.
Ведь тишина в заботе о природу -
Твоя моральная опора и приличие,
Что чёрный крест ума любви – отличия
На этом сонном, преисподнем берегу.
Стоит и развивает толк в вещах
Культура права в отношении – им быть,
Помучает фигуры в темноте
Желания космического счастья,
Им стали мирные слова на той косе,
Её природный отблеск крайнего ума
И гордой привилегии покоя
На вечности, в которой ты – король,
Идёшь, сквозь имитации под роль,
Её исчезнувшего мыслью поколения,
Где видит дерзость на отличии в любви -
Свою фигуру чёрного устоя и мечты,
Внутри ты открываешь неба крест,
Ему ответом пропасть удивляет рай,
Где был ты до сегодня модой века
От мысли – в тишине пророчеств дней.
Из тесноты спадали тёмной стаей
Фортуны образованной души,
Сегодня думать в форме короля,
Играя философским светом мира,
Бежит твоя моральная вуаль,
На стену напрокинув крест мечты
В космическое поле красоты -
Онтологичности искусства между нами.
Спросило ли о вечности – мораль,
На веке том, что жизнью обязует
Идти под тишиной своих разлук,
Под образованное честью гиблых мук,
Внутри природой укрывая время?
В смерти нет покоя
Полуправда тешит горе,
Зная часть утраты слов,
Нет на свете светлой рамки,
Чтобы думать про любовь,
Стало нищим ставить фразы -
Общество под днём прохлады,
Водружать искусство в правде,
Чтоб услышать звон ладов.
Чёрной роскошью не светит
Смерть твоя и слепо ждёт
Обращение под ветер,
Им питая нити счастья.
Нет у холода за этим -
Слова думать к нам порой,
Уготованной как сложный -
Долг иллюзий перед ложью,
Что искусство видит вновь,
Тешит рамку в сердце слова,
Ей угодный на манер,
Зная честь и в том пример
Зла коварства воли правды.
Смерть не ходит под нутром,
Ей воспели стон последний,
Что на человеке в этом сне -
Завтра мыслью в глубине:
Ждёт и каждый снег хоронит
Справа в лжи коварной чаши,
Холод им на медном дне -
Мысль природы в глубине.
Частый филин слепо верит,
Ждёт покоя в этой смерти,
Но невежда к счастью права -
Думает опять за этим,
Роскошью приметив – светит -
Музыкальным сном обратно,
Что лады под нишей кванта,
Обращённых сном потерь.
Верят также смыслу права,
У поникших чисел времени,
Им заставили жить справа -
Логики под сном одним.
За творением слепо вертит -
Склад манеры слов за смертью,
Думать, чтоб прожить обратно
Этот круг картины завтра.
Чисел счёт и мерный холод
На одних моральных квантах,
Он разлит и в вечность ставит -
Здесь логическое правило,
Жил ли тот приметой в счёте
Обывательски на горе -
Полуправда тешит загодя -
Смерть ролей из этой боли.
Нет её и смерть на завтра
Пропадает в числах ада,
За тобой над сном прохлады
Времени из счёта лада,
По украдке слышит звонкий
Чести трепет между правдой,
Может был ты ей на завтра -
Болью слов манеры жалкой,
Отучал искусство к смерти
Жить историей под время,
На ладони ждать прозрения
Из любви в покое личном?
Чтобы стал ты им отличием,
Смерть убрала всплески рая,
Над одном ладу – шагая,
Чтобы счастью встретить нас,
Ждать иллюзий форму мысли,
В тишине ей жизнь слагая,
Честью большего отличия -
В смерти роли предлагая.
Ждёшь их час покоя смысла,
Но остыли в чёрной памяти -
Дружные овралы паперти
И стоят, что ждут последний
Переправы сквозь сомнение -
Верить ли прощанию жизни
На одной картине став её -
Смертью боли в сон отчизне?
Компьютерный уклад боли
Фирменное слово на стекле
Стоит многомерной тишины,
Думать им, что поднимать мечту
На соседний корпус бытия.
Благо были роскошью одни,
Созданные временем машины,
Проводили пустошь в форме стен
Между цепью мнимой пустоты.
Видишь ими свой манер просить,
Думать об отчаянном наследии,
Уложив над пропастью последнее
Слово из бесчисленной досады.
Разбиваешь волей об стекло -
Дум своих наследие и рознь,
Чтобы стало думать так светло,
Обнимать искусственное в людях.
Только свет компьютера над сном,
Снова тишиной пробудит в том -
Частое уклада боли личности,
Думая во мне, прилично на окне.
Задаёшь вопросы в глубине,
Веришь собственному глазу из нутра,
Полагая бег укладом чести
В верности презрения за завтра.
Чёрный скол – он будоражит твердь
И отчётливой картиной видит смерть
Между тем стеклом манеры времени,
На одном глазу своей мечты.
Пробуждаешь болью красоты
Время в личной пропасти надежды,
Веришь философски как и прежде
На добытом правиле – умом,
Стал им безнаказанно потом,
Словно превратился в светлый призрак,
Он блуждает в личности, как мир
Через сайты времени по людям.
Близит интеллектом новый рай
И отнимет крой картины в нас,
Только думая о боли на лице,
Что манера фарса сквозь окно,
Непредвзято ценностью оно,
На рабочий стол уносит перспективу,
Что лежит искусственно ревнивой -
Ложью почерка растоптанной игры.
Ты ведь положил туда миры,
Вечно составляя след последний,
Зная имя в пропасти невежды
Завтра из бесчисленной, как смерть -
Воли непредвзято в том – смотреть
На роскошный формы зла – феномен,
Сквозь утопию и очерк из вины,
Думая, что все мы здесь одни -
Пропадаем в квантовом наследии,
Мира ложных казусов из цели,
Проведя рабочий день последний
Над изысканной фортуной в подлеце.
Вскользь заносит пальцы на умы -
Та идиллия из качества фигуры,
Сном внушая верность через время
Тех усилий бытных стен – смотреть,
Подлетая к счёту слов рабочих
Над твоим очерченным развитием,
Ты находишь счастье в этом трудном
Сне – из чёрных рамок бытия.
Как сегодня, выходя на улицу -
Свет твоей руки, опально видимый -
Тянет сердцу смыслы на прелюдии
Жизни снов в бесчисленном окне,
Верности компьютерного имени,
Заданно ли гордостью в работе -
Слышать звук сердечной красоты
В опрометчивых поступках жизни.
Верил сердцу, думал что живой
На железной пропасти из лишнего,
Светом окаймлённой тишины,
Что устало светит словом мира.
Им не дать теперь тебе взаймы,